Темный бог академии (Эриас)

Глава

Глава 1. Наследник Святых

— Откройте! — рычу со злостью и колочу по двери кабинета, в котором меня заперли добродушные "подруги".

А в ответ лишь насмешки.

— Не путайся под ногами, Пугало! — раздаются злорадные голоса адепток из-за двери. — Пустым здесь не место!

— Раз я пустая, то и бояться меня не стоит, так ведь? Откройте эту проклятую дверь! — резонно отвечаю им.

Но толку-то? Они не откроют. Они сделают все, чтобы не дать мне сдать последний вступительный экзамен.

А я обязана его сдать, даже если костьми лягу, иначе мама, папа, сестра… Нас всех ждет конец.

О нет-нет-нет!

Гоню из головы плохие мысли и оглядываю кабинет, больше похожий на склад темной, старой мебели. Пыль даже в воздухе летает и светится под лучами сентябрьского солнца. А дверь здесь только одна. Та самая, что заперта снаружи.

Демоны! Неужели придется подождать, пока девицы уйдут, и звать на помощь прохожих?

Прикладываю ухо к двери и понимаю, что и этот план обречен. В коридоре раздается такой визг, что почти оглушает. Но кое-что я слышу четко.

— Дэмиан! Дэмиан Сэйхар приехал! Скорее! — кричат девчонки.

И вот это поистине плохо.

Плох не сам Дэмиан. С ним, по крайней мере, я не знакома. Но наслышана донельзя о том, кого местные сами прозвали самим богом академии.

Еще бы — целых шесть колец силы! Лучший адепт выпускного курса, на минуточку. Не говоря уже о том, что наследник рода Святых.

Тех самых Святых, что помогли павшей богине, запечатать демонов за Стеной двести лет назад. А их наследников в Эриасе почитают почти так же, как и королевскую чету.

Потому наивно полагать, что хоть кто-то остался в коридоре, чтобы открыть мне злосчастную дверь. Да, коридор пуст, за дверью ни звука. Все побежали смотреть. Издалека, конечно. Ведь к Святым нельзя просто так приближаться.

Но мне не об этом стоит переживать. До конца последнего экзамена осталось от силы пятнадцать минут. Демоны! Мне конец.

Нет. Не смей сдаваться, Яра. Думай, как выбраться!

Кидаюсь к витражным окнам и осматриваюсь. Зеленые газоны, аккуратно подстриженные кусты, лабиринт на границе с лесом и небольшие беседки прямо под окнами меня не особо интересуют. А вот дуб с раскидистыми ветками… Он вполне подходит. И стоит не так уж далеко от окна.

Однако шанс не допрыгнуть и заработать пару шишек все же велик. Но кто я такая, чтобы отказаться от шанса, когда на кону жизнь всей семьи?

Надежно прячу в карман платья камертон — магический артефакт, без которого в академии не обойтись. Отворяю створку окна и ступаю на подоконник. В старых туфлях со скользкой подошвой неудобно, но я все же спрыгиваю с узкого отрезка камня на размашистую ветку и… соскальзываю!

С оглушительными воплями ухаю вниз, цепляясь всеми частями тела за ветки, и падаю спиной на землю. На секунду кажется, все — набегалась, Яра. Ребра болят до темноты в глазах, но вдохнуть все же получается. И пахнет здесь свежескошенной травой.

Значит, не оставила меня богиня — я приземлилась на газон, а не на каменную дорожку.

— М-да. Теперь не только проползают, но и с неба падают, — раздается вдруг мужской голос над головой.

Открываю глаза и сквозь слезы смотрю на темный силуэт, нависший надо мной. Лица не видно, ослепляет солнце, лучи которого подсвечивают контур головы незнакомца.

— На этот раз экзотика, — усмехается он.

Повезло же на спасителя. Нормальные люди обычно помогают упавшим подняться, а этот явно издевается. Притом над моей внешностью.

Точнее, над волосами. Они у меня полностью седые в восемнадцать лет. А глаза после болезни стали янтарно-желтыми. Вот тебе и экзотика. Хотя чаще меня называют Пугалом.

Вот только мало кто знает, что эти самые странные волосы и жуткий цвет радужек — знак величайшего чуда. Чуда, что я смогла, выжила. А не проклятие.

Хотя проклятие тоже в каком-то смысле есть. Только не магическое, а куда более банальное. Долговая яма, в которую угодили родные, пытаясь спасти мою жизнь любым способом.

— Дохлый номер. Шла бы ты отсюда, — тем временем продолжает болтун.

И как бы не хотелось послать его куда подальше, вся концентрация направлена на попытку подняться на локтях и осмотреться. Но мешает странное чувство — кожу словно невидимыми ледяными иглами покалывает. И тянет куда-то не пойми куда. Видимо, эффект “мягкого” приземления.

Зрение, наконец, обретает четкость, замечаю поблескивающий серебром предмет, который лежит у носков начищенных до блеска сапог незнакомца. Старенький камертон.

Наспех ощупываю платье и убеждаюсь — мой. Резким выпадом хватаю вещицу, на которую ушли последние сбережения семьи. Тело еще сильней простреливают иглы, но главное не это — камертон в ту же секунду нагревается в руке.

“Неужели…?!” — проскальзывает спасительная мысль в голове, а следом за ней надежда, что я все-таки сдам последний вступительный экзамен.

Вскакиваю на ноги, направляю артефакт в болтуна, впервые окинув его взглядом, как следует: русый, высокий, с крупным носом, поджарый и лощеный, как и все выходцы из благородных семей. И с таким же презрительным взглядом. Однако абсолютно точно камертон среагировал не на него.

Взгляд сам скользит за спину адепта, а там в беседке еще один.

Он сидит в королевской позе на шикарной скамье и спокойно читает книгу, словно не слышит нашу возню. Значит, не ошиблась. Именно он скрывает то, что нужно!

— Ты что творишь? — подпрыгивает от возмущения болтун, когда я резко делаю шаг, и пытается загородить собой проход.

— Погоди ты, я нашла! — отмахиваюсь от него.

— Кого ты нашла? — адепт не унимается.

— Демона!

Бордовая книга покачивается в изящных пальцах второго незнакомца и опускается, открывая взгляду настолько красивое мужское лицо, что на секунду теряю дар речи. Обычно такие образы рисуют Святым, а тут – живой. Ну, или почти живой.

Этот адепт больше напоминает статую с белоснежной кожей, чем человека. Волосы темные, каштановые, кудрявые, но ему это даже идет. А глаза — насыщенного зеленого цвета, словно светятся в обрамлении темных ресниц.

Но самое странное: пока смотришь в них, время словно замедляется, а воздух превращается в вязкую смолу. Даже стук сердца неслышно.

В первую секунду. А затем все резко меняется.

Этот адепт смотрит на меня не то с усталостью, не то со скукой. Но стоит ему заметить мои седые волосы, взгляд резко меняется. Пронзает до самих костей, и внутри вспыхивает необъяснимый первобытный страх. Почти такой же, какой испытываю во снах, где бегу по темному лесу.

Дыхание сбивается. Пульс зашкаливает. И мне начинает кажется, что передо мной уже не адепт, у которого нужно забрать артефакт с демонической силой, а сам настоящий демон в человеческом обличии.

— Да что за наглость? — выкрикивает первый парень, чем и приводит хоть отчасти в чувства. — Чего только не придумают эти первогодки, чтобы отличится! Иди отсюда!

Совет хороший. Кожей чувствую. Но не могу уйти. И точно так же не могу оторвать взгляд от глаз пугающего незнакомца. А ведь должна уже прийти в себя и попросить отдать честно найденного мной “демона”, ради которого выпрыгнула из окна, на минуточку!

— Она… глухая?

Голос. Тихий, но слышимый настолько, будто даже птицы замолкли в этот момент. Голос того незнакомца… И он пробирается прямо под кожу, заставляя все внутри гореть и сжиматься.

Нет. Приди в себя, Яра. Экзамен!

— Простите! — наконец-то смаргиваю, и словно рвется какая-то связь. Прочищаю горло, чтобы звучать серьезней. — Мне нужен “демон”.

Указываю камертоном в старшекурсника с книгой.

— Демон? — переспрашивает он.

Его темная бровь поднимается, а следом и он сам.

Высоченный. Очень.

Он делает всего один шаг в мою сторону, а тело само рвется прочь, хотя прежде за мной трусости не водилось. Сестра и вовсе бы засмеяла. А мама бы напомнила правила поведения с элитой. Этот точно из элиты.

Нет, не о нем. Сестра, мама. Папа. Экзамен.

— Вступительный экзамен. Последний артефакт… — говорю уже строже, так как время на исходе, но незнакомец не дает даже закончить.

В мгновения ока он оказывается слишком близко. В нос бьет запах омелы, дыма и чего-то пока еще неизвестного мне, но точно магического. Иначе я никак не могу объяснить, что со мной происходит. Но даже под мороком замечаю, что именно задумал старшекурсник. Он собирается схватить мой камертон?

Отдергиваю руку, но он быстрее. Хватает мое запястье, блокируя камертон. И его пальцы настолько горячие, что тело прошибает от макушки до пят. Застываю, глядя в безжалостные, полные то ли претензии, то ли самой ненависти, глаза незнакомца. И в следующую секунду раздается треск.

Камертон раскалывается надвое прямо на глазах, падает на каменную брусчатку с леденящим душу звоном, и морок, или чтобы там было, как рукой снимает.

— Ты что натворил?! — выпаливаю в ужасе.

А надменный адепт и не думает отвечать. Он смотрит так, будто решает, как именно меня сейчас убить.

Что ж, мне тоже его хочется прибить. Ведь мне второй такой камертон уже не купить. Я ради этого месяц без сна и перерывов рыбу чистила!

— Что там? Кто кричал? Это же Дэмиан! А кто это рядом с ним? — кричат где-то девчонки. — Зачем эта белобрысая полезла к Сэйхару?”

К кому?!

Кидаю взгляд на огромного, нависающего надо мной красавца, и теперь все становится ясно…

Я вляпалась по самые уши. И убийственный взгляд бога академии явно это подтверждает. Не хватает лишь надменной ухмылки в духе: «ты попала, девочка». Но Дэмиан выглядит слишком раздраженным для этого.

Раздраженным из-за того, что кто-то посмел подойти? Но демон… И я ведь понятия не имела, кто он такой. Имя на лбу не написано!

Поздно. Кого это теперь волнует? Голосов за спиной становится все больше. Кажется, там целая толпа собралась, но обернуться не могу. Как заколдованная смотрю в зеленые, почти светящиеся глаза местного бога. А он — в мои.

Долго, пристально, хотя обычно люди не выдерживают и трех секунд — пугаются желтых радужек и отворачиваются. Но этот... Он словно что-то выискивает во мне. И прекращать пытку, как и отпускать мою руку явно не собирается.

— Что за столпотворение? — гомон толпы разрезает мужской грозный голос.

Дэмиан наконец-то отпускает меня. Да с таким видом, будто коснулся больной и заразной. Отступает на шаг и кидает не менее сердитый взгляд в сторону приближающихся господ в длинных мантиях, но не спешит принять подобающий адепту покорный вид. Наоборот, еще сильнее раздражен. Пожалуется на меня профессорам?

А они уже рядом. Первый — седовласый мужчина лет сорока пяти с бакенбардами и колючим взглядом — профессор Ривз, он же мой экзаменатор. Слева от него мужчина лет на двадцать моложе. И судя по черному кожаному костюму под мантией — он куратор боевого факультета.

— Кто кричал? Что произошло? — спрашивает профессор, глядя то на меня, то на Дэмиана, то на третьего адепта и разломанный надвое камертон, тоскливо лежащий поверх деревянного настила беседки.

Бог академии отвечать не спешит, переводит взгляд на меня, а у меня как назло в горле пересыхает от страха.

Зато болтун свой шанс не упускает.

— Эта претендентка проползла сюда и наставила камертон на Дэмиана! Назвала его демоном! — выпаливает он, явно желая выслужиться.

Вот только сам “хозяин” такой прыткости лакея, кажется, не рад — у него лицо на мгновенье каменеет.

— Что? — раздается хриплый сдавленный вопрос. Куратор.

А профессор и вовсе застывает на месте, глядя на меня как на полоумную. Толпа шумит, но пока еще тихо — шепчутся.

— Я искала последнего демона для сдачи экзамена, — сообщаю так быстро, будто от этого зависит моя жизнь.

Хотя… почему будто?

— Демона? Здесь? — негодует профессор.

— Первый был спрятан в колонне, второй я нашла у библиотекаря…

— И вы подумали, что третий у наследника рода Святых? — заканчивает за меня куратор и смотрит почти так же убийственно, как Дэмиан Сэйхар.

— Я строго следовала указаниям камертона и только, — хочу отстоять свою правду.

— Увы, это невозможно. Я не давал адепту Сэйхару артефакт с демонической силой,— выдает вердикт профессор. — Либо вас подвел камертон, либо же вы так и не научились им пользоваться.

— Или нашла повод приблизиться к наследнику Святых! — выкрикивает кто-то из толпы за спиной, превращая и без того досадную ситуацию в балаган. — Какая дерзость! Еще и демоном обозвала! Неслыханно!

Один суровый взгляд профессора, и возмущения стихают. Но это меня не спасет.

— Камертон безошибочно привел меня к первым двум артефактам. Значит, он был исправен и пользоваться я умела. Так с чего-то случиться ошибке на третьем? — спрашиваю я, прекрасно понимая, что спор сделает лишь хуже, но сейчас нельзя отступить.

— Раз вы так уверены, то по протоколу… Куратор Сэйхар, — обращается профессор, а я вздрагиваю, услышав фамилию.

Из разговоров поступающих я знаю, что в академии есть старший сын дома Сэйхаров. И он занимает положение в преподавательском составе. Но никогда бы не подумала, что именно этот куратор старший брат Дэмиана.

У наследника тонкие черты лица, в то время как Ранд, — если не ошибаюсь, так зовут старшего, — с квадратным подбородком и узким лбом. Симпатичный, кареглазый, высокий и в плечах немного шире Дэмиана, но все равно теряется на фоне младшего брата.

— Будьте любезны, проверьте, нет ли здесь демонической ауры. Может, кто из других претендентов, свой обронил, — тем временем просит профессор.

Ранд едва заметно напрягается, однако достает свой камертон. Но воспользоваться им не успевает.

Вперед лениво выходит Дэмиан.

— Не нужно.

Он говорит лишь одну фразу, и стихает не только шепот в толпе, но даже птицы замолкают. Опять.

— Ч-что значит не нужно? — переспрашивает профессор, явно озадаченный приказом своего же ученика.

Ах да, наследник Святых. Статус выше преподавательского. А я полагала, что манеры и уважение к старшим во всех классах одинаковы.

— Вот ваш “демон”, — сообщает Дэмиан, указывая на книгу, оставшуюся лежать в беседке.

— В прошлом году в камнях на ее корешке прятали демоническую силу. Не знаю, что за бракованный камертон купила эта претендентка, но “демона” она почти нашла. Точнее, остаточную энергию. Я тоже ее уловил, потому и взял книгу на изучение, — сообщает Дэмиан.

Он говорит обычно, почти бесцветно, но толпа вздыхает так восхищенно, будто Дэмиан только что на их глазах убил демона голыми руками.

— Выходит, вы… напомните, как вас зовут, — обращается ко мне профессор.

— Яра Шторм, — отзываюсь я.

— Удивительно, претендентка Шторм. Вы с одним лишь кольцом силы учуяли столь тонкий след? — удивляется профессор, поглядывая на мои оголенные запястья. — Поздравляю с зачислением, адептка!

С зачислением?! О павшая богиня, спасибо тебе за удачу!

Кажется, я впервые за три недели подготовки в академии вижу, как профессор улыбается мне, и уже готова подпрыгнуть до небес от счастья, но…

— Какое зачисление, профессор? — разрезает воздух надменный голос. — Она нашла не экзаменационный артефакт, а почти пустышку. Это нарушение, — отрезает Дэмиан, а затем уводит взгляд к башне с часами, которую видно из каждого закутка в академии.

— Исправить ошибку она вряд ли успеет. Время экзамена вышло, — добавляет он.

И мое сердце падает в пятки.

Демоны! Ну зачем?!

Все ведь получилось! Камертон обнаружил даже самую тонкую магию – остаточную. Дэмиан сам это признал, помог… “Помог, чтобы потопить”, — доходит до меня, когда на долю секунды в его взгляде проскальзывает нечто злое и предупреждающее.

— Что ж, — вздыхает профессор, которому явно нравились мои успехи, но правила зачисления никто не отменял.

Тем более раз сам Дэмиан Сэйхар решил за этим бдить.

— Стойте! Минута! До конца экзамена еще есть минута! — вспыхиваю как спичка, поднесенная к огню, хотя на самом деле я уже почти догоревшая спичка. — Я найду демона! — выпаливаю как можно скорее и в ту же секунду ощущаю, как за моей спиной вновь вспыхивает темная аура местного “бога”.

— Найдете? Как же? Ваш камертон сломан, — удивляется профессор.

И он полностью прав. Без камертона новичку, тем более почти пустому, никогда не найти демона.

Но у меня есть маленькая, смертельно опасная тайна.

Тайна, которую мама умоляла меня хранить всеми силами. Но что толку? Если провалю экзамен, ростовщики точно не будут ждать моей большой стипендии. Отберут дом и не только.

— Демон у вас в левом нагрудном кармане, профессор! — заявляю я, поставив на кон все, что есть.

Глава 2. Камертон

Колокольный звон эхом расходится по огромному саду.

Секунда, вторая, третья. Профессор медленно поднимает руку к нагрудному карману и достает заветный алый камень, в котором полыхает черное пламя.

Облегчение волной прокатывается по телу, а затем настигает страх. Я слишком близко подошла к краю. Теперь последуют неудобные вопросы.

— Занимательно, не правда ли? — подмечает Ривз, глядя на куратора.

— И не говорите, профессор, — соглашается тот и подозрительно косится в мою сторону. — Ваше имя Яра Шторм?

Ну вот и началось.

Напрягаюсь до кончиков пальцев в ожидании допроса, но, хвала богине, профессор решает вмешаться.

— Оставим разговоры на потом. Экзамен технически пройден. А значит, вы можете забирать свои вещи из комнат для отбора и перебираться в общежитие для адептов. Завтра ваше имя будет в списках поступивших, — объявляет Ривз.

Я чудом сдерживаюсь, чтобы не завизжать от счастья. А зловещая аура Дэмиана Сэйхара крепчает настолько, что я буквально ощущаю ее невидимые щупальца, готовые впиться мне в плечи.

Но сейчас на это плевать.

— Спасибо! Спасибо, профессор! — выпаливаю я.

И, пока он не передумал, а два грозных брата не испепелили меня взглядами, спешу сбежать из этого места. Но, едва развернувшись, натыкаюсь на недовольную толпу.

— Чего вы стоите? Никто не опаздывает на занятия? — раздается спасительный голос.

На удивление он принадлежит не Ривзу, а куратору Сэйхару.

Вновь благодарю, правда, немного невнятно. Подхватываю с земли части камертона и спешу к зданию, отдельно стоящему на краю двора академии. Там живут новоприбывшие до официального зачисления.

По правилам все претенденты должны пройти подготовку и сдать два вступительных экзамена — теорию и практику. Но из пяти комнат были заняты лишь две. Остальные либо сдали все экзамены с порога, либо у них был достаточный уровень колец, позволяющий обойти часть экзаменов.

Имелся еще один вариант: статус и власть. Но в наших комнатах жили, по сути, лишь самородки. То есть те, кто не происходит из родов заклинателей, но по какой-то причине в теле к восемнадцати годам проснулась магия. Зачастую слабая. Одно или полтора кольца максимум.

Раньше с таким уровнем можно было попасть только на артефакторный завод. Для большинства жителей Центральной Равнины, да и других регионов и стран, это весьма светлое будущее, но оно несравнимо с тем, чтобы стать заклинателем.

Стать тем, кто оберегает мир от демонов. Стать героем! А в старости, если доживешь, выбрать себе любое занятие по душе.

Вот что дает эта академия. Статус, безбедность, почести и шанс на лучшую жизнь тебе и твоему роду.

Это то, о чем такие, как я, даже мечтать не могли еще каких-то двадцать лет назад.

Но магии в всем мире становилось все меньше. И вот уже три года, как в академии стали брать даже слабых.

Как же хочется сказать маме и папе, что я справилась. Что больше не нужно переживать из-за долгов. Я отдам все до медяка! Сначала со стипендии, которая в два раза превышает самую высокую зарплату в моем родном городе. А когда выпущусь, у нас начнется новая жизнь. Айе, моей младшей сестре не придется больше начищать рыбу с утра до ночи.

Она сможет учиться! Сможет стать, кем захочет.

Нетерпится написать об этом, но до дня почты еще рано. А вот беда приходит без расписания.

— Все-таки справилась, Пугало. Уму непостижимо! — В дверях появляется рыжая девица, стараниями которой я оказалась заперта в пустом кабинете.

Рузанна. И она уже успела нацепить на себя бордовую форму адептки.

— Мне кажется, что ей больше подходит Бледная Моль, — дополняет блондинка, заваливаясь следом за подругой, и явно старается выслужиться, задев меня побольнее.

Вот только зря. Пусть с блондинкой мы знакомы лишь три недели, но Рузанна на собственном опыте знает, что обзывательства на меня не действуют.

С ней мы столкнулись в Параме, когда я разносила рыбу по знатным домам. Рузанна не оценила, что один из гостей на ее чаепитии, решил помочь мне с ящиками, и закатила скандал.

С тех пор родители не отправляли меня в дом наместника. Но Рузанна сама заявилась к нам на порог с обвинениями, что я испортила ее отношения с женихом.

К счастью, у старших дома Родивов мозги все же имелись. Дочь они угомонили, но от поставок нашей рыбы отказались насовсем.

Мы потеряли деньги. А я еще и покой, ведь у Рузанны оказалось полтора кольца, одинаковый возраст со мной и… общая спальня для поступающих. Впрочем, теперь это в прошлом. Меня ждет общежитие для адептов.

— Отойдите с дороги, — спокойно прошу девчонок.

А они, как назло, подходят вплотную.

— Как ты умудрилась сдать, а? Из окна, что ли, вылезла? — пристает Рузанна.

— Именно так. И если бы не вы, то точно не успела бы найти последнего демона. Так что спасибо за помощь, девчонки! — отзываюсь я и растягиваю губы в улыбке, которая в сочетании с моей внешностью выглядит жутко.

И, пока девушки ловят шок, проскальзываю мимо них в коридор, а потом уже во двор академии.

Втягиваю прохладный осенний воздух, и прижав мешок с пожитками к груди, спешу в библиотеку.

Полноватая дама, которой и в первый раз пришлось не по вкусу мое появление, неохотно дает несколько книг. Остальные, по ее словам, доставят в комнату перед началом комендантского часа.

— Спасибо, — киваю женщине, несмотря на ее недовольство, и иду к одному из четырех высоких зданий со шпилями.

Общежитие хоть и выглядит пугающим и мрачным снаружи, но внутри вовсе не похоже на место, где злодеи приносят жертвы в дар демонам. Холл светлый, просторный, с двумя огромными лестницами, ведущими в разные стороны: женскую и мужскую половины. Под одним из мостиков, соединяющих лестницы, находится нужный мне кабинет завхоза.

Строгая дама с порога окидывает меня взглядом и даже вздрагивает, заметив волосы и глаза. Но пошарпанная обувь и старое платье быстро приводят ее в чувства.

— Фамилия, — требует завхоз, сморщив нос, словно от меня дурно пахнет.

Зря. Бедняки, может, и не ходят в шелках, но толк в гигиене знают.

— Шторм. Яра Шторм. Первый год.

Дама черкает что-то в журнале, затем достает со стеллажа две формы — бордовую и черную из кожи, — и постельное белье.

— Не терять. Не портить. Комплекты на целый год. Стираешь либо сама, либо 5 медяков, — сообщает, строго поглядывая на меня, и идет к ключнице.

— Комната 396. Соседка еще не заявлялась, но одна точно жить не будешь, так что половину держи свободной.

На этом «приятная» беседа заканчивается, а благодарить мне уже не хочется. Просто киваю и, едва держа тонну предметов в руках, направляюсь к лестнице.

В порывах радости я пару раз сворачиваю не туда, отчаянно надеясь, что уже попала на нужный этаж, но нет. Нужный этаж я узнаю в первую секунду. Даже коридор выглядит совсем иначе, чем те, что я заметила ниже.