Как звери и птицы детей спасали

1. Патик-Эмпатик

Как-то раз Пáтик-Эмпáтик почувствовал, что ну очень соскучился по своим друзьям дельфинам, и отправился к ним в гости. Путь был неблизким и полным опасностей, но Патик отважно плыл вперёд на плоту, который построил сам.

Он грёб, отдыхал, любовался водной гладью и облаками, снова грёб и снова отдыхал, отдыхал и грёб, пока усталость от долгой дороги не взяла своё. И вот, Патик-Эмпатик заснул на своём маленьком плотике, и пока спал, морские течения занесли его неведомо куда.

Проснувшись, он был неприятно удивлён, так как вокруг него было уже не сверкающее синее море, а какой-то мрачный серовато-белый суп, по которому невозможно ни ходить, ни плыть.

– Странно, я так люблю море, а это место вызывает у меня отвращение, – подумал Патик-Эмпатик и взялся за весло, чтобы поскорее уплыть, но не тут-то было, плот застрял… Патик очень испугался: по телу его побежали мурашки, а сердце заколотилось с невероятной скоростью.

– Без паники, – пытался успокоить он себя. – Не зря же я изучал секретный свист дельфинов. Он ультразвуковой, и друзья услышат его на любом расстоянии.

Однако тело его дрожало, зубы стучали, а горло не могло выдавить ни звука, не то, что сложный свист. К счастью, Патик вспомнил, что во время стресса нужно сосредотачиваться на дыхании и замедлять его. Это помогло: он успокоился, тело его расслабилось, а затем само выдало умопомрачительный свист.

2. Дельфины

– Патик, привет! Что ты делаешь в мусорном острове? – изумились прибывшие на зов дельфины. – Зачем ты вообще к нему приблизился?

– Здравствуйте, дорогие друзья, я так рад вас видеть!

– Мы тоже рады тебя видеть, но совсем не рады видеть этот мусорный остров.

– Так вот что это такое! А как он здесь появился?

– Это наследие ещё со времён пиявищ, что царили на Земле в прошлом, и чуть было не погубили её.

– А из чего он сделан?

– Из пластика, отвратительного материала, который не разлагается ни бактериями, ни грибками.

– Да, я слышал, что в прошлом и море, и суша были полностью им замусорены, но ведь потом эмпатики очистили Землю!

– Это верно, но до некоторых уголков они, к сожалению, не добрались…

Патик-Эмпатик стал внимательно разглядывать мусорный остров и планировать, как бы поскорей очистить от него море:

– Пластик – это вот эти большие куски? – уточнил он.

– Да, но кроме них здесь всё заполнено и малюсенькими частицами, видишь? – показали дельфины. – Это тоже кусочки пластика.

– Правда? Они так похожи на морской планктон!

– Вот именно, перепутать немудрено, а ведь тот, кто по ошибке пообедает таким супом, навсегда забьёт им свой желудок и медленно погибнет от голода. А сколько морских обитателей запуталось в остатках пластиковых пакетов и сетей и задохнулось!

Патик очень расстроился:

– Зачем же пиявища выбрасывали всё это в море?

– Это не так просто объяснить, ведь их психология в корне отличалась от нашей.

– Чем?

– Была среди них особая предприимчивая порода, что обожала производить всякие бесполезные вещи и убеждать остальных в острой необходимости этих товаров. Простодушное большинство им верило и воодушевлённо бежало покупать то, что им навязали. Спустя какое-то время хитрецы придумывали другое барахло и убеждали доверчивых покупателей, что тот хлам, который они купили до этого – уже устарел и вместо него нужно купить другой, такой же ненужный, но новейший.

– А что же они делали с предыдущими покупками?

– Выбрасывали. А так как большинство их изобретений было сделано из вредных для природы материалов, как этот пластик, например, то и немудрено, что в их времена Земля превратилась в огромную свалку.

– Даже не верится.

– Да, деятельность пиявищ отравляла и живую, и неживую природу, но самое невероятное, что она вредила и их собственным детёнышам.

– Как?

– Чтобы купить всё больше и больше ненужного барахла, пиявищам нужно было всё больше и больше денег, поэтому им приходилось всё больше и больше работать. В итоге у них совсем не оставалось ни времени, ни сил, чтобы побыть со своими пиявищатами.

– Совсем?

– Абсолютно.

– Кто же помогал их детям познавать мир?

– Никто, более того, чтобы детёныши их не отвлекали, пиявища подсадили их на деградосочки.

– Что ещё за деградосочки?

– Светящиеся дощечки, с которыми можно играть.

– А что в них плохого?

– Ничего, и поначалу деградосочки просто развлекали пиявищат, когда им было грустно и одиноко от того, что родителям не до них. Но беда в том, что со временем детёныши так к ним пристрастились, что уже не интересовались ничем другим. Они не разговаривали и не играли друг с другом, перестали выходить из дому и целый день лишь тыкались в эти дощечки.

– Целый день? Не может быть!

– К сожалению, такое однообразное времяпровождение причиняло большой вред их нервной системе. Она совсем не развивалась и её клетки-нейроны, перестали отращивать новые отростки.

– Но ведь это тормозит развитие, – испугался Патик.

– Ещё как! Нейроны ребёнка обязаны устанавливать в мозгу многочисленные и разнообразные связи-синапсы, ведь без них тот не сможет ни фантазировать, ни творить, ни изобретать. Детям с небольшим количеством синапсов в мозгу всё время скучно, и они не хотят заниматься ни наукой, ни спортом, ни музыкой, да ничем!

– Неужели их родители не остановили это?

– Не поверишь, но только звери и птицы заметили, что пиявищата вместо того, чтобы развиваться – деградируют. Тогда-то они и прозвали те светящиеся дощечки деградосочками.

– А разве ребята не почувствовали сами, как тормозят их мозг деградосочки? Неужели не убрали их куда подальше?

– Наоборот, пиявищата ни на миг не выпускали их из рук и из-за этого разучились общаться со сверстниками, а к родителям обращались, лишь тогда, когда хотели попросить себе новую модель.

– Как грустно, но что же было дальше? Я уверен, что такие разумные существа, как вы что-нибудь да придумали.

– Придумали, но не мы.

– А кто?

– Это очень длинная история.

– Расскажете?

– Сначала нам нужно вытащить тебя из этого омерзительного мусорного острова. К сожалению, застрявший плот нам не освободить, но ты ныряй и плыви под водой. Как только мусор закончится – мы тебе свистнем, тогда выныривай и садись на нас, а уж мы домчим тебя до берега.

– А по пути расскажете, как спасли пиявищат?

– Расскажем-расскажем, – улыбнулись дельфины, и Патик нырнул под мусорный остров.

3. Вороны

– Первыми перешли к действиям вороны. На одном из своих сборищ они прокаркали: "Нет деградосочек, нет проблем!" и договорились, что ранним утром, когда все ещё спят, залетят в пиявищные дома, похитят все деградосочки и хорошенько спрячут их в лесу. Вороны очень умны, и блестяще выполнили эту часть плана.

– И всё? Неужели это было так просто? – изумился Патик-Эмпатик.

– Похитить дощечки было действительно просто, а вот отучить от них детей – отнюдь нет.

– Что же было дальше?

– Когда детёныши проснулись, они, как обычно, сразу же потянулись к своим деградосочкам. Но увидев, что тех нет на месте, стали вопить, как сумасшедшие, и очень напугали своих родителей, которые привыкли, что их чад не слышно и не видно. В те времена большинство родителей умело только работать и покупать и совсем не знало как разговаривать с детьми и как их успокаивать. Поэтому они не придумали ничего лучше, чем побежать в магазин и накупить в три раза больше деградосочек, которые в три раза сильнее тормозят мозг. Вороны завозмущались и закаркали, но родители не обратили на них никакого внимания, ведь главное, что детёныши замолчали.

4. Гиены

– Услышав о неудачной попытке ворон, устроили своё собрание гиены. Они считали, что нужно похитить и унести в лес пиявищат, а не деградосочки. "По дороге детёныши непременно начнут смотреть по сторонам, – казалось им, – а увидев, как прекрасна природа, сразу же забудут о светящихся дощечках".

– Неужели не залюбовались? – предположил Патик.

– Даже не взглянули. Пиявищата беспрерывно орали и требовали свои деградосочки назад и даже не заметили, что они в лесу, а не у себя дома, как не заметили, что рядом – гиены, а не их родители.

В те времена леса были очень малы, потому что их постоянно вырубали, и пиявища без труда услышали вопли детёнышей. Они прибежали, чтобы их забрать, а по пути постреляли и потравили бедных зверей, чтобы тем было неповадно красть детей. Дома же, чтобы утешить своих чад, они купили им по новым деградосочкам.

5. Остров в океане

Тогда звери и птицы собрались вместе, чтобы обсудить, как помочь деградирующим пиявищатам.

– Может спрячем их на необитаемом острове, а то наши леса что-то уж слишком редки и проходимы в последнее время? – предложили птицы. – А на острове родители не скоро их найдут, и у детёнышей будет достаточно времени, чтобы научиться видеть красоту природы.

– Точно, давайте попросим дельфинов и китов отвезти пиявищат на какой-нибудь далёкий островок и приглядывать там за ними, – согласились лесные звери и отправили посланником буревестника, который и передал нам всё это.

– Неужели вы похитили детей? – не поверил Патик.

– Конечно же, нет. Мы объяснили нашим сухопутным собратьям, что изменить можно лишь того, кто хочет измениться, а помочь – лишь тому, кто хочет, чтобы ему помогли. Невозможно спасти силой, детёныши сами должны захотеть увидеть наш прекрасный мир.

– Как же они захотят? Их с малолетства приучили к деградосочкам, не показывая ничего другого, и они даже не догадываются, что этот мир существует!

Птицы и звери очень расстроились, ведь они искренне хотели помочь пиявищатам, просто уже совсем не могли придумать как. Тогда-то они и решили отправиться странствовать по свету в надежде, что на пути им обязательно встретится тот, кто знает.

6. Кто же нам поможет?

Птицы летели по небу и спрашивали у деревьев, что же делать, но те лишь уныло шелестели ветвями:

– Ох, не спрашивайте нас, ведь от нашей подземной сети знаний уже не осталось практически ничего. Как мы можем что-то придумать, если пиявища непрестанно планируют, как бы ещё нас использовать и чтобы ещё из нас выжать? Мы целый день думаем лишь о том, доживём ли до завтра, да гадаем, пустят ли нас послезавтра на дом, на стол или на бумагу. В наших мыслях остался лишь страх.

Звери трусили по тропинкам и спрашивали реки и озёра, нет ли у тех какой-нибудь идеи, но водоёмы лишь печально журчали:

– Как мы можем что-то изобрести, будучи отравлены пиявищными химикалиями до самого дна! В нас не осталось ни глотка чистой воды и ни капли вдохновения.

Грустно было животным и птицам слышать всё это, да и сами они знали о "подвигах" пиявищ не понаслышке, и всё же продолжали бродить по земле да летать по небу, надеясь на чудо.

Уже закончилось лето, облетели все листья на деревьях, и дело шло к зиме. Звери и птицы расспросили всех, кого можно, но никто ничего не знал. И тогда на горизонте появился северный ветер.

– Здравствуй, северный ветер! – поприветствовали его звери и птицы, ёжась от холода. – Как приятно видеть, что хоть ты не подвластен пиявищам!

– Да, я – сам себе властелин, и никому меня не заневолить!

– А не знаешь ли ты, как нам помочь пиявищатам, что зависли в светящихся дощечках? Ведь они совсем не замечают красоту нашего мира и потому, когда вырастают, заботятся только о себе и губят всех нас.

– Детёныши, которые не удивляются и не восхищаются миром, в котором живут? Как странно. Тут однозначно потребуется очень сильное средство.

– Какое?

– Сам я не знаю, но зато знаю, кто может знать.

– Кто же?

– Мой двоюродный брат, солнечный ветер. Он родился в короне Солнца нашего ясного, а затем вытек из неё и прилетел на Землю.

– Ничего себе, какой длинный путь!

– Да, много всего видел он по пути, и потому стал мудрым и изобретательным.

– А где нам его найти?

– На магнитных полюсах Земли-матушки.

7. Желтозобик

Звери и птицы обрадовались, что скоро найдётся средство помочь пиявищатам, поблагодарили северный ветер и стали совещаться, как бы попасть в Арктику, где и расположен один из полюсов.

– Хоть и теплы наши шубы, – говорили лисицы, – да не для таких холодов, как там.

– Стопроцентно превратимся там в ледышки, – соглашались все.

– Что же делать?

– Можно попросить помощи у моего родственника, белого медведя, – предложил бурый медведь. – Арктика – его родина, хоть и страдает он сейчас там из-за пиявищ.

– Почему? – удивилась цапля. – Их же там почти нет.

– Да, но от их деятельности на Земле накопились вредные газы и нагрели её. Нам-то это нипочём, а вот в Арктике из-за потепления растаяли льдины на море. Без них белым медведям очень трудно охотиться, и они умирают от голода.

– Бедняжки. Смогут ли они пережить зиму? Будут ли у них силы разыскать солнечный ветер? – посочувствовали белки.

– Да и захотят ли они помогать детёнышам тех, кто довёл их род до изнеможения? – провыли волки.

– Надеюсь, – вздохнул бурый медведь. – Сейчас я напишу письмо белому медведю. Птицы, дорогие, кто из вас летит на север в ближайшее время и сможет его передать?

– Я, – вызвался желтозобик, который до этого как раз собирался лететь на юг. – И не просто передам, а буду помогать ему во всём и даже наловлю для него рыбки, чтобы он не голодал.

– Ты – настоящий друг, – похвалили его все, а он зарделся, взял письмо и поскорее улетел.

8. Белый медведь

Желтозобик очень радовался, что будет помогать самому белому медведю, и летел прямо на север, не отклоняясь ни на пёрышко. Он с нетерпением ждал встречи, но увидев измождённого и обессилевшего белого медведя, расстроился и не смог сдержать слёзы.

– Белый медведь, бедненький. Неужели это ты? Как же так?

– Ничего не поделаешь: нет больше льдин на море, нет и охоты, – объяснил белый медведь всхлипывавшему желтозобику. – Да не огорчайся ты так, лучше подумай, какое привольное жильё настало для нерп, моржей и тюленей. Во всем есть что-то хорошее.

– Не вижу ничего хорошего в том, что ты так исхудал, что от тебя остались лишь кожа да кости! Как ты переживёшь такую свирепую, длинную зиму без толстой жировой прослойки?

– Чему быть, того не миновать.

– Очень даже миновать, – не согласился желтозобик. – Никуда не уходи, я наловлю тебе рыбки.

– Спасибо, друг, но, боюсь, ты слишком мал, чтобы наловить столько рыбы, чтобы меня накормить. К тому же я прекрасно знаю, что сам ты ешь только насекомых.

– Я, конечно, не рыбак, но зато у меня есть кое-какая идея, и через час здесь будет много рыбы! – пообещал желтозобик и улетел.

Белый медведь сидел один на берегу и дрожал от холода. На море не было ни льдины, и он понимал, что и сегодня не сможет поохотиться, а потому останется голодным. В голове его бродили печальные мысли о том, что скоро он окончательно ослабеет и тогда погибнет, как многие и многие его собратья.

Но вдруг он увидел такое, что просто не поверил своим глазам, а потому решил, что от голода у него начались видения и галлюцинации. Да-да, прямо из моря выползли четыре огромных тюленя и вывалили на берег целую тонну рыбы. Над ними важно кружился маленький желтозобик и что-то возбужденно чирикал, но, несмотря на это, тюлени поспешно развернулись и поползли назад к морю.

– Невероятно, – вымолвил белый медведь и набросился на еду, а желтозобик радостно прыгал вокруг и приговаривал:

– Наконец-то мишка наестся, наконец-то мишка согреется, наконец-то мишка почувствует себя хорошо!

– Спасибо, желтозобик. Спасибо, тюлени! – зарычал белый медведь, когда наелся, да так, что его было слышно далеко в море. После сытного обеда, он хотел было прилечь отдохнуть, как вдруг опомнился:

– Ой, какой же я невежливый! Даже не спросил, как у тебя дела, и что ты делаешь в такие холода в Арктике! Ведь ты уже давным-давно должен был греться в Южной Америке. Что случилось?

И тогда, желтозобик вытащил из-под крыла письмо, которое написал бурый медведь, и подал его его белому брату.

9. Солнечный ветер

– Арктика огромна, куда нам направиться, чтобы найти солнечный ветер? – спросил желтозобик у белого медведя, когда тот прочёл письмо.

– Туда, где увидим северное сияние.

– А почему?

– Так ведь это чудесное свечение возникает лишь тогда, когда частицы солнечного ветра сталкиваются с молекулами воздуха.

– Вот это да, а я и не знал, – удивился желтозобик, и они стали внимательно смотреть на небо и выглядывать, не начнут ли где разливаться ленты бледного света.

– Смотри, кажется, вон над тем островом что-то начинает светиться, – сказал белый медведь, – скорей бежим туда! Нужно успеть поговорить с солнечным ветром, пока он не превратился в северное сияние.

Быстро бежал белый медведь в сторону моря, желтозобик едва поспевал лететь за ним, но свечение всё нарастало. Белый      медведь сообразил, что им не успеть, и закричал, что было мочи:

– Эй, солнечный ветер, постой, не исчезай! Нам очень нужно с тобой поговорить.

– Хорошо, только не долго, – ответил тот, – потому что моим частицам хочется поиграть с молекулами земного кислорода и азота. На всём нашем пути с Солнца на Землю они не встречали таких интересных элементов, и им не терпится их познать.

– Конечно, я буду краток, – сказал белый медведь и поведал солнечному ветру о том, как пристрастились к деградосочкам пиявищата.

– Да уж, серьёзное это дело, оно требует основательного подхода. Частицы, не буянить, оставим развлечения на потом, – прикрикнул он на свои протоны да электроны, и северное сияние исчезло. – Скажите, друзья, а не знаете ли вы, как работают эти деградосочки?

– Я слышал, что вся информация поступает в них в виде электромагнитных волн, – блеснул знаниями желтозобик.

– Да ведь это просто замечательно!

– Почему? – удивились оба друга.

– Потому что электромагнитные волны одной природы с моими частицами, протонами и электронами.

– Вот это совпадение, – воскликнул желтозобик.

– Вот это везение, – обрадовался белый медведь.

– Мой план таков: попрошу свои частицы немного пошалить и устроить магнитную бурю. Электромагнитные волны не смогут удержаться от соблазна и вступят в игру, а значит, перестанут попадать в деградосочки. Те погаснут, и пиявищатам придётся взглянуть на мир и познать его.

– Замечательно! – обрадовались друзья.

– Замечательно, но не так просто, как кажется, – остудил их солнечный ветер. – Во-первых, чтобы устроить Великую Магнитную Бурю, нужно чтобы Солнце согласилось усилить свою активность во много раз и выпустило на Землю мириады заряженных частиц.

– А во-вторых? – испуганно спросил желтозобик.

– Во-вторых, когда на Землю прибудет такое множество частиц, я не смогу присмотреть за всеми, и обязательно найдутся такие, что начнут буянить и хулиганить и погасят не только дощечки пиявищ.

– А что?

– Много бед могут они натворить без надзора. А вдруг они запутают магнитные линии Земли? Тогда перелётным птицам будет не просто совершать свой ежегодный путь. А китов и дельфинов, что поплывут вдоль искореженной магнитной линии, может выбросить на берег, где они погибнут.

– Ничего себе, – поразился желтозобик.

– Да, нам предстоит нелёгкий выбор, ведь магнитная буря одновременно принесёт и пользу, и вред, – сказал белый медведь. – Знаешь что, желтозобик, лети-ка ты назад и устрой в лесу сбор всех зверей и птиц. По пути навести буревестника и попроси его собрать в океане всех морских обитателей, а я созову всех арктических жителей здесь. Как решит большинство, так и поступим.

10. Рассеянный дельфинёнок

Недолго совещались звери и птицы, ведь, несмотря на пакости, которые делали им некоторые пиявища, они знали, что бывают среди них и добрые особи, а потому очень хотели помочь их детёнышам. Звери и птицы считали, что то, что у пиявищат даже не было выбора, какой мир, настоящий или виртуальный, выбрать, и их с малолетства приучили к деградосочкам – это ужасно несправедливо.

– Решено, мы попросим солнечный ветер уговорить Солнце устроить магнитную бурю. Но не забывайте, что этот период будет очень опасен для тех из нас, кто пользуется магнитной навигацией, ведь магнитное поле Земли будет полностью искорёжено. Нам придётся научиться игнорировать своё магнитное чувство и жить так, словно его у нас вовсе нет.

– А как же мы будем без него путешествовать? – спросил китёнок.

– Для этого придётся использовать другие чувства, например, зрение и слух.

– Я боюсь, – заплакал дельфинёнок.

– Чего, малыш?

– Я всегда всё путаю: право с левом, верх с низом, север с югом, запад с востоком. Я непременно перепутаю зрение и магнитную навигацию и заблужусь. Без моего врожденного компаса меня обязательно выбросит на берег.

– Не переживай, дружок, главное, держись поближе к маме, и всё будет хорошо.

– Я и маму всё время теряю, – ещё горше заплакал тот.

– Это и вправду очень рассеянный дельфин, – подтвердили его родственники, – но мы будем следить, чтобы с ним ничего не случилось.

– Не забудьте, – сказали звери и птицы и разбежались-разлетелись по домам.

11. Великая Магнитная Буря

И вот наступила эпоха Великой Магнитной Бури. Солнце активизировалось, и триллионы заряженных частиц стремглав вылетели из него и полетели прямиком на Землю, чтобы нарушить её магнитное поле и запутать все электромагнитные олны. Светящиеся деградосочки стали мигать и барахлить, а потом и вовсе погасли.

Тогда пиявищата заревели, как раненые звери, и их родители забегали по различным мастерам и магазинам, но ни новые, ни старые деградосочки, конечно же, не загорались. Весь день все бегали и суетились, как угорелые и не останавливались ни на минуту, но к вечеру совершенно выбились из сил и на минутку присели передохнуть. Тогда-то дети и родители, наконец, случайно посмотрели друг на друга. Ну и видок у каждого из них! Обхохочешься! А как они весь день гонялись за деградосочками? Как настоящие дуралеи! Это было настолько нелепо, что все расхохотались.

Они смеялись и смеялись и всё никак не могли остановиться. То ли им в рот попала смешинка, то ли в него залетели какие-то ну очень игривые солнечные частицы, а может их нервная система просто, наконец-то, пробудилась и осознала, как абсурдна гонка за деградосочками, но веселье никак не прекращалось. Весь вечер семьи пели песни, шутили, болтали и с удивлением открывали для себя, как, оказывается, радостно, интересно и чудесно быть вместе!

Перед сном родители даже уселись у кроватей      детей и сами стали рассказывать им сказки на ночь. Никогда ещё у детей не было такого приятного вечера, и от счастья они стали обнимать и целовать своих родителей. А такого – никогда не случалось в жизни родителей, ведь их чада с малолетства держали в руках деградосочки и были заняты ими с утра до ночи.

Сердца родителей растаяли, и в их головы пришла небывалая мысль: "А что, если завтра не бежать на работу, а просто остаться на весь день с детьми? Ведь они такие милые: так сладко улыбаются, так весело хохочут, так нежно поют и так крепко обнимают! Быть с ними гораздо интереснее, чем гнаться весь день за деньгами.

Зачем мы вообще ходим на эту работу? Чтобы получить деньги и купить деградосочки? Но ведь, всё равно, ни новые, ни старые дощечки больше не включаются. Да и зачем они вообще нужны? Дети с таким интересом слушали наши сказки, и даже сказали, что они понравились им гораздо больше, чем деграсказки из деградосочек.

А что если завтра взять ребят на природу и всё-всё им по-настоящему показать? Ведь они никогда не смотрели ни на что, кроме деградосочек. Наверняка им понравится!"

12. На природе

На следующий день все семьи отправились на природу. Удивлению детей не было предела, их радовало и восхищало всё: и ручьи и озёра, и деревья и птицы, а больше всего – то, что они весь день могут быть со своими родителями. Болтать с ними и хохотать, обнимать их и целовать, смотреть в их глаза, а попадать – в сердца.

Семьи гуляли по лугам и полям, по рощам и лесам, а под вечер вышли к берегу моря. Он был прекрасен: белые ракушки шуршали под ногами, волны безмятежно разбивались о берег, солнечная дорожка заманчиво блестела на воде. Родители неторопливо шли по берегу и любовались закатом, но дети не могли устоять на месте и скакали, как заводные, а потом и вовсе убежали далеко вперёд, где и наткнулись на что-то очень большое и им неизвестное, что одиноко лежало на берегу.