Мирт. Истина короля

…Ежегодная выставка достижений все ближе! А значит, близок и час моего триумфа.

Вчера я привел в действие механизм паровой машины и убедился: все работает. Я добился своего.

Готов поспорить, что ничего подобного не видали еще не только Бриттские острова, но и Континенталь. В конце концов, именно у нас наука развивается со скоростью света и позволяет преодолевать законы Вселенной.

Сколько лет мы жили, повинуясь природе? Настало время взять над ней верх!

Паровая машина – вершина моего технического гения. Сейчас мне сложно представить, что я могу создать хоть что-то подобное ей. Она представляет из себя огромную повозку из железа, бронзы и меди и способна преодолевать невероятные расстояния!

Колес у нее целых шесть, к паровозу – так я назвал повозку – прицеплен пассажирский вагон. И вагонов таких может быть до шести. Таким образом можно перевезти с места на место до тридцати человек. Мы и мечтать не могли раньше о том, чтобы за сутки преодолеть расстояние из одного конца Бриттских островов до другого. И уж точно далеки мы были от мысли, что можно оказаться через двое суток на Континентале!

Двигается эта машина с помощью пара, а значит, приводится в движение при помощи угля. Потому я всей душой за то, чтобы проводить раскопки дальше в поисках новых угольных шахт. Я уверен, что моя паровая машина – лишь первый шаг на пути развития технологий.

Я уверен и в том, что именно мне предстоит стать сердцем выставки. Мне обещали большой выставочный павильон, специально отстроенный рядом с ангаром. Вот как важно мое изобретение! Саму территорию выставки расширили ради него! Сдается мне, без вмешательства сэра Эейсона Уолша не обошлось. Было бы обидно его разочаровать, раз моему изобретению придают такую важность заранее. Это доверие бесценно.

По сути, остался нерешенным всего один вопрос: кому достанется честь сесть за руль паровой машины во время первой ее поездки? Это мне предстоит решить уже сегодня. Светает. Откладываю записки и постараюсь поспать хотя бы несколько часов. Завтра мне потребуется вся моя собранность, чтобы в полной мере оценить репутацию и подготовку кандидатов. Не представляю даже, сколько их будет. Так или иначе, все, что я делаю, я делаю ради великой цели – Просвещения…

Глава 1

Амелия

– Девчонка?!

– Вы посмотрите-ка, и в самом деле девица.

– И что она здесь забыла?

– Не иначе как женихов приехала присматривать!

– Думаете, она из этих? Из самостоятельных?

Толпа разразилась хохотом.

Два десятка мужчин, просто одетых и носящих на макушке заломленные назад кепи, с интересом разглядывали прибывшую.

Мисс Амелия Эконит элегантно вышла из кеба, всем своим видом показывая, что насмешки собравшихся во дворе особняка мужчин ее не задевают. Она гордо вздернула голову и направилась прямо к ним.

– Э, да, смотрите, не иначе угадал? За женихами!

– А как одета! Вы только посмотрите на эту юбку!

– Что под ней? Не иначе штаны!

– А ты, я смотрю, не прочь посмотреть дамочкам под юбки, а, Герберт?

Амелия и это пропустила мимо ушей.

Поправила шляпку, высоко сидевшую на кудрявых золотисто-русых волосах, одернула юбку и пошла к двери.

Мужчины заволновались.

– Это куда это вы собрались, дамочка? – наконец спросил один из них – тот, кого назвали Гербертом.

– Это ведь дом мистера Г. Мирта? – осведомилась мисс Амелия, сверившись с адресом на карточке, которую держала в руках.

– Именно, только вот и не знаю, что бы здесь забыла дамочка, да еще и в такой день!

– Вот именно, – рявкнул другой, сплевывая себе под ноги. – Проваливайте домой, дамочка. Мистер Мирт сейчас очень занят, ему не до свиданий.

– И нам тоже! – выкрикнул кто-то, и толпа поддержала его довольным улюлюканьем.

Мисс Амелию и это не поколебало. Вежливо улыбнувшись, она повторила:

– Это дом мистера Г. Мирта? Здесь проходит отбор водителей паровой машины?

На мгновение воцарилась тишина. И следом за ней – неудержимый хохот. Мужчины тряслись в приступе заливистого смеха, сгибались пополам, кто-то хлопал рукой по капоту автомобиля или стволу дерева – словом, каждый изо всех сил пытался показать, до какой степени забавными находят они слова мисс Амелии.

Мисс Амелия закусила губу. Казалось, ее наконец проняло.

Она уже собиралась что-то сказать, как вдруг отворилась дверь и с крыльца сбежал невысокий человек в сюртуке, на котором явственно отпечатались следы угля и масла. Мисс Амелия внимательно оглядела его: каштановые локоны так и норовили выбиться из черной ленты, но при всем этом мистер Г. Мирт – а человек этот не мог быть никем иным – производил впечатление джентльмена, а не рассеянного ученого, и тем самым сразу расположил мисс Амелию к себе.

Мистер Мирт остановился перед собравшимися и широко улыбнулся:

– Как же я рад, господа, что вы все решились прийти сюда сегодня. Поверьте, мы стоим на пороге великих открытий и невероятных достижений. Мы с вами творим историю, господа! Прошу простить за долгое ожидание. Приглашаю всех в свою гостиную, где мы с вами поговорим о том, что ожидает нас в ближайшее время. И о том, зачем я устроил этот отбор и в чем он будет заключаться. Ничего страшного вас не ждет – мы просто поговорим.

– А она что, тоже пойдет? – ткнул в мисс Амелию пальцем один из мужчин.

Мистер Мирт перевел на мисс Амелию лучезарный взгляд.

– Если мисс приехала для того, чтобы принять участие в отборе, я буду только этому рад.

– Псих какой-то, – громким шепотом поделился кто‐то из толпы.

Мистер Мирт только отмахнулся.

– Идем, господа. Я и так заставил вас задержаться. Ужасно неприлично с моей стороны. Просто кое-что не ладилось в мастерской… Прошу прощения и за это, и за свой внешний вид!

Он помахал рукой, увлекая за собой ожидающую толпу, и мисс Амелии ничего не оставалось, кроме как последовать за ним, продолжая ловить на себе косые взгляды.

Мистер Мирт торопливо прошел в гостиную, на бегу проведя рукой по каменной голове горгульи, застывшей, словно страж, у распахнутых настежь дверей.

– Возможно, не хватит стульев! – крикнул он и пересчитал собравшихся.

Всего на отбор явились два десятка мужчин и одна молодая особа. Последнему он радовался как ребенок – если она сюда приехала, действительно желая стать водителем паровой машины, то это просто подарок судьбы! Конечно, следовало еще подробно ее опросить, да и остальным предоставить шансы, но мистеру Мирту казалось, что он определился еще до начала отбора. Он одернул себя. Нельзя же полагаться на первое впечатление! Надо быть сдержаннее. Особенно когда речь идет о таком важном вопросе.

Он на мгновение встретился глазами с девушкой. Она улыбнулась и сделала шаг вперед, предлагая помощь.

Мистер Мирт, зажав под мышкой дополнительный стул, покачал головой:

– Даже не думайте, мисс!

– Поверьте, мне случалось носить вещи тяжелее банкетных стульев, – усмехнулась она.

– Я – джентльмен, – ответил мистер Мирт. – Будь даже перетаскивание стульев из комнаты в комнату вашим основным делом жизни, я все равно не позволил бы вам делать это при мне.

Девушка сощурилась.

– Стало быть, вы из тех, кто считает, что удел женщины – сидеть сложа руки в беспомощном ожидании?

Мистер Мирт остолбенел.

– Вовсе нет! – смущенно пробормотал он. – Я не хотел вас обидеть, мисс. Просто…

– Просто считаете женщину… слабым полом? – вкрадчиво спросила девушка, подходя ближе.

Но мистер Мирт уже пришел в себя.

– Да если бы это было так… – весело сказал он. – Разве мы с вами бы разговаривали сейчас? Право, вы ведь претендуете на должность водителя паровой машины. Или я ошибся?

– Нет, все так, – ответила девушка. – И все же позвольте мне отнести для себя стул самой.

Мистер Мирт стул не отдал.

И попросил девушку выбрать в зале любой стул, который придется ей по вкусу, – мол, этот он все равно решил оставить себе.

Кто-то из мужчин, услышав их перепалку, рассмеялся и поднялся с уже пригретого стула:

– Садитесь, мисс, – крикнул он. – Будьте как дома.

Девушка только покачала головой и вышла в коридор. Мистер Мирт проводил ее задумчивым взглядом. Не иначе как отправилась на поиски еще одного стула. И точно: упрямо принесла тяжелый дубовый стул, поставила его у дверей и изящно села.

Мужчины встретили ее действия новой порцией смеха и унялись только после того, как мистер Мирт взмахнул рукой.

– Итак, – прокашлявшись, обратился он к собравшимся. – Вы все пришли, потому что заинтересовались моим объявлением. Я же прав, предполагая, что среди вас нет случайных людей?

По толпе прокатился гул. Определенно, каждый из собравшихся точно знал, зачем явился сюда. Однако мистер Мирт поспешил уточнить:

– Вы имеете представление о том, что такое паровая машина?

– Ни малейшего! – выкрикнул с места тот, кого назвали Гербертом. – Но вряд ли справиться с ней сложнее, чем с норовистой лошадью!

– Здесь вы неправы, – покачал головой Мирт и развернул лицом к собранию деревянный мольберт, который использовал вместо отсутствующей у него в гостиной (по понятным причинам) университетской меловой доски. – Моя паровая машина – совершенное новшество в науке. Ничто ранее изобретенное и близко не стоит рядом с ней. Это изобретение поможет передвигаться на огромные расстояния с невероятной скоростью, которая недоступна даже самой быстрой лошади.

– Э, мистер, сразу видно, не разбираетесь вы в лошадях! – вставил Герберт.

– А вы представьте себе, что вот здесь… – мистер Мирт похлопал по рисунку паровой машины, прицепленному к мольберту острой булавкой. – Вот в этом механическом корпусе заключено более трех тысяч лошадей? Точнее – лошадиных, если так можно выразиться, сил.

Собравшиеся удивленно притихли.

– Поверьте, его скорость не сравнима с лучшими лошадьми, с самыми удобными кебами и самыми быстрыми почтовыми повозками! Что уж говорить об удобстве! Ведь на лошади или в кебе невозможно с комфортом пересечь всего за один день все Бриттские острова…

– Это в принципе невозможно! – возразил кто-то из мужчин.

Мистер Мирт отметил, что на лице мужчин отражалось все больше скепсиса, в то время как единственная мисс слушала его внимательно и, казалось, старалась не пропустить ни единого слова.

– Все возможно – теперь. Поверьте, прогресс не стоит на месте. Когда я говорю, что эта машина может – без помощи магии, передвигаясь лишь по железным рельсам, движимая угольной тягой, – в один день перенести нас из Лунденбурха в Эденесбурх, я не фантазирую. Это реальность. И реальность эта вот-вот увидит свет.

Мистер Мирт сделал паузу, чтобы набрать побольше воздуха. Повисла тишина. Кажется, собравшиеся испытывали все меньше энтузиазма по мере того, как мистер Мирт вел свой рассказ.

– Я-то думал, вы ищете опытного извозчика… – с досадой пробормотал Герберт так, чтобы все его услышали.

– Или кебмена! – подхватил его сосед по имени Джек.

– Я ищу того, кто сможет управлять паровой машиной! – мистер Мирт поднял вверх указательный палец. – Совсем скоро я представлю ее на Ежегодной выставке достижений. Первая круговая дорога, по которой проедет поезд, почти закончена. Мне нужен тот, кто справится с этой первой – важнейшей – поездкой, ведь на паровой машине проедут самые важные гости – особенные гости выставки!

– Не, – Герберт поднялся и надел на голову засаленное кепи. – Это не по мне. Я-то думал, тут какая-то стоящая работенка… Ну их, эти ваши фантазии, мистер Мирт. Вы развлекайтесь, конечно, а у меня время дорого стоит. Пойду к своей небыстрой лошадке, уж не обессудьте, а она мне как-то родней.

Мистер Мирт растерянно проводил его взглядом.

Хлопнула входная дверь.

– Что ж… – пробормотал мистер Мирт. – Все остальные готовы продолжить беседу?

Мисс Амелия наблюдала за мистером Миртом и все больше проникалась важностью его изобретения. Еще только увидев его объявление на страницах «Вестей Тамессы», она поняла: грядет что-то необычное. Может быть, великое. И уж точно – важное. Как же она могла остаться в стороне?

После ухода Герберта на время воцарилась тишина.

Казалось, что каждый из присутствующих теперь переосмысливал свое решение явиться сюда. То, что сначала было воспринято как интересный жизненный поворот, резко поблекло в их глазах.

– Серьезно, мистер Мирт? – протянул один из них. – Паровая машина, которая перевозит людей? Да кто полезет в такое чудовище!

– Вы такое тут нарисовали нам, – подхватил его товарищ. – А это же даже и не построить никак! Невозможная эта штука!

Мисс Амелия обратила внимание, что рука мистера Мирта словно бы по своей воле потянулась к кудрявой пряди у виска и начала ее накручивать. Было видно, что мистер Мирт нервничает, хотя он и старался это скрыть, что было весьма достойным поведением в его ситуации.

– Точно, никому такую махину не построить, да еще и повозки к ней прицепить! – выкрикнул кто-то из заднего ряда.

– Здесь вы не правы, господа, – торопливо заверил их мистер Мирт. – Дело в том, что паровая машина уже построена. Она находится в специальном ангаре, который в будущем превратится в часть выставочных павильонов. У нас все согласовано с мистером Анатолем Черчем.

– То есть вы никуда машину, значит, тащить не собираетесь?

– Нет, – терпеливо ответил мистер Мирт. – Она уже стоит в ангаре. Но рельсы будут проложены длинным круговым маршрутом. Вот в этих повозках…

Он взял в руки тонкую острую указку, указал на рисунки продолговатых повозок, похожих на кебы, но на колесах и без возниц.

– Вот в этих повозках – вагонах – я провезу особенных гостей выставки. Полотно дороги ляжет между павильонами выставки и дворцом Цикламенов.

– А кто будет ими управлять? – не удержалась мисс Амелия, хотя твердо решила молчать до того момента, пока не придет ее очередь.

– Тот же, кто сядет за руль паровой машины, – пояснил мистер Мирт. – Вагоны будут прицеплены к ней с помощью особых креплений. Таким образом паровая машина будет тягать за собой повозку так, как мул тянет за собой плуг. Ну, или лошадь – телегу.

– Ха! Придумаете тоже! Значится, от нас требуется вот такую махину по рельсам провезти и обратно вернуть, и все? – спросил один из рабочих. – А где подвох, мистер? Вы хоть за это платите?

Мистер Мирт назвал сумму.

Повисла тишина.

– Ну… За такое богатство и поводить можно… – выдавил из себя все тот же рабочий.

Впрочем, уверенности в его облике не прибавилось.

Мистер Мирт оглядел собравшихся и сказал:

– Если вам в целом все ясно… Дальше я хотел бы продолжить беседу индивидуально.

– Это как? – нахально спросил все тот же рабочий.

– Это значит – с глазу на глаз, – любезно пояснил мистер Мирт. – С каждым из вас я поговорю наедине, а в конце нашей встречи сделаю выбор. Вы пока можете прогуляться по территории дома или же подождать за дверью.

Комната наполнилась шумом. Рабочие вставали, громко отодвигая стулья, потягивались, разминая кости, тянулись за табачными самокрутками и фляжками. Первым решился остаться тот самый рабочий – Эдвиг, который задавал вопросы, а все остальные высыпали на улицу. Тема для разговоров осталась у них одна – странная идея не менее странного мистера Мирта.

– Да кто он вообще такой? – спросил один из рабочих, раскуривая папиросу. – Кто-нибудь что-то слышал о нем до сегодняшнего дня?

– Я слышал, Люк, – сказал другой, отхлебывая из горла. – Говорят, он из семьи богача, который разорился пару лет назад. Кучу всего придумал, да даже у тебя дома наверняка что-то из его штук да есть. Изобретатель, что-то вечно чинит, удобно устроился при Парламенте. А теперь вот чё выдумал…

– Да, с такими-то покровителями – что ж не выдумать? Слыхали, сколько платить вздумал?

– Слыхали-то слыхали, а все равно подозрительно это все…

– Эй, а где девчонка? Тоже тут же была?..

Мисс Амелия предпочла не дослушивать и скрылась в доме. Стоять на крыльце в компании подобных мужчин она сочла для себя неприличным – хотя в целом не чуралась мужского общества, как иные из ее подруг.

Обстановка особняка казалась запущенной. Здесь не чувствовалось женской руки – кажется, у мистера Мирта не было ни жены, ни даже приходящей домработницы. Мисс Амелия с интересом рассматривала живописную паутину, художественно раскинувшуюся поверх газового светильника и механических часов.

Внезапно ее отвлек какой-то шум. Она резко обернулась. Серая каменная горгулья, охраняющая двери в зал, сменила позу.

Определенно сменила.

Передние лапы в другом положении, да и чешуйчатые крылья были сложены, а теперь вот-вот норовят раскрыться.

Мисс Амелия побледнела и подумала, что надо выйти на воздух – подышать. В заваленном разным хламом особняке было нестерпимо душно. Видимо, мистер Мирт был не из любителей заниматься частым проветриванием.

Она поторопилась выйти в заросший, не видевший руки садовника сад и встать подальше от расшумевшихся мужчин. Впрочем, рабочим было сейчас не до нее: они ожесточенно спорили, имеет ли безумная, по их мнению, затея мистера Мирта право на жизнь.

– Да не поедет эта штука! – кричал один, комкая в руках клетчатое кепи.

– А может, и поедет, – заметил другой, затягиваясь папироской. – Только мы-то здесь при чем?

Мисс Амелия отвернулась.

Ей не хотелось признаваться даже самой себе, что идея паровой машины захватила ее. А вдруг мистер Мирт остановит свой выбор на ком-то из этой толпы, насмехающейся над ним и его изобретением за спиной?

Все решит судьба. Она – Амелия Эконит – никак не может повлиять на мистера Мирта, кроме тех нескольких минут, в которые будет общаться с ним наедине.

Она вздохнула. Тугой корсет, который она надевала для выходов в свет, больно сдавил ребра.

Хоть бы все получилось, подумала она. Хоть бы я смогла…

Мистер Мирт проводил очередного кандидата до двери и помедлил перед тем, как звать следующего.

Все они как под копирку шли – одинаковое прошлое, одинаковое настоящее и никаких перспектив в будущем. В первую очередь – никакого огня в глазах, никакого желания создавать себе будущее, ловить дыхание прогресса…

Никто из них не подходил.

Никто не был тем самым.

– Что ж, Поуп, – пробормотал он, поглаживая каменную горгулью по шершавому затылку. – Остался последний кандидат. Эта милая мисс… Возможно ли, что женщина превзойдет десяток мужчин?

Не дожидаясь ответа, мистер Мирт вышел на крыльцо. Мисс Амелия ждала его в стороне.

– Мисс, – негромко позвал он. – Я был бы рад поговорить с вами теперь. Простите, что заставил вас так долго ждать.

– Ничего страшного, мистер Мирт, – улыбнулась она. – У вас чудесный сад.

– Запущенный… – смутился мистер Мирт. – Простите, мисс…

– Ничего, я люблю заросшие сады, – она протяну-ла руку. – Эконит. Мисс Амелия Эконит к вашим услугам.

Мистер Мирт осторожно пожал хрупкую ладонь вместо того, чтобы прикоснуться к ней губами, и по смягчившимся чертам лица понял, что угадал.

– Прошу вас.

Провожая мисс Амелию обратно в залу, он заметил, как она с опаской покосилась на горгулью, проходя мимо, и незаметно показал Поупу кулак.

Памятуя о случившемся споре, он позволил мисс Эконит самой пододвинуть себе кресло и сел напротив, обхватив руками колено.

– Что ж… Буду с вами откровенен, мисс Эконит. Я поговорил с десятью прекрасными работниками и ни один из них не приблизился к моему пониманию идеального водителя паровой машины. Вот почему с вами я буду говорить с особым пристрастием. И в первую очередь спрошу у вас вот что: почему вы пришли?

– Вы спрашиваете об этом, потому что я женщина? – усмехнулась мисс Эконит.

– И поэтому тоже, – не стал кривить душой мистер Мирт. – Вы выделяетесь на фоне прочих женщин – как минимум потому, что ни одной из них не пришло в голову откликнуться на мое объявление. Вы механик?

Он спросил без перехода, быстро, не давая гостье опомниться.

– Дочь механика и изобретателя, – кивнула мисс Эконит. – Я детства вожусь с механизмами.

– Что ж… – мягко улыбнулся мистер Мирт. – Почему-то именно так мне и показалось. Теперь хочу узнать следующее: вы слушали меня очень внимательно. Понимаете ли вы, что за открытие я несу в мир?

– О да! – горячо проговорила мисс Эконит. – Понимаю прекрасно. И если вы вдруг решите остановить свой выбор на мне – я буду счастлива быть первой женщиной, которая не просто поднимется в вагон и проедет по маршруту, но той, кто проведет поезд не только вокруг дворца Цикламенов… но и по всему маршруту до Эденесбурха!

– А в вас есть амбициозность! И мне это нравится.

– Мистер Мирт!

– Прошу, зовите меня Габриэль.

– Хорошо… Габриэль, послушайте, вы сказали, что никто из этих мужчин вас не порадовал. Так зачем вам мужчины? Я так же, как и они, умею водить кеб и управляться с лошадью. Я способна собрать часы или светильник. Мои руки не боятся ни ножей, ни отверток. И уж точно я не испугаюсь вашей паровой машины – потому что с тех пор, как я о ней услышала, я не могу мечтать ни о чем другом, кроме как стать ее водителем.

– А я не вижу причины вам отказать, – мистер Мирт заправил за ухо непослушную прядь волос.

– Правда?

Голос мисс Эконит звучал так неверяще-счастливо, что мистера Мирта захлестнула радость – просто от того, что это его решение вызвало такое выражение на ее прелестном лице. Впрочем, брать он ее собрался совершенно не за лицо.

Эконит.

Конечно.

Гилдерой Эконит, погибший три года назад.

Дочь Гилдероя Эконита – водитель паровой машины Габриэля Мирта. Это определенно достойно того, чтобы открыть новую страницу истории.

– В таком случае я сейчас отпущу остальных кандидатов, и мы с вами обсудим все детали, – быстро проговорил он, словно боялся, что девушка передумает. – Поуп, поухаживай за дамой.

Он быстро вышел за дверь, краем глаза отметив, что, когда каменная горгулья вошла в дверь с чайником в когтистых лапах, мисс Эконит даже не закричала.

Просто тихо осела в кресло, посмотрела на Поупа и проговорила:

– Пожалуйста, с молоком и сахаром. Две ложки с горкой.

Я точно в ней не ошибся, подумал мистер Мирт и счастливо зажмурился.

Определенно, эта девушка сулит ему удачу.

…будь я проклят, если не исполню своего предназначения сейчас. Иначе я никогда не достигну цели. Я перестану считать самого себя человеком чести, если хоть что-то заставит меня отступить от задуманного.

Слишком долго я жил, скрываясь.

Мои покойные отец и матушка, несомненно, только обрадовались бы, узнав, что я жив. Но за каждым месяцем жизни в изгнании стоят муки совести. Как могу я, после того как поступили со всеми нами, просто отсиживаться в безопасности? Я должен что-то сделать. Я должен наказать захватчиков.

И вернуть себе трон.

Меня ведет только чувство справедливости. Я стараюсь не для себя. Я хочу, чтобы были наказаны злодеи, сотворившие такое с невинными людьми – с моей семьей, с моими братьями и сестрой, с родителями и всеми нашими родственниками.

Пусть мои родители гордились бы мной и так – я не могу испытывать ничего, кроме стыда, за то, что до сих пор жив и ничего не предпринял, ничего не сделал с этим даром судьбы.

Ведь жизнь дана мне не просто так…

Уже шесть лет, как я скрываюсь в Хань.

За эти шесть лет я прошел через несколько войн, но так и не приблизился к своей главной цели. Я на хорошем счету у императора, но у себя на родине я считаюсь мертвым. Могу ли я смириться с этим? Нет.

Кровь Блюбеллов кипит во мне и взывает о мщении.

Я ведь единственный, кто остался.

Я прошел столько сражений без единого ранения, что у меня не осталось сомнений – это фаэ берегут меня, даже в изгнании фаэ ждут, что я вернусь и возьму свое.

У тех, кто занял мое законное место, нет и капли крови фаэ в жилах, но они считают, что могут диктовать свои условия по праву сильных.

О нет.

Ничего они не могут, и я это докажу.

Завтра утром корабль отправится в Лунден-бурх.

Я ступлю на его палубу, и в этот миг вспыхнут и сгорят до горстки пепла все мосты, которые только остаются за моей спиной. Все распоряжения отданы. Император прикипел ко мне как к сыну и с тяжелым сердцем отпустил, но и он понимает, что власти надо мной не имеет.

Никто не может удержать меня на моем пути мести и крови. Никто.

Я буду осторожен.

Буду действовать с оглядкой, сдерживать свой нрав и делать все аккуратно. Нельзя позволить чувствам взять верх надо мной – мне предстоит обуздать их, чтобы добиться своей цели.