Капустин Яр: село, город, полигон

ПРЕДИСЛОВИЕ

Первое издание предлагаемой вашему вниманию книги было осуществлено в Волгограде в 2006 году. В 2009 году в Ленинске Волгоградской области был издан сокращённый вариант этой книги. В 2013 году книга в полном виде снова была издана в Волгограде, при этом практически все главы были существенно переработаны и дополнены. С тех пор работа над книгой продолжается ежегодно, вносятся небольшие дополнения и уточнения.

Широко использованы документы, воспоминания, рассказы ветеранов полигона и города, свидетельства очевидцев, отрывки из их книг. Первая глава очерков во многом опирается на исторические изыскания старожилов села Капустин Яр:

– Михаила Алексеевича Попова, крестьянина, как он о себе пишет, 1887 года рождения, члена КПСС с 1920 года, в 1928-1930 и в 1942-1944 годах бывшего председателем сельсовета;

–Николая Андреевича Ивашиненко, председателя исполкома (1987-1992г.г.), главы администрации посёлка (1992 – 1996г.г.), ветерана труда.

Выражаю сердечную признательность и благодарность всем, кто помогал в подготовке этой книги к изданию, кто делился своими воспоминаниями и материалами, чьи заметки, статьи, доклады, сценарии, зарисовки, репортажи, творческие работы, фотографии и рассказы использованы при написании и оформлении этих очерков.

Особые слова благодарности:

– редакции газеты «Орбита», Н. В. Иконникову, А. Г. Гриню, Ю. П. Толкачёву, В. Н. Васильеву, М.Л. Бородулину, И.В. Яшкичеву, Н. А. Бородовицыной, И. И. Зинову, В.Н. Маслову, В. Г. Смирнову, О. А Молдавец, Т.В. Леухиной.

На этих страницах вы не найдёте полного и всеобъемлющего рассказа обо всём и обо всех. Такую цель я перед собой и не ставил. О ком-то сказано более подробно, о ком-то лишь упомянуто, а кого-то нет вообще. И не потому, что автор предвзято ко вторым и третьим относится. Пусть о тех, кого обошёл вниманием, напишет, может быть, кто-то другой, лучше и полнее знающий предмет разговора.

Историческая память – это основа национального самосознания, патриотического и гражданского мировоззрения. Как нет дерева без корней, так нет человека без прошлого. Не хранящие память о прошлом не могут быть уверены в дне будущем.

Чтобы не прерывалась нить, связывающая поколения, чтобы наши подрастающие дети и внуки помнили и знали славное прошлое и имели представление о дне настоящем своей «малой родины», чтобы они не росли «Иванами, не помнящими родства», автор взялся за этот труд, который выносит на суд читателя.

ПЕРВАЯ ГЛАВА

ИСТОРИЯ СЕЛА КАПУСТИН ЯР

Краткие сведения о Капустином Яре можно встретить в книге выпуска 1861 года «Списки населённых мест Российской губернии».

В ней сказано, что «Капустин Яр Астраханской губернии Царёвского уезда или Капустинка расположен при реке Подстёпка в 27 верстах от уездного города. Число жителей женского пола насчитывает 3624, мужского – 3704 чел».

В Капустином Яре образца 1861 года было 1003 двора, две приходские школы, сельхозучилище, три ярмарки, по воскресеньям – базары.

Если сравнить эти данные со словарём Брокгауза и Ефрона 1895 года, то увидим, что за 34 года село изменилось. Здесь уже 1834 двора, жителей – 13311 человек. За это время построили ещё одну церковь. Наверняка речь идёт о Никольском храме, годом основания которого считается 1895-ый.

К концу 19 века в слободе Капустин Яр действуют 4 училища на 197 учащихся, 20 лавок, 121 ветряная мельница, 5 кузниц, 5 питейных заведений, одна аптека, две рыбные ватаги, один паровой маслобойный завод и три ярмарки.

В словаре сообщается, что село основано в 1805 году и населено преимущественно малороссами – так завершает историческую справку словарь.

Эти же цифры в основном подтверждены и Большой Советской Энциклопедией (первое издание; по-видимому, авторы заглядывали в словарь Брокгауза и Ефрона).

Есть ещё один официальный источник, который называется так: «Россия. Полное географическое описание нашего Отечества. Настольная и дорожная книжка для русских людей. 1901 год».

В ней говорится: «Русское поселение на развалинах Сарая возникло уже в начале 19 века, в 1805 году. А именно когда выходцы из Павловского уезда Воронежской губернии, поселённые сначала в Вольском уезде Саратовской области, перешли на Ахтубу и, зачисленные в возницы эльтонской соли, водворились на этом месте».

Ко всему перечисленному выше эта книга прибавляет сельскую лечебницу на 10 коек, почтово-телеграфное отделение.

А теперь обратимся к тем, не таким уж многочисленным, как хотелось бы, материалам об истории села, которыми мы располагаем. Эти сведения довольно отрывочны, бессистемны, взяты из устных и письменных источников. Тем не менее, живое воображение читателя позволит, надеюсь, восполнить то, что не сохранила людская память.

На развалинах Золотой орды возникло Астраханское ханство, уже в первой половине XVI века ставшее «яблоком раздора» между Турцией, Крымом и Ногайской Ордой, пытавшимися утвердиться в низовьях Волги, исходя из своих военно-стратегических и торговых целей.

В середине XVI столетия России, боровшейся против экспансии султанской Турции, предстояло обезопасить свои юго-восточные границы от сателлитов Турции – Казанского и Астраханского ханств.

В 1552 году была завоёвана Казань. В июле 1554 года направившаяся из Казани вниз по Волге тридцатитысячная армия под предводительством А. Вяземского и М. Головина подошла к Астрахани и, не встретив сопротивления, заняла город. Царским наместником был поставлен хан Дербыш-Али. Однако вскоре он сблизился с крымчанами в Астрахани, потерял доверие Москвы и предпринял попытку освободиться от подчинения русскому царю.

В августе 1556 года отряды стрельцов и казаков во главе с воеводой И.С. Черемисиновым, посланные Иваном IV, подошли к Астрахани. Хан Дербыш-Али с группой приближённых бежал. Стрельцы и казаки без боя вступили в город.

С присоединением Астрахани Россия получила выход к Хвалынскому морю, а сам город отныне превращался в важнейший форпост на юго-востоке страны.

Однако и после состоявшегося присоединения в наших краях было малолюдно, поселения встречались крайне редко. Тем не менее, они были. И некоторые из них имеют весьма древнюю историю. Так например, поселение Солодовка нынешней Волгоградской области Ленинского района существовало уже к 1290 году (Б. Дедюхин, «Чур меня», г. Саратов, Приволжское издательство, 1982г.).

Периодически приходили и уходили кочевники – киргизы, казахи, калмыки.

С присоединением Нижнего Поволжья к Московскому государству стала увеличиваться добыча соли. К концу 17 века она велась на 14 озёрах, больше всего её вывозилось из Эльтонского, Баскунчакского, Чапчачинского месторождений.

С начала XVIII века началась колонизация Заволжья, связанная прежде всего с возрастающим значением добычи соли на озере Эльтон.

В 2000 году издательство Астраханского государственного педагогического университета осуществило выпуск весьма объёмного, в 1120 страниц, научного издания «История Астраханского края» – от первобытнообщинного строя до наших дней. Но напрасно внимательно листал я 8-ую и 9-ую главы: «Астраханский край в первой половине XIX века», «Астраханский край во второй половине XIX века». О Капустине Яре не нашёл там ни строчки.

Впрочем, со страницы 345 повествуется о начале добычи соли на озере Эльтон. И, конечно, это имеет отношение к теме нашего повествования. О чём же говорится в этом труде? Цитирую:

«Для удешевления соляной операции и ликвидации дефицита соли российское правительство предприняло попытку по разработке озёрных солей. Первоначальное значение при этом придавалось соли озера Эльтон. Оно находилось недалеко от Волги, что позволяло доставлять соль водою во многие губернии центральной России.

Перевозка водой обходилась в 19 раз дешевле доставки гужевым транспортом. Но для увеличения вывоза следовало решить прежде всего вопрос о рабочей силе. Решение вопроса о наёмной рабочей силе, предпринимаемое неоднократно во второй половине 18 века, успеха не имело. И казна, действуя в духе времени, обратилась к принудительному труду как к надёжной испытанной мере.

Украинским переселенцам, казённым крестьянам в качестве повинности вменили в обязанность возить соль от озера к Волге. Число их постепенно увеличивалось. После крестьянской войны 1773-1775г.г. за Волгу с Украины хлынули тысячи переселенцев, все они приписывались к промыслам.

К 1810 году насчитывалось уже 15 казённых слобод, в которых числилось свыше 23 тысяч ревизских душ, из них «действительных работников» – около 12 тысяч. Выломка соли в озере, доставка её в волжские запасные магазины стала производиться исключительно трудом казённых солевозцев, которым даны были большие привилегии»…

Для возки соли были присланы возчики – украинцы (их в то время называли чумаками). Под охрану казаков было выслано около 100 семей на вечное поселение.

Казаки назначили одного из ссыльных, по фамилии Капустин, старшим. Ссыльным было приказано селиться около казаков на крутом яру Ахтубы (сравнительно недалеко от нынешней Колобовки, выше Стасова хутора километров на 13). Поселение получило название Капустин Яр.

Бытует мнение, что Капустин, старший из ссыльных, был атаманом у разбойников, но точных данных об этом нет. В те времена бандитизм, как говорится, имел место, особенно в районе ерика Куркин, где росли непроходимые леса. Там скиталось множество крепостных, бежавших от помещиков.

За Стасовым хутором предки нынешних капустиноярцев прожили, по утверждению М.А. Попова, 87 лет (1718 – 1805 г.г.). Место это в настоящее время находится в Ленинском районе Волгоградской области, однако селения там сейчас нет.

Но, как представляется, вопрос о времени образования первого поселения пока остается открытым. Соответствующих документов на этот счёт в архивах ещё не обнаружено. В ревизских сказках (списках ревизских душ по населенным пунктам) Царицынского уезда за 1782 год поселение Капустин Яр или Высокий Яр, или Яр не значится (данные Р. И. Цапковой, работавшей в архивах Волгоградской и Саратовской области). В беседах со мною несколько ветеранов села называли цифры в 300 и более лет, прошедших со времени образования первого поселения. При этом некоторые ссылались на сведения, почерпнутые из ряда неофициальных источников, а некоторые обосновывали свои утверждения тем, что в их семьях 6-8 поколений предков жили именно в селении Капустин Яр.

Основными занятиями поселения были: возка соли в Дмитриевский, в просторечии Дмитриевка (так назывался до 1780 года нынешний г. Камышин), и сельское хозяйство.

Земля по причине примитивных орудий труда использовалась плохо. Природная соль Эльтона лежала под землёй, добыча её была очень тяжела. Тяжело было носить воду в гору, гонять скот на водопой.

Позже жители Капустина Яра стали искать себе лучшее место для поселения. Было выбрано место существующего сейчас села у реки Подстёпка недалеко от Ахтубы (первоначально река называлась Подстепной).

Один из ветеранов ракетного полигона, участник Великой Отечественной Войны, полковник в отставке, доктор технических наук, профессор, заслуженный изобретатель Латвийской ССР Яков Гельфандбейн в интервью говорил журналисту:

«Местные жители мне рассказывали, что Капустин Яр получил свое название, как село, где жили семьи разбойничавших на Волге “ватаг”, по имени их атамана Капустина. А вот слово “Яр” отражало то место, где эти ватаги прятались, делили и прятали добычу, и было это место тем, которое стало балкой Смыслина, названной по имени главаря одной из таких ватаг, где в кустах терновника вытекает подземный ручеек с пресной и очень вкусной водой. А конкретно это место, где был сооружён стенд для огневых испытаний ракетных двигателей».

Переселение крестьян на новое место шло постепенно, окончательно оно завершилось в 1805 году.

Первые поселения образовали переселенцы из Воронежской губернии, Богучаровского уездов, городов Хохол и Богучар. Они заняли земли над крутым яром (район, где ныне находится фильтровальная станция Знаменска). А также пологий спуск Камышовой (Камышиной, как пишет М.А. Попов) горы по течению Подстёпки (район территории нынешнего сельского рынка, до Советского КПП). Построили деревянную церковь в честь «Святой Троицы» и школу. Эта окраина называлась Богучаровка (Хуторец). Жителей звали богучарами (бучарами) или хохлами, а по их украинскому говору – малороссами. К родителям обращались: мамка, тятько – и только на «Вы».

Переселенцы, беглые и вольные крестьяне Курской губернии Корочанского уезда, а также Московской губернии селились на восточной стороне поселения, образовав свою общину. Их окраина называлась Московщиной, а жителей звали москалями.

Их разговорный язык имел свои характерные особенности: например, произносили в конце слов словосочетание "кя" – "Ванькя", «Мотькя».

Общины не смешивались, не практиковалось вступление в брак с людьми не своей общины. Только к началу 20 века население постепенно объединилось в одно целое.

С развитием между богучарами и москалями ремёсел и торговли стала заселяться свободная от застройки болотистая центральная территория, подтапливаемая в половодье. Большинство переселенцев этой части села было из Рязанской губернии, городов Шацк и Болцаны, поэтому их землячество стали называть Шатчиной или Болцановкой. Здесь же селились переселенцы – воронежцы, тамбовцы, нижегородцы, немало было казахов и татар.

Особенно интенсивно застройка центральной части села шла в предпоследнее столетие. Но об этом расскажем попозже.

За Подстёпкой росли девственные леса, водилось немало зверей (волки, шакалы, кабаны). Немало было и любителей охоты. Между прочим, в упоминавшейся уже книге «Чур меня» Б. Дедюхин пишет о том, что в устье реки Подстепной любили в своё время охотиться золотоордынские ханы. Сын Дмитрия Донского Василий, будучи заложником в Орде, тоже ловил здесь охотничью удачу вместе со своим знаменитым наставником, участником Куликовской сечи Боброком Волынским, который нашёл тут же свою смерть при побеге княжича из Орды.

Постепенно лес хищнически вырубался на постройки и топливо.

Земли вокруг было много, но она требовала и значительных усилий для обработки. Примитивной деревянной техникой хорошо обрабатывать её было невозможно, поэтому сорняки часто забивали посевы, они гибли и от недостатка влаги, и от суховеев. Однако в хорошие по климатическим условиям годы земля давала богатые урожаи. Сеяли же в основном пшеницу, ячмень, просо, коноплю.

(Здесь речь идёт о землях, расположенных в непосредственной близости от воды. А в следующей главе часто будет упоминаться иссушенная, полубезжизненная степь, полупустыня, встретившая первостроителей полигона. Конечно, контраст разительный, даже и в наши времена: между Волго-Ахтубинской поймой и той землёй, которую заняли военные полигоны).

Жили тогда по-чёрному в больших деревянных избах, крытых соломой, без окон, дым выходил в дверь. В избах делали большие печи из саманного кирпича с лежанками по бокам. Мылись в печах, так как бань не было. Светили лучинами, а затем стали светить каганцом, какой-нибудь черепушкой: делали фитилёк и наполняли каганец жиром, вставляли фитилёк в дырочку, зажигали его, он плавал поверх сала и освещал помещение.

Одевались в самотканую верхнюю и нижнюю одежду изо льна, конопли и шерсти, почти в каждом доме был ткацкий станок. Верхняя зимняя одежда в основном была кожаной, из овчин: шубы, полушубки, тулупы (кожухи), душегрейки. Мастеров по выделке кож называли сыромятниками. Кожи крупного рогатого скота шли на лошадиные сбруи, ремни и обувь.

Жители ходили летом в основном в так называемых «поршнях» из сыромятины, черевиках (чувяках), а зимой – в валяной обуви.

Женщины и в давние времена и позже занимались вязанием на спицах и крючках. Из шерсти и козьего пуха спицами вязали варежки, шарфы, мужские кушаки, чулки, носки, крючками – скатерти, подзоры, кружева и прочие необходимые вещи.

Больниц и врачей не было. Лечили знахари, которые заговаривали воду, прикладывали мёд и т.д. Воспитание шло через семью и церковь.

К началу XIX века в Капустином Яре было три церкви:

–церковь Святителя Николая Чудотворца (Свято-Никольский храм);

–церковь Святой Троицы (1853-1937);

–церковь Покрова Святой Богородицы (1861-1942). Об этом сообщается в «Очерках истории Астраханской Епархии за 400 лет её существования», 2002г.

На фото: здание храма Покрова Святой Богородицы. Начало XX века. В 1942 году храм был разобран на кирпичи, из которых в степи построили дорогу к аэродрому, подъездные пути и переправы, а после войны из оставшегося кирпича был построен универмаг в центре села.

Церковь Святой Троицы находилась на территории сельского рынка. Никольский храм был закрыт в 1929 году, на следующий год его переоборудовали под клуб, а позже – в Дом культуры. В 1992г. храм был передан Астраханской епархии и вновь возрождён.

В те времена возле церквей обязательно строились и церковно-приходские школы. Так было и в селе. Сначала в ней учились мальчики, а спустя несколько десятилетий стали обучаться и девочки. Учителями были священнослужители.

На фотографии 1904 года – урок Закона Божьего в училище-гимназии для мальчиков.

Часто среди крестьян вспыхивали эпидемии инфекционных болезней: чума, холера, скарлатина, оспа и т.д.

Заболевших родственников зачастую бросали на произвол судьбы – чтобы сохранить жизнь остальным. На местном кладбище по приказу властей была вырыта большая яма, куда возили и сваливали трупы.

Крестьяне страдали не только от болезней, но и от волков, которые водились в округе и быстро плодились. Они уничтожали домашний скот, в пургу нападали и на людей.

Капустин Яр расположился в удобном месте для торговли. Особенно бойко она проходила на ярмарках во время разлива Волги, в половодье, когда к пристаням подходили большие пароходы, а также в плотах приходил круглый лес, который на местных лесопилках распускали в доски и брус.

Много товаров привозили с востока. Благодаря этому к 1875 году из крестьян быстро выделились купцы, которые стали богатеть из года в год. Они строили себе двухэтажные дома с магазинами внизу, каменными складами, приобретали выездных лошадей, обзаводились большим количеством наёмных работников – конюхов, дворников, приказчиков, кухарок, горничных и т.п.

Мы уже упоминали в начале главы, что особенно интенсивно застройка центральной части села шла в предпоследнее столетие. От главной пристани (улица Пристанская) торговые люди стали строить торговые дома с деревянными крышами, торговые лавки, рыбозавод, паровую мельницу, маслобойки. Здесь же строились каменные здания земской управы (ныне дом детского творчества), купеческие дома. На верхней террасе села, как грибы после дождя, росли ветряные мельницы и амбары для зерна.

Купцы не только торговали, но и имели в степи за 60-70 вёрст от села земли с хорошими кормовыми угодьями. Покупали у крестьян за бесценок земельные паи сенокосов и пашни, молодняк и слабый скот, откармливали их на пастбищах земства и табунами перегоняли в близлежащие города для продажи, получая большие барыши.

На пахотных землях, используя труд бедняков, выращивали урожаи ржи, проса, пшеницы, вывозили зерно, муку в Царицын и Саратов обозами или баржами по Волге. Возвращались обратно с разнообразными товарами: от дёгтя и иголок до шёлка и духов.

Зажиточные мужики, из тех, кого впоследствии стали называть «кулаками», строили себе ветряные мельницы «аглицкого» типа с двумя и тремя поставами и большими крыльями. Таких мельниц насчитывалось около сорока. Занимались они и животноводством: разводили крупный рогатый скот, овец, свиней.

Крестьяне-середняки строили себе ветряки-крупорушки, подешевле и пониже. Они драли просо на пшено.

Беднота работала у кулаков за небольшие деньги (3-5 копеек в день) или за харчи. Многие уходили в отходничество, на рыбные промыслы.

Для сравнения: корова стоила 25 рублей, красную рыбу (осетра, белугу, севрюгу) купцы принимали по 15-20 копеек за пуд, а продавали в городах по 3 рубля и дороже. Строительство небольшого дома обходилось в 250-300 рублей.

Бедняки и батраки жили плохо, едва сводили концы с концами. Их дети бегали разутыми и раздетыми, вечно голодными. В школу не ходили, пасли скот или батрачили у богатых, мыли полы, носили воду, нянчили детей, одним словом, сами зарабатывали себе на кусок хлеба.

Некоторые бедняки относились к родившимся детям как к обузе, которую надо было кормить, обувать, одевать. Были недовольны появлением девочек, так как на них правительство пай земли не выделяло. Дети часто болели, и около половины из них умирало, не достигнув совершеннолетия.

Бедняцкие семьи заедал налог, «подушная подать». Налог брали с души, которая существует и дышит воздухом, по 7 рублей 50 копеек. Например, если семья состоит из 7 человек, надо было заплатить 52 рубля 50 копеек. А за эти деньги можно было бы купить две хорошие коровы. У большинства же бедняков ни одной коровы не было, продавать было нечего. Кроме «подушной подати» были и другие налоги, например, мирские сборы на местные нужды села (мосты и др.). Поэтому бедняку и батраку приходилось работать день и ночь, заработать у кулаков за год можно было не больше 50 рублей.

Большая часть бедняков уходила на сезонную работу к рыбопромышленникам Астрахани и Азербайджана. Мужчины – на ловлю частика и сельди, а женщины – на её уборку в тару, бочонки, солку, резку и сушку. Ежегодно на эти работы уходило не меньше 5 тысяч человек. Туда и обратно ездили за счёт рыбопромышленников. Зарабатывали за сезон (за три месяца) 30-50 рублей. Кроме того, хозяева промыслов неплохо кормили рабочих по договору: рыбой, щами, кашей с салом и мясом. Рабочие предпочитали пойти на промыслы, чем наниматься к кулаку.

К середине XIX века в центре села возникли купеческие кирпичные и деревянные дома, двухэтажные и одноэтажные, с лавками и подвальными помещениями для товаров.

Для Сельхозбанка был ранее, в начале века, построен высокий кирпичный дом, на железной крыше которого по углам были установлены высокие флюгеры (об этом здании мы ещё немного поговорим ближе к концу главы).

Со временем преподавание грамоты в церковно-приходских школах было передано народным учителям, церковнослужителям был оставлен только Закон божий. Учителями в начальную школу были присланы окончившие гимназию в уездном Царёве, что находится на месте бывшей столицы Золотой Орды.

Слева: свидетельство об окончании Николаевской одноклассной церковно-приходской школы грамоты слободы Капустин Яр Царёвского уезда Астраханской епархии.

В XIX веке начали развиваться ремёсла. Появились плотники, печники, кузнецы, сапожники, портные, столяры, кровельщики. Из плотников славились Пшеничные, из печников – Яковенко, из кузнецов – Войновы, из сапожников – Валовиковы, портные – Хлыновы, Поповы, кровельщики – Тереховы, столяры – Кошеины. Лучшие мастера-ремесленники обучали молодёжь своему искусству; обучение было платным.

Село больше было похоже на слободу, то есть большое село с не крепостным населением.

Читатель может спросить: а где же крепостные? Во всей Астраханской губернии того времени (а она была не в пример нынешней весьма обширна, включая в себя Самару, Сызрань, Саратов, Царицын и пр.) насчитывалось 6 тысяч крепостных, что составляло чуть больше 2 процентов населения (см. вышеупомянутую «Историю Астраханского края»).

К концу XIX века население увеличилось до 22 тысяч, слобода стала больше походить на провинциальный городок.

Построенный в 1895 году Свято-Никольский храм был рассчитан на две тысячи человек, и всё равно верующих всегда было более чем достаточно.

В храме имелся богатый иконостас из кипарисового дерева, пол из цветной бельгийской плитки, которая не утратила своей красоты и прочности до наших дней, все иконы, паникадила и подсвечники отделали