Волчица
- -
- 100%
- +
Из этих воспоминаний меня вывел душераздирающий крик. Крик ужаса и отчаяния. Это был женский крик. Крик был таким громким, я вся задрожала, как осиновая веточка. Даже сердце в пятки ушло. От неожиданности букет из моих рук выпал. Я оглянулась в ту сторону, откуда раздавались пронзительный крик и взволнованный галдёж. Собирался народ. В основном женщины и дети. Предчувствуя, что случилось что-то плохое, побежала к реке.
Растолкав всех, первое, что я увидела – это бултыхающего ребёнка в реке. Мальчик, лет пяти-шести, пытался выплыть, но у него не получалось. Отчаянно работая руками, время от времени мальчонок всплывал на поверхность. Пытаясь барахтаться, его обратно тянула вниз под воду. Мать мальчишки была по пояс в воде. Она никак не могла дотянуться до него. Он находился всего лишь в нескольких метрах от неё. Там глубина была уже большая.
Поблизости не было ниодного воина, кто бы мог помочь. Как назло, именно сегодня большинство мужчин ушло на охоту. Другие были на разведке или же на постах, охраняя поселение.
Женщины пытались зайти в реку, но боялись идти далеко. Течение. Как раз в этом месте было самое стремительное и сильное течение.
В эту минуту я очень жалела, что не умела плавать. Не могла помочь ребёнку. Смогла зайти в воду только по колено. Остановилась в нерешительности. Дальше я боялась идти.
Да и вода была такая холодная. Не успела согреться за день. Даже ноги сводила судорогой. Одна надежда была на Амикуса. В сию же секунду попросила Амикуса о помощи. Он был единственный кто мог помочь.
Амикус с разбегу прыгнул в воду и поплыл к ребёнку. В последнюю минуту он успел схватить мальчика за руку, когда он медленно начал идти ко дну. Следы от зубов волка на руке будут. Но это лучше, чем захлебнуться водой. Амикус быстро поплыл обратно к берегу. Я ждала его, готовая оказать первую помощь ребенку.
Как только Амикус приблизился ко мне, я схватила ребенка на руки. Хотела ближе прижать его к себе, пряча от толпы, собирающейся вокруг нас. Все женщины начали сбегаться ко мне. Первая, кто подбежал, была мать мальчика. Она, пытаясь меня оттолкнуть, хотел у меня отобрать ребёнка. Силой вырывала его из рук, повторяя громко, как в бреду: «шаманка, шаманка, шаманка».
Я знала точно – шаманки в поселении не было. С самого утра она ушла в лес за травами. Неизвестно, когда должна была вернуться.
Нельзя ждать шаманку. Будет поздно. Ребенок может умереть. Неужели они этого не понимают. Совсем потеряли голову. Осознавая это, я громко и со злостью гаркнула на них:
– Не подходите близко! Мальчику нужна помощь! Сейчас и немедленно! Я не отдам его вам!
Вытянула перед собой свободную руку, не подпуская к себе. Показывала тем самым, чтобы держались от меня на расстоянии. Как бы жалко мне не было мать ребенка, мне пришлось приминить силу. Я толкнула ее несильно, таким образом усадив на землю. Ей ничего не оставалась делать как закрыть лицо руками и реветь.
Амикус, чувствуя моё настроение, зарычал на собравшихся женщин. Всем пришлось отступить.
Мне не было времени смотреть на всю разыгравшуюся сцену и успокаивать всех. Счёт шёл буквально на секунды. Я, не задумываясь, сразу же стала оказывать первую помощь. Больше не обращала ни на кого внимания. Мне было все равно, что они делали и что обо мне думали. В мыслях было одно – лишь бы успеть, лишь бы спасти мальчишку.
Я осмотрела быстро ребенка. Мальчик был без сознания. Пульс, дыхание, сердцебиение отсутствовали. Сначала положила его животом на своё колено. Дала воде стечь из дыхательных путей. Убедившись, что полость рта чиста, положила обратно на землю его. Начала процедуру проведения искуственного дыхания и массажа сердца. Как долго делала, не помню. Потеряла счёт времени. Мальчик вдруг открыл глаза и закашлялся. Я повернула его на бок. Гладила по голове, успокаивая:
– Все хорошо. Сейчас отнесу в типи. Переоденемся. Согреемся.
Я взяла его на руки и понесла в типи шаманки. Сняла с него мокрую одежду. Насухо вытерла его. Укутала несколькими покрывалами и уложила в постель.
Как раз в это время и шаманка подошла. Рассказав всю приключившуюся историю, оставила на сутки мальчика под наблюдением шаманки. Только после этого я со спокойной душой вышла из типи шаманки.
Стоили мне выйти на улицу, почувствовала на себе строгие, недовольные взгляды женщин.
Пусть думают обо мне, что хотят. У меня нет сил с ними бороться и играть в словесную войну. Главное – смогла спасти ребенку жизнь. Можно сейчас и вздохнуть спокойно.
Ветер растрепал и так уже мои взърошенные волосы, выбившиеся из косы. От дуновения ветра почувствовала, как мурашки побежали по моему телу. Стало очень холодно. Мерзко.
Только сейчас я обратила внимание, что стою перед всеми в мокром грязном платье. Мне срочно надо домой. Пока мальчика спасала, расположившись на земле, платье испачкала. Потом неся его в типи шаманки, платье пропиталось влагой от его мокрой одежды. Надо сейчас же переодеться.
Не хватало, чтобы я заболела.
Мне нельзя! Ни в моем положении.
После секундного замешательства я собрала последние силы. Вздёрнув высоко голову и посмотрев с гордым взглядом на всех, прошла мимо них. Словно так и должно быть. Не хотела показывать им страх, волнение, обиду, бушующие в моей душе и разрывающие меня на части.
Но стоило мне войти в своё типи, я почувствовала, как силы меня окончательно покидают. Уверенность пропадает. Вероятно, в крови кипел адреналин во время спасения мальчика. Сейчас он испарился. Дал месту моей слабости. Я позволила долго сдерживаемым чувствам и эмоциям вырваться наружу. Руки и ноги задрожали. Губы тряслись, зубы стучали от холода. А на глаза наворачивались слезы. Перед моими глазами потемнело, голова закружилась. Я начала медленно оседать на пол. Не упала, благодаря рядом стоящему сделанному мной столу. Схватилась за него и держалась так крепко, что костяшки пальцев побелели. Вдруг резко ощутила тянущую боль внизу живота и в пояснице.
Мысли проскочили как ураган: «Боже, только не это! Лишь бы с малышом всё было хорошо. Я не хочу его потерять. Только бы не выкидыш! Только не это!»
Я так сильно испугалась за малыша. Так сильно стала переживать. Воздуха в груди стало не хватать. Паника меня охватила. Я стала плохо соображать. Первый раз со мной такое произошло. Я почувствовала себя беспомощной, жалкой. Я забыла все свои навыки: как вести нужно себя в таких случаях…
В таком состоянии меня нашла Лунный Свет. Она пришла меня поблагодарить за спасение мальчика. Нашла меня бледную, еле держащуюся на ногах. Увидев ее, я смогла только шёпотом выдавить из себя:
– Позови шаманку.
Остальное всё было как во сне. Шаманка вместе с Лунным Светом помогли мне добраться до постели. Шаманка провела осмотр и дала какой-то отвар. Я провалилась в сон.
Очнувшись, первым делом с испугом дрожащей рукой дотронулась до своего живота.
– Лиа, всё в порядке с малышом! Лежи! Отдыхай! – прозвучал звонкий тонкий голосок Лунного Света откуда-то сбоку. Она подошла ко мне и поправила покрывало. – Тебе нужно больше отдыхать. Даже не думай волноваться! Я хочу здорового племянника! – улыбнулась мне.
Её лучезарная улыбка, словно по лёгкому мановению волшебной палочки, передалась и мне. Слабо улыбнулась ей в ответ и прошептала:
– Как мальчик? С ним всё в порядке?
– Не беспокойся! Он жив и здоров. В первую очередь, ты должна думать только о своём здоровье и здоровье малыша.
Я лежала и думала, что чуть не сгубила нашего с Отважным Охотником малыша. Не послушалась его.
Сразу мне вспомнились его строгие слова:
– Ты обязана думать только о себе и о нашем малыше. Просто зная тебя, Лиа, ты всегда бежишь на помощь ко всем, не думая о себе. Теперь ты должна забыть и не поступать так. Ты не одна.
Его слова мне глубоко в душу врезались. Сердце сжалось, словно утыканное иголками. Я чувствовала себя виноватой. Я обещала… Обещала ему думать и заботиться о нашем малыше. Я не выполнила обещание. А он как глядел. Предвидел. Знал, что так будет.
Не выдержала. Слёзы градом посыпались из глаз. Я не могла остановиться. Только услышала голос шаманки:
– Так дело не пойдёт. Ты же не хочешь навредить малышу? Прекрати плакать! Тебе нельзя волноваться! Малыш в безопасности. Если ты продолжишь так нервничать, я не смогу тебе помочь. Сейчас тебе травы заварю. Ты у меня попьёшь и поспишь. В дальнейшем будешь меня слушаться.
После отвара я уснула настоящим крепким сном. Почти две недели провалялась в постели, изредка вставая, чтобы ноги размять. За мной ухаживали Лунный Свет и Дарящая Мир.
Таким вот способом они узнали о моей беременности. Думала, подарю им минуты радости, а преподнесла только дни переживаний и волнений.
После этого инцидента я слушалась шаманку беспрекословно. Делала всё, что она говорила. Шаманка запретила мне связываться с Отважным Охотником. Мой дар забирает много физической силы. Я была ещё слишком слаба после последних событий. Молодой будущей мамочке необходимо восстанавливать и накапливать силы. Успокаивало меня то, что шаманка разрешит мне связаться с любимым мужем, когда придёт время.
Сейчас наслаждалась жизнью, впитывая в себя только положительные эмоции и радостные переживания. Мой малыш растёт в утробе. Вместе с ним увеличивается мой животик. Я хорошо питалась, много гуляла. Лунный Свет за мной приглядывала.
Возможно, шаманка боялась, что я могу попасть в очередную историю.
Глава 51. Лиана. Белые в поселении (мир или война?)
Сегодня у меня первый день работы после долгого перерыва ничегонеделания. Выхожу на свою любимую работу. Шаманка разрешила мне приходить и помогать ухаживать за больными. Она не успевала лечить и одновременно собирать травы, коренья и делать настойки. Она ко мне направляла не всех больных. Только тех, кому необходимо обработать раны или наложить швы. Остальных брала себе.
Сегодня она отправилась в лес за лекарственными растениями. Я осталась на дежурстве. Вдруг кому-нибудь понадобится помощь. Пока у меня было свободное время, я решила убраться в типи шаманки. Развешивала пучки целебных трав, сортировала настои. Лунный Свет мне помогала.
Если я очень любила свою работу – медицину, то Луный Свет всегда отлынивала от этого занятия. Шаманка попросила меня помочь с Лунным Светом. Я должна объяснить ей – в будущем могут эти знания пригодиться. Я должна была наставить Лунный Свет на путь целительства. Необходимо было подготовить её. Но пока как-то плохо у меня получалось достучаться до неё.
Однажды при разговоре шаманка мне сказала загадочно. Эти слова въелись в мою память:
– Лунный Свет будет не только провидицей, но и целительницей. Она должна научиться помогать людям без нашей с тобой помощи. Её ждут в другом племени. Она встретит свою судьбу вдали от нас.
Вот я и обучала её. Старалась даже обучить базовым навыкам современной медицины. Дать практические знания, применяемые в моём веке, когда я родилась. Хотела ей вложить в голову знания, полученные мной в университете. Передать ей всё, что сама знаю.
Убирая в типи шаманки, сегодня я Лунному Свету рассказывала о травах и настойках. Объясняла и описывала: для чего эта настойка нужна, сколько можно давать, как влияет на организм человека. Лунный Свет слушала меня вполуха. Она была задумчивая. Сама на себя не похожа. Никогда раньше её такую не видела.
Моё терпение не бесконечно. Я не выдержала и строго заявила:
– Лунный Свет! Что я только что сказала? Повтори!
Лунный Свет стояла, не двигаясь, и смотрела неотрывно в одну точку. Мне пришлось громче её позвать:
– Лунный Свет!
– Что? – спросила меня рассеяно, даже немного испуганно.
– Ясно! Ты меня совсем не слушала. Вообще-то я стараюсь. Рассказываю тебе. Объясняю всё. А ты где-то далеко. Что-то случилось?
– Да. Случилось… Знаешь… у меня было видение о…
Лунный Свет резко прервала свою речь. Её глаза устремились ко входу. Она спросила кого-то:
– Чем мы можем тебе помочь?
Я стояла спиной ко входу и не могла увидеть кому был адресован этот вопрос. Когда повернулась, то передо мной стояла девушка индеанка. Примерно лет двадцати. Красивая, стройная. Глаза большие, испуганные. Она нерешительно переминалась с ноги на ногу. Боялась войти. Робко спросила, посмотрев на меня:
– Вы можете мне помочь? – сразу же устремила взгляд, на вытянутые свои руки передо мной. Одной рукой она сжимала ладошку другой руки. Поранилась. Шла кровь.
Я осторожно ей сказала:
– Шаманки нет. Когда будет, не знаю, – подошла к столу и продолжила раскладывать настойки молча, отвернувшись от девушки.
Для себя приняла решение: раз женщины племени не нуждаются в моей помощи, то ни за кем не собиралась бегать и уговаривать. Зря волноваться. Тратить свои нервы впустую. И так чуть не потеряла своего малыша. Вспомнив их недовольные сердитые взгляды после спасения мальчика, меня даже передёрнуло. Даже спасибо не сказали…
Я не ждала слова благодарности. Нет. Я выполняла свой долг. Долг врача. Спасти жизнь. Но я никак не ожидала от них сердитых и недовольных взглядов в мою сторону. Словно я сделала что-то запрещённое и гадкое.
Тогда я сама была не своя. Взгляды только больше взбудоражили моё состояние. В тот момент они, как стрелы в сердце, пронзали меня. Обида какая-то осталась. Конечно, это обида пройдет рано или поздно. Я оттаю.
Но сейчас воспоминания для меня свежи. Без понятия, как мне вести себя с этой девушкой.
На удивление, девушка не ушла. Задала неожиданный для меня вопрос:
– Может, вы мне поможете?
Я чуть не выронила настойку из рук. Осторожно поставила на «столик», где шаманка обычно готовит настойки. Повернулась к ней и посмотрела прямо в глаза, подумав: «наверное, она шутит».
Взгляд её был серьёзный и решительный. Отказывать в помощи было не в моих правилах. Я врач и не могу нарушить клятву Гиппократа:
– Хорошо, помогу. Садись! Как ты поранилась? Рассказывай.
– Выделкой шкур занималась. Нож выскользнул из рук. Порезалась.
Пока мне девушка объясняла, что произошло, Лунный Свет убежала. Мы остались вдвоём. Я осмотрела рану. Рана была неглубокая. Обработала её, помазала «волшебной» мазью и перевязала.
– Всё готово! На перевязку завтра надо прийти. Шаманка будет.
– Но я хочу, чтобы ты меня лечила! Спасибо тебе!
– Да не за что. Пустяк. Ничего сложного нет в обработке раны.
– Я хотела сказать «спасибо тебе за жизнь моего брата». Ты его спасла. Извини, что раньше не поблагодарили. Шаманка не разрешала нам к тебе приближаться. Сейчас я вижу почему… У вас с Охотником малыш будет…
Я по инерции положила руки на живот. Не знала даже, что ответить девушке. Была в замешательстве.
Теперь я понимала, какие произошли изменения за этот месяц, и почему я стала чувствовать себя легко и свободно. Я просто перестала ощущать на себе враждебные взгляды женщин. На лицах некоторых женщин даже появлялись улыбки. Но я проходила мимо и не придавала этому значения.
Меня вывели из ступора слова девушки:
– А могут завтра мама с братом прийти к вам? Моей маме нужен совет.
– Хорошо. Пусть приходят. Я буду рада их принять. Да и ты завтра не забудь прийти, – напомнила я, поглаживая свой живот.
Мы попрощались. Только девушка собралась выйти из типи, как я её остановила, схватив за руку. Покачала медленно головой. Прижала свой указательный палец к её губам и шепотом сказала:
– Тише…
Мы услышали ржание лошадей и громкие голоса. Странно… Охрана должна была сообщить о приближении незнакомцев к нашему поселению. Голоса были чужие. Позже мы услышали голос вождя. Он приглашал кого-то в своё типи.
Вероятнее всего, вождь ждал прибытия гостей. Приглашая их к себе, голос вождя даже не вздрогнул. Голос его был удивительно спокойным, твёрдым, уверенным. Не проскользнула ни капли страха. Словно его абсолютно не волновало причина прихода гостей.
Я тихонько подошла ко входу и выглянула из типи. Одним глазом увидела несколько лошадей и рядом стоящих белых людей в синих мундирах. В руках они держали ружья. Ждали своего командира и при этом смотрели по сторонам, разглядывая наше поселение.
Я вспомнила, как глазами волка рассматривала лагерь американской армии. Это точно были солдаты из этой армии. Форма та же.
«Армия должна была выйти из лагеря только сейчас… Они уже здесь…» – думая об этом, нахмурила свои бровки и прикусила губу. Одновременно сердце застучало громко и быстро. Опять накатило волнение. Я закрыла глаза и стала глубоко дышать, сама себе приговаривая:
«Спокойно, Лиа. Спокойно. Если они хотели бы напасть, то уже напали бы. Интересно, почему они раньше прибыли?.. Неужели у них планы поменялись?».
На всякий случай мысленно позвала Амикуса. Он был на охоте. Сообщила, чтобы без моего сигнала близко к поселению не подходил. Солдаты не должны знать о нашем преимуществе, о волках.
Пыталась подслушать разговор, но ничего не смогла услышать. Солдаты довольно далеко находились. Друг с другом переговаривались шепотом, чтобы никто не слышал. Белые в поселении недолго пробыли. В скором времени уехали, а вождь позвал меня к себе.
Попрощавшись с девушкой, напомнила ей ещё раз, что жду ее завтра. Сама отправилась к вождю.
В типи вождя уже все собрались. У очага на шкурах сидели шаманка, сам вождь с женой и старец.
Этот старец был самым старым среди всех индейцев этого племени. Он даже не помнил, сколько ему лет. Он был из другого племени – кайова. Племя команчей нашло его еле живым посреди прерий. Шаманка его выходила, вылечила и заботилась о нём долгое время. Он так и остался жить в этом племени.
На лице у него был огромный шрам, на пол-лица. Шрам был в виде бороздки. Начинался шрам от правого виска, пересекая правый глаз, нос, рот и тянулся до подбородка. Когда-то он был в плену у белых, где и получил этот шрам на всю оставшуюся жизнь. Напоминание о знакомстве с белыми людьми. По чистой случайности ему удалось сбежать. На своём веку он повидал многое: множество войн, разбитых судеб, трагических событий, а также были в его жизни яркие моменты – счастье, радость . Ощутил на себе предательство, дружбу и верность, любовь и ненависть. Он был полон знаний и жизненного опыта, которыми делился с нами.
Мудрый Лис ему очень доверял и прислушивался к его мнению.
Я села на шкуры напротив вождя, между шаманкой и этим старцем. Мудрый Лис сразу приступил к делу. Не ходил вокруг да около.
– К нам сегодня приезжали белые. Хотят заключить соглашение о перемирии. Я им не верю. Все вы знаете, что однажды мы уже заключали с ними договор. Они нарушили его. Тогда мы потеряли многих – своих близких, родных, друзей, сородичей. Как бы не случилось тоже самое! –
вождь нахмурился. Слишком тяжело давались ему воспоминания. Он потерял двух сыновей и двух дочерей, доверившись белым. Но он продолжил, обратившись ко мне:
– Волчица!
– Да, Мудрый Лис! Слушаю вас внимательно!
– Прочти нам, что написано в этом договоре.
Мудрый Лис протянул мне лист бумаги, свёрнутый в трубочку. Я удивлённо взяла его. Любопытство взяло верх. Не удержавшись, спросила:
– Откуда у вас эта бумага?
– Попросил белых дать мне соглашение. Пришлось пойти на обман. Сказал, что должен с Духами пообщаться. Попросить совета у них. Во время связи с миром духов должен показать им этот договор. Белые не верят в духов, поэтому они спокойно отдали эту бумажку. Они не знают о белой женщине, живущей в нашем племени и умеющей читать знаки белых. Надеюсь, белые мне поверили. Так, что там написано, Волчица?
Я стала читать про себя.
Образовалась тишина. Все сидели молча, думая каждый о своём. Терпеливо ждали ответ от меня.
Прочитав, вслух заявила:
– Это не соглашение о перемирии… Это дарственная на земли. То есть вы готовы земли подарить Соединенным Штатом Америки. По существу земля не будет никому принадлежать. Любой желающий, любой колонизатор, кто первый приедет и предъявить права на заселения этой земли, тот и будет хозяином. А наше поселение должно покинуть эти земли. Уйти на юго-запад на расстояние в десять дней пути. Определять расстояние будут колонизаторы.
– Десять дней пути от нас?.. Это не так далеко. Лес тоже недалеко… Земля хорошая, как здесь… Что вы думаете? – задумчиво спросил Мудрый Лис.
– Здесь кроется что-то ещё… Белые просто так не напишут: десять дней… Почему не пять или тридцать дней? Они не глупы, чтобы нам оставлять хорошие плодородные земли, – рассуждал старец.
– Ты прав, старец! Мы не можем доверять белым, – дотронувшись до подбородка и потерев его большим и указательным пальцами, продолжил думать Мудрый Лис.
Я на миг замялась, думая, как же им рассказать то, что я знаю. На уроке истории мы кратко изучали жизнь индейцев и покорение белыми колонизаторами Северной Америки. Было всего лишь два занятия посвященной этой теме. Сейчас я кусала губы и жалела, что слушала вполуха. Не думала, что мне пригодятся знания истории Северной Америки в медицине. Но некоторые детали я всё-таки помнила. Высказала свои предположения:
– Если определять расстояние будут колонизаторы, то они наймут специально обученных людей. Их называют «бегуны». Расстояние, которое мы считаем как дневной переход охотника будет намного больше. «Бегуны» – они выносливые, крепкие молодые люди. Они могут в течении десяти дней пробежать большое расстояние, останавливаясь только на короткие передышки.
– Твои рассуждения имеют смысл. Южнее находятся Гипсовые холмы и горы Уичита. Я так и знал. От белых ничего хорошего ждать не приходится. Они пропахли ложью и смертью невинных! Думают, что я поверю!! Подпишу этот договор!!! – с каждым словом голос вождя становился громче. Он так сильно повысил голос, что все вздрогнули.
Эти слова вождём были обращены скорее к самому себе, чем нам. Тут же успокоившись, он обратился к шаманке:
– Волчица может связаться с Отважным Охотником сейчас? Мне нужно решить, что завтра отвечать американским солдатам. Они завтра обещали вернуться за ответом.
– Волчице я разрешу. Только один раз она может воспользоваться даром.
Меня не надо было просить долго. Я сразу же закрыла глаза и переместилась в сознание волка.
Наконец-то я увидела своего любимого мужа. На глаза накатились слезы. Как же я сильно по нему скучаю. Эмоции взяли верх. Видно гормоны скачут. Шалят, как неугомонные.
Сейчас не время раскисать. Надо взять себя в руки.
Собравшись, стала слушать Отважного Охотника. У него было много новостей, как плохих, так и хороших.
Самая важная новость – они нашли землю для нашего нового дома. Нам необходимо продержаться около трех недель до прибытия наших воинов.
Я передала все полученные новости Мудрому Лису. Он, недолго думая, сразу же всем сказал:
– Сообщите всем, чтобы готовились к переезду. Берем только необходимые вещи. Только то, что можно унести. Даю времени ровно двадцать дней, не больше. Мы должны уехать до прибытия большой армии. А теперь оставьте меня, я должен всё обдумать.
Мы все тихо разошлись, оставив Мудрого Лиса одного.
После собрания первым делом я пошла искать Лунный свет. Очень волновалась за нее. Меня не оставляли мысли в покое. Она мне хотела рассказать о видении. Но ей помешали. Пришла индеанка.
Хорошо, что долго искать мне её не пришлось. Она сидела грустная, задумчивая на берегу реки. В последнее время мне было не узнать её. Что-то ее мучило. Вот только что?!
– Лунный Свет, мы с тобой не закончили разговор, – начала я говорить, садясь рядом с ней.
– Всё в порядке, Лиа!
– Ты уверена? Ты мне хотела что-то сказать, но нас прервали…
Она резко встала и начала ходить передо мной туда – сюда. Тёрла друг о друга ладошки. Нервничала. Я не выдержала:
– Остановись, Лунный Свет! Если ты продолжишь так двигаться, мне плохо будет.
Лунный Свет остановилась. Посмотрев на меня серьёзно, сказала:
– Извини, Лиа. Я не могу тебе сообщить. Видения были про одного человека… Этому человеку может не понравиться, если буду рассказывать всем… Просто это тайна… Ты уже связывалась с Отважным Охотником? Ты знаешь, когда он будет?
Проигнорировав ее вопросы, стала задавать свои:
– В видении был Отважный Охотник? С ним что-то случится?
– В видении его не было. Не беспокойся о нём! Когда приедет Отважный Охотник?
– Примерно через двадцать дней. Они мчатся изо всех сил, подгоняя во всю лошадей. Возможно и раньше будут, – вздохнула я спокойно после услышанных слов Лунного Света. Я была рада, что это никак не связано с Отважным Охотником.
– Хорошо. Идём, Лиа. Тебе пора отдыхать. И моему племяннику тоже! – сказав эти слова, Лунный Свет улыбнулась и легонько прикоснулась к моему животу.
Следующие три недели мы все, как вождь, шаманка, я и другие жители поселения, проводили время как на иголках. Боялись, что на нас могут напасть исподтишка. Не знали, что от белых можно ожидать в любую минуту. Сами же упаковывали вещи и собирали всё необходимое. Делали всё втихую, чтобы отряд белых не заметил перемен в поселении.