Арчи. Золотая Кровь

В Петербурге. А жил раньше в Московии, столице Империи Русов.

Я поморщился. Параллельный мир, что ли? В голове всплыли образы моих родных. Папа, мама, Мишка. Като. В глазах защипало.

– Вот! – запыхавшаяся девчушка вбежала в комнату и протянула Наталии кожаную сумку.

Тётя грубо выдернула её из рук служанки и открыла. Немного покопавшись, она достала из сумки потрёпанную книгу и белое перо. Наталия побледнела, испуганно посмотрела на Михаила. Тот стоял и не сводил глаз с пера. Костяшки пальцев, которыми он сжимал ручку трости, побелели, сравнявшись цветом с ногтями.

“Алиса! Что происходит?!”

Я не знаю.

– Мастер Михаил, – эскулап кашлянул, – я могу идти?

– Витя, – старик перевёл на него тяжёлый взгляд бесконечно уставшего человека, – неужели нет другого выхода?

– Лёгкие вашего внука на пределе. То, что он сейчас жив, уже чудо. Будь он Огранцем, мы бы успели изучить болезнь. Однако он обыкновенник и он умирает. Вероятно, у Анастасии есть решение, но не у меня.

– Я тебя услышал, Витя. Сколько у него осталось времени?

– Он может умереть в любой момент, – пожал плечами лекарь и дотронулся до своего кольца. – Но день-два, скорее всего, протянет.

Я лежал, слушал разговор и чувствовал, как внутри поднимается ужас. И возмущение. Почему я проснулся в теле полудохлого парня, который вот-вот помрёт? Как это произошло? Что со мной сотворили учёные?

“Алиса, что думаешь?”

Мне не хватает информации для анализа. При проведении процедур учёные специально меня отключали. Я не знаю, что они с нами сделали.

И что мне делать? Михаил попрощался с эскулапом и проводил его к выходу. Наталия шикнула на служанок, и те сбежали из комнаты. Она села на краешек кровати, взяла мою руку в свою и крепко сжала.

– Всё будет хорошо, Арчи, – она попыталась улыбнуться, но в её глазах стояли слёзы. – Мы что-нибудь придумаем. Не бойся.

Дверь хлопнула, ко мне подошёл Михаил.

– Деда, давай посмотрим на его главный узор! – горячо воскликнула Наталия. – Эти гульи выкормыши могли специально его испоганить!

Михаил кивнул. Он вытянул левую руку вперёд, на его среднем пальце засиял белый узор.

Я почувствовал, как поднимаюсь в воздух! Затем меня медленно перевернуло, но ни одна моя мышца не пошевелилась, и я опустился на кровать. Грудная клетка вспыхнула острой болью, я задержал дыхание. Чёрт!

Я почувствовал, как палец Михаила коснулся основания моей шеи. На некоторое время в комнате повисла гробовая тишина.

– Кто тебе поставил главный узор? – процедил Михаил. От его голоса веяло такой опасностью, что меня пробрало до мурашек по коже. Сердце сжалось.

Артём, это был главный помощник приёмной мамы Арчи, которого она взяла с собой из Императорского дворца.

Я повторил слова Алисы.

– Так и знала! – прошипела Наталия. – Эта гулья подстилка… Да как она посмела!

– Ната, – Михаил прервал её возмущения, и в эту же секунду неизвестная сила снова подняла меня в воздух, перевернула и мягко опустила на постель.

– Арчи, – Михаил строго посмотрел на меня, – ты сам слышал Витю. Твоя жизнь висит на волоске. Он не способен исцелить тебя, а найти эскулапа более высокой Грани я пока не могу, – на этом месте он скрипнул зубами и сильнее сжал трость. – Я могу поправить тебе главный узор, ты постигнешь первую Грань и станешь Огранённым, но тогда активируется узор Призыва. Будет чудом, если ты не умрёшь и заключишь контракт со зверем, но шанс есть. Или я оставлю всё как есть и ты умрёшь обыкновенником. Тебе решать.

– Первое, – выдохнул я. – Не хочу умирать.

Мне вспомнилась смерть в прошлой жизни, и в душе поднялся животный ужас, сознание потемнело, стало тяжёло дышать.

– Дедушка! – Наталия бросилась ко мне и осторожно вытерла слёзы с моих щёк.

Я пытался сделать вдох, но не получалось.

– Всё хорошо, маленький. Всё хорошо… – Наталия приложила к моему лбу ладонь, и от неё разлился мягкий белый свет. Паника отступила. Я успокоился и с трудом протолкнул воздух в лёгкие. Или что там от них осталось? Грудь пронзило болью. Я закрыл глаза.

– Завтра я исправлю твой главный узор, – услышал я Михаила. – Завтра же ты отречёшься от фамилии Драгина, станешь Беловым.

Я коротко кивнул. Сейчас я готов на всё, лишь бы полегчало. Как же мне плохо, боже…

Михаил вышел. Наталия ещё немного посидела со мной. Она покормила меня кашей, похожей на овсяную, и ушла. Перед этим сказала, что ей нужно помочь деду с завтрашней церемонией, и показала на медный колокольчик, стоящий на тумбочке. Оказывается, у меня есть личная служанка – живёт в соседней комнате и прибегает по первому звону.

“Алиса, рассказывай, что ты накопала”, – мысленно потребовал я, когда остался один.

Если коротко, то ты – Арчи Драгин, тебе пятнадцать лет, ты сын Влада Драгина и Алины Беловой. Твоя мама – вторая жена отца. Первая жена, твоя мачеха, из Императорского рода – Луиза Разящая. Арчи очень её любил, после смерти Алины Беловой она заменила ему маму.

“Так. В этом мире можно иметь несколько жён. И я сын второй жены, а первая из Императорского рода. То есть правят Империей Русов Разящие?”

Верно.

“Хорошая фамилия, говорящая. Дальше. Кривой узор, про который сказал Михаил, мне поставил советник первой жены – Луизы Разящей, да?”

Так и есть.

“Неужели меня специально изуродовали?”

Я задумался.

“А болезнь? Ребро? Я таким родился?”

Артём, я не знаю. Судя по воспоминаниям Арчи, он всегда был очень слабым и постоянно болел, из-за чего не смог постигнуть Грань и стал веником. Отец охладел к нему и уже много лет не обращал на него внимания.

“Во всем виновата Луиза. Она не позволила мне стать магом”, – решил я и задумался.

Не маги, а Огранённые. Или по-простому – Огранцы. Постарайся не путать.

“Понял. С этим разобрались, прежний хозяин тела – жертва интриг хитрой женщины, которую искренне любил и считал матерью. Досадно. Алиса, ты проверила моё тело? И что за руна Призыва? И почему Михаил так странно отреагировал, увидев перо?”

Обследование завершится к утру. Узор Призыва, не руна. Он позволяет создать контракт с каким-то зверем. Точных сведений нет, я изучила воспоминания не до конца. Про перо информации пока не попадалось.

“Ладно”, – я с трудом вздохнул, грудь жгло. Хочется курить. И монетку бы… – “Тогда дождёмся утра”.

Я позвонил в колокольчик, и через пару секунд прибежала служанка – девчонка лет четырнадцати. Довольно симпатичная – с русыми волосами до лопаток и карими глазами немножко навыкате, которые придавали ей любопытный вид. Одежда, правда, невзрачная – полностью серая. На груди, с левой стороны, белый знак эдельвейса, как у эскулапа. Но без цепи и цифры. Служанка помогла мне дойти до уборной. Сам я передвигался с большим трудом.

– Как тебя зовут? – спросил я, когда мы возвращались назад.

– Милана, – мягким голосом ответила она. Служанка поддерживала меня за руку, ведя к кровати. Каждый шаг отдавался острой болью в груди, но я терпел.

– А у вас есть библиотека, Милана? – спросил я, усевшись. Судя по лучам солнца, бьющим в окно, на улице был полдень, рановато для сна.

– У семьи Беловых есть библиотека, – кивнула она.

– А можно мне туда?

Милана замялась.

– Надо спросить у госпожи Наталии. Я не знаю.

– Спросишь?

– Хорошо, – неохотно кивнула служанка. Видимо, слуги тётю не очень любили.

Проводив её взглядом, я с кряхтением улёгся. Мне хотелось побольше узнать о мире, в который я попал. Всё, что прочитаю, запомнит Алиса, и в любой момент, когда потребуется, с её помощью я вспомню, что читал. Сейчас в базе данных Алисы информация только из прошлого мира, и надо бы её пополнить сведениями о новом. Паника и страх не помогут мне выжить. Я знаю, что проснулся в чужом больном теле и что никогда не вернусь домой. Но на страдания нет времени… Мой срок на исходе. Надо думать, что делать дальше, как выжить.

Миланы не было где-то минут десять. Вернулась она довольная, с улыбкой на губах.

– Госпожа Наталия разрешила вам посетить библиотеку, но попросила вас не перенапрягаться и вернуться к себе в комнату сразу же, когда почувствуете усталость.

– Конечно, – я кивнул и сел. На тумбочке, рядом с колокольчиком лежала стопка светло-голубой одежды. Я потянулся к ней и охнул от прострелившей грудь боли.

– Давайте помогу, – Милана подбежала ко мне.

Одежда была удобной. Штаны, футболка, свитер и полусапожки. Всё новенькое. А на груди значок – такой же, как у служанки, цветок эдельвейса.

“Алиса, а цвет одежды что-то значит?” – спросил я, когда мы с Миланой неспешно направились к выходу. Она поддерживала меня.

Да. Белая – для Огранцев. Серая – для слуг, голубая – для веников. Коричневая – для воинов клана. Гвардия тоже носит белое, только у гвардейцев нет цифр на значке и кольца на пальце. Чёрная – для Чернокнижников. Я не знаю нюансов. Только названия.

Сложная система. Чернокнижники? Кто это? Колдуны? Чем они отличаются от Огранцев?

Мы с Миланой шли по просторному коридору. Пол из тёмного блестящего дерева, все стены в картинах и гобеленах. Похоже, Беловы не жаловались на достаток.

Из-за угла впереди послышались шаги, и нам навстречу вышел парень лет семнадцати. Он был, как и эскулап, в белых одеждах, на значке выделялась цифра один, а не три. Значит, Огранец. Белые волосы и красные глаза, в ухе торчит белая серёжка, на виске кривой и выпуклый шрам. Судя по лицу, он был жутко зол. Увидев меня, скривился в презрительной улыбке. Остановился, оглядел с ног до головы.

– Ничтожество, – бросил он. – Тебе не место в клане Беловых, веник поганый, – парень подошёл поближе. У меня, как назло, заныло в груди. Я выпрямился, не подавая виду, насколько мне плохо, и твёрдо встретил его взгляд.

– Не твое дело.

Глаза парня опасно сверкнули, он вытянул указательный палец, кожа на кончике которого была заметно темнее, и коснулся моей груди. Затем парень немного отвёл руку назад, сжал пальцы в кулак и легонько меня стукнул – я с трудом стоял, поэтому не успел среагировать.

– К-ха! – меня будто тараном саданули. Я отлетел назад, упал на пол, задыхаясь, и сквозь бешено стучащий в висках пульс услышал звук пощёчины и вскрик Миланы.

Урод подошёл и склонился надо мной, а я всё никак не мог вздохнуть, из моего рта шла кровь. Я видел его как в тумане, медленно, но неумолимо теряя сознание.

– Знай своё место, падаль, – он толкнул носком белого ботинка мою голову. Я закашлялся и подавился кровью.

– Ты сдохнуть решил тут, гуль дырявый? – урод присел на корточки и достал из кармана пузырёк с таблетками, вынул одну и засунул её мне в рот. Лекарство быстро растворилось на языке и ласковым потоком полилось по пищеводу. По всему телу, от лёгких до кончиков пальцев ног, разошлось тепло. Я закашлялся и жадно втянул в себя воздух. Из глаз брызнули слёзы.

Урод встал.

– Если расскажешь кому – урою, – он повернулся к Милане. – А ты вытри тут всё. Чтоб пятнышка не было. Поняла?

Милана что-то промямлила.

– Ты поняла меня?! – урод повысил голос и скользнул масляным взглядом по служанке.

– Да, господин Илья!

– Ну и отлично, – он напоследок презрительно посмотрел на меня и пошёл дальше.

Я лежал и краем глаза наблюдал, как Милана протирает пол. На её щеке горел след от ладони. Закончив с уборкой, она помогла мне встать. За это время мимо прошли несколько слуг, но никто из них не обратил на нас ни малейшего внимания.

– У тебя есть монетка? – спросил я, когда мы в молчании прошли шагов тридцать.

– Монетка? – удивилась Милана.

– Да. Любая.

– Только у меня в комнате.

– Досадно… – я поморщился. Ну и ладно, тут и гадать не стоит – этому уроду я верну должок сполна.

Благодаря странной таблетке я теперь мог передвигаться сам, без помощи Миланы.

Библиотека находилась в другом здании. Когда мы вышли на улицу, я первым делом посмотрел вверх. Солнце, голубое небо, белые облака. Всё как на Земле. Затем осмотрелся вокруг. Внутренний двор, наверное. Парк с лавочками для отдыха. В центре журчит большой водопад, под потоками воды стоит статуя. Чуть поодаль, за деревьями, возвышаются трёхэтажные деревянные дома и какие-то странные чёрные столбы.

По пути нам встречались и веники в голубом, и слуги в сером, и Огранцы в белом. И даже пара девушек, одетых в облегающие чёрные свитера и штаны – внешне Чернокнижники ничем не отличались от остальных людей. Я заметил, что у слуг на груди не было цветка эдельвейса, как у Миланы.

Некоторые люди реагировали на меня… неадекватно. Кривили лица, морщили носы, что-то зло шептали. У них были белые волосы и красные глаза. Похоже, что это отличительная черта рода Беловых.

“Алиса, почему они так ко мне относятся?”

Возможно влияние нескольких факторов. Во-первых, ты обыкновенник. Огранцы пренебрежительно относятся к веникам. Во-вторых, ты не чистокровный Белов, твой отец из клана Драгиных, а фамилия передаётся по мужской линии. В-третьих – ты из Московии. Петербург и Московия сильно недолюбливают друг друга. Из-за этого Арчи и не хотел ехать к деду.

Мы, наконец, вошли в здание библиотеки. В главном холле за большим столом сидел старик в голубых одеждах и что-то писал стальным пером в толстом фолианте. Услышав шум, он поднял голову и посмотрел на нас. Кончик носа свёрнут вправо, чёрные короткие волосы, такие же чёрные глаза.

– Вам тут не место, – скрипучим голосом сказал он.

– Госпожа Наталия дала разрешение, – Милана почтительно опустила голову.

– Хм, – старик недовольно пожевал губы, разглядывая меня. – У вас время до вечера. Если повредите хоть одну книгу, получите пожизненный запрет на посещение библиотеки.

– Всё понял, – я кивнул. Интересно, белые одежды задобрили бы старика?

Библиотекарь снова уткнулся в фолиант и продолжил писать. Я сделал несколько шагов и остановился. Повернулся и с непониманием посмотрел на застывшую Милану.

– Слугам нельзя, – одними губами прошептала она.

Я кивнул и заковылял вперёд, прижимая ладонь к левой стороне груди. Эх, трость бы мне…

Библиотека внушала уважение. Много полок с книгами, столы для чтения, отдельные комнатки для уединённого изучения материала. Несколько слуг занимались уборкой. Парочка веников сидели за столами и что-то писали, листая книги. Из Беловых тут не было никого. Я прошёл немного вперёд и увидел четыре стеклянных постамента. Мне стало любопытно, я подошёл к ближайшему. На нём лежала старая страница, размером с тетрадную. Мои глаза чуть не вылезли из орбит, когда я прочитал первые строчки.

“Это дневник Аннабель Деверё.

7025 год Эпохи Прогресса.

Я, Джулиан Скайер, проснулась в теле девятилетней девочки из рода Деверё. Я не истинная жительница этого мира. Но за семь лет, что я провела тут, я успела свыкнуться со своей судьбой. Пишу этот дневник на языке, который этот мир не знает – на латыни”.

Я вздрогнул. И правда, латынь. Я сперва и не заметил. Надо же, пригодились уроки с Алисой – благодаря ей я выучил много языков, когда жил в лаборатории. Быстро оглянулся, вроде никто не увидел моей реакции. Фух… Джулиан! Это она! Я снова посмотрел на страницу. В её углу темнело небольшое пятно в виде зайца с откушенным кусочком головы и части уха.

“Алиса, какой сейчас год?!”

Артём, сейчас Эпоха Нового времени, две тысячи двадцать первый год. Эпоха Прогресса началась более десяти тысяч лет назад и длилась восемь тысяч лет.

Я вздрогнул. Это что, получается, Джулиан появилась в мире так давно?! А кто она сейчас? Под каким именем её знают? Почему её страницы хранят с такой бережностью?

Я собрался с мыслями и продолжил читать:

“Алекс помог мне свыкнуться с этим миром. Если бы не он – я бы не выжила”.

Алекс – это жидкий чип Джулиан! Всё сходится!

“Благодаря Алексу я смогла из обычной девушки стать той, кто Познала Грань. В прошлой жизни я стремилась к славе и признанию. Согласилась стать подопытной с условием, что меня через пять лет допустят к научному составу. Мне обещали, что моё имя впишут в историю. Но соврали. И я даже рада тому, как всё повернулось. Сейчас я понимаю, что никогда не была счастлива. Но теперь…

Дальше до конца абзаца текст был нечитаемым.

Когда я была девочкой, благодаря леди Оливии меня заметил князь Генрих и отправил в Церковь Анубис… “

На этом страница обрывалась. Я немного постоял, обдумывая прочитанное. Даже не представлял, что Джулиан, любительница зайчиков, всегда готовая прийти на помощь, скрывала в себе такие амбиции.

Я двинулся к следующему постаменту. Вторая страница была в плачевном состоянии – многие слова невозможно прочитать из-за пятен. Да и текста меньше – заполнена лишь наполовину. Личный знак Джулиан в виде покусанного зайца был и тут. Её почерк сильно изменился. Если на предыдущей странице он был плавным и аккуратным, то здесь – резким, угловатым, размашистыми.

“Флот Мэтью столкнулся с Франками и разгромил его…

Эти грязные ведьмы отравили её…

…Легенды были правдивы – правительницы Франкии обладают Еретическими Глазами Девы. Но я найду способ вылечить Мэтью, я не имею права потерять моего самого верного адмирала…

На совете Аллан выступил против моего плана. Он хочет повременить, набраться сил. Но я настояла на наступлении, настало время вырвать Остров Ирландцев из лап Франкии…

Орден Льва нашёл…

Я отыскала способ…

Нипонские многоликие…”

Под конец стало совсем непонятно, я разобрал лишь отдельные слова. Но вот информация… Если в этом мире никто не может читать на латыни, то сведения в этом дневнике могут быть очень важными и ценными. Особенно, если Джулиан стала кем-то значимым.

На предпоследнем постаменте лежало сразу две страницы – одна чистая и хорошо сохранившаяся, а другая старая и затёртая. Как и на прошлых, на них красовалось пятно в виде обгрызанного зайца.

“Князь Генрих приходил сегодня, спрашивал самочувствие. Но я не смогла сказать ему, что беременна. Неужели я и правда стану мамой?

В прошлой жизни у меня не было детей, я гналась только за славой. А в этой… Так хорошо. Генрих очень чуткий мужчина, он столько сделал ради меня.

Сегодня Настоятельница рассказывала про Раскол. Оказывается, родина Церкви Анубис находится в Китайской Империи. И только пять сотен лет назад Церковь на Островах Англов откололась. Я выросла тут и даже не знала о таком важном факте. Я слышала, что в Китайской Империи вишня – священное дерево.

На ум сразу приходит Черри Ли из прошлой жизни. Её имя переводится как “вишня”, и она обожала Древний Египет. Может, она как-то связана с Церковью Анубис? Алекс говорит, что мы проснулись в теле со схожим ДНК. И что у меня-Аннабель была золотая кровь, как и у меня-Джулиан. Я не знаю, как это возможно, но если проснулась я, то, может, и кто-то другой тоже? Очень хочу узнать.

Настоятельница говорила, нам повезло, что мы находимся под протекторатом Империи Русов. Что Острову Ирландцев приходится намного тяжелее под властью Франкии.

Интересно, а Артём тоже переродился? Если да, то где? В Империи Русов? Очень надеюсь, что он, как и я, найдёт своё счастье…”

Я стоял, раз за разом перечитывая последние предложения. К горлу подкатил ком, глаза заслезились. Джулиан. Даже в другой жизни, спустя столько лет, она помнила меня.

На второй странице буквы читались с трудом, Джулиан будто очень торопилась:

“…Проект Жидкий чип …золотая кровь…

…Изначально, всё не так…

…Правда в Омаде, все ответы там…

…Альберт тоже знал…

…Гули это не монстры. А люди это не люди…“

Я нахмурился.

“Алиса, что думаешь?”

Я не знаю. Но мне кажется, эта страница – самая важная.

Правда в Омаде – это как? Она про дедушку Омада из Ирана? Альберт – хирург-гот из Америки? И что означает последняя фраза?

Артём, давай посмотрим пятую страницу, пока рядом никого нет. Ты выделяешься, твой интерес к дневнику Джулиан могут заметить.

Да, Алиса права. Ещё и грудь заболела, надо бы вернуться. Если станет плохо, без Миланы я до выхода не доползу.

Следующий постамент отличался от других. Он отливал золотом, как и рамка, в которую была заключена страница. По краям лист украшали витиеватые золотые узоры, и написано на нём было всего несколько предложений. Но, прочитав их, я замер, ошеломлённый.

“Я приказала своему Ордену распространить этот лист во все части света. Если ты можешь прочесть эти слова, то ты один из тех, кто попал в этот мир. Я не знаю, кто именно из трёх оставшихся. Если хочешь получить помощь – найди зайфон и набери на его клавишах следующее: “Я обладаю золотой кровью”. А затем на латыни вслух назови своё имя, фамилию и знак зодиака”.

“Алиса, что за зайфоны?!” – мысленно завопил я.

Секунду… Это очень дорогие гаджеты. Их разрешено иметь только Огранцам.

“И где мне найти такой?!” – я тяжёло дышал. Джулиан создала в этом мире гаджеты! И оставила инструкцию, как можно получить помощь! Безумие какое-то.

Я не знаю. Но уже сейчас, по предварительному анализу твоих лёгких, я могу сказать, что тебе осталось жить не больше двух дней. Твои лёгкие поражены странным вирусом.

Я сжал зубы, унимая своё волнение. Осмотрел полки с книгами и понял, что больше нет никакого желания что-то читать. Огляделся. На меня никто не обращал внимания. Но на всякий случай я подошёл к полкам и взял случайную книгу. Я даже название не прочитал, просто открыл и невидящим взглядом пялился в неё, стараясь успокоить свой разгорячённый разум и решая, что делать дальше. Минут через десять я захлопнул книгу и, держась за грудь, пошёл на выход. В голове молоточком стучала мысль: надо найти зайфон, вдруг это поможет выжить!