Судьба эскаписта

Красс же, казалось, забыл о своих ранах, как только понял, что может поговорить с настоящей богиней. Впрочем, богиня его игнорировала, ограничившись парой общих фраз, подтвердив изумлённому ворону, что Гайя и Царица-Ламия являются в сущности одни божеством. Обсидиан же опять убрался, заявив, что Змейка сама здесь со всем справиться.

Когда богиня дала понять, что разговор окончен, Рингиэль словно опомнившись, позвала к себе Лантира и остальных и потребовала следовать за ней, не говоря больше ни слова.

– Куда ты нас ведёшь? – недовольно пробормотал Лантир.

– Увидите.

Рингиэль во главе небольшой группы, в которую входили Дориан, Лантир, Фрида, Шкеш и Альварес, уверенно шагала вдоль погоревших домов. Вывернув на площадь, где находился дом Агнолитель, эльфийка кивнула остальным, предлагая подойти ближе.

Около дома валялось несколько тел наёмников. Все они были поражены магией. У заборчика съежившись и дрожа находилась и сама хозяйка дома. Она что-то теребила, бормоча неразборчиво себе под нос. Там же, неуверенно переминаясь с ноги на ногу, словно не зная, что надо делать, стояла раздосадованная, но совершенно невредимая лучница Лили.

Когда группа, ведомая Рингиэль, подошла ещё ближе, Фрида тихо вскрикнула, Дориан выругался, а Лантир прикрыл лицо рукой. Прислонившись к заборчику без движения сидел маг Лаэнре. Его лицо было широко рассечено клинком. Рядом на земле валялись разрубленные на пополам очки. Одежда волшебника была в крови, а в широко распахнутых глазах юноши навсегда застыли одновременно страх и решимость идти до конца. Чуть поодаль от него на животе лежал труп наёмника с окровавленным мечом. Агнолитель держала Лаэнре за руку и беззвучно плакала, роняя слезы на землю. Травница не обращала никакого внимания на подошедших людей.

– Вот, приглядитесь, – горько пояснила Рингиэль. – Это и есть настоящее лицо войны. Это вам не батальные полотна прославленных художников, где рыцари в доспехах, начищенных до блеска, бьются друг с другом, отвешивая учтивые поклоны своим оппонентам. Посмотрите внимательно и запомните, чем по-настоящему являются сражения.

Лили, немного помявшись, подошла к остальным и виновато понурила голову, уставившись на землю:

– Я ведь никому не навредила? – тихо спросила она Дориана, поравнявшись с ним.

– Всё нормально.

– Ясно, – вздохнула Лили, украдкой посмотрев на прислонившегося к заборчику мага. – Я плохо помню, всё было как в тумане, но, когда я оказалась здесь, он уже лежал. Как же паршиво всё вышло…

– Маг Лаэнре бился до конца, защищая ту, кто была ему дорога, – изрекла Рингиэль. – Остаётся лишь верить, что его жертва не была напрасной.

– Надо унести его отсюда.

Лантир склонился над телом мага, пытаясь его приподнять, но Агнолитель не позволила ему это сделать. Она заслонила собой Лаэнре, давая понять, что никого к нему не подпустит. Лантир горько вздохнул, поморщившись, а затем отстегнул свой плащ и накрыл им мага. Агнолитель же снова взяла руку волшебника.

– Я распоряжусь, скоро сюда прибудет похоронная команда, – пробормотал эльф-мэр, дотронувшись до плеча опять начавшей всхлипывать Агнолитель.

– Вот почему всегда оно так выходит? А? – не выдержала Лили.

– Я тоже постоянно задаюсь этим вопросом, – виновато хмыкнул Лантир, окинув взглядом собравшихся. – Я решил, что сложу полномочия мера сегодня. Всё, что здесь произошло, целиком и полностью моя вина. Столько жизней загублено ради какой-то побрякушки. И если в этом и правда замешан король Саатир, он горько пожалеет об этом.

– Ух какие мы сердитые! – нарочито громко и наигранно крикнула Рингиэль. – Мальчишка Саатир уделает тебя одним мизинцем левой руки. А на Грейс ему потребуется мизинец правой. Лучше направь свой гнев на что-то более созидательное. Несмотря на все неприятности вам удалось выжить, и более того, найти новых союзников там, где вы их найти совсем не ожидали. Прекращай ныть и воспользуйся этим. О! Как раз вовремя.

Мимо них неспешно прошли два ящероголовых, которые конвоировали раненого. Им оказался тот самый ученик жреца Иеронима. Левая рука пленного была перебинтована и висела на перевязи, а сам он хоть и был в ссадинах и кровоподтёках, но передвигался без посторонней помощи, на своих ногах. Конвоиры шли за ним и периодически легонько тыкали в спину ученику жреца тупыми концами копий.

– Вот и последний пазл, – ухмыльнулась Рингиэль. – Эй вы, двое, ведите его сюда.

– Нами командуешь не ты, женщина! – огрызнулся один из ящероголовых, косясь на своего вождя.

– Поговори мне ещё тут, – выпрямился Шкеш. – Делайте, чего говорят.

– Свободны, ребятки, дальше мы сами справимся, – Рингиэль помахала ладошкой оторопевшим от такой наглости ящероголовым.

– Всё в порядке, идите, – спокойно сказал Шкеш.

Агнолитель, которая всё это время не обращала на окружающих никакого внимания, резко выпрямилась и, вытерев слёзы манжеткой рукава, решительно направилась в сторону собравшихся.

– Простите, – проглотив комок в горле, обратилась она к остальным. – Позвольте мне присоединится.

– Характер надо было проявлять раньше. Теперь ему уже не помочь, – с холодом в голосе пояснила Рингиэль.

– Я знаю. Это я виновата, что он умер. Он погиб из-за меня! Я закрылась в доме и боялась выходить, а он не мог бросить меня!

Выкрикнув последнюю фразу, травница вздрогнула, потому что сама не ожидала, что получится так громко. Слезы опять наполнили её глаза, и она задрожала. Агнолитель обхватила себя руками, пытаясь спрятаться за ними, как за преградой, но это плохо помогало.

– Когда я получила этот шрам, – всхлипывая продолжила Агнолитель. – Я думала, что это и есть смерть. Конец всему. Я даже молилась Тёмному Богу, чтобы он забрал мою жизнь. Я думала, что это хуже смерти – стать уродливой. А сегодня я увидала, как Лаэнре лежит там, у заборчика, по-настоящему мёртвый. Лучше бы это я была вместо него. Он был талантлив, а я всегда оставалась посредственностью. Всё, чем я могла гордиться когда-то, это моя красота, но и её у меня больше нет. Так почему умер он, а я продолжаю жить?

– Что за глупости, дитя? Зачем Тёмному Богу твоя жизнь? – неожиданно нежно сказала Рингиэль и тепло обняла травницу, прижав её к себе.

У Агнолитель сильнее полились слёзы. Она беззвучно закричала, сильно зажмурив глаза. Остальные молча наблюдали за происходящим, не решаясь что-либо предпринять. Пленный ученик жреца, шмыгнув носом, опустил голову вниз, переминаясь на месте.

– Спасибо, – пробормотала травница, немного успокоившись. – Мне, правда, стало лучше.

– Вот и отлично, – ухмыльнулась Рингиэль, отступив на шаг. – Что решила?

– Позвольте мне остаться и послушать. Я хочу знать, за чем они пришли, и почему устроили весь этот ужас, – решительно сказала травница.

– Уверена?

– Да, уверена. Я больше не буду прятаться.

– Хорошо. Можешь остаться. А теперь у нас есть вот он, – Рингиэль злобно кивнула на пленника. – И я думаю, что нам есть, что обсудить.

– Вы будете меня пытать? – залепетал ученик жреца.

– Возможно. А может это не потребуется. Через века проходит одна интересная легенда о таинственной организации под названием ЭДЕМ. Её члены, оставаясь в тени, дёргают за ниточки событий. Говорят, что ни одно свержение монарха не обходилась без них. И я думаю, что люди, устроившие этот кошмар, как раз принадлежат к данной организации. Я ведь права?

– Что вы хотите от меня?

– Так я права! – торжествующе возвестила Рингиэль.

– Правы, – опустил плечи пленник. – Но я ничего не знаю, я даже не из их отдела. Меня вообще здесь быть не должно.

– Ты был учеником одного из их главарей. И ты ничего не знаешь? – не сдержался Лантир. – За кого ты нас держишь?

– Хороший вопрос, господин мэр, – согласилась Рингиэль.

– Постойте, – встрепенулась Фрида. – Я слышала, как этот жрец Иероним говорил, что ему надоело воскрешать его друзей. Может его ученик сможет воскресить Лаэнре.

– Я?! Да у меня уровень слишком низкий! Воскрешение выпадает на восьмидесятом. Как вам объяснить-то?

– Уж постарайся, – надавила Рингиэль.

– Он не врёт. Рингиэль, ты ведь помнишь, что сказал жрец перед смертью? – внезапно прозвучавший голос Обсидиана заставил вздрогнуть всех собравшихся.

– Не убивайте его, он не причём?

– Именно. И я склонен думать, что так и надо поступить.

– И что нам с ним делать? Когда Грейс очнётся, она всё равно его пристрелит, – раздражённо пояснил Лантир.

– Пристрелит?! – ученик затрясся всем телом.

– Ха! Чего ты испугался? Для тебя это самый быстрый способ вернутся в Прайм. Я думаю, что твои друзья уже там. Страдают от потери лица.

– Кто вы такой?!

– Это не так уж важно, особенно для тебя. А что для тебя должно быть важно, так это почему мы тебя должны щадить. Назови хоть одну причину.

– Я…

– И когда будешь открывать рот посмотри на девушку рядом со мной, – грозно произнесла Рингиэль указывая на травницу. – Вон там у забора лежит её возлюбленный.

– Мне жаль… – пролепетал ученик жреца.

– И это всё?

– Я всего лишь младший техник и многого не знаю, но ведь сферы нужны для того, чтобы вернуть контроль над ядром. Это очень важно. Гораздо важнее чем один городок.

– Каким ещё ядром? – раздражённо спросил Лантир. – Что за чушь ты сейчас нам плетёшь?

– Нет, это не чушь. Продолжай, – перебил его Обсидиан.

– А с тобой что стало, Дориан, почему ты так странно говоришь, будто стал умнее всех, – возразил Лантир.

– Это ты помолчи, – крикнула на мэра Рингиэль. – Продолжай, парень.

– Да мне, в общем, и нечего продолжать, – я же рядовой сотрудник. Я и здесь оказался по чистой случайности. Друг предложил «на экскурсию» сходить с тестировщиками, чтоб его.

– И где же этот друг?

– Отказался в последний момент, – раздосадовано выплюнул пленник.

– Понятно. Так что там со сферами силы?

– Мне только известно, что нужно по одной от каждого представителя первого поколения. Видимо они хотят как-то объединить всё это и сотворить что-то вроде мастер-ключа. Хотя, честно сказать, я думаю, что ничего у них не получится.

– Это почему же?

– Если бы всё было так просто, то контроль над ядром давно бы восстановили.

– Резонно. А ты случайно не знаешь, сколько сфер уже собрано?

– Конечно же нет. Но думаю, что синюю, белую, жёлтую и коричневую получить они могут свободно.

– Вполне правдоподобно. Это всё?

– Нет, я вспомнил. Иероним говорил, что красную сферу они получили несколько лет назад.

– Да?! – бровь Дориана поднялась от удивления. – И как у них это вышло, ты конечно же не знаешь?

– Иероним же священник Красной богини, причём один из верхушки. Сначала он обратился к ней на прямую, и она отказала.

– У высокопоставленного священника не было сферы? – недоверчиво спросила Рингиэль.

– Он не местный, ему не положено.

– Понятно. Продолжай, паренёк.

– Вдруг выяснилось, что опальная жрица Красной Богини пряталась в глуши на ферме под Горгоной. Я понял, что сферу забрали у неё.

– Это на какой такой ферме? – в голосе Лили прозвучали угрожающие нотки.

– Я же говорю, что не знаю подробностей, но Иероним рассказывал, что с той жрицей пришлось туго. Она почти выиграла у команды опытных бойцов, даже демона призвала. Никто не ожидал, что местная окажется настолько… квалифицированной.

– Дориан, я думаю ему сейчас лучше замолчать, – почти зарычала Лили.

Пленник осёкся, уставившись на лучницу, но тут же отвёл глаза в сторону и отступил на шаг. Альварес и Фрида не сговариваясь встали рядом с Лили придержав её за локти.

– Это всего лишь превратности судьбы, сеньорита. Не принимайте близко к сердцу, – тихо прогнусавил южанин. – Да и парнишка там не был.

– Боров, ты понимаешь, что этот гад сейчас сказал?!

– Продолжай дальше, тебя никто не тронет.

– Я что-то в этом не очень уверен, – пролепетал ученик жреца. – В общем жрицу с трудом, но победили. Сферу забрали.

– Я немного не понимаю, – задумчиво произнесла Фрида. – Предположим, что мне известна эта ферма, и я точно знаю, что на ней жили ещё люди. Как же сфера перешла к вам?

– Наверное их тоже всех… – пленник осёкся, взглянув на Лили.

– Сферы имеют разные права. Вполне возможно, что именно ту можно было забрать. Я даже немного понимаю, как это получилось.

– Простите, а вы не были в Городе Богов? – вдруг набрался храбрости ученик жреца, обратившись к Дориану. – Вы – один из ренегатов?

– Тебе есть, что ещё сказать по существу?

– Простите, нет. Вам должно быть известно, что уровень допуска у младшего техника минимален.

– Понимаю. Я думаю мы услышали достаточно. И поскольку молодой человек рассказал нам столько всего интересного, предлагаю его хотя бы не убивать.

– Согласна, – поддержала Рингиэль.

– А с каких это пор ты тут решаешь? – раздражённо спросил Лантир.

– С тех самых пор, как ты бездарно слился в битве, – ухмыльнулась в ответ эльфийка.

– Я конечно ничего не понял, но я думаю, что хватит на сегодня смертей. Трупов и так целая гора, девать некуда, – устало вымолвил Шкеш. – У вас есть где его запереть?

– Насколько я знаю, ратуша уцелела, – Лантир всем видом демонстрировал, что ему не нравится эта идея. – Мы там уже держали пленников раньше. А потом одна из них поставила меня на ноги.

– Послушаете, сеньоры, – Альварес продолжал держать Лили за локоть. – Меня беспокоит другая проблема. Насколько мне известно, у этих mercenario было несколько лагерей. И там по-прежнему могут сидеть значительные силы противника.

– Не могут, – торжествующе произнесла Рингиэль, словно давно ждала этого вопроса. – Мои знакомые с ними уже разобрались.

– Это ещё как? – Шкеш пристально уставился на эльфийку.

– Очень просто, мой друг. Вы все совершенно забыли о третьем племени, которое всегда проживало в Лесу Ящериц. И я тебя уверяю, местную чащу так назвали не потому, что пару веков назад сюда пришли ваши.

– На что ты намекаешь? – Шкеш выпрямился во весь свой гигантский рост.

– Крупный змеёныш, нечего сказать.

Рингиэль словно не замечала накалившейся остановки. А вот ученик мага уже собрался вжаться в землю. Фрида нахмурилась, словно припоминая что-то. Альварес скорчил мину. А Лантир вовсе приготовился к бою.

– Да быть не может! – неожиданно воскликнула Фрида, удивлённо уставившись на эльфийку. – Я думала, что мой эльфийский совсем захромал.

– О чём она? – напряжённо завертел головой Шкеш.

– Я ещё гадала, откуда такое странное имя. Рингиэль ведь дословно переводится со староэльфийского как «дева с синими зубами»! – восторженно продолжила Фрида. – Да и произношение уж больно архаичное.

– Вообще-то правильно будет «Синезубая, что живёт над горным ручьем», – улыбнулась Рингиэль. – Но на эльфийском в одно слово это не запихаешь, вот и приходится довольствоваться упрощённой версией имени.

Наступила тишина. Все присутствующие уставились на Рингиэль, прокручивая в голове озвученные факты. Эльфийка же, уперев руки в боки, по-настоящему наслаждалась моментом. Быстро моргнув, Рингиэль продемонстрировала третье веко, а зрачки её глаз, ещё секунду назад бывшие абсолютно нормальными, превратились вертикальные щелки цвета янтаря.

– Но ведь в Синих Зубах живут драконы? – пролепетала Агнолитель, хлопая глазами.

– Очень давно живут, – согласилась Рингиэль.

Внезапно эльфийка подпрыгнула высоко вверх. Её окружил шар из воды, который стал постепенно увеличиваться в размерах. Рингиэль перекувырнулась несколько раз внутри него, а затем, вместо неё появился дракон. Или, точнее, драконица. Её тело было тёмно-синего цвета словно небо в летний вечер. Рингиэль была очень изящна и стройна. Продолговатое туловище, заканчивающееся длинным хвостом с перепонкой в виде плавника на самом кончике. Узкая вытянутая голова с двумя короткими прямыми рогами цвета слоновой кости. И ещё янтарные глаза, иронично взиравшие на окружающих. Грациозно поставив свои четыре лапы, она расправила треугольные крылья, вызвав настоящий шквал ветра.

Драконица изогнула длинную лебединую шею и уставилась на обалдевшую компанию. Её пасть изогнулась в подобие ухмылки, чуть обнажив светло-синие ровные зубы.

– Меньше… – нарушила тишину Лили.

– Я смотрю, ты не очень впечатлена, – голос Рингиэль совсем не изменился, просто стал гораздо громче. – Я, к сожалению, не так крупна, как кое-кто другой. Но, между нами, девочками, я его гораздо красивее!

– Что есть, то есть, – пожала плечами Лили. – А как насчёт остальных, мне говорили, что местные драконы все жёлто-зелёные?

– Тебе правильно говорили, но должна же их предводительница как-то отличаться? – пасть драконицы снова расплылась в улыбке.

– Отлично выглядишь.

– Благодарю, – Рингиэль слегка поклонилась Дориану.

– Значит твои друзья разобрались с лагерями наёмников?

– Там сейчас всё как ты любишь. Кругом лишь пепел.

– Одной проблемой меньше.

– Именно так, – кивнула драконица. – Остальное, я думаю, можно оставить на вас, а мне пора проведать клан. А то не решили бы они в порыве азарта слетать в Эрлиг, например. Кстати, нет ли возможности вернуть мне тот посох, что ты поглотил?

– Боюсь, на данный момент – это невозможно. Его сила позволила мне находится в сознании всё это время, но сам артефакт безвозвратно утерян.

– Я так и подумала. Жаль. Ну, ничего не поделаешь. С вами весело проводить время, но мне уже пора. Не забудьте меня позвать, когда будете заключать договор между племенами. Мой клан тоже в нём поучаствует.

– Я не разу не слышала, чтобы драконы участвовали в подписании каких-либо документов. – пробормотала Фрида.

– Почему же? У нас великолепная традиция дипломатии, – пасть Рингиэль скривилась в хищной ухмылке. – Мир снова пришёл в движение. Грядут неспокойные времена. А в такие эпохи как раз и рождаются самые нелепые союзы. Каишь знает, как меня найти. А сейчас, всего хорошего.

Дракониха легко оттолкнулась ногами от земли и почти вертикально взмыла в высь, широко расправив крылья. Рингиэль сделала глубокий взмах, словно оттолкнувшись от воздуха, и стремительно набрала высоту, одновременно с этим делая крутой вираж. Не прошло и нескольких мгновений, как огромный монстр превратился в маленькую крылатую тёмно-синюю фигурку вдалеке, быстро, наравне с ветром, удалявшуюся на север, где покрытые дымкой, выглядывали пики гор под названием Синие зубы.