Загадка Европы

– Стой! – Окрикнул я Василия.

– Да?

– Почему ты сам этого не сделаешь?

– Персоналу туда вход запрещён!

– А мы, по-твоему, как туда заберёмся?

– Придумайте что-нибудь, и обещаю, что достану вам визы в течение суток.

И парень открыл дверь, входя в кинотеатр.

– Не понимаю…

– Да ладно тебе! Делов то! – Воскликнул Анатолий.

– Странный человек…

– Он всегда таким был, поверь. И остаётся.

– Пошли прямо сейчас.

– Что?

– Ну а что нам ещё делать? Или ты предлагаешь тут стоять и размышлять? – Сказал я.

– Ладно. – Сдался мой напарник, и мы пошли на вход в кинозал.

Купив билеты на какую-то премьеру, мы прошли мимо охранника, сидевшего с деловым видом, и поднялись по лестнице на второй этаж.

Там стоял ещё один сотрудник кинотеатра, в деловом костюме, загораживая проход к третьему этажу.

Когда мы попытались пройти, тот выставил руку вперёд, предупреждая:

– Только для уполномоченного персонала 1 уровня.

– Вы что, меня не узнали? – Сделав изумлённый вид, заговорил Толя.

Охранник замялся:

– Нет.

– Да я же режиссёр! Приехал к вам из Германии!

Сотрудник усмехнулся:

– Конечно, так и поверил.

Внезапно мой напарник заговорил на чистом немецком, практически без акцента:

– Lachen Sie? Ich bin Gerheimer van Geisen!2

– Что?

– Говорю, я Гейзен, а это мой продюсер – Толя представил меня охраннику.

– Извините, не признал. Конечно, проходите. – Удивлённый сотрудник пропустил нас.

Когда мы шли по длинному коридору в поисках кабинета директора, я ошарашенный спросил у Анатолия:

– Ты откуда немецкий знаешь?

Тот показал мне на книгу, что всё время держал за пазухой:

– Она неспроста такая объёмная. В ней текст на двух языках – русском и родном наречии Генриха Шмидта. Я её чуть до дыр не зачитал, вот и выучил заодно немецкий.

Всё больше я удивлялся со способностей и талантов моего друга.

Наконец мы дошли до какой-то двери с надписью: «Директор В. Л. Машиков». Я дернул ручку и взглянул на напарника:

– Ну и что теперь делать?

– Сейчас… – Пробубнил тот, доставая из кармана скрепку, попутно передав мне книгу.

– Ты что делать собрался? – Заинтересовался я.

– Вскрывать.

– Откуда в тебе столько навыков?

– Ну, я не только теориями занимаюсь же. Много чего ещё есть такого, что ты обо мне не знаешь.

– Ты смотри, как бы нас полиция не засекла. – Проговорил я, смотря по сторонам.

Анатолий наклонился к замку, и что-то прокрутив щепкой в замочной скважине, через полминуты открыл дверь с ехидной улыбкой:

– Добро пожаловать.

Пройдя в кабинет, мы расставили уток по разным местам – одну спрятали на стуле, другую прямо у порога.

Покончив с этим делом, мы вышли из помещения, и каким-то образом друг смог затворить дверь обратно.

Уже через полчаса мы шли по оживленному проспекту в направлении гостиницы.

Поселившись в одном номере, расселись по раздельным кроватям. На телефон напарника раздался звонок.

– Да… Тогда завтра… Давай. – Слышал я диалог только с одной стороны.

Когда Толя закончил разговор, я взглянул на него:

– Что там?

– Вася завтра визы нам занесёт.

– Так быстро?

– Ну да.

Прошёл остаток дня – мы ели, отдыхали, опять ели… Заснув к часу ночи, я проснулся от восклика напарника в 9 утра:

– У нас всё есть! Зашёл Василий и передал нам!

Друг протянул мне визу, и я с некоторым трепетом посмотрел на синюю бумажку. Потом, собравшись с мыслями, спросил:

– Где проживает этот сын Шмидта?

– В Лейпциге. Направляемся туда!

– Опять на поезде? – Я удрученно закатил глаза.

– Ага. – Напарник хлопнул меня по плечу. – Собирайся!

– Будто у нас вещи есть… Только книга и карты.

– А, точно… Кстати, Вася благодушно одолжил нам вот это. – Толя с некоторой заминкой протянул мне небольшой чёрный портфель.

– Что там?

– Как бы сказать…

Раскрыв сумку, я обнаружил в ней деловой костюм, нож, перцовый баллон, маски, а на самом дне лежал пистолет…

– Ты больной? Откуда у тебя вообще такие знакомства? И деньги?

– Ну, всё с кредитной карты оплачивал…

– Ты как пистолет достал? – Я с трепетом поднял оружие. – Это что, маузер?

– Ну да.

Порывшись ещё немного в портфеле, я с глазами навыкат вытащил оттуда две гранаты.

– Знаешь, мало ли…

– Ты точно псих. Тебе лечиться надо! – Выкрикнул я, и, немного успокоившись, положил всё на место.

– Давай, идём, я уже билеты взял на поезд. – Сообщил Анатолий, и через несколько минут мы уже выходили из отеля.

Дорога прошла без происшествий. Ну, почти что, если не считать внезапной проверки, когда мы проезжали границу Беларуси и Польши.

Состав остановился на одной из станций. К нам зашёл полицейский, говоря на ломанном русском:

– Прошу сохранять терпение. Мы просто обыскивать купе на запретный предмет.

– Хорошо. – Проговорил я, и скосил взгляд на Толю.

Тот с улыбкой смотрел то на служителя порядка, то на меня.

Наконец, ничего так и не обнаружив, полицейский вышел, а я поинтересовался у напарника:

– Ты куда дел портфели?

– В туалете спрятал…

– Вот как… – Я уже перестал чему-либо удивляться. – А теперь иди и доставай их оттуда.

Когда через 15 минут Толя принёс наши сумки, я уже со вздохом великого облегчения смотрел на то, как мы отбываем со станции.

Через день пути мы были в Берлине, и пересев, отправились в Лейпциг, что находился совсем неподалёку.

Вот мы, уставшие дорогой, стучались в дверь небольшого двухэтажного старинного здания.

Нам открыл человек полного телосложения, под два метра ростом, уже с седыми волосами и радушной улыбкой на лице:

– Добро пожаловать, дорогие друзья. – Встретил он нас.

– Вы знаете русский? – Изумился я.

– Конечно, как не знать то?

Пройдя в кухню, мы уселись за столом. Начал напарник, так как я в этой всей теме с Культом, пентаграммой и прочей непонятной для меня хренью не разбирался от слова совсем:

– Вот книга. Она была у меня много лет. Конечно, идей тут полно. Но всё же хотелось бы услышать от вас, что нам предпринимать.

Сын Шмидта переглянулся с нами, и, зашторив окна, произнёс:

– Это всё гипотезы…

– Нас на днях чуть не убили. – Вставил я. – И, насколько я понимаю, это были члены того самого Культа.

– Вот как? Эти подонки убили моего отца!

– Так Генрих всё же был замечен Культом? – Уточнил друг.

– Да, не просто так всё это…

– Что вы можете нам такого сообщить, чтобы мы смогли хоть что-то дальше осуществить?

– У вас какие телефоны?

– Смартфоны.

– Выкинете их, общайтесь по рации или кнопочному.

– Хорошо.

– Но… – Хотел возразить я, но суровые взгляды немца и Анатолия тут же меня утихомирили.

– Как думаете, они знают о вас? – Спросил друг.

– Да, но не решаются пересекаться со мной. Не знаю, может, мой отец итак много чего растрепал… Главное – найти на Культ компромат.

– Мы не просто так прибыли сюда. В общем, дело такое… – Начал Толя. – Пентаграмма же ведёт от Рима, так?

– Да, к чему это ты? – С удивлением поинтересовался конспиролог.

– К тому, что мне кажется, что в столице Италии скоро что-то случится. И мы должны остановить это.

– Да, точно. Наверное, так оно и есть… – Немец задумался.

– Ведь в Познани расположен их штаб?

– По идее, так… – Но будьте осторожны. Пистолеты при себе есть?

Мы утвердительно кивнули, после чего сын Генриха Шмидта наконец ввёл нас в курс дела:

– В общем, я изучил всё… Насчёт Италии – скоро там пройдут выборы президента, и, насколько я понял, Культу скорее всего нужна победа правых консерваторов. Если Симоне Галли станет руководителем Италии, то страна может выйти из блока НАТО и даже Евросоюза. Не знаю, что может после этого начаться, но Культу это нужно. Смотрите в оба.

В Познани где-то должна находиться национальная библиотека. Вы должны проникнуть туда и через подвал добраться… В общем, информация недостоверная. Я сам только недавно узнал, когда рылся в архивах отца. Проберётесь туда, и если всё окажется правдой, постарайтесь найти архив Культа. Вам нужно нарыть компромат, и тогда я вместе с вами оглашу документы.

Вместе мы сможем донести до общественности тайну. Больше мне сказать нечего, разве что… – Немец встал и отправился в какую-то комнату.

Через минуту он вернулся, держа в руках две рации:

– Если будете рядом с Лейпцигом, свяжитесь со мной. На 5 частоте. Это сверхточные устройства.

– На каком расстоянии они работают? – Спросил я.

– Около 100 километров.

– Так много! Невозможно! – Ошеломленно изрёк я.

– По заказу моего отца сделаны.

Мы взяли в руки по рации, и, решив сразу ехать обратно, поблагодарили конспиролога, отправившись на вокзал.

– Что всё это значит? – Произнёс я, когда мы с Анатолием шли по вымощенным камнем улицам.

– То, что впереди, быть может, самое интересное время в нашей жизни!

– И опасное.

– Кстати, телефон выкини.

– Вместе с симкой?

– Да.

Мы бросили смартфоны в первый, попавшийся по пути, мусорный бак, и, отправившись в ближайший магазин электроники, купили «кнопки» и сим-карты.

Вскоре мы уже ехали на поезде в сторону Польши.

– Ну и дела… – Сказал я, задумчиво смотря в окно.

– Нормальные дела, просто ты к таким не привык. – Возразил друг.

Я повернулся к нему:

– Ах, ну да, конечно, подумаешь, что мы хотим вломиться чёрт знает куда, рискуя жизнью…

– Всяко лучше, чем на заправке работать.

– В этом ты, пожалуй, прав. – Согласился я, и вновь устремил взор на проносившийся за окном красивый летний пейзаж.

Примечания