- -
- 100%
- +
Пролог
Ну всё, Лилиан Фэлл, допрыгалась…
Конечно же, батюшка так не сказал. Но этого и не требовалось – всё было понятным без вступительных слов. Довела прекрасная принцесса стареющего короля до нервного тика и сжатых кулаков.
– Лилиан, отправляйся в свои покои и принимайся за сбор вещей.– король нахмурил белёсые брови, нацепив на лицо фальшивую улыбку.
Но я-то вижу, что глаз по-прежнему дёргается.
– Отец, ты сам знаешь, что я не сделала ничего предосудительного. Мы помолвлены с Районом. Как только мне минет двадцать один,– спасибо радикальному нововведению деда,– мы поженимся. Это просто поцелуй. Ничего незначащий. Совсем невинный.– не моргнув глазом, лгу отцу, охотно приняв самый благочестивый вид.
– Невинный?– веко отца вновь дёрнулось.– Ты вырядилась в красное платье! Как…как… Лилиан! Ты принцесса! Вы целовались на балу. На глазах у наших гостей и подданных!
– Я прошу прощения, отец, а король Ниствуда сейчас так же отчитывает своего старшего сына?– невозмутимо спрашиваю, заискивающе поглядывая на растерянного родителя.
– О, Единая, Лилиан, он мужчина. Девице твоих лет, принцессе не подобает вести себя таким образом. Во всяком случае не он оделся в традиционный цвет падших женщин! Да и нравы у них несколько иные. Отличимые от наших. Более свободные.
Астэр Фэлл – могущественный правитель объединённого королевства Найвай, по совместительству мой отец, глубокомысленно смолк.
Подозреваю, мысленно он обрушивает на мою голову не произносимые правителем, отцовские проклятия и оскорбления.
Меня такое положение дел несколько озадачило. Безусловно, я бунтую. Шутка ли, мой дед поклялся на смертном одре, что я выйду замуж по любви. Дал слово и папа в мои четырнадцать, что я выберу избранника сама. А через пять быстротечных лет… Здравствуй, Лилиан, я посулил твою руку Району – наследному принцу эльфийского королевства Ниствуд. Этот брак серьёзно укрепит позиции Найвая и прочее лалалалала.
Конечно же, я сказала нет. Пару сотен раз я однозначно сказала своё веское нет. Но это не помешало двум королям заключить соответствующей договор и даже составить брачный контракт, который мне предстоит подписать через полтора года.
У меня время поджимало!
Расчёт был на то, что Район откажется от легкомысленной и "падшей" девицы. О нравах эльфах в этом аспекте ни в одной летописи не упоминалось, а в книгах и подавно. Отец вот в курсе, но он король.
Неужели я зря так позорилась у всех на глазах? Срам какой.
– Так может, мы отложим назначенную свадьбу?– как можно равнодушнее спросила я.– Скажем, что я понесла суровое наказание. Отбыла в женский монастырь?– смысла юлить больше не было. Надежда на расторжение помолвки испарялась с каждым мгновением.
– Мы не скажем, Лилиан.– вздохнул отец.– До свадьбы ты будешь находиться в пансионе благородных девиц на внешней границе Сорджера. Там из тебя сделают покорную жену и достойную принцессу Найвая. Это приказ, Лилиан!
А абсурдная история повторяется. Мелисса – моя старшая сестра отбыла туда три года назад. И до сих пор от неё ни слуху, ни духу, а король окончательно запретил упоминать её имя.
Я, конечно, не видела. Женщин к летописям не допускают, но поговаривают, что её нет ни в генеалогическом древе нашей семьи, ни единого упоминания о ней в иных рукописях.
– Мелиссы тебе было мало, решил и меня туда сплавить?– сердито выпалила я, ненавидя в этот момент отца всей душой.
– Не упоминай её имя, Лилиан!– угрожающе прорычал король.– Свадьба состоится. Твоё пребывание там не затянется! Преследовала ты эту цель или нет, но Район сражён тобой наповал. С отцом они сами разберутся, хоть он и не выказал недовольства твоими скандальными выходками. О расторжении помолвки не может быть и речи.
– Я услышала вас, Ваше Высочество.– склонила голову, демонстрируя благоговейную покорность. Знаю, как отца это раздражает, оттого и скалю зубы.– Это же мой незыблемый долг. Разрешите откланяться?
– Лилиан!– взревел король.
– Спешу-с и падаю-с, Ваше Высочество.– подхватив подол красного бального платья, я бросилась прочь из музыкальной гостиной.– Долг зовёт-с!– выкрикнула, громко хлопнув дверьми.
И ничего, что этажом ниже продолжается дивный бал, где, должно быть, каждый уже перемыл мне косточки. Заклеймил и единогласно осудил, сочтя меня распутницей. Ещё бы, так эльфу уши старательно наглаживала, а ведь все знают, что это неприлично.
Стыд какой. Мой первый поцелуй и такой… взрослый. Район оказался не робкого десятка. Живо сориентировался, пустив в ход язык. Обслюнявил мне весь подбородок, ушастый бесстыдник! Тогда ещё нужно было понять, что всё идёт не по плану. Нет же, за уши его схватила. Я растерялась просто от его напора… оно само. Так получилось. Чистая импровизация.
Кому-то бал и салют, а кому-то монастырь!
Вещи собирала, кипя праведным гневом. Даже гувернанток и дуэний не впустила в свои покои.
Хочет отец, чтобы я уехала – я уеду! Налегке. Думаю, мы сможем купить необходимое по пути в пансион. Одну меня всё равно не отпустят. Да и не положено мне по статусу свободно путешествовать без сопровождения и бдительного надзора.
Когда слуга сообщил, что карета подана, я уже надевала красную шляпку с широкими полями и была во всеоружии.
Фелиция горестно вздохнула и поджала сухие губы. Я была рада её видеть не меньше, уже предвкушая, в каких беседах пройдёт мой путь. Папенька мог бы выбрать кого-то помоложе. Пятьдесят два года не шутки, знаете ли.
– Сними с себя этот позор, Лилиан!
– Ого, Фелиция, вы мне открыто предлагаете путешествовать обнажённой? Боюсь, это пагубным образом скажется на моей безукоризненной репутации. А отныне моя репутация ваша каждодневная забота.– высокомерно протянула я, заняв место в карете напротив дуэньи.
Папенька даже попрощаться не вышел. Странно, обычно он быстро отходит от моих "абсолютно безобидных" шалостей. Видимо, и правда перегнула палку. Ладно. Я тоже не побегу выпрашивать королевское прощение. Пансион, значит, пансион.
Во всяком случае не станем отказываться от запасного плана – побег. Правда, это крайний запасной план, так что… Нет-нет, благослови меня Единая, мне в монастырь нельзя никак.
Под громкое ржание быстроногих лошадей и лязг воинских доспехов стражи, мы медленно двинулись в путь.
Обожаю моду. Вот ввела императрица мировую моду на шляпки с разрисованной вуалью и я ей за это безумно благодарна. Знаете почему? Можно немножечко поправить поля дамской шляпки на лоб и… дремать. Я так уже дважды делала: на литературном собрании и в клубе рукоделия. Надеюсь, на этот раз всё тоже выйдет.
Сном забылась быстро. Фелиция так монотонно лопотала о приличиях и правилах безукоризненного поведения, что это возымело эффект сон-травы. Кажется, мне что-то снилось…
Резкий удар и окружающий мир встал с ног на голову. Вспышка синего света ослепила. Мгновенно разлетелась на тысячи фосфорических искр и сполохов. А после…мир лопнул. Раскололся на миллионы микрочастиц, сковав тело чудовищной судорогой.
Глава 1
Яблочко вкусное-вкусное, сладкое-сладкое. А хрустит как…ммм. Вкуснятина.
Сижу на невысоком холме, весело хрущу своими нехитрыми припасами, и жду полнолуния. В левой руке лопата, у ног широкий горшок с грязевой жижей, а спереди распростёрлось ведьмино болото. Само болото меня не интересует, а вот призрачные лилии – очень даже. Мне вообще без них лучше не возвращаться. Невезуха такая, что раскрываются они в полнолуние. А до следующего, боюсь, Лиэн недотянет. Совсем слегла, бедняжка.
Несмотря на то что мы знакомы с ней всего полгода, я успела привязаться к ворчливой дриаде и даже глубоко проникнуться самыми нежными чувствами к своей спасительнице.
Откусив большой кусок яблока, я погрузилась в непроизвольные воспоминания.
Болело всё. Каждая клеточка тела. Так, что ни дышать, ни мыслить. И лишь её властный голос:
– Взгляни на меня. В глаза! В глаза, девочка.– а я не могла, стоило приоткрыть веки, как безумная карусель подчиняла мой собственный разум.– Раздери меня дракон, глупая, в глаза!– ожесточённо прошипел женский голос.
Тогда-то я и увидела лесную нимфу, даже в двух экземплярах. Ну это мне тогда так померещилось. Зелёная кожа, тёмно-зелёные волосы и изумрудные брови с веерообразными ресницами. А глаза… Стоило в них взглянуть, как карусель замедлилась, а неистово колотящееся сердце понемногу успокаивалось.
Я даже смогла отвести взгляд от гипнотических зелёных глаз с жёлтым зрачком.
– Фелиция! О, Единая!– изувеченное тело моей дуэньи частично лежало на земле позади дриады.– Помоги. Помоги ей!
Мой приказ не возымел должного эффекта. Дриада покачала головой, повернув моё лицо к себе:
– Им уже не поможешь.
Краем глаза я заметила, как живые стебли, покорно подчиняясь воле дриады, укутали Фелицию в зелёный кокон. И снова, и снова я видела их мелькание, но как-то размыто, что ли. Вскоре не осталось и следа от развернувшейся здесь трагедии. Куда бы ни отправили наземные растения тела стражи и моей дуэньи, я отчего-то была уверена, что они смогли обрести благодатный покой.
– Бедная девочка.– заправив прядь рыжих волос мне за ухо, дриада поцеловала меня в лоб серыми губами.– Я помогу. Не бойся. Выхожу тебя.– я не совсем понимала, о чём эти слова и к кому относятся. Сознание словно уплывало куда-то, делая голос моей спасительницы протяжным.
Очнулась уже в её бревенчатой хижине. Меня выхаживали и обо мне заботились. За всё время своей длительной болезни, я так и не узнала, чем я болела. Систематически поили отварами, окуривали чем-то едким, поили явно спиртовыми, горькими настойками. И я оправилась.
Мы быстро подружились. Даже несмотря на то, что между нами зияющая пропасть. Не только расовая, но и возрастная. Дриаде семьдесят восемь лет, как оказалось.
Уже после я узнала, что в охранные чары, которые охраняли королевскую карету от недоброжелателей и врагов, было вплетено стороннее заклинание. Несовместимое с защитой. Тогда для меня это было глубоким шоком. Я полагала, что на нас напали, а стража была перебита в дальнейшем бою. Но нет. Два заклятия сшиблись, закономерно приведя к чудовищному взрыву и столь ужасным последствиям.
Оставалось загадкой только то, кто мог подправить чары, наложенные великими магистрами столичной академии магии. Насколько мне известно, магические нити не так-то просто подправить. Тем более постороннему магу. Каждое заклятие достаточно уникально и не терпит вторжения извне. Здесь рядовому магу не справиться. Но кто располагает силой, превосходящей самих магистров и архимага Роула? И меня… меня почему не убило, как остальных?
– Противоборствующая сила.– растолковала мне однажды за чаепитием Лиэн.– Магия людей для природы противоестественна. Уж извини меня, деточка. Эти ваши маги воздуха, воды и земли… они для многих древних народов как скверна. Ваши заклятия, несомненно, результативные. Порой не уступают истинно рождённым магическим существам, но на каждую силу есть другая сила. Драконы, демоны… Пожалуй, их магия наиболее отличимая от вашей. И любое, даже самое простое заклинание могло привести к такому эффекту, милая. На меня не думай, я активно охотилась за юбками фей неподалёку, вот и успела. Да и моя магия довольно близка к вашим магам земли и воздуха.
Я бы никогда не подумала на дриаду. И её истолкование меня маленько озадачило. Разве я могла чем-то обидеть её, дать понять, что виню или подозреваю в содеянном?
Что я знала о магии? Ничего достаточно уникального. Лишь то, что обычно оставляли на поверхности, достоянием общественности.
Лиэн целительница. Попала в Приграничье по распределению гильдии целителей, да так здесь и осталась жить. Вековечные леса близко, населения мало – желающих жить в такой близи от прилегающей территории демонов никогда не находилось много. Как она сама подтверждает:
– Работенка не бей лежачего. А уж великое изобилие и разнообразие растений, что нашли пристанище в лесах и болотах, расположенных неподалёку, для любой целительницы лучший аргумент при выборе места работы.
Сама не поняла, как я во всё это вникла. Но как-то так получилось, что мир растений и целительства поглотил меня. Я не думала о семье. Не знаю даже почему. Просто стоило помянуть отца, как перед мысленным взором неизменно появлялся облизывающий мой подбородок Район.
Наверное, в Найвае думают, что я мертва… Я вернусь, честно вернусь. Скорее всего, даже выполню обязательства перед короной и выйду за длинноухого замуж. Если, конечно, к тому моменту он возьмёт меня в супруги. Ха-ха-ха. Кто знает, где и с кем я была вот уже полгода? Очередное красочное пятно на моей репутации.
Но сейчас, сейчас я чувствую себя полноценной единицей! И это так опьяняет, так кружит голову, что азартная душа поёт. Каждый день поёт и радуется временной свободе. Ну не могу я вернуться и отказаться от всего этого сейчас. Не могу!
Вот по гиблым болотам и древним могильникам лазить могу! А вернуться во дворец не могу.
Началось! Волшебный свет луны опустился на тусклые зелёные бутоны призрачных лилий. Они приподнялись, словно стремились навстречу ласкающему свету.
Я перехватила крепче лопату и неторопливо, на попе, начала спуск с холма. Лилии росли у самого вязкого берега в воде и традиционно предпочитали довольно прихотливую почву. Мне нужен весь цветок. С корнем и не утративший своей благотворной силы. Их здесь пять. Есть, конечно, и на других дальних берегах болота, но я выбрала этот. Здесь у меня будет целых пять попыток!
Бутоны принялись покачиваться из стороны в сторону, медленно раскрывая свои нижние лепестки. Белоснежный свет становился всё ярче и ярче, пока я замерла в оптимистичном ожидании, с лопатой наготове. Постепенно достигнув своего пика, лилии замерли, медленно угасая. Так и должно быть. Лепестки стали неокрашенными, словно пепельными.
Пора. Шагнула в смрадное болото, вцепившись в один прямостоячий стебель, потянула. Даже не поёжилась, когда холодная затхлая вода сомкнулась вокруг груди. Глубоковато. Набрав побольше воздуха в лёгкие и согнувшись, я опустила голову в воду и энергично заорудовала лопатой. У меня всего три часа на всё про всё, включая дорогу. Довольно неблизкую дорогу к дому.
Жижа распрекрасно уступала под моим напором и очень скоро я, сместившись на несколько метров правее, благополучно добралась до огромной луковицы – корня призрачных лилий. Время от времени поглядывая на бутон, я справедливо опасалась, что поврежу корень или стебель болотного растения, а тот всенепременно захиреет, как и предупреждала Лиэн.
…вот об этом она предупредила, да? А о том, что лилия окажется живой, не предупредила!
Едва я вынырнула из воды, осторожно держа в руках луковицу, как та зараза начала активно вырываться. Чрезвычайно длинный стебель натянулся словно тетива, а бутон, устремившись вперёд, резко пришёл в движение.
– Куда?!–прокричала я, ещё раз нырнув за оставленной на дне лопатой.– А ну, стоять!!!– откашлявшись, крепче перехватила древко и побежала за обезумевшим растением.
Глава 2
Вообще, у меня из инвентаря осталась только лопата, как единственная выжившая. Горшок утопила в болоте. После того как лопатой отколошматила воду и болотную тину, крича аки разъярённый зверь, устала. Яблоки схрумкала. Подзаправилась. Всё. А больше я ничего и не брала с собой.
Ночной лес не пугал. Ни темнотой, ни диким зверьём. Я сама была как дикий зверь. Только с лопатой, по уши в грязи и тине, и продрогшая.
Бегать за призрачными лилиями то ещё удовольствие, особенно в мокрой одежде и жёсткой обуви, да по холмам. Ммм.
Лес кончился, а моё желание убивать – нет. С холма хорошо просматривалась бревенчатая хижина Лиэн, поэтому спуск и дальнейший путь я проделала бегом. Перед дверью разулась, чтобы не пачкать пол грязной обувью, оставила лопату и тут же прошмыгнула внутрь.
– Ну Лиэн,– еле слышно зашептала я, не расслышав за ширмой, отделяющей её кровать от жилой зоны, ни храпа, ни, слава Единой, жуткого кашля,– Я тебе это припомню. Иди на ведьмино болото, Лилс. Милая, в полнолуние раскроются призрачные лилии.– еле слышно бубнила я, стаскивая с себя одежду.– Принеси, да принеси. И ни слова ведь. Ни слова о том, что они не даются, как только корень извлечёшь. Опять экспериментальные проверки какие-то.
Дриада любила меня проверять. Она неоднократно называла это экзаменовкой. Срочно отправить меня за несуществующим растением, в заросли папоротника, забыв упомянуть, что он огненный. Я потом волдыри неделю мазала и чесалась как чесоточная.
Облачившись в длинную льняную рубаху, я собрала грязные волосы под красную косынку, решив заглянуть к Лиэн. Всё-таки если я пойду сейчас купаться, лучше убедиться, что дриада в порядке.
Отодвинув ширму в сторону, я замерла, ошарашенно округлив глаза. Лиэн не было. Кровать застелена коричневым одеялом, поверх которого аккуратными стопками были сложены книги и перетянутые бечёвкой исписанные листы.
– Лиэн?– громко позвала я, осмотревшись по сторонам.
В хижине ей негде прятаться. Всё пространство как на ладони. Две кровати, большой стол, деревянная лавка и высокие табуреты, комод с вещами и большой шкаф с продовольствием. Оставался лишь погреб. Там мы готовили мази, зелья, хранили травы и прочие ингредиенты, которым подходили подобные условия хранения, ну ещё и, конечно же, мясо. Остальное хранилось за хижиной, в оборудованных шкафах и навесах.
– Лиэн?– ещё громче позвала, поддев ногой крышку погреба, что располагалась аккурат посередине хижины.
Ответа не последовало, но меня это не испугало. Ловко ступив на маленькую стремянку, я спустилась в погреб, не забыв пригнуться. Небольшой земляной карман, в котором я оказалась, был не то чтобы низким. Скорее, как раз моего роста, поэтому чтобы не касаться головой своеобразного, земляного потолка, приходилось пригибаться.
Всего несколько шагов и я оказалась в мастерской своей наставницы. Или домашней лаборатории? Лиэн называла это лабораторией, что иногда наводило меня на восторженные мысли о кровосмешении данной представительницы дриад. Уж очень она на ведьму порой смахивала.
Справа на тумбе стоял канделябр, а около него спички. Оставалось на ощупь справиться со свечами. Увы, иного освещения здесь не имелось.
Когда у меня наконец-то это получилось, я, несколько минут привыкая к освещению и яркому пламени свечей, щурилась и осматривалась по сторонам. Вокруг царил идеальный порядок. Никогда такого не было! Все поверхности: столы, полки, шкафы и стеллажи, на моей памяти, всегда ломились от разнообразия важных ингредиентов и готовых снадобий, что лежали всюду и без всякой последовательности.
– Ничего не понимаю…– выдохнула, отчего пламя свечей затанцевало на мгновение.
Подойдя к основному столу, что занимал большую часть своеобразного помещения и являлся рабочим, сконфуженно осмотрела расставленные один к одному пузырьки, стеклянные колбы и плетёные корзинки. Взгляд остановился на жёлтом листе, небрежно придавленном пузатой миниатюрной чашей.
" Лилиан, я ухожу за грань. И мне очень радостно, что последние мгновения жизни я провела с тобой. Не зарывай свой талант. Я оставила тебе свои книги, заметки и несколько уникальных летописей. Изучай справа налево. Инструкции там есть. Ты смышлёная, поймёшь.
Могу тебя поздравить, мы с тобой прошли за малым ускоренный курс целительства. Хоть у меня и нет официальных полномочий, но я присваиваю тебе первый разряд целителя. Не сдавайся, ты со всем справишься. У тебя дар. Не пренебрегай им.
По поводу призрачных лилий не беспокойся. Они никому живому не даются. Это один из ведьминых цветов. Они все жутко своевольные и своенравные. Часть их души.
В чаше зелёные шишки. Сама узнаешь для чего они. Читай. Конспектируй. Учись. Развивайся и будь счастлива…"
Рефлекторно потянулась к миниатюрным шишкам, лежащим в той самой пиале, и тут же отдёрнула руку. Жжётся.
" Говорила тебе, не лезь руками к незнакомым растениям и ингредиентам! Лилс, Лилс… "– дриада слишком хорошо меня знала, чтобы не учесть этот имеющийся недостаток. Надеюсь, рука у меня не сгниёт.
И это я ещё половины не прочла. Тяжело читать в потёмках, слезящимися глазами и тщательно оберегая драгоценный листок от пламени свечей.
– Хозяйка-а.– мужской голос наверху заставил меня вздрогнуть. Несколько капель воска упали на листок.
Это ещё что такое? Совсем уже местные обнаглели! Ладно по ночам шастали, но вот так, как к себе домой врываться в мой дом? Невиданная наглость!
– Сейчас-сейчас.– выкрикнула я, задув свечи. Канделябр на место не вернула. Он хороший. Литой. Тяжёлый. Отлично подойдёт для яркой демонстрации моей гостеприимности.– Ты только за дверь выйди, я в неподобающем виде.
Вышел, не вышел, непонятно. Пришлось выбираться на поверхность на свой страх и риск.
Вышел. Послушный какой. Молодец. И канделябр не пригодился, ты смотри.
Быстро бросилась к шкафу, распахнув створки настежь. Отыскала свой плащ для конспирации и победно ухмыльнулась. Сейчас ты у меня навсегда запомнишь, как к дриадам в дом врываться!
Одевшись, я накинула капюшон и натянула на руки перчатки. Не простые. Волшебные. Волшебно он потом чесаться будет неделю! Ха-ха-ха. С огненным папоротником шутки плохи. Уж это я уяснила на собственной… ой, на собственном опыте. Сейчас и он уяснит, что негоже по чужим домам шляться.
– Чего тебе?– рявкнула в приоткрытые двери, стараясь придать голосу грубости.
– Мой друг ранен. Ты целительница?– мужские ноги,– а это всё, что я видела из-под широкого капюшона,– согнулись в коленях.
Заинтригован? Ну-ну.
– Где он есть?
– В повозке.
Ноги повернулись вправо. Очевидно, в направлении той самой повозки. Естественно, я её не видела. По той же причине, что и своего названного гостя целиком.
– Не вижу тебя. Ближе подойди!– жёстко потребовала я.
Подошёл, протянув руку в мою сторону. С превеликим удовольствием приняла её, ощупав по самое плечо.
Ой, миленький, что ты с обнажёнными руками ходишь? Уже сочувствую тебе. Хотя… нет, не сочувствую.
– Что это у тебя на лице?– пробасила я, протерев специальною перчаткой его лицо, особое внимание уделив губам.
– Вы как лечите, не видя ничего толком?
– Всё я вижу.– капюшон поправила чуть повыше и гордо зашагала к конной повозке.– Чем это его?– прищурилась, рассматривая бледного мужчину. Понятия не имею почему, но мне сразу показалось, что его отравили. Видимых повреждений я не увидела. Ответа не последовало. Ну и ладно. Так ещё интереснее.– Заноси в дом. Да скорее. Будем разбираться.
Указав на свою кровать, я аккуратно сняла перчатки, тут же выбросив их около порога. Позже уберу.
– Дело тонкое, бабуль.– заговорил товарищ бледнолицего.– В общем, сейчас сама увидишь. Если увидишь.
Мужчина ловко разорвал нательную рубаху на груди якобы раненого и отошёл в сторону.
– Какого…– округлив глаза, я попятилась обратно к двери. На почти неподвижной груди мужчины алело чужое заклинание. Я уверена, смертельное! Нити-паутинки забрались под кожу, отчего его тело просвечивало словно изнутри бледно-розовым светом.– Немедленно оставьте мой дом!– властно потребовала я, скинув капюшон с головы.
– Ого.– присвистнул темноволосый мужчина, впечатляющей комплекции.– Хороша бабуля. Нюанс. Один. Пустяковый. Если он умрёт, я позабочусь, чтобы ты к нему присоединилась.
Угрожает? Мне? В моём доме?
Чеши, чеши волдырики, безумец. Сейчас перемолотый папоротник глубже в поры попадёт, ты только на это и будешь способен.
Глава 3
– Что ты на меня так смотришь?– подозрительно нахмурил брови мужчина в безрукавке.– Не понимаешь? Думаешь, не выполню обещание?
Я стояла, поджав губы, напротив него в жалких двух шагах и едва сдерживала норовящие растянуться в ухмылку губы. А незнакомец чесался и, казалось, совсем не обращал на это внимания. Вот широкая мужская ладонь замерла на подбородке, где чуть выше, под нижней губой уже отчётливо проступили первые "посевы". Вот потянулся к другой руке, не сводя с меня взгляда.
– Жду.– только и произнесла я, прищурившись. Как можно не замечать такой зуд? Ладно, допустим, проблемы с чувствительностью. Но ведь свои-то действия должны настораживать. Или он всегда чешется?
– Чего ждёшь?– невозмутимо начёсывая докрасна предплечье, мужчина громко пробасил:– Живо приступай к лечению! И помни, что я сказал. Умрёт он – отправишься следом.
– А я лучше ещё чуть-чуть подожду.– всё-таки ухмыльнулась. Не смогла сдержаться и отказать себе в таком удовольствии. Надо же. Что-то мой незваный гость опухать, кажется, начал. Поразительно. Очень интересно. Впервые вижу такую реакцию.– Твой друг дольше протянет, если я не стану вмешиваться. Я честна, слово Единой. А вот ты… ты сейчас убежишь на речку. Здесь неподалёку.– махнула рукой вправо.– Я бы поторопилась. Что-то ты мне совсем не нравишься.– последнее произнесла уже хмуро. Веки мужчины натурально вздулись и наползали на брови.