Человек-ноль

Глава 1. "Напилася я пьяна, гоню бесов с дивана"

Диалоги главной героини с чат-ботом были созданы с использованием инструментов искусственного

интеллекта (DeepSeek V3). Ответы были переработаны и художественно адаптированы автором для создания контекста истории. Автор знает, что ИИ пока так не отвечает (на момент написания книги).

Стас мял в руке записку, словно надеясь, что буквы скатятся на пол, останется чистый лист. Потом дверь откроется, его невеста Мила войдет в квартиру, как ни в чем не бывало.

Увы. «Я люблю Рафаэля. Между нами все кончено», — по-прежнему гласила записка. Молодой человек не мог прочесть имя соперника до конца, только первые три буквы. Этот «раф» обжигал горло.

Стас был не в состоянии осознать произошедшее, поэтому пока не испытывал острой боли. Невеста ушла от него, пока он был на работе, даже объясниться не удосужилась! И ведь ничто не предвещало… вроде. Только позавчера они обсуждали свадьбу, запланированную на следующий год.

Может, Стас попал в параллельную Вселенную? В это поверить легче, чем в предательство девушки, которую он знал столько лет!

Ребята учились в одной школе, Мила — на два года младше. Учителя называли ее аленьким цветочком. Она соответствовала своему имени: милая, в меру скромная, но не зажатая, начитанная, хорошо училась, с мальчиками не гуляла, краснела, когда слышала сальные шутки. Стас к ней и не подкатывал, хотя она всегда казалась ему очень привлекательной. С этой няшей-стесняшей интима не будет, а в те годы парню хотелось только этого. Если Мила и согласится, то потом, после неизбежного расставания, проблем не оберешься: слезы, сопли, страдания. Зачем Стасу такие проблемы?

Мила признавалась, долгие годы парень ее раздражал: озабоченный шут гороховый.

Всем изменилось одним летним днем. Стас тогда уже учился в универе и подрабатывал барменом. Он любил теплыми летними деньками спускаться после смены к Волге и любоваться занимающимся рассветом. Было там одно уединенное местечко…

Вот как-то парень пошел туда, а там уже сидела Мила и смотрела на пылающую над Волгой кровавую полоску.

— Что ты здесь делаешь в четыре утра?! — изумился парень. «Ботанку» он здесь встретить точно не ожидал!

— А-а, привет, Стас, — растерянно поздоровалась Мила, узнав его. — Да вот… захотелось совершить дикий и спонтанный поступок. Ничего более бесшабашного я не придумала.

— С чего вдруг у тебя возникли такие желания?

— Юность проходит, — печально вздохнула девушка.

Стас расхохотался:

— Ну да, пенсия скоро!

— Тебе лишь бы ерничать, Стас, — отмахнулась Мила. — Просто многие люди говорят, что шестнадцать-двадцать лет — едва ли самый важный и счастливый период в их жизни, который они вспоминают с нежностью или с затаенной грустью. Время роковых страстей, признаний, зарождения настоящей дружбы, а я над книжками чахну…

У Стаса вертелись на уме пошлые шутки (предложить Миле совершить действительно дикий поступок… прямо здесь, пока никто не видит), но он удержался. С этой девушкой не стоит, не поймет она.

— А все-таки выпереться гулять в четыре утра — импульсивное решение, — вместо этого сказал парень. — Тебе повезло, что ты встретила меня, а не какого-нибудь маньячину.

— А это не одно и то же? — внезапно девушка заразительно рассмеялась. Стас не смог удержаться от улыбки.

И появилось что-то… человеческое.

Ребята говорили по душам, любуясь рассветом. Мила поведала ему о своих нехитрых проблемах. Стас умилился: видно, что эта девчонка не знала серьезных трудностей. Повезло ей! Миле хотелось считать себя мыслящей тростинкой в мире, где клиповое сознание мешает людям смотреть вглубь. Обычно Стас относился к таким из себя особенным и непонятым с неприязнью (и сам не мог назвать причину оной), но в ее случае это не раздражало.

— Мне уже шестнадцать, а я так и не нашла в себе особенных талантов. Да, я обожаю рисовать и неплохо пишу сочинения, но до сих пор не ощутила в себе какую-то… искру, что ли. При этом кажется, что когда-то я была одаренной! Может, не в этой жизни. До чего несчастны недоталантливые люди, вроде меня. Они знают, что такое носить внутри Божью искру, но при этом уже не обладают ею! И чего-то все время не хватает.

Обычно Стас избегал разговоров по душам, отшучивался, после чего с ним больше и не откровенничали. К нему приросла маска балагура, который реагировал на сложности с иронией или с сарказмом, но в тот момент он отчего-то не хотел, чтобы Мила считала его поверхностным типом, поэтому излил ей душу. Стас рассказал, как умер от рака его отец, как начал подрабатывать с шестнадцати лет: и промоутером, и в фастфуде, потому что денег семье катастрофически не хватало, а в одиннадцатом классе, едва ему исполнилось восемнадцать, устроился барменом в ночной клуб. Парень поведал, как его бесили сочувственные взгляды учителей, которые знали, почему он спит на уроке…

— Теперь мне совестно за свои излияния, когда я узнала о твоих сложностях, — сказала Мила, опустив глаза.

— Брось! Ты не должна стыдиться того, что твоя жизнь была благополучнее моей! Радуйся, что у тебя есть возможность искать в себе таланты и рефлексировать. Поверь, Мила, ты не тратишь юность зря. Все так, как надо. В сорок лет ты скорее будешь тосковать по тому, как считала себя особенной, а не вспоминать, как искала приключений на свои вторые девяносто в четыре утра. Если хочешь весело провести время, а не с кем — мне звони. Не думай, я ни на что не намекаю. В парк сходим поболтаться, на карусели покатаемся, чизбургеры на берегу Волги пожрем!

Позднее Мила признавалась, что влюбилась в него именно в тот момент:

— Тогда ты открылся мне с другой стороны, Стас. Я увидела в тебе многогранную личность, а не шута горохового.

И Стас тогда испытал к Миле какие-то чувства… доселе неведомые, потому пугающие. Придя домой, он с сожалением осознал, что не узнал номер ее телефона. Впрочем, какая разница? Напишет девушке в социальных сетях!

Только потом, «на трезвую голову», парень стал судорожно искать поводы этого не делать. Даже не имея склонности к самоанализу, он понимал истинную причину своего нежелания общаться с Милой: ему стало стыдно за чрезмерную откровенность. При воспоминании об этом появлялось болезненное чувство, от которого хотелось отгородиться, занавесить глаза веками, душу — шторами.

Мила сама написала Стасу в социальной сети: «Ну что, готов весело проводить время?». Он ответил: «Извини, я сейчас очень занят! Напишу, когда буду свободен», но так этого и не сделал. Девушка и не стала его одолевать.

Он не вспоминал о Миле несколько лет, пока они не оказались в одной студенческой компании. Всем было очевидно, что девушка влюблена в Стаса. Как Мила прожигала его взглядом! Парень же, признаться, не относился к этому всерьез. Он считал, что это полностью надуманное чувство романтичной барышни и предпочитал более раскованных девушек.

Потом Мила решила попробовать силы в Москве. «Она сваливает, чтобы забыть тебя», — нашептывали Стасу общие знакомые.

Парень провожал Милу на поезд. Улучив момент, девушка вдруг порывисто обняла его и сказала:

— Знай, что я буду тебя ждать, — это был первый раз, когда она обозначила свои чувства. Как у нее горели глаза!

— Мне лестно, но, уверен, в столице за тобой будут бегать толпы парней, Мила!

— Если выдашь клише в стиле «Я тебя недостоин, ты обязательно встретишь единственного», я обижусь, Стас! Но ждать все равно буду, — улыбнулась она грустно.

Даже в Москве, городе искушений и греха, Мила не забыла свою любовь. Девушка все-таки вернулась в родной город. Стас к тому моменту повзрослел и оценил ее чувства по достоинству. Они сошлись. Стас был у Милы первым мужчиной. Это потрясло парня!

Они жили вместе уже год, планировали в следующем году пожениться. И вот теперь верная подруга сбегает от него к другому!.. Как так?!

Парень не знал, сколько просидел в прострации, пока его не выдернул оттуда телефонный звонок. Мама пригласила на ужин. Они давно не виделись!

Стасу захотелось излить душу матери. Его лицо под маской циника распухло, она начала отслаиваться вместе с кожей. Парень вспомнил сцену с героем Джареда Падалеки из фильма «Дом восковых фигур». Если его маска вдруг оторвется, окружающие увидят под ней что-то похожее. Жуть!

И Стас поехал к матери.

Поговорить по душам не удавалось. Во время ужина матушка-блогер снимала Сторис. Потом Вселена Счастливая (в миру Галина Войд) объявила детям и подписчикам: сегодня они будут изгонять бесов, нагло оккупировавших квартиру.

— А все ты! — она шутливо погрозила пальцем младшей дочери, наставляя на нее айфон. Четырнадцатилетняя Алина вздрогнула, точно проткнутая, потом растянула губы в улыбке.

«Надрессировали», — беззлобно подумал Стас.

Улыбка Алины выглядела жалко — губы ее подрагивали, словно она вот-вот заплачет. Не девочка, а бабочка, пришпиленная булавкой — крылышки расправлены, даже шевелятся на сквозняке, а жизни нет. Воплощенная безысходность! Глянешь вот так на Алину — и как начнут ныть зубы, а потом болеть все, что не сбылось в жизни, начиная с мечты полететь в космос в детском саду, а затем проснется экзистенциальный ужас: «Все мы когда-нибудь умрем! А что я сделал для человечества? Вспомнят ли меня потомки?»

— Из-за твоего минорного настроения квартира покрылась болотной тиной, Алюша, — продолжала мама. — «Но в животе у Крокодила Темно, и тесно, и уныло, И в животе у Крокодила рыдает, плачет Бармалей…» Ты не думай, я не упрекаю. Все мы люди! Ничего, это исправимо! — Вселена перевела камеру на себя. — Мои любимки, я не ударилась в мракобесие! Изгнание темных сущностей — это аллегория. Нельзя лелеять в себе негативные мысли, зацикливаться на деструктивных эмоциях, не то они поглотят! Если вас тоже атаковали «бесы», проведите символический ритуал: бейте в бубны и барабаны, веселитесь и выгоняйте их взашей!

— Но мне стремно на душе, — подала голос дочь. — Почему я вечно должна притворяться?

— Сначала ты улыбаешься принужденно, но вскоре начнешь верить, что счастлива, потому что нейронные связи в твоем мозгу изменятся, Алюша! Так что неси барабанчики, ну, африканские, — велела Вселена дочери, а сама продолжила беседу с подписчицами. — Подробнее об уникальных техниках избавления от проблем расскажу на своем марафоне «Обуздай свою судьбу»! Осталось всего несколько мест, любимки. Сейчас, как видите, я делюсь с вами некоторыми методиками безвозмездно! Потому что мне очень хочет вам помочь! Ставьте плюсики в комментариях!

Стас наблюдал за всем этим со скептической ухмылкой. Привлекать и удерживать подписчиков в наше время все сложнее!

Впрочем, Вселена-Галина была эксцентричной женщиной и до того, как стала блогером.

Когда Стас был маленьким, практиковались вылазки к ворожкам, снятие сглаза и порчи, обряды на привлечение денег (закинуть красные трусы на люстру). Только отдаленные деревеньки, только хардкор! Самый яркий пример — когда у отца начались проблемы со здоровьем, матушка где-то достала «волшебные заряженные матрицы»: кружочки из золотистой бумаги, которые надлежало приклеивать к больным местам. Они были призваны лечить своей энергией. Стас никогда не забудет, как матушка разбудила их с батей криком: «Смотрите, матрица перебежала! Я наклеила ее тебе на колено, а она оказалась под ним! Матрица поняла, где болит на самом деле».

Вернулась Алина с двумя маленькими барабанчиками.

— Отлично! Спасибо, дочка! Так, а Стасу тогда дадим погремушку, — распорядилась Вселена. — Или ты хочешь бить в барабан?

— А что, и я должен в этом участвовать? — парень попятился к двери.

У него был свой барабан. В буйной головушке. Он выстукивал слова его девушки: «Я люблю Рафаэля. Между нами все кончено», а потом невидимый садист еще и бил в гонг.

— Конечно! — Вселена шла на сына с айфоном. Глазок камеры превратился в хищный рот. Сейчас укусит Стаса! — У тебя ведь тоже возникли проблемы…

— Мам, я не готов обсуждать их с твоими подписчиками. При всем уважении, — добавил парень, изображая, что снимает перед матерью и ее паствой несуществующую шляпу.

— А жаль! Мы могли бы разобрать твою ситуацию, это помогло бы другим людям, Станислав! Мои любимки удивляются, какие могут быть проблемы у такого симпатичного парня? А хейтеры пишут, что это не в меня.

Когда Стас шел в отчий дом, то был морально готов к тому, что придется прятаться от камеры, как и всегда, но такой навязчивой матушка все же раньше не была. За то время, что они не виделись, Вселена окончательно слилась со своим блогом.

— Что ж, мам, надеюсь, твой метод изгнания бесов поможет мне избавиться от негативных мыслей! — сказал Стас. Поскорее бы покончить с этим балаганом!

Они приступили к ритуалу. Ходили по комнатам, стучали в бубны-барабаны, трещали погремушкой, выкрикивая: «Уходите, бесы!» и хихикая.

Стас вошел в раж, стал паясничать, изображая нетрезвого:

— Напила-а-ася я пьяна! Гоню бе-есов с дива-а-на! — и парень рухнул на диван, как подкошенный, чем повеселил сестру. — Довели-и меня злые сущности до вишневого сада!

Алина прервала вакханалию ударом в барабан, да таким, что тот отлетел к стене. Она расхохоталась, осев на пол.

— Алкогольную зависимость мы не одобряем, — поспешила добавить Вселена, переведя камеру на себя. — Это просто шутка!

— Мы не пьем, только едим, — крикнул Стас, ущипнув себя за складочку на животе.

— Вот видите! Техника помогает! — резюмировала Вселена. — Пользуйтесь, — она еще раз напомнила про свой хваленый марафон. — До следующего включения, любимки мои!

Мама наконец-то выключила айфон.

— Может, попьем чай и поговорим без… посторонних? — предложил Стас.

— У тебя по телефону был такой взволнованный голос!.. — матушка взяла его за руку. — Что случилось, сынок?

От ее ласкового голоса у Стаса что-то дрогнуло внутри, но парень поморщился. Не любил он такие порывы!

— Нужна твоя профессиональная помощь, мам. Вот такой сюрприз ждал меня вчера, когда я пришел с работы, — сказал Стас и протянул Вселене роковую записку, гласившую: «Я люблю Рафаэля. Между нами все кончено».

— Это твоя Мила написала? — у мамы было такое выражение лица, словно на ее очередную трансляцию пришли три человека. — М-да. Не ожидала от нее такого… Она ведь тебя обожала!

— Вот-вот. В голове не укладывается! И ведь ничто не предвещало. Вообще. У нас все было хорошо! Моя невеста не могла уйти к Лехе или к Саше. Нет, только к Рафаэлю!

— А что сама Мила говорит? Ты ей звонил?

— Еще чего! Она даже не сподобилась мне в глаза сказать, что уходит! Не хватало бегать и выспрашивать, чего же Ее Величеству не хватало, чем этот гребаный Рафаэль лучше меня!

— Так. А от меня-то ты чего хочешь, Станислав?

— Вот объясни, ну, как специалист, почему, когда девушка становится для тебя значимой, она предает?

— Значит, ты притягиваешь таких, — сказала матушка.

— Вот чем? Что я не так делаю?

— А на этот вопрос можешь ответить только ты! Коуч не разберется за тебя, только подскажет направление. Ищи причину в себе.

— Я вижу только одну: был слишком хорошим бойфрендом. И деньги приносил, и предложение, блин, сделал! А что в итоге? Когда Мила была мне не нужна, на задних лапках прыгала! «Я буду ждать тебя, Стас», а как проникся… Выходит, чтобы баба тебя уважала, надо ее посылать куда подальше! — разъярился парень.

— Не надо изливать на меня свой негатив! Слово «баба» я не потерплю! Что за мизогиния?

— А как мне выражаться, когда я в запале? Называть предательницу «Ее Сиятельство»?

— И тем не менее! Сбавь тон, Станислав! Только ритуал избавления от негатива провели, нет, ты опять его привносишь! У твоей сестрицы начался пубертатный период. Пляска гормонов, плохое настроение… У меня уже сил не хватает со всем справляться!

— Извини, что побеспокоил! — вздохнул парень и встал из-за стола.

— Зачем ты так, Станислав… Вот что я скажу: Вселенная знает, что для нас лучше. Значит, мудрое мироздание уберегло тебя от неподходящей девушки! «Если невеста ушла к другому, неизвестно, кому больше повезло», помнишь?

— Если уж такая, как Мила, оказывается предательницей… тогда я просто не знаю, кому можно доверять!

— Такое ощущение, что я говорю не с симпатичным молодым человеком двадцати шести лет, а с невзрачной женщиной в тревожных годах, которая жаждет выйти замуж, а вниманием не обласкана! Для тебя никогда не было проблемой найти девушку, Станислав! «Жоржетта, Козетта, Мюзетта…» — запела мама.

Стас недоуменно посмотрел на нее.

— Ну, песня… из того фильма…

— Не смотрел. Да, найти девушку просто… для определенных целей, а вот привязаться у меня получается редко. Теперь точно больше не стану заводить серьезные отношения!

Мама снисходительно улыбнулась:

— Станислав, да ты, оказывается, остался подростком-максималистом в свои двадцать шесть! Нельзя так остро реагировать! Вспомни, какие тяжелые и бедные у нас были времена, когда умер отец!.. Вот это было действительно страшно. Безысходность накрывала. Остальное — пустяки. В то время мне хотелось руки на себя наложить, не скрою. Денег нет, твоя сестра — младенец грудной, меня на работу не берут… Как выяснилось, и такие катастрофы могут быть во благо! Я тогда увлеклась эзотерической психологией и стала лучшей версией себя! Теперь другим людям помогаю. И тебя Вселенная ведет к счастью, Станислав. Не сомневайся!

Повисла пауза.

Стас увяз в сладком, как патока, и вязком, как болотце, месиве мыслепозитивов. Пора было вытаскивать себя за голову, подобно барону Мюнхгаузену:

— Ладно, мам, спасибо за ужин и за чай, пойду я, пожалуй, — он поднялся.

Вошла его младшая сестра.

— Я случайно услышала ваш разговор, — вкрадчиво заговорила Алина, — и вот что скажу: всему виной либо нарциссическое расстройство личности, либо нарциссическая травма.

Парень рассмеялся.

— А что ты угораешь, Стас? Я прочитала много статей и посмотрела кучу роликов. Точно тебе говорю! Нарциссическая травма — это…

— Спасибо за ваше мнение, многомудрый психолог. Ты не поверишь, даже я знаю, что это. Мейнстримная тема.

— Лучше бы ты что-нибудь полезное почитала! Все тебе нарциссы мерещатся, Алька.

— Потому что сейчас время такое, — ответила сестра с философским видом. — Одни нарциссы и травмированные люди! Век зияющей пустоты…

— И травм. Нарциссических, — Стас рассмеялся. Эти философы, познавшие жизнь в двенадцать лет!

— Если правильно мыслить, никакие нарциссы не притянутся! — покачала головой Вселена. — Я вот ни одного не встречала!

— А может, это значит, что нарцисс — ты сама? — ехидно вопросила сестра.

— Семейка остряков-самоучек, смотрите-ка! Я не нарцисс, а роза. Прекрасная царица цветов во всполохах заката!

… Провожая сына до лифта, мама сказала:

— Я вижу, ты разочарован обратной связью, Станислав.

Парень пожал плечами. Он всегда знал, чем закончится его очередная попытка поделиться чем-либо с матушкой. Сам виноват!

— Наверное, ждал, что я тебя приголублю, но не хочу, чтобы ты становился слабым и раскисал. Нельзя! Возьми себя в руки, Станислав! Ты же мужчина!

— Возьму, конечно, а то еще бесы сожрут, — кивнул Стас.

Откровенничать нельзя. Никогда. Ни с кем.

Носить маску балагура — самое правильное решение в его жизни.

Глава 2. Преданные и предатели

Прошло несколько дней. Мила так и не позвонила. Стас остался с выжигающим предательством наедине. Как он ни пытался взять себя в руки, бесы его все-таки сожрали. Возникали мысли пойти в бар с другом — Игорь несколько раз предлагал встретиться. Однако Стас опасался, что не удержится от пьяных излияний. Жалкое зрелище: «Бабы… стервы… ик! Душу вытрясут!» И приросшая маска может оторваться. Нет уж!

Иногда его рука тянулась, чтобы набрать Миле, но Стас одергивал себя: «Я достаточно унижался! Хватит с меня Кошки! Сколько можно быть лошарой?»

Кошка (в миру — Наташа Дубляева) была поистине роковой женщиной в его судьбе. Привязанность на химическом уровне. Это была первая девушка, которая зацепила Стаса по-настоящему. Неистовое влечение, когда ни о чем не думаешь, не рассуждаешь, постоянно хочешь лишь одного: оказаться с ней в постели. Ни одна женщина ни до Кошки, ни после не вызвала у Стаса такого вожделения. Собственно, она и поспособствовала тому, что парень не вспоминал о Миле несколько лет.

На момент знакомства ему было 19, ей — 23. Они встретились, когда Стас работал барменом в ночном клубе. Кошка не была классической красавицей, но излучала такой магнетизм! Худощавая, подвижная, словно ртуть, она даже говорила, сама себя перебивая. Глаза хитренькие-хитренькие, а вот хочется, чтобы обманула!

Обычно девчонки требовали от Стаса эксклюзива, а парень ловко выскальзывал, поскольку вступать в серьезные отношения в столь юном возрасте не жаждал. В случае же с Кошкой все было наоборот! Она не хотела обязательств:

— Ты мне дико нравишься, Стасон, но у нас нет будущего. Я ищу состоявшегося мужчину. Не хочу растить детей в нищете! Сама нахлебалась вдоволь! Мечтаю быть "бежевой мамой", ездить отдыхать в теплые страны, работать в свое удовольствие, а не где придется, потому что надо обеспечивать себя, как я это делаю сейчас. Потому я сознаю, что лучше прекратить наши отношения на этом этапе, дабы не делать больно ни тебе, ни себе, но как подумаю о том, что мы должны разойтись — и тоска в сердце впивается!

Парень в ответ лишь хмыкнул. «Больно не делать!». Кем она себя возомнила? Пускай Кошка не думает, что он от нее зависим (пусть так и было)! И не уходит. Ни в коем случае.

— Брось, не парься! — беспечно отмахнулся парень. — Нам хорошо вместе, зачем от этого отказываться?

— О да, еще как, — кивнула Кошка, обжигая Стаса взглядом.

— Будем считать это затянувшимся курортным романом. Встретим тех самых — разойдемся без обид и претензий, а может, все в итоге и закончится тем, что мы поймем: лучше друг друга для нас никого нет, — парень надеялся, что так в итоге и будет.

— Да типун тебе на язык, Стасон! Пока ты универ окончишь, пока прокачаешься… Я не хочу в тридцать лет оставаться незамужней и бездетной! Это зашквар!

— Тю. Сейчас многие до этого возраста замуж как раз не хотят, а некоторые и вообще…

— Ой, да кому ты веришь, Стасон? Да все женщины хотят семью! Такова наша природа. Просто некоторые никому не сдались, вот и занимаются самообманом. Ах, так им хорошо одним! Ох, они живут для себя! А сами воют в пустой квартире.

— Я бы хотел пожить один, — вздохнул Стас. — Мать с сестрой достали в доску. Если и выл бы, то от радости, что меня все оставили в покое!

Парень тогда не мог позволить себе снять отдельную квартиру (и зарабатывал не слишком много, и был вынужден помогать семье — матушка с трудом тянула их с сестрой). С Кошкой они встречались либо на хате у Игоря, либо у самой девушки — та арендовала однушку пополам с сестрой.

— Ну, не зна-аю, я не пробовала жить одна, — вздохнула девушка. — У меня даже своей комнаты никогда не было!

Парень искал законные способы разбогатеть. Ему надоело «доширайтиться». Этот глагол он сам придумал. Он означал «выживать на дошиках». Кошка оценила.

Стас злился на себя, читая чужие истории успеха. Да в его юном возрасте некоторые уже миллионами ворочают! И не все из них мажоры.

Некоторые могут замутить успешный бизнес, но у Стаса не было предпринимательской жилки.

В то время все, кажется, помешались на мысли подняться на роликах в одной социальной сети (ныне запрещенной). О, сколько тогда вышло «уморительных» скетчей на тему «она увидела парня с другой девушкой, приревновала, а это оказалась его сестра»! Стас тоже пытался вести блог и снимать ролики с друзьями. Не заходило. Ни ему — процесс, ни зрителям — результат. Черт, кажется, что все легко! «Я просто снял ролик — и вуаля, миллионы посыпались!», но вот не получалось у него!

Выходит, удел Станислава Войда — медленно, но верно идти к благополучной жизни. Кошке этот вариант не подходит. Значит, она скоро от него уйдет.

— Говорят, нынешние годы — лучшие в жизни. Боюсь представить, что со мной будет в сорок! — говорила Кошка. — Надоели работы, на которых платят гроши, на выживание с трудом хватает! Слушать психов, которые желают смерти из-за какого-то интернета! Сами не оплатили вовремя, а виноват оператор кол-центра, конечно. «Знаешь, кто я? У тебя будут проблемы!». Я надеялась, что смогу изменить ситуацию после получения диплома, но работу по профессии найти так и не смогла. Если бы у меня появился мужчина с деньгами, благодарила бы Бога каждый день! Мне больше ничего не нужно!

Мысль о том, что каждое свидание с такой потрясающей девушкой может оказаться последним, делала страсть Стаса какой-то судорожной, что ли, невротической.