Тайновидец. Том 8: Старый пройдоха

Глава 4

Мы с Лизой отвели Изгоева в лазарет.

Необходимости в этом не было, ссадина на его лбу оказалась неглубокой. Анна Владимировна быстро остановила кровь. Как и все маги природы, она обладала некоторыми навыками целительства.

Вот только состояние Изгоева мне не нравилось. Он как будто потерял много сил вместе с несколькими каплями крови.

И угрюмая решимость парня не проходила.

Кроме того, я чувствовал, что ему неприятно находиться рядом со мной, и решил этим воспользоваться.

В Императорской Магической академии был свой самый настоящий небольшой лазарет.

В нем даже нашлась палата с тремя койками. Пожилой целитель быстро промыл рану на лбу изгоева, приложил к ней марлю, пропитанную целебным зельем, и умело забинтовал.

– Голова кружится? – спросил он Изгоева.

Молодой дворянин едва заметно кивнул.

– Похоже, юноша сильно ударился, – сказал мне целитель. – Ему лучше отдохнуть в палате под моим присмотром, хотя бы до вечера.

– Отлично, – согласился я. – Там мы с ним и поговорим.

Изгоев коротко взглянул на меня и сразу же отвел взгляд. Я чувствовал, что он боится предстоящего разговора.

– Подожди меня здесь, – попросил я Лизу.

– Конечно, – невозмутимо ответила она.

Лиза хорошо понимала, что некоторые вещи гораздо легче выяснить наедине.

Я проводил Изгоева в палату и плотно закрыл за собой дверь.

– Так что случилось? – спросил я. – Как ты умудрился пораниться?

– Статуя неожиданно покачнулась, – упрямо объяснил он. – А у меня поехала нога по скользкой траве. Вот и все.

Он явно не договаривал, но я не стал давить на парня. Зачем? Все равно, рано или поздно, причина его поведения выяснится сама собой.

Да мне и не нужно самому во всем разбираться. Достаточно сообщить о своих подозрениях Никите Михайловичу Зотову. А он моментально узнает всю подноготную парня.

Так что в ответ на его вранье я лишь дружелюбно кивнул.

– Ладно, отдыхай. Уверен, до церемонии выбора пути твоя ссадина заживет, даже следа не останется.

Но Изгоев вдруг впился в меня пронзительным взглядом темных глаз и даже сделал движение рукой, будто хотел схватить меня за рукав.

– Александр Васильевич, я не хочу принимать путь сейчас, – нервно сказал он.

Такого я не ожидал и удивлённо посмотрел на Изгоева.

– А почему? Разве не для этого ты приехал сюда из… Кстати, откуда ты приехал в Столицу?

– Из Новгородской губернии, – сказал Изгоев и крепко сжал губы, как будто тут же пожалел о своих словах.

– У нас с мамой там небольшое имение. Но это не важно. Я просто использовал приглашение на церемонию как предлог, чтобы попасть в Императорскую академию.

– Так сильно хотел учиться? – добродушно улыбнулся я.

– Да, – торопливо закивал Изгоев. – Вот именно. Я просто хотел учиться в Столице. Поступить в академию на общих основаниях я бы не смог. Это нам не по карману.

– Но почему бы не принять путь сейчас, раз уж выпала такая возможность? – поинтересовался я. – Кстати, целитель сказал, что тебе вредно стоять. Присядь.

Изгоев сел на кровать. Пружинная сетка скрипнула под его весом.

Сцепив руки в замок, парень зажал их между колен и отвернулся к окну. На его лице застыло упрямое выражение.

– Так почему ты отказываешься принимать Путь? – спросил я.

– Просто не хочу, и все, – негромко, но твердо сказал он. – Не уверен в себе. Я же не обязан выбирать Путь сейчас?

– Не обязан, – легко согласился я. – И твоей учебе в академии это не помешает.

В самом деле, почему бы не успокоить парня? Слишком уж он напряжен.

– Ладно, отдыхай, – кивнул я, – спасибо, что помог установить статую. Если ты не собираешься принимать Путь, значит, и проверять тебя дальше незачем. Хорошей учебы!

С этими словами я вышел из палаты обратно в кабинет целителя и плотно прикрыл за собой дверь.

Лиза хотела что-то сказать, но я приложил палец к губам и прислушался. Пружинная сетка кровати скрипнула во второй раз. Значит, Изгоев лег, как и советовал ему целитель.

Похоже, он мне поверил. Людям свойственно верить, что все обойдется.

– Как пройти в кабинет ректора Академии? – спросил я целителя.

– Кабинет Вениамина Сергеевича в другом крыле, – объяснил целитель. – Но я не знаю, на месте ли господин ректор. Впрочем, утром я, кажется, видел на стоянке его мобиль.

– Благодарю вас, – улыбнулся я.

И мы с Лизой вышли из лазарета.

– А зачем нам к ректору? – с любопытством спросила Лиза, когда мы оказались в коридоре. – С этим Изгоевым что-то не так?

– И не только с ним, – улыбнулся я. – Думаю, ко всем будущим студентам нужно присмотреться внимательнее. Есть у меня один план.

– Какой план? – нетерпеливо спросила Лиза.

Я залюбовался золотыми искорками, которые вспыхнули в ее серых глазах.

– Сама увидишь, – с улыбкой ответил я.

От коридоров Императорской Магической академии прямо-таки веяло мрачной торжественностью. Многовековая история этого места буквально давила на плечи. Я с трудом мог себе представить, как в этих мрачных коридорах весело гомонят студенты. В Императорском лицее, который я закончил, все было куда проще.

Целитель подробно описал дорогу, так что мы добрались до кабинета ректора, не заблудившись и даже не встретили по дороге ни одного призрака. А ведь в таком здании непременно должны быть призраки. Они просто обязаны скитаться здесь по ночам, угрюмо завывая и гремя цепями.

Я постучал в дубовую дверь с табличкой «Приемная».

– Войдите, – откликнулся из-за двери мелодичный женский голос.

Мы вошли и оказались в большой приемной, отделанной резными панелями из темного дуба. За письменным столом сидела секретарша. Дверь в дальнем конце просторного помещения, очевидно вела в кабинет ректора.

– Добрый день! – с улыбкой поздоровался я. – Вениамин Сергеевич у себя?

На лице секретарши появилось растерянное выражение.

– Я не знаю. А вы с ним договаривались о встрече?

– Нет, – терпеливо ответил я. – Но я надеюсь, что господин ректор не откажется нас принять.

– Вениамин Сергеевич нездоров, – сообщила секретарша. – Только необходимость заставила его прибыть сегодня на службу. Но он категорически приказал мне никого к нему не пускать.

– Вот как, – удивился я. – А что это за необходимость?

– Дело государственной важности, – поджав губы, ответила секретарша. – Большего я вам сказать не могу.

– Возможно, это важное дело связано с проверкой студентов Академии? – предположил я.

Секретарша удивленно посмотрела на меня.

– Откуда вы знаете? Вениамин Сергеевич сказал, что это тайна.

– Мы и есть те самые проверяющие, – с улыбкой сообщил я. – Позвольте представиться. Граф Александр Васильевич Воронцов. А мою спутницу зовут Елизавета Федоровна Молчанова. Теперь мы можем поговорить с господином ректором?

– Подождите минуту, – умоляюще произнесла секретарша, а затем прикрыла глаза.

Наверное, она посылала зов ректору. Я внимательно следил за ее подвижным лицом.

– Вы можете войти, – наконец сказала секретарша, – только умоляю вас, не утомляйте Вениамина Сергеевича долгой беседой. Ему действительно не здоровится.

– Мы постараемся, – вежливо ответил я, открывая дверь в кабинет ректора.

Ректор Императорской магической академии Вениамин Сергеевич Собакин не был болен. Это я понял с первого взгляда.

Он был смертельно напуган.

Настолько напуган, что встретил нас не сидя за своим роскошным письменным столом. Нет, он прижался спиной к стене за высоким книжным шкафом и оттуда испуганно смотрел на нас.

– Вениамин Сергеевич Собакин? – уточнил я. – Ректор Императорской Магической академии?

Ректор наклонил голову на бок и приоткрыл рот, прислушиваясь к моему голосу. Затем кивнул и шепотом ответил:

– Да, это я.

– Может быть, оставить дверь в приемную открытой? – вежливо предложил я. – Мне кажется, вам так будет спокойнее.

Я сказал это в шутку, чтобы немного разрядить напряженную атмосферу.

Но Вениамин Сергеевич очень серьезно отнесся к моим словам и даже обдумывал мое предложение секунд пять, не меньше.

– Не нужно, – наконец отказался он. – Их это не остановит, а я не хочу пугать Ниночку.

– Кто вас так напугал? – напрямик поинтересовался я.

Вместо ответа, Вениамин Сергеевич снова тревожно оглянулся. Затем сделал несколько быстрых шагов и остановился, так, чтобы нас с ним разделял письменный стол.

– Кто вы? – спросил он, с тревогой глядя на меня.

– Александр Васильевич Воронцов, – ответил я. – А это Елизавета Федоровна Молчанова. Думаю, вы уже знаете, зачем мы здесь.

– Знаю, – торопливо закивал ректор. – Знаю. Не могли бы вы подойти ко мне?

– Конечно, – удивленно ответил я и направился в обход большого письменного стола.

Но тревожный окрик Вениамина Сергеевича тут же остановил меня:

– Нет, не так близко. Подойдите, пожалуйста, к столу.

– Что за шутки, Вениамин Сергеевич? – теряя терпение, поинтересовался я.

Вместо ответа ректор шагнул назад и попытался спрятаться за спинкой своего кресла.

– Я прошу вас, – пробормотал он. – Подойдите к столу.

– Ну, хорошо, – нетерпеливо кивнул я. – И что дальше?

– Извините, но я должен вас потрогать, – прошептал Вениамин Сергеевич. – Протяните, пожалуйста, руку.

Я решил, что он сошел с ума. А спорить с сумасшедшими бессмысленно, это мне рассказывал еще Иван Горчаков.

Никакой угрозы ректор не представлял. Он был просто до смерти напуган. И если я хочу узнать, что его напугало, то мне придется его разговорить.

Поэтому я послушно вытянул руку перед собой. Вениамин Сергеевич смотрел на нее так, будто увидел змею. Н все-таки он пересилил свой страх и осторожно коснулся пальцами тыльной стороны моей ладони.

– Вы настоящий, – с облегчением прошептал он. – Слава магии. А ваша спутница? Могу я и ее потрогать?

– Это уже слишком, – строго сказал я, убирая руку. – Кто вас так напугал, Вениамин Сергеевич?

– Это неважно.

Ректор дернул головой и снова оглянулся, будто нас могли подслушать.

– Я не хочу об этом говорить.

Я молча смотрел на него.

Ректор кивнул и повторил.

– Не хочу. Что вам угодно, господин Тайновидец? Вы закончили проверку студентов?

Я пожал плечами.

– Еще нет. Возникли небольшие трудности.

– Какие? – торопливо спросил Вениамин Сергеевич.

Кажется, он был рад возможности сменить тему разговора.

– Я не хочу говорить об этом, – с усмешкой ответил я. – Но мне придется провести с вашими студентами чуть больше времени.

Вениамин Сергеевич подергал головой, как будто вратник мундира сдавил ему шею.

– Скоро у молодых людей начнутся занятия. Я мог бы собрать их еще один раз, но это все, что я могу сделать.

– Еще одного раза будет мало, – нахмурился я.

– Так чего же вы хотите?

Решение пришло мгновенно.

В Императорской Магической академии происходило что-то странное, и за неполный день я успел окончательно в этом убедиться. А странности в магической академии – это как раз по моей части.

– Я хочу, чтобы вы приняли меня на работу, – с улыбкой сказал я.

Вениамин Сергеевич изумленно уставился на меня.

– Что? Как это – на работу? Кем?

– Преподавателем, – улыбнулся я. – Так будет удобнее всего. Я смогу встречаться с вашими студентами на занятиях.

– Но кем же я вас возьму? Программа обучения давно утверждена и штат укомплектован.

– Полностью? – удивился я. – А магическая история? Кто будет ее вести?

– Господин Чахлик сегодня прислал мне зов и дал окончательное согласие, – обрадовал меня ректор.

– Это замечательно, – улыбнулся я.

Значит, кощей все-таки последовал моему совету и понял, что магическим существам нужно налаживать отношения с остальными обитателями этого мира.

– Хорошо, что господин Чахлик согласился, – кивнул я. – Честно говоря, я не очень хорошо знаю магическую историю. Мне больше подойдет какой-нибудь другой предмет.

Разговор о Чахлике натолкнул меня на подходящую мысль.

Совсем недавно в Сосновском лесу, на берегу лесного озера, я нашел старый золотой браслет. Мне удалось разглядеть его даже через слой земли, которым он был укрыт.

Отличная способность, и наверняка она заинтересует любопытных молодых людей.

– Я могу преподавать у вас магическую археологию, – предложил я. – Буду вести полевые занятия.

– Где? – изумился лектор.

Я развел руками.

– Да прямо здесь. Здание окружает большой старинный парк. Наверняка в нем можно найти много интересного.

Вениамин Сергеевич молча глядел на меня. Он был так растерян и испуган, что даже не предложил нам с Лизой сесть. Да и сам остался стоять на ногах.

Наконец, ректор собрался с мыслями и потряс головой.

– Нет, господин Тайновидец, я не вправе принимать такие решения. Программу академии утверждает департамент образования.

– Вы уже забыли, зачем я здесь? – напомнил я. – Его Величество лично попросил меня проверить студентов, и я намерен выполнить его просьбу на совесть. Кроме того, император предоставил мне полную свободу действий. Поэтому будьте любезны зачислить меня в штат, а мой предмет внесите в учебную программу. Думаю, двух занятий в неделю будет достаточно.

– Нет, я не могу, – снова заспорил ректор, – по крайней мере, мне нужно личное распоряжение Его Величества.

Он не успел договорить. В кабинете внезапно потемнело, словно магические лампы померкли, а за окном неожиданно наступил вечер.

По моей спине пробежал холодок, а в лицо ударил порыв ледяного ветра. Температура в комнате стремительно падала. Острое ощущение опасности заставило меня обернуться, и я увидел испуганное лицо Лизы.

– Это они! – пронзительно завизжал ректор. – Снова они!

Я переместился так, чтобы заслонить Лизу своей спиной от неведомой опасности.

Мрак в кабинете сгущался. Пронзительный холод обжигал кожу. Мельком я заметил, что оконные стекла начали покрываться инеем.

А затем прямо из книжного шкафа появились две полупрозрачные фигуры.

Призраки! Черт, это были призраки!

Наверное, я что-то предчувствовал, когда думал о них, шагая по коридорам Академии.

И вот, пожалуйста!

Призраки плавно двинулись к ректору.

– Нет, – умоляюще просипел Вениамин Сергеевич, закрывая голову руками.

Призраки остановились в одном шаге от ректора. В темноте их фигуры были отчетливо видны, и я с удивлением увидел, что оба призрака одеты в полицейскую форму.

– Признайся, – угрожающе завыл один из призраков.

– Нет! – взвизгнул Вениамин Сергеевич.

– Признайся, – забормотал второй призрак. – Признайся.

Ректор сжался в комок. Мне показалось, что сейчас он потеряет сознание и рухнет на пол. Говорить он не мог, только трясся всем телом.

Перстень с черным алмазом обжег мне руку. Я взглянул на него и увидел, что одна из граней алмаза ярко светится.

Еще одна новая способность. Я не чувствовал ни головокружения, ни тошноты, но сейчас это было мне на руку. Мысли летели с лихорадочной быстротой.

Несомненно, новая способность связана с призраками. В последнее время мне несколько раз приходилось заниматься некромантией. На Смоленском кладбище, когда Родион Францевич Щедрин в моем присутствии вызвал призрак обер-прокурора Рябушинского. А еще в Сосновском лесу, когда я самостоятельно дал возможность появиться предку рода Сосновских. И еще…

К черту!

Я не стал додумывать мысль и просто шагнул вперед.

Призраки почуяли мое движение. На секунду они забыли про ректора и уставились на меня.

– Кто вы? – резко спросил я. – Откуда вы явились? Кто вас призвал?

Я снова шагнул вперед, и призраки попятились. Я чувствовал их страх и растерянность, но исчезать они не собирались.

– Меня называют Тайновидцем, – внушительно сказал я. – И этот человек под моей защитой. Что вам от него нужно?

– Он должен признаться, – застонал один из призраков.

– Признаться! – эхом повторил второй.

– В чем он должен признаться? – строго уточнил я.

– Он погубил Кораблева, – завыл призрак.

– Пусть признается! – подхватил другой.

– Нет! – по-прежнему прикрывая голову, выкрикнул Вениамин Сергеевич. – Это не я. Это все ложь.

Глава 5

Призраки не пытались напасть на Собакина, только угрожающе стонали и завывали. Да у них ничего бы и не вышло. Бесплотный призрак не способен причинить вред живому существу. Разве что запугать до смерти.

Но даже этим призраки не занимались. В их действии была чёткая осмысленность.

Пугая Собакина, они не стремились довести его до смерти. А добивались от него признания.

А ещё на призраках были мундиры городовых. Значит, при жизни они служили в полиции, если только после смерти их не переодели в какой-нибудь загробной костюмерной.

Мундиры внушали надежду на то, что призраки меня послушаются. Да и терять было нечего, поэтому я бесцеремонно рявкнул:

– Тайная служба, прекратить завывания!

Мой крик подействовал. Призраки умолкли и уставились на меня. В этом зрелище не было ничего жуткого. Обыкновенные человеческие лица, только полупрозрачные. Один из призраков даже удивлённо моргнул.

– О ком вы говорите? – требовательно спросил я. – Кто этот Кораблев?

– Мы не знаем, – хором простонали призраки.

– Хватит, – поморщился я. – Мне доводилось немало общаться с призраками, и я знаю, что вы прекрасно владеете обычной человеческой речью. Не нужно так трагически стонать.

Призраки нерешительно переглянулись. Видно, один из них был старшим. Он мне и ответил:

– Мы не знаем, кто такой Кораблев, ваше благородие. Нам приказали явиться к ректору и заставить его признаться.

– Кто приказал? – с интересом спросил я.

– Некромант! – нестройно ответили призраки.

– Кто он? Как выглядит?

– Мы не знаем. Мы не видели его лица.

– И где же он вас вызвал?

– На могилах, ваше благородие. На Охтинском кладбище.

– Вениамин Сергеевич, у вас найдётся лист бумаги и перо? – спросил я ректора.

Но Собакин меня не услышал. Закрыв голову руками, он тихо стонал.

Тогда я сам обогнул стол, выдвинул верхний ящик и достал оттуда чистый лист бумаги. Перо и чернильница нашлись на столе ректора. Я принялся рисовать схему кладбища.

– Рассказывайте, где ваши могилы и как их найти, – сказал я.

Некоторые привычки остаются с человеком даже после смерти. Городовые привыкли подчиняться начальству за время службы и теперь спешили выполнить мои указания. С их помощью я быстро нарисовал схему кладбища и обозначил крестиками две нужные могилы.

– А теперь марш отсюда, – строго сказал я. – Когда мне понадобятся ваши показания, я сам вас разыщу. А до тех пор носа не показывайте с кладбища.

– Мы не можем, ваше благородие, – застонали призраки. – Не можем нарушить приказ. Этот человек должен признаться, тогда некромант нас отпустит.

– Бунт? – удивился я. – Выбор у вас небогатый. Или вы немедленно исчезаете, или я сам прямо сейчас отправлю вас за Грань. Вы этого хотите?

До сих пор я никогда не развоплощал призраков, но не сомневался, что смогу это сделать. Подходящий способ точно найдётся. А эти полупрозрачные негодяи чуть ли не до смерти перепугали Лизу. Кстати, как она там?

Быстро оглянувшись, я увидел, что на лице Лизы нет и следов испуга. Она с любопытством разглядывала призраков и что-то беззвучно шептала. Кажется, уже сочиняла очередной рассказ. Ободряюще улыбнувшись Лизе, я снова обернулся к призракам.

– Так что вы решили, господа городовые? Исчезните добровольно или отправлять вас за Грань?

К моему изумлению, призраки не испугались, а обрадовались.

– Отпустите нас за Грань, ваше благородие, – дружно взмолились они. – Устали мы по земле скитаться. Некромант нам так и обещал. Как только Собакин признается, он нас сразу отпустит.

– Так он держит вас здесь против вашей воли? – понял я. – Чёрт, об этом я как-то не подумал. Тогда предложение меняется. Отправить вас за Грань прямо сейчас я не могу. Вы понадобитесь мне в качестве свидетелей. Но обещаю сделать это, как только отыщу некроманта. Разумеется, вы должны перестать запугивать господина ректора. Если не отстанете от него, то я оставлю вас в этом мире навечно.

Призраки тяжело застонали.

– Да ещё и поселю в полицейском участке, – добавил я. – Будете там охранять камеры без жалованья и выходных.