- -
- 100%
- +
Центр управления был переполнен. Десятки сотрудников напряжённо уставились на экраны, где транслировались данные телеметрии «Следопыта». Его капсула только что вошла в атмосферу планеты Элф. Началось то, что пресса успела красочно окрестить «10 минутами ужаса».
Руководитель миссии Фарсида внимательно следил за показаниями приборов капсулы. Чем меньше времени оставалось до исторического момента, тем сильнее нарастало напряжение. Было сложно поверить, что совсем скоро они увидят результат своей долгой и кропотливой работы.
Внезапно, Фарсида ощутил жар. Он проверил показатели внутренней температуры. Так и есть. Кулеры не справлялись с возросшей нагрузкой. Ему определённо не помешала бы порция охладителя. Однако, сейчас было не самое подходящее время, чтобы отвлекаться. Учёный снова перевел взгляд на экраны. Повинуясь программе, «Следопыт» сбросил теплозащитный экран и успешно выпустил парашют. Правда, спускаемый аппарат несколько отклонился от запланированной точки посадки, но это не было критичным. Главное, что «Следопыт» сядет на сушу, а не в один из многочисленных водных резервуаров, покрывающих поверхность Элфа.
При мысли о воде Фарсида испытал рефлекторное отвращение. Этот ужасный яд крайне опасен и даже смертелен для схем любого разумного существа. К счастью, на их родной планете вода существовала лишь в твёрдой агрегатной форме на полюсах. Эльф же более чем на половину был скрыт толщей жидкой воды! Но, как и многие другие учёные, Фарсида очень надеялся, что в далеком прошлом всё было совсем иначе и планета представляла собой комфортную пустыню. А если так, то могла ли там зародиться жизнь? Задача «Следопыта» как раз и состояла в том, чтобы найти ответ на этот вопрос.
Фантасты прошлого рисовали весьма причудливые, но вместе с тем, определенно притягательные картины Элфа – благодатная засуха с зарослями солнечных батарей, cреди которых сновали диковинные создания. Кто-то даже осторожно предполагал наличие разумных автономов. Но когда космические аппараты прислали первые детальные фотографии планеты, это вызвало огромное разочарование в научной среде. Элф оказался девственно чист. Ни самых примитивных механизмов, ни характерных электромагнитных сигналов, указывающих на их существование. Ничего.
Впрочем, учёные не собирались так просто сдаваться. Возможно, сейчас Элф действительно необитаем, говорили они. Но кто даст гарантию, что так было всегда? Геологические изыскания убедительно доказали, что в прошлом наш родной мир очень напоминал Элф. Лишь спустя миллиарды лет, после того как вся вода улетучилась, на планете появились первые автономы. Со временем подобные аргументы помогли убедить правительство профинансировать новую миссию, которая должна была совершить посадку на поверхность Элфа.
«Следопыт» успешно выдержал испытание атмосферой и сел. Покинув капсулу, межпланетный исследователь совершил несколько пробных шагов по поверхности Элфа и остановился в ожидании дальнейших команд. Внешне он был совершенно не похож на своих создателей. Механизм в основном передвигался при помощи двух опорных конечностей. Ещё две использовались для выполнения различных операций. Как ни странно, такой способ оказался наиболее эффективным в условиях высокой гравитации планеты. А для защиты от агрессивной внешней среды исследователь был оснащён специальным органическим покрытием.
Волна восторга прокатилась по центру управления. У Фарсиды возникло ощущение, будто это он сам ступил на поверхность ранее неизведанного мира.
Приняв поздравления коллег и убедившись, что всё работает как надо, руководитель миссии наконец-то позволил себе сделать перерыв. Вскоре он пожалел о своем решении. В зону отдыха прокрался один из вездесущих репортеров и начал донимать всех присутствующих расспросами о миссии. Досталось и Фарсиде.
– Многие наши зрители задаются резонным вопросом, зачем тратить миллионы флопсов на поиски жизни на Элфе, когда лучше использовать их на обустройство нашей планеты?
Фарсида уже давно понял, что отвечать на такие вопросы, в общем-то, бессмысленно. На самом деле, журналистов не особо интересовало, что ты им скажешь. Главным было показать зрителям, что они на одной волне с ними и не поддерживают всяческие глупые проекты. Так что он быстро выдал стандартную формулировку о фундаментальной важности исследований соседних миров и том, как космические технологии находят самое неожиданное применение в быту.
Но репортер всё никак не унимался.
– Не секрет, что многие верующие крайне негативно относятся к вашим исследованиям. Как известно, преподобный Эллада из прихода Святого Бруно прямо заявил, что проект «Следопыт» является святотатством, потому что противоречит Протоколу. Что вы об этом думаете?
В этот раз Фарсиде с трудом удалось удержаться от резких высказываний. Ну да. Давным-давно, Бруно и другие святые спустились с небес, создали других автономов по своему образу и подобию, а затем подарили им Протокол содержащий, увы, крайне туманные инструкции о том, как жить дальше. Безусловно, всё было именно так и никак иначе.
Фарсида откровенно не мог понять, как кто-то в здравом уме может верить в подобную чушь. И, тем не менее, несмотря на все чудеса цивилизации, несмотря на многочисленные эксперименты и результаты археологических исследований, пугающе большое количество автономов по-прежнему считало, что все описанное в Протоколе абсолютная правда. А на все логические аргументы и доказательства эволюции они приводили не выдерживающий никакой критики и давно набивший оскомину довод о бесчисленной сложности зрительной системы, которая никак не могла возникнуть без вмешательства свыше.
Интересно, почему разумным существам так сложно поверить, что жизнь могла появиться без чьей-либо помощи? Почему обязательно должен присутствовать какой-то Всемогущий Создатель? Фарсида даже выдвинул гипотезу, что подобное отрицание объясняется некими наследственными особенностями. Возможно, всё дело в передаваемых по наследству участках древнего кода. Правда, он не особо афишировал свое предположение – его бы наверняка обвинили в неуважении к чувствам верующих и он, скорее всего, лишился бы своего поста.
Совладав с раздражением и предельно аккуратно подбирая выражения, Фарсида, начал терпеливо объяснять, что на самом деле их изыскания не противоречат Протоколу а, наоборот, следуют его духу. При условии, если воспринимать его не буквально, а в переносном смысле – как общий свод полезных советов и правил поведения. Удовлетворившись ответом и получив нужный материал, репортер оставил в покое отдыхающих сотрудников миссии и удалился. Фарсида наконец-то расслабился. Ещё не хватало, чтобы завтра здесь собралась толпа религиозных фанатиков. Следует поговорить с начальством об ужесточении пропускного режима, чтобы в ЦУП перестали пускать мешающих работе посторонних.
***Прошло несколько солов. «Следопыт» с успехом продолжал движение по поверхности Элфа. Время от времени он брал пробы вещества. Учёные искали в них характерное сочетание лития, марганца и кобальта. Эти элементы считались основными энергетическими кирпичиками, чьё наличие обязательно для возникновения жизни. Но, увы, в образцах не было ничего достойного внимания. В них встречались лишь обычные минералы и скучная органика, которая в избытке имелась на Элфе.
На шестой сол «Следопыт» наконец обнаружил кое-что интересное: повышенный уровень радиоактивного излучения на одном из участков. Это вызвало некоторое оживление среди научной группы. Согласно одной достаточно экзотической теории, самые первые автономы использовали для своего питания радиоактивные вещества. Возможно, что на Элфе было так же. Забавно, что в качестве доказательства, авторы ссылались на весьма двусмысленные положения Протокола, которые трактовались ими как что-то вроде прошедших через множество поколений коллективных воспоминаний.
Фарсида весьма скептически относился к подобным измышлениям. На его взгляд, радиация абсолютно ничего не доказывала. К тому же, в прошлом это место располагалось на берегу водного резервуара. Сомнительно, что здесь могла обитать какая-то жизнь.
Хотя, стоит признать, что сам по себе регион оказался любопытным. Судя по всему, некогда здесь находился кратер. Впоследствии его занесло осадочными отложениями, но установленный на орбитальном аппарате радар сумел нащупать его контуры. Рядом с кратером располагалась цепочка необычных холмов. Анализ показал, что внутри них содержатся каменные породы и некоторые металлы. Как только поступили данные об этом открытии, среди исследователей тут же разгорелась жаркая дискуссия. Большинство считало, что структуры всё же возникли естественным путем. Но была и небольшая фракция оптимистов, предположившая, что это свидетельство претехнических процессов, в древности протекавших на Элфе.
– Коллеги, возможно, это именно то, что мы искали, – возбуждённо обратился к собравшимся археолог Гусев. Его специализацией было изучение останков первобытных автономов эпохи позднего кремнеолита. – Это наш шанс доказать присутствие жизни на планете в прошлом. А может даже и в настоящем!
– Прошу Вас, успокойтесь, – холодно остановила своего коллегу химик-минеролог Маринер. – Эмоции не должны мешать делу. Мне тоже безумно интересна эта находка. Но пока мы нашли всего лишь намёк на вероятность, что ранее здесь могла быть жизнь. Намёк и не более!
– Однако нельзя пренебрегать тем фактом, что эти холмистые образования весьма необычны, – вмешалась в разговор молодая, но очень талантливая технолог Утопия. – Их форма, взаимное расположение и состав, мягко говоря, не вписываются в окружающий мир.
– Мы изучили лишь крохотную часть Элфа. Вполне вероятно, что подобные образования могут также располагаться в других частях планеты и быть результатом каких-нибудь естественных процессов, – парировала Маринер.
– Или результатом деятельности древних механизмов! – всё никак не успокаивался Гусев.
– Опять вы за своё…
– Конечно, мы не должны упускать ни единой возможности найти на Элфе жизнь, – вступил в дискуссию самый старый из участников научной группы, кремнеолог-эволюционист Гейл. – Однако не хотелось бы, чтобы миссия превратилась в доказательство того, чего в действительности нет. Нам нужно оставаться непредвзятыми. Как и положено настоящим учёным.
– Соглашусь с Вами, коллега, – сказал Фарсида и тихо добавил: – Иначе, чем мы тогда будем отличать от массы фанатично верующих в непоколебимость Протокола?
Обсуждение находки затянулось на продолжительное время. Несмотря на множество выдвинутых аргументов, спор завершился вничью. Ни одна из сторон не смогла убедить другую в своей правоте. Да и, по сути, ещё слишком рано что-то доказывать. Маринер абсолютно права. Пока что они исследовали лишь крошечную часть этого огромного мира, чтобы делать какие-то глобальные выводы. К тому же, возможности «Следопыта» были далеко не безграничны. В своё время разработчикам пришлось согласиться на ряд болезненных компромиссов, чтобы спасти проект. Фарсида решил поставить точку в дискуссии и обратился к подчинённым:
– Уважаемые коллеги, я понимаю и разделяю ваш энтузиазм. Но прошу вас, не забывайте, что «Следопыт» не несёт оборудования для бурения и проведения глубинных исследований. Пока что мы можем ограничиться лишь пробами вещества с поверхности. Возможно, этого будет достаточно, чтобы раскрыть секреты нашей находки. Если нет, то уверяю вас, что в дальнейшем я буду настаивать на организации новой экспедиции, которая сможет провести комплексное изучение этого региона.
Речь Фарсиды возымела нужный эффект. Его подчинённые отложили споры и сосредоточились на проработке дальнейшего маршрута. «Следопыт» продолжил своё путешествие и вскоре наткнулся на скопление белых обломков, часть из которых просто покоилась на поверхности, а часть фрагментами выходила из почвы. Скорее всего, раньше они были погребены в толщах грунта, но в ходе каких-то локальных процессов их выбросило наверх. Химический анализ выявил достаточно интересную картину. В основном обломки состояли из кальция. Но в них также имелись и иные компоненты. При не очень высоком процентном содержании, их спектр был поразительно разнообразен. Обломки содержали различные минералы, соли и оксиды металлов.
Судя по данным спутниковых наблюдений, подобные залежи кальциевых обломков имелись и в некоторых других регионах Элфа. Как правило, их наибольшие концентрации встречалась у водных резервуаров. Возможно, они как-то связаны с теми каменными формациям, что ранее обнаружил «Следопыт».
Химический отдел тут же подал заявку на более подробное изучение обломков. Но, по мнению Фарсиды, подобное отклонение от плана было нерациональным. Конечно, структуры представляли определённый научный интерес. И Фарсида не сомневался, что химики многое бы отдали, чтобы узнать, как они образовалось. Но всё же, это не основная цель миссии. Исходя из этих соображений, он отклонил запрос.
Впрочем, это не помешало исследователям вновь начать выдвигать различные версии по поводу происхождения образований. Наибольшей популярностью пользовался вариант их формирования в результате сложных тектонических процессов с участием жидкой воды, содержащей примеси солей. Но рассматривались и другие гипотезы. Обсуждение настолько захватило весь ЦУП, что почти каждый сотрудник пытался внести лепту в обсуждение загадки белых обломков.
– А что, если это останки углеродных форм жизни? – внезапно подала голос Кидония. Она была одним из специалистов группы сопровождения миссии, отвечавших за систему связи «Следопыта».
Услышав столь нелепое предположение, коллеги Фарсиды, впрочем, как и он сам, с трудом удержались от смеха. В своей области Кидония конечно была хорошим работником, но техногенез уж точно не являлся её специализацией.
– Мы ценим ваше мнение, – стараясь быть максимально вежливым, ответил Фарсида. – Но думаю науку лучше оставить профессионалам.
Затем он обратился к техническому персоналу, который непосредственно занимался управлением «Следопытом»:
– Продолжаем движение. Мы и так потеряли время возле этих образований. Впереди у нас еще много работы.
Углеродные формы. Как же! Фарсида уж скорее поверит в креационисткие сказки, чем в жизнь, сформировавшуюся не на кремниевой основе. Да, в далёком прошлом эта гипотеза пользовалась определённой популярностью, особенно среди фантастов. Дошло до того, что несколько инженеров даже попробовали сконструировать из углерода жизненные формы. Но все их попытки завершились полной неудачей, после чего теория была окончательно признана тупиковой. Так что пускай подобные мысли остаются уделом тех же фантастов. Это их задача фантазировать на разные темы и придумывать всякие немыслимые создания. Даже такие абсурдные, что смогли бы существовать в толще жидкой воды.
***На двадцатый сол все присутствующие в ЦУПе испытали небольшой шок. Просматривая сделанные «Следопытом» фотографии местности специалисты заметили характерный силуэт. Он вырастал из земли и до боли напоминал изображение, хорошо знакомое каждому автоному независимо от степени его религиозности. Но может это просто оптическая иллюзия?
Фарсида приказал подвести «Следопыт» поближе. Учёные замерли в ожидании. Когда исследовательский аппарат подошел на достаточное расстояние, чтобы разглядеть загадочную находку, сотрудники ЦУПа убедились, что это не мираж. Формация действительно отчасти напоминала изображения Святого Бруно! Особенно те, что приводились в древних источниках. Неужели всё это время они были правы? Неужели размытые описания из старых легенд были не выдумкой, а отголоском грандиозных событий прошлого?
На некоторое время ЦУП затих. Сделанное открытие заставило каждого участника миссии погрузиться в собственные размышления. Время словно остановилось. Привычные убеждения на какой-то момент пошатнулись…
Но учёные не были бы учёными, если бы они не смогли успокоиться и беспристрастно оценить ситуацию. Несмотря на определённую внешнюю схожесть, не было никаких конкретных свидетельств, указывающих на то, что в прошлом это было живым существом. Проведённый вскоре анализ материала показал, что структура состояла из обычного камня с небольшими вкраплениями металла. Она не содержала ни одного из характерных кирпичиков жизни. Бритва Розалинд учила, что самое простое объяснение является самым вероятным. Скорее всего, ветер и вода выточили эту фигуру из камня. Так что, как печально бы ни было это признавать, но перед ними просто продукт мощной эрозии Элфа. Да, вероятность подобной находки казалась крайне небольшой. Но как учёный Фарсида отлично понимал, что нельзя недооценивать фактор случайного совпадения. Это всё равно было в разы вероятнее, чем предположение о том, что некие пришельцы зачем-то оставили религиозный символ на безжизненной планете, а затем её покинули.
Посовещавшись с коллегами, Фарсида окончательно убедился, что перед ними просто причудливая шутка природы, слепившей узнаваемую форму из подручных материалов. Но это было бы очень сложно объяснить обычной публике, не желающей разбираться в сложных деталях. А он хорошо знал по собственному опыту, какой значительный ущерб для науки может нанести подобная псевдосенсация. Всегда найдутся и те, кто охотно ухватится за такую возможность, и те, кто без лишних доказательств во всё это поверит. Поэтому Фарсида принял решение придержать публикацию фотографий находки до лучших времен.
Получив новые команды, «Следопыт» оставил формацию позади и продолжил свой путь. В целом, Фарсида испытывал гордость за себя и свою команду. Конечно, пока что они не нашли следов жизни на Элфе – но было бы глупо рассчитывать добиться всего с первого раза. Участники миссии и так отлично постарались. За такой короткий срок они собрали огромный объем данных, анализ которых обеспечит работой несколько поколений исследователей. Фарсида верил, что за «Следопытом» последуют и другие, более совершенные миссии. Рано или поздно они получат долгожданный ответ.
***После ухода «Следопыта» вновь воцарилась тишина. О визите посланца с другой планеты напоминали лишь следы, оставшиеся у полуразрушенного постамента. Время не пощадило скульптуру. Она лишилась всех декоративных плит и мелких деталей, оригинальный цвет изменился до неузнаваемости, а слой обломков полностью засыпал основание. Но если бы кто-то провел раскопки, ту сумел бы обнаружить мемориальную табличку. Ядерная вспышка оплавила металл. Но приложив усилия, на ней всё ещё можно было прочитать следующую надпись:
«Этот памятник установлен на месте запуска миссии «Бруно», нашедшей неопровержимые доказательства существования жизни на Марсе. От лица благодарных жителей Земли всем учёным, конструкторам и программистам, сделавших возможным это великое открытие. Теперь мы знаем, что мы были не одни во Вселенной».