Траектория излома: Хорайзен

Пролог. Станция «Глубина»

Выживает не сильнейший и не умнейший, а тот, кто лучше адаптируется к меняющимся условиям...

Чарльз Дарвин

Ночь. При свете ярких фонарей, расставленных по периметру научной станции, молодой мужчина в жёлтом костюме сквозь мутные стёкла противогаза наблюдал за красным огоньком у ног. В твёрдую поверхность вонзили маячок с сейсмографическим датчиком. Оттуда поступали данные с явными, но несерьёзными колебаниями.

Порывистый ветер сдувал пыль с бескрайних каменистых полей, что оседала на стёклах противогаза, препятствуя нормальной видимости. Парень валился с ног и пытался сосредоточиться на работе, однако сонное состояние всё затрудняло. Чувствуя раздражение, он нервно вздохнул и посмотрел на рассредоточенную группу коллег, что проводили ту же процедуру, что и он. Один из них мельком глянул на него и тут же отвернулся. Это была последняя капля терпения: «К чёрту…!». С дури он пнул тот бесполезный маячок и пошёл обратно в комплекс. Все обратили на него внимание, и он буквально ощущал, как его провожают осуждающие взгляды тех незнакомцев, с которыми ему приходилось работать.

Главные двери станции с улицы открывались только вызовом диспетчера. Учёный нажал на кнопку и встал перед камерой. Человек по ту сторону впустил его. Внутри находилась длинная комнатка с распылителями и белыми мятыми тканями по бокам. Расставив руки, парень томно ожидал окончания внешней дезинфекции. И теперь уже во влажном костюме он вошёл на ресепшен, где его, как назло, ожидала не самая приятная встреча с профессором Лосевым. В надежде, что его не заметят, парень попытался проскользнуть в коридор, но вдруг из-за спины донёсся хриплый пожилой голос:

– Рыков! – эхом раздалось по всему залу.

Парень тяжело вздохнул и медленно повернулся, уловив на себе посторонние взгляды сотрудников. Профессор передал секретарше стопку документов и, глядя на наручные часы, подошёл к нему:

– Насколько помню, процедура должна продлиться час, а не пять минут.

– Во-первых, невероятно рад, что вы наконец запомнили мою фамилию… – снимал он с себя противогаз, показывая чёрные растрёпанные волосы. – А во-вторых, – с негодованием продолжил он, – спасибо, что решили вызвать меня в мой законный… – сложил он лямки противогаза во внутрь. – неоплачиваемый… – бросил он противогаз профессору под ноги. – выходной… – он с ненавистью посмотрел в глаза старику и ушёл.

– Ах, ты…! – напыжился профессор и, подняв трясущийся сморщенный палец, попытался придумать ответ, но Рыков уже ушёл. – Можешь прощаться со стажировкой, гад… – сквозь зубы сказал он. – А ну за работу! Не на что тут глазеть! – разогнал он засмотревшуюся публику.

Больничный запах бросался в нос. Рыков шёл по коридору и снимал перчатки. Будучи на нервах он вылетел за угол и случайно столкнулся с лаборантом немалого телосложения. Оба они без каких-либо претензий продолжили идти в своих направлениях. Рыков даже удивился, что ему не высказались плохим словом.

В комнате химчистки учёный отдал костюм на дополнительную обработку. Затем он переоделся в привычный серый комбинезон и засучил рукава. Недлинную молнию у шеи он застегнул и призадумался, глядя в зеркало: «Зачем я воспользовался рекомендациями? Стоило подать заявку в Матрикс. Как и планировал…».

Тут в отражении дверного проёма появился толстенький знакомый и пальцем подозвал его в коридор. Рыков закатил глаза и, нервно выдохнув через ноздри, направился к нему.

За дверью ожидал взволнованный приятель по имени Фёдор Карин. Рыков спросил, в чём дело, но вместо ответа толстячок приставил палец к устам и повел его за собой. Парню это всё показалось странным, но его окутал дикий интерес, и он пошёл за ним.

Вдвоём они спустились на подземный этаж и, по просьбе Карина, надели респираторы, прежде чем войти в тёмную лабораторию, где на рабочем столе светила тусклая настольная лампа, а у двери стояла белая доска с нарисованным графом. Вершины его несли латинские названия с разными формулами.

Фёдор уселся за стол и рыскал по нему в поисках чего-то, будто позабыв о Рыкове.

– Так, ты расскажешь, зачем мы пришли сюда? – негодующе произнёс Рыков. – Молчи-молчи… У меня терпение не резиновое… – поглядел он на доску.

– Подойди-ка, – внимательно рассматривал он на свету пробирку с жёлтым содержимым.

– Что это? – нетерпеливо подошёл он к столу.

– Осторожно… – передал он ему образец. – Эта штука содержит грибные споры, но по составу не такие, как на Земле…

Рыков заинтересовался, и Карин пододвинул к нему микроскоп. Парень взглянул на образец и увидел ветвистые колеблющиеся спорообразования. Они распускались словно цветы в зеленом, голубом и фиолетовом окрасе. Жёлтый цвет придавала слизь, удерживающая споры в жидком состоянии. Подобного Рыков ещё никогда не видел и в недоумении глянул на коллегу.

– Нездоровая хрень, да? – с усмешкой произнёс Карин.

– Откуда это?

– Не знаю. – пожал он плечами. – Как всегда – с глубин. У нас на поверхности в ближайшие двадцать километров и цветочка не сыщешь не то, что грибы.

Рыков покрутил колбу с жидкостью в пальцах и задумался о своём увольнении. Ему крайне не хотелось продолжать работу на этой станции, поэтому он решил оставить дело за Кариным.

– В любом случае я больше не смогу помогать тебе… – вернул он колбу.

– В смысле?

– Лосев отправил меня провести замеры, но я уже вторые сутки как крыса в колесе… – присел он на край стола. – Ну и это было его последнее предупреждение…

– Может, поговоришь с ним? Он не может просто взять и уволить теб…

– Так я решил! – перебил его Рыков. – Меня уже не на шутку заколебала его старая рожа…

– Погоди чутка… – собрался он с мыслями. – Пойми, тут всё серьезней, чем кажется. Конечно, отстаивать себя – хорошо, но только не в нашей сфере… – помотал он головой и глубоко вздохнул. – Полагаю, ты реально всё? Всего же месяц…

Карину казалось, что они с Рыковым находятся в дружеских отношениях, хотя другой думал иначе. Они были не более чем приятелями для бесед в перерывах между работой. Рыкову не хотелось слышать от него дружественную манеру – его это крайне раздражало.

– Верно. А пошло оно на все четыре стороны! – задорно произнёс он и развёл руками. – Предлагаю составить мне компанию за ужином перед моей увольнительной, а потом попрощаться и навсегда забыть о нашем знакомстве. Что скажешь?

– Ох, Рыков, – неохотно встал он со стула, – твоему эго, конечно, не позавидуешь… Конечно, идём…

Приятели поднялись на первый этаж и направились в столовую. И тут на глаза им попался экипаж из пяти человек в бежевых скафандрах. Среди них выделялся светловолосый мужчина с выразительными чертами лица. Он рассказал какую-то шутку и заставил присутствующих смеяться. Рыков хотел непричастно пройти мимо, но вдруг…

– Постойте, пожалуйста, извините. – преградил тот мужчина дорогу. – Я хотел бы узнать, кто у вас сейчас главный, просто мы там на Люмусе… – попытался он сформулировать мысль. – В общем нам до сих пор не доплатили долг за прошлую поставку.

– При всём уважении, меня это не волнует, – равнодушно смотрел на него Рыков, – уйдите с дороги.

Карин посторонил Рыкова:

– Простите, моего коллегу, у него сейчас проблем выше крыши. – посмеялся он, взмахнув ладонью над головой. – Если ищете профессора Лосева, то он в своём кабинете на втором этаже.

– О, да, – приободрился мужчина, – спасибо большое! – выставил он два указательных пальца, выразив уважение.

– Ещё, если не лень, передайте этому козлу, что он козёл, – выставил перед ним Рыков указательный палец.

– Арсений! – поддёрнул Фёдор его за плечо. Затем он неловко посмеялся мужчине: – Извините…

Вскоре они наконец пришли в столовую, где оказалось не так уж и людно. Они взяли подносы с пюре и котлетой и заняли стол, на другом конце которого сидел знакомый Рыкову по своему упитанному телосложению мужик с длинными лохматыми волосами и густой бородой. Фёдор завёл какой-то разговор, совсем не интересующий Арсения. Он уставился на того подозрительного лаборанта, что так и не притронулся к своей порции. Мужик вдруг посмотрел в его сторону, и Рыков быстро отвёл взгляд, притворившись, что ест.

– Всё хорошо? – обеспокоенно спросил Карин, поглядев то на мужика, то на Рыкова.

Незнакомец в халате оставил поднос нетронутым и покинул столовую. Его поведение показалось Арсению довольно странным, поэтому он решил проверить то место. Фёдору же не понравилось, что приятель игнорирует его. Он обиженно облокотился о стол и продолжил есть порцию.

На подносе незнакомца Рыков обнаружил чёрные наручные часы, выполненные не из самого дешёвого материала. Возможно, в спешке мужик нечаянно оставил их. Но куда он мог спешить? Рыков с любопытством последовал вдогонку за подозрительным учёным. Выйдя в коридор, он увидел, как тот уходит за угол, оттуда же не вовремя появился профессор Лосев. При виде бегущего рысцой Арсения он сделал сердитое лицо и язвительно пригрозил:

– Через сутки вас возвращают на такой же бесполезный Плутон, как и вы, Рыков! Но ещё не поздно…! – не договорил он.

– Рад за вас, – пробежал он мимо и похлопал его по плечу.

– Ох, ты ж…! – разозлился он и хотел было высказаться нахальному парню, но тот опять скрылся из поля зрения.

Арсений поднялся на второй этаж и почти догнал того мужика. Но вдруг незнакомец встретился с другим учёным и зашёл за угол. Рыков сбавил шаг и услышал их резкий спор.

– Тебе ясно сказали, что это билет в один конец! – грозно говорил мужик с прокуренным голосом. – Пути назад нет!

– Ты реально думаешь, что они в натуре ответят за базар? – скрипящим противным голосом ответили ему.

Арсений осторожно выглянул к ним и увидел с одной стороны того мужика, а напротив него белобрысого низенького собеседника, что явно выглядел встревоженным.

– Я не догоняю… Ты чё уже как сучка под себя ссышься? – пронзал он его ненавистным взглядом. – Ты на хрена согласился на это?! – толкнул он его к стене.

– Ты чё творишь, урод?! – попытался он толкнуть в ответ, но его руки схватили и подняли вверх. – АХ, ТЫ, СУКА!!! – пнул он его со всей дури в живот.

Рыков волнительно ожидал исхода перепалки, надеясь, что они мирно разойдутся. Упитанный мужик придавил белобрысого к стене, отчего тот взвыл от нестерпимой боли и повис на чём-то спиной. Он брыкался, кряхтел и задыхался, пытаясь слезть. Арсений застыл. В тот момент он ощутил невообразимый ужас, что мог присниться только в самом худшем кошмаре. На лице упитанного мужика тотчас сверкнула нездоровая улыбка. Ему нравилось наблюдать за мучительной смертью. Изо рта белобрысого стекла кровь и каплей разбилась о пол…

Свистящие звуки сигнализации смешались с ужасающими криками людей. Коридоры комплекса наполнились хаосом. Один из лаборантов в бессилии полз в луже крови и хлюпал слюной, прислушиваясь к звукам. Позади него шло немалых размеров существо на четырёх лапах с острыми, как лезвие, когтями. Мужчина в страхе обернулся и от увиденного потерял дар речи. Оно обнажило зубы, словно из волчьей пасти, и зарычало пронзающим до дрожи стрекотанием. Учёный в порыве отчаяния закричал во всё горло…

Карин и Рыков прятались в комнатке ботанического сада и слышали тот страшный крик. В основной зоне рыскала одна из особей, опрокидывая стеллажи с цветущими под голубыми лампами растениями. У Карина вдруг началась одышка, и он задрал голову, стараясь успокоиться. Рыков ткнул его и приставил трясущийся палец к устам, а затем, водя ладонью вверх-вниз, безмолвно говорил ему дышать ровно. Фёдор постепенно успокоился, и тогда Арсений осторожно выглянул из-за стола. Костяной хребет существа, тянущийся до самого кончика хвоста, вошёл в их комнатку. Рыков испуганно вернулся в укрытие, а Карин с мокрым от пота лицом взглянул в сторону и увидел, как тварь идёт мимо них к тёмному углу.

Рыков понимал, что там задерживаться не стоит, и легонько потянул Карина за плечо, и повёл за собой. Вместе они осторожно перебрались в основную зону, и тихонько шли меж столами с посадками, и почти добрались до закрытой двери. И вдруг Фёдор запнулся об алюминиевую банку, и та с глухим звоном покатилась под стеллажи…

В тот же миг парни скрылись за двумя параллельными столами, расположенными около выхода. Существо выбежало из комнатки и прислушалось к окружению. Оно медленно направилось в их сторону, шаркая о пол твёрдым наконечником хвоста. Рыков не отводил глаз от дверной панели. Тварь прижала морду к полу и принюхивалась, чуя их запах.

Панель на стене вдруг загорелась зеленым, и существо замерло перед открывшейся дверью, где от неописуемого страха застыл лаборант. Рыков и Карин переглянулись, и вдруг мимо них рывком пролетела особь, что прижала учёного к стене. Она вцепилась в его грудь мощной пастью и разрывала живьём. Парни подскочили и, с ужасом наблюдая, как поедают того бедолагу, просочились в коридор за спиной существа.

Позади раздавались затихающие вопли. Рыков мчался вперёд с еле плетущимся Кариным и постоянно оборачивался. Они забежали в мастерскую и неожиданно попали в комнату, что оказалась тупиком. Эхом донеслось рычание голодной твари.

И тут Рыков заметил в потолке вентиляционное отверстие. Он подкатил туда тяжеленный металлический шкафчик на колёсиках и залез на него, чтобы снять решётку.

– БЫСТРЕЙ, АРСЕНИЙ, ОНО РЯДОМ!!! – встревоженно кричал Фёдор. – НУ ЖЕ…!

В панике Арсений ковырял пластиковые клипсы непослушными пальцами, и, когда понял, что это бесполезно, просто вырвал решётку, и сразу же полез наверх. Из его кармана выпали найденные в столовой часы и ударились о пол, разбив хрупкий циферблат.

– БОГА РАДИ, БЫСТРЕЕ…! – тянулся туда Фёдор.

Существо приближалось к комнате. Рыков с трудом взобрался в вентиляцию и со страхом отползал в глубину. Карин самостоятельно пытался протиснуться, но из-за своего телосложения застрял в отверстии:

– АРСЕНИЙ! ПОМОГИ МНЕ! Я ЗАСТРЯЛ!!! НЕ МОГУ ПОДНЯТЬСЯ!!! УМОЛЯЮ ПОМОГИ…!

«Ты ведь сам привлекаешь его своим криком…» – думал Арсений, отползая назад.

Карин вдруг замер, ощутив чьё-то присутствие внизу, и потянулся к Рыкову:

– Господи…! Оно здесь…! – прерывисто дышал он. – Нет, Рыков! Помоги…! ПОМОГИ!!! РЫКОВ!!! НЕЕЕЕТ!!! – закричал он во всё горло от невыносимой боли. – НА ПОМОООЩЬ!!!

Парня порывами тянули вниз вцепившиеся в таз челюсти. Вскоре он перестал произвольно двигаться и замолк, а на лице его застыл неописуемый ужас. Рыков замер в оцепенении. Тело Карина продолжало дёргаться и хрустеть. Его верхняя его часть осталась в вентиляции забрызганной собственной кровью.

– Мне жаль… – отползал назад Рыков. – Мне жаль…

Вдруг раздался массивный скрежет, а затем и грохот, будто что-то рухнуло на крышу комплекса. Рыков невольно прислушивался ко всем звукам и пытался держать себя в руках, чтобы не сойти с ума. Ему необходимо было добраться до комнаты сообщения и вызвать помощь. Он подполз к первой попавшейся решётке и разглядел сквозь неё тёмный коридор.

Внизу лежало много растерзанных человеческих тел. Аккуратно спрыгнув, парень старался не смотреть на них и сосредоточился на открытой двери, что вела к лестничной клетке, где на ступенях лежал тяжелораненый профессор Лосев. Старик держался за живот и при виде Рыкова с надеждой протянул руку:

– Рыков, сынок, помоги…

Состояние профессора говорило само за себя: с минуты на минуту ему конец.

– К сожалению, я ничем не могу помочь, профессор.

Без жалости он прошёл мимо и поднялся на третий этаж. Подходя к двери комнаты сообщения, он вдруг услышал крик Лосева и выглянул вниз. Профессора утащили в коридор. Не менее пугающая сигнализация частично заглушила ужасающее эхо. Рыков вошёл в комнату и заперся там. Долго не думая, он бросился к рации и бегло настроил частоту:

– Говорит, Арсений Рыков! На станции «Глубина» чрезвычайная ситуация! Существа выбрались из-под земли и уничтожили весь комплекс! Возможно, я единственный выживший! Мне нужна помощь! Пришлите спецназ! Повторяю, если вы слышите, мне срочно нужна помощь…! – вдруг он замер и со страхом обернулся к двери, где по другую сторону донёсся до дрожи пронзительный скрежет острых когтей...

Глава 1. Экипаж «Даль-7»

– Приветствуем всех гостей нашей станции! – разносился будто эхом по тёмной комнатке со сверкающими гирляндами приглушённый голос диктора из радио. – Завтра в пять утра по земному времени в нашей небольшой системе состоится парад планет! В честь этого мы хотим торжественно объявить, что в ближайшие сутки выпивка продаётся со скидкой двадцать процентов! Ждём вас в нашем кафетерии! С любовью и заботой станция «Люмус»! – после чего заиграла лёгкая джазовая мелодия.

В полумраке горел яркий голографический монитор с открытым в текстовом редакторе печатным документом. На дальней стене, за не застеленной кроватью, транслировалась Земля прямиком с Луны в самом высоком качестве. За столом спала девушка в синем пилотском комбинезоне. Её волнистые светлые волосы, зачёсанные набок и закреплённые серебристой заколкой с до невозможности маленькой гравировкой, блестели при свете монитора. Из-под засученного рукава, на левом запястье, красовалась алая татуировка в виде распустившейся розы с отсечённым зелёным стеблем. Девушка невероятно вымоталась за прошедший день и нечаянно уснула за написанием ежемесячного отчёта.

И тут размеренный сон неожиданно стал перерастать в нечто страшное. Лоб девушки сильно напрягся, а зрачки под веками метались из стороны в сторону. Она сжала кулаки и зажмурила глаза до такой степени, что из одного потекла слеза.

– ХВАТИТ!!! – подскочила она в кресле и беспокойно дышала. Тут она посмотрела на неготовый отчёт и мигом пришла в себя: – О боже… – впопыхах она загрузила недописанный файл на почту своего спонсора.

Внезапно в дверь позвонили, и девушка вздрогнула от испуга.

– Сейчас! – крикнула она, выключив радио.

Девушка протёрла лицо и поправила форму. Не вставая со стула, она потянулась к умной панели на стене и открыла дверь. За порогом стоял коллега-инженер по имени Владимир Смирнов – брюнет с зачёсанными волосами в комбинезоне болотного цвета. Выглядел парень крайне недовольным. По началу девушке показалось, что настроение у него угрюмое из-за того, что ему высказались по поводу отчёта, но, когда он вошёл, она поняла истинную причину его злости.

– Чёртов урод! – уселся он на кровать. – Неужели нельзя было предупредить нас заранее, что будет пополнение?!

Тут следом за ним встала в дверном проёме Зоя Тихонова – рыжая кудрявая девушка в оранжевом комбинезоне с кучей веснушек на милом лице. Она являлась вторым пилотом космического грузового судна «Даль-7». Картавя, она с усмешкой ответила мужчине, скрестив руки на груди:

– Давно уж пора пополняться, а то на таком корабле мы скоро с ума сойдём ненароком!

– Ох, запомните мои слова, девушки, – смягчил он тон и выставил перед собой руки, – если он и дальше продолжит вести себя как говнюк и равняться с капитаном – я увольняюсь.

– Ха, мне кажется, ты уже не раз так говорил. Верно, Кира…? – увидела Зоя монитор с загружающимся отчётом. В тот же момент у неё пропал весь энтузиазм. – О-оу… – неловко прошипела она. – Кажись, кто-то опять будет не в настроении…

– Кто? Джон что ли? – удивился Владимир. – Да пошёл он.

– Ну ты как всегда! – недовольно воскликнула она. – Он полностью обслуживает наш корабль, – загибала она пальцы, – покупает лучшее топливо и снабжает нас новыми технологиями…

– А ещё он козёл! – перебил он девушку.

Кира спустя минуту своего молчания наконец вставила слово:

– Уж какой есть… – закручивала она на палец локон своих волос. – Вы простите... Я просто сильно изматываюсь в последнее время… – чувствовала она вину.

– Да ничего, Кира, – поддержал её Владимир, – ты стараешься ради нас. Да, Зоя?

– Конечно. – с улыбкой ответила она. После короткой паузы она сказала: – Так, что? Мы идём обедать или как?

Обед никто не отменял. Втроём они вышли в коридоры с немытыми полами и отправились в кафетерий. То был огромный зал с несколькими антресольными этажами и большим стеклянным куполом, где частично виднелась желтая газовая планета «Люмус». Внешне она напоминала Сатурн только без характерных колец. Кира облокотилась о перила и поглядела на первый этаж, где в это время обедало много людей. И неожиданно слева донёсся незнакомый мужской голос:

– Впервые на Люмусе, капитан Майрова? – гордо прозвучал он.

Девушка повернулась и увидела незнакомца, что тоже оказался блондином, как и она, но форма у него была бежевая с нашивкой «Бриль».

– Мы с вами знакомы? – спросила Кира.

– Бейджик, – указал он на её имя.

– Ах, да. – неловко улыбнулась она, глянув на нагрудный карман. – Нет, мы с экипажем второй раз.

Зоя и Владимир помахали ему из-за её спины.

– Чудно, может, тогда поужинаем вечерком с моим составом?

– К сожалению, мы уже отлетаем. Осталось перекусить перед дорогой.

– Ох, – он явно огорчился, – в таком случае, может, перенесём на следующий раз?

– Знаете, нынешний космос не так велик, как кажется. Ровно через два месяца мы снова вернёмся сюда.

– Как совпало удачно! – восторженно отбил он ладони. – У нас через два месяца тоже отлёт. Буду рад увидеться снова. Меня, к слову, Михаил Оккатов зовут. Будем знакомы. – нежно пожал он её руку.

– Кира, – улыбнулась она, сжав его ладонь крепче.

Михаил сильно удивился тому, насколько у неё сильная хватка. Напоследок он махнул остальным:

– Счастливо! – ушёл он к своему экипажу.

– А он-то к тебе подкатывает, – интимно прошептала Зоя ей на ухо и язвительно посмеялась.

Кира с улыбкой закатила глаза и направилась за ребятами вниз по лестнице. Она была рада завести новое знакомство, но сомневалась, что они когда-нибудь ещё встретятся. В данный момент ей больше всего хотелось поскорей чего-нибудь съесть. Она толком ничего не ела со вчерашнего дня. Мало кто понимал, насколько ей сейчас тяжело. Быть капитаном – нести громоздкий груз на плечах. До этого дня она порой задумывалась о пополнении экипажа, но никак не могла на это решиться, потому что ей казалось, что нынешний состав прекрасно справляется со своими задачами.

На первом этаже Зоя и Кира заняли большой круглый стол, пока Владимир отошёл заказать порции. Девушки терпеливо глядели по сторонам и вдруг увидели идущего к ним высокого худенького парня в тёмно-красном комбинезоне. Его звали Антоан Мартен. Его лохматые пепельного цвета возвышались вверх, а продетое в носу кольцо тихонько ударялось о губной желобок. Говорил он с французский акцентом на отличном русском, что сильно обосабливало его речь среди остальных. Сегодня он выглядел хмурым, видно, утро не задалось. Зоя любопытно шепнула Кире:

– Что у него опять?

Кира пожала плечами. Антоан расположился напротив, и Зоя радушным голосом сказала:

– Доброе утро, Антоан, как дела? Видок у тебя какой-то кислый.

Антоан промолчал и, облокотившись о стол, посмотрел на Киру.

– Кто тебе дорогу перешёл? – в серьёзном тоне спросила капитан.

– Угадай… – откинулся он к мягкой спинке.

– Джон… – тяжело вздохнула она.

– Ага, это из-за отчёта. Сказал, чтобы я сообщил об этом тебе. – неловко опустил он взгляд.