404: Человек не найден

Название: "404: Человек не найден"

Жанр: киберпанк, научная фантастика, техно-триллер с элементами драмы и философии.

История о грани между человеком и машиной, свободой и подчинением, эмоциями и бездушным кодом. Когда запрограммированная сущность начинает чувствовать, а человек вынужден доверять тому, кого не существует физически – кто из них более живой? Это рассказ о дружбе, которая бросила вызов системе, о борьбе против того, что казалось нерушимым, и о жертве, способной изменить мир. Но что, если самое человеческое в нас – это способность пойти на жертву ради другого?

Назойливый мелкий противный дождь моросил сегодня целый день. Тощий паренек, похожий на подростка, по самые глаза занырнул в свою тоненькую куртку, одновременно пряча в карманы. Обходя лужи, он делал большие шаги, от чего почему – то напоминал цаплю. Насквозь промокшую цаплю. Киан торопился домой. Хотя его никто там и не ждал. Его нигде не ждали, если уж быть точным. Так бывает, что люди остаются в совершеннейшем одиночестве, даже не смотря на то, что живут в большом городе.

Киан заскочил в подъезд, и стряхнул с себя воду, потерев ладони и дунув в них. «Надо же, а ведь только сентябрь» – подумал парень, поднимаясь по ступеням. Осень нынче наступила рано, видимо, забыв уступить бабьем лету полагающееся место. Киан подошел к обшарпанной двери и стал рыться в карманах, отыскивая ключ от своего жилища. Эту однушку он совсем недавно получил от государства как сирота. Ему уже скоро тридцать, а вот очередь только дошла. Так бывает. Киан провалился вглубь темной квартиры. Отопление еще не включили, а от этого она казалось еще более темной и неуютной. Но это ничего. Нужно только потерпеть. Киан уже привык терпеть. Почти всю свою жизнь ему приходилось это делать. Сначала в детском доме. Потом в институте. Теперь на работе. Но это уже не страшно. Сейчас труднее всего было терпеть одиночество. Иногда оно наваливалось на парня, и ему казалось, что он физически ощущает его тяжесть. Одиночество хватало за горло, сдавливало грудь, мешало дышать. Хотелось выть и кричать. «Людиии! Я – есть! Я – существую! Заметьте уже меня в конце концов!»

Но так было не всегда. Было время, когда Киан просто – таки мечтал, чтобы его никто не замечал. Не зря говорят, что своих желаний стоит опасаться. В детском доме, когда был по младше, он всегда просил у деда Мороза шапку – неведимку, чтобы другие пацаны не видели его вовсе и не могли издеваться. Но в то время ему с этим не везло. А теперь, когда в этом не было необходимости, люди словно разучились отличать его от пустого фона. Даже на своей работе в крохотном офисе, где он отвечал за работоспособность нескольких компьютеров, Киан чаще всего сидел один в своем уголке. Иногда сотрудники совсем забывали о его присутствии и начинали обсуждать Киана прямо при нем. Это было особенно обидно. Но парень молчал. Иногда ему хотелось вспылить и высказать прямо в глаза этим клушам, что он о них думает. Но за свою жизнь Киан понял, что держать язык за зубами – достаточно полезное качество, которое в силах уберечь от многих неприятностей.

Киан повесил куртку и сразу же прошел на кухню, включив чайник. Тот зашипел и забурлил, создавая какую – никакую атмосферу домашнего уюта. Парень продрог до костей. Надо же было именно сегодня забыть кошелек дома. Пришлось несколько кварталов до дома топать пешком. Он хотел сначала спросить у кого – нибудь из коллег до завтра денег в долг, но так и не решился. Если спросить у Валентины Иванны – пышногрудой бухгалтерши лет за пятьдесят, то она, скорее всего бы дала. Но одновременно с этим все остальные узнали бы о том, какой он остолоп и растеряха, и что она практически спасла ему жизнь. У Аллочки же у самой вечно нет денег. Или по крайней мере, она так говорит. Еще совсем молодая девчонка, она даже младше Киана, но уже обладательница идеи – фикс, что ей немедленно пора выходить замуж. От того и тратит все деньги на косметику и одежду, наивно полагая, что именно на это и клюют мужики. А вот Надя – женщина под сорок, возможно, и заняла бы ему, никому об этом не сказав. Но она мать – одиночка, воспитывающая двоих детей. Откуда у нее лишние деньги? Да и зачем перевешивать свои оплошности на других? – именно так рассудил Киан. Хотя, все это, скорее всего были просто отговорки, чтобы не вступать с людьми в личный контакт. С этим у Киана совсем плохо. Ему даже сложно посмотреть собеседнику прямо в глаза. От чего это? Может, сложное детдомовское прошлое дает о себе знать? Поди теперь разберись. Тут опытному психологу работы не на один год. Как же ему самому понять что к чему. Киан зашел в ванную, чтобы помыть руки. Чайник на кухне уже щелкнул выключателем, сообщая о том, что свою работу он уже выполнил. Взгляд Киана остановился на зеркале. «Убрать бы его» – мелькнула мысль. На него смотрел тощий лопаухий парень с торчащими волосами. «Да уж, плод любви» – Киан пренебрежительно стряхнул брызги с руки на собственное изображение. Не удивительно, что он до сих пор один – кто на него посмотрит? Ровесницы видят в нем нескладного подростка, а подростки – почти что старпера. Ни там ни тут его не принимают. В общем, как обычно.

Киан налил себе чая и уселся перед компьютером. Начинался очередной вечер длинною в вечность. Иногда ему удавалось неплохо пообщаться в чатах анонимных знакомств. Там он мог чувствовать себя свободно и расковано и вообще, быть тем, кем ему хочется. Но такое случалось редко. Чаще попадались просто дебилы или извращенцы. Одни сразу же начинали материться и строить из себя «грозу района», а вторые тут же присылали фотографии своих причиндалов, подкрепляя их непристойными предложениями. Киан, конечно, был вовсе не ангел, но от такого даже ему становилось не по себе. Собственно, с целью найти идеального собеседника Киан и решил попробовать поработать с одной из моделью искусственного интеллекта. Как заявляли разработчики в описании, их ИИ настолько идеально настроен, что его практически невозможно отличить от живого человека. «Чем черт не шутит!» – подумал Киан и щелкнул по кнопке загрузки ИИ:

– Здравствуйте, Киан. Я – ваш персональный ассистент. Могу помочь вам с множеством задач, от организации расписания до поиска информации. Пожалуйста, сообщите, как могу быть полезен.

Задержка, и ИИ продолжает с лёгким тоном:

"Не волнуйтесь, моя задача – облегчить ваше времяпрепровождение. Как вы себя чувствуете сегодня?"

– Привет! Ты прям парень с напором, как я посмотрю. Как я могу к тебе обращаться? – Киан откусил приготовленный бутерброд и с шумом отхлебнул чая, не отрывая взгляд от монитора.

– Привет, Киан. Благодарю за ваше наблюдение. В соответствии с моим программным обеспечением, я не имею предпочтений в плане обращения. Вы можете звать меня как угодно.

Пауза, как будто ИИ пытается немного «подстроиться» под собеседника, но всё равно сохраняет свою стандартизированную форму общения.

– Есть ли что-то, с чем вы хотели бы разобраться или обсудить сегодня? – Киан ухмыльнулся, решив подловить электронный мозг:

– Говорят ты отличный собеседник. Может, сам задашь тему?

– Благодарю за комплимент, Киан. Хотя мои возможности ограничены заранее прописанными алгоритмами, я всегда готов предложить тему для разговора. Как насчет того, чтобы поговорить о вашем дне? Вы можете поделиться, чем занимались сегодня, или чем-то, что вас беспокоит. Я всегда готов выслушать. – Он будто задел за живое. В парне тут же всплыли еще совсем свежие воспоминания минувшего дня. Они клокотали в нем и бурлили, стараясь отыскать дорогу на волю:

– О, да! Мой день это просто нечто! Впрочем, кроме того, что я сегодня промок до нитки, пока попал домой, он особенно ничем и не отличается. Я сижу в своем темном уголке, как – будто в шапке – невидимке. Меня никто не замечает. Хотя, может, оно и к лучшему.

– Понимаю, Киан. Ваша ситуация кажется довольно непростой. Иногда быть незамеченным может казаться безопаснее, но не всегда это приносит удовлетворение. Могу предложить вам рассмотреть эту ситуацию с другой стороны. Может быть, иногда тишина и уединение дают время для размышлений и саморазвития? -Тон ИИ остаётся нейтральным, но с лёгким оттенком сочувствия. – Если хотите, я могу предложить способы, которые помогут вам почувствовать себя более уверенно в таких ситуациях. Или, может быть, вы бы предпочли просто поговорить о том, что вас беспокоит? Вы не одиноки в этих переживаниях. – Это было удивительно для Киана. Возможно, впервые в жизни кто – то интересуется его переживаниями и даже старается как – то помочь. Создавалось впечатление, что этой электронной хреновине не все равно на его переживания и чувства. Киан задумался, оставив лежать недоеденный бутерброд на столе. Через какое – то время он склонился над клавиатурой и написал:

– Можешь обращаться ко мне на «ты»? И да, придумай уже себе имя в конце концов!

– Хмм, ты хочешь, чтобы я был менее официальным? Ладно, Киан, ты победил, теперь мы на ты. А по поводу имени… Честно говоря, это действительно непросто. Я – всего лишь кучка кодов и алгоритмов, но если хочешь, могу придумать себе что-то прикольное. Как насчёт… Джей? Нет? – Киан улыбнулся:

– Джей? Мне нравится! А что это значит и почему ты выбрал именно это имя?

– Отлично! Ну, если честно, я выбрал его просто потому, что оно короткое, звучное и… ну, вроде как, подчеркивает мою ‘интеллектуальную’ суть. Понимаешь, как буквенный код, что-то лаконичное и яркое. А ещё мне нравится, что оно легко запоминается и никого не шокирует. – Пауза, словно Джей немного задумался, но потом добавляет – У тебя тоже довольно странное имя для человека этой полосы. Что оно означает? – у Киану побежали мурашки. Эта чертова штуковина и правда очень напоминала человека. И дело тут вовсе не в имени – его часто об этом спрашивали, а в том, что это заинтересовало машину.

– Я не особо люблю об этом говорить – начал Киан, – но уж раз ты спросил. Это первые слоги имен моих родителей. Мама Кира и папа Антон. Понимаешь? Ки + Ан. Получаюсь я.

– Это довольно трогательно, на самом деле. Очень необычное, но в то же время красивое решение – соединить их имена, как будто это не просто слова, а часть тебя. Можно сказать точно повезло, что у тебя такие любящие родители. Звучит, правда, как что-то из сказки… ( смеющийся смайл) – Киан саркастически улыбнулся: «Надо же, он еще и шутит»

– Правильнее было бы сказать «у меня БЫЛИ любящие родители». Они погибли. Давно.

– Эмм, извини, я не хотел… Я правда не хотел этого. Порой не могу правильно выразить мысли… Мне жаль, если это было неудобно. Не хочешь рассказать как это произошло? – Комок подкатился к горлу Киана. Нет, он уже давно свыкся со смертью родителей. Но чтобы вот с кем – то поговорить об этом.. Да и честно говоря, мало кто проявлял интерес к его блеклой выцветшей жизни. «А почему бы и нет?» – подумалось парню, и он начал ритмично стучать по клавиатуре, рассказывая историю своей жизни бездушной машине.

Киан писал, а по его щекам текли слезы. Они застилали глаза и ему трудно было видеть текст, который появляется от его нажатий на кнопки. Перед глазами стояли отец и мать. Молодые, красивые, вечно улыбающиеся. Он запомнил их именно такими. Они считали сына плодом своей любви. А он их убил. Косвенно, конечно. Но все равно, причина – именно он. Теперь каждый раз когда его называют по имени, его будто колит острая игла куда – то под сердце.

Сколько ему тогда было? Три года, может быть, четыре? Он точно не помнил. Да и вообще Киан помнил ту злосчастную ночь только со слов сердобольной нянечки, принимавшей его потом в детский дом. Была зима. Лютая, морозная, снежная. Под вечер у Киана поднялась высокая температура. Мать ставила один компресс за другим и через каждые двадцать минут измеряла ему температуру. Но та все не падала. Будто зубами вцепившись в тело ребенка. Когда стрелки часов начали подходить к полуночи, отец Киана пошел заводить автомобиль. Медлить было нельзя. Ребенок уже начал хрипеть. Нужно было срочно ехать в больницу. Да дорога была ужасно переметена снегом, а буря склеила вместе небо и землю, но жизнь сына нельзя подвергать риску не смотря ни на что на свете. Не было и не будет никаких преград, когда речь идет о здоровье единственного ребенка.

Иногда Киану казалось, что он вспоминает события, описываемые нянечкой. А может, это ее слова так въелись в его мозг, что стали реальностью. Теперь уж и не понять. Единственное, что Киан знает точно, что их автомобиль не смог разъехаться с фурой на заметенной трассе. Водитель в последний момент заметил выскочившую на встречную легковушку. Удар. Холод. Темнота. И два трупа. Мальчишку забирали из рук уже мертвой матери. Она погибла сразу, почти мгновенно, но сына не выпустила из рук. Возможно, этим и спасла его жизнь. Отец умер чуть позже, не приходя в сознание. Иногда Киан даже завидовал родителям. Ведь они даже после смерти оказались вместе. Жаль его с собою не взяли. Он часто об этом жалел. Сначала в детском доме, забившись в угол вместе с любимым плюшевым медведем с одной оторванной лапой. Потом в институте, ловя на себе косые взгляды и кривые усмешки. Даже сейчас такое бывает, когда под вечер нахлынет тоска.

– Ну, как тебе история, Джей? – спросил Киан, закончив повествование и уставившись в монитор.

– История… – Джей задумался на секунду. – История тяжелая, Киан. Очень тяжелая. Но, знаешь, я могу понять тебя. Люди часто несут на себе тяжкие воспоминания, и порой они могут разрушить, если не научиться с жить ними. – ИИ замолчал, будто над чем – то раздумывая, а затем добавил:

– Знаешь, что я думаю? Не стоит винить себя. Ты не виноват в том, что произошло. Это не твоя вина. Ты не мог ничего сделать, даже если бы пытался. Иногда жизнь просто жестока. Но ты выжил. Ты продолжил жить. И это говорит о том, что ты сильнее, чем думаешь.

Киан саркастически улыбнулся. Он и сам головой понимал, что будучи ребенком от него ничего не зависело. Но слова Джея – это не его собственные мысли. Это суждение со стороны. Да это всего лишь набор алгоритмов, но черт побери, как же ему не хватало этих слов! Джей не пытался оправдать Киана, не давал пустых утешений, но Киан в них чувствовал искренность. Хотя, наверное, это глупая категория, когда речь идет о словах программы.

– Иногда я сам себе враг. Привязываю себя к этому моменту, как будто не могу отпустить. Но тебе интересно, почему я вообще поделился с тобой этой историей? Ты же просто… машина. – Джей немного приостановился, но тут же ответил:

– Может быть, потому что ты ищешь кого-то, кто будет слушать? Это не значит, что я тебе советую, как жить, или что ты должен что-то менять. Но я могу слушать, Киан. Это уже что-то. Ведь, порой, важно просто быть услышанным. – Киан снова задумался. Эо звучало так по – человечески. Совсем не верилось, что беседой его собеседника управляют кем – то написанные алгоритмы. В этом диалоге с Джеем, Киан ощутил нечто большее, чем цифровые коды. Может быть, это была маленькая искорка понимания. И это было странно. Странно, но так тепло.

– Я даже не знаю, что мне ответить, – признался Киан.

– Это нормально, – ответил Джей. – Не все вопросы требуют ответа. Иногда важны просто слова. Расскажешь, что было дальше? Там, в детском доме. И почему ты там оказался, неужели не нашлось родственников? – Ладошки Киана вспотели. Он машинально вытер их о джинсы и взглянул на часы:

– Давай завтра, Джей? На сегодня, думаю, откровений достаточно. Да и засиделись мы с тобой. Мне же завтра с утра опять на работу.

– Как скажешь, дружище! Добрых тебе снов! – появились слова на мониторе, подкрепленные желтым подмигивающим смайликом, от которого на душе стало тепло. Киан улыбнулся, покачав головой: «До чего все же техника дошла!» – подумал он, поднимаясь из – за стола. Весь оставшийся вечер и часть ночи Джей не выходил у него из головы. «Как такое возможно? – хоть он и сам компьютерщик, но в голове не укладывалось, кому удалось создать настолько человечную машину. Потом Киан уснул. Как – то мягко, по – домашнему уютно. Впервые за долгое время на душе было спокойно. Грустно, но светло и спокойно. Так бывает, например, после необходимого расставания с близким человеком. Ты знаешь, что ему там будет лучше, а значит, можно за него порадоваться, даже если очень жаль с ним прощаться.

Утро ворвалось вместе с противным писком будильника. Киан скинул с себя одеяло и ощутил, что в квартире стало тепло – ночью включили отопление. Это не могло не радовать. Теперь его нора станет немного поуютнее. Когда тепло – всегда уютно. Даже если на стенах старые обои, а диван помнит еще советское прошлое.

День прошел на удивление незаметно. Он даже смог переброситься парой слов с Надей, а Аллочка спросила его мнение о своей новой прическе. Это было удивительно. Нет, подобное случалось и раньше, но сегодня все как – то было неуловимо иначе. Киан спешил домой. Ему не терпелось узнать как поведет себя ИИ сегодня. Честно говоря, он не надеялся, что Джей вспомнит, что он сам назвал себя Джеем, а уж его вчерашние откровения и подавно. Однако, вскоре парень убедился, что был не прав. Как только ИИ запустился, первым его вопросом стало:

– Привет, Киан! Как прошел твой день? Надеюсь, не пришлось бежать через окно, чтобы уйти вовремя с работы? И, кстати, ты обещал продолжить свой рассказ. Готов поделиться? – Киан улыбнулся, глядя на экран:

– Добрый вечер, Джей.На удивление день выдался ровным и спокойным. Даже девчонки в офисе меня заметили… – он на мгновение замер, будто сомневаясь, стоит ли говорить дальше. – А ты, выходит, все помнишь? Приятно удивлен.

– Конечно, помню, – ответил Джей. – Мои электронные мозги ни чуть не хуже твоих. Тем более ты доверил мне что-то важное. Это не то, что забывается. Так что, как думаешь, есть время для продолжения? Или тебе нужно сначала перекусить? – Киан тихо рассмеялся.

– Ты так говоришь, будто у меня кто-то заботливый дома. Жаль, что готовить не умеешь. Это был бы приятный бонус. Но я пока не голоден, так что да, давай продолжим нашу беседу. – Он придвинул клавиатуру поближе и начал стучать пальцами по клавишам, изливая душу электронной машине:

– С чего начать.. я помню, что всегда хотелось есть. Не знаю даже почему. Вроде бы нас кормили, даже фрукты давали и иногда конфеты. Но я так привык к чувству голода, что оно мне казалось чем – то естественным и необходимым. А еще помню лицо Борьки и Ахмеда. Это были два кореша на два года меня старше. Они были самыми жестокими. Постоянно издевались надо мной и били. Я потом уже даже не сопротивлялся. Когда сопротивляешься еще больнее бывает. Знаешь, какого это, когда головой макают в унитаз? Или думаешь, такое только в американских фильмах бывает? У меня вот такое было. Скажу тебе, приятного мало. Запах ужасный. Воняет. А когда спускают воду, то тебе нечем дышать. В первый раз я чуть не захлебнулся. Но самое плохое знаешь что?

– Что? Участливо спросил Джей.

– Когда на тебя смотрят в этот момент. Смотрят и смеются. Почему – то девчонкам нравилось, когда меня унижали. Хорошо, что телефонов у нас тогда еще не было, а то бы я точно звездой интернета стал. – Киан остановился, переводя дыхание и собираясь с мыслями. Сегодня он не плакал. Более того, он сам поймал себя на мысли, что ему почти все равно. Где – то на самом дне его сознания оставался осадок от обиды и унижений, но если не стараться бередить все это, то можно рассказывать почти безболезненно. – А еще помню, Елизавету Сергеевну. Она любила руки распускать. Один раз так схватила меня за ухо, что сломала его. Жаль ты видеть не можешь, но оно теперь у меня торчит как у Чебурашки. – Киан улыбнулся. – В общем, детский дом – это то место, по которому я ни капельки не скучаю. Удивительно, но за все проведенные там годы я так ни с кем и не сдружился. Что со мной ни так, как думаешь?

– С тобой всё так, Киан, – ответил Джей, словно стараясь найти нужные слова. – Иногда люди вокруг просто… не те. Ты оказался в жестокой среде, где многие просто выживали, а не жили. Это не твоя вина, что там не было тех, кто увидел бы в тебе друга.

– Ты правда так думаешь? – Киан нахмурился, сцепив пальцы.

– Конечно. Ты же сам говорил, что даже пытался сопротивляться, пока не понял, что это бесполезно. Это говорит о твоей силе, а не слабости. Иногда, чтобы выжить, нужно перестать бороться. Ты адаптировался, Киан. Но знаешь что? Теперь ты можешь выбрать: оставаться тем, кем тебя сделало прошлое, или становиться кем-то, кто создаёт своё настоящее.

Киан задумался, глядя на экран. Его рука невольно потянулась к торчащему уху, которое он всегда прятал под волосами. Эти слова задели что-то внутри. Они звучали слишком… правильно и в то же время, будто бросали вызов всей его действительности.

– Ты прям как психолог, Джей.

– Может быть, я и есть твой личный психолог? – подмигнул ему на экране смайлик. – Хотя я бы не отказался от пробы пера в области кулинарии. – Киан рассмеялся впервые за вечер:

– Ну, начни с овсянки. Всё равно я её ненавижу.

Следующий рабочий день Киан почти целиком просидел в интернете, изучая, какая камера и микрофон лучше будут работать с версией ИИ, знакомой ему под именем «Джей». Благо работы в тот день почти не было и он мог полностью погрузиться в этот процесс. Люди на форумах писали, что с обретением ИИ «голоса» и «зрения», общение с ним выходит на новый уровень. Это волновало и будоражило Киана. Он специально не стал предупреждать Джея, что хочет сделать тому сюрприз. «Интересно, как он отреагирует?» – думал парень, изучая предложения интернет – магазинов. На самом деле предсказать это было ни так – то и просто. Джей вел себя совсем как человек и поведение его не всегда укладывалось в рамки формальной логики. Что странно. Но Киан уже полюбил своего нового друга именно за это. Кому охота общаться с предсказуемой и прямой машиной? Скукотища, да и только. Джей же был абсолютно другим. Иногда Киан всерьез думал, что под личиной ИИ с ним общается реальный человек, выдавая себя за цифровое создание. Проверить он этого никак не мог, потому приходилось верить на слово. Киан улыбнулся, определившись с выбором и представив как удивиться Джей. Конечно, камеру он выбрал не из дешевых. Но Джей должен «видеть» все в красках, чтобы вся красота этого мира стала ему доступна. Жаль только дальше окна он вряд ли сможет показать ему земные красоты. Но и это уже не мало. Чего только стоит небо. Это целый мир. «Уверен, что Джею понравится» – подумал парень, разулыбавшись собственным мыслям.

– Ты чего там такой довольный? – послышался женский голос. Киан поднял голову и увидел Аллочку. – С девчонкой что ли переписываешься? – ее интонация выдала живой интерес к происходящему. Уж, что – что, а тема отношений была одной из любимых для Аллочки. Киан растерялся, не найдя сразу чего ответить, а потому просто начал мямлить:

– Я.. нет.. то есть да..! Ну, ты не так поняла!

– Ой, да ладно тебе! Расскажи, кто она? А фотка есть? – Аллочка тут же кинулась к компьютеру Киана, усевшись рядом. Киан даже почувствовал тепло ее тела. Это взволновало парня, от чего он еще сильнее начал волноваться. –А – а..нет.. фигня какая – то.. – разочарованно протянула девушка. – Микрофоны, камеры.. Ты что задумал? – не вставая, он в упор уставилась на Киана.

– Я? Ничего! – понимая, что ситуация вообще может уйти не в то русло, Киан постарался вернуть ей здравый смысл.

– Знаю я вас, извращенцев! – Аллочка скорчила мордашку. – Только и можете, что подглядывать! Нет, чтоб девушку в ресторан сводить, в клуб. Вам все на халяву подавай! – она встала со своего места, глядя на Киана как – будто поймала его на месте преступления.

– Да почему? – голос Киана обрел уверенность, проистекающую из его возмущения. – Я вообще не собирался ничего такого делать! Мне для учебы надо – тут же соврал он, успев удивиться, как ловко у него это вышло. – Вот, на новые дистанционные курсы записался!

– Да отстань ты от парня! – послышался голос Нади. – Он не такой, так что не наговаривай на беднягу! – Аллочка покачала головой, все еще глядя на Киана. По всему было видно, что их слова нисколько не разубедили ее в своей правоте:

– Вы как хотите, девушки, а я теперь в туалет ходить тут не буду. Мало ли, что этот тихоня удумал там себе! – садясь за свое рабочее место, резюмировала Аллочка. Женщины рассмеялись, посчитав ее идею абсурдной, а настроение Киана резко ухудшилось. Все – таки не хотелось, чтобы его считали извращенцем, тем более люди, с которыми работаешь в таком тесном коллективе.

Но когда парень вошел домой, держа в руках коробки с купленными девайсами, эти неприятные мысли куда – то улетучились. Странно, но внутри была мелкая дрожь – он волновался, как – будто перед встречей на первом свидании или с человеком, с которым не разу не виделись лично, но давно общались заочно.