Наследие Орихалка. Книга первая. Тайна сокровища Флинта
- -
- 100%
- +
Глава 1
ПРОЛОГ.
Карибское море, 1718 год.
Ветер здесь не просто дул – он рассказывал невероятные и загадочные истории. Он шептал о кораблях-призраках, скользящих по лунной дорожке, о кладах, зарытых с единственным свидетелем – заржавевшей саблей в сердце того, кто его прятал, и о пиратах, чьи имена стали страшнее самой смерти. Он приносил запахи далёких земель и солёные брызги с вершин волн, что были похожи на водяных драконов. И среди всех этих имён одно звучало особенно загадочно: капитан Флинт…
***
Но солёный ветер Карибов умел не только шептать. Иногда он выл, и тогда море сходило с ума, а небо чернело, как будто кто-то пролил на него целое море чернил. А иногда он затихал, и на воду опускался Туман. Не обычный, серый и влажный, а странный и зловещий. Он стелился по волнам густым, почти осязаемым молочным покровом, поглощая звуки и искажая пространство. В его гуще мерцали блёклые, словно призрачные, огоньки, и слышался далёкий, словно из-под воды, перезвон колоколов. В этом Тумане терялись не только корабли… В нём терялось время. Говорили, что тот, кто заплывёт слишком далеко, может вынырнуть из него в прошлом или в будущем, а может, и не вынырнуть вовсе. Старые моряки крестились, глядя на его белую пелену, и бормотали, что это – дыхание самого моря, его древняя, непостижимая душа. Говорили, что Туман стелется гуще именно в тех местах, где лежат обломки кораблей, погибших с нераскрытой тайной на борту, или где спрятаны артефакты такой мощи, что они искривляют ткань мира вокруг себя.
«Он видит сны, – говорили они, – и те, кто внутри, становятся частью его сна».
И что именно в этом Тумане скрываются величайшие тайны, оставленные исчезнувшими цивилизациями. Тайны, за которые стоит умирать…
***
Именно в этих водах, среди шёпота ветра и дыханья Тумана, и разворачивалась самая удивительная история. История, которая началась с легенды и закончилась… но нет, она не закончилась. Она ждала своего часа…
***
Его звали Элайджа Торнадо. Но мир узнал его как капитана Флинта. Он не был похож на других пиратов. Он не грабил мирные суда ради забавы и не резал глотки пленникам в пьяном угаре… С ним был свой, странный кодекс чести, понятный лишь ему да морскому ветру. Он поднимал на мачте не Весёлого Роджера, а чёрный флаг с серебряным компасом, стрелка которого указывала не на север, а всегда – в сторону неведомого. Была в этом знаке и ещё одна тайна: те, кто видел его вблизи, клялись, что вместо стрелки на полотне мерцало созвездие из пяти звёзд, выстроенных в форме крыла. Говорили, будто этот компас был выкован из бледного, мерцающего в темноте металла, и стрелка его тянулась не к магнитному полюсу, а к самой сильной магической аномалии в округе…
***
Капитан Флинт сражался не за сундуки с дублонами. Он сражался против самой идеи пиратства – против жестокости, алчности и рабства. Его корабль, «Морская Дева», был грозой для тех, кто сеял страх на морских путях. Он отбирал награбленное у самых свирепых корсаров и таинственным образом возвращал добро его владельцам или раздавал обездоленным в тихих портовых городках. И делал он это так, что никто не знал, откуда пришла помощь – на рассвете у дверей просто появлялся небольшой тюк с добром, а на подоконнике лежала ракушка невиданной формы.
О нём слагали баллады: будто он мог усмирить шторм одним взглядом, а его штурман читал карты, нарисованные на внутренней стороне его собственных век…
***
Говорили, что сила Флинта крылась не в пушках, а в знании. Он собирал не только карты, но и обрывки забытых языков, обломки артефактов и устные предания, которые были старше самых древних пиратских кодексов.
Он искал не сокровища, а Завет – наследие древней, исчезнувшей в пучине цивилизации, которая владела магией металла, меняющего реальность. Металла по имени орихалк. Металла, который, согласно легендам, мог оживлять механических стражей, управлять погодой и открывать двери между мирами…
***
И вот однажды капитан Флинт исчез. Исчез так же внезапно, как и появился. «Морская Дева» не вернулась из своего последнего плавания. Одни говорили, что его поглотил Туман. Другие – что он пал в бою с целой армадой королевского флота. Третьи шептались, что он нашёл то, что искал, и удалился на покой, закопав свои несметные богатства на необитаемом острове… И лишь самые доверенные из его команды, вроде старого штурмана Барнакла или одноглазого боцмана Джо, шёпотом передавали, что Флинт столкнулся с чем-то, что заставило его спрятать величайшую из найденных тайн, – и что однажды его наследник продолжит путь…
Но легенды не умирают. Они лишь засыпают, чтобы проснуться в сердце того, кто готов их услышать…
***
Прошли годы. Ветер всё так же продолжает шептать над Карибским морем свои невероятные истории, а Туман по-прежнему скрывает свои тайны. Пираты, как и прежде, продолжают бороздить волны, и самым грозным среди них на сегодняшний день был и остаётся капитан Чёрная Борода. Его чёрная, как смоль, борода выделялась заплетёнными в неё косичками, а в каждой косичке тлел фитиль, так что в бою он был похож на дьявола, явившегося из самого ада. Его корабль, «Месть Королевы», был обшит по бортам дубовыми досками с вмурованными в них черепами тех, кто осмелился перечить капитану, и от него несло серой и смертью.
Чёрная борода был полной противоположностью Флинту – жестокий, беспринципный, жаждущий власти и золота…
***
И он, как и многие другие, мечтал найти сокровище Флинта. Но Чёрную Бороду манило не одно только золото. Его манила сила. Он знал про орихалк. Он знал, что Флинт владел артефактами из этого металла, дающими власть над самой природой. И он готов был разорвать на части весь Карибский бассейн, чтобы завладеть ими. Он уже заполучил один артефакт из орихалка – коготь-протез, который не просто заменял руку, а мог разрывать корабельные канаты и ворочать каменные блоки, – и этот трофей лишь разжёг его жажду.
Он собрал под своим знаменем самых отпетых негодяев, пообещав им долю не в золоте, а в силе, что даст им власть над самим миром…
***
А в 1730 году, в тихом портовом городке, жил самый обыкновенный мальчик. Мальчик, который обожал слушать пиратские истории, рисовать корабли и мечтать о приключениях. Он и не подозревал, что ветер, который свистел за его окном, шептал историю, предназначенную именно ему. Ветер трепал страницы старого дневника на чердаке, страницы, испещренные знакомым почерком, и шелестел краями пожелтевшей карты, скрытой под половицей.
Он не знал, что легенда о капитане Флинте – это история о его собственном отце. И что скоро ему предстоит столкнуться с Туманом, унаследовать тайну орихалка и продолжить битву, которую начал его отец. Битву за справедливость. Битву, в которой ему предстояло собрать не только карту, но и свою команду: дочь штурмана с умом картографа, друга-механика с золотыми руками и говорящего попугая, чья память хранила обрывки великой тайны Совета Пяти Крыльев. Битву за наследие, которое изменит всё…
Но это – уже совсем другая история…
КОНЕЦ ПРОЛОГА.
Глава 2
Глава 1. Синий клюв и ржавый компас.
Это утро на острове Порт-Вайлд началось не с привычного хора надоедливых крикливых чаек и убаюкивающего шума прибоя, а с настоящего хаоса. Ветер, обычно послушный, как матрос, знающий своё дело, сегодня взбесился. Он носился по узким улочкам портового городка, как разъярённый бык на арене, срывая с петель ставни, опрокидывая телеги с товаром и швыряя в лицо солёные брызги с такой силой, что они хлестали по коже, словно тысячи крошечных хлыстов…
***
Двенадцатилетний Джек Торнадо (настоящее его имя было просто Джек, а «Торнадо» – это гордая приставка, которую он себе присвоил для храбрости, хотя его дядя однажды обмолвился, что это и есть настоящая, хоть и позабытая всеми фамилия Джека) из последних сил удерживал равновесие на скользких, раскачивающихся под ногами досках пирса.
– Капитан Клюв! – в отчаянии взмолился он, хватая попугая за хвостовые перья, чтобы не упасть. – Ну вот, опять ты наелся этих чёртовых чернильных орехов! Теперь ты стал похож на холст, по которому промахнулся сумасшедший художник!
Птица, вместо того чтобы выразить раскаяние, лишь гордо расправила переливающиеся синим крылья. Её клюв, обычно солнечно-жёлтый, теперь отливал всеми оттенками лазури – от нежно-небесного до густого, почти ночного индиго…
– Зато тепе-р-р-рь я – единственный попугай во всём Кар-р-рибском мо-р-ре с др-р-рагоценным сапфир-р-ром вместо клюва! – самодовольно прокаркал он, вращая умными, блестящими глазками-бусинками. – Меня будут похищать! За мной будут гоняться! Мне пот-р-ребуется личная ст-р-ража!
– Да заткнись ты, – прошипел Джек, и в его голосе прозвучала не просто досада, а внезапная, леденящая кровь тревога…
***
Его пальцы, сжимавшие пёстрые перья Капитана Клюва, непроизвольно сжались сильнее. Он резко обернулся, вглядываясь в пелену дождя и тумана. Ничего… Только воющие порывы ветра и хлёсткие капли. Но он… почувствовал. Кто-то наблюдал… Чужие глаза, прилипшие к его спине…
***
– Джек? – Капитан Клюв наклонил голову набок, его карканье неожиданно стихло, сменившись шёпотом. – Ты слышал?
– Что? – встрепенулся Джек в недоумении.
– Тише…
И в этот миг, едва различимый сквозь вой стихии, донёсся лёгкий, почти музыкальный свист верёвки, скользящей через блок.
Джек поднял голову.
С вершины старого, посеревшего от времени маяка, словно паук по своей невидимой паутине, стремительно спускалась Луиза. Его сводная сестра, на год его старше, была живым воплощением бури: её огненно-рыжие волосы, собранные в небрежный пучок, разметались по ветру, а на лбу красовался свежий синяк – почётный трофей очередного «научного эксперимента», закончившегося падением с чердака. Под мышкой она зажимала потрёпанную книгу в кожаном переплёте, а в зубах… сжимала…
– Дже-ек, лови! – крикнула она, с усилием выплюнув вниз небольшой блестящий предмет…
***
Джек, натренированный годами ловли летящих в него самых разных объектов, инстинктивно поймал его. В ладони лежал старинный компас. Треснувшее стекло, потускневшая от времени и солёного воздуха медная оправа, стрелка подрагивала, словно живая.
– Это не простая железка, – Луиза ловко спрыгнула с верёвки на доски пирса, приземлившись рядом с братом так же бесшумно, как спрыгнул бы котёнок. Её глаза, зелёные, как морская волна на мели, горели не просто возбуждением, а самым настоящим огнём открытия. – Смотри…
Она взяла компас из его руки, нашла на боковой грани почти невидимую глазу пластинку и нажала на неё ногтем. Раздался тихий, металлический щелчок. Стрелка дёрнулась, закружилась в бешеном вихре, как пьяная морячка в портовой таверне, и вдруг замерла, упрямо и недвусмысленно указывая не на север, а прямо в сторону зловещего Острова Черепа, о котором ходили лишь самые пугающие легенды…
***
– Компас капитана Флинта, – прошептала Луиза, и её шёпот был полон благоговейного ужаса. – Легенда правда. Он ведёт к его сокровищу.
– ПИАСТР-Р-РЫ! ПИАСТР-Р-РЫ! – завизжал Капитан Клюв, подпрыгивая на плече Джека от восторга. – Сокр-р-ровище! Богатыми станем! Будем завтр-ракать ананасами и носить шляпы с пер-р-рьями!
– Тише, дурак! – Джек снова зажал ему клюв ладонью, сердце его заколотилось где-то в горле. – Если кто-то услышит…
Но предостережение опоздало. Роковое слово «сокровище», выкрикнутое громким карканьем, повисло в воздухе и было подхвачено ветром…
***
Через секунды, где-то в самом сердце тумана, окутавшего дальний конец пирса, громко, с надрывом скрипнули доски.
Сначала это был просто звук, вплетённый в общую какофонию шторма. Но потом… Туман, клубясь, сгустился, стал плотнее и темнее.
Из этой внезапно возникшей стены молочной пелены выплыла высокая, широкая в плечах фигура… Длинный, промокший плащ, не скрывавший мощи его стана, и знаменитая борода, заплетённая в десятки мелких, отвратительных косичек. Вплетённые в них крошечные серебряные черепа поблёскивали тусклым, мертвенным светом в блеклом утреннем свете…
***
– Капитан Чёрная Борода, – прошептал Джек, и его пальцы, сжимавшие компас, вдруг стали ледяными.
Пират медленно ухмыльнулся, обнажив золотой зуб, который вспыхнул жёлтым огоньком в серости утра.
– Ну что, крысята, нашли себе блестящую игрушку? – его голос был похож на скрип несмазанных дверных петель старого склепа. – Отдавайте-ка её дяденьке. А то… – он сделал паузу, давая им прочувствовать всю тяжесть несказанной угрозы…
Он лениво щёлкнул пальцами в толстой перчатке.
Из тумана, словно призраки, материализовались двое его головорезов. Первый – громадный детина с багровым лицом, с саблей, зажатой в зубах, и руками, похожими на корни столетнего дуба. Второй – тощий, вертлявый, с лицом, изрытым оспинами, и маленькими, хищными глазками, которые смотрели на ребят с таким голодным интересом, словно те были уже пойманы и связаны…
***
– Бежим! – резко крикнула Луиза, и её голос, полный решимости, встряхнул Джека, как удар током.
Они рванули прочь, в спасительный лабиринт узких, извилистых улочек Порт-Вайлда. Позади тут же раздались тяжёлые, грузные шаги, перемежающиеся грубым, уверенным хохотом.
– Бегите, бегите, червяки! Всё равно поймаем! – проревел кто-то из пиратов, и его голос прокатился эхом между деревянными стенами домов.
Джек чувствовал, как медная оправа компаса почти жжёт ему ладонь. Он сжимал его так сильно, что кости пальцев побелели. Он не мог его потерять! Не теперь, когда они были так близки к настоящей тайне!
***
– Сюда! Быстрее!
Знакомый голос прозвучал как спасение. Из-за угла старой, пропахшей дымом и углём кузницы высунулась курчавая голова Бена, лучшего друга Джека. Его волосы были всклокочены ещё сильнее обычного, а в руках он сжимал какой-то странный, дымящийся предмет, отдалённо напоминавший факел, но явно им не являвшийся.
– Что это?! – выдохнул Джек, влетая вслед за Луизой в полуразрушенный сарай, притулившийся позади кузницы.
– Это, дружище, и есть план! – Бен широко ухмыльнулся, и в его глазах плясали озорные огоньки. – Просто доверься гению…
***
За неплотно прикрытой дверью сарая уже слышались тяжёлые, учащённые шаги и злобное бормотание.
– Ну, где эти проклятые червяки? Спрятались, да? – проревел пиратский бас.
Бен не растерялся. Он ловко вытащил из кармана тряпичный факел, который чадил едким дымом, и пустую, но пахнущую серой бочку из-под пороха.
– А сейчас, дамы и господа, – с комедийным пафосом провозгласил он, – будет маленькое шоу!
***
Он резко распахнул дверь. Бочка с грохотом покатилась по неровному полу прямо к ногам приближающихся пиратов.
– Эй, морские слизни! Уроды бородатые! – завопил Бен, размахивая дымящимся факелом так близко к бочке, что у Джека похолодела спина. – Ещё один шаг – и ваши внуки будут находить ваши сапоги на Луне!
Пираты замерли как вкопанные. Даже огромный детина побледнел под своим загаром и отступил на шаг назад…
Из тумана медленно выплыла фигура Чёрной Бороды. Он смерил детей долгим, тяжёлым взглядом, в котором читалась не просто злоба, а холодная, расчётливая уверенность.
– Ладно… – прошипел он, и его голос был тише ветра, но оттого вдесятеро страшнее. – Сегодня вам повезло, лягушата. Но запомните… этот компас всё равно будет мой. Рано или поздно…
Он развернулся, и его плащ взметнулся, словно крыло гигантской летучей мыши. Через мгновение он растворился в тумане, уводя за собой головорезов. В воздухе повис едкий шлейф, смесь дешёвого рома, пороха и чего-то ещё, тёмного и зловещего…
***
– Что это за символы? – Джек, всё ещё тяжело дыша, развернул пожелтевший лист пергамента, который Луиза извлекла из переплёта старой книги.
Странные, изогнутые знаки, напоминавшие то ли буквы неизвестного алфавита, то ли схематичные рисунки морских обитателей, покрывали края карты…
– Это шифр Флинта, – Луиза присела на корточки, проводя пальцем по шероховатой поверхности. – Я видела нечто подобное в дедушкиных записях. Смотри, здесь написано:
«Тот, кто найдёт первый ключ, должен встать на том месте, где свет встречает тьму, в час, когда день целует ночь на прощание…»
– Это же маяк! – воскликнул Бен, хлопнув себя по лбу. – На закате! …Его луч – это свет, а тень от него – тьма! …И она падает точно на ту самую скалу с резным знаком, помнишь, Джек?
– Тогда нам нужно туда сейчас же! – Джек уже сделал стремительный рывок к выходу, но Луиза схватила его за запястье с такой силой, что он остановился.
– Подожди. Разве ты не чувствуешь?
***
Он замер… И понял. Земля под ногами отдавала лёгкой, но отчётливой дрожью. Доски пирса тихо поскрипывали, вибрируя.
И тут, в двадцати шагах от них, из-под прогнивших досок пирса с оглушительным рёвом вырвался столб грязной воды и ржавых щепок – и из этой кутерьмы на них уставилась пара огромных, светящихся болезненно-жёлтым светом глаз.
– Это… морской змей? – прошептал Бен, отступая.
– Нет, это моя тё-ё-ёща! – завопил Капитан Клюв, пряча голову под крыло. – Бегите, глупцы! Она вас зацелует до смер-рти!
***
Существо вынырнуло полностью, с грохотом обрушивая на пирс часть деревянных конструкций. Это был змей, но не живой, а собранный из блестящей на влажном воздухе меди, натёртой латуни и ржавого железа… Его длинная, сегментированная шея извивалась с неестественной, механической плавностью, а из разинутой пасти, усеянной стальными зубами-шестернями, с шипением вырывались клубы горячего пара.
– Это ловушка! – крикнула Луиза, отскакивая назад. – Флинт защищал свой компас! Он оставил стражей!
Медный змей с оглушительным лязгом ринулся вперёд. Ребята бросились к основанию маяка, но чудовище, изгибаясь, молниеносно перегородило им путь, его жёлтые глаза бездушно сверлили их…
***
– В туннель! – отчаянно крикнул Джек, заметив узкий, тёмный проход под разрушенной частью пирса. – Туда он не пролезет!
Они, не раздумывая, нырнули в зияющую пасть темноты. Механический змей, не сумев затормозить, с оглушительным грохотом врезался в каменное основание маяка и… рассыпался на сотни шестерёнок, пружин и болтов, которые с дождливым звоном посыпались в воду.
– Уф… – Бен, тяжело дыша, обернулся на груду металлолома. – Думаю, мы его…
***
Но он так и не договорил… Его слова оборвались, потому что в тот же миг земля под их ногами бесшумно ушла вниз. Прогнивший люк, замаскированный под обычный пол, не выдержал. Короткий крик, и они, кувыркаясь, полетели вниз, в холодную, непроглядную темноту тайного хода, ведущего глубоко под остров…
КОНЕЦ ГЛАВЫ 1.
Глава 3
Глава 2. Чердак с призраками и первая загадка.
Жизнь в доме дядюшки Альберта напоминала Джеку плавание на корабле, запертом в бутылке. Снаружи бушевало бурное море, ветер гнал по небу облака, похожие на паруса, а он был заперт внутри – в мире, пахнущем воском для мебели, варёной капустой и смертной скукой. Дядюшка Альберт, судостроитель, чья карьера закончилась после травмы ноги, теперь вкладывал всю свою страсть к порядку в содержание дома и двух своих беспокойных племянников, потому что своих детей у дядюшки не было, как не было и жены. Каждый их день был расписан по минутам: подъём, уроки, работа по дому, сон. Мечты о пиратах дядюшка называл «глупостями, не стоящими и гроша»…
***
Единственным убежищем был чердак.
Он был похож на окаменевший шторм. Здесь, под низким потолком, затянутым паутиной, как дымкой Тумана, хранились обломки прошлой жизни… Ящики с потрёпанными книгами, сундук с одеждой покойной матери, странные механические детали от старых корабельных приборов, которые дядюшка когда-то приносил на починку. И главное – здесь витал дух отца. Не капитана Флинта, легендарного и недосягаемого, а просто папы – того, кто смеялся и качал Джека на плечах, кто играл с ним…
***
Именно здесь, в тот душный полдень, когда пыль в луче света танцевала, как морская пыльца, Джек наткнулся на неё.
Он отодвигал старый глобус с залитыми воском трещинами на месте Карибского моря, и его рука наткнулась на неровность в полу. Не половица, а небольшая, искусно вмонтированная панель. Сердце Джека заколотилось чаще. Он поддел её перочинным ножиком, и панель с тихим скрипом отъехала.
Внутри, в пыльном гнезде, лежали две вещи. Плотный свёрток из промасленной кожи и маленькая коробочка из тёмного, почти чёрного дерева.
Джек развязал завязки свёртка дрожащими пальцами. Это была карта… Но не та, что рисуют в книгах. Береговая линия была изображена с пугающей точностью, а вглубь суши уходили не условные значки, а сложные символы, похожие на звёзды, спирали и переплетающихся змей. В центре острова, который был помечен как «Остров Черепа», красовалась стилизованная черепная кость, но не простая – с трещиной на лбу, из которой словно вырастало дерево. Карта была испещрена мелкими пометками на незнакомом языке, а по краям шли созвездия…
***
Он открыл деревянную коробочку. Внутри, на бархатной подкладке, лежал компас. Но его стрелка, вместо того чтобы указывать строго на север, медленно вращалась, будто искала что-то. Корпус компаса был сделан из того же бледного, мерцающего металла, что, по легендам, украшал флаг его отца.
Джек не сомневался ни секунды. Это было послание. Послание ему…
***
– Ты сошёл с ума, – заявила Луиза, скрестив руки на груди.
Она стояла посреди своей идеально убранной комнаты, где каждая книга стояла на своём месте, а перья для письма были разложены по размеру. В свои тринадцать она была воплощением здравомыслия, и сейчас её лицо выражало скептицизм, граничащий с ужасом…
– Это не «сокровище», Джек, это головная боль! – продолжила она, понизив голос до шёпота, хотя они были одни в доме. – Найди старую карту? Сбежать из дома? Дядюшка Альберт с ума сойдёт! А если нас поймают настоящие пираты? Ты же слышал истории о Чёрной Бороде!
– Я слышал истории об отце! – горячо прошептал Джек, разложив карту на её столе, прижимая углы книгами по навигации. – Смотри! Это не просто карта. Это… это его почерк. Я уверен!
***
В этот момент в окно постучали… Бен, его лучший друг, висел на подоконнике, его лицо было красно от напряжения.
– Впустите быстрее! Я тут как муха на мухоловке!
Джек впустил друга в комнату. Бен, отряхиваясь, тут же уставился на карту.
– Вау! – это было всё, что он смог выжать из себя. Его глаза загорелись азартом геймера, увидевшего новый, сложный уровень.
– Вот видишь! – обратился Джек к сестре. – Бен понимает!
– Бен понимает, что это похоже на квест из «Острова Дракона», — парировала Луиза. – А в реальной жизни нет сохранений, Джек!
– А компас? – не сдавался Джек. – Смотри.
Он поднёс компас к карте. Стрелка, до этого беспокойно дёргавшаяся, вдруг замерла и уверенно указала на Остров Черепа…
– Этого не может быть, – прошептала Луиза, и в её глазах мелькнул интерес учёного, побеждая прагматизм. – Это… это противоречит всем законам навигации. Магнитное поле…
– Это магия! – с восторгом выдохнул Бен. – Или супер-технология. Луиза, это же круче, чем любые твои звёздные карты!
Луиза молча обвела пальцем странные символы вокруг черепа.
– Эти знаки… они не похожи ни на что, что я видела. Они напоминают… нет, не может быть. – Она резко подошла к книжной полке и сняла толстый том «Мифы и легенды доколумбовых цивилизаций». – Смотри, – она ткнула пальцем в изображение каменной стелы. – Вот этот символ – «защита». А этот – «обман». Это не карта сокровищ, Джек. Это карта-головоломка. Лабиринт…
***
Их взгляды встретились. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов и тяжёлым дыханием Бена. Даже Луиза не могла отрицать этого. Это было не детской игрой. Это было наследие. Вызов…
– Хорошо, – наконец сказала она, и в её голосе прозвучала сталь. – Допустим, мы это делаем. Но по-моему. Никаких спонтанных решений. Мы планируем всё. Каждый шаг…
***
Итак, три заговорщика склонились над картой. Началась подготовка к великому побегу.
Джек отвечал за снаряжение. Он похищал из кладовой сухари, вяленое мясо и воду, пряча их в старый морской мешок за чёрной лестницей. Он раздобыл старое одеяло и пропитал его смолой, украденной из сарая дядюшки Альберта, – на случай, если понадобится непромокаемый плащ.
Луиза, с её аналитическим умом, изучала карту. Она копировала символы в свою тетрадь, пытаясь найти закономерности. Она же продумывала маршрут до бухты, где стояла старая, полуразвалившаяся лодка «Морская Стрела», которую дядюшка Альберт давно списал со счетов. Она рассчитывала время по звёздам и приливу.