Дракон под ёлкой

Глава 1

Как я рада, что этот год закончился! Ну, почти… До Нового года остаётся восемь часов. Я, наконец-то, смогла вздохнуть спокойно. Даже успела опомниться и пробежаться по магазинам. Включая ёлочный базар, где меня облапошил продавец, впарив громаднейшую красавицу ель.

К ёлке претензий нет, она замечательная. А вот её цена запредельно высока. Мой двухнедельный оклад.

Как я на это повелась? Младшего лейтенанта Ласточкину Алину Геннадьевну тупо развели на бабки.

На кой мне такая ёлка? Ни гостей, ни подруг, ни родных… Для кого я её тащила две улицы? А ещё мент…

Да, не этого я ожидала от родного городка, конечно. Говорят, в провинции люди добрее. Да сейчас же!

Ещё и майонез к салатам забыла в супермаркете. Пришлось, кряхтя и чертыхаясь, втащить ель в зал и тут же мчаться устранять оплошность. Салаты я купила готовые, уже нарезанные, но не заправленные.

Как чувствовала, что ничего не успею, затарившись готовой едой и шампанским с фруктами на праздники.

Отстояв очередь на кассе, я уныло поплелась к дому с двумя ведёрками майонеза и детским Новогодним подарком в красивой, красной коробочке.

Уже в подъезде, поднимаясь на третий этаж пятиэтажки, я столкнулась с соседкой – баб Нюрой. Приятным отголоском своего детства.

– Алиночка? А как… Когда ты приехала?– пожилая женщина поспешила заключить меня в объятия, сбив мою шапку набок. Голубой бубон упал на правый глаз.

– Здравствуйте, баб Нюр. Три дня как.

– То то я тебя на похоронах не видела.– сочувствующие произнесла женщина, заботливо выровняв шапку.– Ты как? Держишься?

– Конечно.– пожала плечами.

Не знаю, что говорят в таких случаях. Моя бабушка – Татьяна Андреевна, не дожила до Нового года всего неделю, отдав богу душу в собственной постели. В восемьдесят восемь лет.

На похороны я не успела. Приехала на следующий день, а на столе в кухне лежали бумаги – свидетельство о смерти, корешок заключения о смерти и завещание. На стикере, зажатом магнитиком на холодильнике, были данные кладбища и места захоронения.

Всё прошло без моего участия. Наверное, поэтому я не могу скорбеть в должной мере. Не знаю, как реагировать на соболезнования…

– А мать-то твоя, кукушка, с тобой? Не видела её после похорон…

Эх, баб Нюра, вы её хотя бы видели!

Я её вообще никогда не видела. Растила меня бабуля. Своеобразно. Мать, вроде как мать, присылала нам деньги, ни разу не явившись за мои девятнадцать лет. По крайней мере, так говорила бабуля. А раньше… раньше я и не помню. Мне было пять, по рассказам бабушки, когда мать перевели за границу. Не думаю, что на её пенсию, я посещала многочисленные кружки и секции, могла себе позволить репетитора по математике и одеваться в качественную одежду.

В те годы-то?

Лишь вырвавшись из этого города, я смогла дышать. Но важно не это. Важно, что с моим скорым отъездом, попросту побегом из-под бабушкиного крыла, я стала получать денежные переводы и смс сообщения с неизвестных номеров. Я была уверена, что это мать.

Никогда не понимала и не пойму этой логики. Раз уж бросила дочь, даже на глаза ей не появляешься, то зачем выделять ей какие-то финансы, слать сообщения?

Логичнее было бы меня забыть. Вычеркнуть из своей жизни не только физически, но и материально.

– Нет, я её не застала.

– Ой-ой,– запричитала соседка.– Бедная девочка. Не повезло Таньке с дочерью. Зато внучка у неё замечательная.– старушка тепло улыбнулась.– Она очень гордилась тобой, Алиночка. И очень тебя любила.

Горло запершило. Стало совестно и грустно.

– А вы куда, баб Нюр?– поспешила отделаться от женщины.– Не в магазин? А то я могу сбегать, если вам что-то нужно.

– Нет-нет, девонька. Меня там такси ждёт. К детям и внукам еду! Позвали старую на Новый год.– весело докладывает она.

– Ну какая же вы старая…– растерялась я.– Вы ещё правнуков нянчить будете!– улыбнулась.– Вас проводить к машине?– скосив взгляд на трость в её руке, предложила я.– Простой там, счётчик крутится. Под Новый год и так цены ломят…

– Спасибо, милая, я сама. Побегу я тогда, побегу. А то дорого своим обойдусь.

Я подождала у лестничного пролёта, пока баб Нюра "сбегала" по ступенькам вниз, медленно переставляя ноги и опираясь на трость и перила одновременно.

Грустно всё это. Почему мы стареем?

Меня старость пугает больше, чем смерть…

Квартира встретила тишиной и долгожданным теплом. Сгрузив покупки на кухонный стол, я переоделась в тёплую домашнюю пижаму и принялась чистить картошку.

Для кого, непонятно. Мне салатов с головой хватит. Ещё колбаска, сырок и фрукты. Запеку картошечку на гарнир, пусть будет. Много времени это не займёт.

Быстро управившись, я отправила противень с картофелем и мясом в духовку, щедро посыпав всё тёртым сыром и накрыв фольгой.

Пришёл черёд и ёлки. Зря, что ли, я разорилась на ней?

На поиски ёлочных игрушек ушло времени больше, чем на то, чтобы её нарядить. Бабуля была редким Плюшкиным, редко выбрасывая из дому одежду, макулатуру и прочие не совсем нужные вещи. Пришлось перебрать множество коробок, прежде чем найти-таки необходимое.

Коробка была пыльной и объёмной. Игрушек было очень много. Самых разных, от стеклянных до пластиковых, всех форм и цветов. Дождик, серпантин, коробка бенгальских огней, три хлопушки и странный шар. Я не нашла на чёрной поверхности никакого механизма, или крючочка, который бы позволил как-то зацепить его за веточку, или хотя бы продеть ниточку в какое-то отверстие.

Тиснение крылатого создания интриговало.

Занимательная вещица. То ли дракон вытеснен там, то ли ещё какая-то мифическая животинка. И всё. Больше ничего не было. Только дракошка.

Поковыряла ногтем материал, сдув с пальцев чёрную пыль. Кажется, моя бабуля ошиблась коробкой. Это не ёлочный шар, а шар для ванны.

Скорее всего.

Тоже нужная вещица, кстати. Я планировала хорошенько отмокнуть в ванной до того, как этот год закончится.

Проверила шар под струёй воды над раковиной. Поберегла тиснение крылатого, проверив на гладкой стороне. Вода тут же зашипела и запенилась.

Одним вопросом меньше.

Как раз пока картошка в духовке, я успею понежиться в тёплой водичке.

На кухню всё-таки сбегать пришлось.

Вооружившись маской для сна и двумя кружочками огурца, я вернулась к приятному релаксу.

Выждав, пока ванна наполнится наполовину, я, быстро раздевшись, забралась в неё, потянувшись за шаром. Не задумываясь, бросила его в воду, поджав под себя ноги.

Главное, чтоб он не обладал хорошим пигментом, иначе я выберусь отсюда цветом хорошо латиноса. Могу и вообще чёрными пятнами пойти.

Вода забурлила, окрашиваясь в чёрный цвет.

Я высунула ножку, пошевелив пальчиками. Пока ещё не окрасилась. Будем надеяться, что так и будет продолжаться.

Положив огурчики на глаза, я натянула сверху маску для сна и откинулась на бортик, наконец-то расслабившись.

Пузырьки приятно щекотали кожу. Вода успокаивала и уносила в зыбкое небытие.

Опомнилась, учуяв запах гари.

– Копанный – штопанный!– выкрикнула я, срывая маску и роняя огурцы в хлещущую через края ванны воду.

На бегу завернулась в полотенце, скользя по ламинату мокрыми ногами.

Из духовки валил чёрный дым, въедливый до одури. И горло, и нос мгновенно запершило. Глаза заслезились.

– Блин!– яростно распахнула старенькие деревянные окна, беспрестанно махая перед собой кухонным полотенцем.

Открыв духовку, стало только хуже. Дым повалил гуще.

– Капец! Вода!!!

Бросилась обратно, плотно прикрыв дверь на кухню. Пусть выветрится хоть немного. Займусь пока потопом.

Спустя час я сидела на кухне с дёргающимся правым глазом, кутаясь в махровый халат и неотрывно смотрела на настенные часы. Без десяти полночь. Вот-вот этот год закончится. Вся страна поднимет бокалы с шампанским, собравшись в кругу родных и близких. А я с горелым противнем и тазиками с тряпками.

Хотя… Пожалуй, шампанское я всё-таки тоже открою.

***

– Какая отвратительная рожа…– я смотрела на себя в зеркало, привстав на локтях с постели.

На бабушкином комоде до сих пор белели вязанные крючком салфетки, а на самом зеркале несколько приклеенных фотографий. Я на них совсем маленькая. Лет восемь, девять, наверное.

К фотографиям претензий нет. Нормальные фотографии, а вот моё отражение…

Мда, бомж Валера, что время от времени ночует в нашем райотделе симпатичнее бывает.

Вместо век, два таких смачных и красных вареника, открывающие узкие щели глаз, необычного, светло-зелёного цвета. Длинные тёмные волосы торчат во все стороны. Лохмы, самые настоящие. Медуза горгона проигрывает этот батл зрительских симпатий. Я выхожу победителем по всем фронтам, не решаясь пощупать ни своё лицо, ни волосы.

Что вчера вообще было?

Тазики, тряпки, гарь, чёрный противень, который проще выбросить, чем отчистить. Кажется, я пила шампанское с фруктами… Кажется, плакала, вспоминая бабулю…

Да что ж мне плохо так, как будто я ящик этого шампанского выпила?!

Быть такого не может, конечно, у меня столько и не было, но…

Как же плохо.

Медленно встала с кровати. Поправила запутавшийся халат, перевязав пояс потуже. И пошла.

Прошаркала вязанными следами, в которых и завалилась спать, на кухню, бросив мимолётный взгляд на красавицу ель.

Гирлянда.

Когда я её успела повесить и подключить? М?

Кухня была идеально чиста. Ну, кроме горелого противня, стоящего в раковине. Со стола убрано. В мусорном ведре бутылка шампанского и очистки от бананов и мандаринов.

Та-а-а-ак. Ладно.

Ванная.

В ванной на меня опять уставилось страшилище из зеркала. Погрозив ему зубной щёткой, я с наслаждением почистила зубки мятной пастой, обильно прополоскав рот. Умылась холодной водой, зябко ёжась.

Зато взбодрилась.

Воссела на белый трон, задумчиво подперев рукой голову, и задумалась.

Как так-то? Бутылку шампанского в одно лицо?

… ещё и без минералочки на утро.

– Отвратительное поведение, Ласточкина. Аморальное.– бурча себе под нос, я отправилась опустошать холодильник. Хоть о минералке я не подумала заранее, а сок какой-то должен быть.

Победно подняв тетрапак с вишнёвым соком, я усмехнулась. Этот раунд за мной.

Выглушила оставшиеся пол-литра и довольно зажмурилась. Полегчало. Прямо чувствую, что жизнь налаживается.

Возвращалась в спальню бодрее. Я решила, что лучше лечь поспать ещё. Во всяком случае попытаться это сделать. На ногах мне похмелье переносить не доводилось, а вот некоторые мои сотрудники утверждают, что его можно переспать. Вот и проверим.

– Копанный – штопанный!– в глазах двоилось.

Ёлочка озарилась красным светом маленьких лампочек, выхватив силуэт на полу.

Опасливо попятилась к выключателю, резко включив свет в комнате.

– Мужчина!– громко рявкнула, поморщившись от головной боли, прострелившей виски.– Мужчи-ина!!!– уже тише, но не менее грозно повторила я.

Тоже мне "Ирония судьбы или С лёгким паром"! Что за мужик у меня дрыхнет под ёлкой?! Ещё и укрытый бабушкиным лоскутным одеялом!

– Мужик, блин! Ты там сдох?– нахмурившись, медленно приблизилась к неподвижной голове. Короткостриженному затылку в частности.– Нечего помирать под моей ёлкой!

Резко сбросила одеяло, тут же вернув его на место.

Голый!

Шумно сглотнула, озираясь по сторонам.

Что голый мужик делает в моём доме? Не было же его.

– Му-ужчина…– растерянно моргнула, ткнув незнакомца оттопыренным указательным пальцем в плечо.

– Мммм…– донеслось глухое мычание.

Живой, значит?

Ну это ненадолго, если он мне не объяснит, как попал в мою квартиру…

Бросилась к входной двери, проверяя следы взлома.

Ничего.

Как я вчера закрыла замок на два оборота ключа и цепочку, так всё и было.

Лучше бы так же хорошо помнила, откуда у меня мужик голый взялся!

Глава 2

Вооружившись шваброй, служившей верой и правдой моей бабуле всю её жизнь, я перехватила древко и решительно вошла в гостиную. Рваться в бой не спешила. Для начала отключила гирлянду. Цветные лампочки раздражали. Создавали совсем не боевое настроение.

– Уважаемый!– громко произнесла я, ткнув незнакомца шваброй в область спины. Не подействовало.– Мужик, блин!– ткнула пониже, метя в задницу.

Кажется, попала.

– Аллина-ааа…– странно протянул незнакомец, резко повернувшись ко мне лицом.– Что это?

– Кто? А-а-а-а…– это он так моё имя исковеркал? Откуда он его вообще узнал?– Это швабра! Ты кто такой?

– Драгар, свет очей моих. Забыла?– лениво подперев голову рукой, непринуждённо отозвался мужчина.– Красавица моя…– как-то мужик замялся, блуждая по моему лицу странным взглядом.

Кажется, я понимаю, о чём он думает.

На красавицу я сегодня мало похожа. Да и не сегодня тоже. Не уродина, конечно, но и до титулов всяких мисс мне далеко.

– Забыла!– решительно кивнула и вновь нацелилась шваброй на жутко спокойного типа:– Давай-ка, кто бы ты там ни был, ноги в руки и на выход!

– Ноги в руки…– задумчиво протянул он.– Это как?

– Как хочешь! Одеяло можешь себе оставить. Подъём, уважаемый. Окажите любезность, освободите мою квартиру немедленно!

– Мы же вчера решили, что пока артефакт вызова не накопит силу, я могу у тебя остаться?! Как это на выход? В незнакомый мир?

Ч-чего?! Вот только шизоида мне не хватало для полного счастья.

Принюхалась, пытаясь оценить степень опьянения незнакомца, но так ничего не поняла.

От мужчины пахло сладостями. Чем-то пряным и сливочным. А вот остальные запахи как-то терялись, что ли.

– Значит, познакомишься с незнакомым миром.– улыбалась, понятливо кивая.

Где-то я слышала, что с такими людьми лучше не спорить, не провоцировать.

– Но…как же…А артефакт?– мужчина резко встал на ноги, выпрямившись в полный, впечатляющий рост. Я, опешив, задрала голову вверх, глядя на него, как муравьишка на подошву чьих-то ботинок. Немного погодя, до меня дошло, что одеяло-то, одеяло – вот оно! На полу лежит!

Глаза бессовестно косили вниз, но я старалась не отвлекаться от операции по освобождению своих квадратных метров от громилы-мужика.

– Одеяло!– рявкнула так, что у самой уши заложило.

– Почему ты такая, Аллиночка?– грустно вздохнул он, всё же наклонившись за одеялом, оставленном на полу.

– Нормальная я.– гордо вскинув подбородок и швабру, я подождала, пока мужчина обернётся тканью, и грозно указала на дверь.– Двигай давай ногами отсюда.

– Могу я хотя бы взять с собой артефакт?!– грозно прорычал мужчина, зыркнув на меня устрашающе.– Как я без него домой попаду?! Ни крыльев, ни пламени…

Дышим, Алина, дышим…

– А он здесь?– сглотнув, интересовалась я нахмурившись.

Пусть забирает что хочет, лишь бы убрался отсюда. С его комплекцией… В общем, открытый конфликт с данным индивидуумом не принесёт мне ничего хорошего.

– Там!– махнув рукой в сторону батареи, мужчина грозно свёл густые тёмные брови.

– Иди и бери.– кивнув, разрешила я, внимательно наблюдая за каждым его движением.

Подхватив края одеяла, мужчина шагнул к батарее под окном и отодвинул штору в сторону. Пошарил рукой поверху, очевидно, собирая пыль, и резко обернулся:

– Хорошо подумала? Второго такого больше не найти.– ухмыльнувшись, спросил шизоид, подбросив в руке шар.

Мой шар для ванны.

– Э-э-э-э… Да.– не особо уверенно произнесла я, растерянно глядя на абсолютно целый чёрный шар, подпрыгивающий на его ладони.– Иди уже с…миром.

Я решила не заморачиваться сейчас вопросами: как шар для ванны остался целым, почему именно он для мужчины является каким-то артефактом, почему он на батарее. Может это вообще другой шар? Проверять и копаться в этом абсолютно не хотелось.

– Если ты так решила, пусть так и будет.– вздыхает он.– Очень жаль, Аллиночка, что пророчество Сай-Драккара не о тебе. Ты мне очень понравилась. Я не отказался бы от такой истинной. В любом случае, если нам суждено быть вместе, мы всё равно встретимся…

– Иди уже отсюда!– тихо рыкнула я.

Кошмар какой-то. Нормальный же мужик с виду. Высокий, сильный, с красивым рельефным телом в нужных местах. И лицо, хоть сейчас на обложку мужского журнала. Лоб открытый. Глаза низко посажены, огромные, насыщенного кофейного цвета. А может и не глаза вовсе, а цветные линзы? Красивые скулы. По-мужски привлекательный подбородок с едва заметной щетиной.

…и кукухой поехавший.

Артефакты какие-то… Тоже мне сталкер недоделанный.

Не моего это ума дело. Пусть специалисты с этим разбираются. Главное, чтоб небуйный был и ушёл спокойненько.

Направив на незнакомца швабру, провела его к входной двери. Под конвоем он остановился у двери и непонимающе оглянулся:

– Не передумала?

– Нет. Открывай дверь.

Со вздохом этот ненормальный подёргал дверную ручку, вызвав мой зубной скрежет:

– Цепочку сними и ключ проверни!– опасаясь за сохранность своей двери и замков, прикрикнула я.

– Я не умею…– растерянно пробормотал он.– У нас нет таких механизмов…

Каких механизмов?! Дверную цепочку снять? Два оборота ключа сделать?!

Вот что он задумал?

Я сейчас к двери подойду, швабру опущу, а он меня хрясь по темечку!

– Давай без резких движений.– опасливо косясь на его туловище, перегородившее подход к двери, я приблизилась на шаг к нему.

Извернувшись, протиснулась сбоку, сбросив дверную цепочку, и провернула ключ, вцепившись в дверную ручку.

Щелчок, и дверь открылась, впустив в квартиру прохладу подъезда.

Резко отпрянула, перехватив удобнее швабру:

– Прошу.

– А в какую из этих дверей мне нужно?– ошеломлённо рассматривая лестничную клетку, спросил мужчина, ступив босыми ногами на, я уверена, холодную плитку.

– Издеваешься? Тебе вниз по лестнице. На улицу. А там не знаю, домой или в больницу. Это уже твоё дело.

Видя, что он не спешит лишать меня своего общества, всё-таки подтолкнула его шваброй в спину, чтобы убрать препятствие с траектории движения двери. Шумно сглотнув, захлопнула дверь. С грохотом выронив своё оружие, резко провернула ключ на все обороты.

Кажется, отделалась лёгким испугом.

Нервы у меня крепкие. Пожалуй, с самого детства. Так что я, долго не думая, придвинула к второй двери тумбочку и ушла спать.

Взбодрило меня, конечно, конкретно, но голова по-прежнему раскалывалась, а нутро подрагивало, будто у меня внутри целый водоворот. Лучше было лечь спать.

Если шизоид вернётся, я услышу.

Зря, что ли, пыхтела, баррикадируя дверь? Да и зачем ему возвращаться?

Ой, да ну его вообще. Тоже мне модернизированный Новосельцев.

Легла на спину, прикрыв глаза, и попыталась выбросить все мысли из головы. Получалось с трудом, но это уже что-то.

Выждав какое-то время, отвернулась к стене, укрывшись одеялом с головой. Я должна просто переспать это состояние.

Мне так паршиво… И так стыдно. Жуть.

Мысли неожиданно обрели графическое изображение. Кажется, я глушила шампанское в одно лицо на фоне голубо-белого кафеля в мелкий цветочек. Чистила фрукты, о чём-то напряжённо размышляя. Глубокая и ненавистная складка на лбу свидетельствовала об этом.

…а потом пришёл он.

Аполлон. Бог. Мужчина-мечта, искрящийся, словно блёстки в моём детском шампуне. Светящийся…

А голос какой…ммм… Низкий, с хрипотцой и обволакивающий. Пробирающийся в самую душу и затрагивающий те струны, о существовании которых я и не знала.

Плёл что-то о драконах, артефактах и избранных. Или истинных? О ком-то из них. О пророчестве каком-то… Что-то про голос избранной. Ну истинной, которая станет спасением его миру, войдя в древний драконий род.

Лапала ещё его… Шею и плечи, ничего провокационного. Для меня и это было сверх смело. Вообще, это не я – это шампанское.

Облапала, комплиментов наслушалась и отправила его туда, откуда тот пришёл, гордо заверив, что я не такая.

Какая не такая? Как можно было так напиться?

– Копанный – штопанный! Он же из-под ёлки и пришёл!– широко распахнув глаза, я сбросила одеяло.

Настенные часы утверждали, что я полежала несчастных полчаса. Вряд ли всё это мне успело присниться. Вряд ли я вообще спала.

– Схлопнулось у него там что-то…– чертыхаясь, дошла до кухни. Только оттуда окна выходили во двор.– Господи, я серьёзно это сейчас обдумываю?– застонав, облокотилась о подоконник, рассматривая заснеженную улицу.

Стоит. Как статуя. С идеально прямой спиной, босыми ступнями в снегу. Не шевелится. Только одеяло бабули теперь ещё и на голове обёрнуто, на манер косынки. Полы колышутся от ветра чуть выше колен, отчего у меня встаёт ком в горле.

Возможно, я чокнулась, но у меня в груди защемило от жалости к нему. Признаться, я надеялась, что его увезла полиция, мало ли соседи подсуетились. Ну или они же пригласили его к себе. Новый год всё-таки…

Задумчиво пожевав губу, я боролась со своим внутренним плохим полицейским, прежде чем пойти отодвигать тумбочку от двери.

Вот если он меня убьёт, кто-то меня пожалеет или погрустит? Вряд ли. Все будут думать, что я сама виновата, идиотка. Притащила мужика незнакомого домой.

– Заходи.– сбежав по ступенькам, я распахнула подъездную дверь и неуверенно позвала незнакомца.

Интересно, а он ходить может? Может, он уже примёрз?

– Спасибо, Аллиночка. Я знал, что ты добрая. Правда, можно было и побыстрее…– прерывисто дыша, пробормотал мужчина, быстро юркнув в подъезд мимо меня.

Я ненадолго зависла. Не знаю, как-то жутко смотреть, как босыми ногами по снегу ходят. Пусть даже такими большими и волосатыми. Тоже же ноги… человека.

– Мы здесь остаёмся?

– А-а-а-а…– пришлось опомниться.

Я нелепо моргнула, прогоняя оцепенение:

– Кто ты такой?

– Твой дракон, Драгхар. Ты так и не вспомнила?– проникновенно прошептал он.

– Не думаю, что то, что я вспомнила… – не прямой путь в дурку.– Реально. Идём.

Игнорируя доводы разума, я быстро взбежала по ступенькам на свой этаж и вошла в квартиру. Сердце грохотало настолько оглушительно, что я даже не слышала шагов позади себя.

А их и не было, как оказалось.

Неужели всё-таки глюки, а?

Выглянула в открытую дверь, нос к носу столкнувшись с мужской грудью, укутанной в одеяло:

– У тебя странное жилище. Зачем в твоём замке столько дверей?– он оглянулся на соседние двери всего на мгновение, тут же переводя растерянный взгляд на меня.

– Э-э-э-э… Вот эти двери?– сглотнула, сканируя мимику мужчины.– Шутишь? Они не мои…

– Не понимаю.

– Ты прикалываешься?– ну не верю я в то, что он реальный шизоид. Слишком он весь такой из себя. Может, это какой-то пранк?– Войди в квартиру, пожалуйста. Мне холодно. И без фокусов!

– Это сложно.– выдыхает он, растерянно оглядываясь.

– Что сложно, блин?!– нервирует. По нему МХАТ плачет.

Нервы сдают. Стопы в следах откровенно подмерзают, после моего забега по ступенькам, а он мне здесь комедии ломает!

Перехватила его кисть, удерживающую скомканное одеяло у подбородка, резко дёрнула на себя, подгибая большой палец. Мужчина округлил глаза, склонив колени, после чего я втолкнула его в квартиру, ослабив хватку.

Выдохнула, захлопнув входную дверь, и опасливо покосилась на незнакомца.

– Что ты сделала?

– Оливье будешь?

Мы спросили одновременно, неловко рассмеявшись. Смех у него такой…грудной, вибрирующий и заразительный.

Я почти расслабилась и решилась выслушать его со всей серьёзностью. Да я даже с удовольствием подыграла бы ему в этой затее, если бы он не выдохнул, отсмеявшись:

– Что такое олифье?

– Зелье, блин, приворотное!

– Разве в этом есть смысл?– такой странный вопрос.– Я влюблён окончательно и бесповоротно…– его глаза смотрели так проникновенно и наивно, что моё раздражение вместе с сердцем оказалось где-то в районе пяток.

Да что же такое-то?!

Глава 3

Я сидела на кухне и сгорала со стыда. Щёки пылали адским пламенем, уверена, выдавая меня со всеми потрошками. Шутник года, он же голый мужик, он же якобы дракон, он же Драг, как я решила его называть, – раз уж он продолжает настаивать на своей версии происходящего, – нагло сцапал мою ногу, усевшись на низкий табурет, и начал неистово растирать. Некогда голубой след отправился в мусорное ведро, отчего у меня глаза на лоб полезли.

Собственно, это и заставило меня растеряться, не оказать должного сопротивления сразу же, а позволить минуту, другую наглаживать горячими руками мою пятку и щиколотку. Когда его ручищи перебрались к пальцам, я наконец-то опомнилась:

– Ты зачем мой след выбросил?– задыхаясь в возмущении, прошептала я.