Светлый. Книга 2. Долины

Дракон. Осознание

Мысленно создав малую часть того, чем ОН был до забвения, ОН начал чувствовать не только мысли собственного сознания, ОН начал понимать себя. И чем прочнее было плетение мыслей, тем больше он осознавал себя. Стали появляться первые воспоминания. Стали возвращаться эмоции. Это всё давало возможность укреплять плетение сознания, не давало снова соскользнуть в глубокую пустоту, из которой ОН только-только начал выбираться. Воспоминания не были приятными. Это была боль, ярость бессилия, горечь потери, чувство разочарования, ненависть, гнев, тоска. И каждое такое воспоминание ещё сильнее укрепляло его в желании стать могущественнее, каждое такое воспоминание словно кричало ему: рвись на свободу! С каждым таким воспоминанием ОН всё яснее осознавал, что свобода не будет покоем, что свобода это – сражения, битвы, войны, что это боль и кровь. И с каждым таким воспоминанием ОН осознавал неизбежность своего триумфа. Вернуться, вот, что сейчас было необходимо. Вернуться, чтобы свершить отмщение, воздать тем, кто посмел выступить против, кто нашёл силы для сопротивления, для разгрома и изгнания. Теперь ОН хорошо знает не только своего врага, но и себя самого. Трепещите же, посмевшие в безрассудном коварстве восстать против воли Дракона!

Гном

Первая вылазка Адама в людское поселение прошла удачно. Башан, слушая причитания тревея об упущенной прибыли, думал в первую очередь не о деньгах, а о безопасности. Никто из них не был готов к любому виду известности. Ни в коем случае. Слишком рано. Конечно, предстояла зима, холодная поступь которой явственно ощущалась каждую ночь. Замерзающая за ночь в лёд вода в лужах и всё увеличивающееся время на розжиг печи в открытой кузне свидетельствовали о приближении белого сна. Время, когда окружающий мир засыпал, набирался сил для нового периода буйного цветения и размножения. В прошлом такая цикличность долгое время почти не интересовала Башана, погружённого в совершенствование своего ремесла. Лишь когда он стал одним из делегатов от своего рода, он столкнулся с необходимостью не просто выполнять свою работу, но и обрёл обязанность обеспечивать всем необходимым таких же гномов. Вот тогда и началась его новая жизнь. Вынужденный постоянно общаться с тревеями, столкнувшись вплотную с их пониманием сотрудничества, он приходил в бешенство, когда ремесло, искусство, да и саму жизнь его собратьев оценивали по весу, размерам и стоимости на рынке. Но ещё большим откровением для него стали открывшиеся взаимоотношения с другими расами. Будь она неладна, политика! Способность старейшин лавировать между людьми, орками и эльфами, соблюдая при этом ещё и собственные интересы, была недосягаема для Башана. Все эти открытые и закрытые советы, тайные голосования, уступки, сдержки и противовесы, улыбки и рукопожатия на виду, а за пазухой камни и стилеты в рукавах. Двуличие, полуправда, недоговорённости, хитрость, изворотливость, вот способы, при помощи которых старейшины поддерживали хрупкое равновесие в межрасовых, да и не только, отношениях. Ценные подарки, обещания и откровенный подкуп, всё это помогало достичь договорённостей даже в, казалось бы, безнадёжных случаях. Такие методы вызывали у Башана неприятие, несогласие и отвращение, а иногда даже открытое сопротивление. Но прошло несколько лет, и он научился контролировать свои чувства, эмоции. Обретая опыт, узнавая о взаимоотношениях рас за последние годы больше, чем за всю прожитую жизнь, он становился тем, кем, видимо, ему суждено было стать. Он отошёл на второй, третий план, почти не появлялся на встречах посольств и делегаций. Он стал практически незаметен, ушёл в тень, не присутствуя за столом переговоров, он стал тем, кто стоит за шторой или в соседнем помещении. Но он всегда знал, о чём будут говорить послы, и к каким договорённостям они придут. Ведь он сам готовил их. Познакомившись и общаясь с такими же, как и он, серыми переговорщиками, он погрузился в совершенно иной мир, мир полутонов, теней и паутины. В этом мире у всех игроков были свои кости и свои скелеты в подвалах. В этих играх главным оружием было знание и скорость его обретения. В то же время, само по себе знание не могло помочь, помочь могло правильное его применение. Как лучший в мире молот и чистейший металл не могли сами по себе что-нибудь создать. Нужен был мастер, обладающий нужным мастерством. Сами переговоры велись о разделе земель, о доступе к воде, лесу, в земные недра и условиях торговли. Вооружённые конфликты практически никогда не происходили неожиданно, о них знали или подозревали заранее. Другой вопрос в том, что какая-то из сторон могла просто не успеть к нему подготовиться должным образом. Создавались и разрушались союзы, иногда и то и другое происходило в течение нескольких дней. Часто требовалось личное присутствие одновременно в разных местах, приходилось мотаться по долинам взад и вперёд, вдоль и поперёк, заодно получая нужную информацию из первых рук.

Занимаясь этой невидимой работой, Башан познакомился и начал узнавать другие расы. Что было общего, что рознило представителей каждой из рас. При подготовке к встречам приходилось учитывать даже такие факторы как: цвет одежды, форму причёски, а иногда ещё и запах. Эльфы, к примеру, не ели мяса, поэтому прийти к ним на встречу, со стойким запахом жареного мяса, означало провалить переговоры. Ну, или на редкую, но всё же встречу с орками заявиться в одежде с преобладающим зелёным цветом. Они воспринимали это как намёк на оттенок их цвета кожи, крови, и, соответственно, как оскорбление. С людьми в этом плане было попроще, может из-за одного цвета крови, может ещё из-за чего. И в то же время, как же с ними было тяжело! В силу того, что люди были самой многочисленной расой, то и запросы у них были соответствующие. Зачастую, они не считали нужным договариваться, искать удобные для сторон переговоров варианты, а просто ставили условия. Один из любимых подходов состоял в следующем: как сделать, чтобы было хорошо? Сначала сделать плохо, а потом вернуть, как было! Проводя политику агрессивной колонизации, они не считались с чужими интересами. Да даже с интересами своих собственных людей их правящая верхушка не считалась, используя их, как расходный материал. Мир долин представлял собой лоскутное одеяло, на котором цвет и размер лоскутов постоянно менялся. На заре Мира были, конечно же, твердыни, замки, города и территории, стабильно, на протяжении многих поколений удерживаемые одной из рас. Как например, человеческий Кажак-Сар. Находясь близко к окраине Мира, он обладал необходимыми для процветания условиями: в долинах были плодородные земли, близость гор открывала доступ к их недрам, обилие воды в реках и озерах – всё это давало возможность развиваться и богатеть. На заре развития люди Кажак-Сара были доброжелательны к соседствующим с ними гномам, эльфам и оркам. Вместе с эльфами они растили сады и собирали урожаи с земли. Вместе с орками охотились и проникали в горы. Ну а гномы, пусть нехотя, но делились мастерством обработки не только металлов, но и камня, дерева. Эльфийский Тсаридун был вечнозелёным, цветущим садом, в долинах которого было неисчислимое разнообразие жизни и растений. Оркский Каривра был городом-горой, который был построен в момент расцвета расы, был величественным творением, высеченным из целой горы. И даже без помощи гномов. Почти. А вот гномий Сахкаин был подобен огромной мастерской, в которой постоянно били молоты, жужжали пилы, кричали, и в то же время бойко торговали и заключали сделки. Город-мастерскую окружали высочайшие и прочнейшие стены, в то время непонятно, для защиты от кого построенные. Ходили слухи, что их построили на «слабо?». Постоянных границ между расами не существовало, да и Мир долин был далеко не освоен, многие территории пустовали. Но даже тогда старались не допускать перенаселения разных рас в соседствующих долинах. Места хватало всем, даже с избытком. И хотя о тех временах мало кто что может рассказать, считались они наиболее счастливыми. Советы старейшин, лидеров рас, помогали решать спорные вопросы так, чтобы это никоим образом не влияло на жизнь простых людей, эльфов, гномов и орков. Магия, и тогда доступная любому желающему, не была предметом споров или конфликтов: да бери и пользуйся! Если сумеешь, конечно. Она ведь, как любое ремесло, требовала навыка, внимания и осторожного использования. По какой-то причине, наибольший интерес всегда проявляли к ней люди. Больше всего извлекали пользы от её использования, но и больше всех страдали от её непредсказуемых последствий. Но время шло, поколения сменяли поколения, и постепенно, сначала практически незаметно, Мир начал меняться.

Первое, на что стали обращать внимание, это рост численности людей. Не обладая такой же длительностью жизни, как эльфы, гномы и даже орки, люди начали плодиться с невероятной для других рас скоростью. Попытки остальных как-то этот рост рождаемости притормозить, во-первых, не встретили понимания со стороны лидеров долин Кажак-Сара, а во-вторых, столкнулись с какой-то неуёмной человеческой похотью. Это стало вообще какой-то отличительной их чертой: превратив тончайшие эмоции, благодаря которым расы имели возможность продолжать свой род, в какое-то развлечение, извратив всю интимность отношений между полами, выставив напоказ, они стали предаваться похоти по поводу и без, просто так, от нечего делать. Иногда даже устраивая это на потеху праздной публике за деньги, как какой-то товар. Объясняли же своё поведение достаточно просто: раз мы, люди, живём значительно меньше, чем другие, то можем позволить себе маленькие радости. Остальные расы восприняли подобное изменение нравов людей с нескрываемым отрицанием, порой даже брезгливостью, посчитав его грязным, недостойным. И реакцией стало желание отстраниться, не оказаться даже поблизости. А отстранившись, они не заметили других изменений, происходящих в человеческих долинах.

А происходившие изменения заслуживали самого пристального внимания. Резко увеличившееся людское население Кажак-Сара, стало испытывать трудности с обеспечением предметами первой необходимости такими как еда, кров, одежда и предметы обихода, да даже просто места для проживания. Этого всего просто не хватало для новых людей. Для новых полей не хватало места, для производства новых товаров и даже одежды не хватало мастеров. Всё это можно было попросить у других рас, но они не хотели иметь дело с осквернившими себя похотью людьми. Нехватка необходимых для жизни вещей начала порождать агрессию. Сначала это были просто драки между односельчанами или жителями соседних улиц в городах. А поскольку лидеры людей никак эту ситуацию не пытались разрешить или хотя бы облегчить, напряжение постепенно нарастало. Когда начала литься кровь, власти Кажак-Сара придумали выход: был пущен слух, что люди в долинах живут в лучших условиях, что там и места полно, и еды. А близость других рас позволяет жить, почти не напрягаясь, за их счёт. Ведь люди умнее, хитрее, сильнее, люди, это-ЛЮДИ, а остальные так, второй сорт. Слишком долго все эти расы нелюдей занимали главенствующее положение и пользовались преимуществами. Пора уже людям занять первое место среди рас, которое им принадлежит по праву. Одурманенные и вдохновлённые речами лидеров, люди хлынули из городов и перенаселённых долин на окраины Кажак-Сара. Ещё больше наполняя, также не избежавших перенаселения, окраинные долины, прибывающие неизбежно вступали в конфликты с местными. Началось никем не контролируемое формирование банд, деливших между собой долины. Тогда и началась история оружия. Необходимость атаковать и защищаться от ранее невиданных врагов – людей, породила переделку под новые нужды уже имеющегося арсенала. Это был, в первую очередь, охотничий арсенал: луки со стрелами, пращи, рогатины, ножи. Следующим шёл инвентарь хозяйственный: вилы, топоры, цепы для обмолота и те же ножи. Кто и где именно, в какой из долин, догадался сделать нож с лезвием длиной с руку и назвать это мечом, так никто и не узнал. Но это новое оружие, созданное людьми специально для убийства себе подобных, практически за одно поколение прошло путь превращения из металлической палки с острой кромкой в страшное оружие. Появились и те, кто владел этим (и не только) оружием лучше других. Сначала стихийно собиравшиеся банды стали превращаться в строго контролируемые воинские подразделения – дзаны. Агрессивные, жестокие командиры этих дзан – талие, подчинялись своим вожакам – арранордам. Вместе с упорядочиванием сражающихся отрядов, обрели порядок и боевые столкновения. Теперь это уже были войны. Первые, с участием пока только одной расы. Но войны.

В какой-то момент сложилась ситуация, когда окраинные долины Кажак-Сара были поделены практически полностью, центральная часть не представляла интереса в силу перенаселённости и тесноты, а сформировавшиеся и прошедшие закалку постоянными боями дзаны стояли без работы, так как кроме войны ничего не умели, да и не хотели уметь. Вот тогда-то и вспомнили арранорды, а может, кто-то и напомнил, что собрались они все на окраинах людских долин не для того, чтобы резать друг друга, а напомнить своим ближайшим соседям, кто здесь хозяин?! К тому же, не слишком ли много места под солнцем и луной они заняли? А людям приходится ютиться в ставших тесными и неплодородными долинах? Так не их ли в этом вина и зловещий план: держать людей, как крыс в вёдрах, чтобы они сами друг дружку пожрали? Для подтверждения достаточно было просто посмотреть на условия жизни других рас: на территории, где они жили сотней, люди ютятся тысячами, их поля дают большие урожаи, недра отдают богатства, а их леса делятся добычей с охотниками, реки более полноводны и полны рыбы, да даже погода более благосклонна.

Гномы, эльфы и орки, живущие поблизости от людей, естественно беспокоились о непрерывно растущей агрессии людей, но лидеры из центральных долин успокаивали их старейшин, что это всё внутренние дела, что всё под контролем, что побузят и успокоятся, что всё это не направлено на какие-то другие расы, а на некоторых особо буйных и кричащих не надо обращать внимание, что это всего лишь исключение из правил. Когда же стали происходить случаи изгнания людьми общин эльфов, гномов и орков с привычных мест, то те же лидеры людей заявили, что те сами виноваты! Конечно! Они же сами отвернулись от людей! Сами почти полностью прекратили общение с ними, из-за какой-то ерунды! А что касается арранордов, так вы же с ними там живёте, сами и разбирайтесь! Зачем вы их провоцируете? И не надо вину за собственную недальновидность перекладывать на других. Прекратив общение с людьми, вы поступили жестоко, бросив их, лишив возможности общения и шанса стать лучше.

Сказать, что старейшины были поражены, не сказать ничего. Они буквально потеряли дар речи, оказавшись виновными в том, что их самих изгоняют с собственных земель! И тут лидеры людей сделали следующий ход, смысл и последствия которого все осознали только спустя длительное время.

Здесь необходимо упомянуть ещё об одном изменении в Кажак-Саре. Возможно, по каким-то независящим от них причинам, людей больше, чем все другие расы тянуло к магии. Они постоянно с ней что-то пробовали сделать, использовать, подчинить себе. Множество случаев не только массовой гибели людей, но и значительных разрушений их не останавливали. Наоборот, казалось, их это только раззадоривает. И в то же время, необходимо отдать должное их настойчивости, иногда они добивались потрясающих успехов! Способность влиять на предметы, изменяя их свойства, а также повышение личных качеств самого адепта, позволяли им становиться лидерами, уважаемыми людьми. К ним шли за советами, просили представлять их интересы и даже просто шли к ним в услужение, будучи уверенными в нужном результате. Так вот вместе с началом роста населения людей, а может и немного раньше, у таких вот лидеров стали появляться драконы. ДРАКОНАМИ они станут позднее, а тогда это была сама магия, воплощённая в животных. Магия изменяла их до неузнаваемости, наполненные ею кролики, собаки, домашние птицы обретали совершенно другие формы, более соответствующие их сущности. Они обретали возможность общаться с некоторыми людьми и передавать свои знания и мудрость. Вполне очевидно, что эти люди стали вскоре правителями мудрыми, справедливыми, обладающими не только неоспоримым авторитетом, но и неограниченной властью над людьми.

И вот эти мудрые и справедливые лидеры людей предложили нелюдям вариант действий, который мог бы помочь всем избежать пролития крови. Поскольку Мир долин был огромен, и большая его часть ещё не была даже известна, они предложили эльфам, оркам и гномам пропустить через свои территории тех людей, которые захотят покинуть Кажак-Сар. Ведь в выигрыше оставались все: люди избегали перенаселения, наиболее агрессивные могли покинуть тесные долины и уйти туда, где ни с кем не пришлось бы драться за место под солнцем и луной, расы нелюдей обретали на своих границах мир и покой. А чтобы подобное переселение прошло как можно спокойнее, часть драконов готовы были пойти вместе с переселенцами. Все затраты люди готовы понести самостоятельно, кроме одной мелочи: те земли, которые у нелюдей уже отжали, должны остаться под контролем людей. Мир велик, и если у кого-то появится желание расширить свои долины, пусть тоже переселяются на свободные места. Был и ещё один нюанс, который нелюдям необходимо было учитывать: поскольку на их границах стояли готовые к началу войны дзаны людей, решение надо было принять как можно скорее, по сути, уже вчера.

Естественно, старейшины нелюдей, стоя перед выбором: война или переселение? Выбрали переселение. И даже с долей радости. Ну, ведь и вправду, чем плохое решение?

И вот, массы людей, под предводительством людей-драконов, стали проходить через земли орков, гномов и эльфов. Проходили по большей части организованно. Растянувшиеся на дни пути обозы, контролировались дзанами, талие и арранорды следили за порядком, стараясь избегать каких бы то ни было недоразумений с местными. А местные, в свою очередь, старались сделать всё, чтобы переход по их землям прошёл как можно быстрее. По ходу движения возникала стихийная торговля разными мелочами, люди и нелюди знакомились, общались, обменивались некоторыми знаниями и опытом. В результате произошёл некоторый обмен, последствия которого тоже были оценены далеко не сразу. Хотя по началу даже приветствовался. Некоторые люди, познакомившись с нелюдями, по долинам которых они проходили, решали остаться и жить среди них, конечно, только при полном согласии обеих сторон. Таких было не много и на общее количество переселенцев практически не влияло. Как и тех эльфов, гномов и орков, которые по разным причинам решали присоединиться к переселению людей на новые места.

Да, среди переселенцев были ещё и те нелюди, которые жили на землях людей ещё до переселения. Те, которые приняв меняющийся уклад людей, стали меняться вместе с ними. Они принимали непосредственное участие в Первый Войнах, жили и сражались вместе с людьми, стали почти неотличимыми от них, изменившись не только внешне, но и духовно. Такие изменения делали из них самых свирепых бойцов, лучше остальных владевших самыми разными видами оружия, не знающих страха и сомнений. Попытки установить с ними контакт представителями рас, от которых они произошли, не увенчался успехом. Даже сохраняя ещё какое-то внешнее сходство, они напрочь отрицали своё родство, считая себя людьми. Очень часто, благодаря своим способностям, становясь талие и арранордами, они были самыми ярыми противниками мира, они жаждали войны. Их отряды считались самыми жестокими и беспощадными. Их воины были лучшими, а порядок в дзанах считался безупречным. И только контакты, общение с Драконами делали их немного сговорчивее, податливее и договороспособнее. И именно эти дзаны встали на охрану Драконов при переселении, особенно через долины гномов. Хотя далеко не всё происходило спокойно. Обнаружилась совершенно не объяснимая неприязнь Грифонов и Драконов. Грифоны, которые были неизменными спутниками гномов, их лучшими друзьями, связанными необъяснимыми, но крепчайшими узами, никогда не проявлявшие агрессии ни к одной расе, открылись в отношении к Драконам с неожиданной стороны. Они чувствовали друг друга на расстоянии пары сотен шагов, начинали проявлять беспокойство и агрессию. С трудом удавалось их успокаивать, разводя на большие расстояния. Причин этой, в какой-то степени даже ненависти, выяснить тогда не удалось. Но ускорив движение через долины гномов, переселенцам удалось избежать инцидентов.

Ну вот и всё. Всё когда-нибудь заканчивается. Последние обозы людей покинули долины нелюдей и, вздохнув с облегчением, все занялись своими обычными делами: эльфы продолжили жить в гармонии с природой, гномы занялись совершенствованием своего ремесла, а орки продолжили свою жизнь охотников и скотоводов. И всё бы ничего, да вот только и люди занялись привычными для них делами. Опустевшие после переселения долины, особенно те, которые при Переселении люди отжали у нелюдей, стали вновь быстро заселяться. Насторожившиеся по началу старейшины нелюдей, почти успокоились увидев, что сейчас Драконы не отпустили ситуацию, а старались тщательно её контролировать. В каждой долине они поставили наместника, пользующегося авторитетом у жителей, всячески ему благоволили, через него проводя свою волю. Оставшиеся без прямого применения дзаны были реформированы. Их непосредственные командиры – талие, были сохранены, а вот арранордами стали те самые наместники Драконов, правители долин. Дзаны помогали им поддерживать порядок внутри долин, не допуская возникновения других формирований. Люди начали делиться на классы, сословия, переход между которыми стал почти невозможен. Ведь если ты родился в семье земледельца или мастерового, то жизнь закончишь земледельцем или мастеровым. Если ты родился в семье наместника, то и жить будешь не в хижине охотника, а в замке. По мнению Драконов это было вполне разумно: ведь живущий с рождения в определённом окружении, с детства впитывает знания и опыт своих родных и близких, быстро совершенствуется и становится мастером своего дела. Постепенно, люди приняли такой порядок, а разногласия возникали из-за возрастающего соперничества между группами мастеров за возможность реализовать свои изделия. Подобные конфликты, возникающие как внутри долин, так и между ними, показывали, насколько нужны оказались наместники, арранорды. Ведь все ещё помнили Первые Войны, и как держать в руках оружие ещё не забыли не только дзаны, но и другие жители долин. Наместникам приходилось улаживать возникающие разногласия, а для предотвращения их появления в будущем, они придумывали и устанавливали правила, которые потом охватили практически все стороны жизни и стали уже законами, обязательными к соблюдению. Поколения сменяли поколения, Драконы набрали вес и силу, и их власть стала уже чем-то вполне естественным. С течением времени переселение людей основательно подзабылось, столкновений между людьми и нелюдями не происходило. Каждая раса занималась своими делами. Но один из неписанных законов людей гласит: если всё идёт хорошо, значит, вы чего-то не замечаете.

Пришедшие однажды новости со стороны людей, казались невероятными. События, о которых шла речь, в тот момент времени не представлялись возможными. Пришедшие через территории орков люди, рассказывали страшные вещи. Переселенцы, ушедшие через земли орков, действительно ушли очень далеко, Мир долин действительно оказался огромным, почти безграничным. Они основали колонии, начали обживаться, но оказывается, их скрытно преследовали орки, старавшиеся не проявлять своего присутствия. И им это по началу неплохо удавалось, ведь они были великолепными охотниками. Люди только по каким-то незначительным признакам догадывались, что они не одни. И вот, когда люди не то, чтобы меньше всего этого ожидали, а даже и предположить подобного не могли, орки ударили. Ударили всей своей мощью, неожиданно, не оставляя шансов оказать хоть сколько-нибудь организованное сопротивление. Не одно поколение переселенцев, вынужденные заниматься мирными делами, вынужденно потеряли навыки ведения войн, а вот орки – наоборот, именно к войнам и готовились. Их способ ведения боевых действий проявил их натуру: злобные, безжалостные, бившие исподтишка и практически всегда с гарантированным успехом. Орочьи отряды нападали сначала на отдаленные селения и территории, блокировали их и уничтожали полностью. Никто не успевал выбраться и предупредить другие селения. Они не жгли дома, чтобы дым пожарищ не вызывал подозрений. Нападали днём, ночью, внезапно, застигая врасплох. Обладая серо-зелёным цветом кожи и одеждой, собранной из лоскутов кожи и шкур делали их неразличимыми среди листвы, среди травы, среди камней. Рост выше среднего, звериная ловкость и сила давали им преимущество против более многочисленных людей. Через некоторое время, потеряв связь со многими долинами, окружавшими центр, люди наконец-то забеспокоились, засуетились. Вдруг обнаружив себя в кольце врагов и пытаясь дать хоть как-то организованный отпор, обнаружили, что орки действуют быстрее, точнее, слаженнее и злее. Серо-зелёные иногда как будто знали, что собираются предпринимать люди: где будут собирать отряды, где держать оборону, а где отступать и маневрировать. Огромные, жуткие секиры, наиболее распространённое оружие орков, наводили ужас на наспех формируемые дзаны людей. Потери были огромны. Кольцо непрерывно атакующих орков неумолимо сжималось. Тогда Драконами было принято решение послать гонцов во все стороны, чтобы призвать на помощь все расы и народы, готовые вступиться и остановить истребление. Отбирали лучших, несмотря на их востребованность в поддержании обороны. Однако те, кто смог выбраться из кольца и принести эти вести, лучшими не выглядели совсем. Это были жалкие, измотанные и оборванные люди, постоянно озирающиеся и трясущиеся от страха. Но свою работу они всё-таки выполнили: доставили крик о помощи. По последней имеющейся у них информации, люди собирали остатки сил в ставшей центральной долине с наиболее крупным городом, где в срочном порядке возводились оборонительные сооружения, завозились припасы, готовились к, насколько это представлялось возможным, длительному сопротивлению. Сколько они могли продержаться? Или уже пали? Срочно созванный Совет Старейшин всех рас, на который не явились представители орков, заявившие, что это всё обман, а с обманщиками они разговаривать не собираются, решил, что тянуть нельзя. Первыми рванули на помощь дзаны людей, и так находившиеся почти в состоянии боевой готовности. Следом ушли отряды эльфов, буквально растворившиеся в лесах. Последними отправились гномы, со всей своей обстоятельностью. Ведь люди убегали налегке, эльфы вообще непонятно с чем ушли, а вот на гномах как раз и повис обоз. Продукты, походные мастерские, материалы, всё это тащили на себе гномы. Вот только грифоны с ними не пошли, да ещё и всем своим видом показывали, что совершенно не одобряют эту затею. Ну, не одобряют, да и ляд с ними. Живых свидетелей было вполне достаточно для принятия решения об участии в этой кампании. А ещё гномы знали, какими отвратными могут быть орки: высокомерными, признающими только свои интересы и свирепыми. Так что сомнений не возникло.