Дьявол моего рода. 1 том

За десять лет до основных событий.

1

Ранним утром слуги во дворце Гаоми суетились во время сборов императора Эдварда в поездку на Гваритор. Сам же Эдвард пребывал в большом нетерпении: он не видел своего крестного сына Юджина целых шесть лет с момента его рождения, и решил, что самое время навестить его.

Дорога была очень спокойная, утренний летний пейзаж пробегал за окном паланкина, и постепенно сменялся полумраком, пока полностью не изменился на кромешную тьму. Со временем Эдварда одолел сон. Во сне он увидел, как играет с маленьким Юджином, рассказывает ему множество интересных историй, и они вместе просто хорошо проводят время. После пробуждения у императора не осталось сомнений на счёт того, что встреча должна пройти лучше некуда и, будучи в хорошем расположении духа, продолжал свой путь, любуясь безоблачным небом. Оправдаются ли его ожидания? Скоро мы это узнаем.

Сразу же по прибытию Эдварда, его встретил дядя Юджина, Велл, мужчина приятной и интеллигентной наружности, очень высокого роста, одетый в строгий, идеально выглаженный костюм, отдалённо напоминающий традиционную рясу целителя.

Эдвард взобрался по ступенькам, и, подойдя к мужчине, протянул ему руку для приятельского рукопожатия.

– Давно не виделись, Велл. – Добродушно произнёс император.

Но его старый друг не спешил отвечать на рукопожатие, его оценивающий взгляд жёлтых, змеиных глаз шарил по одежде и лицу Эдварда, словно выискивая что-то. Тут на строгом, точеном лице появилась лёгкая улыбка, по стёклам очков в тонкой оправе на мгновение пробежали блики, пряча от императора хищные глаза хозяина. Велл протянул ему свою большую руку с длинными пальцами, пытаясь занять главенствующее положение в приветствии, кладя свою руку сверху. Эдвард всегда ловил его на этом и пытался привести рукопожатие в положение равноправия, но сильная хватка Велла не позволяла ему этого сделать.

– Опаздываешь, дорогой друг! – Сделал Велл замечание Эдварду, которому было не впервой слышать такого рода замечания, и в некоторых случаях вполне оправданно, ибо, в отличие от императора, Велл слыл самим воплощением пунктуальности и правильности. – Но, так или иначе, я, несомненно, рад твоему прибытию, пройдём. – Велл жестом пригласил Эдварда пройти за собой во дворец.

Император всегда поражался непосредственности Велла. Обычно во дворце встречают и провожают важных гостей слуги, но его друг всё предпочитает делать сам, вплоть до уборки своей комнаты. Он считает, что вместо того, чтобы по сто раз объяснять слугам, что и как правильно выполнить, лучше сделать всё самому и при этом идеально. Эдвард не совсем понимает Велла, хотя толика зависти таилась в глубине души кен меина, поскольку, в отличие от целителя, лени ему не занимать. Перед своим отъездом все приготовления он, как всегда, поручил слугам, а сам только размахивал руками и путался у них под ногами. Мужчина всегда доверяет своим слугам всю физическую работу, а сам же предпочитает работать головой, хотя у Велла и в той и в другой сфере всегда было всё идеально.

Друзья расположились на длинном диване, стоящем вдоль стены, и завели дружеский разговор. Велл интересовался жизнью императора, Анной, обстановкой Кен Меин в общем. Эдвард, как всегда, отвечал, что особо ничего не изменилось, чем потихоньку загонял их диалог в тупик. Он не любит разговаривать на тему личной жизни, даже с Веллом, хоть они и были лучшими друзьями. Как иногда признавался правитель, порой общение с этим бесконечно серьёзным типом напрягает так, что кен меину порой становится не по себе, хотя Велл и не делает ничего сверхъестественного. Император отметил, что даже сейчас, сидя друг напротив друга, казалось бы, в совершенно безобидной и дружественной обстановке, воздух казался холодным и застывшим, а вокруг стояла напрягающая атмосфера. Внешне целитель тоже отталкивать собой никак не мог, но один только строгий взгляд ярких глаз и прямая осанка, в сочетании с ростом, превышающим два метра, выдавали в нем сильного и гордого человека, требующего от остальных уважения и беспрекословного подчинения. Иногда Эдвард ужасно сочувствовал всем тем, кто обитал с ним под одной крышей – строгий режим и солдатскую дисциплину способен выдержать не каждый. На этом он вспомнил о своём крестнике и настроение немного поднялось. Он уже хотел было спросить Велла о его племяннике, но тут раздался слабый стук в дверь, отвлёкший хозяина. Тяжёлая дверь тихо скрипнула и в зал вошла молодая целительница. Она оглядела помещение и, приметив Велла, побежала к нему, придерживая подол легкого белого платья, плавно развивающегося за ней. Это оказалась принцесса Ларем, старшая сестра Юджина и племянница Велла. Подбежав, она обняла дядю сзади за шею. Кен меину эта картина показалась очень милой, к тому же, увидеть на лице Велла добродушную улыбку – большая редкость. Тут она обратила свой взор на императора, и её глаза засияли. Девушка одарила правителя теплым взглядом, слегка поклонилась, расправив платье.

Глядя на неё, Эдвард не мог сдержать улыбку. С самой их первой встречи, всем своим видом принцесса вызывала у него умиление и какое-то тёплое немного отцовское чувство. Её каштановые волосы, собранные в длинную и плотную косу, блестели и переливались на солнце, отражающемся на мраморном полу и стенах, добродушная улыбка и легкая поступь олицетворяли как лёгкую и хрупкую леди. Временами она напоминает императору молодую Анну. Он не мог не отметить, что она как две капли воды похожа на Велла, но всё-таки, было между ними существенное различие: несмотря на идентичный Веллу яркий жёлтый цвет глаз, признак высшей эволюции целителей, во взгляде Ларем не было ни жестокости, ни властности, а только нежность и доброта.

Мужчина встал и поцеловал её протянутую руку. Всё это время на лице Велла лучилась одобрительная улыбка. Он пригласил племянницу сесть вместе с ними. Кен меин поинтересовался, где она была, когда он только приехал.

– Сегодня на городской площади большая ярмарка зелий, и я там присутствовала от лица королевской семьи. Хочу заметить, что в этом году мастера зельеварения оказались более даровитыми и талантливыми!

– Это очень хорошо. – Велл поправил очки и вернул лицу строгое выражение. – Но хотелось бы точнее знать, насколько. Не исключено, что со временем появится кто-то более подходящий на роль королевского зельевара, но ещё никому не удалось меня поразить.

– Ну, были небезынтересные персоны, правда, я не смогла запомнить имя каждого из них, но некоторые говорили, что изобрели зелья против неврофиброматоза, от оссифицирующей прогрессирующей фибродисплазии, и экзофтальма. Также один из них говорил что-то про… простуду, кажется, не припомню точно.

Судя по увлекательному рассказу Ларем, ярмарка прошла довольно интересно. Но всё-таки Эдварда до сих пор беспокоило кое-что другое.

– А Юджин был не с тобой?

– Нет. Я вообще его сегодня не видела. – Ларем посмотрела на дядю. – Я пойду, посмотрю в его комнате. – Она ушла по направлению к двери, оставив мужчин наедине. Эдвард недолго смотрел ей в след, затем перевёл взгляд на Велла, который слегка улыбался уголками губ.

– Она моя гордость! Ларем подаёт достойный пример ответственности и правильности, и, конечно же, она точно знает, как должна выглядеть и вести себя истинная леди.

Император ничего не ответил и просто улыбнулся, лишь только подумал: по крайней мере, хоть кто-то в этом замке удостаивается похвалой и уважением самого Велла. Но тут улыбка сошла с лица целителя, и тот продолжил немного строго.

– Не то, что Юджин!

Эдвард не совсем понял, что Велл имел в виду, тем более, он не успел договорить. Их обоих отвлёк странный звук за окном. Мужчины переглянулись и вышли на балкон, оглядывая округу, пытаясь найти источник раздражающего звука и, наконец, заметили – что-то упало с яблони. Император толком не успел ничего разобрать, но тут светло-русая головка маленького мальчика выглянула из-под дерева, и Эдвард начал догадываться, кто это может быть, но в следующий момент его друг произнес:

– Юджин, несносный мальчишка!!! Что ты там делал?! Немедленно иди сюда и поздоровайся с гостем! Да не по стене, а через дверь, как все нормальные люди!

Мальчик скрылся из виду и мужчины ушли с балкона.

Повисло неловкое молчание. Эдвард смотрел на Велла, а тот снял очки и с нескрываемой досадой прикрыл лицо рукой.

– Кошмар, позорище! – Очень тихо произнёс целитель, но это всё равно не скрылось от слуха императора.

– Мне кажется, что ты был с ним немного груб. – Решил разбавить обстановку кен меин.

– Ничего подобного, ему это только на пользу. Нет строгости – нет дисциплины!

На этой ноте в дверном проёме комнаты показался маленький принц, при виде которого Велл сильно нахмурился и прикрыл глаза, Эдвард даже заметил, как его ладони сжались в кулаки и костяшки пальцев побелели.

– Юджин, тебе слово «гость» о чём-нибудь говорит? Что за неподобающий внешний вид?!

А вот с этим замечанием друга Император не мог не согласиться. Некогда белая рубашка Юджина была вся испачкана в земле и помята, на брюках почти не было живого места, они все были в пятнах и дырках, а ботинки покрыты толстым слоем пыли. Глядя на мальчика, создавалось впечатление, что перед тобой стоит самый обычный дворовый мальчишка, а не благородный принц. И дополняли картину чумазое лицо и грязные руки, причём до такой степени, что трудно было разобрать оттенок кожи. Но самого Юджина, в отличие от дяди, его внешний вид вполне устраивал. Об этом говорило его довольное выражение лица и лёгкая улыбка, а во взгляде, с которым мальчик смотрел на дядю, читался вызов и интерес к тому, что произойдёт дальше.

– Чего молчишь?! – Строго обратился Велл. – Поздоровайся с гостем!

– Здрасте. – Тихо пробормотал мальчик.

– Забор покрасьте! Немедленно пойди и приведи себя в порядок.

Тут Юджин вздрогнул от того, что сзади него начала открываться дверь и его увидела Ларем.

– О, Юджин, вот ты где! А я тебя искала.

– Ларем, приведи его, пожалуйста, в порядок. Я очень сомневаюсь, что он справится с этим самостоятельно. – Наказал ей Велл и гордо развернувшись, поправил пряжку на своей рясе.

– Пойдём! – Ларем взяла Юджина за руку и увела из комнаты.

Настало время обеда. Велл и Эдвард уже сидели за обеденным столом в ожидании Ларем с Юджином. Когда они вошли, Эдвард, наконец, смог рассмотреть крестника, когда тот сел за стол, напротив, рядом с сестрой. Кожа мальчика оказалась очень бледной, чему император не удивился. Потом он перевёл взгляд на глаза принца. Последние привели его в замешательство: темно-серые, почти чёрные глаза, совершенно не свойственные расе целителей, смотрели на кен меина исподлобья, холодно и недоверчиво, а на лице улыбкой уже и не пахло. Эдвард улыбнулся ему, в надежде, что мальчика это обрадует, и тот улыбнётся в ответ, но Юджин только заметно напрягся, а взгляд стал более недоверчивым и подозрительным.

На обед принесли жареную курицу с гарниром из овощей. Эдвард следил за поведением крестника, которое всё больше и больше казалось ему странным для целителя. Первое, что сразу бросилось в глаза императору, это размер порции Юджина. В то время, как Эдвард вполне насытился небольшим количеством мяса, Юджин оказался способен уместить в себя порцию раза в два больше. Второе, но скорее всего, как подумал Эдвард, ему просто показалось, он углядел у мальчика во время еды маленькие клычки. Присматриваясь, Эдвард и не заметил, как Юджин уловил на себе его взгляд и сильнее пододвинул к себе свою тарелку. Без сомнения Эдвард узнал в нём все повадки воина, такие как защита своей территории, недоверчивость и особенно аппетит.

Из размышлений Эдварда вырвал звук разбившегося бокала. Оказалось, по неосторожности Юджин случайно задел его рукой. Мальчик побледнел и испуганно посмотрел на дядю. Велл чуть было резко не поднял руку, так, что Юджин сильно зажмурился и сжался всем телом, но, словно сдерживаясь, мужчина сложил руки на груди и нервно прошипел.

– Осторожней, Юджин. – Он продолжал сердито поглядывать на племянника до конца обеда. После этого Юджин заметно сник, перестал есть, а от каждого жеста дяди непроизвольно вздрагивал и зажмуривался. Император даже заметил, как мальчик тяжело глотает, а руки пробивает мелкая, еле заметная дрожь. От этого ему стало не по себе, и он решил вечером поговорить с другом о Юджине и о его поведении.

До вечера осталось пара часов, в течение которых Эдвард осваивался в отведённой ему комнате и осматривал залы дворца. Проходя по коридорам, краем уха уловил тихий плач и, кажется, голос Велла. Он прислушался и пошёл на звук, становящийся с каждым шагом всё громче и громче. Наконец, он нашёл комнату, откуда доносились звуки, и решил немного понаблюдать за происходящим через небольшую щель в проёме. Увиденное не могло не ужаснуть: Эдвард различил плачущего, трясущегося всем телом Юджина, который прижался спиной к стене и закрывал лицо ладонями. Перед ним с грозным видом стоял Велл, замахивающийся на мальчика чем-то на подобие кнута. Сначала он отнимал руки мальчика от лица и давал ему звонкие пощёчины, так, что тот еле удерживался на ногах. Потом мужчина начал с силой сжимать его руки, нанося удары кнутом по ладоням Юджина. Мальчик пытался вырываться, но Велл его резко одёргивал и бил сильней. Вдруг мужчина отбросил его к стене и ударил кнутом по спине, от чего мальчик вскрикнул.

– Жалкое беллаторское отродье! Грязный бастард! – Повторял мужчина, периодически нанося удары. – Такой как ты не имеет права даже близко подходить к трону, слышишь меня?! Если бы не твой дворняга отец, запудривший мозги моей сестре, ты бы вообще на свет не появился! Скажи спасибо Ларем, которая постоянно защищает тебя от меня! И только благодаря ей ты мозолишь мне глаза своим существованием!

Эдвард, услышав это, всё понял. Теперь все детали пазла собрались, осталось только поговорить с Веллом и выручать ни в чём не виноватого Юджина.

Увидев приближающегося к двери Велла, Эдвард быстро ретировался, чтобы не выдать себя. К счастью, целитель не заметил его, по крайней мере, так думал кен меин. Удостоверившись, что его друг ушёл, он тихонько зашёл в комнату, чтобы успокоить плачущего крестника, но, как оказалось, это не потребовалось, чему Эдвард был очень удивлён. Про себя он отметил, что этот шестилетний мальчик за один день удивил его намного больше, чем кто-либо ещё за всю жизнь императора. Войдя в комнату, Эдвард стал осматривать Юджина и заметил, что от пощёчин и кнута не осталось и следа, это говорило о том, что всё-таки в Юджине течёт целительская кровь, и он мог регенерироваться. Но кен меина поразило отнюдь не это. Бледное лицо мальчика не выражало обиды или боли, и Эдварду даже показалось, что он улыбается, но из-за полумрака в комнате было трудно разглядеть это. Потом мальчик поднял голову на императора и сверкнул исподлобья серыми глазами.

– Вы всё видели, не так ли? – Он немного наклонил голову на бок. – Я не виню вас за то, что вы не вмешались, напротив, я не люблю, когда кто-то мешает мне наблюдать за тем, как дядя беснуется на пустом месте и повторяет одно и то же из раза в раз.

Эдвард смотрел в лицо Юджина и видел, как тот слегка улыбается. В голове пронеслась мысль о том, что от испуганного мальчика не осталось и следа. От его улыбки мужчине сделалось не по себе. Но присмотревшись по внимательней, все неприятные мысли рассеялись в один миг. Улыбка мальчика была снисходительной и немного ироничной, а в глазах читалась грусть.

– Всё равно, – Начал Юджин, – придёт время, и я обязательно убью его! – Эта фраза уже немного испугала мужчину, он понимал, в каком состоянии сейчас находится мальчик, это состояние знакомо Эдварду, как никому другому. В такие моменты хочется рвать и метать, ты ненавидишь весь мир за то, как с тобой обошлись и, разумеется, маленький ребёнок в подобной ситуации способен сказать всё что угодно, а завтра же забыть об этом. Но Эдвард в этом сомневался, сомневался в том, что именно Юджин забудет о своих словах. В его возрасте очень легко ломается психика и человек может начать видеть и воспринимать мир в корне неправильно, что и начало происходить с Юджином. Это выражалось в его поведении с самого начала, и повадки воина, полученные в наследство от отца, здесь совершенно не причём.

– Я очень надеюсь, что ты передумаешь. Сейчас тебе, наверное, уже пора спать, а я пойду и поговорю с твоим дядей, хорошо? – Император потрепал крестника по волосам и начал выходить из комнаты, закрывая за собой дверь.