Драконово озеро

Глава 5. Капризы судьбы

Званый ужин в столовой завершался. Драко прислуживал за столом, разливал в белых перчатках альбанское вино и всем своим видом показывал полное безразличие гостям и непомерную преданность хозяину — постоянно держал глаза на Банелло. Сначала закуски: салаты, мясные деликатесы и сыры твердых сортов, потом подали фарфалле с курицей в сливочном соусе и пасту карбонара, на десерт была сицилийская кассата.

Вечно угрюмое выражение лица Банелло сегодня выглядело радостным.

— Мой тост, — произнес он, — за профессора Астахова, выдающегося археолога и дедушку прекрасной Юлии. Иван Петрович, тебе предстоит ряд изысканий, которые, я в этом не сомневаюсь, приведут нас к успеху. Пусть научный поиск развеет сомнения в объективной картине мира! За тебя!

Профессор Астахов в недоумении поднял бровь, но промолчал. Звон бокалов, все выпили. Юлия, сидевшая рядом с Георгием, шепнула другу:

— Картина мира в понимании Банелло — это его бредовые идеи.

Слуга наполнил бокалы вином, и хозяин вновь произнес тост:

— Георгий, я пью за тебя! Твоя уникальная способность выстраивать логические цепочки позволяет воплотить в жизнь любые бредовые идеи!

Опять звон бокалов, Юлия и Георгий изумленно уставились на Валерио. Он им добродушно улыбнулся.

Следующий тост Банелло предложил за девушку:

— Прекрасная Юлия, мне хорошо работалось с тобой. Ты пунктуальная, деловитая, ответственная. За тебя!

Она непонимающе уставилась на итальянца. На его лице появилась «извиняющаяся» улыбка.

— Да-да, нам придется расстаться. Твой дедушка настаивает, чтобы ты покинула команду.

Юлия подозрительно посмотрела на деда, тот опустил глаза и в знак согласия кивнул, потом она обратилась за молчаливой поддержкой к Георгию. Снова взглянув на Банелло, она запротестовала:

— Я не хочу уходить из команды! Да, не хочу! Мне нравится работа… Особенно буду полезна на раскопках или исследованиях формально-типологическим методом.

В зале повисла тишина. Все озадаченно смотрели на Юлию, а она решительно подтвердила:

— Я могу вести учет камеральных материалов!

— Но, Юленька, — возразил дедушка, — у тебя работа в НИИ, диссертация в конце концов, да и родители беспокоятся… Поиск реликвий сопряжен с опасностью… Я справлюсь сам…

Она высоко подняла голову и, обведя присутствующих красноречивым взглядом, твердо сказала:

— Дедушка, я остаюсь! Мне это нужно!

Банелло неуверенно произнес:

— Я был бы не против… Работы хватит всем. Но решать тебе, Иван.

Дед сдался, опустил голову и уставился в тарелку.

Георгий, до этого момента молчаливо сидевший за столом, с жаром заговорил:

— Конечно, в команде пригодится любознательный человек, внимательный к деталям и с аналитическими способностями. Лично я буду рад, если Юлия останется.

Банелло поднялся, взял бокал:

— Я вижу перед собой людей, сосредоточенных на цели и успехе. Конечно же, я уверен, каждый из вас внесет неоценимый вклад в общее дело. Мы все непохожие, но гармония, как известно, складывается из разнообразия. Друзья, вот мои настоятельные требования: никакого хаоса и строгая дисциплина! Предлагаю тост за успех проекта. Выпьем!

Все встали. Звон бокалов. Пили терпкое вино, наслаждаясь древним вкусом, но думая каждый о своем.

Полночь. Георгий покинул особняк и в хорошем настроении отправился домой. Юлия остается в команде, они будут работать вместе, можно постоянно ее созерцать. Счастье благоприятствовало любви.

За углом его ждала засада. Двое, лиц в темноте не разглядеть, внезапно напали и скрутили. Затолкав в багажник автомобиля, его повезли по ночной Москве. В тесноте багажника не развернуться, но зато хорошо думается. Мысли летели с быстротой молнии: «Почему я не сопротивлялся, ведь, воспользовавшись магией амулета, я бы отбился от бандитов? Струсил? Мне перепало немерено сил, я непобедим и быстрый как ветер, но ничего не предпринял! Так не пойдет! Я должен справиться с бандитами и убежать. Руки связаны? Так развязывай!»

Парень поискал острый предмет. Ничего не нашел. Что-то подсказывало: нужно сильно стянуть петлю на левой руке и таким образом ослабить петлю на правой. Он так и сделал: выкручивая правую руку из петли, сумел ее освободить, затем распутал веревку и на левой. Итак, остается выждать подходящий момент и сбежать! Зазвонил смартфон: высветилось «Юлия».

— Алло! — пробормотал парень.

— Привет, Гоша! Я так рада, что меня не уволили, будем работать вместе. Чем занимаешься?

— В данный момент… Как бы это сказать?.. Извини… Я в багажнике машины… Меня похитили.

— Что?!

Георгий со вздохом произнес:

— Человек предполагает, а судьба располагает. Двое бандитов затолкали меня в багажник машины и куда-то везут.

— Гоша, тебя не ранили?

— Нет. Но у меня будет еще возможность показать бандитам свое мастерство! Скоро освобожусь.

Юлия тревожно проговорила:

— Через мой смартфон я отслеживаю передвижение автомобиля, в котором тебя везут… В твоем телефоне есть трекер … Гоша, так не должно быть!.. Это неправильно!.. — Юля отключилась.

Машина остановилась. Раздались голоса. Говорили по-итальянски: рассчитывались с водителем. Наконец крышка багажника открылась, двое людей вытащили Георгия и повели в дом. В этот момент парень активизировался: сбросив веревки с рук и сделав разворот, он резко ударил согнутым локтем в нос противника справа. Диодор, вскрикнув, схватился за окровавленный нос и захват ослабил. Георгий уцепился двумя руками за рубашку Макса, стремительно потянул мужчину на себя и ударил ему в лоб своей головой. Бандит отшатнулся, и тут же получил апперкот в подбородок и рухнул наземь. Сзади напал Диодор, принялся археолога душить. Мощный удар локтем назад под дых заставил негодяя согнулся и взвыть. Молодой соперник, скользнув за спину неприятеля, провел болевой прием… В шею археолога впился кинжал Макса. Подняв руки, Георгий сдался.

В гостиной богато обставленного коттеджа Георгия усадили на стул и крепко связали. Макс, постукивая кинжалом по ладони, прохаживался по комнате, пожирая глазами пленника. Теперь Георгий его рассмотрел: высокий, лет семидесяти, свирепое лицо, небольшая борода, на голове линия редеющих волос, и глаза, как у волка. Другой похититель, лет шестидесяти, прикладывал мокрое полотенце к окровавленному носу. Он имел простецкое лицо, бородку и карие глаза. Оба незнакомца были в серых рубашках и черных брюках. Казалось, они прибыли из минувшей эпохи.

— Что же мне с тобой сделать? — наконец произнес Макс. — Дерешься ты классно… Но это не причина сохранить тебе жизнь. Вот что! Для начала отрежу тебе уши… О, испугался, даже поменялся в лице! Не бойся, я добрый. Будешь сотрудничать, уйдешь целым отсюда.

— Чего вы хотите?

— Ты ведь работаешь на Диокла?

— Не знаю никакого Диокла, меня нанял господин Банелло, археолог, ходить по музеям, собирать данные.

Макс усмехнулся:

— Господин Банелло, археолог… Ха! Его настоящее имя Диокл. В том особняке, где он пребывает, есть врата богов… Неважно… Я хочу знать, что он нашел. И ты мне скажешь это.

Георгий насмешливо на него посмотрел:

— Откуда мне знать. Меня наняли помощником с функцией «куда пошлют».

— Как твое имя?

— Георгий.

— Знавал я одного Георгия, — задумчиво произнес Макс, — тоже хорошо дрался. — И зловещим голосом прошипел: — Он плохо кончил! Решай, либо ты шпионишь для меня, либо кинжал в сердце!

Парню стало не до шуток. Он отвел глаза и молчал. Прозвенел дверной звонок. Оба итальянца насторожились.

— Диодор, посмотри, кто там! — скомандовал Макс.

Вернулся ошеломленный Диодор:

— Там Диокл и Драконтий…

Теперь в лице поменялся Макс:

— Мой меч! — Получив меч, приказал: — Лучше Диокла не злить. Открой!

В гостиную вошли Банелло и Драко. В руках они держали мечи гладиус. Престарелый археолог бушевал:

— Макс, ты решил навредить мне?! Я такое не прощаю, ты же знаешь! Отпусти Георгия и разойдемся миром!

Макс, держа наготове меч, уперся рогом:

— Диокл, ты нарушил клятву нашей дружбы! Этот парень умрет, если ты мне не отдашь чудесные вещички.

— Ты многого хочешь.

— Ты нашел ожерелье?

— Это тебя не касается! — Банелло, приготовившись взыскать с недруга без послаблений, холодно проговорил: — Макс, ты предал меня и обокрал…

— Ну прости, так устроен мир. На моем месте подобным образом поступил бы каждый.

— Оскорбление не прощают! Отпусти Георгия, или я снесу тебе голову.

— Что?! Своему кровному брату?

— Драко, — скомандовал Банелло, — Диодор твой! — и бросился в атаку на Макса.

Связанный Георгий, офигевший от услышанного, опять стал свидетелем жаркой битвы. Поединок на мечах начался. Классные фехтовальщики рубились яростно и отважно, дорогая мебель разлеталась в щепки, фарфоровая посуда и хрустальные бокалы разбивались осколками. Фехтовальщики, оставаясь спокойными и сосредоточенными, с легкостью избегали любые удары и успешно блокировали выпады, каждый поистине достойно противостоял оппоненту. И тут Георгий увидел старый трюк: дискретное перемещение. Но в этот раз перемещались одновременно оба неприятеля. Банелло переместился в новое место, а Макс уже там. Они вновь скрестили мечи и невозмутимо продолжили бой.

В какой-то момент Банелло применил нестандартный прием, и его меч коснулся горла Макса. Тот замер, остановил поединок и, покосившись на бывшего друга, уронил свой меч на пол. В комнате стало пугающе тихо. Вторая пара бойцов также прекратила сражение.

Банелло сказал:

— Макс, на первый раз я тебя прощаю. — Итальянец опустил меч. — Убирайся с глаз моих. Ты знаешь, второго шанса я не даю никому. Драко, освободи Георгия!

Слуга одним движением меча рассек путы и, взяв Георгия за рукав, повел парня на выход. Банелло медленно, держа меч наготове, пятился к выходу, затем быстро развернулся и покинул негостеприимный дом.

Поверженный Макс проронил:

— От возможного к реальному… Затруднительное обстоятельство… Однако присутствие духа следует сохранять всегда.

В машине, которую вел водитель в маске, на задних сиденьях сидели и разговаривали Банелло и Георгий. Старик сказал:

— Так говоришь, самостоятельно распутал путы в багажнике? Молодец! С моим амулетом ты непобедим. Помни это! Правда, у Макса и Диодора тоже есть амулеты, но послабее. В конце концов, побеждает не ловкость и сила, а разум и характер.

Парень попытался оправдать свое поведение:

— Я поначалу растерялся… Спасибо за наставление… Если бы не вы…

— Юлия примчалась ко мне как на пожар. «Георгий в опасности!» — кричала она. Остаться безучастным я уже не мог… До чего дошел прогресс: всякие там трекеры, приемники, передатчики… Ну ничего, воин закаляется в бою! Стать шпионом ты не согласился, значит дорожишь своей честью. Я это ценю. Переночуешь у меня, а завтра после обеда пообсуждаем новые идеи.

Юлия не спала. Увидев Георгия, она подлетела к нему, обняла и залепетала:

— Я жутко перепугалась и побежала к Банелло…

Парень, растаяв от счастья, говорил:

— Твоя любовь спасла меня, а Банелло сделал невозможное…

Появился профессор Астахов:

— Призраки ночи донимают кошмарами, но путник бредет по тропе проторенной… Изменить мир мерзавцам не под силу! Георгий, все в порядке?

— Да, Иван Петрович.

— Чудно!

Банелло, довольный собой, распорядился:

— Всем спать! — и пошел в свою комнату.

На другой день после обеда команда собралась в кабинете. Драко принес из винного погреба и разлил по бокалам красное вино, поскольку шеф полагал, что вино при употреблении в умеренных дозах стимулирует мозговую активность. Докладывал профессор Астахов. Он побывал в Государственной публичной исторической библиотеке России и кое-что накопал.

— Мы с Валерио предположили, что предметы могли быть в гробнице Софьи Палеолог, это я и проверил.

Банелло пояснил:

— По моим сведениям, Великая княгиня, приехав в Москву, не расставалась с гривной и наручами.

— Валерио, откуда ты знаешь? — удивился Георгий.

— Уж поверь, знаю! — Улыбаясь, итальянец приподнял рукав рубашки, и все увидели золотую армиллу на его запястье, ту самую, что недавно нашли. Шеф прямо-таки сиял: — Талисманы удачи носят каждый день. Профессор, продолжайте!

Астахов выявил странное несоответствие:

— Мне стало ясно, что саркофаг Софьи сомнительный.

— Как? — удивился Банелло.

Профессор пояснил. Изучив фотографии, сделанные в пристройке Архангельского собора (Судная палата), он заметил, что саркофаг Софьи (якобы царский) сделан не из цельного камня, а из обломков каменных плит разной толщины и оштукатурен. Крышка развалилась либо при переносе в подклет, либо при грабительском налете. Единственная надпись на крышке — процарапанное гвоздем слово «Софья», — сделана вкривь и вкось. Царская гробница такого низкопробного качества быть не может. В XVI веке членов царской семьи хоронили в саркофагах, сделанных из цельных плит белого камня, на которые опытный резчик наносил искусную резьбу.

Георгий произнес:

— Софья Палеолог была царицей выдающейся…

Он был прав. Софья после гибели Византийской империи воспитывалась при дворе римского папы, где ее считали умной, гордой и коварной, она обладала редким даром убеждения. Из летописных источников известно, что в России современники Софью уважали за острый ум, интуицию и твердую веру, но боялись, а некоторые ненавидели, называли хитрой колдуньей. Эта женщина существенно влияла на политику мужа царя Ивана III.

Юлия поддержала друга:

— Похоронить царицу в убогом саркофаге? Нелепица!

Банелло посетовал:

— О, я так надеялся на удачу… Софья точно привезла предметы в Москву.

Профессор объяснил:

— Похоже на месть бояр. Думаю, они подменили саркофаг.

По его словам, хоть саркофаг и неприглядный, в нем действительно лежат останки Софьи, в этом сомнений нет. Ее облик восстановил криминалист Сергей Никитин. Ученые сразу усмотрели поразительное сходство Софьи с внуком — Иваном Грозным. Реконструкцию его внешности выполнил Михаил Герасимов. Также обнаружилось сходство с портретом царя Василия III (ее сына) и внешностью правнучки — княжны Старицкой.

Почему же бояре мстили? Софья под конец жизни то попадала в опалу, то снова возвышалась над толпой. Ее конфликт с мужем Иваном III был связан с династической борьбой в московской великокняжеской семье. Конфликт продолжался пять лет. От первого брака Иван III имел старшего сына Ивана Молодого, его и объявил наследником престола, но тот вскоре умер. В Москве распустили слух, что Софья отравила наследника. Остался внук Дмитрий.

Софья, родив царю девятерых детей, в том числе старшего сына Василия, предлагала сделать наследником его. Бояре образовали две враждующие группировки. Соперничество при дворе — кто будет наследником престола — достигло предела. Раскрылся заговор сторонников Василия и Софьи. Иван III отправил некоторых заговорщиков на плаху, жена и сын оказались в опале. Но вскоре все переменилось. Согласно летописям, Иван III внезапно передумал и заключил под стражу Дмитрия и его мать Елену. В заточении они и умерли. В их смерти знать также обвинила Софью. А Василий и Софья праздновали свой триумф. Василий III, Государь и Великий князь всея Руси, после смерти отца правил двадцать восемь лет.

Банелло негодовал:

— Что же делать? Мы в тупике? — Обратив внимание на блеск в глазах Астахова, он проговорил: — Иван, выкладывай, что накопал!

— Да, Валерио, есть значимый результат.

Он рассказал. Саркофаг Софьи вскрывался неоднократно, в том числе при переносе в Архангельский собор, и потом. Искали ценности. При захоронении тело Софьи завернули в саван из итальянской камки (шелковая ткань с узорным орнаментом). Сегодня от погребальных одежд остались лишь обрывки.

В 1918 году в стране царил хаос. Кремлевские сокровища охранялись из рук вон плохо. Об этом мог знать кто-то их высших чиновников в структуре Кремля. Он заказчик разграбления сокровищ. Однажды ночью гробница Софьи подверглась разорению, искали загадочные предметы. Были наняты воры-гастролеры, не раз попадавшиеся на краже драгоценностей. Братья Константин и Дмитрий Полежаевы в ту ночь умудрились ограбить не только гробницу, но и собрание сокровищ Русской православной церкви в патриаршей ризнице: золото и драгоценности выносили мешками. Константин, осев в Саратове, свою половину спрятал в тайнике — в голландской печке. Оперативники его взяли, ценности нашли. В ту же ночь Константин повесился в тюремной камере.

— Взгляни на фото Дмитрия, брата Константина, — Астахов протянул Банелло старую фотографию. — Ему здесь около тридцати лет.

Дмитрий Полежаев, изменив имя и фамилию, снял дачу в поселке Красково Московской области. Сотрудники МУРа там его и скрутили. При обыске обнаружилось награбленное, но не всё. То ли хорошо спрятал, то ли успел передать заказчику. На допросах он не сознался, сказал, что упускать исторический момент неразберихи было никак нельзя, вот они с братом и решились на дело. Вор заявил, что часть предметов успел продать, правда, кому — умолчал. Что стало с Дмитрием Полежаевым? Сотрудник МУРа написал в своих мемуарах: «По одной из версий, он был застрелен при попытке к бегству, по другой его расстреляли после суда, по третьей он скончался от болезни в лагере». А в воспоминаниях другого ветерана внутренних дел записано, что в тридцатых годах XX века Дмитрия видели в Москве на Большой Ордынке.

Астахов обвел взглядом присутствующих и проговорил:

— Думаю, Полежаев и некий заказчик — наши цели.

Банелло в волнении встал:

— Вещицы до сих пор не найдены… Если Дмитрий Полежаев украл предметы, он вполне мог запрятать их в тайник или передать заказчику. Нужно найти Полежаева.

Юлия возразила:

— Вряд ли он жив. Сейчас ему было бы больше ста лет…

Банелло скривился в ироничной ухмылке:

— Только закомплексованные неудачники лелеют ложные сомнения. Человек живет больше ста лет… при определенных условиях. Уж поверь, в этом мире все возможно.

Астахов промолвил:

— Полагаю, сведения о Полежаеве нужно искать в архивах.

Итальянец, отхлебнув вина из бокала, обратился к юноше:

— Георгий, что скажешь?

Парень внимательно на него взглянул и выдал:

— У нас есть фотография вора. Используя искусственный интеллект, можно состарить лицо. Ну там, добавить морщины и седину, изменить текстуру кожи… Результат будет выглядеть максимально естественно. Затем приступим к поиску человека по фото.

— Вот! — ликовал итальянец. — Я всегда говорил, что молодые обладают гибким мышлением! Мой совет: портреты Дмитрия сделай в разных возрастных категориях: сорок лет, пятьдесят и так далее… Вплоть до ста пятидесяти.

— Но люди так долго не живут!.. — отреагировал Астахов.

Банелло снисходительно хохотнул:

— Секрет долголетия — всегда улыбайся капризам судьбы!

Юлия предложила:

— В Москве есть городская система видеонаблюдения с функцией распознавания лиц. За считанные секунды система найдет любого. Я когда-то обитала в среде хакеров, и могла бы этим заняться…

— О Юлия, твои таланты не перестают меня удивлять! — Банелло, игриво посматривая на нее, поднял бокал: — Выпьем за юное дарование Юлию!

Звон бокалов, все отпили вина и с большим уважением посмотрели на девушку.

Глава 6. Убить кабана

Римско-персидская граница, 283 год. Римляне давно мечтали сокрушить Персию, но не удавалось. Военная кампания императора Марка Аврелия Кара началась успешно, да и задачу облегчали внутренние беспорядки в персидском государстве (мятеж против царя поднял его брат). Персы, пытаясь задержать вторжение, прислали послов для переговоров.

Закат. Император Кар, как простой офицер, сидел на траве и ужинал похлебкой из толченого гороха с кусками старой соленой свинины. Лишь пурпурный плащ, лежавший рядом, указывал на самое высокое положение этого человека. За спиной императора стоял Диокл, начальник его охраны.

Кар, бросив недобрый взгляд на послов, сказал:

— Если царь Бахрам II не удовлетворит мои требования, то персидские пастбища и поля станут более голыми, чем моя голова, — и он обнажил свою лысую голову. — Возвращайтесь к своему царю!

Римская армия под командованием Кара и его сына Нумериана вторглась в Персию через Армению. На пути никакого сопротивления. Кар двинулся вдоль реки Тигр и достиг столицы Ктесифон, которую захватил. Был заключен мир. По договору персы теряли контроль над Арменией, а провинция Месопотамия возвращалась Риму. Затем Кар переправился на противоположный берег Тигра и продолжил успешный поход.

Август 283 года. Император Кар, приболев, лежал в палатке. Внезапно поднялась буря, небо потемнело, ударили молнии и гром, хлынул ливень. В палатку императора вошел префект претория Аррий Апер, ближайший помощник, тесть сына Кара. Лицо Апера выражало презрение, его рука лежала на рукояти меча.

Император (ему около шестидесяти лет), лежавший на походной кровати под балдахином, перевел взгляд на соратника и устало улыбнулся:

— Аррий, поднялась буря… Кажется, боги недовольны. Прорицатель не советовал идти дальше Ктесифона… — Уйдя в себя, он проговорил: — Лекарь дал мне настой трав, от которых хочется спать, но заснуть при громовых ударах я не могу…

Черствый и недоброжелательный Апер, взяв подушку, задушил императора. От масляной лампы он поджег полог кровати и покинул палатку. Буря бушевала, молнии сверкали, ливень нещадно хлестал. Охрана, охваченная трепетом, ничего странного в посещении соратником больного императора не увидела. Апер удалился.

Буря успокаивалась, но ослепительные молнии продолжали озарять местность. Палатка загорелась. На крики слуг: «Император умер!! Погиб от молнии!!» одним из первых прибежал Апер. Слуги и охрана тушили палатку, Апер давал распоряжения, и пожар быстро ликвидировали. Все, потрясенные смертью императора, недоумевали по поводу недоброй воли богов. Диокл, стоя особняком, исподволь наблюдал за Апером. Он, начальник охраны, не уберег императора, потому негодовал и корил себя, но чутье подсказывало: боги тут совершенно ни при чем. Во время бури в палатку заходил только Апер. Зная его амбиции, Диокл был уверен, что смерть Кара — его рук дело. Бросив взгляд на Апера, он, выросший как охотник, вдруг вспомнил: слово «апер» на латыни означает «дикий кабан». Убить кабана!

— Что думаешь о случившееся? — услышал он голос.

Это был легат Галерий, один из товарищей Диокла, представлявший ветвь дунайских драконов.

Диоклу Галерий нравился: он из рода драконов, отличный и удачливый воин с прозвищем Арментарий («пастушье животное»), потому что был страшен в гневе, а в юности пас скот.

— Галерий, — Диокл внимательно смотрел на «пастуха», — я точно знаю, что его убил Апер.

— Я тоже так думаю.

Галерий благодаря Диоклу через десять лет станет цезарем (заместителем императора), а через двадцать августом (императором). Преданный, но кичливый и не видящий дальше собственного носа, Галерий о своем происхождении будет повсюду распространяться: «Моя мать, подобно матери Александра Македонского Олимпиаде, зачала меня от соития с драконом».

С начала службы Диокл быстро поднимался по карьерной лестнице. Походы с одного конца Римской империи в другой лишь закаляли и приносили полезный опыт. При правлении императора Кара он уже в гвардии, возглавил защиту и охрану первого лица. И вот осечка. В Римской империи поползли слухи о смерти правителя. Говорили, что он поражен молнией, убит персами, умер от болезни, погиб на войне или взят в плен, где с него содрали кожу. Однако Диокл доподлинно знал — его убил Апер, но доказательств не было.

Императором объявили сына Кара Нумериана. Отступление римлян из Персии было упорядоченным. В городе Эмеса (современный Хомс, Сирия), входившем в состав Римской империи, Нумериан был жив и здоров, но вскоре ближайший помощник нового императора Апер объявил, что тот заболел. Солдатам, спрашивающим о состоянии его здоровья говорили, что Нумериан из-за длительной бессонницы страдает от воспаления глаз и поэтому вынужден передвигаться в закрытых носилках, чтобы беречь глаза от солнца и ветра.

Ноябрь 284 года. Армия достигла цели — города Никомедия, столицы провинции Вифиния, и встала лагерем на берегу Босфора. Характерный трупный запах, исходивший от носилок, больше не позволил Аперу скрывать истину. Солдаты откинули занавески, прятавшие Нумериана, и обнаружили, что император уже несколько дней мертв. Разгневанные солдаты заковали Апера в кандалы.