Попаданка (не) по правилам

Глава 1

"Не кричи, Света, не кричи! От этого ещё быстрее лишишься драгоценного кислорода!" – давала себе установку, очнувшись замурованной заживо.

Первые мысли были о Гоголе. Да, именно о Николае Васильевиче. Помнится, с его смертью связано множество тайн, но большинство людей всё же склоняется к версии с летаргическим сном, во время которого писателя и прикопали. Только уж больно у меня гроб никакущий! И вообще, не гроб – гладкая, холодная и идеально отполированная плита.

Вторых мыслей не было. Их вытеснил из головы мой собственный ор, вой, крики и рыдания.

А вот третья волна паники, наконец-то, активировала режим самосохранения. Стоило поберечь кислород. Хоть и не понятно для каких целей, но просто умирать, я была не согласна ни при каких обстоятельствах, потому притихла и принялась ощупывать шероховатую поверхность под собой.

Должен же быть какой-то механизм, не? Если я как-то попала в эту нишу, которая вот-вот станет моей могилой, значит, как-то сюда вошла. Посему, получается, могу и как-то выйти.

Попытавшись поднять руки, я упёрлась в гладкий камень.

Вот уж точно, не дыхнуть, не, простите, пукнуть. Даже локти согнуть не удалось, настолько крохотным оказался мой каменный гроб!

Внезапно я услышала странный, шаркающий звук. Напряглась, стараясь глубоко не дышать и экономить кислород.

Звук повторился.

– Помогите! – заорала я, замолотив кулачками по камню вокруг себя. – Я здесь! Я жива! На помощь!

Надо мной что-то ухнуло, грохнуло и задолжало. Я напрочь забыла о своём намерении, беречь кислород, и завопила во всё горло.

Камень обдало мощной вибрацией. Плита пришла в движение, щедро осыпав меня каменной крошкой. Особо мелкие и противные попали в открытый рот и глаза, заставив закашляться и зажмуриться.

Запахло чем-то неприятным.

– Это ещё что такое? – громко и возмутительно пробасили надо мной.

Глаза слезились. Я попробовала их открыть, но тут же зажмурилась обратно. Мало мне соринок, что раздражали слизистую, так ещё и ярчайший свет слепил, освещая лишь спину склонённого надо мной мужчины.

– О, господи, – жадно хватая ртом воздух, я лихорадочно цеплялась дрожащими руками за выступы ниши, пытаясь выбраться наружу. – Спасибо! Спасибо большое! – бормотала я, толком ничего не замечая.

Единственной целью было оказаться на открытом пространстве.

– Давай руку! – приказал всё тот же бас.

Руку я, конечно, послушно вытянула. Когда тебя спасают от смерти и сердечного приступа, и не такой приказ выполнишь.

– Спасибо! Спасибо большое! – опять затараторила я, едва сдерживая подпирающие горло рыдания.

Мужчина оказался силён. Наверное, я таких и не встречала. Одной рукой меня из лежачего положения поднял, наружу вытащил и ещё придержал, крепко схватившись за моё плечо.

Мир покачнулся.

Или это я покачнулась? Не зря же сильная рука легла на талию, удержав меня в одном положении.

– Мне сор в глаза попал. – оправдываясь, произнесла я, размазав по лицу стекающие слёзы. – Не вижу ничего. Где мы? На кладбище? Или… Впрочем, неважно. Вы не могли бы вызвать мне такси или спасателей? Даже не знаю, что лучше…

– На кладбище? Спасателей? – рука на моей талии дрогнула. – Идём, здесь есть вода, можешь умыться.

"Откуда на кладбище вода?" – пронеслась тревожная мыслишка.

Стоп! Опять я на кладбище зациклилась. Не припомню что-то, чтоб в России подобным образом в последний путь провожали и вот так вот людей хоронили.

Тем не менее, мой спаситель не солгал. Провёл меня несколько метров и заставил наклониться, не очень-то и вежливо надавив на затылок.

Я нагнулась, выставив вперёд ладони, а ледяная вода ударила в темечко, заставив завизжать и отскочить в сторону.

– Это уже, знаете ли, – отплёвываясь и вытирая стекающую с головы воду, выговаривала я, – Переходит все границы! Я умыться просила!

К моему удивлению, потёки воды завершили начатое слезами – сор всё же покинул мои глаза, и я смогла их не только открыть, но и округлить, впав в ступор.

– Почему тогда не умылась? – абсурднее вопроса я не слышала.

И действительно, чего это я? Подумаешь, ледяная вода без предупреждения мощной струёй в голову ударила. Мелочи жизни. Нужно было стиснуть зубы, но извернуться и умыться.

– Простите, – ошалело выдохнула я, рассмотрев своего спасителя и место, в котором мы оказались, – Но я… Не понимаю. – обернулась, уставившись настороженным взглядом в большое окно, откуда открывался вид на многочисленные аллеи и алеющий кроваво-красным куполом дворец вдали. – Это… море? – сглотнув, я прильнула к окну, напрягая зрение.

Зелёная зона обрывалась. Резко. Будто кто-то её обрубил, склеив вместе с тонкой полоской песка и голубой гладью. А за морем, вдали вообще ничего не было видно. Ну, кроме купола смахивающей на дворец громадины.

– Церковь, что ли? – незаметно для себя высказала предположение. – Простите, а я вообще где?! – в голос пробрались истеричные нотки.

И не зря.

Взгляд скользнул по прозрачному кулеру круглых размеров, что висел в воздухе. Если верить мокрым следам на небольшом коричневом ковре, то именно этот кулер меня огрел водяным потоком.

Очевидно, мой спаситель решил, что его миссия выполнена. Вместо дальнейшей помощи и объяснений, он прожигал меня своими большими карими глазами, будто чего-то от меня ожидая.

А чего ждать-то? Истерика вот она, вот-вот начнётся.

– Я не поняла, я где?! – взвизгнула, отскочив от окна, что ничего хорошего мне за это время не показало.

Взгляд метался. Спотыкался о странные фигуры, картины и свитки, полки и стеллажи, нишу, расположенную в полу, около большого письменного стола, и валяющуюся рядом каменную плиту.

Я в кабинете! В кабинете! И ужас, охвативший меня, был связан не только с моим местонахождением, а с тем, что я этот кабинет знаю. Знаю, хоть и не видела его ни разу в жизни.

– Ка-апут. – запнувшись, я перехватила взгляд спасшего меня мужчины, и дрожащим шёпотом поинтересовалась: – Вы Ксандер?

Высокий, седоволосый мужчина средних лет прищурился и шагнул в мою сторону.

Я не смогла пошевелиться. Ноги буквально приросли к полу, позволяя мне лишь наблюдать за сильным и хищным ректором Академии Пяти Стихий. Или АПС, как я обозначала её, экономя время во время написания своего первого, а по совместительству и единственного, любовного романа в столь популярном жанре фэнтези.

– Откуда ты здесь взялась? – замерев напротив растерянной меня, хмуро поинтересовался мужчина.

Его взгляд скользнул к нише в полу. Ресницы дрогнули. В уголках глаз залегли морщинки, придав ожившему персонажу моей книги весьма хищный вид.

– А это что? – вновь поинтересовался он.

Не то чтоб мне было что ответить на его первый вопрос… Не скажешь же, что я попала в книгу, которую сама же и написала пять лет назад!

Ох ты ж капут! Я и сейчас, в своей двадцать один год, умом не блещу, а что я там написала пять лет назад, с теми-то мозгами, даже страшно представить.

Мне кранты. Вот где попадос, всем попадосам!

Справедливый, статный и одинокий ректор, каким я его описывала в своём романе, метнулся к нише в полу и достал из моей несостоявшейся могилы довольно большую книгу, в кожаном, коричневом переплёте. Абсолютно незнакомую мне книгу.

– Понимаю, это звучит странно, но я… похоже, в бреду. Вы ненастоящий… вымышленный. – шумно сглотнув, я отчаянно пощипала собственные руки, Увы, это не принесло должного результата. Я не очнулась, а плод моей фантазии не рассеялся. – Сейчас, – замахнувшись для пощёчины самой себе, я зажмурилась и… услышала оглушающий грохот. – Да что ж такое?!

Приоткрыв левый глаз, я отшатнулась. Ректор лежал у стеллажа с книгами. На нём и около него были разбросаны свитки, фолианты и книги, очевидно, упавшие на Ксандера сверху. Неподалёку валялась закрытая книга, чьи страницы подсвечивали подозрительным голубым свечением.

– Это вообще не по сюжету… – испуганно прошептала я, не решаясь отплатить своему спасителю той же монетой.

Как-то всё не так складывается. Неправильно. Не по правилам.

Алиса Вересова – героиня моего романа, попала в храм, куда её призвали жрецы Пресветлой. Намучившись в своей земной жизни, она ловко управлялась со свалившейся на неё второсортной магией. Предсказательница, охмурительница принцев и властных магов, она стоически сносила насмешки от студентов академии – эльфов, драконов и даже оборотней, считающих её грязнокровкой, со временем переманив на свою сторону всю элиту чуждого до бед попаданки мира. Никто её заживо не замуровывал. Ректор ей помог только поступить в академию под чужим именем, отдав ей личность погибшей девушки, что должна была прибыть в начале нового учебного года, но погибла в дороге от рук грабителей. Ксандр не поливал её ледяной водой. Под стеллаж не падал. Его не атаковали книги. Да и светящихся среди них не было!

Пользуясь тем, что владелец кабинета в отключке, я осторожно приблизилась к письменному, заваленному двусторонними листами столу.

Провела рукой по гладкой поверхности, повернув один из листов к себе тёмно-фиолетовой печатью.

"Академия Пяти Стихий. Проверяющий: Ксандр Макконахэлл. ДОПУСК.» – красовалось по диагонали круглого штампа. И под ним, маленьким шрифтом было отбито: «Сарса».

«Сарса» – всё, на что хватило моих мозгов в шестнадцать лет. Название острова, что располагался неподалёку королевства драконов, казалось мне чем-то незначительным. По сути, так по сюжету и было. Здесь не жили островитяне, не располагались горные хребты и вулканы. Весь остров был территорией АПСа, потому я не стала заморачиваться с тем, как будет называться сам остров, где расположена ведущая локация моего романа – магическая академия.

– Кабинет похож. Территориальное расположение… – ещё раз выглянув в окно, я хмуро кивнула. – Тоже похоже. На бланках и листах то же самое название острова. – вернулась к столу, бережно перебирая листы, пока не наткнулась на спрятавшуюся под контрольными работами табличку. – Ксандр Макконахэлл. – прочла то, что размашисто вилось золотыми буквами на чёрном, вытянутом прямоугольнике.

Машинально поставила табличку на край стола. Ближе к креслу, в которое полагалось садиться нерадивым студентам и гостям ректора.

– Здесь почти всё из моего романа. Академия. Остров. Ректор. Обстановка в кабинете. Только каким боком здесь я? – бурча себе под нос, я решилась приблизиться к книге, которую Макконахэлл достал из ниши в полу. – И тебя здесь быть не должно… – осторожно коснувшись уголка книги, я опасливо отбросила форзац, тут же зажмурившись от усиливающегося свечения.

Ничего не ухнуло и не грохнуло.

Осмелев, распахнула глаза, воззрившись немигающим взглядом на кричащие капсом буквы.

«Глава 1» – чернело в верхнем правом углу.

Ровные ряды абзацев меня шокировали не меньше, чем голубой свет, идущий тонкой лентой тумана от плотных страниц.

Присев на корточки, я вчиталась в написанное, чувствуя, как холод расползается внутри меня.

– Это… это же моя книга… Мои скучные описания острова, академии и храма Пресветлой, куда суждено было попасть Алисе Вересовой. – дыхание перехватило. Нехорошее предчувствие лишило кислорода, похлеще, чем каменная могила, в которой я совсем недавно задыхалась. – Я что, стала заложницей собственного романа?

Глава 2

Блестяще просто. Хуже ситуации, тяжело представить!

Хотя…

Стоп! А почему я вообще паникую? Разве для паники есть причины? Да, у нормальных попаданок есть магия, божественное попечительство, порой на них возложена миссия по спасению чужих миров, всякие амурные дела с принцами, лордами, королями и альфами. У них нет инструкций, подсказок и руководства к действию… А у меня-то есть!

Не выпуская из рук книгу, я заняла место напротив ректорского кресла и с готовностью распахнула её, приготовившись к долгому чтению. Времени-то уже прошло много, помнится с трудом, что я там вообще написала в подростковом возрасте.

Не успела вчитаться в первый абзац, как со стороны Ксандера послышался приглушённый стон.

Опасливо скосив глаза вбок, я молча наблюдала за пришедшим в себя мужчиной.

– Пресветлая, кто ты? – встав и осмотревшись, ректор АПСа вперил в меня суровый взгляд. – Портальщица?

Ха! Вот уж нет. Если я здесь вместо Алисы Вересовой, то я не портальщица – я прорицательница.

– Я не из этого мира, Ксандер Макконахэлл. – спокойно проговорила я. – Вы правильно подметили, это всё проделки Пресветлой. Мне некуда идти и не у кого попросить помощи. – смутно припоминаю, что встреча Алисы и ректора решающая в сюжете. Он её пожалел, приютил, дал место в академии, личность погибшей студентки из Отчуждения, благодаря ему она выйдет замуж за наследного принца драконьего королевства. В общем, мне нужно не отступать от намеченного сценария. Раз уж это не мои галлюцинации, то стоит позаботиться о себе и пройти к финалу безопасным путём. – Вы мне поможете? Я же без вас пропаду. – собравшись с духом, я посмотрела на Ксандера, состроив жалобную мордашку.

– Да с чего бы это? – изумился мужчина, усевшись в своё кресло.

Сказать, что я опешила – ничего не сказать.

– Э-э-э-э… – растерялась.

Не говорить же ему, что он должен, ибо я так написала?

– Потому что вы сильный, красивый и благородный. И к тому же можете мне помочь.

Ректор смотрел на меня несколько долгих минут, прежде чем ехидно улыбнуться:

– Если Пресветлая кого-то и посылает, то не в мой кабинет. И уж точно не в мой тайник! Книги с охранками богиня тоже не вручает. Куда бы ты ни встряла, выпутывайся сама.

Это как это? Это что это?

То есть, какой-то там Алисе Вересовой было достаточно слезу пустить и он её сразу пожалел, к принцу в объятия толкнул, перед этим обеспечив все её нужды и затраты на учёбу, а мне кукиш с маслом?

Не поняла, где справедливость?

Подумаешь, появилась здесь, а не в храме. Какая разница? Я ведь тоже одинокая попаданка, которой некому помочь! Ну ещё книга его моя вырубила… Но нельзя же быть таким обидчивым!

– Сама в шоке. – предприняв ещё одну попытку повернуть сюжет в нужную сторону, я часто задышала. – Но куда же мне? Как я здесь? Моё место ведь на этом острове. Я знаю это. Иначе бы Пресветлая меня сюда не послала. – хлопала ресницами, нервно пожимая плечами. – Значит, и к вам попала не просто так. Значит, богиня знала, что у вас есть… – замялась, едва не вывалив всю не выветрившуюся информацию из своей головы о погибшей студентке. – Чистое сердце и возможность мне помочь. – нашлась со словами я. – Я предсказательница! Где мне ещё учиться, если не в АПСе?

Ксандр возмущённо выдохнул.

– Не неси ересь. Хочешь здесь учиться? Сдавай вступительную работу, оплачивай первый год обучения и добро пожаловать. Я, так и быть, закрою глаза на наше столь неприятное знакомство.

Да что же это такое?! Это вообще точно тот Ксандер? Может, меня в параллельную вселенную моего книжного мира забросило? Ну он же… благородный! Должен быть таким!

Или дело во мне? Я что, хуже ревущей Алисы? Не могу пронять ректорскую душу? Так верещать и реветь я тоже умею.

– Да как я что-то сдам?! У меня ни паспорта нет, ни документов, ни знаний о ваших предметах! Откуда деньги у попаданки?! Если бы я знала, что вот так может произойти, я бы непременно обналичила все счета, электронные кошельки и разбила свою жабу-копилку! Только шиш вы бы мои деньги приняли! Повторяю, я не из этих мест! Нифигаськи у меня нет! – выговорившись, я мысленно дополнила: «Если б знала, что давным-давно написанная и забытая книга оживёт и утащит меня в свой мир, я бы никакие счета не опустошала – я бы просто её не стала писать!».

– Так у тебя ещё и документов нет?

Нет , это определено какой-то другой ректор! Мой не был тормозом и таким ледышкой.

– А где бы я могла их, скажите, спрятать? – не сдержавшись, перешла на крик. – Вы почему мне помочь не хотите?! Не видите, что девушка в беде? Вы не такой! Совсем не такой, Ксандер Макконахэлл!

Мужчина не впечатлился моим криком, зато впечатлился моей книгой.

– Кто охранку ставил на неё? – опасливо косясь на закрытую книженцию, вопрошал ректор.

– Да какая ещё охранка? Вы мне помогать собираетесь?!

– А это вообще твоя книга? – нахмурившись, Ксандер резко переменился в лице.

Нормальный? В воровки меня записал, или где?

– Моя, будьте уверены. – ухмыльнулась я.

– Открой её тогда.

Вздохнув, я проделала предыдущие манипуляции, отбросив форзац книги.

– Вот! – победно указала на первую главу, подсвеченную голубым свечением, и горделиво расправила плечи. – Мы с вами десять минут беседуем, а вы меня уже и в воровки, и в лгуньи записали. Обидно.

Ректора не проняло. Более того, он посмотрел на меня таким злым взглядом, будто я ещё и недоговариваю, какого плохого он обо мне мнения на самом деле. А я, хоть убейте, не понимаю, почему так.

– Вы ошибаетесь на мой счёт. – уверенно заявила, мысленно обрушив на голову своего собеседника десятки проклятий. – И о таком своём отношении, ещё пожалеете не один раз. Не забывайте, я прорицательница. – пафосно протянула я.

– Это нам время покажет. – сдержанно проговорил ректор, бесцеремонно заглянув в мою книгу. – Пожалею я или нет…

Сразу сделалось не по себе. Сейчас он как прочтёт мою писанину, как высмеет, как…

– Это на каком языке? – переведя на меня удивлённый взгляд, Ксандр провёл над раскрытой книгой рукой, развеев голубое свечение. – Что это, отвечай?!

И как громыхнуло опять. Книга буквально зашипела, отшвырнув от себя и ректора, и ректорское кресло, а лишь потом… замолчала, приняв прежний вид и захлопнувшись.

– Ну после ещё одного нокаута, он точно меня к себе под крыло не возьмёт, как Алису. – ошарашенно выдохнула я. – И чего я эту академию на остров засунула? С него же даже не сбежишь. Здесь не затеряешься, как в городе.

Ну вот как в таких условиях заполучить Алихана какого-то там? Нужно будет всё-таки книгу перечитать, ничегошеньки толкового не помню ни о нём, ни о его семье. Я так понимаю, мне нужно добраться до того места в книге, когда к нам на свадьбу явится Пресветлая. Вот она-то меня домой и вернёт. Обязательно вернёт. Моя же богиня, моя история, моя книга… Это только с ректором всё как-то не так пошло. Не задалось знакомство что-то.

А почему бы не пойти лёгким путём? Ну и ничего, что он незаконный. Это ведь мой роман, неужели я не нарою компромат на ректора АПСа?

Резко вскочив с места, я бросилась к ящикам стола, выискивая нужные бумаги. Если я попала в нужный момент истории, то Ксандер уже получил документы погибшей Лейлы Керро, вместе с выпиской от лекаря, констатировавшего её личность и причину смерти. У сироты из Отчуждения не было родственников, потому её документы и выписки пришли в академию, по месту учёбы, куда она едва успела поступить.

– Ха! – отыскав необходимое, я вчиталась в сухие и местами размытые формулировки.

Так и есть. Все документы принадлежали Лейле Керро – ещё одно ужасающее совпадение с моим романом.

– Осталось найти ещё её работу. – хмыкнула я, зарывшись в двусторонние листы. – Где же ты… Керро…

Спустя несколько минут, меня начало откровенно потряхивать. Я то и дело отвлекалась от поисков вступительной работы погибшей девушки, чью личность собиралась украсть, следуя по пятам Алисы Вересовой, опасливо поглядывая на неподвижного Макконахэлла. Стоило поторопиться, но треклятый листок, так нужный мне, никак не находился.

– И нужно было в академию столько народа засовывать, а?! – рвано выдохнула я, не прекращая поисков. – Ограничилась бы какими-нибудь драконами или только эльфами. Нет же, размах взяла… Маленькая дурочка…

Нашла!

Не веря своим глазам, я поднесла ближе к лицу работу, на которой находилось всё необходимое – данные Лейлы и печать с радующей глаз надписью «Допуск».

– Оно… – восхищённо выдохнула я.

Раскрыла книгу, положила поверх первой страницы все честно стыренные документы и захлопнула книгу, внутренне ликуя. Книженция у меня, знаете ли, как выяснилось, покруче всякого сейфа будет. Вон как любопытных ректоров вырубает.

Обведя кабинет Ксандера лихорадочным взглядом, я отыскала дверь и тут же бросилась к ней, вцепившись подрагивающими пальцами в позолоченную ручку.

Было страшно до одури. Я будто в каком-то припадке это всё проворачивала. Мне хотелось и плакать, и смеяться, и бежать из этого места без оглядки, и поскорее заселиться в общежитие. Одно безуиме. В чистом виде.

Набравшись храбрости, я оттолкнула от себя дверь и против воли вздрогнула. Длинный коридор, подсвеченный настенными светильниками, был сплошь утыкан дверями. Светлое дерево удачно контрастировало с тёмным, создавая до жути сдержанный и однообразный стиль.

– Где-то должна быть лестница… – буркнув себе под нос, я сделала осторожный шаг вперёд.

Мне показалось, что меня вот-вот поразит молния или какая-то божественная сила.

Чувство тревоги усилилось, когда дверь неподалёку распахнулась, и низкорослая, коренастая женщина выплыла в коридор, устремив на меня взгляд раскосых, фиолетовых глаз.

– Тоже на заселение? – довольно властным голосом поинтересовалась она. Судя по направленному на меня взгляду, вопрос адресовался мне.

Неуверенно кивнула, прижав к груди книгу со всеми документами Лейлы.

– Ещё одна перепуганная. – пробубнила женщина. – Тоже второсортная, что ли?

Меня передёрнуло. Ладно ещё студенты из моего романа делят магию на сорта, откровенно принижая тех, кто не владеет одной из пяти стихий – огнём, водой, землёй, воздухом и металлом, но чтоб работница АПСа так откровенно об этом говорила, для меня было той ещё новостью.

– Прорицательница. – сквозь зубы процедила я, жалея, что я не прописала мерзкую комендантшу с огромными бородавками или немой.

Женщина фыркнула и махнула рукой в конец коридора:

– Идём. Заселю тебя. Я Марика Бауман. Завтра, чтоб устав общежития от зубов отскакивал. Лично проверю! Не выучишь, мигом вылетишь. Ректор любит порядок в академии.

При чём здесь порядок в академии и устав общежития, я не очень поняла. Для меня это были разные структуры. Собственно, я не поняла и то, чего это женщина так раскомандовалась, будто она правая рука Ксандера.

– Работа с печатью ректора, личная карта и заявление на заселение с собой?

Я в панике кивнула, не будучи особенно уверенной в том, что всё имеющееся в моей книге удовлетворит потребности строгого коменданта. Главное, ей заключение о якобы своей смерти не показывать. И вообще, сжечь бы его где-то поскорее!

Глава 3

Очень странное состояние. Мне бы радоваться, ведь нужные коменданту документы всё-таки отыскались и, написав короткое заявление, я получила ключ от своей комнаты, тонкий устав общежития – десятистраничную книжку в кричаще-красной обложке, и, наконец-то, была заселена. Омрачало успех завершённой миссии то, куда я была заселена.

Крошечный склеп с голыми стенами, выкрашенными тёмно-синей краской, нисколечко меня не вдохновлял на дальнейшие подвиги. Односпальная кровать навевала уныние прогнувшейся металлической сеткой и свёрнутым в рулон матрасом. Крошечный стол, – примерно, метр на метр, – придвинутый вплотную к грязному, крошечному окну, был из необработанного дерева. Собственно, как и стоящий под ним табурет. Я не со звездой во лбу, конечно, но могли бы лаком вскрыть или краской, зашкурив дерево. За таким рабочим местом не учиться, а занозы собирать попой и руками.

– Что-то нифигаськи мне не радостно. – вздохнув, я медленно приблизилась к столу, осторожно разложив на нём все свои вещи.

О! Повернувшись, я отыскала двустворчатый шкаф и двухъярусную книжную полку рядом с ним. На стене она бы, конечно, смотрелась уютнее, чем на полу, но не прибивать же мне её самой? Да и мне туда даже поставить нечего.

Рвано выдохнув, приблизилась к шкафу и распахнула его. На меня смотрели два пустых отделения. Первое – для вешалок и верхней одежды. Второе – три небольших полки для других вещей. А вот на правой дверце отыскалось зеркало, которое и заинтересовало меня больше всего остального.

Может, я не только в роли Алисы Вересовой здесь, но и с её внешностью?

Струсила я знатно. Даже шкаф закрыла, не имея смелости проверить своё предположение сразу же.

Для начала потрогала взлохмаченные и не до конца высохшие, после заботливого умывания ректора, лохмы, оттянув жёсткую прядь.

Кажется, волосы всё-таки светлые. Мои. Так уж вышло, что я одна из многочисленных героинь анекдотов – блондинок. К тому же натуральная. Порой сдаётся, что натуральный некуда.

– Да и что я теряю? – собравшись с духом, я опять распахнула шкаф, прильнув к зеркалу на его дверце. – Видок ещё тот. – присвистнула, глядя на гнездо на своей голове. – Расчёску бы…