- -
- 100%
- +
Дисклеймер
Произведение является художественным вымыслом. Все персонажи и события вымышлены, любые совпадения случайны. Книга предназначена для читателей старше 18 лет и может содержать сцены эротики, насилия, а также употребления алкоголя или табака. Все описываемые в тексте действия представлены исключительно в рамках художественного вымысла, не являются пропагандой и осуждаются автором.
Глава 1
«Да прольются реки крови и начнется игра престолов из-за нее.»
– С днем рождения меня.
Усмехаюсь, смотря в окно. Восемнадцать лет исполняется раз в жизни.
– Лейла, я не поняла, ты приготовила ужин?
Тата выглядывает из коридора, заставляя меня дернуться от ее голоса. После смены официанткой я реагирую медленнее, чем хотелось бы.
– Еще нет.
– Ну и где ты летаешь?! А ну, быстро встала и пошла на кухню! Я тебе что, прислуга? Светочка голодная, и я, между прочим, тоже!
– Я работала весь день. Дайте пять минут.
– Вставай! Кофе разносить клиентам в забегаловке – тоже мне работа! Ерунда, а у меня еще один рот в семье! Марш на кухню!
Обычные будни, вот только жить здесь я так и не привыкла. Ни к этому дому, ни к Тате, ни к ее правилам. Меня привезли сюда еще ребенком и тогда я слабо представляла что происходит, зато постепенно правда начала всплывать, а мое будущее стало меркнуть.
Наверное, я сейчас должна радоваться своему восемнадцатилетию и тусить где-то с подругами, танцевать со своим парнем, которого у меня нет, но я упрямо смотрю на часы.
И еще я молюсь про себя кому-то выше:
“Прошу тебя, пожалуйста, не сегодня. Я хочу чуть больше времени, я не готова…”
Делаю быстрый ужин, все чисто на автомате. Накрываю на стол. Тата с дочерью довольны, но это не моя семья, они мне чужие.
– Садись ешь, чего как неприкаянная?
– Мне не хочется.
Ухожу из кухни, прячусь в своем любимом месте у окна. Тут большой подоконник, тут можно представить, что я в скорлупе и никто и никогда до меня не доберется. Особенно Он.
Я знаю все, точнее, почти все. Мне известно, что его зовут Гафар Сайдулаев и я та, кого он должен убить.
С этой мыслью я выросла, с этой же мыслью умру. Не очень поэтично, знаю, зато честно. Это моя правда и сейчас я все еще надеюсь, что это случится позже, а может, он просто забыл…
Да, скорее всего ему не до меня, хах, он же теперь мэр нашего города, в конце концов, занятой человек. Где я и где он. Смешно. Мы разные вселенные, которые, я надеюсь, никогда не пересекутся в жизни.
Я еще верю. Честно, наивно, открыто. Какая-то крошечная надежда поселяется в моей душе и укрепляется с каждой секундой.
Я прощена, Сайдулаев отказался от мести и все это время я просто боялась зря? Как же хочется мне в это верить, хотя я ни разу его вживую не видела. Только мельком по телевизору, разный раз при этом сжимаясь в комок оголенных нервов.
Когда наступает ночь, мне становится легче. Пронесло, можно выдохнуть, я еще успею осуществить свои мечты, да и просто пожить.
Подхожу к столу, достаю копилку. В литой фарфоровой коровке потрескивают купюры вперемешку с монетами. Я знаю сколько там. Почти собрала, осталось немного на билет.
Я хочу увидеть море. Окунуться в соленую воду, побыть, пожить.
Все мои подруги уже были кучу раз на море, а я нет. Даже Светочка была, Тата каждый год с ней ездила, а мне нельзя. Потому что я узница, потому что во мне ядовитая кровь.
Раньше я слабо представляла, что вообще все это значит, а после просто смирилась понимая, что мне даже повезло. Я выиграла время, ведь все должно было закончится раньше.
Мне просто дали отсрочку неизвестно по какой причине, а теперь время свободы вышло. Оно уже подходит к концу.
За окном что-то скрипит, оборачиваюсь и вижу, как к нашему двору кто-то подъехал.
Через металлический забор в свете фонаря улавливаю две черные машины. Их не заглушенные моторы рычат, точно адовые псы.
Вздрагиваю от боя часов: ровно двенадцать ночи. Стрелка коснулась рубежа, из машин вышли люди.
Времени больше нет, я ничего не успела.
Вот и началось, Лейла. Он приехал за тобой.
***
Напористый стук в дверь, Тата со Светочкой уже спят.
– Кто там приперся? Лейла, поди глянь! – кричит тетя из своей спальни, но я лишь сильнее вжимаюсь в окно, обхватывая колени руками.
Страх парализует, это за мной.
Проходит секунд двадцать, прежде чем дверь выбивают. Замок валится на деревянный пол, когда его буквально сносят выстрелом.
Тут же вскакиваю с подоконника, прячусь за шторой у шкафа.
Вижу в крошечную щель, как в дом вошли люди. Их шестеро. Все как один в черных дорогущих костюмах. Ищейки. Чеченцы, его подданные.
Знойные брюнеты, бородатые, черноглазые, опасные. В их руках поблескивает оружие.
– Господи боже, что вам надо, вы кто?!
Восклицает выбежавшая на шум Тата, пряча за спиной маленькую Светочку, тогда как я не могу нормально дышать. Мой самый страшный кошмар сбылся, он здесь.
– Джохарова Лейла где?
Я спряталась за шторой, меня не видно и сейчас я молю всех богов, чтобы эти чеченцы не забрали меня.
Прошу, Тата, смилуйся, умоляю…
– Здесь она. Дома. Лейла! Лейла, иди сюда, живо!
Не дышу даже, думала, смелая, но по правде, нет. Страшно так, что аж дыхание спирает, хоть я и знаю свою участь.
Затаиваюсь, молчу. Я не выйду сама, не смогу так.
– Где она? За нос водишь, хозяйка? Тогда вторую заберем! Что за тобой прячется.
– НЕТ! Не трогайте нас, прошу! Там она! В углу, за шторой у окна!
Скрываться больше смысла нет. Меня сдали с потрохами, потому я осторожно выбираюсь из своего укрытия.
Босая, в одной только ночнушке. Еще и волосы как назло распустила, я собиралась спать.
Шаг, еще шаг, подхожу к самому главному по виду из них.
– Я Лейла Джохарова.
– Знаешь кто мы, от кого?
– Да.
– Поехали.
– Можно я оденусь? Пожалуйста.
У меня открыты ноги, плечи и мне дико стыдно. Без обуви, я переминаюсь с ноги на ногу, стараясь прикрыть грудь руками. Стыдно, неправильно, ужасно.
Они смотрят на меня. Высокие, страшные, большие. То самое чувство, когда загнали в угол, приперли ногой.
– Нельзя. Пошла!
Этого главного среди них зовут Ризван. Он грубо басит и хватает меня за руку, а я вздрагиваю, пугаюсь, пячусь назад.
– Нет… Тата! Тата, помоги!
– Забирайте девку и уезжайте! Оставьте уже нас в покое, она не кровная нам, не родная!
Никто особо защищать меня и не собирался. Прижав Светочку к себе, Тата целует ее в макушку. Она боится за дочь. За свою дочь, а на меня ей плевать, так всегда было.
– Позвольте хоть обувь надеть, прошу!
– Времени нет, пошла!
В своих наивных фантазиях я думала, что будет как-то иначе. Не знаю, представляла как соберу вещи, книги, хоть что-то, но на деле меня выволакивают из дома за секунду в одной только ночнушке.
На улице ночь, я ступаю по снегу босиком даже не чувствуя холода, как впрочем, и своего сердца.
Дыхание спирает, кажется, что этого просто не может быть. Я ничего не успела, я думала, у меня больше времени.
Наверное, логично было бы задать им наводящие вопросы, попытаться упросить отпустить меня, узнать хотя бы что-то, но от ужаса меня словно парализовало.
Все быстро, напористо, дико.
Меня сажают в салон на заднее сиденье и машины тут же срываются с места. Адовые псы понеслись в путь.
Я плохо запоминаю дорогу, все мелькает, мои руки дрожат.
Внезапно я чувствую, как на мое голое колено ложиться рука одного из чеченцев. Он опасно ухмыляется, тогда как я не могу даже дернуться от страха. Вижу только с ужасом, как в ту же секунду в ладонь этого мужика упирается острый как бритва клинок Ризвана:
– Не касайся чужого, брат, если не хочешь лишиться руки! Не твое, Рамиль. Не трогай.
После этих слов мужчина убирает ладонь.
Больше меня никто не трогает, а я понимаю, что самое страшное случилось: меня забрал мой самый страшный кошмар, имя которого у нас в деревне произносят только шепотом.
Гафар Сайдулаев, он же Черная Борода!
Глава 2
Я много раз представляла, как это будет. Иногда в фильмах видела кадры, когда кого-то похищают, как им связывают руки, как просят выкуп, а после освобождают.
Разница только в том, что за меня выкуп просить не у кого, да и за такое не откупишься, хотя я толком то и не знаю, что там было.
Что-то страшное, ужасное, кошмарное.
Тата всегда отнекивалась, но и она не видела. Это невидимое клеймо позора просто выбили на мне, и я теперь несу ответственность, потому что именно я осталась последней из своего рода. Я стала той, которую сразу нашли, и за которую некому было вступиться.
– Выходи.
Больше для протокола говорит Ризван, потому что в реальности никто не просит. Они просто выволакивают меня из машины, держа под руки.
Мы ехали долго извилистыми дорогами, пока не оказались на окраине города у какой-то резиденции. Камеры, охрана, высоченный забор, пятиметровые ворота в ад и сосны.
Да, их тут особенно много. Эти сосны словно продирают своими верхушками небо, вспаривая его ночную гладь.
Ступаю быстро, торопливо, холодно. По бокам забора натыканы камеры, а впереди дом.
Бетон и железо, нет, это не дом, на крепость больше похоже. Это его жилище, мелькает в голове. Дом нашего мэра и моего хозяина по совместительству.
Черная Борода тут живет, а значит, это мое последнее пристанище.
– Куда ее, Ризван?
– В гараж, там уже открыто. Нугат, будьте готовы. Ждать там.
Тело пробирает озноб, на улице мороз, зима на носу, но зубы стучат не от холода. Я ни разу не видела его вживую. Только мельком по телевизору, хотя и тогда Тата всегда быстро переключала канал.
Всегда в строгом костюме, холеный, высокий, статный. Каким он будет вживую, я не знаю. Увижу ли я его лично или его люди все сделают самостоятельно, мне тоже неизвестно.
Можно было бы звать на помощь, орать, брыкаться, но если честно, я не вижу в этом никакого смысла. Их тут шестеро как минимум не считая охраны на входе, а еще собаки. Я слышу их истошный лай по обе стороны от забора.
Это какой-то ад, тут будет моя расплата.
– Подождите, прошу вас…
Задыхаюсь от паники, пытаюсь затормозить, но они тащат меня под руки, не реагируя на просьбы.
Бетон, асфальт, крупные камни. Меня заводят в какое-то большое помещение у дома. Это гараж, запоздало соображает моя голова.
Тут пусто сейчас, машины стоят во дворе, из распахнутых настежь ворот дует леденящий ветер.
Дышать сложно, наконец, они меня отпускают и я тут же прислоняюсь к стене, стараясь найти хоть какую-то опору.
Вижу у этого Ризвана пистолет в кобуре, а потом к нему подходит еще один мужчина:
– Нугат, ну где он?
– Едет, задержали.
Сглатываю, не решаясь качать права. Кто я и кто они, я четко знаю свое положение, показывать свой протест просто глупо.
– Можно без господина Сайдулаева? Прошу, не надо его…
Подаю слабый голос, они только переглядываются. Никто мне здесь не поможет, я одна среди его шакалов.
– Приехал! По местам все!
Командует Нугат, как я понимаю, он начальник охраны. Все тут же выстраиваются по струнке, а я только и могу что хватать ртом ледяной воздух, стоя у стены.
А дальше визг шин, хлопок двери и глухие шаги по камню. Его шаги.
Перед глазами на миг все плывет, опускаю голову, не могу смотреть, честно.
Вижу только огромную тень, которая уверенным шагом идет ко мне. Раз. Два. Три. Сердце, подожди.
Это Он. Гафар Сайдулаев, мэр города и по совместительству мой самый страшный кошмар.
И я не знаю, что случается, кажется, ноги просто отказываются меня держать. Одна только его энергетика. Давит, ломает, ставит перед ним на колени.
Меня шатает, а после я падаю на бетон. Они загнали меня в ловушку и выход только один. Вперед ногами.
Он подходит близко. Вижу его начищенные до блеска черные туфли, крепкие ноги, облепленные брюками, а после меня пронзает боль.
– На меня смотреть!
Мою голову жестко запрокидывают назад, жестко схватив за волосы. Поднимаю глаза чтобы впервые встретиться с НИМ взглядом. Не могу противиться приказу, просто не способна не уловить его низкий стальной бас.
Какой он… Еще страшнее чем был в телевизоре. Знойный брюнет, истинный чеченец. Волевое мужественное лицо, цепкие черные глаза, четкая линия скул. Широкий разворот плеч, спортивная выправка, смуглая кожа, а еще страшная черная борода.
Разглядываю его и сама не замечаю, как оказываюсь оторвана от пола, Сайдулаев сделал это легким движением руки. Поднял, схватив меня за шею сзади большой рукой.
Больно, а я даже пикнуть не могу, как заледенела от его силы, власти, ненависти. Ко мне.
Какой же он высокий, держит меня как щенка на вытянутой руке за шкирку.
Дорогущий черный костюм и пальто поверх облепляют крепкое мужское тело. Черная Борода смотрит на меня как удав на мышку, а я только и могу что рвано хватать воздух.
Я таких мужчин никогда не видела. В живую он гораздо страшнее, такой сожрет и не подавиться, честно.
– Знаешь, зачем ты здесь?
– Да…чтобы вы отомстили.
Его страшное лицо искажает не то оскал, не то ухмылка. Вижу острые белоснежные клыки. Как у зверя дикого, у черной пумы.
И его голос. Низкий, глубокий, точно раскат грома среди пустынного поля.
Жесткий, уверенный в себе. Он словно царапает, вспарывая мое тело до крови когтями.
Вот так я понимаю, что такое абсолютная власть. У нее даже есть имя: Гафар Сайдулаев, и я его. По праву крови.
Рывок, глухо кашляю, когда Черная Борода меня отпускает, точнее, отшвыривает от себя как мусор и я больно ударяюсь о бетон.
Судорожно хватаю ртом воздух. Чувствую себя такой маленькой, беззащитной и не имеющей права на слово.
Кажется, Гафар за секунду теряет ко мне интерес, поворачивается к Нугату и Ризвану, перебрасывается с ними парой слов.
Очень высокий, опасный, полный власти. Такие никого не щадят и он конечно же, тоже меня не помилует. Могу надеяться только, что это будет быстро. Раз и все.
– Это произойдет сейчас?
Мой голос. Слабый, тихий писк, хотя я думала, смогу скрыть слабость.
Сглатываю, когда Черная Борода поворачивается и окидывает меня испепеляющим взглядом черных как бездна глаз:
– Думаешь, я позволю тебе подохнуть так просто?
Ответа у меня не находиться, я просто смотрю на него, не зная что сказать.
– Я не…
– Запереть! Не выпускать без моего позволения!
Отдает четкие приказы, а после разворачивается и просто уходит.
Меня тут же берут под руки и тащат куда-то вперед. Высокие ступеньки, ноги не слушаются, от страха я совсем плохо соображаю.
– Входи!
Меня все же приводят в этот огромный особняк. Второй этаж, самая дальняя комната по коридору.
Я не запоминаю декора, все плывет и качается, он забрал меня себе. Помню что падаю на пол, когда Ризван меня толкает в комнату.
Пол деревянный, не бетонный, уже хорошо, а дальше хлопает дверь, поворачивается ключ. Замок.
Я поднимаюсь и осматриваюсь по сторонам.
Здесь нет ничего кроме окна с решетками. Как в тюрьме, темнице.
Вот и все. Это случилось. Я попалась, Черная Борода забрал меня себе.
С днем рождения, Лейла. Твой кошмар стал явью.
Глава 3
У меня была обычная жизнь. Родители в пять лет как умерли и меня воспитывала бабушка. Мы жили в городе, я ходила в школу, а потом все изменилось.
Помню что ночью пришли люди, бабушка тогда дверь в мою спальню закрыла и они долго говорили с ней, а уже спустя час я ехала на такси с пакетом вещей. Бабушка поцеловала меня в обе щеки, она почему-то плакала.
Тогда я не поняла что произошло, никто мне ничего толком не пояснил, но и бабушку я больше не видела. Она умерла спустя неделю, ее сердце не выдержало.
Так я попала к Тате, бабушкиной знакомой, которую до того не видела ни разу. Она взяла надо мной опеку. От Таты я и узнала, что в городскую школу я больше не вернусь и что мой родной дядя по папиной линии Шамхан совершил преступление – убил молодую девушку.
Деталей я не знала, но уже тогда четко поняла, что случилось страшное и прощать такое никто не будет.
Тата сказала, что родственник этой девушки очень влиятельный человек: Гафар Сайдулаев. Он поклялся совершить кровную месть и поскольку к тому моменту мой дядя пропал без вести, я стала последней из своего рода, кому передался этот грех.
Так этот долг перешел ко мне и я росла с мыслью, что Он заберет меня.
Рано или поздно это случится, правда, срока никто не давал и поначалу я злилась, не была с этим согласна, но когда Черная Борода стал мэром поняла, что у меня нет выхода.
Этот человек полон власти и он не будет ничего прощать. И никому тоже.
В нашей деревне о нем ходили страшные слухи, и каждый раз это только убеждало меня в том, что Черная Борода мне не простит этого.
Смешно. Какой смысл мотыльку бороться против тигра? Он все равно догонит, прижмет когтистой лапой, наденет на булавку и положит под стекло.
Такие как Сайдулаев отдают приказы, владеют, решают кому жить, а кому умереть. Правда, я пока не знаю, почему Черная Борода не убил меня сегодня и чего он ждет.
Кажется, я засыпаю. Прямо на полу, прислонившись к стене в этой комнатушке. Мой мозг отказывается воспринимать такую реальность, а после я вскакиваю от какого-то крика. Глухого, на надрыве, тут же поднимаюсь на ноги. Уже утро.
Я подбегаю к окну и хватаюсь ладонями за решетки. Вижу во дворе несколько человек охраны. Они выстроились полукругом. По центру стоит Гафар Сайдулаев. Напротив него на коленях мужчина. Это он кричал, он и сейчас воет, кашляет, протягивая руки к Черной Бороде.
– О боже…
– Прошу, не надо! Пощадите!
Этот мужчина хватается за ногу Гафара, а тот отталкивает его от себя.
Как мусор, словно перед ним не человек, а просто кукла.
Слишком поздно до меня доходит, что они тут делают. И что это не наказание провинившегося. Это эшафот.
– Нет, не бейте его, отпустите…
Это я. Говорю одними губами, не в силах оторвать взгляда от этого человека. В этот самый момент Гафар поднимает голову и мы встречаемся взглядами.
Страх? Нет, это какое-то голодное мерзкое чувство, которое придавливает меня точно ботинком и я только и могу что коротко замотать головой.
– Помилуйте его… вы же тоже человек.
Секунда, крошечный миг, спасение? Мужчина на коленях содрогается, а Гафар коротко говорит что-то стоящему рядом Ризвану.
– А-а!
Это я кричу, когда Ризван протягивает пистолет этому несчастному и всхлипывая, он нажимает на курок.
Один точный выстрел себе в висок и он падает замертво, тогда как я даже пошевелиться не могу, меня охватывает ужас.
– За что. За что вы так…
Слезы наполняют глаза, стекают тонкими ручьями по щекам.
Гафар достает сигареты и закурив, глубоко затягивается, а после разворачивается и садиться в машину. Его кортеж выезжает за ворота, а я вытираю слезы обледенелыми руками.
Никакой пощады, никакого прощения не будет.
Я не знаю, в чем провинился этот мужчина перед Черной Бородой, но четко понимаю одно: мне тоже пощады не суждено. Он меня убьет. Скоро.
Глава 4
Ее привез Ризван в два часа ночи, я приехал еще спустя час. Джохарова, собственной персоной. Племянница чертового ублюдка, погубившего мою сестру.
Его звали Шамхан, а точнее – вор. Эта сука забрала жизнь моей сестры Айше, после чего я лишился не только родной крови – вся моя жизнь пошла по ухабам.
Это было восемь лет назад и конечно, никаким мэром я тогда еще не был. Все это придет позже с нужными знакомствами, с желанием добиться, нагнуть, продавить судьбу, даже если она к тебе не благосклонна.
Я не рвался тогда к власти, но когда беда пришла в мой дом понял, что этот город погряз в грехах. Обо всем можно договориться, даже самое дикое затереть, присыпав сверху купюрами. Также поступил и Шамхан.
Тогда у меня появилась цель: стать тем, кто сам будет решать судьбы и у меня получилось. Сегодня я хозяин города и я горло перережу всем, кто положит глаз на мой трон.
Джохаров пропал без вести на некоторое время, но загнанный нашими ищейками, он покончил с собой как трус. Без чести, без расплаты, без искупления.
Моя мама умерла от горя в тот же месяц, мы хоронили ее следом за сестрой.
Я думал, отец тогда полезет в петлю от безысходности, от невозможности отомстить, но мы нашли корни.
У этой гниды все же была семья. Мать и племянница, которых он даже не удосужился спрятать от нашего взгляда. Старуха быстро скончалась и тогда осталась та, кому перешел долг крови: Лейла Джохарова.
С того момента начался обратный отсчет. До моей мести. До ее кончины.
***
Я сел в кресло мэра спустя год, потому что заключил договор с Крутым и мы начали работать. От него протекторат, от меня все остальное. Было сложно, но если честно, мы попросту положили всех наших конкурентов.
Те же кто выжил – бежали как крысы с тонущего корабля. А дальше агитация, выборы, престол и город получил нового хозяина.
К тому моменту могилы моей матери и сестры еще были свежими. Наша семья поредела, отец осунулся и постарел. Мы с Шамилем как могли поддерживали его, но этого было недостаточно.
Я помню этот день как сейчас. Айше возвращалась из курсов, хотела поступать на архитектурный. Отец не препятствовал, я тоже.
Она выходила без охраны, тогда мы просто не видели в этом такой необходимости. Нас все знали, подойти и обидеть Айше было сродни заказать себе место на кладбище.
Мы нашли для сестры хорошего жениха, надежного парня, но свадьбы не случилось.
Случился Шамхан Джохаров, а после похороны, слезы и в конечном счете ничего.
У меня тогда не было столько власти чтобы добраться до этого ублюдка быстро. Власть появится потом, но слишком поздно.
К этому моменту Шамхан уже сдохнет, а я останусь в городе и каждый день буду держать под прицелом ту еще живую, которой он передал свой грех.
Лейла Джохарова. Она стояла на коленях в моем же гараже, а я праздновал победу. Наконец-то это свершилось, эта тварь у меня.
Мы могли бы забрать ее сразу, но тогда было слишком рано. Теперь же она все понимает, видно по взгляду.
Я думал, она будет похожа на дядюшку, но нет, ни капли, несмотря на их общую кровь.
Белокурые длинные патлы, большие синие глаза со светлыми ресницами, прозрачная молочная кожа, крошечная родинка над верхней губой.
И да – ее губы, моя отдельная ненависть. Пухлые, коралловые, изогнутые, словно в презрительной насмешке надо мной. Ну ничего, девочка, смеяться как раз буду я.
Парни приволокли ее ночью, потому что ждать еще дольше я просто не мог. И так столько времени прожил в ожидании несмотря на то, что мог все сделать сразу, но это было бы слишком просто.
Я же хочу долгой мести. Чтобы она прожила все то, с чем мы столкнулись и к моему удивлению, Джохарова не сопротивлялась. Она знала, что долг на ней. Пожалуй, так будет даже интереснее.
Я велел запереть ее, посадил под замок. Уже светало, наступило время забирать другие долги и давить предателей.
Когда крысеныш Леча сделал выстрел в свою голову, я знал, что она смотрит. Смотрит этими своими адскими синими глазами. Ее коралловые изогнутые губы дрожали, по бледным щекам струились слезы.
Прекрасная игра прекрасной актрисы. Я не верил ни единой ее слезе.
Моя мать плакала взахлеб по Айше, она была самой маленькой в нашей семье, единственной девочкой, любимицей родителей, чистой невинной душой.
Тогда сердце моей матери не выдержало, так что я потерял не только сестру, но и маму в один месяц, я потерял свою душу.
Теперь же, наконец, настал час расплаты. И эта мелкая тварь будет платить по счетам. Она вынесет все то, что случилось с Айше, и даже больше. Я лично из нее эти долги выдеру.
Глава 5
– У нас проблема, Гафар.
– Я мэр. У меня их сотни. Какая из?
– В порт не прибыл наш груз.
– Знаю уже, вот только как так вышло, Фарах?
– Его перехватили при отправке, мы потеряли миллионы.
– Я курсе и мне не нравится, что я узнал об этом раньше тебя. Пока ты там со своими бабами развлекаешься, мы теряем деньги!
– Да ладно, я хотя бы позволяю себе отдых в отличии от тебя, но это еще не все.
Смотрю на своего заместителя. Со мной работают только самые верные и Фарах точно один из них. Ему простительно.
– У нас в городе девушки начали пропадать. Это уже серьезно. Репортеры бьют тревогу, мы едва сдерживаем их чтобы не начали сеять панику. Просочиться инфа и будет паника сразу.