Укротитель миров. Книга 1. Магические твари
- -
- 100%
- +
– Ничего ты не понимаешь, Костя! Знаешь, сколько сил магия отнимает? Я сейчас целого поросёнка могу съесть!
После второй бутылки шампанского глаза бравого курсанта Захарова стали закрываться. Но он храбро держался и сломался только, когда опустела третья бутылка.
Я помог курсанту добраться до комнаты. Он растянулся на моей кровати и немедленно захрапел.
Я же придирчиво оценил себя в зеркале. Одежда, которую купил Захаров, была мне великовата – видно, толстяк подбирал её на свой размер.
Я расправил складки рубашки и потуже затянул пояс на брюках. Пригладил волосы и накинул куртку.
Сойдёт!
Из зеркала на меня смотрел обычный городской паренёк. Такого встретишь в толпе – и не заметишь. Сейчас это меня абсолютно устраивало.
Яков давно скрылся в своей комнате в обнимку с чекушкой водки.
Склянка с наркозом, которую я стащил у доктора, так и не пригодилась. Я поставил её на стол.
Затем осторожно вытащил из-под матраса бумажник купца. Захаров при этом что-то недовольно пробормотал и перевернулся на другой бок.
– Спи, Витя, спи! – сказал я ему.
Сунул бумажник в карман, вышел из квартиры и тихо закрыл за собой дверь.
Пришла пора изучать новый мир самостоятельно.
Вниз я спустился по лестнице. Не хотелось бы сразу после побега застрять в магическом лифте.
Поискал на стене кнопку электронного замка, не нашёл и просто толкнул дверь. Она немедленно открылась.
Из любопытства я подёргал дверь снаружи, но она каким-то непостижимым образом успела захлопнуться за мной.
Что ж, значит, осталось только идти вперёд.
Держась поближе к стене, я добрался до арки, нырнул в прохладную тень и выскочил в Апраксин переулок.
Совесть меня совершенно не мучила. Эта команда по отлову магических тварей почти сутки продержала меня взаперти. Да ещё и собиралась подвергнуть лечению, не спрашивая моего согласия.
Да, это был рискованный поступок. Но лучше рискнуть, чем остаться в магическом мире без магических способностей. Так что я на всякий случай проверил свои руки – не обрастают ли они шерстью – и спокойно пошёл по улице, разглядывая дома и прохожих.
Захаров проспит часа четыре, не меньше. Столько времени у меня есть, чтобы убраться подальше и затеряться в переулках большого города.
Я искал укромное местечко. Поэтому инстинктивно направился подальше от центра. Вышел на Фонтанку, повернул направо по гранитной набережной. Дошёл до Гороховой, пересёк реку и нырнул в путаницу проходных дворов возле Казачьего переулка.
Наконец, в тихом скверике среди чахлых лип я отыскал пустую скамейку. Уселся на неё и занялся магией.
Мне до смерти хотелось повторить фокус, который показал Захаров, и убедиться, что моя матрица хоть на что-то способна.
Раз за разом я складывал пальцы особым образом, чуть ли не выворачивая их, и пытался скопировать движения Захарова. Несмотря на тень, по моему лицу градом катился пот. Болели не только ладони, но и бицепсы. Даже спина ныла – от того, что я слишком долго сидел в неудобном положении.
Через час, когда я уже хотел бросить это гиблое дело, внутри вдруг снова проснулась невидимая струна. Она звонко загудела, а вокруг ладоней сгустилось облачко тумана.
Я поспешно разъединил пальцы, и облачко рассеялось в душном неподвижном воздухе. Но я уже запомнил движение и ощутил особое внутреннее состояние. Как будто магия давным-давно дремала во мне, а теперь проснулась.
Я снова соединил руки. Струна зазвенела, и облачко тумана появилось по моему приказу.
Ещё два часа я провозился, пытаясь превратить облачко в каплю воды. Я комкал его в ладонях и пытался мять пальцами. Облачко появлялось, дрожало и снова таяло, распадаясь крохотными клочьями.
Но превращаться в воду категорически не хотело.
Один раз, когда я слишком резко сжал пальцы, облачко потемнело и вдруг ущипнуло меня крохотными молниями.
«И чёрт с тобой!» – решил я, поспешно отдёргивая руки.
Главное – что-то начало получаться. А остальное – дело тренировки.
Я – маг! Чёрт меня побери, я – маг!
Вдоволь наигравшись с магией, я вытащил из кармана бумажник. Вчера я так и не рискнул светить его – слишком много любопытных людей крутилось вокруг.
В бумажнике оказались двадцать рублей незнакомыми купюрами. Я с любопытством повертел в руках одну бумажку. На лицевой стороне гордо расправлял крылья двуглавый орёл. Надпись под орлом сообщала:
«Два рубля. Обеспечено золотым резервом императорского банка».
На обороте купюры был изображён солидный бородатый мужчина в овальной рамке из дубовых веток. Мужчина грустно смотрел на меня.
Я решил, что это портрет императора. Внимательно рассмотрел его – вдруг придётся встретиться.
Логика подсказывала, что двадцать рублей – совсем небольшие деньги. На такую сумму не проживёшь. А мне срочно нужна крыша над головой. Да и еда не помешает – почти весь завтрак я скормил Захарову.
На этот случай у меня был план.
Если в этом мире у тебя нет денег, но есть сильная магическая матрица – тебе прямая дорога в училище. Само собой, не в обычное, а в магическое.
Там тебя будут кормить и учить, и, в конце концов, сделают из тебя императорского гвардейца.
Если не обделён магическим талантом и упорством – поступай после училища в Императорскую академию.
Именно о такой карьере мечтал парнишка-карманник. Ради этой возможности он прятался по помойкам и ловил магических тварей.
Ну, и поймал одну, на свою голову.
Я поднялся со скамейки и сунул деньги в карман. Бумажник зашвырнул в куст волчьего лыка, который рос возле глухой задней стены трёхэтажного флигеля.
Пусть ищут!
А я поищу магическое училище.
***
Проснувшись утром, граф Валерий Васильевич Стоцкий первым делом потянулся к кнопке селектора.
– Виконт уже уехал в училище? – спросил он секретаря.
– Так точно, ваше сиятельство! – отозвался селектор. – Два часа назад со всеми вещами. Охрана уже вернулась.
– Хорошо. Завтрак подайте через два часа в летнюю столовую.
Граф легко вскочил с шёлковых простынь. Потянулся, внимательно разглядывая себя в зеркало.
Хорош!
Несмотря на сорок лет – хорош! Ни намёка на жирок, тело поджарое.
Да, в этом магическая матрица помогала исправно. Держала тело и здоровье в порядке, но и только!
Ни одного простенького заклинания граф Стоцкий сотворить не мог.
Проклятье!
Может, ещё раз жениться?
Конечно, у него есть сын. Но какой из Серёжи наследник? Магическая матрица ещё слабее, чем у него, да и характером не вышел. Ему бы только отцовские деньги прогуливать.
А с молодой женой можно наделать настоящее, крепкое потомство! Может, и магия в ком-то из детей проявится.
Граф с шумом втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Надо будет сказать Виктору, чтобы сегодня привёз девку погорячее. А лучше – двух. Сбросить напряжение.
Жаркое летнее солнце пробивалось даже сквозь плотно задёрнутые шторы спальни.
Граф Стоцкий взглянул на напольные часы, в которых мерно покачивался золотой маятник.
Одиннадцать утра!
Поздние приёмы не проходят даром. Да ещё этот сбежавший оборотень!
Жаль, что полиция перехватила его раньше. Теперь труп твари ни за что не выцарапаешь. А любопытно было бы его изучить.
Но всё к лучшему. Судя по докладу Виктора, полицейские даже не подозревают, что тварь была оборотнем. Считают, что она просто пряталась где-то в подворотнях Петербуржской стороны.
Профаны!
Сердито вырвав из груди седой волос, граф Стоцкий пошёл в спортзал.
Сначала разминка.
Потом – двадцать минут на беговой дорожке.
Два подхода к железу и в завершение – три раунда с боксёрской грушей.
Приняв душ, граф опустился на коврик и принялся медитировать. На время он выгнал из головы все посторонние мысли, сосредоточившись только на одном желании – разбудить магическую матрицу.
Раз за разом он пытался сосредоточить внимание на правой стороне груди.
Бесполезно.
Наконец, матрица отозвалась невнятным надтреснутым гулом. Как будто ржавое железо лениво громыхнуло на крыше сарая.
Но граф обрадовался и этому. Ему показалось, что отклик матрицы стал отчётливее, чем раньше.
Не открывая глаз, граф вытянул руки перед собой. Принялся складывать пальцы в давно заученную фигуру.
Ну же, ну!
Жилистое тело графа напряглось в очередной безуспешной попытке.
Да давай же!
Он открыл глаза и увидел, что пальцы дрожат.
И всё.
Больше никакого эффекта.
Да что же, чёрт возьми, с ним не так?
Почему магия легко даётся всяким болванам, бродягам, беспородным сволочам, но ускользает от него – графа Стоцкого?
Или это проклятье?
Граф не был суеверным, но тут поверишь во всё, что угодно.
Если бы его прадед не сжёг тот цыганский табор вместе с грязными цыганками!
Но какого дьявола они поставили свои палатки на лугу поместья Стоцких? Не могли найти другое место?
Разложили рваное тряпьё, устроили балаган! Да ещё и коня украли!
Конь, правда, потом нашёлся. Конюх прадеда недосмотрел, вот жеребец и убежал к цыганским кобылам.
Стоцкие не любили вспоминать эту историю. Правда, или нет, что одна из цыганок прокляла прадеда, но с тех пор магическая матрица в их роду только слабела.
К чёрту!
Валерий Стоцкий докажет, что его воля сильнее дурацкого проклятья!
Граф рывком поднялся с коврика.
Набросил на крепкие плечи халат и пошёл в летнюю столовую.
Там его уже ждал начальник охраны. Он стоял у двери, в тёмном костюме, словно ему не было жарко. Левая пола пиджака слегка оттопыривалась. На розовом ухе белел свежий пластырь.
Граф Стоцкий сел за стол и придвинул к себе тарелку. Он не любил, чтобы ему прислуживали за столом – ел то, что понравится, и сам выбирал порядок блюд.
– Овощи от мастера Казимира? – спросил он, поднимая крышку над дымящейся кастрюлькой.
– Да, ваше сиятельство! – ответил начальник охраны. – Остальные продукты тоже.
Мастер Казимир был знаменитым на всю столицу магом-травником. Овощи из его теплиц шли на стол к самому Императору, ими снабжали кухни Магического училища и Магической академии.
Остальные аристократы должны были держать своих магов-травников, если хотели питаться магической едой.
Но граф Стоцкий доверял только таланту мастера Казимира и не жалел денег.
Кроме того, продуктами от мастера кормили пленников и магических тварей в подвале.
– Что у тебя, Виктор? – спросил граф.
– Новости про сбежавшего оборотня.
– Удалось достать труп?
– Нет. Труп капитан Бердышев приказал доставить в Имперский госпиталь доктору Лунину. Оттуда нам его не достать.
У князя Стоцкого были контакты в Имперском госпитале. Но начальнику охраны об этом знать необязательно. Пусть крутится сам.
– Что тогда?
– Мне удалось узнать, что оборотня убил не Бердышев, и не его команда, – понизив голос, сказал Виктор.
Граф прищурил глаза.
– Ну!
– Оборотня убил какой-то бродяга. Бердышев подобрал его и увёз на частную квартиру.
– Подожди!
Граф положил вилку и вытер губы салфеткой.
– Какой-то бродяга убил моего оборотня и остался жив? А Бердышев отвёз его не в госпиталь, а на квартиру?
– Так точно, ваше сиятельство!
Стоцкий задумчиво барабанил пальцами по столу.
– Узнай всё про этого бродягу. Установи наблюдение за квартирой. Скорее всего, ему сотрут матрицу и отпустят. После этого привези его ко мне. Если получится выкрасть раньше – действуй, но не светись. Лаборатории нужен свежий материал.
Глава 6
Расспрашивая прохожих, я быстро выяснил, что в центре Петербурга никаких магических школ нет. Правда, поблизости, в бывших казармах Семёновского полка находилась магическая академия. Но туда принимали только после окончания училища.
А не из этой ли академии та группа, которая меня подобрала?
Скорее всего.
Информация меня совершенно не расстроила. Чем дальше от центра города – тем меньше вероятность, что меня отыщет Жан Гаврилович.
– На Охту езжай! – сказал мне седобородый старичок в белом летнем костюме. – Там магов учат, на Огородной улице. Там и узел рядом – для тренировок удобно.
Собрав в памяти все имеющиеся сведения, я понял, что старик говорит про магический узел. Значит, их используют для тренировок? Интересно!
Старичок был похож на Хоттабыча. Я совершенно не удивился, когда он вытащил из кармана папиросу и прикурил её, просто щёлкнув пальцами.
– Что рот раскрыл? – спросил меня старичок и рассмеялся хрипловатым надтреснутым хохотком. – Я в молодости до подпоручика дослужился. Всю чешскую кампанию прошёл в Императорской гвардии. Помню ещё, как пальцами искры высекать.
На Загородном проспекте я залез в трамвай, купил билет и поехал на Охту. С бумажки в один рубль кондуктор отсыпал мне шестьдесят копеек сдачи большими никелированными монетами. Орёл на монетах присутствовал, а вот императора не было.
Наверное, на копейках таких важных аристократов не чеканят.
Прикинув цену билета, я решил, что на двадцать рублей проживу в теперешнем Петербурге не больше недели. Да и то, если ночевать буду в парке на скамейке.
Возле павильона метро на Знаменской площади было выставлено оцепление. Два десятка здоровяков в серых комбинезонах, которые в этом мире носили военные.
Все гвардейцы в оцеплении были ростом под два метра, не меньше. Чем, интересно, их тут кормят?
Перед оцеплением толпился народ, но сильно не напирал. Стояли, скорее, из любопытства, а проникнуть внутрь не стремились.
Пассажиры трамвая прилипли к окнам.
– Опять в метро прорыв, – с удовольствием сказала толстуха, сидевшая рядом с кондуктором. – На полдня станцию закроют, как пить дать. А что людям делать?
– Да хоть на три дня! – возразила ей соседка – тощая, с торчащими во все стороны крашеными рыжими волосами. – Лишь бы твари по городу не разбежались. Вот, помню, у нас в Коломягах…
– Да пропади они пропадом, ваши Коломяги! – визгливо перебила её толстуха. – Чего в них хорошего?
Я поморщился и сделал шаг в сторону, чтобы не забрызгало.
Вдруг я почувствовал в своём кармане чью-то проворную руку. Схватил её за запястье и выкрутил от себя.
– Ай! Отпусти!
На другом конце руки обнаружился тощий парень. Бледная крысиная мордочка и белобрысые волосы делали его похожим на жителя подземелья.
Парень присел от боли, уронив на пол потёртую спортивную куртку, под которой прятал свои шаловливые ручонки.
– Ты чё? – зашипел он. – Отпусти!
Я знал, что будет дальше. Через секунду он заорёт, чтобы привлечь на свою сторону весь трамвай.
Я сам так делал, если не везло. В этой жизни, когда шарил по карманам ротозеев.
Не давая крысёнышу опомниться, я подтянул его к себе и негромко сказал:
– Куда ты лезешь, торчок? Я тебе твои кривые грабли по локоть откушу! Ты под кем ходишь? Хромого знаешь?
Глаза паренька забегали.
– Ну, чё ты, чё ты! Попутал я мальца, извини!
– Калашниковская, – пробубнил водитель трамвая.
Двери открылись.
Я подтолкнул карманника к выходу.
– Исчезни!
Не веря своему счастью, он шмыгнул на улицу.
Двери трамвая закрылись с лёгким шипением.
Я резко повернул голову и поймал внимательный взгляд толстухи. Ага, вот и напарница торчка. Её работа – вовремя поднять шум и выставить жертву виноватой.
Я улыбнулсятолстухе, и она быстро отвернулась к окну.
Огромный пустырь, который занимало Императорское магическое училище, был обнесён высокой чугунной оградой. Поверх ограды торчали острые пики, густо обмотанные колючей проволокой.
Интересно, это от посторонних, или чтобы курсанты не бегали в самоволки?
Серые корпуса училища группировались в центре пустыря. Вокруг располагались полигоны и тренировочные площадки.
Снаружи вдоль ограды была проложена широкая асфальтовая дорожка. По ней то и дело проходил народ. Вроде бы и по своим делам, но каждый с интересом посматривал сквозь толстые прутья.
А поглядеть было на что!
На одном из полигонов плечистый инструктор гонял молодых парней на полосе препятствий. Парни старались изо всех сил. Но инструктор недовольно хмурился и то и дело покрикивал на них. Тёплый летний ветерок доносил обрывки его команд:
– Куда …ть? Ещё раз! Шевелись быстрее, долб…!
Я с ностальгией слушал брань инструктора. Он напомнил мне старые добрые армейские времена, по которым я иногда скучал на гражданке.
А вот на следующем полигоне…
Группа юных красоток в обтягивающих комбинезонах осваивала фехтование. В руках у них сверкали самые настоящие мечи.
На мой взгляд, девочки выглядели потрясающе. Стройные, гибкие фигурки, упругие движения.
Судя по количеству мужчин, правдами и неправдами задержавшихся у ограды, зрелище нравилось не одному мне.
Значит, здесь учатся не только парни. И есть реальная возможность познакомиться с какой-нибудь симпатичной задорной ведьмочкой.
Идея поступить в магическое училище нравилась мне всё больше и больше.
Теперь понятно, почему сквозь ограду военного объекта может пялиться любой желающий. Этакая рекламная акция для тех, кому повезло с магической матрицей. Наглядная демонстрация того, как здорово служить в Имперской гвардии.
То и дело поглядывая на полигон, я добрался до ворот училища. Они были закрыты. У стальных створок скучали двое часовых. Видно, курсанты.
Впрочем, рядом с воротами была приоткрытая калитка. Возле калитки стояла стеклянная будка, в которой сидел ещё один курсант.
Пока я раздумывал, к кому из часовых обратиться с вопросом, к воротам, тарахтя, подъехал старый грузовой мотороллер. За рулём мотороллера сидел рыжий парень моих лет. Тележка позади него была укрыта тряпкой, под которой что-то бугрилось.
Ни о чём не спрашивая, часовые открыли ворота, и мотороллер вкатился на территорию училища.
Что, так просто?
Я хмыкнул и направился к калитке под равнодушными взглядами часовых.
– Эй! Ты куда?
Ага! Курсант в будке решил проявить бдительность.
– Хочу в училище поступить, – ответил я с серьёзным выражением лица.
Курсант лениво смерил меня взглядом. В прищуренных глазах промелькнула снисходительная усмешка.
– Иди за ним.
Он махнул рукой в сторону мотороллера, который как раз поворачивал за угол ближайшего здания.
– Третий корпус, второй этаж.
Я благодарно кивнул курсанту и пошёл по асфальтированной дорожке к зданиям.
Вблизи корпуса не вдохновляли. Приземистые, одинаковые, сложенные из серого силикатного кирпича, с длинными рядами окон.
На фасаде трепыхался свежий трёхцветный транспарант. На нём было написано:
«Слава Императору!»
На углу ближайшего здания я увидел табличку «Корпус № 1». К ней как раз крепилась одна из растяжек транспаранта.
Я завернул за угол и вдруг услышал грохот упавшего на асфальт железа.
Рыжий парнишка скрючился прямо на дорожке, держась руками за живот. Перевёрнутый мотороллер валялся рядом с хозяином. Вокруг него были рассыпаны самые обычные овощи – видно, парень привёз их на кухню училища.
Над парнишкой, весело гогоча, стояли трое лбов. Иногда они для забавы пинали свою жертву ногами в рёбра.
Двое были пострижены под ноль, новенькие комбинезоны топорщились на нескладных фигурах.
Третий курсант щеголял аккуратной светлой чёлкой. И комбинезон заправлен под ремень умелой рукой.
Увидев меня, он радостно оскалился:
– А вот и новенький!
А затем лениво махнул мне рукой.
– Слышь! Иди сюда!
Небрежность движения не обманывала – парень не привык к тому, что от его приглашений отказываются.
Сейчас он просто понтовался. Производил впечатление на жертву – то есть, на меня. Ну, а заодно и на своих приятелей.
Вожак, не иначе.
Я тяжело вздохнул.
Серьёзно?
Дважды погибнуть, попасть в другой мир, познакомиться с магическими тварями и аристократией, и для чего?
Чтобы меня отметелила и обобрала местная малолетняя гопота?
– Ты чё там застыл? Обоссался, что ли?
Вожак коротко хохотнул.
– Гришка, притащи его!
Один из подручных двинулся в мою сторону. Я шагнул ему навстречу.
По-хорошему, первым надо вырубать вожака. Тогда есть шанс, что остальные побоятся связываться.
Но события слишком редко происходят так, как нам хочется. Иначе я бы вообще не встретил этих троих.
Теперь придётся проходить классический данж – сначала подручные, потом босс.
Я поймал взглядом глаза Гришки – туповатые, как у телёнка. Ну, оно и к лучшему.
Похоже, я угадал правильно. Парни только поступили в училище – об этом красноречиво говорили их бритые головы и нескладно сидящие комбинезоны.
Научиться они наверняка ничему не успели.
Я сделал ещё шаг в сторону Гришки, вытягивая перед собой руки.
– Чему вы научитесь, избивая втроём одного?
– Чего?
Гришка поневоле остановился. Такие увальни не могут двигаться и думать одновременно.
– Смотри сюда! – требовательно сказал я, не позволяя ему опомниться.
Затем сделал заученное движение, и вокруг моих пальцев сгустилось водяное облачко.
***
– Куда он делся? Куда?
Левой рукой капитан Бердышев ухватил Захарова за отворот комбинезона, а правой – хлёстко ударил в зубы.
Баронесса Поклонская тихо охнула, зажав рот ладонью.
Возможно, именно в этот момент она пожалела, что стала курсантом Магической академии.
Голова Захарова мотнулась. Прикрывая лицо руками, он хотел осесть на пол, но Жан Гаврилович удержал его.
– Куда?
– Я н-не знаю! – бормотал Захаров, пуская кровавые слюни.
Его карие с жёлтыми крапинками глаза испуганно косили.
Увидев это, Жан Гаврилович сменил тактику.
– Захаров, голубчик! – ласково зашипел он в лицо курсанту. – Ты соображаешь, что теперь будет? Заражённый бродит по столице и в любой момент может превратиться в безмозглую кровожадную тварь! А по улицам, между прочим, Император ездит! Не говоря уже о светлейших князьях и министрах!
При упоминании Императора глаза курсанта Захарова стали похожи на стеклянные шарики. Жан Гаврилович даже увидел в них крохотные отражения окна, залитого вечерним светом.
– Давай, Захаров, вспоминай! – не отставал Жан Гаврилович. – Что вы делали, о чём говорили? По минутам вспоминай!
– М-мы з-завтракали! – заплакал Захаров. – У меня заклинание получилось!
– Какое? – машинально спросил капитан.
– Ледяной удар! Сейчас!
Захаров принялся торопливо складывать непослушные толстые пальцы.
– Потом! – зло отмахнулся Жан Гаврилович. – Рассказывай дальше!
– Потом Яков заказал шампанское.
– Это не я, ваше благородие! – испуганно прошамкал от дверей Яков.
На глазах Жана Гавриловича он быстро вынул изо рта вставную челюсть и спрятал её в карман.
– Это их благородие попросили! Они и деньги дали!
– Деньги? – удивился Жан Гаврилович. – Откуда у тебя деньги на шампанское, Захаров? Погоди-ка! Ты парню одежду покупал! Что именно ты ему купил? Давай детально! Мне описание нужно составить!
Захаров начал торопливо перечислять свои утренние покупки. Не дослушав, Бердышев схватил его за шиворот.
– Поехали! Расскажешь в машине!
Во дворе двое рабочих под присмотром доктора Лунина разгружали машину с оборудованием, привезённым из госпиталя.
– Пожалуйста, осторожнее! – умоляюще сказал врач, когда рабочие с треском опустили тяжёлый ящик на булыжники.
– За такую тяжесть доплату надо брать, – пробасил один из рабочих. – Это потяжелее пианины будет!
– Будет вам доплата! – торопливо ответил Лунин. – Вот!
Он достал из кармана бумажник и вытащил из него несколько купюр.
– Только ради бога, осторожнее!
Увидев Бердышева, Александр Михайлович покачал головой:
– Надо было везти пациента в госпиталь! Я даже не смог взять с собой санитаров. А если эти грузчики переломают оборудование?
– Нет больше пациента, – мрачно ответил Жан Гаврилович.
– Как? – изумился Лунин.
– А вот так! Сбежал! Напоил этого красавца и сбежал.
Бердышев толкнул Захарова в направлении своего внедорожника.
– Садись в машину! Поедешь за нами.
Захаров торопливо взгромоздился за руль внедорожника, а Бердышев повернулся к доктору.
– Александр Михайлович! Я прошу вас составить мне компанию.
Лунин кивнул.
– Конечно, Жан Гаврилович.
– А как с грузом быть? – спросил второй рабочий.
Доктор посмотрел на Бердышева.
– Заносите в квартиру! – решил Жан Гаврилович. – Баронесса! Проследите, чтобы всё было в порядке, и расплатитесь с рабочими! Идёмте, доктор!
– Вы уверены, что я вам нужен? – спросил Александр Михайлович. – Вообще-то, меня ждут пациенты.
– Доктор, – криво усмехнулся Жан Гаврилович, – если мы не поймаем нашего беглеца, пациентов может стать намного больше.