- -
- 100%
- +
Взрывной и захватывающий боевик, с элементами драмы и романтики!
И так на земле мы временно,
Живём единовременно.
Мало времени нам отмерено,
Ещё и уходим преждевременно …
… Автор
Часть 1. «Москва слезам не верит»
1
20.. г. Столица России Москва
«Москва слезам не верит» – шёл известный фильм по смарт ТВ, хотелось протянуть руки к экрану и перевести на другой канал, Парфенов Сергей стоял у огромного окна, на улице лил дождь, струйки воды стекали по окну, собираясь большими каплями, далее срываясь в ручейки. Ему казалось, что фильм и слезы дождя на стекле пытались что-то сказать, да и на душе витало чувство тревоги, как-то не комфортно, не спокойно было. Странно, он давно такого не ощущал. В семье, у него и у матери развито предчувствие каких-либо событий, так называемые вещие сны были обыденными. Всегда после какого-нибудь яркого сновидения Сергей пытался сам проанализировать, предвосхитить события или же сразу звонил матери сверял, не приснилось ли ей что-либо, когда беспокоилась она, то сама набирала. Если видела его в грязных одеждах или в крови, обязательно что-нибудь случалось, что потрясало его размеренную жизнь. Все говорят, это грех и бред, но Сергей почему-то внутренне им доверял. Вот и сегодня он проснулся в холодном поту от жуткого сна с сюжетом похлеще голливудских боевиков. Бронетранспортёры, танки, стрельба в дачных массивах, сам с пулемётом, много бородатых боевиков, взрывы, разбросанные куски тел. Но что явно и сейчас стоит в глазах, то как у него выпадают зубы, он их сплёвывает в ладони, корни в крови и легко пальцами вытаскиваются, все пока не остался совсем без них. Потом уже видит себя со стороны, старым дедом с проваленными щеками.
Откинув одеяло, Парфенов не понял, как уже стоял у зеркала в ванной. Открыл рот, постучал пальцем по зубам, вроде все на месте.
– Ух х! – перевёл беспокойный вздох. Ну да. Уже не молодой, конечно полость рта требовал уход, поход к дантисту. Но с детства, как и у многих, у него была нелюбовь к стоматологическому кабинету, поэтому никак не добирались туда ноги. К чему же этот бред приснился? Может, организм напоминает, скоро они заболят?
– Дай Бог, что бы к этому! – сказал он себе, почистил зубы, умылся, зашёл в зал, махнул по экрану ТВ чтобы что появился канал повеселее, хотелось разбить одиночество. Быстренько сварил кофейку – запах был достойный. Сергей отмечал вкус супруги: она молодец, что попало не купит. Что за кофе? Пытался по запаху определить, но тщетно. Сам -то он не разбирался ни в чае, ни в кофе, вообще в кухне. Мясо и все! В халате, в тапках, непричесанный, с кружкой он наблюдал за дождём у окна, слушая современную музыку.
2
Эту квартиру они приобрели недавно. Десятый этаж новостройки, огромные, витринного размера окна с видом, на Москву – реку, на Кремль, выдавали художественный вид. Низкое давление, туманное утро, небо плачет навзрыд. По воде идут теплоходы. Куда в такую рань? С этим сном, задумался о бытие. Очень часто кто-то умирает, где-то горе, но Сергея, слава Богу, эта чаша миновала. Не считая естественной по возрасту смерть его любимой бабушки. А так, чтобы кто-то заболел, разбился, или ещё что – то, с Божьей помощью, ни-ни.
– Слава богу! – он перекрестился. Да уж сон! Не выходит из головы.
По реке пролетел катер, ну на самом деле куда? Рань какая! А что, люди живут, обстоятельства их не сгибают. Москва слезам не верит!
– Как удачно сочетал слова автор, – отметил Сергей. Он махнул ещё раз рукой на другой канал в надежде сбить себя с дурных мыслей. Вот любимый RT передаёт о мировой геополитике: американцы хотят слопать весь мир, сея смерть, разруху, голод, но объять необъятное невозможно, Россия костью в горле встала!
– Да, но это было, – перемахнул на другой канал – и там всё тот же фильм; «Москва слезам не верит».
– Что за наваждение, или я на тот же канал переключил? – негодовал Сергей, – да, Москва не верит не только слезам, она не верит ничему, я знаю, уже 10 лет в столице.
С увеличением капитала, расширением бизнеса ему пришлось из Самары перебраться в первопрестольную (Сергею за 40, плотного телосложения, под 100 килограмм, ростом за 180 см, с широкими плечами, спорт не забрасывал и сейчас 5 дней в неделю по 2 часа тягал железо, бил боксёрскую грушу, брюнет ярко выраженный, седых волос совсем малость – гены, волнистые локоны закрывают уши, нос прямой, брови чёрные, губы средней полноты, подбородок с ямочкой, глаза темно -карие, женский пол его и в этом возрасте любил… Женат на Алине, которой старше на 10 лет, дочь Арина 12 лет. В браке 15 лет).
Уже кофе остыл, он его не допив, поставил. Привести себя в порядок и на работу, – повернувшись от окна, побрёл в гардероб.
3
Хоть и дождь льёт как из ведра, но москвичи, несмотря ни на что, подтягиваются к центру, как дым в лёгкие. Сергей ехал на дорогом белом седане, левую руку положив на подлокотник, правой подруливал. Вода с тротуаров не успевала стекать в сливы. Не так, как хотелось бы, но полосы двигались, давая надежду, что на работе окажешься вовремя.
– Наберу – ка матери спрошу, не случилось ли что дома, что приснилось.
Посмотрел на часы, в Москве половина восьмого, в Оренбуржье половина девятого, вряд ли спит. По громкой связи в салоне послышались гудки.
– Алло! – голос Матери уже бодренький, – привет, сынок!
– Да, мам, привет! Как ты? Жива – здорова?
– Да, Слава Богу, Сереж!
– Мам, мне тут ужасный сон приснился, тебе там свыше информация не приходила?
– Нет, сынок, ничего не снилось!
У Сергея отлегло от души.
– Что-то, сынок пропадаешь, маме звонишь, редко! Что не спросишь, как Алина с Ариной доехали? Опять поругались? – начала отчитывать она
– Мама, мы не ругались бывают в семьях кризисы, – Сергею пришлось ко сну ещё и неприятный разговор вспомнить с супругой.
Что-то засуетился в последнее время, с семьёй напряги, оставлял решения все на потом. Частые скандалы не тянули Сергея домой, то там, то здесь, домой приходил поздно, все спят. Уже месяцев восемь не было близости с супругой. Это пугало, разрыв увеличивался. Он её любил, но, видать, возраст давал о себе знать, все так слишком реально все стало, даже предаться любви с уважаемым человеком казалось чем-то вульгарным. Не было былой остроты. Так и скрывался, не заметив, что дочь Ариночка выросла чуть ли не до его роста. Алина поехала с дочерью по родителям, её в Самаре, его чуть далее, в Оренбуржье. Теперь все там соберутся и начнут закатывать Сергея в асфальт.
– Как они добрались, мою козюльки?
– С самолёта, час два назад приехали, мы уже не спали. Ну внучка вся в тебя, вымахала, вдвое выше меня. Сейчас ещё спят.
– Мама, ну я подъехал на работу. Тут дождь. Вечером по видео наберу. Поцелуй их от меня.
– Хорошо, сынок, я тебя люблю.
Поставив машину на стоянку, Сергей пошёл в лифт, по дороге вспоминал опять последний скандал. Алина была обижена и говорила с не свойственной ей нервозностью.
– Ты со своей работой про семью забыл. Мы уже 3 года с дочерью одни по гостям и отдыхать летаем одни. У нас есть папа или нет?
Сергей, понимал, что это только начало. Она во всем права. Братишка два раза в год с семьёй куда ни -будь за границу гонял, сестрёнка с мужем и детьми на наши берега. Я даже у матери и тёщи 3 года не показывался, все они одни без меня, – ругал себя он. Зайдя в офис, поздоровался с коллективом, пошёл к себе в кабинет.
– Света, – обратился он к секретарше, (лет 25, красивая, без -башенная блондинка с идеальной фигурой, лицом строгая, вздёрнутый нос, глаза голубые, губы редких правильных черт, с длинными волосами, заплетёнными в косу, среднего роста), – сегодня отмени все встречи, если это возможно, что – то дождь перебил моё желание работать.
– Постараюсь, Сергей Анатольевич.
Он перебирал по деталям тот скандал, вспоминал то как пытался оправдаться;
– Алина, я работаю, завал по всем фронтам, развиваемся! Деньги есть, что надо то ещё?
– Деньги? Ты вообще себя слышишь? Сначала нет денег, ты бля…шь направо и налево, не до нас, потом есть деньги – ты в работе, нет на нас времени. Когда у тебя будем мы?
– М -да, – что он мог сказать. Ему было 31, ей 20 лет. Как оказались на одной жилплощади в ожидании Арины, ни она, ни он не поняли, просто любили друг друга и жили сегодняшним днём. Денег в притирку, квартиры нет. Иногда и есть нечего. Ладно тёща Наталья Федоровна, святой человек, похожая на жену, только старше, работала завхозом в садике, иногда приносила покушать то, что и детям варила. Потом родилась дочка – русская барышня карапуз, до чего же её Сергей любил, любил её капризы. Но, Слава Богу, или в тёщу или в мать, росла она без претензий на оригинальность, все ей хватало, ничего особенного не надо. Хоть он и лазил по бабам, как говорится, но успевал с ними охватить всех и вся: и сходить в гости, и погулять, в общем семья. Потом с товарищем открыли совместно Казахстанской -Российскую компанию, сначала по реализации сельхозпродукции, а потом и по её переработке. Друг Мурат Джакибаев из г. Уральск вёл дела по Казахстану, а Сергей по России. Позже бизнес начал приносить диведенды, нужда появилась в расширении, открытии офиса в столице и переезда. Сейчас он вышел на международные рынки. Скоро встреча с турками по бобовым, позже с японцами по морепродуктам, но это только в перспективе, ещё и программа по освоению Дальнего Востока. Последний скандал оголил проблему в тылу. Он как мог убеждал её:
– Алина, сейчас разгружусь, раскидаю все проблемы, я сделал из нашего разговора выводы.
– Ты сделал? Тебе пятый десяток! Горбатого могила исправит. Работа и друзья превыше семьи. Мы сейчас с дочерью поедем к маме в деревню, потом в Самару, приведу себя в чувства. Давай немного побудем вдали друг от друга. Может, ты соскучишься и что ни -будь изменится в твоей голове. Если нет, то ты меня потеряешь! Слышишь, Парфенов? Сергей Анатольевич?! – чуть не крича, она дёрнула его за рукав. Потом твердо спокойным голосом сказала:
– Как вернёмся мы, посмотрим, нужны ли мы друг другу. «А теперь нас в аэропорт отправь», – сказала она это с видом; «тут шуткам нет места!» Она отвернулась и пошла к себе в комнату. (Алина Владимировна, не многим за 30, чуть выше 170, фигура песочные часы, среднего, но эффектного телосложения, белая кожа, зелёные глаза, волосы русые по плечи, кругленькое личико, с волевым подбородком, в очках).
– Хорошо, я пришлю Павла, – ответил Сергей........
4
– Сергей Анатольевич, есть одна важная встреча, это с турками, но это не сегодня. Они предварительно на связь выйдут. Остальные все проинформированы, все согласны.
– Ну, Светик, умничка. Спасибо. Скажи Ильдару и Олегу: сегодня я не в теме. Меня нет.
– Слушаюсь, – отрапортовала она.
Залез в интернет, давно не был в Одноклассниках, в Контакте, куча подарков, ой -ой -ой, сколько их? Сколько гостей, все пишут, потеряли.
– М -да, как – то я отдалился от мирской суеты, людям есть время, а мне нет. Что я за пуп занятой такой? – ругал себя Сергей. Просмотрел ленту жены, дочери. Они выкладывают свежие фотки. Сергей читает комментарии подруг:
– Алина, а где Сергей, на всех фотках одни с дочерью, вы вместе сейчас? Представляю, как неудобно жене отвечать на такие вопросы. Что – то так стало Сергею неудобно, залез к жене в альбомы, если он и есть рядом, то очень давние фото.
– Эх, Сергей! – пытался себя он пожалеть, – ты, как старый корабль, там замажешь – тут потечёт, это замажешь – в другом месте течь! Да что же ты будешь делать? Отец (к создателю), ну как же быть? Тяжёлое детство, в 14 лет в чужом городе на улице в летнем дермантиновом костюме в феврале, в 21 в армии в Казахстане на границе с Китаем, развал страны, жить хочется, денег нет, всегда в нужде, работа в колхозе, попытка выбиться в люди в Самаре, съёмная квартира у хорошего человека по имени Аня (с которой до сих пор друзья), к ней приходят в гости подруги, одна из них студентка Алина. Он эгоист, «Мачо» в деревенских ярко -белых шерстяных носках, не думающий себя связывать узами брака. Но Создателю виднее. Сергей с Алиной уже отдельно снимают жилье. Было все: и хорошее, и плохое. Он и гулял, бывало и руку поднимал, но её любил и уважал, иногда, ругаясь, кричал:
– Разведёмся! – а сам от мысли, что к ней притронется другой мужчина, сходил с ума!
Раз она уходила с дочерью трёх лет, он тяжело переживал, заходя в детскую, видел пустую кровать, ни дочки – помпушки,ни игрушек, у него рвало крышу, чуть не рыдал. Но из-за мужской гордости сам не делал шаг на воссоединение. Но, Славу Богу, как-то в один из вечеров звонок в дверь, на пороге Алина с Ариночкой на руках:
– Ну что, ты нас обратно пустишь?
Его счастью не было предела.
– Конечно, проходите!
Сам все перевёз обратно. Он даже прослезился. Этим уходом она дала великий урок, после чего, он поджав хвост, завязал с лазанием и был больше с семьёй. Потом бизнес, переезд в столицу. Опять суета!
– Да, – он говорил себе, – всегда главное упускаю в жизни – семью. Дочка с карапузика в принцессу превратилась, а я все ищу те же грабли, ноги чешутся, надо наступить. Ты скоро меня потеряешь! – повторил он её слова, закрывая папки с фото и отклоняясь.
– Ну что, приехал в офис посмотреть фото? На улице дождь перестал лить. Проедусь по Москве – реке, немного развеюсь.
На улице светило солнце, только лужи напоминали о дожде. Став на стоянку у первого причала, запрыгнул в первый водный транспорт с открытым верхом, сел за столик, играла тихая музыка. Заказал апельсинового сока свежо -выжатого, со льдом. Ветерок бил мягко в лицо, старый теплоходик с кафе над крышей тихо плыл по каналу. Сергей дальше вспоминал тот злополучный день скандала; Спустился на стоянку, выехал из подвального гаража, проезжая двор, принял звонок, на громкой Алина!
– Мы готовы, где Павел?
– Так ты мне ничего не сказала? Вы что, уже и билет приобрели?
– Да! Мы тогда сами такси вызовем
– Алина, зачем, я сам вас довезу. Спускайтесь. Он удивился, вот женщины! Надо – не дождёшься, прихорашиваться будут вечность, не надо – за минуту управляются.
Девчонки молча сели на заднее сидение. Обычно дочка вперёд матери пытается сесть на переднее сидение, а тут молча, надув губы, сидит себе сзади и молчит. До аэропорта ехать не менее часа, весь путь в напряжённом молчании.
– Да Сережа, как это ты довёл до такого? – спрашивал он себя. Москва в пригороде богато ухожена, что – то ещё осталось от лесов, все чистенько, приятные глазам домики.
У аэропорта Сергей вышел их проводить, но жена категорично остановила:
– Не надо, дальше мы сами!
Его передёрнуло, но усугублять, ругаться не стал. Аэропорт, как сердце муравейника, разные типажи, цвет волос, кожи и разрез глаз. Одних подвозят, других отвозят. Таксисты с не совсем местным видом открывают и закрывают двери своих карет. Проводил по зеркалам, пока жена с дочкой не зашли внутрь аэропорта. Оплатив в терминале за стоянку, тронулся в сторону города…
Какая-то девочка лет двадцати пяти, маленькая, тёмненькая, с хорошим голосом запела в живую:
– А на теплоходе музыка играет....
Сергей отвлёкся от воспоминаний, огляделся, держит в руках бокал и висит в своём мире, а рядом все столики заняты туристами из Китая что ли, что – то бормотали, делали совместные фото, селфи и улыбались во все зубы. Может, не улыбались, может, просто японцы? Но те посветлее вроде. А кто его знает, не очень -то их отличить, – ухмыльнулся Сергей. Мотнул стакан, приводя в порядок содержимое желудка и головы, послушал до конца певицу. Ничего так! Хорошо! Рассчитавшись, прошёл мимо неё, та кокетливо улыбнулась ему, он по привычке хотел пофлиртовать с ней, но в глазах встал скандал с женой, этот ужасный сон. Взял такси, набрал личному водителю – телохранителю Павлу.
– Алло! Сергей Анатольевич, слушаю.
– Машину с причала забери, ключ у тебя есть второй?
– Да, Сергей Анатольевич.
– Ну и ладненько, завтра с утра жди у подъезда как всегда в 8:00
– Понял.
Сергей зашёл домой, на ходу снимая с себя все, встал под душ, под симфонию П.И.Чайковского «Лебединое озеро», но настроения не прибавилось. Не вытираясь, упал, раскинув руки, на постель.
5
Эта ночь вроде не принесла сюрпризов в измерении сна. Выспавшись, принял душ, выпил кофе, Павел у подъезда ждал в машине. (ему лет 34-38, крепкий, спортивный под 190см, типично славянская внешность, с носом картошкой, голубые добрые, но проницательные глаза, по рекомендации друга Володи Квасова, бывшего однополчанина).
– Доброе утро, Сергей Анатольевич!
– Доброе утро, Павел. В офис.
Работа кипела, каждый занимался своим делом. Сергей остановился у секретаря, та каждый день меняет наряды, сегодня в серых брюках и безрукавке с платком на шее
– Света, здравствуй, пригласи Николая, бухгалтера.
Сев в кресло, он пробормотал себе под нос:
– Ну что, хватит раскисать, за работу Анатольевич! – хлопнув в ладоши, потёр их, как перед вкусным блюдом, погрузился в отчёты. Стук в дверь.
– Сергей Анатольевич, разрешите? – зашёл Николай с папками.
– Проходи, мне нужны отчёты по Казахстану.
Постучав в дверь, зашла Света.
– Турки звонят, готовы приехать, что ответить?
– Ильдара, Олега пригласи, а турки пусть едут.
Первый зашёл Ильдар (на пару лет его младше, казах, невысокий, круглолицый, со шрамом на щеке, спортивного телосложения, друг молодости, забрал его с родины с собой в столицу). Следом зашёл Олег в очках (Худощавый, с острым носом, с причёской «разлахмаченной мочалки»). Посмотрев на него, Сергей задался вопросом; что это, дань моде? В 27 лет в наше время строго ходили.
– Ну что, команда в сборе, ждём гостей из Турции. Вам было дано задание проанализировать мировые цены на бобовые, сою, фасоль. Они сельхозпроизводители, цены из первых рук. Вы готовы к встрече?
– Да! – все хором ответили.
Позвонила Светлана.
– Они приехали.
– Заводи.
Зашли трое, яркие представители османцев, с орлиными носами, двое с постриженными бородками, все в чёрных деловых костюмах, в белых рубахах без галстуков. Сергей встал, с каждым поздоровался. Тот, что без бороды, оказался переводчиком, а другие – отец Кемаль с сыном Азгюром. Выяснилось, что посевных полей у них более 50т.га, цены просят приемлемые, но вот оплата на корню – это риск, вдруг низкая урожайность, не выдержат объёмы. Свои опасения высказал Сергей, на что Кемаль замахал руками.
– Нет, нет, все будет хорошо, – переводил третий.
На экран поступала информация от аналитика Олега, от бухгалтера Николая, Ильдар внимательно слушал турецкую речь, в связи с схожестью с казахским, он хорошо понимал и контролировал, всё ли переводчик правильно переводит. Информация устраивала Сергея, хотелось бы долларов на 10-20 двинуть за центнер. Турки внимательно начали торговаться, люди восточные это дело любят, сразу у них глаза оживились. После полу часового жестикулирования сошлись в обоюдно выгодной цене. Сергей:
– Николай, договор готов? Дай посмотрю.
Ударили по рукам, все остались довольны. Турки собрались откланиваться, но их Сергей остановил:
– Господа, у нас в России не принято так гостей встречать. Ильдар, ты со мной, звони Павлу, пусть нас на автобусе по городу прокатит, а там война план покажет, куда их окаянных отвезти. Выходя из офиса Кемаль чуть не проглотил взглядом секретаршу Светлану, Ильдар тоже это заметил и моргнул Сергею, типа – я понял, что им надо!
На минивэне, специально оборудованном для встречи гостей, выехали в столицу.
Вечерело, зажигались огни реклам и фасады городских достопримечательностей, огромная Москва сияла в своём великолепии. Сергей достал коньяк, предложил гостям, старший и переводчик отказались.
– Харам! проговорили они.
– Ну что, Павел, через красивые места да в ресторан «Бристоль». Там кухня всего Мира. Компания удобнее уселась в мягкой зоне, играла симфоническая музыка. Ильдар:
– блюда, на все вкусы, хорошее заведение
Переводчик что-то сказал на турецком, все захохотали. Заказали то, что в Турции не встречается: икру чёрную, окрошку, квас и т.д. Все невпопад, но всё то, где было подписано «по-русски»
– Опять разлили по коньячку под икорочку, раз, два, и что-то Кемаль повеселел, хоть и не пил, странно, Сергей на ухо Ильдару:
– Он что-то запретное принимает?
Баранину принесли с вином, тут и переводчик поддержал, вино к мясу можно. Старший все живее и живее. Основательно подкрепились.
– Ну что, в Русские Бани?
Хмельная компания двинулась со стола. Сергей обратил внимание, что Кемаль побагровел. Да что же такое с ним? Расплачиваясь за стол, в чеке Ильдар увидел заказ «Медовуха русская». Вот он, Кемаль, попивал всё это время, типа нарушение харама по незнанию не считается.
– Тогда хорошо по саням и в баню желаем! – шутя, Сергей выкрикнул Павлу.
В пригороде в огромном срубе решили приземлиться. Пошла жара по спинам турецких подданных от еловых, дубовых, берёзовых веников, а потом холодный бассейн, пиво после медовухи Кемалю залетало за ура. Сергей, вымотавшись за последние дни, стал зазёвываться. Ну не здесь же уснуть, – с трудом держал он себя в руках. Турки уже дошли до состояния – ты меня уважаешь?
Кемаль кричал:
– Сергей, ты приезжай к нам в Анкару, брат мой! Я тебя уважаю!
– Хорошо, Кемаль, обязательно приеду, – моргнул он Ильдару, – ну что, добьём гостей! Вызывай все салоны и только русских, пусть выбирают. А я потихоньку, наверное, домой. Закажи мне такси.
– Понял шеф, сейчас оформим.
– Салоны с девушками, конечно же, приехали быстро, словно за углом стояли. На смотрины завалились десятки жриц. Турецкие поданные поплыли, глазки заблестели, слюнки потекли. В них проснулись гены шахов, со слюнями долго выбирали, хлопая в ладоши от счастья. Сергей попрощался, обнялись по -восточному с братскими поцелуями в щеки. Гости были счастливы. Наверное, у себя так не оторваться. Таксист, молодой кавказец на ладе Веста (во, хоть раз в отечественной машине посижу, обрадовался Сергей).
– Ну что, в центр! есть музыка?
Водитель прибавил громкость магнитофона, бахнул сабуфером, хорошо тачку прокачал, Сергей открыл видимость, до конца опустив стекло, положил локоть на дверь и вперёд по ночной столице, под современную танцевальную музыку. Машины мелькали то справа, то слева. Хорошо водит парень, отметил он. Рассчитав его, взял у него визитку. Порой шустрый, знающий город водитель очень нужен. Лифт пустой, охрана у дверей в холле блюдит зорко, поздоровавшись, прошёл мимо. Скинув верхнюю одежду, с разбега упал на кровать. Постель холодная, пустая. Одному так неуютно. Перед глазами пробежали кадры сегодняшнего дня, встреча гостей, уезд жены, её слова: потеряешь меня! Сергей провалился в сон.
6
День за днём пролетели в делах насущных, что отвлекло Сергея от одиночества, дискомфорта и последствий скандала в семье. Осень была мягкая, листья с неохотой отрывались, с веток, краснея и желтея, птицы собирались на перекличку перед дальними отлётами. Ему эта пора нравилась. Девочки в деревне грибы собирают, мама рассказала. Надеюсь, Алину отпустит, и она приедет с хорошим настроением. Во! Она давно хотела дома ремонт сделать, освежить квартиру. Сергей в интернете нашёл какую-то строительную компанию, обещавшую за несколько дней обновить квартиру.
– 350 квадратных метров, успеете? -недоверчиво спросил он. Договорились, что вечером после работы приедут оценят. Да успели, остался ими доволен, налетели, как саранча, и вид жилья поменялся в более радостные тона. Так в походном положении перебегая из комнаты в комнату, дождался звонка от тёщи Натальи Федоровны:
– Сергей, завтра в 21:00 встреть их в Домодедово, они с сумками, хорошо?
– Конечно! О чем речь. Вы сами как?
– Хорошо, Сережа, хорошо. Арине в школу, еле их выгнала, – с любовью сказала она.
Так больше суток ещё! Завтра выходной. Сделал ревизию в холодильниках, пусто! Надо заполнить. Загружая багажник пакетами, получил звонок. Ну кто там? Надо же, вот свободные руки были, не звонили – с иронией отметил он. Ух, наконец все распихав, взял трубку.
– Алло! это Парфенов.
– Сергей, здорово, брат, узнал?
– Володька? Квас, ты что ли?
Квасов – его друг юности с родного Оренбуржья.
– Не ожидал, что тебя застану, еду транзитом.
– Володя, где ты сейчас? Я к тебе подъеду, гостиница «Москва»? У меня переночуешь! Лечу!
Володя в форме цвета хаки с огромным походным рюкзаком, в бейсболке у входа что -то в телефоне высматривал. Они по -братски обняли друг друга. Семь лет не виделись.