Судьба эскаписта

– А как ты оказалась здесь.

– Когда я стала волной, оказалось, что мне совсем некуда податься. В имении было очень плохо, но зато кормили, и был кров над головой. Я пыталась устроится наёмной служанкой, только эльфов берут неохотно. Все же знают о нашей природной ловкости, боятся за свои тайники, – горько пояснила Агнель. – Я как раз перебивалась случайными заработками в Эрлиге, когда услышала, как достопочтимый Красс зазывал на площади эльфов присоединится к их новому поселению.

– Так ты не с самого начала с Лантиром?

– Нет, я здесь где-то всего полгода.

– И как тебе?

– Гораздо лучше, чем было. Тут у меня работа и дом. А то что в глуши? Так и наплевать!

– Ясно. Я тебя совсем заговорил, – сказал Дориан приоткрывая дверь в свою комнату.

– Ой! Прошу прощения! Если что-то потребуется, я буду в комнате в конце коридора. К сожалению, звоночков у нас нет, поэтому кричите.

– Не буду тебя больше задерживать.

Эльфийка молча поклонилась, развернулась на каблуках и моментально испарилась, быстро убежав по коридору.

– Скоро мне надо будет уйти, а ты сиди здесь смирно. Понял? – из-за соседней двери послышался голос Лили.

– Шрум понимать!

– Отлично! Держи две галеты и кусок солонины. Можешь съесть.

– Еда!

Дориан постоял ещё немного, слушая, как Лили общалась со своим питомцем, а затем убрался к себе в комнату.

Через час, как и им сказали, авантюристы спустились на первый этаж, где под лестницей, напротив входа некогда закрытая дверь, была отворена настежь, манив ароматами ужина.

Помещение, в которое они вошли, было обставлено несколькими квадратными столами и барной стойкой. Один из столов был сервирован. За ним уже сидел Лантир. На эльфе был надет кафтан с преобладанием зелёных и серебристых тонов. Мечей за спиной не было. За этим же столом сидели ещё несколько персон. Грейс, нацепившая что-то вроде платья и чувствовавшая себя в нём крайне неловко, сидела слева от Лантира. Худой юноша в цветастом одеянии с высоким расшитым позолоченной нитью воротником, и подпоясанный франтоватым алым кушаком, оказался архитектором Ноленом. Он расположился справа. За ним уселся одетый в простую рабочую одежду плечистый кузнец Мейлон. На латунном насесте, придвинутом почти вплотную к столу, рядом с Грейс восседал ворон Красс, на голове которого была нахлобучена смешная чалма цвета индиго.

– А вот и гости! – прокричал Красс, взмахнув крыльями. – Добро пожаловать к столу!

– Прошу, – сказал Лантир, указывая на пустые места за столом.

Когда авантюристы расселись, две эльфийки в передниках принесли несколько подносов с едой и моментально удалились, бросая испуганные взгляды на Дориана. Похоже, что шутка с «важным господином» распространилась по всему поселению.

После того как гости поужинали, началось настоящее собрание. Тишину первым нарушил кузнец, уставившись Дориану прямо в глаза:

– Давайте уже начинать, а то все так и будут молчать до ночи. Господин Нордвинд и остальные, скажите нам прямо, что задумал герцог?

– Герцог желает примирения поселений.

– Серьёзно?

– Более чем.

– Хм. По крайней мере это не так плохо, как мы предполагали, – пожал плечами кузнец.

– И? Что теперь? Пойдём кланяться к крокодилам? – грубо спросила Грейс.

– Прошу тебя, не утрируй, – примирительно сказал Лантир. – Нам сейчас очень важно выработать правильную стратегию, а не поддаваться эмоциям.

– Пф! – Грейс скривила лицо.

– Мы уже были у ящероголовых, и их вождь выразил желание начать переговоры, но только на нейтральной территории, – добавил Дориан.

– Вот как? – переспросили Мейлон.

– Хоть вопрос о перемирии и придётся решать на общем собрании, я предлагаю предварительно проголосовать присутствующим, чтобы прояснить намерения. Кто за то, чтобы дать миру ход?

Лантир, сказав это поднял руку. За ним руку поднял кузнец Мейлон.

– Отлично, кто против.

– Вы чего, в своём вообще уме, договариваться с дикарями? – впервые заговорил архитектор Нолен. – Я против.

– Вы и так знаете моё мнение, но всё же вот мой голос! – Грейс так же подняла руку.

– Я воздержусь, – тихо сказал Красс. – В конце концов, в отличие от вас, я ведь могу просто улететь, если заваруха начнётся, поэтому моё суждение не может считаться объективным.

– Признайся честно, Грейс просто предложила тебе какую-нибудь дорогую выпивку, – ухмыльнулся Лантир.

– Что?!– ворон нервно за озирался по сторонам, в поисках спасения. – Да, как ты мог такое подумать?!

– Всё с тобой ясно.

– Простите меня! Я опоздал!

Дверь распахнулась, и на пороге показался мальчишка-эльф в серебристой мантии. Судя по отдышке, он только что бежал. Эльф выглядел лет на шестнадцать и, похоже, был не многим старше. Его уши, и так длинные, торчали в стороны, придавая его наивному лицу ещё больше комичности. Взгляд его больших глаз, увеличенных круглыми массивными очками, постоянно перескакивал с одного на другого, не останавливаясь на ком-то конкретном. В руках эльф держал длинный посох с камнем цвета неба на одном конце. На поясе мальчишки висела закреплённая на ремешках толстая книга, а за спиной, на резиночке через шею, болтался такого же цвета, как и камень на посохе, колпак звездочёта.

– Простите меня, пожалуйста, я, кажется, пропустил что-то важное?

– Да нет, ты как никогда вовремя, – улыбнулся кузнец. – Знакомьтесь, наш маг Лаэнре!

– Очень приятно! – маг приставил посох к стене и проследовал на указанный кузнецом стул.

– Продолжим, – кивнул Лантир. – Уважаемый Лаэнре, мы голосуем за то, чтобы понять будем ли мы пытаться примириться с ящероголовыми.

– А это возможно? – робко спросил маг.

– В свете вновь открывшихся обстоятельств, шансы подобного исхода несколько повысились.

– Тогда я за! Запишите мой голос за мир. Мэтр Форшер из университета говорил, что их ведьма чудовищно сильна и опасна!

– Началось… – Грейс закатила глаза к потолку. – Метр Форшер то, метр Форшер сё. Тебе нестыдно полагаться на человека?

– Грейс! – Лантир потер свой левый висок.

– Да делайте, что хотите! Только потом не нойте, когда эти крокодилы придут вас убивать! – эльфийка вскочила с места и ушла, громко хлопнув дверью.

– Мда, – промямлил Красс.

Под неодобрительным взглядом Лантира Ворон взмахнул крыльями и переместился на стол рядом с одним из бокалов. Опустив туда клюв, Красс сделал несколько больших глотков, окинул всех присутствующих сначала левым, потом правым глазом и вспорхнул обратно на насест.

– И так! – продолжил ворон гораздо бодрее. – Официально объявляю, что совет проголосовал за установление мира и добрососедских отношений с эндемичным местным аборигенным населением в лице племени ящероголовых.

– Ладно, – кузнец встал из-за стола. – Дальше вы сами всё обсудите, а мне надо возвращаться к работе.

– И мне, – надменно согласился архитектор Нолен.

Когда эти двое покинули помещение Лантир устало вздохнул, а затем резко отвесил затрещину Крассу, который, разбросав несколько перьев, свалился с насеста.

– Крааа! Произвол! – закричал ворон откуда-то из-под стола.

– Это тебе за взяточничество! – на лице Лантира на мгновение промелькнула озорная ухмылка.

– За чем вы так? – испугано спросил Лаэнре. – Он ведь уже не молод.

Мальчишка-маг подбежал, аккуратно достал ворона из-под стола и усадил Красса на насест. Ворон был весь растрёпанный и всячески демонстрировал свою обиду, показушно отвернувшись от Лантира.

– Ничего с ним не случится.

– Спасибо, юный маг, здесь только ты понимаешь, что мудрость надо уважать, – наигранно плаксиво промямлил ворон.

– Красс… – спросила Фрида, пряча улыбку за ладонью. – Признайся честно, ведь Грейс на самом деле подкупила тебя.

– Да, подкупила! Довольны? А я ведь не голосовал против, как она просила.

– Значит потом и она тебе ещё добавит, – уточнил Дориан. – А у неё рука посильнее будет. Ты ведь знаешь.

– А! Спасите…

До ворона дошло, в каком положении он оказался. Весь его напыщенный вид как ветром сдуло. Обида на Лантира тоже испарилась, оставив место страху и панике. Он завертелся на жёрдочке, опасливо косясь на распахнутое окно.

– Она же меня убьёт, Лантир! Сделай что-нибудь. Я ей пообещал, что проголосую против…

– Ты знал, на что шел, мой друг.

– Мне… Я только что вспомнил, что у меня очень важные дела в Эрлиге. Да, и мне надо срочно туда отбыть. До встречи, господа!

Ворон взмахнул крыльями и спешно улетел через открытое окно. Маг тоже вскочил, поклонился и выбежал из помещения.

– Вот так и живём, – устало пробормотал Лантир. – Когда я планировал идею о строительстве поселения эльфов, даже не мог себе представить, что стану руководителем цирка.

– Так это была всё-таки твоя идея? – улыбаясь, спросил Дориан. – Зачем тебе это вообще было нужно?

– У меня был резон, я покажу, но попозже.

– Я думал, что тебя устраивает профессия авантюриста, да и Грейс тоже?

– Меня и устраивала, пока команда не развалилась. Трое ушло, трое осталось.

– Вас могли бы взять в любую другую, разве нет?

– Нет, Фрида, не могли бы. Точнее, я смог бы найти партию очень быстро, а вот Грейс. С Грейс возникли проблемы. Похоже, кроме меня её просто никто не способен терпеть, – Лантир горько улыбнулся и продолжил. – Вы ведь понимаете, что она, в общем-то, не плохая, а другие не понимают. Плюс эти её постоянные комплексы по поводу роста, помноженные на ненависть ко всем вокруг.

– И ты решил стать мэром? – ехидно заметила Фрида.

– Да нет же!

– Похоже, проблем у вас гораздо больше, чем кажется? – спросил Дориан.

– Это мягко сказано, – Лантир помолчал, задумавшись, а потом продолжил. – И ящероголовые не самая плохая из бед.

– Что ты имеешь ввиду?

– Дориан, ты же должен понимать, что строительство нового поселения очень затратно. Нам пришлось влезть в долги. И кредиторам начинает уже всё это надоедать.

– Но вы же должны были просчитывать риски?

– Сначала всё шло нормально…

Как оказалось, Лантир и его несколько знакомых, включая кузнеца Мейлона, давно задумали идею с поселением, потому что эльфам в человеческих городах живётся крайне несладко. Они подняли клич и неожиданно получили большую поддержку. Вот только оказалось, что это была в основном молодежь. Лантир, сам далеко не старый эльф, оказался чуть ли не старше всех, не считая Мейлона и Грейс.

Так сформировалось ядро данного предприятия. Сверив свои средства, они поняли, что денег катастрофически не хватает и было решено взять заём. Поскольку среди них было много талантливых ремесленников, все решили, что упорным честным трудом долг удастся быстро вернуть. В то время к ним присоединился архитектор Нолен, он же и поспособствовал, чтобы богатый столичный торговый дом без лишних вопросов выделил нужные деньги. Дальше с рекомендательным письмом от купцов оказалось довольно просто приобрести землю. Герцог и его министры чуть не прыгали от радости, когда узнали, что оплата будет живыми деньгами.

А потом начались неприятности. Оказалось, что строительство занимает гораздо больше времени, чем планировалось. Некоторые сподвижники, утратив былой энтузиазм, просто сбежали. А ко всему прочему объявились ящероголовые и заявили, что эльфам тут не рады. Эльфы планировали организовать поставки лекарственных трав и алхимических компонентов в Эрлиг, но нужные растения росли гораздо восточнее поселения, на территории племени ящероголовых. Когда пострадала травница, от сбора растений было решено отказаться. Начались проблемы с деньгами. Эльфы трудились упорно и старались всё выплачивать в срок, но несмотря на приложенные усилия, просрочили несколько платежей. Столичным банкирам это не понравилось, и они накинули штраф сверх оговоренной суммы и сделали это так, что в глазах властей остались правы.

– Теперь они шлют письма с угрозами и пугают нас чем только могут, – пробормотал Лантир. – Я считаю, что эти наёмники на севере собираются по нашу душу. И это не какие там дикари. Грейс говорила, что у них был рыцарь на виверне?

– Да, был, – тихо подтвердила Фрида.

– Я думаю, что впору уже планировать не мирный договор с ящероголовыми, а эвакуацию поселения. У меня крайне плохое предчувствие. Мне кажется, может начаться резня, а воинов у нас почти нет, есть одни только вчерашние дети…

– Всё настолько плохо? Может попросить помощи у герцога?

– Фрида, ты думаешь, он не знает, что на его территорию стекаются банды наёмников? Он солдафон, а не дурак. Более того, для него это окажется наиболее лёгким решением проблемы. Не надо даже пачкать руки, всё сделают другие люди. А после бойни всегда можно изобразить удивлённые глаза и демонстративно помахать кулаком, повесив парочку подвернувшихся под руку неудачников.

– Мажордом ясно дал мне понять, что на вас у них большие планы.

– Этот жирный индюк? Впрочем, Дориан, я хотел поговорить с тобой о другом. И, Красс, будь добр, прекрати подслушивать в кустах у окна и осчастливь нас своим присутствием.

–А?! Каррр!

Трава под окном зашуршала и оттуда действительно выпорхнул Красс. Ворон перелетел на насест, на котором сидел до этого и принялся чистить перья от травы, периодически опасливо озираясь то на окно, то на дверь.

– Отлично. А теперь, Дориан, ты ведь видел ведьму ящероголовых?

– Да, мы встречались.

– Ну и? Как думаешь, кто она такая?

– Не знаю, но девочка очень странная.

– Девочка? – недоверчиво переспросил Красс.

– Именно, человеческая девочка лет десяти на вид, может чуть старше.

– Ты хочешь сказать, что все великие маги Эрлига боятся одну девочку?

– Я этого не говорил. За девочкой стоит ещё что-то, – Дориан замолк на секунду, а затем продолжил. – У меня сложилось впечатление, что через неё нечто общается с окружающим миром. И как раз этого нечто и стоит опасаться.

– Вот как? – оживился ворон. – Хочешь сказать, что девчонка – апостол божества.

– Апостол? А это ещё что за фрукт? – спросила Лили.

– Хм… Апостол – это некий смертный, избранный, если хотите, через которого божество несёт свою волю и мысли в мир, – менторским тоном проговорил Красс.

– А если человеческим языком? – раздражённо сказала Лили.

– Мудрый Красс, будь добр, просвети нас более развёрнуто.

– Как скажешь, Лантир. Попробую объяснить, что называется, на перьях, тем более что тяга к знаниям всегда похвальна. Так, представьте себе некое божество. Сидит оно у себя дома, никого не трогает, и всё вроде хорошо. Но ведь можно сделать мир ещё лучше или хуже, смотря что это за божок. Вмешиваться на прямую оно не хочет или не может, тогда делегировать часть сил и возможностей некому смертному будет неплохим решением.

– Но ведь боги всесильны? Так, по крайней мере, говорил брат Дэниел – наш деревенский пастор. Зачем им вообще какие-то смертные? – усомнилась Лили.

– Всесильны? И много ли ты за свою жизнь видела примеров этой всесильности, девочка? – Красс вопросительно покосился на лучницу левым глазом. – Среди мудрых людей популярна гипотеза, говорящая, что боги далеко не абсолютны в могуществе или ограничены в своей силе. Некоторые особо смелые исследователи, помолимся за их души, утверждали, что боги – это просто очень сильные люди. В пример можно привести известнейшего персонажа южных сказок – «Вальенте». Этот герой, по некоторым данным, был простым авантюристом, а затем, пройдя через миллионы испытаний, вознесся до уровня бога. Сейчас некоторые отождествляют его с божеством мечей. Это один из младших божков в партии верховного бога неба, Белого Мудреца, если вы не знали.

– А ты сам в каких богов веришь? – спросила Лили, недоверчиво косясь на ворона.

– Я?! То есть как в каких? Я, как и все представители своего племени, поклоняюсь Пернатой.

– Она же ещё покровительница искусств и бардов! – оживилась Фрида.

– Совершенно верно! – обрадовался Красс. – Сразу видно образованного человека!

– Красс, давай ближе к теме, – перебил его Лантир.

– Да, как скажешь. Вернёмся к апостолам. Когда боги наделяют человека своими силами, он престаёт быть обычным человеком. Как правило, это проявляется через долголетие, иногда просто феноменальное. Способность творить уникальную магию также часто присутствует. Естественно всё это тут же объявляется чудесами, привлекая толпы народу. Ещё при этом искомый субъект совершенно не понимает, как у него всё это получается. Его как будто бы ведут за руку по великим свершениям. Иногда божество даже вещает через своего протеже.

– А голос у апостола при этом меняется? – вкрадчиво спросила Фрида.

– Да, такое имеет место быть. Например, задокументировано два случая, когда Солнечный бог вещал через своего верховного паладина. И в обоих случаях менялся не только голос, но и характер. Поразительно, не правда ли?

– Поразительно… Согласен, братик? – Фрида ехидно улыбнулась, посмотрев на брата.

– Ага…

– О чём это вы? Попрошу не отвлекать лектора! Неизвестно, по каким критериям отбирается кандидат из числа смертных, но считается, что человек должен быть близок по духу с тем божеством, которое его выбрало в качестве апостола. Этот процесс получил название отметка. А далее в смертном постепенно начинают просыпаться некоторые признаки самого божества. Наиболее полно это изучено на примере Солнечного бога, поскольку несколько его верховных паладинов становились апостолами. Так отмечалось, что паладин-командор Льёст мог применять [Сжигающий солнечный луч] на своих врагов. Данное воздействие приписывают силе Солнечного бога.

– Слушайте, я уже несколько раз слышу про этого Солнечного, да скажите уже, кто он вообще такой. У нас ему вроде не поклоняются? – недовольно заявила Лили.

– Мда… На лицо вопиющий пробел в образовании.

– Это ты меня сейчас дурой назвал что ли?!

– Э?! Нет! Нет! Что вы, юная леди, не надо на меня так пугающе глядеть.

– Лили… – Фрида укоризненно посмотрела на лучницу.

– Время у нас ещё есть, почему бы не просветить нашу гостью? – Лантир примирительно закивал головой.

– Предлагаете начать с самого начала? Тут недели не хватит, не то, что вечера!

– Не надо недели, объясни попроще. Я ведь не виновата, что жила на ферме. Наш сельский жрец, брат Дэниел, говорил, что есть Алая Богиня, которая благоволит нашей стране. И про Белого Мудреца из Гегемонии я тоже слышала. Только обзываться не надо.

– Хорошо. Хорошо. Хорошо, – примирительно закаркал Красс и продолжил. – Начнем с самого начала. Согласно догматам подавляющего числа церквей и культов, в начале было двое. Мужчина и женщина. Их ещё называют демиургами, они же «Отец» и «Мать». Эти двое и сотворили наш мир, но в процессе создания они поняли, что им банально не хватает рук. И, недолго думая, породили несколько сущностей, которые в дальнейшем стали именоваться первым кругом, или изначальными, или старшими богами, или ещё как-нибудь. Названий множество. В общем эти ребята, включившись в работу, сами стали создавать помощников. Так появились боги второго круга. Последыши оказались послабее, но их было гораздо больше. В результате, один изначальный бог получал по нескольку помощников, которые зовутся свита. Как думаешь, чем занялись боги второго круга?

– Стали делать третьих?

– А вот и неправильно. Как они не пытались, у них ничего не получалось. Вернее, получались какие-то существа, даже целые расы. Но создать божественное у богов последышей никогда не выходило. В этом и заключается фундаментальное различие между старшими божествами и младшими. На самом деле боги второго круга – узкие специалисты. Кто-то, например, заведует исключительно мечами, кто-то контролирует определённый, конкретный аспект бытия и так далее. В то время как высшие оперируют более объемными категориями.

– Красс… – устало пробормотал Лантир. – Давай всё же покороче.

– Сами же просили? Ну, ладно! Я читал десятки теологических трудов со всех концов света и могу с некоторой уверенностью сказать, что исследователям почти ничего не известно о «Матери» и «Отце», однако девять старших божеств определённо фигурируют в литературе. Ими являются Богиня Жизни и её культ Алого Храма. Белый Небесный Мудрец. Ему поклоняются в Гегемонии. Так называемый Бог Механизмов или Гномий бог. Богиня природы, эльфы зовут её Гайя. Я правильно произнёс, Лантир?

– Да, более чем.

– Благодарю! Кто у нас остался? Солнечный бог. Это основное божество южных королевств, ему же поклоняется и орден паладинов-светоносцев. На юге так же распространён культ моря, верховным божеством которого является Гневный Морской Король. Это основные старшие божества.

– Но ты же сказал, что их девять?

– Не перебивай, юная лучница. Я назвал шесть наиболее распространённых культов. О трех остальных известно меньше. В некоторых религиозных книгах, упоминаемый там Бог-Бродяга, ставится в старшие божества. Исследователи и теологи полагают, что существовал какой-то культ с кочевым божеством во главе, но до наших дней он дошел лишь обрывочно, сохранившись как часть других писаний. Также мало данных и по божеству проклятий и болезней. Даже неизвестен пол этой сущности, но это не мешает данному созданию фигурировать в священных тексах, в качестве пугалки для паствы, само собой, – Красс укоризненно покачал головой из стороны в сторону и продолжил. – Ну и главное божество, противостоящее остальным – это, безусловно, Бог Тьмы. По отношению к нему основные религии демонстрируют поразительное единодушие. Его считают врагом всего сущего, и, естественно, главным антагонистом всего живого. Некоторые теологи определяют его как верховное божество демонов. Правда, самих демонов, как мне кажется, об этом предупредить забыли.

– А кому поклоняются демоны на самом деле? – спросила Лили, поглядывая куда-то в сторону.

– Девочка, это огромная тема для исследований. Я бы сказал, поле не паханое. Есть некоторые свидетельства, что демоны, как и вампиры, кстати, почитают Огненного Иерарха.

– Красс переходи уже к «Расколу», – перебил ворона Лантир.

– Да, как раз собирался. Согласно основным догматам Алого храма, когда-то все старшие трудились вместе под предводительством «Отца» и «Матери». Но затем произошло что-то, и «Отец» исчез. «Мать», убитая горем, отошла от дел. Некоторые мифы говорят, что, одинокая, бродит она по миру, не найдя покоя. Так старшие боги получили абсолютную власть и тут же принялись делить доставшееся наследство. В результате конфликта Бог Тьмы дистанцировался от остальных, перетащив на свою сторону несколько могущественных богов второго круга. Самый сильный из них был, уже упомянутый, Огненный Иерарх – божество повелитель огня. Но были и другие. Например, Прядильщица. Некоторые считают, что она и Неунывающая Ткачиха, которой до сих пор поклоняются многие ремесленники, одно божество. Ткачи, кстати, не раз страдали за это.

– Кожевенники Горгоны поклоняются Ткачихе, – дополнил Дориан. – Но я не слышал, чтобы их притесняли.

– На кожевенный цех Горгоны где наедешь, там и слезешь. У них денег больше, чем у некоторых герцогов, – ухмыльнулась Фрида.

– Продолжим нашу лекцию, – Красс недовольно постучал клювом о насест. – В результате несколько богов сформировали некоторый альянс. Это Белый Мудрец, Бог Механизмов, Солнечный Бог и Грозный Морской Король. Образование получило название Лояльная Кварта. Они объявили Богу Тьмы непримиримую войну, и чем по сей день и занимаются последователи этих культов. Особенно паладины Солнечного Бога. Те, кто не участвовал в войне, но и не мешал стали зваться Нейтралами. Например, Гайя, которой, видимо, просто не было до этого дела. Культ Алого храма осуждает Темного Бога, но он всегда существовал отдельно и от «Кварты». Про остальных двух из девяти вообще ничего толком не известно, их то относят к нейтралам, то записывают в ряды злодеев. Партия же Тёмного Бога зовется Отступники. Вроде ничего не упустил. Теперь ваша очередь, расскажите мне подробнее об этой девочке.

– Что конкретно тебя интересует? На первый взгляд это обычная человеческая девочка. Она выполняет обязанности жрицы Змеиной Богини в поселении.

– Стоп! – громко прокричал Красс. – С этого поподробнее, что за «Змеиная Богиня»?

– Ящероголовые ей поклоняются, – пояснила Фрида. – У них даже храм есть.

– А внутрь вы заходили? Что там за убранство? Может были элементы декора, что бросались в глаза?

– А ведь точно! – вспомнила Лили. – Картинки на стенах у них смешные нарисованы.

– Ты имеешь в виду фрески?

– В основном там изображена женщина с туловищем змеи, – продолжил за лучницу Дориан. – И поклоняющиеся ей звери. Выглядит, действительно, довольно интересно. Фрида, может ты нарисуешь?

– Отличная идея! Лантир, у вас найдётся бумага и перо?

Фриде потребовалось около полчаса, чтобы сделать несколько небольших простых набросков, которые разложили на столе. Красс задумчиво бродил по столу между листами, пристально всматриваясь в каждый из рисунков. Наконец он кивнул головой и перелетел обратно на насест.