- -
- 100%
- +
– Какой же он жалкий, этот твой муженек, Зоуи, – произнесла Лини презрительно. Подошла к кровати и встала перед королевой, внимательно ее рассматривая. – Тебя еще не тошнит от этих его бесконечных: «Ах, дорогая, как ты себя чувствуешь? Тебе вредно нервничать и переутомляться, лучше полежи немного, моя сладкая…» Тьфу, слюнтяй!
– Ты несправедлива к моему дорогому Уилли, – с усмешкой ответила Зоуи и погладила свой выступающий животик. – Он заботится обо мне, как умеет. К тому же он волнуется за своего будущего ребенка.
– Своего ребенка, – фыркнула Лини и тоже села на кровать. – Эраст прислал сообщение, – произнесла, понизив голос.
– И?!
– Он нашел Элизабет и ее щенка.
– Живых?
– Да.
– Это хорошо, что мальчишка жив. Его мать, конечно, нужно сразу отправить в чертоги Превеликой.
– Эраст сказал, что пока оставит ее в живых: хочет позабавиться с невесткой, – Лини гибким движением прилегла на кровать, сбоку с любопытством рассматривая лицо сестры.
– Позабавиться хочет?! – процедила сквозь зубы Зоуи, побледнев. Пухлые пальчики с розовыми ноготками судорожно сжали край покрывала. – Позабавиться?!
– Ну, да… Ты теперь недоступна для него, Зоуи, а он мужчина темпераментный, ему нужно куда-то сливать свою… энергию, – с тщательно замаскированным удовольствием подтвердила Лини. Ей очень нравилось смотреть, как бесится младшая сестренка в такие моменты, как бледнеет ее лицо, и синеют губы. У нее ведь не очень здоровое сердце, у малышки Зоуи… Интересно, насколько его хватит? Кузина Лелея, унаследовавшая ту же проблему от их общей бабки, долго не протянула…
– А ты откуда знаешь о темпераменте Эраста?! – Зоуи резко повернулась к сестре. Впилась в ее лицо подозрительным взглядом, но увидела лишь выражение сочувствия.
– Ты мне рассказывала, дорогая, когда приходила после ночей с Эрастом, и я лечила своими зельями синяки и ссадины, оставшиеся на твоей коже от его горячей любви, – Лини растянула губы в сладкой улыбке.
– Да, он меня любит, – Зоуи вдруг светло и нежно улыбнулась в ответ. – Ладно, пусть оставляет себе эту невзрачную моль Элизабет, все равно это ненадолго. Главное – мальчишка и магия его отца, доставшаяся ему в наследство… А где Эраст их нашел, кстати?
– Не сообщил. Просто сказал не беспокоиться: скоро выродок Маршалла Макхонана будет у нас…
***
Тамила
Из подземного хода я вышла на дне неглубокого лесного оврага. Сначала отодвинула прикрывающие выход ветки и осторожно высунула голову.
Кругом было тихо, ни двуногих, ни четвероногих не наблюдалось, только шумела листва да щебетали птички. Осмелев, я выбралась наружу.
Настороженно вслушиваясь в лесные звуки, огляделась по сторонам: понять бы, где я очутилась и куда теперь идти?
Внизу вдруг чавкнуло, раздалось громкое «ква-а-ак», и из-под моей ноги, перепугав меня, выскочила огромная лягушка. Сверкнув в воздухе влажной серо-зеленой спиной, квакуха пролетела пару метров и шлепнулась на землю. Еще раз громко возмущенно квакнула и гигантскими скачками понеслась по дну оврага прочь.
Прижимая ладонь к бешено колотящемуся сердцу, я смотрела ей вслед и пыталась прийти в себя – так и до инфаркта недалеко. Пожалуй, для начала стоит выбраться из оврага, и там уже решать, куда идти.
Прижимая к себе сладко спящего малыша одной рукой, а второй цепляясь за торчащие корни, я принялась подниматься.
То, что скалолаз, вернее, овраголаз из меня не выйдет, я поняла уже через полминуты. Подошвы сапог скользили, рука немилосердно соскальзывала с мокрых, грязных корней, так что я несколько раз падала обратно. Вымазалась с головы до ног в сырой глине, намочила подол платья и вспомнила все знакомые мне идиоматические выражения.
Еще и Николас закряхтел и заворочался как раз в тот момент, когда я почти добралась до верха. В итоге, отвлекшись на него, я снова благополучно свалилась, прямиком в тот самый ручей. Еще больше вымокла и испачкалась, хорошо хоть малышу не досталось от прелестей местного ландшафта.
Решив, что не буду больше испытывать себя на прочность, как смогла, умыла лицо в ручейке и решила пойти по дну оврага. Поразмыслив, направилась в ту сторону, куда ускакала лягушка. Вдруг ее появление было знаком свыше, должным указать мне правильный путь? В сказках героям постоянно помогают всякие зверушки и растения, чем я хуже.
Некоторое время я шла вдоль ручейка, внимательно глядя под ноги: не поскользнуться бы. Даже забыла, что я на вражеской территории и надо смотреть не под ноги, а на триста шестьдесят градусов вокруг. За что едва не поплатилась…
2/1
Меня словно что-то торкнуло изнутри, и я подняла глаза. Как раз вовремя: метрах в сорока впереди спиной ко мне стоял мужчина. Наклонив голову, он рассматривал что-то у себя под ногами, словно изучал следы на земле.
Мой взгляд в одно мгновение выхватил его рост метра под два, массивные плечи, обнаженные, бугрящиеся мышцами руки в стальных наручах. Жгуче-черные волосы рассыпались небрежными прядями, придавая ему дикий вид. На боку у мужчины висел здоровенный меч в ножнах, а на плечи была накинута какая-то меховая штуковина, то ли волчья, то ли медвежья шкура. Даже не видя его лица, я испугалась: наверняка, этот страшный тип – один из бандитов Эраста, или он сам лично.
Я застыла, испуганные мысли заскакали в голове лихорадочными зайцами: «Ужас, пройди я еще немного, просто уткнулась бы ему в спину!»
Стараясь не дышать и мысленно умоляя Николаса не проснуться и не заплакать, я сделала осторожный шаг назад.
Не сводя с мужчины глаз, и готовая в любой момент рвануть прочь, медленно-медленно начала пятиться, надеясь незамеченной отойти подальше: недавно я прошла мимо крупного камня, за которым можно спрятаться и переждать пока этот тип уйдет.
От волнения по лицу потек пот, заливая глаза, и я стерла его рукавом, заодно размазывая по лицу налипшую на ткань грязь. Представляю, как я выгляжу – вся в глине, мокрая и чумазая. Да и ладно, не до красоты мне сейчас, не до привлекательности, ноги бы унести!
Еще один шаг и еще, и тут мужчина вдруг поднял голову и напрягся, прислушиваясь, а я замерла, окончательно перестав дышать. Мужчина медленно повернул голову вправо, потом влево, так, что мне стало видно его профиль. Замер и словно принюхался: мне было хорошо видно, как трепещут крылья его прямого носа. Вот елки-метелки, а вдруг он оборотень какой-нибудь, и нюх у него звериный. Учует меня и тогда все, крантец нам с Николасом!
Тут мне в голову полезли совсем неуместные в этой ситуации мысли. Во-первых, о том, что повернутый ко мне мужской профиль весьма привлекательный: и нос благородной формы, и высокий открытый лоб, и густая темная щетина, еще не превратившаяся в бороду, красиво обрисовывающая щеки и подбородок… вот балда, кто о чем в час смертельной опасности думает, а я о красивых мужиках!
А во-вторых, родился вопрос – куда именно меня забросила милая старушка Изалия Модестовна? Средневековье? Постапокалиптическое будущее? Магический мир?
Тут я вспомнила, что Элизабет говорила про заговоренные стрелы, а Эраст про щиты, которые сделала ведьма-сестра… И если «ведьма» – это не описание свойств характера другой Тамилы, значит… значит, мир магический, и нюхающий воздух жуткий мужик вполне может быть оборотнем. Или драконом. Я в фэнтези-романах читала, что чешуйчатые по запаху много чего определяют: истинных своих и еще что-то, не помню точно, что именно.
Паника нахлынула совершенно неожиданно: вот только я была совершенно спокойна, а сейчас меня бросило в жар, потом в холод и начало трясти. Пытаясь успокоиться, я медленно вдохнула, выдохнула и тут… Николас заворочался у меня на руках и истошно завопил.
Ну как же так?!
2/2
При первых же звуках младенческого рева страшный мужик обернулся и уставился на меня. Ну а я, судорожно качая малыша в бессмысленной попытке успокоить, вытаращилась на него. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, причем лицо мужчины с каждым мгновением делалось все мрачнее. Потом я развернулась и побежала по дну оврага прочь…
Я бежала, разъезжаясь ногами по мокрой глине. Ветки кустарников больно хлестали по лицу и плечам, цеплялись за платье. Камни и корни, словно специально попадали под ноги, заставляя спотыкаться о них и терять драгоценные секунды. Николас заходился плачем, а мужик что-то кричал мне вслед. Что именно, я не могла расслышать из-за мощного младенческого рева, но уверена, ничего для меня хорошего.
В общем, я неслась вперед, не разбирая дороги и, возможно, смогла бы убежать, но путь опять перекрыли. Передо мной, словно из-под земли, выросла еще одна мужская фигура. Эта была не такая страшная, как первая, но не менее угрожающая: в руках у товарища был лук с вложенной в него стрелой.
– А ну, стоять, сучка! – скомандовал он противным, пропитым голосом. Поднял оружие, натянул тетиву и прицелился в меня.
Взвизгнув от ужаса, я безумной горной козой скакнула в сторону. Ухватилась за свисающий над головой толстый корень и каким-то совершенно немыслимым в обычной жизни движением взлетела наверх.
На краю оврага плюхнулась на колени и на трех костях, прижимая к себе орущий кулек и волоча по траве сумку, быстро-быстро поползла к зарослям кустарников. Только и успела подумать, что на стрессе превратилась в супервумен, сигающую на высоту одноэтажного дома. Еще со злорадством послушала брань оставшегося в овраге типа с луком…
За кустами я вскочила на ноги и, под аккомпанемент отчаянных младенческих криков, понеслась куда глаза глядят. Главное – подальше от оврага! Прости, Николас, утешать тебя сейчас нет ни времени, ни возможности, нам бы ноги отсюда унести… Пробежала я метров, наверное, триста, не больше, когда из кустов наперерез выскочило несколько вооруженных мужиков.
– Попалась! – заорал тот, что был ближе всех.
В полном отчаянии я развернулась на девяносто градусов и ломанула между деревьев, слыша за спиной довольный гогот и вопли:
– Девочка решила с нами в догонялки поиграть! Эраст, мы ее поймали!
– Еще не поймали, уроды! – прохрипела я в отчаянии, зная, что это просто дело времени. Совсем скоро они окружат меня и схватят, сколько бы я ни бегала. Их много, они вооружены и, наверное, хорошо знают этот лес.
– Где она? – услышала за спиной знакомый голос и ответный хохот:
– Пытается удрать.
– Поймать ее и привести ко мне, придурки! И чтобы ни один волосок с ее головы не упал: она мне живая нужна, – злобно проорал Эраст, и за спиной у меня затрещали кусты.
В полном отчаянии я прибавила ходу, и вдруг лес расступился, а я выскочила к краю глубокого ущелья, на дне которого бурлила река.
Завопила от ужаса и попыталась затормозить, чтобы не свалиться вниз. Подошвы заскользили, поехали по мокрой траве и, ногами вперед, я полетела на землю. Шлепнулась, отбив себе все, что только можно, по инерции проехала на спине пару метров и остановилась на самом краю обрыва.
Лежала и, прижимая к себе продолжающего вопить малыша, с ужасом смотрела, как небо надо мной темнеет, накрытое чем-то огромным и черным. Раздался шум, словно захлопали гигантские крылья. Затем мощный порыв ветра, едва не сбросивший меня с обрыва, и испуганный вопль десяток мужских глоток:
– Драко-он! Уходим!
Тут я подумала, что в соответствии с классикой пришло время упасть в обморок, и закрыла глаза. Николас решил меня поддержать и тоже замолк. Только продолжил возиться в своем одеяльце, из-под которого на меня потекла тепленькая водичка…
Так мы и лежали: писающий младенчик и я, делающая вид, что потеряла сознание. Лежали, лежали, пока над головой не раздался низкий мужской голос:
– Тамила, хватит притворяться.
3. Надо же, какой страшный мужчина! А прикидывался приличным человеком…
– Тамила! – видя, что я продолжаю изображать бездыханное тело, мужчина повысил голос. – Мне не до твоих игр. Или ты встаешь, или я ухожу.
Пришлось садиться и открывать глаза.
– Ой! – все, что я смогла произнести, когда это сделала: передо мной был тот самый страшный мужчина с мечом и в шкуре, на которого я наткнулась в овраге. Сложил чертовски мускулистые руки на груди и стоял, хмуро меня рассматривая.
Едва я села, Николас запищал, завошкался, словно понял, что уже можно. Наверное, и правда, можно, мужчина явно не из банды Эраста, зря я на него так подумала. Те выглядели настоящими головорезами и оборванцами со зверскими лицами. А этот, хоть в шкуре, лохматый и вооружен, но все равно другой.
У мужчины был высокий лоб и благородный нос, их я еще в овраге разглядела. Губы не полные, но и не узкие. Нормальные такие твердые мужские губы, сейчас сурово сжатые. Брови темные, волосы черные, рост навскидку под два метра. Да, еще широкие плечи и о-очень крепкая мускулатура!
Темная, густая щетина скрывала скулы и подбородок. Может, под ней и были какие-то изъяны, но мне их видно не было. В общем, довольно красивый мужчина лет под тридцать пять, точнее я не смогла определить.
Но главное, у него были очень спокойные и умные серые глаза. Не скажу, что они смотрели на меня доброжелательно. Но, по крайней мере, в них не светилось желание сделать что-то ужасное, как у бандитов, что гонялись за мной по лесу.
Непонятно только, кто он такой? Что делал в овраге и что ему надо от нас с Николасом? Хочет помочь? Но с какой стати?
Тут в памяти начал всплывать слова Элизабет. Я в тот момент была немного в шоке и почти не слушала… Вроде бы она говорила про герцога или князя, которому написала, что у Тамилы ребенок, и она нуждается в помощи… Может, это он и есть? Но почему он шарился по оврагам, а не пришел в дом Тамилы? И почему так странно выглядит: герцог и в шкурах?!
– Что вы от меня хотите? – спросила я растерянно.
Не отвечая, мужчина продолжал смотреть на меня, и под его взглядом мне вдруг стало жарко. Вспыхнули щеки, и я в смятении подумала, что вся в грязи и похожа на чучело. Нервно провела ладонью по подолу, пытаясь стряхнуть налипшую глину. Тут же одернула себя: нашла, о чем переживать в такое время, о красоте!
А мужчина продолжал смотреть, и неожиданно в серых внимательных глазах появилось что-то странное. Густое, мрачное, болезненное… Оно мелькнуло и тут же исчезло, глаза снова стали спокойными и холодными.
Мужчина разомкнул губы и произнес:
– Тамила, вставай и пошли, не стоит здесь долго оставаться.
– Подождите минуточку, – попросила я. Положила к себе на колени Николаса и начала разворачивать одеяльце: надо сменить парню подгузник и, наверное, покормить. Бутылочку с молоком я точно в сумке видела. Насчет сменных пеленок не уверена, но, надеюсь, о них Элизабет тоже позаботилась.
– Тамила, потом перепеленаешь своего ребенка, – нетерпеливо произнес мужчина, – когда выберемся из леса.
– Николас, потерпишь еще немного? – спросила я у собирающегося заплакать малыша. Бедненький, ему ведь тоже сегодня досталось, хотя он был большим молодцом.
Но и в словах мужчины имелся резон. Пока что бандиты разбежались, испугавшись какого-то "дракона". Но ведь они могут в любой момент вернуться, и тогда непонятно, поможет нам меч мужчины, или нет.
– Потерпи, мой зайчик, ладно? Бутылочку я сейчас достану и покормлю тебя на ходу, а с пеленками попозже разберемся, – прошептала я, целуя Николаса в крошечный носик.
Поднялась на ноги и попросила:
– Достаньте в сумке бутылочку с молоком, пожалуйста.
Мужчина помедлил, но поднял сумку. Вынул бутылку, протянул мне.
– Ты не кормишь своего ребенка грудью, Тамила? – спросил, как мне показалось, с презрением.
– Не кормлю, – ответила резко. – Но это совершенно не ваше дело!
Протянула руку, чтобы забрать молоко, наши пальцы на миг соприкоснулись, и меня окатило жаром. От кончиков пальцев по руке промчалась обжигающая волна – вверх до плеча, до шеи – и растворилась где-то в области сердца, оставив ощущение мягкого тепла.
Я отдернула руку, едва не выронив бутылочку, и вытаращилась на мужчину.
– Что это было?!
Он пожал плечами, хмуро произнес:
– Не понимаю, о чем ты говоришь, – но взгляд у него стал совсем мрачным, почти пугающим.
– Пошли, Тамила, не отставай, – повернулся и, прихватив мою сумку, пошел вдоль кромки оврага, в который я недавно чуть не свалилась.
Помедлив несколько секунд, я переложила Николаса на одну руку. Сунула ему бутылочку и, когда малыш довольно зачмокал, пошла, стараясь не отставать от укрытой лохматой шкурой спины. Да, кормить ребенка на ходу – не лучшее дело, но куда деваться: на войне, как на войне.
Пока этот странный мужчина по какой-то причине помогает нам, буду держаться с ним рядом. Ясно, что он знает настоящую Тамилу и принимает меня за нее. Может быть, и правда, он тот самый брошенный герцог или князь, о котором говорила Элизабет?
На самом деле, мне это без разницы, главное – понять, чем мне придется расплачиваться за его помощь. В бескорыстные добрые поступки мужчин я перестала верить очень давно.
3/1
Когда бутылочка с молоком опустела, Николас некоторое время погулил, помахал ручонками и поулыбался мне, а потом спокойно заснул. Ну, прелесть, а не малыш! Насквозь мокрый, трясется на руках у чужой тетки, которая сайгаком носится по лесу, и так спокойно все это переносит.
Может, конечно, все дети его возраста такие, тут я не специалист. Мои знания о младенцах исключительно теоретические. Когда я еще надеялась стать мамой, то читала много специальной литературы о зачатии, родах и новорожденных. Потом надежда помахала мне платочком, и изучение теории стало бессмысленным занятием. Книги я спрятала на антресоли и больше про них не вспоминала…
Но сохранившаяся в памяти информация подсказывала, что Николас – чрезвычайно спокойный малыш. Интересно, сколько ему месяцев? Тоже вопрос, который хотелось бы прояснить. Ну, будем надеяться, альбом Элизабет подскажет дату рождения ее сына. Ведь может быть, что там будет снимок новорожденного Николаса и дата, когда он сделан? Если да, то определить примерный возраст малыша будет нетрудно.
Тут мой взгляд уперся в мужскую фигуру, вышагивающую впереди меня. Еще одна задача, которую нужно срочно решить. А именно: признаваться, что я не та Тамила, которую он знает? Как он поведет себя, если я заявлю: «Простите, герцог или князь, не помню, как вас зовут, но я не ваша Тамила. Я совсем другая, не имеющая к вам никакого отношения»?
И вообще, почему и Элизабет, и этот мужчина так уверенно приняли меня за нее? Неужели мы настолько похожи, что нас можно перепутать? Или…
Боже, неужели я перенеслась в другое тело, в тело девушки с таким же именем, как у меня?! Ведь так бывает, я в книгах читала. Конечно, я знала, что все это выдумки, но ведь я вот она, здесь, в другом мире! Значит, и остальное в тех книгах может быть правдой…
Я подняла свободную руку и в ужасе принялась ее рассматривать – моя или нет? Ладонь была жутко грязной, покрытой подсохшими корками глины и какой-то субстанции густого зеленого цвета. Наверное, это сок травы, по которой я ползала, удирая от бандитов Эраста. В общем, не поймешь, что за рука под толстым слоем грязи. Хотя по форме ладонь похожа на мою…
Я попыталась на ходу задрать подол и посмотреть, какие там ноги. Едва не упала, поскользнувшись на мокрой траве, и оставила это дело.
Еще какое-то время я шла, уговаривая себя, что не может быть, чтобы меня закинуло в другое тело! Мне, вообще-то, мое собственное нравилось.
И тут на меня накатило озарение – трусы! Мои черные, кружевные, очень дорогие, подаренные самой себе на недавний день рождения!
Если бы я попала в другое тело, то была бы одета в какие-нибудь местные панталоны до колен и на завязках, вместо резинки. Или щеголяла вообще без нижнего белья. А раз на попе мои земные трусишки, значит, и попа моя собственная! Уф-ф, слава бельевому бренду «Виктория Сикрет», спасителю моей психики!
От накатившего облегчения я совершенно перестала смотреть под ноги и тут же запнулась о торчащий из земли толстый корень. Испуганно пискнула, замахала рукой, пытаясь удержать равновесие, и начала падать лицом вниз.
– Тамила, смотри под ноги! – раздался грозный рык, и меня поймали крепкие руки. Поддернули вверх, поставили на ноги и даже придержали за талию: видимо, их владелец хотел убедиться, что я в состоянии устоять на ногах.
– Спасибо, все в порядке, можно не держать, – пробормотала я, отчего-то не решаясь поднять глаза и посмотреть в лицо своему спасителю. Прижала к груди заворочавшегося малыша и вытерла рукавом потный лоб.
– Ты сильно устала, Тамила… – прозвучал то ли вопрос, то ли утверждение, произнесенный очень холодным тоном.
– С чего вы взяли? – парировала я не менее холодно. Выпрямила спину и упрямо выдвинула вперед нижнюю челюсть. И правда, с чего бы мне устать? Подумаешь, побегала немного от бандитов по лесу. А до этого попала в горящую избу в другом мире. Еще коня остановить на ходу, и соберу полный комплект классической крутой бабы.
– Ты демонстрируешь манеры, несвойственные дочери лорда, – на полном серьезе ответил мужчина.
– Что?! Манеры?.. Вы серьезно?! – изумилась я. Заставила себя поднять голову, посмотрела мужчине в лицо, да так и зависла: в глядящих на меня серых глазах пульсировали вытянутые в вертикальную линию, совершенно нечеловеческие зрачки.
Ой-ой! Шок – это по-нашему… у меня так было, когда я однажды в школе пятерку по химии получила…
Значит, он оборотень или дракон, раз такие глаза… И явно принюхивается ко мне: вон как аристократические ноздри трепещут, втягивая воздух. Сейчас точно выведет меня на чистую воду, поймет, что я не та Тамила!
Однако мужчина отступил на шаг и неприязненно произнес:
– Ты сильно изменилась, Тамила. Даже запах стал другим, не говоря уже о внешности. Это материнство так повлияло на тебя?
Это намек, что та Тамила красивее, благороднее, и нравилась ему больше, чем я?
– Ну, знаете, вы тоже не красавец! – возмутилась я. – Вам бы побриться для начала и наряд поприличнее подыскать. А то не отличишь от дикого зверья, бегающего по лесу!
Вытянула указательный палец и помахала им перед носом мужчины:
– И вообще, чем делать сомнительные комплименты, лучше скажите, куда мы идем?
Мужчина несколько секунд молчал, продолжая изучать мое лицо. Потом резко выдохнул, разомкнул губы и сообщил:
– Неподалеку есть большая поляна, где я смогу поменять ипостась. Уберемся отсюда, пока бандиты твоего друга Эраста Макхонана не опомнились и не кинулись нас догонять. Доставлю тебя до ближайшего города, а там отправляйся, куда захочешь.
Что же, замечательный план. Только у меня вопрос: «А куда я хочу отправиться?»
3/2
Мужчина оказался не оборотнем, а драконом, и я чуть не уписалась от страха и восторга, когда это увидела…
Мы дошли до широкой поляны, и мужчина скомандовал:
– Стой здесь, Тамила.
Я послушно остановилась, оперлась спиной на ствол дерева и продолжила думать про наше с Николасом будущее. В раздумьях и пропустила момент, когда вместо мужчины на поляне появилась огромная зверюга. Просто подняла глаза и едва не заорала от неожиданности, увидев перед собой покрытую чешуей гигантскую морду с желтыми глазами.
– Ох, тыж! – промычала, изо всех сил давя изумление, страх и дикий восторг, чтобы с ходу не выдать, что я не та Тамила. Сестра Элизабет наверняка не раз видела драконов вообще и этого, в частности, и приходить в изумление, как я, не стала бы…
В общем, я таращилась на дракона, стараясь делать это как можно незаметнее. Получалось плохо, потому что меня так и распирало восторгом и неверием: это же просто сказка какая-то! Настоящий, не в фильме, не в книге, дракон! К тому же нереально, восхитительно красивый!
Огромное, мощное тело было покрыто черной со стальным отливом чешуей. Увенчанная острым гребнем голова на длинной шее, мощные лапы и крылья! Гигантские крылья, одно из которых подозрительным образом вытянулось в мою сторону…
Что?!
Не веря своим глазам, я слегка попятилась: он намекает, что я должна взобраться ему на спину?!
«Тамила, да что с тобой?! Ты словно впервые меня видишь, – вдруг раздался в моей голове голос. – Садись скорее и улетаем: я слышу, что к нам приближается свора бандитов».
Драконья голова потянулась ко мне, и из гигантских ноздрей пыхнуло облачко дыма.
– Бли-ин! – взвизгнула я и принялась неуклюже, но очень быстро карабкаться по чешуйчатому трапу наверх.
Не знаю, что придало мне такое ускорение: голос в голове, дым, словно вулкан выдохнул, или мысль, что сюда идет Эраст, но через полминуты я уже умостилась на драконьей спине. Одной рукой вцепилась в отростки спинного гребня, второй прижала кулек с Николасом и воскликнула:
– Взлетай!
Поверхность, на которой я сидела, дрогнула, ожила. Справа и слева развернулись огромные, гораздо больше самолетных, крылья.