- -
- 100%
- +
Эта задача была поручена Риду и группе технических специалистов. Хиту и Фоксу достался другой подход к проблеме: они должны ближайшей ночью «навестить» майора Колесова в его квартире и выбить из него информацию, где русские прячут реактор, а потом устранить. Пай получила особое задание — встретиться с ведущим специалистом по термоядерному синтезу доктором наук Акимовым из Курчатовского центра. Ему лет сорок, он падок на красивых женщин. Обольстив и разговорив его, узнать, что известно русским ученым об инопланетном устройстве.
— Нам нужен мгновенный успех, потому что руководство разгневано, а мы с вами ходим по острию ножа, — закончил свой спич Блейк.
В большом ангаре номер пять на секретной военной базе близ Москвы суетились российские ученые и военные. В небывалой по масштабам лаборатории каждый сотрудник делал свою работу, чтобы выяснить назначение прилетевшего из космоса объекта. Специалисты-практики проводили массу замеров. Теоретики, обобщая полученные результаты, отражали закономерности процессов. Ученые-ядерщики занимались изысканиями, чтобы находку превратить в научное открытие. Военные контролировали все и вся, обеспечивая усиленную охрану и безопасность непосредственно допущенных к изучению объекта людей. Железный ангар-лаборатория надежно экранировал любые электромагнитные излучения.
В центре огромной лаборатории на особом постаменте покоилась внеземная золотая сфера. В десяти метрах находилась комната для совещаний («аквариум», как шутили ученые) из акустического стекла, не пропускающего звук, — мера защиты от потенциального подслушивания снаружи. Совещание созвал руководитель рабочей группы, вице-президент Курчатовского центра, убеленный сединами Аркадий Васильев, ученый, удостоенный массы наград за научные заслуги.
— Здравствуйте! Я руководитель группы, Васильев Аркадий Виленович. Господа, — поведал он, — у нас месяц, чтобы разобраться с внеземным объектом. Все вы допущены к полной информации по данной проблематике.
Он представил членов группы.
Полковник Игорь Демин из ФСБ, заместитель руководителя группы, отвечает за координацию работ и общую безопасность.
Майор Федор Колесов, космическая разведка, отвечает за вскрытие угроз из космоса, получение данных со спутников, работу на Луне, в том числе поиск фрагментов зонда.
Денис Левицкий, специалист информационных технологий, отвечает за анализ данных с использованием искусственного интеллекта.
Генерал Круглов Артем Леонидович, начальник военной базы, где проводятся исследования, отвечает за допуск, охрану и снабжение.
Доктор наук Екатерина Дроздова, физик-ядерщик, отвечает за поиск ключей к экзотермической термоядерной реакции во внеземной сфере.
Васильев слабо улыбнулся:
— Вы не смотрите, что Екатерина молода. Она уже доктор наук, профессор и один из ведущих специалистов нашего института. Кстати, прошла тренировки в Центре подготовки космонавтов для полетов на Марс на корабле с фотонными двигателями, разработкой которых она занимается.
Генерал Круглов, самоуверенный и хладнокровный тип, поинтересовался:
— А зачем нам знать, какая ядерная реакция протекает в устройстве? Это же готовая термоядерная бомба, которую…
— Что вы несете?! — возмутился Васильев. — Важно объект изучить. Термоядерный синтез — источник энергии Вселенной. Благодаря ему светит Солнце. Разгадаем, как эту реакцию загнали в столь малую ловушку, и человечество получит неисчерпаемый источник энергии!
Денис Левицкий, видный мужчина сорока лет, в импозантном костюме с шелковым галстуком, поправив очки, уточнил:
— Аркадий Виленович, меня беспокоит достоверность выборки загружаемых в машину данных, иначе я не смогу гарантировать эффективную работу искусственного интеллекта.
Руководитель группы нахмурил брови:
— Денис Владимирович, это ваша компетенция… Справляйтесь! Впрочем, коллеги, все члены группы отвечают за достоверность информации…
Слово взял Демин:
— Коллеги, в Москве объявилась группа американских агентов, стремящихся заполучить объект. Прошу всех быть начеку. Предлагаю впредь в разговоре и переписке объект именовать «Дар».
— Утверждаю! — сказал Васильев. — Работаем над проектом «Дар»!
На экране монитора появилась фотография Блейка. Колесов прокомментировал:
— Американских агентов в Москве возглавляет Шон Блейк. Я знаю его. Он крайне опасен, прекрасно говорит по-русски, для достижения целей не останавливается ни перед чем. За его обаятельной внешностью скрывается изощренная жестокость. И еще. Каждый из нас находится под постоянным наблюдением американских спутников-шпионов.
Дроздова смело высказалась:
— Господа, давайте не драматизировать ситуацию! Здесь, на базе, генерал Круглов обеспечит нам бесперебойную научно-исследовательскую работу и безопасность. Я уверена, мы сможем выяснить, как в земных условиях реализовать реакцию, протекающую в объекте… простите, в Даре.
Васильев, человек старой закалки, привыкший вызывать душевный подъем у научных коллективов, подвел итоги:
— Коллеги, мы работаем на будущее нашей страны, и, кроме удовлетворения от самой работы, должны испытывать признательность народу и государству, доверивших нам ответственное задание…
Васильев уехал, участники совещания разошлись по своим кабинетам. К Дроздовой подошёл Колесов:
— Екатерина Романовна, так вы считаете, что я драматизирую ситуацию, нагоняю страху?..
— Федор Григорьевич, нас, физиков-ядерщиков, вгонять в дрожь бессмысленно. Мы и так всегда работаем на грани непредвиденного. А вы, как я вижу, страдаете шпиономанией… Зарубежные спецслужбы крутятся вокруг нас давно. А что выяснили? Ничего.
Федор сдержанно пошутил:
— Надеюсь, что крайнего уровня психического расстройства я еще не достиг. Но обещать быструю разгадку внеземной загадки поостерегся бы.
— Знаете, — Екатерина холодно смотрела на парня, — смелым исследователям всегда выделяют щедрое финансирование…
— Финансовые вливания не всегда ведут к исполнению взаимных обязательств сторон…
— Намекаете, что я всего лишь сотрясаю воздух. Посмотрим… Займитесь лучше Луной… Кстати, в нашем институте о вас ходит байка, что хозяин тайги, медведь, чуть не отобрал у вас Дар.
— Нет, такого не припомню. Мы с мишкой поладили и договорились не мешать друг другу в космических исследованиях.
— Что ж, — съязвила Екатерина, — если получите государственную премию, разделите ее с медведем.
Вдруг неприятный зуммер резанул слух. В ангаре замигал свет. Все насторожились и, заподозрив неладное, удивленно завертели головами. Яркая вспышка внезапно озарила помещение, ослепив сотрудников неземным сиянием, и потухла. Лаборатория погрузилась во тьму. Включилось табло оповещения об аварии, заработало красное аварийное освещение, приборы перестали функционировать, экраны мониторов погасли.
Ахнувшие специалисты изумленно уставились на коллегу в синем халате Юру Чумакова, стоящего как вкопанный у золотой сферы. Он, касаясь сферы металлическим щупом прибора, измерял напряженность магнитного поля. Бедолагу прошивали голубые молнии, вырывавшиеся из шара, которые с сухим треском кустились вокруг человека, как корни дерева. Застывший в шоке, Юра не имел никакой возможности отдернуть прибор со щупом: лаборанта сдавил непроизвольный мышечный спазм.
Участники исследований окаменели, не понимая, что происходит и что делать. Лишь Колесов, быстро оценив обстановку, сорвался с места и рванул сломя голову к парню. Схватив за полу синего халата, он резко дернул лаборанта на себя. Юра отлетел от шара и грохнулся на пол. Он лежал неподвижно мертвенно-бледный, признаков жизни не подавал. Его одежда кое-где воспламенилась, ботинки частично обуглились и дымили. Голубые молнии и треск прекратились, но тревожный зуммер продолжал неприятно гудеть, а красные лампы мигали.
Федор, сбив своим пиджаком огонь с лаборанта, накрыл бедолагу, прекратив доступ кислорода к тлеющим местам одежды.
— Вызовите врачей! — закричал Колесов. — Кто-нибудь, помогите мне! — Он уже проверял пульс: — Пульс есть, но слабый!
Поспешно подошла Екатерина и приложила ко рту Юрия косметическое зеркальце. Оно запотело.
— Он дышит!.. — вырвалось у нее. — Но дыхание поверхностное…
Федор, взглянув на встревоженное, но сосредоточенное лицо Дроздовой, осознал, насколько глубоко она понимает неординарную ситуацию и точно знает, что нужно делать. Оказавшись в критический момент рядом с пострадавшим, Екатерина немедленно начала реанимационные мероприятия. Она требовала от столпившихся вокруг людей положить голову Юры ниже тела, ноги приподнять, расстегнуть рубашку, отойти всем на шаг назад, чтобы побольше воздуха впустить в круг, сама же, положив руки на грудь парня, надавливала вниз-вверх, проводя глубокую компрессию — непрямой массаж сердца.
— Федор Григорьевич, — приказала она, — делайте искусственное дыхание!
Колесов, используя технику «изо рта в рот», начал вводить воздух в дыхательные пути Юрия, осуществляя искусственную вентиляцию легких. Юра очнулся, растерянно заморгал. Сознание медленно возвратилось к нему, и, озираясь, он даже попытался понять, что происходит. Первая помощь парню была оказана вовремя и успешно.
Прибыли медики. Убедившись, что пациент жив, дышит, не обгорел, уложили парня на носилки и транспортировали в медсанчасть. В ангар подали электроэнергию, все заработало, а коллектив ученых еще долго обсуждал происшествие, бросая косые взгляды на сферу, которая мирно покоилась на своем месте.
Дроздова подошла к Колесову:
— Шар непрост… А вы молодец, не растерялись. Благодаря вам парень выжил.
— Екатерина Романовна, меня этому учили, но и вы показали себя с наилучшей стороны.
— Знаете, Федор Григорьевич, благородные побуждения продиктованы правильным воспитанием и желанием помогать страдальцам. В этом мы с вами похожи…
К ним приблизился генерал Круглов, начальник базы:
— Что я вам говорил? Сфера — вовсе не источник энергии, а смертоносное оружие, способное уничтожить любого врага…
Федор резонно предположил:
— Артем Леонидович, полномасштабная ядерная война, скорее всего, приведет к вымиранию человечества.
Круглов мрачно посмотрел на Колесова:
— Добиться победы в современной войне можно только став хитрым и коварным, держа за пазухой не камень, а новейшее грозное оружие!
Генерал ушел, а Екатерина, бросив вослед ему неодобрительный взгляд, произнесла:
— Генералы грезят о победоносных сражениях, а ученые тешат себя непомерным тщеславием. Я еще не разобралась, что опаснее.
Глава 3. Рабочие моменты
Хит и Фокс глубокой ночью подкатили к зданию в одном из районов Москвы, где, по информации агентуры, проживал Колесов. Большой дом спал, стояла неестественная тишина, ни ветра, ни души, ни огонька в окнах. Квартира 95 находилась на шестом этаже. Припарковав машину недалеко от дома, спецназовцы, нахлобучив на голову кепки и повыше подняв воротники курток, обошли дом и, убедившись, что все чисто, приблизились к парадному входу. Фокс, отменный специалист по электронному оборудованию и хитроумным приборам, достал коробочку — считыватель электронного ключа. Через десять секунд дверь парадного с электронным замком была открыта. Они вошли.
В подъезде достаточно светло. Два загримированных спеца в париках, с накладными бровями и усами, не обращая особого внимания на видеокамеры, не спеша поднялись на лифте на шестой этаж. Подобравшись к двери квартиры 95, они вытащили пистолеты, надели на них глушители и прислушались. Все тихо. По заведенной практике говорить вслух не полагалось: общение агентов происходило жестами, мимикой и кивками. Фокс включил тепловизор. На маленьком экране желто-красным пятном высветился объект ликвидации внутри квартиры — тепловое излучение шло от одного человека. Фокс кивнул. Хит, скривив губы в усмешке, повозился отмычками в замке. Бесшумно открыв дверь, громилы вошли в квартиру.
Хит, подсвечивая фонариком в темноте и стараясь не шуметь, искал спальню. Фокс прикрывал партнера с тыла. Вот Хит заглянул в гостиную, затем в кабинет, ванную и наконец уперся в дверь спальни. Медленно повернув ручку, он открыл дверь… Глаза его округлились. Прямо в лоб ему целился из пистолета человек в бронежилете. И это был не Колесов. Послышался окрик:
— Stop, I’ll shoot!
Реакция Хита была моментальной: он выстрелил первым. Человек в бронежилете, прежде чем свалиться, успел выстрелить в ответ, ранив незваного гостя в правую руку. Хит, переложив оружие в левую руку, которой владел не хуже правой, шарахнулся из спальни. Американские агенты, ожидая нападения со всех сторон, стоя спиной к спине, торопливо попятились к выходу, но там их поджидал еще один агент русской спецслужбы. Завязалась перестрелка. Фокс яростно атаковал и, по-видимому, убил стрелка. Хит, понимая, что они с другом в ловушке, грамотно применил дымовую гранату. Под непроглядной завесой американцы эвакуировались из квартиры. Побежали они по лестнице не вниз, а вверх.
Оказавшись на крыше, Фокс осмотрел друга:
— Хит, пуля прошла навылет! — Наложив на руку жгут, чтобы остановить кровь, добавил: — Потом перевяжу, терпи!
— Фокс, это засада…
— Выберемся, Хит!
По пожарной лестнице они спустились вниз, но прежде чем спрыгнуть на землю, бросили две дымовые шашки. Маскирующие дымы им помогли. На земле их поджидали два агента, обрушивших шквал огня в никуда, настолько плотной была дымовая завеса. Метнув в стрелявших шоковую и световую гранаты, американцы, искусно маневрируя, под объемной завесой и непроглядной темнотой пробились-таки через огневой заслон…
В логове американской спецслужбы на Трубной площади Блейк хмуро смотрел на неудачников.
Фокс оправдывался:
— В квартире устроили засаду. Колесова не было… Хит действовал отлично… Мы положили много народу… Благодаря Хиту выжили…
Блейк сощурился:
— Почему, прежде чем входить в квартиру, не оценили обстановку? Вы что, приехали на прогулку?
— Шеф, — пробасил Хит, — все мы оценили, просто русские нас переиграли…
— Ладно, — успокоился Блейк, — вы живы, и это главное… Выше нос! Повезет в следующий раз.
Пай, изображая скучающую одинокую девушку, прохаживалась по вестибюлю отеля «Рэдиссон Славянская». Парик, ярко накрашенные губы, темно-голубые контактные линзы, короткое облегающее платье и модная дамская сумочка действовали на мужчин, как хорошая наживка для рыбы. Агент дождалась, когда закончится вечерняя сессия симпозиума, посвященного радиационной безопасности, и участники — ученые из разных стран — разойдутся кто куда. Интересующий Пай объект, русский ученый с мировым именем из Курчатовского института, Никита Акимов, присев за стойку в лобби-баре, заказал виски. Он потягивал напиток, когда красивая молодая женщина, светловолосая, синеглазая, элегантная, уселась на соседний барный стул. Она заказала, и ей приготовили «Маргариту» — алкогольный коктейль на основе текилы. Отхлебнув глоток, она обратила внимание на мужчину рядом, неоднократно бросавшего на нее изучающие взгляды.
Улыбнувшись ему, она сказала по-английски:
— Привет. Вы тоже с конференции для представителей индустрии моды?
— Нет, — бархатистым глубоким голосом также по-английски ответил Акимов, — в соседнем зале проходит достаточно скучный симпозиум.
— И по какому поводу? — Дама ненароком приподняла рукой свои шелковистые волосы, оголив шею.
— О, избитая тема радиационной безопасности.
Пай, внимательно посмотрев на мужчину, просияла:
— Я слышала, что за безопасность необходимо платить, а за ее отсутствие расплачиваться…
— Да, быть начеку в таком деле, как радиация, лучший способ оградить себя от неприятностей.
Посмотрев на собеседника мягким и проникновенным взглядом, она улыбнулась и спросила:
— Как вас зовут?
— Никита. А вас?
Цепко держа зрительный контакт с мужчиной, она легко и непринужденно рассмеялась:
— Мэри. Я из Англии… Никита, вы такой мужественный, серьезный. В вашем обществе любая женщина почувствует полную безопасность.
— Ощущение полной безопасности обманчиво, — с придыханием сказал он. Наклонившись к ее уху, прошептал: — Вы очаровательны.
Она кокетливо проворковала:
— Я остановилась в этом отеле…
Следуя правилам флирта, опытная соблазнительница перевела долгий взгляд на проходящего вдалеке мужчину. Ее зрачки, как и положено в таком случае, расширились, но Никита воспринял это как признак сексуального возбуждения.
Она вновь взглянула на него и, накручивая прядку волос на палец, произнесла:
— В моем номере есть старый виски «Чивас Ригал». — Прикоснувшись к запястью ученого, добавила: — Хочу вас угостить…
Конечно, по натуре мужчина охотник, но в данной ситуации Никита, всегда теряющий разум при виде красивых женщин, явно не смекнул, что арсенал для соблазнения у Пай безграничен. Не она, а он трофей. Однозначно! Женщина соскользнула с барного стула и раскованной походкой «от бедра» соблазнительно проследовала на выход. Акимов двинулся следом.
В номере отношения развивались бурно. Прелюдия интима была короткой: по глотку виски и — страстный поцелуй, раздевание, тактильные ласки. Возбуждение привело пару в постель. Никита, получив фантастический секс, впал в эйфорию. Он лежал на кровати расслабленный, наслаждаясь интимной близостью, а она, сидя на нем, облизывала его указательный палец.
— Никита, ты уже разгадал секрет прилетевшего из космоса реактора?
Его брови поднялись, на лбу появились морщины, отражая эмоцию удивления, глаза широко открылись, он часто заморгал:
— Откуда… откуда ты знаешь?
— Ну, об этом многие судачат…
— Я не могу об этом говорить…
Она смачно облизнула его палец:
— Мне ты можешь рассказать…
Он сопротивлялся:
— Это тайна… Я не вправе…
— И все же… — она нагнулась и поцеловала его в губы, — я сгораю от нетерпения узнать подробности…
— Понимаешь, — он попытался уклониться от прямого ответа, — никто толком ничего не знает… Какая-то аномалия…
Она сузила глаза:
— Ты такой милый врунишка… Я тебе помогу…
В ее руках появился шприц с препаратом.
— Что это? Что ты собираешься делать? — заволновался Никита.
— Это? — Она взглянула на шприц: — Сыворотка правды… — и ловко вколола иглу ему в руку.
Комната поплыла, стены стали раздвигаться, предметы мебели приобрели уродливые очертания… Акимов почувствовал себя на небесах, появились ангелы, и самый красивый из них с лицом Мэри спросил:
— Хочешь поболтать?
— Еще как!
— Что за тайну ты хранишь? Доверься мне. Я помогу тебе раскрыть секрет. Ты и только ты станешь первооткрывателем… Деньги, уважение, почет сделают тебя особенным…
— Шар… шар из космоса… золотой… Я не могу об этом говорить… — Мужчина отчаянно сопротивлялся.
Пай разозлилась:
— Так дело не пойдет! Придется вколоть тебе еще одну дозу. Но выживешь ли ты, не ручаюсь...
Она всадила ему второй шприц с более сильным препаратом. Теперь Никита погрузился в ад. Со всех сторон к нему тянулись грешники, взывая: «Скажи, скажи!» Еретики, насильники и убийцы всех мастей предлагали: «Покайся, раскрой тайну, не лги…» Черт с лицом Мэри подвел Акимова к кипящему котлу:
— Что ты знаешь о золотом шаре?
Смирившись с участью, Никита прошептал:
— Мне нельзя об этом говорить… — Перед ним открылась бездна, и он шагнул в нее…
Глаза Акимова остекленели, губы приоткрылись, дыхание остановилось… Он умер. Недовольная собой Пай слезла с кровати, накинула халатик и, завязав поясок, нервно, чертыхаясь, заходила по комнате взад-вперед, потом порывисто схватила смартфон и позвонила:
— Виктор, возник черный смерч…
На том конце положили трубку.
Лаборанта Юру Чумакова, русоволосого симпатичного парня двадцати пяти лет, выписали из медсанчасти через два дня. Он появился в ангаре номер пять и, к удивлению коллег, выглядел абсолютно здоровым. Как всегда, скромный, тихий и серьезный, в синем халате с неизменной ручкой в нагрудном кармашке. Весь коллектив лаборатории зааплодировал ему как герою, а он, приветливо улыбаясь коллегам, пожимающим ему руку, отвечал, что чувствует себя хорошо, шутил о готовности к новым подвигам и как-то по-особому поглядывал на сферу, покоящуюся на своем месте в центре зала. Наконец народ разошелся по рабочим местам, а Юра, сев за свой стол, приступил анализировать магнитную восприимчивость объекта изучения. Вдруг он услышал мысли товарища за соседним столом: «Теперь перемножим два числа…» Коллега назвал шестизначные числа.
Юра, скромно улыбнувшись, выдал вслух ответ. Лаборант удивленно посмотрел на него, затем подсчитал на калькуляторе, снова глянул на соседа и как-то тревожно заметил:
— Все точно! Юра, с тобой все в порядке? — Увидев, что Чумаков кивнул, проинформировал: — Вот делаю расчет мощности реакции синтеза…
Юра, не поворачивая головы, сообщил:
— Можешь не считать, я и так знаю. Зависимость мощности от энергии инжектируемых ионов будет иметь максимум в точке сто пятьдесят килоэлектронвольт.
Теперь коллега, с любопытством посмотрев на друга, осторожно спросил:
— А каково полное энергосодержание плазмы в Даре?
Чумаков, не задумываясь, спокойно ответил:
— Пятьдесят процентов.
Товарищ поразился:
— Ну ты даешь!
Весть о сверхспособностях Чумакова быстро облетела лабораторию. К нему стали подходить за консультациями коллеги и, получив ответы, уходили с мыслями, что обычный парень после удара молнии обрел дар ясновидения, научился читать чужие мысли и приобрел другие сверхъестественные способности. Вообще-то, давно известно: удар током у одних людей отшибает память напрочь, а у других создает сверхразум, так как в мозгу скрыты безграничные возможности для прогресса. Юра получил еще одну восприимчивость — чувствовать электромагнитное излучение сферы, даже не приближаясь к ней. Например, он так описывал состояние объекта:
— Сегодня возмущение электромагнитного поля нарастает… Интересно, с чем это связано? Длина волн ультрафиолетового излучения тоже изменилась…
Все подтверждалось, и изучение сферы производилось теперь без приборов. Опасаясь генетических мутаций, Федор Колесов посматривал на Юру с опаской, так как знал, что температура молний в пять раз выше, чем температура на поверхности Солнца. Левицкий, наоборот, был в восторге: Юра щедро снабжал его информацией для машинного обучения искусственного интеллекта, ведь суперкомпьютеру, как верил ученый, дано открыть секреты реактора.
Генералу Круглову охрана докладывала, что Чумаков, задерживаясь на работе, подолгу стоит у сферы, будто подпитывается энергией. Естественно, генерал приказал следить за Юрой круглосуточно. Однажды Круглову доложили, что Чумаков взял сферу в руки и в течение десяти минут смотрел на нее, не отрываясь. «Подозрительно», — решил генерал, но до поры до времени ничего не предпринимал.
Чумакова пригласили на рабочую группу в «аквариум». Майор Демин мягко спросил:
— Юра, вас видели с Даром в руке…
Наивный и честный лаборант растрогал всех своим ответом:
— После того как в меня ударила молния, мы с Даром породнились… Он больше не причинит мне вреда.
— Вы что-то почувствовали? — заинтригованно поинтересовалась Дроздова.
— Дар посылает мне какие-то сигналы, но я не понимаю, что это — просьбы, условные знаки, предупреждение или что-то другое.
Члены рабочей группы, решив, что у человека не все дома, оставили его в покое, сосредоточившись на текущих делах.
Ученые продолжали упорно работать над разгадкой подарка из космоса. Денис Левицкий, компьютерщик, в своей жизни достиг значительных успехов. Новые технологии, базирующиеся на машинном обучении и нейронных сетях, помогли ему решить несколько сложнейших физических задач и выбиться в ведущие специалисты информационных технологий в стране. Его ценили. И теперь, привлеченный к изучению внеземной сферы, он азартно погнался за исчезающей реальностью.
В суперкомпьютер он загрузил базы знаний из разных областей науки и техники, результаты экспериментов физико-технических институтов, устройство токамака-реактора, гипотезы обуздания термоядерного синтеза и реакции распада атомов. Кроме того, в «мозг» ИИ были вложены история находки сферы на Луне и происшествие с Юрой Чумаковым, у которого в результате удара током проявились суперспособности. Также был загружен его рассказ об «общении» со сферой после выздоровления. Дроздова прислала Левицкому дополнительную выборку данных для обучения машины. В итоге получилось много-много пазлов — миллионы фрагментов головоломки, — из которых искусственный интеллект должен сложить целостную картину изучаемого предмета — сферы диаметром десять сантиметров с плазмой внутри.
Плазма — это газ, состоящий из электронов и заряженных ионов, сжатый до колоссальных давлений. Благодаря этому идет непрерывная реакция термоядерного синтеза с получением энергии. По идее, оболочка шара должна давно расплавиться и испариться, но этого не происходит. Вещество в плазменном состоянии каким-то образом сохраняется в металлическом сосуде небольшого размера. Следовательно, плазму в сотни миллионов градусов удерживает какая-то сила. Возможно, магнитное поле. Сфера, по сути, превратилась в миниатюрное искусственное солнце, которое без вреда экологии выдает электромагнитную энергию.