История одного яйца, или Миссия невыполнима

– На будущее учти: никаких дедушек! Но это относится только к моим владениям. Остальные лесовики шибко замороченные, им уважение и почет подавай. Это только я с придурью, – весело проскрипел старичок. – Поэтому мы и спелись с Веданой.

Это он сейчас мою мать назвал весёленькой на голову? Хотя, если отбросить эмоции, он прав. Только ситуация ещё похуже. У нас вся семья весёленькая!

– Хорошо, мы всё учтем, – послушно сказала Милочка своим очаровательным голоском. – Извините, если мы вас расстроили.

При этих словах Дубовик расплылся в улыбке. Расстроили, как же! Просто у неё добавился ещё один почитатель. Как не стыдно! Уже по дедушкам пошла!

– Не стоит беспокоиться, Милочка! Всё хорошо.

Если я расскажу кому-то об этом, мне не поверят! Очаровать самого лесовика. Вот что значит потомственная ведьма! Стоп. Я тоже потомственная. А почему я так не могу? Нужно будет попрактиковаться, вдруг получится?

– Не буду задерживать. Вам еще предстоит долгое путешествие, много впечатлений, эмоций и знакомств.

– Нет, мы не планируем путешествий. Только к Люту и назад, домой.

Тут меня осенило! Ни разу не пробовала, но знаю про особые ритуалы вызова лесовика, чтобы впоследствии получить предсказание будущего. Ничего себе благосклонность! Мы же его ни о чём таком не просили. И формулировка мне определённо не нравится! Не хочу путешествий! Мне и дома неплохо. Особенно про эмоции не понравилось. Ведь не факт, что они будут положительными?

– А впечатления будут хорошие? – Мила всё поняла раньше меня и решила выведать больше информации.

– Разные, но запомнятся надолго. Это я гарантирую, – засмеялся Дубовик.

Вот совсем не смешно! Мне мнительной, говорить такие вещи. Перед глазами одни страшные картинки сменяли другие, ещё более безрадостные. Нужно срочно взять себя в руки. Я взрослая и страшная ведьма! Поверили? Я нет! Кажется, у меня начинается паника, и самовнушение не работает.

– Это связанно с Лютом? – не сдавалась Милана, продолжая задавать вопросы.

– И с ним тоже, – проскрипел старичок. – Идите уже. Больше ничего не скажу. И передавайте Ведане привет от меня.

– Благодарствуем за прорицание, – поклонилась Милочка. – Матери обязательно передадим твой привет.

Я с запозданием повторила поклон за сестрой и произнесла вслед удаляющемуся шуршанию:

– Мы ещё увидимся с тобой Дубовик?

– А то как же! – голос становился всё дальше. – Ждите в гости.

– Ну что, сестрица, кажется, мы влипли, – в голосе Милы не было никаких тревожных ноток, только констатация факта.

– Поживём – увидим, доживём – узнаем! – что тут ещё можно сказать, философ из меня тот ещё.

– Про смерть он ничего не говорил. Значит, узнаем, – успокоила меня Милочка всё тем же безжизненным голосом.

Да, когда уже закончится действие отвара? Сейчас пришлась бы кстати её поддержка.

– Как ты себя чувствуешь? – я начала всерьёз беспокоится о Милином состоянии.

– Лучше некуда.

Безразличный тон сестры начинал волновать меня ещё больше. Не дай Боги, останется такой навсегда. Может, я разговорами смогу немного привести её в чувство?

– Хочу тебя попросить, – я старательно подбирала слова, чтобы не обидеть её. – Не придирайся, пожалуйста, к Лютовою, когда мы к нему придём.

Милочка начала открывать рот для возражения, благо тупила она сейчас неимоверно, поэтому мне удалось перебить сестричку.

– Ты зла на него, я это понимаю. Но! Он подневольный и делать всё, что ему заблагорассудиться, не может. Не наседай. Ты же знаешь, как говорят? От любви до ненависти один шаг! Так вот я не хочу, чтобы он этот шаг сделал. Это не в наших интересах, поверь мне! Будучи обиженна, в данный момент, ты этого не понимаешь. Но я надеюсь, что ты меня услышишь. Прислушаешься, наконец, к голосу рассудка и поумеришь свой пыл!

Закончив тираду и переведя дух, я пыталась рассмотреть сестру в неярком свете лучины и понять её реакцию на мои слова. Получилось или нет до неё достучаться?

Милена молчала какое-то время. Вероятно, осмысливая мои слова, а потом заговорила.

– Ты действительно думаешь, что я этого не понимаю? – в голосе прозвучала обида. – Да, может на посторонних людей я произвожу впечатление симпатичной и глупенькой девочки! Но ты знаешь, как я отношусь к жестокости и несправедливости этого мира! И при любой удобной возможности я буду пытаться это изменить. Для меня важна любая жизнь! Не важно Борьки или человека. Я всегда была такой и надеюсь, что с годами не очерствею!

– Не переживай, не успеешь. Если ты будешь продолжать вести себя столь неосмотрительно, то долго не проживёшь!

Слова были сказаны в сердцах и звучали грубо, но что есть, то есть. Она самый дорогой для меня человек на свете. Её боль – моя. Я так же тяжело переживаю, но просто стараюсь не показывать этого. И, в конце концов, кто-то же должен быть сильным? Конечно, романтическая Милочка не может быть жесткой! Приходиться мне играть эту роль.

– Кажется, меня начинает отпускать! – в голосе уже слышались эмоции.

От сердца отлегло. Стало на одну проблему меньше. И очень вовремя, поскольку мы подошли к погосту.

– Лютовой! Гости пожаловали!

Я решила сообщить о приходе, хотя была уверенна, что он знал о нашем приближении задолго до этого. Только непонятно, почему не встретил?

Из темноты прямо на нас выскочил навь. Уж не знаю, был ли это выживший после Милиных побоев или незнакомый. При таком освещении не поймёшь. Но вежливый безмерно!

– Пройдемте за мной, – он шагнул в темноту.

Мы переглянулись. Выбора особого не было. Не нравится мне эта атмосфера, так и жди какой-то гадости!

– Ну, пойдём, таинственный друг!

Набрав в грудь побольше воздуха, будто собиралась нырять, я переступила невидимую черту, разделявшую мир живых и мёртвых. Сестра следовала за мной по пятам. Кладбище днём – малоприятное зрелище, ночью же ни один здравомыслящий человек даже не подумает о том, чтобы там прогуляться. Наше положение было особенно странным от того, что мы пришли по приглашению Люта. И не поймёшь, это хорошо или плохо? Вроде пригласили, поэтому никто не тронет. Но тут сразу же приходит другая мысль: позвал ночью, значит, точно прибьет! Припомнит нам все обиды и поминай, как звали двух без вести пропавших сестёр ведьм! Моё нервное напряжение нарастало, с каждым шагом и становилось всё больше. Кто-то тёрся о мои ноги с кряхтящими звуками… Неведомая хрень трётся об меня!

С дикими воплями я взвилась в воздух и приземлилась на что-то живое. Или уже не живое, но определённо шевелящееся. И кажется, ему было больно. Сомневаюсь, что оно вопило похлеще меня, просто так! Мила со своей стороны охотно поддержала меня ором.

– Сгинь, нечисть треклятая! – меня передёргивало от отвращения и испуга.

– Это ты мне?

Передо мной стоял Лютовой. Чтоб его. Собственной персоной, так сказать.

– Нее, я не тебе, – показывая себе под ноги, – ему. Испугал меня до потери пульса!

– Поверь мне, он от тебя тоже не в восторге. Судя по тем звукам, что я слышу, – Лют начал меня толкать. – Да слезь ты, наконец, с несчастного. Уже всё ему оттоптала! Нас нечистью называете, а сами кто? Да хуже людей нет никого! – он распалялся всё больше. – Он к тебе с лаской, а ты ему что? В морду? – действия увенчались успехом, и ему удалось спихнуть меня с существа. – Садистка!

Он поднял хрень на руки и прижал её к груди, поглаживая и успокаивая. Она в ответ поскуливала, будто жаловалась на меня.

Слова Лютовоя звучали как удары хлыста! Я почувствовала себя последней сволочью. Припёрлась в гости, оскорбила хозяина и искалечила его любимца. Вдобавок прооралась, всех распугав. Как неудобно получилось!

– Лют, прости нас, – вмешалась Милочка, – но в этом отчасти есть и твоя вина! Какой ты ожидал реакции от двух девушек ночью на кладбище?

– От вашей семейки я вообще ничего хорошего не ожидаю! Пошли, – голос его звучал как приказ, грубо и жёстко.

Мы с Милой поплелись следом на мерцающий впереди огонёк, который я не заметила из-за своей истерики. А он был так близко, буквально в двадцати шагах. И если бы не моя невнимательность, этой неприятной ситуации не произошло. Пора брать себя в руки! Чую, что на сегодня это не последнее испытание ожидающее мои потрёпанные нервишки.

Пройдя прихожую, мы оказались в уютной небольшой комнатке. Где Лют отпустил изрядно помятое мной… Даже не знаю, как его назвать… Пусть будет животное. Больше всего оно походило на летучую мышь. В пасти виднелись острые зубки, такая же заострённая мордочка и кожистые крылья. Но передвигалось существо на четырёх лапах, как собака. Коснувшись пола, оно начало носится и прыгать по всему помещению. Вот симулянт!

Я была так увлечена рассматриванием мыша, что забыла осмотреться. Первое, что бросалось в глаза, это обилие книг, которые стояли на полках по всем стенам, лежали на столе, полу и лавках. У меня спёрло дыхание от такого богатства. Рядом прозвучал восторженный вздох сестры. Те корешки книг, что попадали в поле моего зрения, были: о травах, магии, параллельных мирах и невиданных животных.

– Решено, я остаюсь здесь! – глаза Милы лихорадочно блестели, а руки помимо воли тянулись к полкам.

О, как я её понимала! Видя такое богатство, хотелось бросить всё и окунуться в мир знаний без остатка. Перелистывать драгоценные страницы и жадно впитывать информацию, которой, судя по количеству книг, мне хватит на несколько лет. При условии если я буду только читать, прерываясь иногда на практические занятия.

Меня вернул на землю из сладостных грёз встревоженный голос Лютовоя:

– Девки, вы чего? – он смотрел на нас с подозрением.

Мы с Милочкой переглянулись и поняли друг друга без слов.

– Всё прекрасно! И прекрасно на столько, что кажется нереальным, – с лица не сходила придурковатая улыбка.

Мои слова ни сколько не успокоили Люта. Наоборот, он стал ещё больше нервничать и, как мне показалось, даже немного отодвинулся. Наверное, подумал, что это заразно.

– Лютик, солнышко, я переезжаю к тебе! – сладким голоском пропела Мила и одарила его умопомрачительной улыбкой. – Но я не одна, со мной в нагрузку сестра идёт.

Это его подкосило! Не веря своим ушам, он подошел к стулу и буквально рухнул в него.

– Ничего не понимаю. Объясните мне, кто-нибудь, что тут происходит?

– Что же тебе неясно? Мы с Ярой будем у тебя жить!

– Чем же я заслужил такое счастье? – ошарашено спросил Лют.

– Это же очевидно! Ты здесь один-одинёшенек. Рискну предположить, что по ночам от тоски волком воешь. И чтобы тебе не было скучно, мы составим компанию на ближайшие годика два!

– Нет, Милочка, за два годика мы не справимся, – осмотрев комнату, я вынесла вердикт. – Четыре, – вспомнив о том, что ещё и работать нужно, поспешно исправилась, – нет, лучше пять лет. Думаю, этого будет достаточно, но только при условии, что всё это, – показав глазами на полки, – разделим пополам. Вот тогда мы точно успеем!

– Как скажешь, – согласилась со мной сестричка, посмотрела на Люта и одарила его ласковой улыбкой. – Представляешь, на протяжении целых пяти лет ни единого дня ты не будешь один!

Милу ничуть не смутило, что это прозвучало как самая настоящая угроза. Не знаю, что думал в этот момент Лютовой, но лично мне стало страшно!

Нет, знаю! Хотя правильнее будет сказать – вижу!

Он несколько раз вставал, хватался за спинку стула, пил воду, проходился по комнате и снова садился. Один раз даже вышел на улицу, но сразу вернулся. И за всё это время не проронил ни единого звука.

– Яра, как ты думаешь, что с ним? – Милочка заинтересовано следила за нашей невольной жертвой.

– Это он так радуется! – заверила я сестру. – Просто никак не может поверить в свалившееся на него счастье!

Проходивший мимо меня Лют зыркнул недобрым взглядом, в котором читалась жажда мести. Мышь, который бегал за ним всё это время, как хвостик, был солидарен с хозяином и грозно на меня вякнул.

Плевать! Я слишком устала!

Расчистив место на лавке, я тяжело на неё опустилась. Борясь с диким желанием схватить первую попавшуюся книгу и начать её читать. Но, по правде сказать, побоялась, что Лют, увидев мою наглость, на этот раз не ограничится взглядом, а продолжит и действием, вышвырнув меня за шкирку на улицу. Нет, я не собиралась отступать и отдавать все эти сокровища в его единоличное пользование. Прежде чем приглашать к себе двух юных, жаждущих знаний ведьм, он должен был позаботиться о том, чтобы мы не увидели его обширную библиотеку!

В своей жизни я прочитала только три книги, которые передавались по наследству и были написаны женщинами нашего рода. И, как нетрудно догадаться, они были связанны с нашей профессией: первая – про целебные травы, вторая – обряды и заговоры, третья – краткий справочник нечистой силы.

Если бы Лютовой потрудился узнать, насколько скудны наши познания, то, возможно, такая реакция не застала его врасплох. Но, увы, он допустил большой промах, и избавится от нас можно будет только через прямую угрозу нашему здоровью. Хотя это не точно…

Тем временем гостеприимный хозяин перестал наворачивать круги, остановился в середине комнаты и после недолгой паузы произнес:

– Давайте начнем сначала. Я уже остыл и могу спокойно с вами беседовать.

Лют несколько раз глубоко вздохнул и продолжил:

– Что вы имели в виду, когда говорили, что останетесь жить у меня?

Мы с сестрой одновременно открыли рты, чтобы ему ответить. Он нас остановил шиканьем.

– По одному! Сначала ты, – указал на меня.

Фи, как неприлично тыкать в девушку пальцем! Во мне взыграла голубая кровь нашей прапрапрапрабабушки. Если я не ошиблась с количеством пра. Это была знаменитая женщина, и, как гласит наша родовая легенда, рождена она была от очень титулованного и имеющего большую власть и деньги человека. Его имя неизвестно, и можно было бы подумать, что это всё вымысел, но иногда внезапно аристократические замашки берут верх. Из чего следует вывод, что тёмная история имела место быть!

– Мы имели в виду, что останемся у тебя на какое-то время.

– С какой такой радости? – Лют посмотрел на Милу. – Твоя очередь.

– Потому что у меня новая миссия. Она называется «Твори добро». Её цель – адаптация антисоциальных элементов, таких как нежить и нелюдь. Сейчас проходит акция, и абсолютно бесплатно вы получаете пакет «Всё включено»! – протараторив это на одном дыхании, Милочка перевела дух.

У меня отвисла челюсть, а Лютовой просто завис между словами: цель и всё включено. Я не смогла сдержаться и зааплодировала сестре! Её щеки порозовели.

– Я знала, что ты оценишь! – она отвесила мне низкий поклон.

– Допустим, я понял, что ты имеешь в виду, – звучало это неубедительно. – Но вы не можете здесь оставаться!

Мышь поддержал его вяканьем.

– Это почему же? – была моя очередь говорить, если я правильно поняла принцип его считалочки.

– Две девицы поселились в моём доме, – произнес он с ужасом. – Что люди подумают?

– Знамо что! – я недвусмысленно улыбнулась.

Лют от меня шарахнулся. Чтобы его успокоить, я решила улыбнуться так, как меня учила сестра. Что я, собственно, и сделала… Мышь жалобно заскулил, а Лютовой спрятался за Милочку.

– Чего это оно воет? – я свирепо посмотрела на мыша.

– Его зовут Хвост! – оскорбился Лют.

Я обошла мыша сзади и уставилась на то место, откуда он должен расти. Там ничего не было. Может, у этой гремучей смеси он растет из какого-то другого места? Обсмотрела его со всех сторон и не нашла ничего, даже отдаленно напоминавшего хвост.

– Врёшь! У него нет хвоста! – я торжествовала, уличив Люта во лжи.

Мне показалось, что мышь смутился. Он согнулся пополам, опустил мордочку, и даже шёрстка его обвисла и потускнела.

– Потому его так и зовут! – ответил с вызовом Лютовой.

– Что-то я не улавливаю причинно-следственной связи.

Лют начал терпеливо объяснять:

– Хвостом назвали, чтобы не было комплексов из-за его отсутствия. Он очень переживал по этому поводу, и теперь его хвост – это кличка!

Как всё запущенно! Мне даже не верится, что я сейчас разговариваю со страшным Хозяином погоста, находясь в его кошмарном логове посреди жутких владений! Какая тонкая душевная организация. Кто бы мог подумать, что внутри этого сурового, почти человека бушуют такие страсти! И как нежно он смотрел на Хвоста! Даже Милочка не смогла бы конкурировать с теми чувствами, которые, судя по всему, он испытывал к мышу. Хвост отвечал ему взаимностью и смотрел преданными глазами, в которых читалась благодарность за заступничество передо мной. Он ласково потёрся о ноги Люта, издавая при этом пронзительные скрипящие звуки. Кажется, это было мурлыканье в его интерпретации.

Может, он был кошь, а не мышь? Хотя, кто сможет разобраться в этой нечистой силе? Разве что какой-нибудь навьенолог. Я не причисляла себя к экспертам, и в «Кратком руководстве нечисти» одной из трёх прочитанный мною книг, не было такого существа, как Хвост. Это говорило о том, что пора дополнять и редактировать родовое издание. Чтобы наши потомки не терялись в догадках, так же, как и я сейчас, что это за навь передо мной, опасен ли он и что с ним делать, если ему вдруг стукнет в голову напасть? Мне взгрустнулось. Список обязанностей продолжает расти. А жить когда?

Меня вырвали из философской пучины самым бестактным образом. Я была так погружена в свои мысли, что не сразу поняла, когда возле меня разгорелся жаркий спор. Запал конфликтующих распалялся, голоса становились всё громче.

– Пока мы не женаты, это не возможно! – безапелляционно заявил Лют.

Что? Он сделал предложение моей сестре? Это как же нужно было задуматься, чтобы пропустить такое?

– А кто собрался замуж выходить? Мы просто друзья и будем жить вместе! Не волнуйся, ты нас даже не заметишь! – почти прокричала красная от спора Милочка, плюхаясь на стул, который жалобно заскрипел, и осматривая пространство комнаты хозяйским взглядом. – Яр, ты как думаешь, кровать здесь поставим или лучше туда? – при этом тыкала пальцем в разные углы помещения.

– Ээээ, ребята, я не поняла, вы что, жениться собрались?

– Нет! – рявкнул Лют.

– С чего ты это взяла? – изумилась сестра.

Оба смотрели на меня непонимающими взглядами.

– Просто я услышала: «Пока мы не женаты – это не возможно»!

– А вот ты о чем. Просто он, – Мила указала на взбешенного Люта, – Говорит, что неприлично незамужним девицам, ночевать у здорового и холостого нелюдя! – она передразнила его голос. – Будь мы семейной парой, никто бы слова не сказал. А поскольку это не так, поползут слухи, что отрицательно скажется на нашей с тобой репутации!

Может, он нас с кем-то перепутал? Нашей репутации уже ничего не страшно! Слышал бы он, какие небылицы про нас рассказывают. Особенно много слухов о том, что мы уводим мужиков из семей. В основном эти сплетни касаются Милочки, но время от времени моя персона в них тоже появляется. И ничего, что их вторые половинки сбегают сами! И поскольку тяжело жить с осознанием того, что ты довела своего благоверного до бегства – перекладывают вину на нас!

– Срамота то какая! – воскликнула я, постаравшись передать весь ужас, который испытаю после таких обвинений.

– И я ей это говорю! – Лютовой уже отмечал свою победу.

Милочка не сдержалась и начала хохотать, да так заливисто, что я к ней присоединилась. Потихоньку до него начало доходить, что я пошутила.

– Тьфу на вас, – обиделся Лют.

– Шутки шутками, но Лютовой прав, – он заметно обрадовался, услышав мои слова, – Но не потому, что вследствие этого наша репутация ухудшится, – сестра хихикнула. – Просто мы нагло врываемся в его размеренную жизнь, – Хвост вякнул, и Лют поддержал его кивком. – Поэтому я хочу спросить, не будешь ли ты против, если мы будем приходить к тебе в библиотеку? – я застыла в ожидании, надеясь на положительный ответ.

Лют задумался над моей просьбой. Время шло, а он никак не мог принять решение. Мы с сестрой боялись шелохнуться, чтобы не оторвать его от размышлений и не дать повода для отказа!

Наконец он ответил:

– Хорошо.

Мы радостно зашумели.

– Но! – подняв указательный палец. – Только по предварительному согласованию дня и времени!

Я ещё никогда настолько старательно не кивала. Амплитуда была настолько большой, что казалось, голова сейчас отлетит. Сестра полностью меня поддерживала.

– Тогда договорились.

Милочка не удержалась и, подбежав к Люту, смачно чмокнула его в заросшую щетиной щеку. От такой неожиданной награды он расцвел и действительно стал напоминать цветочек. Всеобщее состояние счастья повлияло даже на Хвоста. Он носился как угорелый по комнате и, подбегая к нам, радостно вякал.

И тут я вспомнила, что нас не просто так в гости пригласили. Меня охватило неясное чувство тревоги:

– Лют, а ты зачем вызвал нас среди ночи?

Его лицо омрачилось и резко стало серьёзным, не оставив и следа прошлого веселья:

– Девочки, у вас проблемы!