- -
- 100%
- +
Важное примечание от автора.
В данном произведении помимо меня фигурируют другие персонажи. Дабы не раскрывать личную информацию каждого, все настоящие имена были изменены. Конкретные места и конфиденциальная информация всех описанных мною персонажей останется в тайне. Если вы лично со мной знакомы, либо были знакомы со мной в прошлом и вам кажется, что в данном произведении я описываю вас, то вы ошибаетесь, вам кажется! Да и кто вообще сказал, что автор не выдумал все эти истории и персонажей?! Может быть, всё происходящее – это художественный вымысел. В этой книге периодически будут подниматься темы взрослой жизни, поэтому рекомендую книгу к прочтению лицам не младше 16 лет. Внутри произведения в малом количестве присутствуют такие порицаемые автором вещи, как курение и распитие алкоголя. Также встречаются лёгкие литературные ругательства, без мата. Предупреждаю, если для вас это неприемлемо, то срочно закрывайте книгу и вырывайте наушники из ушей. Но в таком случае вы упустите множество интересных историй и размышлений…
Помните о том, что курение и распитие алкогольных напитков вредит вашему здоровью. А употребление любых запрещённых веществ тянет вас в могилу и преследуется по закону. Автор ничего не пропагандирует, а лишь рассказывает о том, что ему доводилось видеть в жизни, в рамках художественного произведения. Категорически осуждаю все виды зависимостей и нездоровый образ жизни. Рекомендую проживать жизнь в полной трезвости и ясности ума. Берегите себя, думайте своей головой и будьте здоровы!
Предисловие.
Как-то раз, общаясь с моим лучшим другом Иваном, мы сошлись во мнении о том, что наше совместное проживание на разных съёмных квартирах начинает напоминать сюжет комедии с элементами драмы. И во время нашей крайней беседы я изъявил желание написать рассказ про нашу историю, потому что уже не мог участвовать в этом театре абсурда жизни, не запечатлев лучшие моменты. Идея показалась мне интересной, а Ваня сказал, что с удовольствием бы прочёл подобную историю в виде художественного произведения. Не знаю, получится ли у меня уместиться в рамки так называемого рассказа, но на мини-книгу с несколькими историями точно хватит.
В этом произведении я расскажу вам о том, как я уехал жить в Петербург, вслед за другом детства. О том, что меня окружало на протяжении нескольких лет. И, конечно же, о наших скитаниях по комнатам и квартирам в окружении разных людей, которые всегда оканчивались совместным проживанием лишь нас двоих. Периодически между историями будут всплывать мои философские размышления. Уж простите за мою любовь к философии, но без неё я не могу полноценно описывать жизнь. Пожалуй, пора начинать свою историю…
История 1. Комната 1. Моё прибытие в Петербург.
Всё началось с того, как мне исполнилось 20 лет. Тогда я жил в квартире родителей в городе под названием Пермь. Этот город мне никогда не нравился. С детства знал, что рано или поздно уеду. В 14 лет я начал заниматься творчеством. К 16 годам понял, что кроме меня и мне подобных в промышленном городе, пусть и большом, творчество и искусство никому не нужно. Ещё не подозревая о том, что оно не нужно везде одинаково, независимо от твоего местонахождения.
Тогда я начал фантазировать о Петербурге, ведь где ещё можно творить и вдохновляться, как не в “культурной столице”? Красивая архитектура, творческая богема, улицы и дома, где жили знаменитые классики нашей страны. В общем, тогда мне казалось, что это лучшее место в России для подпитки творческой энергии, вдохновения и поиска полезных связей. Я думал о том, что вот уеду и там как заживу. Да так, что сам себе завидовать буду. Но прежде чем смеяться, не забывайте о том, что на тот момент мне было 16 лет. Юношеский максимализм и романтизация другого города дали мне толчок мотивации к действиям. И к 20 годам, скопив деньги, я отправился покорять Петербург. Хочу подметить один важный момент, с которого началась моя так называемая взрослая жизнь. Изначально я планировал переехать в Петербург со своей на тот момент девушкой Алисой. Мы с ней были в отношениях с 17 лет, которые начались ещё с учёбы в колледже, где мы и познакомились. Но как это обычно бывает в моей чёрной жизни, по инициативе Алисы наши отношения подошли к концу. В Петербург я уехал один, будучи разбитым после расставания. Тогда я был очень потерян из-за неожиданного поворота судьбы, ведь совместный переезд планировался около 2 лет. В силу возраста и характера Алиса оказалась не готова к переезду, это стало камнем преткновения и завершающей нотой в наших отношениях. Не могу её в этом винить. Впоследствии она созрела и перебралась в Петербург, но гораздо позже меня и уже с другим мужчиной. Переезжать мне было не так страшно, потому что в Петербурге уже как год жил один из моих лучших друзей Ваня. Как выяснилось позже в личной беседе, Ваней при переезде также двигал юношеский максимализм. Мы знали друг друга очень хорошо, так как всё детство учились в одной школе и пронесли нашу крепкую дружбу сквозь года. Можно сказать, что Ваня стал для меня родным братом. На тот момент он жил со своей девушкой. Они вместе снимали комнату и работали в кофейне. Ваня уже обладал опытом взрослой жизни, успев сменить несколько комнат в разных районах города. Поскольку я был молодым и неопытным, то не совсем понимал, как правильно арендуют жильё… Договариваются на просмотры, конкурируя на скорость в том, кто урвёт лучший вариант по хорошей цене. И все прочие нюансы этого адского явления под названием “Поиск жилья в Санкт-Петербурге”. Ещё будучи в Перми, я решил обзвонить несколько вариантов, чтобы по приезде в Петербург вопрос с жильём был закрыт. Но ни одна моя попытка и договорённость не увенчалась успехом. Тогда я решил, что просто арендую посуточное жильё на недельку и уже на месте со всем разберусь. По приезде в Петербург меня встретил Ваня. Я был очень рад его видеть, поскольку на тот момент мы не виделись уже около полугода или больше. Встреча была приятной, хотя я и был весь на стрессе. Напряжённо ожидая нового этапа своей жизни. К тому же, перелёт забрал у меня изрядное количество энергии. Мы пришли к нему в гости, пообедали, и всё оставшееся время перед моим заселением в посуточную квартиру я занимался поиском постоянного жилья.
Спустя 4 года я помню только то, что был сильно растерян в тот момент, не понимал, как и что мне делать. Вся моя стратегия и планы на будущее разрушились ещё в Перми, когда закончились мои отношения с Алисой. С каждым днём ужас и паника охватывали меня всё больше. Потому что я банально был брошен один во взрослую жизнь, абсолютно ничего не умея делать самостоятельно. Спустя годы я, конечно, понял, что не дал себе время отойти от расставания и поразмыслить над своими будущими шагами. Но, как показала практика, в тот год я очень сильно закалился и вырос, хоть и отдал на это кучу нервов и денег. За свою первую неделю в Петербурге я так и не смог найти жильё. Я неверно изучил рынок недвижимости, не знал, какие на самом деле в городе зарплаты, и вообще не понимал, где я буду работать. Все мои представления и розовые мечты начали быстро сыпаться.
Тогда Ваня предложил мне пожить у него с девушкой, но я отказался, потому что мне было очень неудобно заселяться к ним и без того в забитую людьми коммунальную квартиру. Да ещё и третьим лишним в маленькую комнату.
У меня истекал срок проживания в посуточной квартире. В самый последний момент я договорился о съёме комнаты. Квартиры в Петербурге оказались слишком дорогими для меня. Я боялся не потянуть аренду квартиры один. К тому же было не понятно, что с работой. Её я планировал найти уже после того, как разберусь с жильём.
И вот, свершилось. В воскресенье я смог договориться на просмотр комнаты. Также мой отец поспрашивал у знакомых, сдаёт ли кто-нибудь жильё. Вариант с комнатой у знакомой женщины отца показался мне самым оптимальным. Но это знакомство было весьма поверхностным. Мой отец – композитор, пианист. Женщина, которая предложила сдать мне комнату, была поклонницей его творчества и решила помочь. Они не то чтобы были сильно знакомы. Так, виделись однажды на его концерте, хорошо пообщались и обменялись контактами.
Марина Альбертовна была уже бабушкой, точно не помню, сколько ей было лет, но что-то около 70 или больше. И вот я с лёгкой душой еду заселяться в своё первое постоянное жильё в Петербурге. Это была небольшая комнатка, квадратов 10–15. Там был диван, он же кровать, небольшой шкафчик и тумба вместо стола, на которой я разместил свой компьютер. Стоила она 10 тысяч рублей в месяц с учётом коммунальных услуг и прочего. Я очень хорошо запомнил название улицы, на которой жил, оно показалось мне забавным знаком того, что город меня хорошо примет. Улица называлась Счастливая, номер дома я уже не помню. Да и озвучивать его публично было бы некрасиво с моей стороны. В квартире Марины Альбертовны было несколько комнат. В одной из них жил её внук Дима со своей девушкой Катей. Также в квартире было два кота и собака. Они часто любили забегать в мою комнату и спать на моём диване, причём все вместе. Пожив там какое-то время, я понял, что у меня аллергия на собачью шерсть… Из-за того, что мне досталась угловая комната, после каждого дождя там сырела часть стены, и, по всей видимости, под обоями была плесень. Там всегда было очень влажно, и со временем мои лёгкие были не в восторге от этой комнаты. Вообще там было весело жить. Хоть праздник длился и недолго, историй накопилось достаточно. Я нашёл общий язык с ребятами, они были примерно моего возраста. Дима почему-то называл Марину Альбертовну просто Мариной, а не бабушкой, как привык к этому я. Звучало забавно, они вообще все были на своей волне. Но жить с другими людьми, как в общежитии, не всегда комфортно, слишком много нюансов.
Помню, выхожу из душа, и спустя час Марина Альбертовна подходит ко мне и спрашивает, почему я не вытер за собой стену после принятия душа. Я тогда удивился… Никогда в жизни ещё не вытирал за собой стены в душе каким-то специальным скребком. По-моему, такими моют окна в офисах. Говорю Марине Альбертовне: «А зачем мне вытирать стены в душе?» Она мне отвечает: «Как зачем? Плесень же будет на стенах, обязательно нужно вытирать». Думаю, ну ладно. Странно, конечно, что претензия появилась только спустя несколько дней, но вытирать стены я не стал. Слишком уж энергозатратное и бессмысленное занятие на мой взгляд. Лучше бы предложила мне сушитель стен для моей плесневелой комнаты… Дима говорил, что у неё свои старческие замашки и что мне стоит меньше обращать внимание на её замечания. Вообще Марина Альбертовна вела себя довольно странно. Иногда играла роль бабушки, пыталась воспитывать, давать советы, душевно болтать, порой пыталась подкормить. Потом превращалась в женщину с улицы, которая сомневается в моей надёжности. Спустя месяц, два моего проживания в квартире, попросила меня внести залог 10 тысяч. Хотя изначально ни договора, ни залога не планировалось. Поскольку они с отцом были знакомы, она ему сказала, чтобы я спокойно жил и просто раз в месяц платил свои несчастные 10 тысяч. На сколько я помню, до пенсии она работала в психиатрическом отделении больницы, и когда меня увидела в первый раз, сказала, что я психически не уравновешен. Такой вывод она сделала по моим татуировкам. Я тогда не придумал, что ей ответить. Я уже давно привык к комментариям от посторонних людей по поводу моего внешнего вида. В общем, странная была бабуля, хоть и относилась ко мне хорошо. Но рассказ не о ней, нужно двигаться дальше.
Дима с Катей были хорошими ребятами, и пока я искал работу, они меня поддерживали. С работой у меня не клеилось, мои сбережения таяли на глазах, а я так и не знал, что мне делать. Уровень стресса зашкаливал, тогда я даже начал вести дневник, чтобы успокаиваться. Чувствовал себя брошенным и одиноким, один на один со своими проблемами. Возвращаться в общепит и снова идти варить кофе мне не хотелось. Я не любил работать с людьми, они сильно действовали мне на нервы. От безысходности и незнания, куда податься, попробовал работу бармена. Мне не особо понравилось. Бариста, кстати, тоже больше не брали, видимо, жизнь отводила. Плакал, когда понял, что барменом работать вообще не хочу. Тогда совсем потерялся и не знал, куда идти. Опыт у меня был только в общепите. На тот момент я умел лишь варить кофе и немного готовить. Отец снова решился мне помочь, применив свои связи. Но эти связи были ещё более размытыми, чем знакомство с Мариной Альбертовной. На работе, которую мне предложили через несколько рукопожатий знакомых, меня просто кинули на деньги. Я отработал ночным барменом по 12 часов ровно неделю, дав последний шанс этой профессии. После чего меня вышвырнули с этой работы, сказав, что бармен им не нужен. До сих пор помню название этого ресторана, точнее двух ресторанов. Один бар работал на два ресторана сразу. Красивые заведения в самом центре Петербурга. Вкусная еда, неплохой бар и шикарные, молоденькие официантки. Сказка, не иначе. Жаль только, что руководство – отребье редкостное. Кинули мальчишку на какие-то копейки. Точно уже не помню, сколько я там заработал за неделю, вроде от 5 до 10 тысяч. Давно было, но осадок всё равно остался. Скажу честно, когда прохожу мимо этих ресторанов, всегда желаю им зла. Надеюсь, когда-нибудь они обанкротятся, начальники впадут в долги, и я буду отмщён… А копейками, украденными у меня молодого, пусть подавятся дважды. За такое отношение к людям всё равно когда-нибудь придётся заплатить. После того как я потерял время, деньги и нервы на этой работе, я окончательно забросил идею о том, что буду работать барменом. Тем более в те годы ходило много слухов о том, что в этой сфере часто обманывают молодёжь, особенно в центре города. Невский проспект был рассадником мошенников и недобросовестных работодателей. После того как я совсем отчаялся и не знал, куда идти, Ваня протянул мне руку помощи. Он предложил мне место в небольшой сети кофеен, в которой сам работал на тот момент. Так уж сложилась судьба, что и у меня, и у Вани первая полноценная работа была на должности бариста. Он порекомендовал меня руководству, и я пришёл к ним работать. В общем счёте, отработал я там не так уж долго – месяца 3-4. Но за этот небольшой промежуток времени многое произошло.
Спустя месяц-полтора моего пребывания в общажной квартире к нам вломился в стельку пьяный сын Марины Альбертовны. Назовём его Эдуардом. Он тогда разводился с женой. Она ушла от него, разбив ему сердце, перед этим воспользовавшись им как социальным трамплином. Он такого удара судьбы не выдержал и почти сразу уехал жить к маме. Помню, ему было очень плохо: он постоянно напивался и пребывал в депрессии. Часто скандалил и кричал, что всех нас выселит. Ну а Марина Альбертовна крутилась вокруг него и постоянно пыталась утешить. Дима Эдика недолюбливал, как это часто бывает у родственников. И в семейной берлоге начался раздор. Они постоянно ругались, скандалили и выясняли отношения. В общем, классическая семейная драма, рассказывать особо нечего. Я стал понимать, что дело пахнет жареным, и пора сваливать с этой богадельни. Атмосфера как дома, но дом этот вовсе не твой. Ещё платить за это нужно и ругаться ни с кем нельзя. Скандалов я в детстве насмотрелся, мне на всю оставшуюся жизнь хватит с лихвой. Диму и Катю такой расклад тоже не устроил, и мы решили все вместе найти себе новую квартиру. Поиски снова не увенчались успехом. Ни одного подходящего варианта мы так и не нашли. Ну сами посудите, как вам такие кандидаты на заселение: два парня лет двадцати, одна девушка, собака и кошка. Причём Дима на тот момент был ещё и безработным. Но музыка играла недолго, и Марина Альбертовна начала меня уговаривать остаться жить у неё. Говорит: «Живи лучше у меня, Эдик побуянит и успокоится со временем, а Дима с Катей очень громко занимаются любовью». Мол, как ты будешь с ними жить и спать спокойно. Думаю, да так же, как и здесь… А любовью они занимались действительно громко. Катя всегда орала как резанная, её было слышно через две стены. Я тогда ещё удивлялся тому, что они даже бабушки не стесняются. Говорю же, в этом доме у всех царила своя атмосфера. Но не об этом речь. В тот момент пошло сюжетное развитие жизни Вани, и у него с девушкой случился разлад. В итоге они расстались, и ему тоже пришлось думать, куда съезжать.Так что мы имеем на руках?!
Марина Альбертовна предложила нам с Ваней переехать в квартиру Эдика и его бывшей жены. Мне это предложение показалось лучшим вариантом на тот момент. Идеальное место для заселения двух друзей и, в перспективе, ещё двух их девушек в придачу. Но обо всём по порядку.
Мы договорились с ребятами о том, что разъезжаться будем отдельно. Я поеду жить с Ваней в квартиру Эдика, а они будут искать себе квартиру на двоих. Стоит отдать должное, Эдик помог перевезти мои вещи и договорился с хозяйкой о том, что теперь там будем жить мы. Но квартира после него, конечно, была в плачевном состоянии. Мы неделю её отмывали, прежде чем она стала пригодной для жизни… Больше всего меня удивила присохшая ко дну ванны жидкость, напоминающая нефть, и плотный слой налёта от сигаретного дыма на стенах. Подробности того, что раньше происходило в ванной комнате, я узнавать не стал.
Прежде чем сюжет начнёт двигаться в совершенно иное русло, я бы хотел поставить завершающую точку в истории моего проживания в первой комнате, чтобы больше не возвращаться к этой части. Марина Альбертовна на самом деле была очень интересным человеком. Помню, когда я уезжал от них, она подарила мне итальянскую кастрюлю и сковороду, потому что у меня не было никакой посуды для готовки. Эта кастрюля кочует вместе со мной уже 4 года. Лучшая кастрюля в моей жизни, просто бессмертная. Мне кажется, она меня переживёт. Сковорода же была выброшена, ибо на ней всё сгорало до углей. Самое смешное, что я ещё не упомянул в истории семейного общежития, так это то, что Марина Альбертовна совершенно не умела готовить. Точнее, она умела, но готовила отвратительно, сочетая несочетаемое. Мы с Димой иногда готовили вместе, и он рассказывал мне про разные блюда его бабушки. Больше всего мне запомнился борщ с селёдкой и солёная шарлотка. Описание этих блюд звучало так, что даже однажды не хотелось пробовать эти кулинарные изыски. Говорил: «Представляешь, что придумала Марина? Борщ с селёдкой! Слышал о таком когда-нибудь?» И Дима не шутил. Он советовал мне не есть еду, которую она готовила. Но пару раз я всё же был вынужден отведать эти угощения в моменты, когда отказаться было слишком некрасиво. Сначала попробовал какой-то странный зелёный суп. Я уже не помню, что было в тарелке, но отчётливо помню, что суп был сладким и выглядел жутко. Я не смог его доесть. И так уж вышло, что в самый разгар чаепития меня настигла знаменитая солёная шарлотка. Дима сидел с нами за столом и косился на шарлотку с ужасом. Откусив небольшой кусочек, мой язык свернулся в трубочку, а вся жидкость, содержащаяся в моём организме, начала борьбу за выживание с этим деликатесом. Шарлотка действительно была такой, как он её описывал. Жаль, что пришлось угоститься…
После моего переезда я ещё какое-то время общался с Димой и Катей, но и они впоследствии расстались. О Кате стало ничего не известно, хотя спустя какое-то время я бил ей татуировку, после чего наше общение сошло на нет окончательно. Почему отвалилось общение с Димой я так и не понял даже спустя годы. Возможно, он за что-то на меня обиделся, но так и не сказал. Мне нравилось с ним жить, он был самым адекватным и интересным человеком в их семье.
Больше всего мне запомнилась наша последняя встреча. Я тогда приезжал в гости на новоселье Димы и Кати, мы отлично провели день вместе. Когда Катя ушла спать, мы с Димой отправились на общедомовой балкон, покурить и поговорить за жизнь. К тому моменту мы уже были изрядно пьяны. Не помню, о чём именно мы говорили, но отчётливо помню, как мне было грустно и одиноко в тот период, и в этот вечер тоже. Я боялся стоять возле края балкона, мне казалось, что, будучи пьяным, с дуру я могу сигануть вниз. Тогда мне действительно было паршиво и постоянно хотелось плакать, в общем, тяжёлое было время. Но я бы никогда так не поступил, потому что это глупо, и я жутко боюсь высоты. Да и вообще, как бы тяжело вам ни было в этой жизни, ваша смерть ничего не изменит. Отказаться от решения проблем не означает их решить… Я вообще считаю, что окончательно сдаться – это проявление слабости. Иногда можно дать слабину, но сдаваться не стоит. Такую тонкую тему хотелось бы закончить словами о том, что не нужно бояться жизни, лучше бойтесь предать себя. И даже не вздумайте отказаться от шанса изменить всё к лучшему или хотя бы вовремя полюбить себя. Я вот остался, чтобы нести свет этому тёмному миру и всем тем, кто в нём нуждается.Если вам сейчас также плохо, как и мне в тот период, надеюсь, что мои слова смогут вас подбодрить. Помните о том, что никто, кроме вас самих, не сможет вытащить вас из апатии и дурных мыслей. Все надежды только на вас! Обязательно полюбите и примите себя! И я вам обещаю, что любовь вас спасёт. Не буду сильно отвлекаться на философию. Пожалуй, продолжу основное повествование.
В тот вечер к нам на балкон выбежал злой сосед с палкой, видимо, в ожидании драки. Сказал, что мы громко разговариваем и мешаем спать его ребёнку. Ответили, что скоро уйдём домой и мешать не будем. Мы же всё-таки джентльмены, а не какое-то быдло с района. Он успокоился и ушёл, а мы, поболтав ещё немного, вернулись в квартиру и легли спать. Я остался у ребят на ночь, потому что добираться мне было слишком далеко. Утром я уехал, и с того момента, вроде, больше не видел Диму, а если и видел, то уже не помню. В общем, хороший был парень, но также полностью исчез из моей жизни, как и многие другие люди. Я никогда ни к кому не лез в душу, поэтому не стал докучать ему вопросами о том, почему он решил прекратить со мной общение. Это его выбор. Кстати, между словом, я нашёл фотографии тех лет в галерее своего телефона и оказалось, что я прожил в этой комнате не больше 3 месяцев. Мне почему-то казалось, что я жил там дольше. Ну конечно, столько историй за такое короткое время… Рассказу стоит двигаться дальше, к самому важному и переломному моменту драматичной взрослой жизни.
История 2. Квартира 1. Начало замкнутого круга.
Первым делом, на новой квартире, когда мы с Ваней перевезли все свои вещи и начали обустраиваться, хозяйка решила обрадовать нас подарком на Новый год. Говорит: «Раз уж Эдик съехал, а вы заехали, совсем забыла вам сказать о том, что квартира будет стоить дороже». Хозяйкой квартиры была старая еврейка Таисия Моисеевна. Характер, конечно, у неё был скверный, хоть и взаимодействовали мы с ней не часто. После того как эта старая ведьма кинула нас на бабки, мы с Ваней вообще опешили от такого сюрприза. Но других вариантов не было, пришлось кинуть кости на проспекте Большевиков в евродвушке Таисии Моисеевны. Квартира, конечно, была неплохая, но денег своих явно не стоила. Мы отдавали 30 тысяч в месяц за эту берлогу на окраине Петербурга. Но это было наше первое с Ваней пристанище, где мы могли чувствовать себя спокойно и стабильно прожить хотя бы год, зная, что нас не выселят.
Изначально квартира была почти пустой, практически вся мебель была куплена Эдиком и его женой. Что-то он забрал при выезде, но многое оставил нам. Евродвушка состояла из небольшого коридорчика, переходящего в большую кухню. Вдоль коридора были расположены ванная и туалет, отдельно располагалась гостиная, она же спальня, в которой, собственно, мы с Ваней и жили. Из приятных дополнений к квартире присутствовал средних размеров балкон, застеклённый стеклопакетом. Сама квартира была небольшой, сейчас уже точно не помню, но не больше 30–35 квадратов. Из мебели на кухне имелись кухонный стол, диван и пара самых дешёвых пластиковых табуреток. В гостиной комнате стоял шкаф для одежды, сломанный пополам диван, пара самых дешёвых пластиковых стульчиков и стол-книжка, который раскладывался из двух крыльев в разные стороны. Этот стол мне, кстати, тоже подарила Марина Альбертовна, чтобы я мог где-то разместить свой компьютер. Съезжая, Эдик забрал из комнаты свою кровать и некоторую мебель. А когда съезжали уже мы, он приехал и скрутил с кухни несколько полок, которые до этого сам устанавливал, сказав, что этой старухе за бесплатно он ничего не оставит. Из самого запоминающегося в квартире Таисии Моисеевны была стена, разделяющая ванную комнату и коридор. Она периодически сырела и протекала насквозь, если ты случайно направлял душ в сторону стены. Даже не спрашивайте, почему у нас протекала стена… Почти за год жизни в этой квартире мы так и не поняли, почему ты мылся в ванной, а сыро становилось в коридоре. Однажды ко мне в гости приехал брат. При выходе из душа он обнаружил, что его рюкзак, лежавший в коридоре, наполнился водой. Состоянию его паспорта в тот момент было не позавидовать. Моим самым любимым местом в этой квартире был балкон, что-то вроде мини-лоджии. С 10 этажа хорошо было видно рассветы, закаты и звёзды по ночам. Иногда я выходил туда выпить чаю, покурить или просто поглазеть в окно, наслаждаясь видами Петербургских окраин. На балконе стоял небольшой столик под газетки и старый шкаф, вкрученный в стену саморезами. В шкафу было несколько книг о духовном развитии, которые Эдик забыл забрать. Он исповедовал буддизм. Стены гостиной, кстати, он полностью покрасил в фиолетовый цвет, шторы тоже были фиолетовыми. На стенах были изображены буддийские символы. Мы не сразу к этому привыкли, но со временем нам понравилась такая атмосфера. Было в ней что-то волшебное. Я не просто так упомянул сломанный диван. Тот диван, что был на кухне, оказался слишком маленьким и неудобным для сна. Пришлось делить один большой диван на двоих. Нужно же было нам где-то с Ваней спать. Ваня забрал себе спинку от дивана и спал на ней, а я взял себе седушку, бросив её на другой конец комнаты. Спал на полу, используя её как матрас. В общем, как-то ютились. Не хочу всё внимание заострять на квартире. Куда важнее и интереснее в моём рассказе жизненные повороты судьбы.