Творцы несчастья

Анна сидела у окна на кухне и пересматривала прожитую жизнь. В этот миг ей казалось, что все давно прошло, что старость наступила в пятьдесят два года, что впереди ждет только одиночество. Хмурое небо невольно поддерживало картину декаданса в сознании женщины.

Дома никого не было этим субботним днем. Дочь ушла гулять с друзьями по центру города. Но что Аня хотела от двадцатилетней девушки? Тина, так Валентина просила ее называть, была поздним ребенком. Когда Павел предложил женщине расписаться, им было ужу по двадцать семь лет, а долгожданная дочка появилась на свет только через пять лет. Как следствие девочка выросла избалованной. Больше всего ее интересовали прогулки с друзьями, странные наряды и цвет волос и совершенно непонятная родителям музыка.

Учеба в университете шла со скрипом. Хотя еще два года назад на девочку возлагались большие надежды. Школу-то она окончила хоть и без медали, но весьма хорошо. Портили картину только четверки по английскому языку, русскому языку и литературе. Специальность выбирала тщательно, еще с седьмого класса решила, что станет экономистом. Тина выигрывала олимпиады, правда только на городском уровне, дальше никогда не шла. Посещала самостоятельно какие-то факультативные занятия… Что произошло после окончания школы, оставалось для матери загадкой.

Анна предполагала, что ее муж тоже озадачен переменой в поведении ребенка. Увы! Все оказалось куда банальнее. У Павла случился роман на стороне. Женщина совершенно случайно узнала об этом. Просто однажды увидела, как мужчина прощался с какой-то довольно молодой дамой, целуя ее в губы прямо на улице. Проведя небольшое «расследование», жена выяснила, что роман завязался во время поступления Валентины в университет. Отец сопровождал девочку при подаче документов в приемную комиссию, где и познакомился с тридцати пятилетней Алиной. Соперница работала в кафетерии, расположенном в холле учебного заведения.

Аня не спрашивала себя, чем та женщина была лучше. Все было, итак, очевидно. Она молода, стройна, подтянута и здорова. Наверное, Павлу не хватало страсти, ощущения молодого тела, может быть, общения не на бесконечные бытовые темы. В сущности, жена понимала, что не может этого дать, но от этого легче не становилось. Анна не сказала мужу о том, что знает про другую женщину, ведь это означало бы, что она признается в давно изжившем себя браке. Но куда деть воспоминания о двадцати пяти годах совместной жизни? Как остаться никому не нужной в таком возрасте? Пока тянется эта ложь, Паша скорее всего не решится уйти из семьи. А что будет, если все откроется, предсказать невозможно.

«Когда я упустила его?» – задавалась вопросом Анна Трофимова. В памяти всплывали различные эпизоды, в большинстве своем вовсе не важные и не ключевые.

Молодая женщина вышла из троллейбуса. Ей тогда было двадцать пять лет, худенькая, невысокая, с голубыми глазами и темными волосами, собранными в «хвост». На Ане было платье в клетку, кажется красно-бело-синюю, отрезная юбка которого не доходила до колен. Она ехала с работы. Лето было в самом разгаре. Жаркий вечер плавил пространство, заставляя людей скорее течь, чем идти.

Свернув во двор пятиэтажного дома, девушка почти столкнулась с высоким крепким парнем.

– Извините, – робко сказала Анна.

– Это Вы меня простите! Совсем ничего не вижу из-за этого солнца! – ответил молодой человек.

– Да, жарко очень в этом году и дождя давно не было! – как только девушка это произнесла, на них обрушился поток воды. Оказалось, что кто-то из жильцов решил полить газон, но выйти поленился, а просто вытянул шланг прямо с балкона четвертого этажа. Молодые люди рассмеялись.

– А Вы умеете стихию накликать! – весело сообщил незнакомец.

– Да уж! Что теперь делать?

– А пойдемте в парк? Там можно посидеть за столиком в кафе и поесть мороженное.

– Вы же куда-то шли, стоит ли свои планы менять?!

– Точно стоит! Меня, кстати, Пашей зовут.

– А меня Аней.

В этот вечер они сидели в уличном кафе почти до самого заката. А потом весь остаток лета гуляли по паркам, набережной, просто по улицам. Осенью Павел пригласил Анну в гости к своему брату на день рождения и представил своей девушкой. Так молодые люди встречались полгода, а потом Трофимов пропал. Просто четыре месяца вообще не появлялся, не звонил, не отвечал на записки, которые девушка оставляла в почтовом ящике. Примерно в октябре следующего года Паша свалился как снег на голову и как ни в чем не бывало вновь стал ухаживать за девушкой, а еще через год предложил расписаться.

Почему-то Аня побоялась тогда выяснять, где он пропадал. Она просто молча согласилась на такие условия «игры».

Аня и Паша пришли в гости к его друзьям. Это было празднование нового года. Женщина совсем не хотела туда идти, да еще и с большим к тому моменту животом. Она была на седьмом месяце беременности. Все вокруг веселились, включая ее мужа, много пили спиртного, танцевали, играли в какие-то условно пристойные игры. Только Трофимова скучала. Алкоголь был искренне и решительно отвергнут, да она и не любила его особо никогда. А будучи трезвой, понять безудержное веселье окружающих женщине было сложно.

К тому моменту Анна уже привыкла жертвовать своими интересами, мнением, удобством ради отношений с Павлом. Сказать, что она его безумно любила, жена не могла – не тот темперамент, но привязанность была почти патологической. Аня просто наблюдала за ним из дальнего тихого уголочка. Мужчина же активно отдыхал. Периодически он выходил на балкон покурить в сопровождении одной из присутствующих девушек. Из всей компании они двое имели эту вредную привычку, что было тогда удивительным. Ира, так звали «напарницу по перекурам», пришла на праздник с братом хозяйки квартиры. Они оба были моложе остальных гостей лет на пять. Кавалер курящей женщины довольно быстро «выбыл из строя» гуляющих ввиду опьянения и мирно похрапывал в соседней комнате. А вот Ирине явно не хватало внимания и восхищения, что она с успехом компенсировала довольно фривольными танцами, приковывая взгляды мужской половины гостей.

Ане это внимание мужа к посторонней девушке было неприятно, но беспокойства не вызывало. В конце концов, она буквально владела физической частью Паши, что было видно даже сильно невооружённым глазом. В какой-то момент женщине стало дурно от шума и духоты в зале, и она решила выйти на балкон на пару минут. Там как раз в очередной раз курили муж с Ириной.

Открыв дверь, Анна не сразу поняла, что именно увидела. Павел целовал девушку, при это его руки находились под ее платьем ниже талии. Трофимова продолжала смотреть на действо молча, через несколько мгновений поняв, что они не только целуются, но и преспокойно изменяют своим половинам прямо на балконе. Изнутри этого никто не смог бы увидеть, поскольку освещалась только комната. Что Аня делала бы дальше, не известно, но на помощь пришел хозяин. Мужчина подошел к открытой двери, почувствовав сквозняк и заподозрив, что беременная женщина может простыть. Когда он сам увидел происходящее за пределами комнаты, постарался аккуратно увести Трофимову подальше. Они зашли на кухню, где никого не было. Хозяин усадил женщину на единственный стул, который просто не поместился в зале, поставил греть чайник и начал разговаривать.

– Аня, ты не переживай! Это спиртное все! Пашка любит тебя и никогда не бросит!

– Я не понимаю, – прошептала Анна, готовая заплакать.

– Милая, ты плохо себя чувствуешь? – суетливо попытался выкрутиться Павел, вошедший на кухню. Он был измазан помадой, растрепан и по пути пытался заправить рубашку в брюки. Заметив взгляд товарища, машинально потянулся застегивать ширинку.

Женщина пребывала в «ступоре». Муж хозяйки тоже молчал. Он отвернулся от Трофимовых, налил чай в кружку, разбавил его кипяченой водой и подал Анне. Она молча поднесла посуду к дрожащим губам, но глоток сделать не смогла.

– Если хочешь, то можем поехать домой, – несколько заискивающе предложил Паша. В ответ жена молча кивнула. Она уже точно знала, что, если попробует издать хоть один звук, сразу разразится плачем, а делать это на людях неудобно.

– Я вам вызову такси, – сказал хозяин, потянувшись к висевшему на стене телефону.

По счастью, некоторые таксисты уже работали. К себе Трофимовы возвращались молча. Только дома Павел оправдал свои действия тем, что он «мужчина и не может из-за беременности жены находиться в постоянном напряжении». Анна так ничего и не ответила. Она легла спать, проглотив обиду. После рождения Валентины все мысли и время женщины были посвящены ребенку. Когда девочке исполнилось три месяца, отношения супругов вернулись в привычное спокойное русло. Страсти между ними никогда не было, но теперь появилась какая-то отчужденность. Аня мужа не отталкивала, но сама никогда не становилась инициатором близости. Со стороны это выглядело буквально как возврат супружеского долга, со всеми вытекающими ощущениями и поведением. Но и Павел не настаивал слишком часто. Почему-то Трофимова никогда не придавала этому значения, в том числе и после очевидной измены. Были ли у нее самой желания? Пожалуй, да, но воспитание не позволяло искать способы их реализации. Чаще всего сублимация происходила за счет работы, хлопотах по дому, заботы о ребенке и кулинарных изысков.

Кстати, никто из людей, знавших о происшествии в новогоднюю ночь, включая хозяина квартиры, где было празднование, не стали вдаваться в подробности и рассказывать о том событии. Через несколько месяцев Ирина и брат хозяйки поженились, но Анна и ее «спаситель» наотрез отказались идти на мероприятие под различными предлогами. Это был первый и единственный раз, когда Трофимова не подчинилась волеизъявлению своего мужа.

Само рождение Валентины было сложным. Анна в свои тридцать два года очень тяжело перенесла кесарево сечение. Первые роды в таком возрасте наотрез отказались проводить иначе. Когда на следующий день женщине принесли маленький хныкающий сверток, она просто опешила от увиденного.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.