Алхимик. Том 6. Выпускник

Глава 4. Целитель на полставки

Анастас прошёл в больничное крыло, расположенное во дворце. С поля боя он вернулся семь минут назад. За это время мужчина успел переодеться и смыть кровь, увидеться с женой, дочерью и сыном. Вид живой и невредимой Софии принёс облегчение, но не до конца. Слишком много всего произошло за последний час.

Пройдя внутрь, князь увидел сестру. Та сидела у окна и смотрела вдаль немигающим взглядом.

– Как Катя? – спросил он.

Ольга дёрнулась и повернулась. Несмотря на то что она бес, Анастас увидел покрасневшие глаза.

– В коме. Чем вызвана, никто не может сказать. Как и дать прогнозов.

– Насколько всё плохо?

– Состояние стабилизировалось и не ухудшается. Сейчас с ней продолжают работать целители. Ты отомстил? – Этот вопрос Ольга задала резко, встав со стула и приблизившись к брату.

– Почти. Причастные мертвы. Но отомстил, скорее, Эдгард.

– Соколов? – Ольга чуть отодвинулась и осмотрела брата.

– Да. Я понимаю, что тебе сейчас нелегко, но мне нужны твои мозги.

– Рассказывай, – вздохнула женщина.

Анастас рассказал.

Когда София переместилась вместе с сестрой и Ольгой Гвоздевой во дворец, события пустились вскачь. К тому моменту атака на особняк Белогрудовых шла полным ходом. Работали по жёсткому варианту, подавляя всех грубой силой и технологиями Соколова.

Прямо во время сражения пришлось менять планы, отводить часть людей и перебрасывать их на вражескую базу. Анастас отправился лично. Тогда им двигало желание покарать причастных и дать понять всему миру, что его близких лучше не трогать.

Сосредоточившись, Анастас пересказал все детали, которые заметил, начиная с момента встречи с Соколовым и заканчивая финальным сражением, где был уничтожен вообще незнамо кто и незнамо как.

– Это всё? – спросила Ольга, когда мужчина замолчал.

– Да.

– Дай мне минутку. А лучше две.

– Кофе?

– Было бы неплохо.

Князь поднялся и вышел из комнаты, чтобы отдать распоряжение прислуге. Про себя он улыбнулся. Ольга погрузилась в анализ. Это поможет ей снизить беспокойство по поводу дочери. Той уж точно не станет легче от сожжённых нервов матери.

Когда он вернулся, Ольга была готова.

– Получается, у нас три важных темы. Соколов и его новый уровень способностей. Томас Кнайт, глава клана Кнайов, который сейчас сидит скованный в особом месте. И некто неизвестный, обладающий мифическими способностями.

– Всё верно. То, что мы перебили гвардию могущественного рода – мелочь на этом фоне.

– Да уж, – хмыкнула Ольга, уйдя куда-то в себя. – Я не знаю, что сказать. Точнее, у меня хватает мыслей, но… Голова кругом, если честно. Что ты собираешься делать с Томасом Кнайтом?

– Он связан с похищением наших дочерей.

– Да… – Ольга прикрыла глаза. – И видят боги, я готова собственноручно убить каждого причастного. Но за казнь главы клана начнётся война на уничтожение. Мы готовы к этому?

– К войне с одним из самых могущественных кланов? При большой вероятности, что с ними будет чуть ли не вся английская аристократия, хотя бы из чувства солидарности и чтобы преподать урок? Или чтобы воспользоваться поводом и разрушить нашу страну, захватить земли? Нет, не готовы. Хотя мы перемололи ударную гвардейскую часть Кнайнов, при этом сами понесли мизерные потери. Новые тактики хорошо себя показали.

– Что заслуга Соколова и его разработок.

– Да.

– Тогда для Эдгарда плохие новости. На учёбу ему сейчас вернуться не светит, – нервно усмехнулась Ольга.

– Мы подвели его, – заметил князь. – Обещали безопасность Гвоздевой и подвели.

– Мы не смогли обеспечить безопасность нашим детям. Это гораздо хуже. – На лицо женщины моментально набежала тень.

Дверь открылась, и в комнату вошёл слуга.

– Господин… – поклонился он. – Госпожа… – второй поклон был адресован Ольге Владимировне. – Эдгард Соколов просил передать, что если его сейчас же не пустят к Екатерине, он разнесёт весь дворец, но к ней пройдёт.

– Помяни черта, – процедила женщина.

– Пригласи его сюда, – отдал распоряжение князь. – Посмотрим, что он скажет.

Конец фразы предназначался сестре. Слуга поклонился ещё раз и вышел.

– Что он забыл у Кати? – недовольно спросила Ольга.

– Он показал, столько удивительных и нестандартных способностей, что кто знает, может, сумеет помочь с её здоровьем.

– А если навредит? Я и так себе места не нахожу.

– Послушаем, что скажет, а дальше решим.

– Хорошо, – нехотя согласилась Ольга.

Она отдавала себе отчёт в том, что не всегда была адекватной, когда дело касалось дочери. Сейчас же, после случившегося, градус адекватности уменьшился ещё сильнее. Женщина чувствовала себя подавленной, разбитой и оголённой, как обнажённый нерв.

– У нас есть время закончить разговор. Что скажешь о том неизвестном?

– Если Канис побежал к нему… То, скорее всего, на доклад или под защиту. Но в последнем не вижу смысла. Он ведь озаботился тем, чтобы сбросить след?

– Не знаю. Соколов ничего про это не говорил. Он выдал нам конечную точку.

– Он опасен.

– Не то слово.

Князь вспомнил, что случилось с тем мужчиной. Он просто развеялся.

Сильнейший бес. Просто. Развеялся.

Осыпался черным прахом.

Перед этим Соколов кинул в него молнию, которая его не убила. Зато убило то, что было дальше. И это что-то Анастас не мог осознать в полной мере.

– Исходя из силы незнакомца, скорее всего, это руководитель или хозяин Каниса, – заключила Ольга. – Род наверняка древний. Как ты говорил, выглядело его проявление способностей? Корона и крылья? Я про это что-то в легендах читала. Уровень ярко выраженных даров семей, с парой тысяч лет истории за спиной.

– И Эдгард смог уничтожить это существо. Знаешь, я теперь не уверен, кто кого охраняет. Мы его или он нас.

– Да и угроза разнести дворец не такая уж смешная… – задумалась Ольга.

– А он беспокоится о твоей дочери.

– Не сейчас, – отрезала Ольга.

Дверь снова отворилась и внутрь, не иначе, ворвался Эдгард.

– Мне нужны образцы крови того рыцаря и его броня, – с ходу потребовал он. – Но это потом. Через пару часов. Будут проблемы, зовите.

– Стой! – крикнула Ольга, но парень и на секунду не остановился, проскочив приёмную и уйдя в лечебную зону.

– Он точно знает, где она находится, – обратил внимание Анастас на очередное проявление ещё одной способности Эдгарда.

Ольга его не услышала. Она отправилась за Эдгардом.

Не сомневаюсь, что Анастас Владимирович во многих смыслах замечательный и талантливый человек. Жаль, что это не уменьшает моей злости по поводу бесцеремонного перемещения. Причём сам сглупил. Не взял блокираторы из мастерской и не поставил защиту от перемещения на себя, уповая на то, что и так вокруг пространство перекрыто.

Также выдающиеся качества Анастаса не означали, что он переместит меня в комнату с душем. Закинул в хорошо знакомую приёмную, где ровным счётом не было ничего, чтобы привести себя в порядок.

Я посмотрел на свои грязные ноги, на окровавленные руки и рассмеялся. Смеялся с минуту, а потом резко успокоился. Шалят нервы, ох, шалят.

Навалилась слабость, тошнота и много других неприятных ощущений. Я знал, что так бывает, когда начинается отходняк. Близкие спасены, я в безопасности, враги повержены и месть свершилась.

Стоило подумать об этом, как вспомнил Коршунова. Да гори он в пламени! Надо же, вылетел из головы!

В тот момент я думал только о спасении женщин и забыл про второго ходока, который зачем-то отправился в первую камеру, откуда всё и началось. А потом он куда-то делся. По идее, его должны были перехватить люди князя, иначе я не представляю, как он мог сбежать. Надеюсь, поймали. Не хотелось бы, чтобы он оставался на свободе.

О том, насколько он замешан в этой истории, думать не хотелось. Вообще думать не хотелось. Но я думал. Прокручивал в голове события и следующие шаги. Ничего ведь по большому счёту не закончилось. Прошло одно сражение, и не факт, что генеральное.

Ещё когда смех накатил, ноги подкосились, и я на диван плюхнулся, в очередной раз запачкав мебель в этой комнате. Пришлось заставить себя встать и доковылять до двери. Не успел дойти. Дверь сама открылась и вошёл сурового вида дядька в гвардейской амуниции.

– Ты враг? – прямо спросил я.

Пара шаров про запас у меня с собой оставалась. Пусть только рыпнется.

– Мне сказали вас охранять, – ответил мужчина после секундной растерянности.

– Тогда у меня для тебя новая вводная. Мне срочно нужен душ. Также мне нужна новая одежда и обувь. Ещё поесть желательно и воды напиться. Если ты бес, то должен понимать, откуда такие запросы.

– Сделаем.

Мужчина вышел из комнаты и вернулся спустя минуту. Меня проводили в покои, где предоставили необходимое. Мылся я быстро. Ел в спешке. Как оделся, создал печать и запустил импульс, чтобы проверить, кто и где находится. Во дворце обнаружились все спасённые. Ольга, София и Катя. А ещё охраны много. Сотня-другая гвардейцев, казалось, заполнила весь дворец.

Я вышел из покоев и уткнулся в дежурный отряд.

– Какие-то проблемы? – посмотрел я на мужчин, что преградили мне дорогу.

– Никак нет, – всё же расступились они. – Но по дворцу сейчас не рекомендуется ходить.

Проигнорировав это, безусловно, ценное наставление, я отправился к Ольге. Она находилась дальше по коридору, в компании ещё двух человек. Когда вошёл внутрь, увидел саму женщину, её сына и Сергея.

– Эдгард! – воскликнула женщина.

– Парень, ты цел! – вскочил Сергей.

Я разного ожидал. В первую очередь, осуждения и обвинений за то, что так вышло. Беспокойство за меня… Это было приятно, стало ещё больнее от того, что я подвёл их.

– И вы целы, – улыбнулся я.

Сергей первым добрался до меня и обнял. Ольга тоже в стороне не осталась.

– Ты уже был у той девушки? – спросила женщина, когда с объятиями было покончено.

– Нет. Только вернулся. Переоделся и сразу к вам отправился.

– Зайди к ней. Срочно. Ей плохо, и что-то я сомневаюсь, что целители полностью помогут. А ты вполне можешь.

– Хорошо. У вас точно всё в порядке? Как так оказалось, что… Ну…

Было неловко говорить, что её взяли в плен.

– Меня подловили по дороге домой, – ответила Ольга. – Благодаря тебе в плену я пробыла недолго. Двух часов не прошло. Всё, иди. Мне моя целительская совесть не позволяет задерживать тебя.

Ольга выглядела обеспокоенной. Не за меня, как ни странно, а и правда за Катю. Я помню, насколько плохо выглядела девушка, когда мы её только нашли. Но… она же бес. Может, пока не высшая, но точно таковой станет. Что с ней случилось, что не помогает регенерация, а целители не справляются?

С каждой секундой, что думал над этим, беспокойство росло. Убедившись, что у Гвоздевых дела обстоят хорошо, вышел обратно в коридор и отправился в сторону Кати. Я точно знал, что она находится в здании. Знал и направление. Но не маршрут.

– Вам сюда нельзя, – преградил мне дорогу гвардеец, когда я попытался выйти за пределы отведённого крыла.

– Мне нужно к Екатерине Майер-Медведевой.

– Нельзя, – повторил мужчина.

Я прикрыл глаза, чувствуя, как поднимается бешенство.

– Ты не понял, – посмотрел я на помеху, – либо меня проводят добровольно, либо я разнесу весь дворец, но пройду к ней.

– Господин, – подошёл ко мне ещё один гвардеец. – Угрожать княжеской семье не самое разумное.

С ним подошли ещё трое, что встали у меня за спиной.

– Не самое разумное задерживать меня.

– Я передам, что вы хотите встретиться с княжной. Вернитесь пока в свою комнату.

Время… Я понимал, что надо проявить благоразумие, но также сознавал, что в некоторых делах любая секунда может оказаться как решающей, так и фатальной.

– Жду минуту. Передайте князю, Родиону или Ольге Владимировне мои слова.

Тот гвардеец, который «благоразумный», кивнул и отошёл, доставая рацию.

– Да кто этот парень? – услышал я шёпот сзади. Поворачиваться не стал.

– Кажется, он участвовал в битве. Лучше его не трогать.

На лицо сама собой набежала усмешка. Они правы, лучше меня не трогать.

Пока ждал, задумался, а всерьёз ли я готов штурмовать дворец. Признался себе, что да. Если мне откажут, буду пробиваться силой. Посмотрим, что тогда сделает князь. Наказывать меня нельзя. Сдержать просто так тоже не получится.

Обошлось. Мне передали, что я могу пройти. Ну, я и прошёл. Где-то на полпути меня перехватил слуга и довёл до нужного места. Внутри оказались князь и Ольга Владимировна. С ними я задерживаться не стал.

– Мне нужны образцы крови того рыцаря и его броня, – с ходу потребовал я. – Но это потом. Через пару часов. Будут проблемы, зовите.

Невежливо, нарушает все мыслимые и немыслимые правила этикета, но…

Когда я вошёл внутрь палаты, Катя лежала на больничной койке. Над ней руками водил целитель. Второй стоял рядом и наблюдал. Катя лежала с закрытыми глазами, бледная и исхудавшая. Ей поставили капельницу, а раны перебинтовали, что говорило о неработающей регенерации.

Диагностирующие печати уже были готовы, оставалось их активировать. Сил у меня не то чтобы много накопилось, но на диагностику хватит.

– Соколов! – шёпотом и с возмущением позвала Ольга Владимировна, которая зашла за мной следом.

– Тсс… – шикнул я на неё.

Два целителя вытаращили глаза в ответ на эту дерзость.

– Молодой человек, что вы здесь делаете? – спросил тот, кто стоял и наблюдал.

Я его проигнорировал, продолжая считывать данные. Дьявольщина какая-то…

Развернувшись, я схватил Ольгу Владимировну под локоть и вывел обратно в комнату. Князь исчез. Как и прислуга ушла. Мы остались одни.

– Это ненормально, – сказал я женщине. – Её уровень силы и способности к регенерации откатились назад. Будто она не близка к уровню высшего беса, а почти обычный человек. Тяжело раненый, во время серьёзной болезни, истощённый слабенький бес.

– Мы и сами заметили, что с её регенерацией что-то не так, – с ядовитым сарказмом ответила женщина.

– Нет, тут что-то другое… Когда я к ней вошёл, то увидел её, распятую на цепях. Кто-то выкачивал из неё кровь. Это походило либо на эксперимент, либо на обряд.

Женщина прикусила губу, а я запоздало вспомнил, что говорю с матерью, чья дочь пострадала.

– Если сложить то, что я видел тогда, и то, что вижу сейчас, получается, из неё выкачали силу беса. А ещё жизненную силу, что почти одно и то же, но не совсем. Так, надо проверить…

Я вернулся и запустил ещё одну диагностику. На этот раз целители встретили меня гневными взглядами, которые я тоже проигнорировал. Вернувшись к Ольге, поделился выводами.

– Так и думал. Её организм словно на десяток лет постарел. Хотя слово старость не совсем верное слово. Энтропия более подходящее.

– При чём здесь энтропия?!

– Если я прав и из неё насильственно выкачивали жизненную силу, это привело к накоплению другого вида энергии – разрушения. Что можно назвать эффектом энтропии. Который скопился не за десяток лет, как должен был, а за считаные минуты. Для нас это означает, что Катю ограбили, и поэтому у неё нет сил восстановиться. Но ограбили не просто так, ещё и мусора накидали, сработав грязно. Поэтому её организм сейчас загажен и у него нет сил на восстановление.

– С ней работают лучшие целители.

– Да, я видел. Они пытаются лечить раны, диагностируют её, но… мне нужно пару часов наедине с ней. Целители сделали, что могли. Сейчас они льют воду в дырявое ведро.

– Соколов! Ты сейчас мою дочь дырявым ведром назвал?

– Ольга Владимировна… Не тупите.

Наши взгляды стоили друг друга. Женщина явно не в адеквате. Да и я тоже. Понимаю, что могу помочь, но, чтобы не мешали, нужно уговорить людей… А ведь проще дать кому-нибудь в морду, чтобы отвалили. Но не отвалят же. Набегут гвардейцы, разбирайся потом с ними.

– Эдгард, ты хочешь, чтобы я доверила тебе дочь? – справилась женщина с гневом, но быстрее от этого соображать не стала.

– Вашу дочь спас именно я. Поэтому хватит терять время. Любая секунда может оказаться решающей.

Что-то в её голове сложилось и перемкнуло в нужную сторону. Ольга ворвалась в палату и потребовала, чтобы целители ушли. Те удивились, возмутились, но получили отповедь и были выдворены за дверь.

– Я останусь здесь, – сказала она мне.

– Лучше сходите за кулоном, который я ей подарил. Он поможет.

Ольга тут же исчезла и вернулась через десяток секунд, бросив на меня подозрительный взгляд.

– На грудь ей положите. Этого достаточно. Ага, так… А теперь отойдите. Я немного изменю вид палаты.

Опустив руки на плитку, я заставил её течь и плавиться, создавая нужные печати на поверхности.

Анастас прошёл в темницу для особо опасных пленников. С собой он принёс стул, который установил напротив торчащей из пола головы.

– Как себя чувствуешь, Томас? – спросил он у мужчины на английском.

– Русский? – прищурился тот.

Сейчас глава великого клана мало походил на себя прежнего. Сложно выглядеть изящно, когда скован, а голова покрыта следами крови и ошмётками мозгов.

– Если не сложно, я бы не отказался от стакана воды.

– Разумеется, – кивнул князь.

Вскоре дверь открылась и внутрь зашёл человек со стаканом воды. Князь забрал его и лично помог Томасу Кнайту напиться.

– В гостеприимстве вам не откажешь. С кем говорю?

– Меня зовут Анастас Медведев.

– Князь, значит? И зачем же ты, князь, напал на мои земли? Твой дворец мои люди ещё не штурмуют?

– Пока не штурмуют, – спокойно ответил Анастас. – Передовой отряд, что вы отправили против нас, уничтожен. Видимо, нужно время, чтобы собрать новые силы.

– Вот как.... Хорошо вы нас потрепали, признаю, – легко сказал Томас. – Но ты не ответил, князь. В чём смысл? Удовлетвори моё любопытство, а то я себе всю голову сломал.

– Делаешь вид, что не знаешь? – В глазах Анастаса мелькнуло что-то недоброе. – Напал я не на твои земли, Кнайт. Я пришёл отомстить за похищение своих дочерей.

– Дочерей? – Казалось, Томас удивился искренне. – А, Канис… Старый пёс. Методы у него всегда были далеки от чести.

– Ты знаешь Каниса. Но не знаешь причин конфликта. Так у вас дела ведутся?

– Верить или нет – это тебе решать, князь. Я не имею отношения к похищению твоих дочерей. Или ты забыл, какая у меня фамилия?

Князь не забыл. Кнайты – это рыцари. Во всех смыслах. В том числе это главные поборники чести. Выйти сражаться одному против армии – это да, они могут. Ударить подло – история не сохранила таких примеров.

Также князь знал, что репутация в данном случае ничего не значит. Сами Кнайты действительно могли быть не в курсе происходящего. В конце концов, что мешает могущественному клану создать дочернюю структуру, которая займётся темной частью жизни аристократов? Это удобно. Дела делаются, а главная семья как бы и ни при чём.

Так что наивно думать, что Кнайты не виноваты. Они явились на поле боя, тем самым заявив о своём участии.

– Не забыл. Но твои люди напали на моих, когда мы возвращали пленниц. Что скажет общественность, когда узнает, до чего опустились Кнайты?

В разных частях света по-разному относились к обману и похищениям. Где-то похитить детей семьи нормальная практика, и общественность лишь поаплодирует дерзкому нападению. Но острова – это, можно сказать, центр цивилизации, который был бы невозможен без существования системы договор и традиций. В мире, где есть ходоки, ударить по близким очень легко. Никто не сможет спать спокойно, когда война опустилась до таких методов. Если отбросить эмоции, то похищением князю развязали руки. Если правильно подать информацию, то любая его агрессия будет оправдана.

А Кнайты изрядно подмочат репутацию. Не то чтобы это их сильно заденет, но падение всегда начинается с мелочей. Может, сам князь это и не сможет использовать. Но вот враги Кнайтов, которых у могущественного клана хватает, обязательно вцепятся в «информационный подарок».

– Твоё слово против нашего, князь. Хороший вопрос, что скажет общественность.

– Мы захватили вашу базу и забрали оттуда всю документацию. Также у нас несколько десятков пленников, в том числе из вашей гвардии. Ещё мы уничтожили около пяти сотен солдат, которые вы отправили против нас. Это слишком громкое дело, Томас, чтобы твой клан его легко замял.

– Согласен, ситуация не очень хорошая. Но давай отбросим эти игры. Ты проявил себя как хороший воин. Я всегда уважал тех лидеров, которые сами сражаются. Желай ты меня убить – этого разговора не случилось бы. Так давай сразу приступим к разговору. Не будем доводить до того, что глава могущественного клана обгадится под себя. Оковы у вас эффективные, но комфортном не отличаются. Так что, князь, приступим к торгу?

– Приступим, – медленно проговорил Анастас, просчитывая, куда может завести этот разговор.

В прошлой жизни я не имел доступа к развитой медицине или целителям в силу их отсутствия. При этом проблем и угроз здоровью хватало. Скудная еда, отравленная почва и воздух, болезни… Хочешь или нет, но если собираешься протянуть лишний месяц, то обязан позаботиться о себе теми способами, которые есть. Единственное, что мне было доступно, – это алхимия.

Поэтому работать с человеческим организмом я умел, но делал это совсем не так, как целители.

Шаг первый – обеспечить себя и Катю должным количеством энергии. Сделал замер и убедился, что по закону подлости в этом месте энергии дефицит. При этом я точно знаю, что во дворце есть насыщенные места.

Минут пять ушло на то, чтобы сформировать манок и направляющие.

– Можете разнести это по дворцу? – спросил я Ольгу Владимировку. – Я добавил эффект свечения. Чем оно сильнее, тем более подходящее место.

– Что это?

– Что-то вроде электропроводов, только не для электричества, а для энергии мира. Ещё нужно отправить кого-то ко мне в мастерскую. Там почему-то бардак, но неважно. Нужны вот такие штуки, – показал я стандартную заготовку.

Я их специально обрабатывал и подготавливал для внедрения печатей. Одна такая плашка способна повысить эффективность от десяти до пятидесяти процентов в любой алхимической работе. Таскать их было неудобно всё это время, но жить захочешь и не так раскорячишься.

– Ольга Владимировна, вы ведь помните, что каждая секунда на счету? Мы с вами обязательно обсудим происходящее, но давайте потом, когда Кате станет полегче?

Женщина молча исчезла. Вернулась через минуту, без плашек.

– Так быстро справились? – глянул я на неё, продолжая возиться с печатями.

– Софии задачу передала.

Кажется, она не хочет оставлять дочь одну. Ну да ладно.

– Мне будет спокойнее, если ты объяснишь, что делаешь, – сказала женщина.

Я вздохнул. Поднялся и глянул на Катю. Мертвецки бледная, с проявившимися на лице старческими морщинами. Её кожа будто из глины, которая вот-вот потрескается и осыплется.

– Мои силы не берутся из ниоткуда. Каждое действие требует своей платы. Универсальную валюту я называю энергией мира. Также эта энергия пронизывает всё вокруг и является необходимой… Для всего, в принципе.