Светлый Клан. Обреченная. Часть I

Часть I

«Послушай, не рвись в огонь.

Ты мне не сможешь помочь,

На зов протянув ладонь.

Глаза мне закроет ночь.

Смотри — дорога клинком

Из утра в полночь легла,

И я по ней босиком

В другую сказку ушла».

Тэм Гринхилл

Пролог

«Она нашла своего Дана, Адриан. Ждите Вызов».

Пальцы неосознанно сжались, сминая свиток, на котором аккуратным острым почерком была выведена всего одна строчка.

Он встал и прошелся по кабинету, пытаясь движением заглушить страх, тисками сковавший душу. Страх не за себя — за любимую женщину, за сына.

Когда-то, стремясь к вершине, они готовы были пожертвовать всем в борьбе за власть. Они были юны, безрассудны и бесстрашны. Тогда им нечего было терять, но теперь у них был Лукас.

Он помнил кровавое безумие поединка, когда азарт схватки застилает глаза багровой пеленой. Помнил, как дрожит пространство, разрываемое в клочья энергией плетений двух Начал. Помнил неподвижно лежащие на земле тела. Тогда радость победы затмила жалость к побежденным, но сейчас картина поверженных императора и императрицы, даже мертвыми не разжавших сплетенных рук, непрошено встала перед глазами.

«Мы можем оказаться сильнее, — шевельнулась в душе робкая надежда и тут же спряталась, не устояв перед холодным доводом рассудка: — Адда Таннер — одна из сильнейших Жриц Аусеклиса за последние несколько столетий. Если ее Дан хотя бы вполовину так же хорош, как она, мы обречены».

Нужно было что-то предпринять. Но что? Император безостановочно мерил шагами кабинет.

Что будет с Лукасом, если они с Миртой погибнут? Темные вряд ли пощадят ребенка поверженных Хранителей, а если и пощадят, он еще слишком мал, чтобы остаться в этом жестоком мире одному. На его долю и так выпало немало испытаний, которые он перенес со стойкостью, достойной взрослого мужчины, а ему ведь еще нет и восьми!

«О, Ильтаир, я готов сражаться и доказать свое право на трон, я готов победить или умереть, но только не сейчас! Почему так скоро? Дай мне еще хотя бы несколько лет!» — мысленно взмолился он и горько усмехнулся над своим безнадежным порывом. Ему не дано было право выбирать, лишь следовать избранному однажды пути. Значит, случится то, что предначертано судьбой, и иного не дано. Или нет?

«Пока вызов не брошен, Поединок можно предотвратить, — с неожиданной четкостью сложилось в мозгу, — и нужно сделать это любой ценой! Отец был прав, пытаясь уничтожить потенциальную угрозу в зародыше, а я осознал глубину пропасти лишь в шаге от нее. Но ведь еще не поздно что-то изменить! Союз Дана и Даны должен быть освещен в Храме двух Начал благословением обоих богов, и лишь после успешного обряда Слияния аур Темные получат право в Поединке оспаривать трон. Значит, у нас еще есть время, немного, но есть».

Глава 1

По стене аудитории весело прыгал солнечный зайчик. То спускаясь почти до самого пола, то стремительно набирая высоту, он неуклонно двигался вперед. Вот он скакнул на идеально белый потолок и выжидающе замер, будто оглядывая усердно скрипящих перьями адептов старшего курса. Экзамен по теории многоуровневых плетений шел уже третий час, и приближался неизбежный момент сдачи работ, а самые ценные мысли, как известно, всегда приходят в голову под конец, когда уже совершенно не успеваешь их записать.

Кьяра склонилась над свитком, полностью погрузившись в работу и не замечая ничего вокруг, когда желтое пятнышко света снова пришло в движение и, совершив головокружительный прыжок с четырехметрового потолка, ударило ей прямо в глаза. Она вздрогнула от неожиданности и зажмурилась, спасаясь от слепящего солнечного луча, но непоседливый зайчик уже прыгал по написанным ею строчкам. Кьяра завертела головой, пытаясь найти неосторожного шутника, и встретилась взглядом с озорными темно-карими глазами Микаэля.

— Чего тебе? —прошептала она одними губами.

Тот начал активно жестикулировать в ответ, показывая на лежащий перед ним свиток. Юноша явно изображал просьбу о помощи и делал это так уморительно, что, когда он красочно полоснул себя ребром ладони по горлу и сдул со лба взлохмаченную от усердия темно-русую челку, Кьяра едва не прыснула со смеху.

— Какой тебе нужен вопрос? — еле слышно спросила она, сделав знак, что сигнал бедствия принят.

Микаэль открыл рот, собираясь что-то сказать, но внезапно опустил голову и уставился в свою работу с видом глубочайшей сосредоточенности. К несчастью, Кьяра этого сделать не успела.

— Кьяра Абеляр, — нарушил тишину низкий, с хрипотцой голос мэтра Аландэра, — Я вижу, вы находите на экзамене время для общения с однокурсниками. Полагаю, это означает, что со своим заданием вы уже справились, а посему, немедленно сдайте вашу работу и покиньте класс!

— Но, мэтр, я просто услышала сзади шум, обернулась посмотреть, что там, и …, — сбиваясь от волнения, пролепетала она.

— Почему же этот загадочный шум услышали только вы? — саркастически улыбнувшись, поинтересовался экзаменатор. — Быть может, потому, что остальные заняты своими заданиями и не пытаются проконсультироваться с однокурсниками?

Кьяра не нашлась, что ответить, ее щеки пылали, а пальцы беспорядочно теребили кружевной край рукава.

— Вы нарушили правила поведения на экзамене! Повторяю: сдайте вашу работу немедленно!

— Но я не… — попыталась возразить Кьяра и замолкла под ледяным взглядом серых глаз, смотревших из-под тяжелых век.

— Я сказал: немедленно! — непреклонным тоном произнес мэтр Аландэр. — Вы можете быть свободны!

На глаза Кьяры навернулись слезы. Не смея больше возражать, она встала, сделала несколько неуверенных шагов, будто надеясь, что экзаменатор передумает и, повинуясь повелительному жесту мэтра Аландэра, положила работу ему на стол. Секунду помедлив, она судорожно вздохнула, из последних сил сдерживая слезы, и, не попрощавшись, выбежала из класса.

***

Микаэль нашел ее не сразу: Кьяры не оказалось ни в столовой, куда дружной толпой двинулись оголодавшие после экзамена адепты, ни в академической гостиной, где стайка девушек увлеченно обсуждала предстоящий зимний бал, ни в библиотеке, где она так любила проводить время. Уже отчаявшись, он бесцельно бродил по замку, когда ноги вынесли его в Зимний сад, разбитый на территории Западного внутреннего двора и занимавший его площадь почти целиком. Это царство вечного лета было рукотворным чудом, сотворенным Целителями несколько столетий назад. Здесь были собраны самые редкие растения и целебные травы со всех уголков империи. Сложная система многоуровневых плетений шатром накрывала сад, поддерживая в рамках контура постоянную положительную температуру, и под стеклянным куполом оранжереи в любое время года зеленели кусты акации и шиповника, дурманили голову ароматы экзотических цветов, и весело щебетали птицы.

Микаэль брел по усыпанным гравием дорожкам, уставившись себе под ноги, и может быть, поэтому случайно заметил блеснувший слева в траве огонек. Он наклонился и поднял с земли изящную заколку, навершие которой украшал выложенный гранатами листок клевера. Микаэль радостно улыбнулся: во-первых, Кьяра обрадуется, что он нашел пропажу (она рассказывала, что заколку ей привез из Шида в подарок отец), а во-вторых, находка означала, что он на верном пути. Спрятав заколку в нагрудный карман, юноша направился дальше, в глубь оранжереи.

Кьяра сидела на низенькой кованой скамеечке, прячущейся за кустом сирени и совершенно незаметной с дорожки. Михаэль прошел бы мимо, если бы не услышал доносившиеся оттуда тихие всхлипывания. Не замечая ничего вокруг, девушка уткнулась лицом в согнутую в локте руку, и плечи ее подрагивали от сдерживаемых рыданий. Длинные каштановые волосы, раньше убранные заколкой в аккуратный пучок, сейчас в беспорядке рассыпались по спине. Юноша поколебался пару мгновений, а потом нерешительно тронул девушку за плечо.

— Кьяра, пожалуйста, не плачь! Прости меня, я такой идиот! — виновато произнес он дрогнувшим от волнения голосом, но она даже не повернула головы.

— Кьяра!

— Убирайся! — всхлипнув, ответила она.

— Послушай, я не думал, что так выйдет. Просто я совсем тонул и надеялся, что ты, как всегда, меня спасешь, а этот старый сморчок, как назло, оказался не в меру внимательным и…

Кьяра вскочила. Руки ее непроизвольно сжались в кулаки, а мокрые от слез глаза пылали гневом.

— Ты никогда не думаешь! У тебя всегда в голове ветер! А меня теперь могут не допустить к практике по использованию боевых плетений, и тогда я не пройду отбор и не поеду в Асирит! А я так мечтала об этом! — Голос ее сорвался. — И все из-за тебя!

— Кто же поедет, если не ты?! — с преувеличенным воодушевлением возразил Микаэль, — Когда я относил ведомости мэтру Дамиану, слышал, как мэтресса Исидора рассказывала о тебе ректору. Разливалась соловьем, расписывая, какая ты талантливая и перспективная и как старательно грызешь гранит науки, а он благосклонно со всем соглашался и даже сказал, что она, как всегда, выбрала себе в ученицы самую сильную Одаренную с потока.

— Правда? — спросила враз растерявшая запал Кьяра, и щеки ее вспыхнули румянцем.

— Правда, — выдохнув про себя, подтвердил Микаэль, — Аландэр просто бесится, что ты его Бьянку на скачках обошла, вот и придирается по любому поводу. Но мэтресса Исидора свою ученицу в обиду не даст, даже не сомневайся!

— Я не виновата, что ее конь прямо перед финишем выкинул эту воображалу из седла! Это была честная победа! — Кьяра вздернула носик. — А мэтр Аландэр и в самом деле цепляется ко мне по любому поводу, даже доклад по следящим артефактам у меня не принял, а я его две ночи писала! Надо на него Наставнице пожаловаться. Это несправедливо!

Наблюдавший за девушкой Микаэль понял, что гроза прошла, и, осмелев, протянул уже совсем другим тоном:

— К тому же ты наверняка успела настрочить ответы на все вопросы, так что поедешь ты на каникулы в Асирит, как и хотела. — Он сделал трагическую паузу. — А рядовые адепты вроде меня останутся влачить жалкое существование в этих постылых безрадостных стенах.

Он грустно вздохнул, изобразив на лице вселенскую скорбь. Щеки Кьяры запылали еще ярче. Она внезапно вспомнила, что накануне обещала помочь Микаэлю с теорией многоуровневых плетений, но на экзамене настолько разнервничалась, что совершенно об этом забыла, да еще и напустилась на него сейчас. А он ведь ни словом ее не упрекнул.

— Ты что, совсем ничего не написал? — неуверенно и немного смущенно спросила она.

— Ну… — Микаэль замялся, обдумывая ответ, потом неопределенно пожал плечами и взъерошил пятерней растрепанную шевелюру. — Что-то написал конечно. Надеюсь, неуд не схлопочу. — Он натянул на лицо бодрую улыбку.

— А если и схлопочу, подумаешь, останусь в праздники на отработку. Я просто пошутил, Кьяра. Мне же не впервой, не сахарный, не рассыплюсь! — Он махнул рукой и добавил заговорщическим тоном: — Посмотри лучше, что мне для тебя удалось раздобыть! Теперь простишь меня?

Он достал из-под куртки и протянул Кьяре увесистый том в темном переплете из тонко выделанной буйволиной кожи. Глаза девушки вспыхнули.

— Это то, что я думаю? Давай скорее! — нетерпеливо потребовала она, протягивая руку.

— Нет, скажи сначала, что ты меня прощаешь, — отступил на шаг Микаэль, пряча книжку за спину.

— Отдай! Отдай! — не отставала от него девушка, пытаясь отобрать желаемое.

— Прощаешь? — не сдавался Микаэль и, смеясь, поднял тяжелый том над головой.

— Да, да! — поспешно согласилась Кьяра. — Дай сюда скорее!

— А поцеловать? — продолжил выставлять условия Микаэль, но Кьяра уже вырвала книгу из его рук и с победным видом села обратно на скамейку.

— Ума не приложу, что интересного ты находишь в ЭТОМ! — удивился он, заглядывая ей через плечо.

На коленях у Кьяры лежала книга, открытая на первой странице. Запись над оглавлением гласила: «Хроники империи. Летопись Чертога. IV эпоха».

Глава 2

— Нет, правда, Кьяра… — Микаэль обошел скамейку и устроился рядом с ней. — Ты вся такая правильная, и вдруг — запрещенные книги?! Ну я бы еще понял, если бы ты взялась изучать «Практику атакующих плетений высшего порядка» или «Секретные ингредиенты быстродействующих ядов», но историю империи, написанную Темными?! Зачем?!

Кьяра едва заметно улыбнулась.

— А ты не задумывался, почему эта версия истории империи занесена в списки запрещенной в Академии литературы? —ответила она вопросом на вопрос.

— Чтобы адепты не забивали себе головы ерундой, — нисколько не смущаясь, ответил Микаэль. — Чтобы по ошибке не взяли с полки неправильную книжку и не начитались искаженных Темными исторических летописей.

— Какой же ты еще все-таки ребенок! — по-взрослому покачав головой, снисходительно произнесла Кьяра.

Микаэль возмущенно фыркнул:

— Да я на полгода тебя старше, и между прочим, это я смог достать твой бесценный неподъемный фолиант, который ты так жаждала лицезреть! И вместо благодарности сейчас вынужден выслушивать насмешки! — приняв позу оскорбленного достоинства, обиженно выдохнул юноша.

Кьяра бросила на него взгляд из-под полуопущенных ресниц, слегка улыбнулась и, быстро наклонившись к нему, поцеловала в щеку.

— Спасибо, Мик, ты самый лучший! —проворковала она. — Ты ведь не обиделся всерьез, правда?

Микаэль сглотнул, подавившись заранее заготовленной возмущенной репликой, но Кьяра, поглощенная своими мыслями, уже задумчиво смотрела вдаль. Она не заметила ни промелькнувшего в его глазах смятения, ни лихорадочного румянца, выступившего на щеках после ее поцелуя.

— Понимаешь, в этих книгах все изложено несколько иначе, чем в академических учебниках, — стала объяснять она. — События и факты вроде бы те же, но вот когда читаешь, как их описывают Темные, для тебя словно приподнимается краешек непроницаемого покрывала. Ты видишь историю в другом свете, и то, что казалось понятным, четким и определенным, вдруг становится размытым и многогранным. Ты понимаешь, что все гораздо более сложно и неоднозначно, чем мы привыкли считать. И это не значит, что Темные излагают факты более достоверно, чем мы, нет. Естественно, каждая сторона старается доказать в этом конфликте свою правоту. Но, зная точку зрения противника, ты как будто видишь недостающие частички пазла, обретаешь картину в целом и получаешь возможность делать собственные выводы.

— Вот-вот, я об этом и говорю! — ворчливым тоном произнес юноша, стараясь за показным недовольством скрыть еще не отступившее смущение. — Заморочишь себе голову россказнями Темных и будешь потом терзаться сомнениями, что правильно, а что нет. Ты родилась с благословением Ильтаира — Светлым Даром. Разве этого недостаточно, чтобы понять, на чьей ты должна быть стороне?

— Я не выбираю сторону, Микаэль, я лишь хочу лучше понимать историю нашего конфликта. И еще, изучить природу Силы, такой чуждой, но при этом такой непонятно похожей на нашу.

— Странная ты все-таки! Эта Сила все равно не подчиняется тебе. Единственное, ради чего стоит изучать ее природу — это научиться максимально эффективно ей противостоять в бою. Но об этом нам и на лекциях рассказывают достаточно, — пожал плечами Микаэль.

— Ты совсем не понимаешь, о чем я тебе говорю! — нахмурила брови Кьяра. — Нас учат, что лишь Светлые мудры, благородны и достойны вершить судьбу империи, а злобные, бессердечные Темные занимают ее трон лишь по упущению Ильтаира. Однако в Великой войне мы проявили ничуть не меньше подлости, беспринципности и звериной жестокости, чем они. Чем же тогда мы так уж разительно отличаемся от Темных?

— Если бы ты не читала всю эту ерунду, ты не задавалась бы такими крамольными вопросами, — взглянув на нее, с упреком произнес Микаэль.

— А ты, если бы хоть иногда читал что-нибудь, то, возможно, бы тоже размышлять и задаваться вопросами научился, — холодно парировала девушка.

— Зря ты злишься, я просто беспокоюсь о тебе, Кьяра. Боюсь, если о твоем увлечении историей Темных узнает ректор, ты академическим карцером не отделаешься, — проигнорировав ее выпад, произнес Микаэль.

Д Кьяра невольно огляделась по сторонам и зябко передернула плечами.

— Но ведь ты меня не выдашь? А кроме тебя, и не знает никто… — неуверенно произнесла она. — Да и вообще, с чего ты взял, что это такое уж и серьезное нарушение? Это же всего лишь безобидные книги.

— Не знаю, как насчет тех книг, которые ты тайком брала в преподавательской секции библиотеки, но этой, последней, там определенно нет. Она хранилась под замком в кабинете ректора, а значит, к безобидным точно не относится.

— Понятно, что последнего тома, «Хроник IV эпохи», нет в библиотеке: в ней же новейшая история, фактически то, что происходит с нами сейчас! Значит, многие из этих сведений вообще являются секретными. Подожди, — внезапно оборвала сама себя Кьяра, и глаза ее стали совсем круглыми, — ты что, у мэтра Дамиана ее стащил? Ты с ума сошел! Как тебе это удалось?!

На ее лице явственно читался священный ужас, смешанный с восхищением, и от взгляда, которым она одарила Микаэля, юноша словно бы стал на голову выше ростом. Он немного помолчал, давая любопытству девушки разгореться как следует, а потом пренебрежительным тоном произнес:

— В общем-то это было несложно. Я взял книгу еще пару дней назад и просто искал достойный повод вручить ее тебе. Помнишь, меня за прогулы лекций по рунам отправили на беседу к ректору? Его тогда срочно вызвали на заседание Конклава, и он попросту забыл, что я остался в его кабинете. Я ждал около часа, было очень скучно, я бродил туда-сюда вдоль книжных стеллажей и читал корешки, и вдруг мне на глаза попался этот том, который ты так мечтала заполучить! Связка ключей нашлась на столе, так что отпереть стеллаж не составило труда. Я быстро взял книгу и спрятал в сумку, а на ее место поставил учебник по рунам (у меня как раз завалялся в сумке второй, видно, я прихватил чей-то по ошибке, а у него точно такой же черный корешок). В общем, я решил, что это подходящая замена, и оказался прав, так как ректор до сих пор ничего не заметил.

— Мик, ты просто ненормальный! Я-то думала, ты ее где-то в недрах академической библиотеки раздобыл, а тут такое! — Побледнев, Кьяра прижала книгу к груди. — Рано или поздно Дамиан заметит пропажу, начнет искать, и тогда все сразу всплывет на поверхность! Ее нужно вернуть скорее, пока не случилось беды!

— Я не пойму: ты же бредила этой книжкой! Ты хочешь ее прочитать или нет? Я что, получается, рисковал зря?! — возмутился юноша.

— Ох, Мик, конечно, не зря, но мне так страшно! — прошептала Кьяра.

— Сейчас в Академии все равно уже никого не осталось, и кабинет ректора заперт, туда не попасть. Давай сделаем так: ты книгу сегодня ночью почитаешь, а завтра утром я как-нибудь изловчусь подкинуть ее в кабинет Дамиана. Идет?

— Ладно, это ты здорово придумал! — Кьяра повеселела, и щеки ее порозовели. — А сейчас давай вернемся, пока кто-нибудь нас опять вдвоем не застукал.

— А что такого-то?! — оскорбленно вскинулся Микаэль, поднимаясь со скамейки вслед за Кьярой.

Они не спеша пошли рядом по узкой дорожке, усыпанной гравием, к выходу из оранжереи.

— Да ну их! Опять женихом и невестой дразнить будут! — Кьяра раздраженно махнула рукой. — Бьянка с ее подружками мне и так проходу не дает!

— Она просто завидует: у нее ведь нет такого чудесного друга, как я, — попытался пошутить Микаэль, но девушка шутку не оценила.

— А чего ей завидовать? У нее и в самом деле парень есть. Она теперь с Рашидом, калистом мэтра Даррена, встречается. Представляешь — с личным учеником самого Карающего! Она только и делает, что щебечет без умолку, какой он «непредсказуемый, харизматичный и бесстрашный»! — подражая голосу Бьянки, кокетливо проворковала Кьяра и грустно вздохнула, но, заметив, как вытянулось лицо Микаэля, тут же поправилась: — Ты и правда самый замечательный друг, какого мог подарить мне Ильтаир, но ты же ведь и сам понимаешь, что это совсем другое.

Юноша промолчал, с трудом сдержав тяжелый вздох, и если бы Кьяра не была так занята своими собственными переживаниями, то заметила бы отразившуюся на его лице тяжелую внутреннюю борьбу. Наконец он справился с собой и через силу произнес:

— Кьяра, ты самая красивая девушка из всех, кого я знаю, и «совсем другое» у тебя тоже обязательно будет.

— Спасибо, Мик! Ты самый лучший! — расцвела она и снова чмокнула его в щеку, — Ну я пойду! До завтра!

Она улыбнулась ему на прощание и скрылась в коридоре, ведущем к девичьим спальням, а Микаэль так и остался стоять, задумчиво прижимая ладонь к щеке, на которой ему еще чудилось тепло ее губ.

Глава 3

Кьяра медленно брела по коридору Академии Светлого Начала. Ее то и дело обгоняли стайки спешащих на занятия адептов, а вот ей сегодня торопиться совершенно не хотелось. Во-первых, она совсем не выспалась, проведя почти всю ночь за чтением Хроник и не осилив при этом даже половины, и теперь мучилась дилеммой: отдать книгу Микаэлю или оставить ее у себя еще на чуть-чуть. Во-вторых, сегодня мэтр Аландэр должен был озвучить результаты экзамена, и Кьяра боялась, что, получив низкий балл, станет объектом злорадных насмешек, а кроме того, ее негласное соперничество с Бьянкой за звание лучшей ученицы класса будет проиграно окончательно и бесповоротно. В общем, перспектива была не из приятных, и она вовсе не стремилась приблизить этот неизбежный момент своего позора. Погруженная в невеселые мысли, она не сразу заметила движущуюся навстречу спешащим на занятия адептам знакомую фигуру. Лишь когда внезапно выросший перед ней Микаэль схватил ее за руку и поволок в одни из боковых коридоров, Кьяра возмущенно запротестовала:

— Мик, что случилось?! Куда ты меня тащишь?!

Юноша нырнул в первую попавшуюся на пути открытую дверь, за которой оказалась пустая классная комната, закрыл ее за собой и, еще раз оглядевшись и убедившись, что они одни, облегченно перевел дыхание.

— Где книга, Кьяра? — выпалил он, проигнорировав ее вопросы.

— У меня в спальне, под подушкой… — ничего не понимая, растерянно ответила девушка. — А что случилось?

— Пропажу обнаружили, ее уже везде ищут, — мрачно сообщил Микаэль.

Кьяра ойкнула, прикрыв ладонью рот.

— Мик, что делать?

Ю Он нахмурился, задумчиво провел пятерней по растрепанной шевелюре и наконец выдал:

— Ты иди сейчас в аудиторию, чтобы не вызывать подозрений, а я дождусь, когда все девчонки уйдут на занятия, заберу книгу и перепрячу ее куда-нибудь. Потом разберемся, как дальше с ней быть, а сейчас главное — чтобы ее у тебя не нашли.

— Да ты что, Мик, а если тебя в девичьей спальне застукают?! Давай лучше я сама... — побледневшими от страха губами прошептала Кьяра.

— Еще чего не хватало! Тебя точно с поличным поймают! Ты посмотри на себя, у тебя же на лбу написано: «Что-то скрываю и очень боюсь»! — попытался отшутиться Микаэль, но голос его едва заметно подрагивал от напряжения. — Нет, ты иди в аудиторию и сиди там тихой мышкой, как будто вся эта возня тебя не касается. А я выкручусь, ты же меня знаешь. Ну все, я побежал!

Он сверкнул белозубой улыбкой и, не дав Кьяре опомниться, пробкой вылетел в коридор. Она еще пару мгновений постояла, пытаясь привести в порядок бешено мечущиеся мысли, а потом торопливо пошла в глубь учебного корпуса. Занятия должны были вот-вот начаться, и привлекать к себе излишние внимание опозданием было в сложившейся ситуации не слишком разумно.

Она едва-едва успела проскользнуть в аудиторию и занять привычное место за первой партой, как следом за ней вошел и прошествовал к учительскому столу мэтр Аландэр.

— Ну что же, начнем, пожалуй, — изрек он, неспешно размещая на столе гору свитков. — Подводя итог проведенного вчера экзаменационного испытания, вынужден с прискорбием сообщить, что результаты меня разочаровали. Значительная часть адептов написала работу существенно ниже ожидаемого мной уровня….