Тёмный Клан. Предатель. Части II и III

Глава 3

– Райан, ты спишь?

– М-м-м…

– Знаешь, а ты говоришь во сне. Несколько ночей подряд ты клялся убить кого-то, какого-то Нормана, кажется.

– Если клялся, значит, убью, – сонно пробормотал он. Смысл ее слов дошел до него не сразу, а когда дошел, он приподнялся на локтях и посмотрел на Илаиту. – А откуда ты знаешь? Ты что, приходила ко мне по ночам?

– Ну я боялась, что лихорадка может вернуться. Ты потерял много крови, и раны затягивались долго. Из меня плохой Целитель, но я делала что могла. Иногда ты начинал метаться и бредить, и я сидела у твоей кровати всю ночь, боялась, что ты опять соскользнешь за грань.

Он сгреб ее в объятия, прижал к себе и поцеловал в губы.

– Хранительница моя! Моя маленькая Саламандра!

Она приподнялась на локте, откинула назад разметавшиеся по плечам золотистые волосы, нежно провела пальцем по старому шраму на его груди, потом – по отметине на предплечье.

– На твоем теле, кажется, нет ни одного живого места. В скольких же поединках ты успел побывать?

– Еще не во всех, что отмерены мне Аусеклисом, – лениво потягиваясь, ответил он.

– Ты очень хороший боец. Трое наемников не справились с этими душегубами, а ты играючи уложил всех, – серьезно посмотрев Райану в глаза, сказала Илаита.

– Неправда. Одного подстрелила ты. И вообще, я истек бы кровью на той поляне, не будь тебя рядом, так что не стоит преувеличивать мои таланты. Не понимаю только, что за странную компанию мы так неудачно встретили на своем пути? Насколько мне известно, Одаренные довольно редко возглавляют разбойничьи шайки, – задумчиво проговорил он.

– Эти леса на границе Западного Темного и Светлого доменов и раньше были не слишком спокойным местом, – пожав плечами, ответила Илаита, – но то, что крестьяне говорят о них сейчас, меня откровенно пугает. В деревнях ходят слухи об обосновавшемся в лесу молодом Клане. Его адепты живут грабежом и разбоем, но местные власти не в силах их поймать именно потому, что это не обычная шайка, а клановая структура с жесткой иерархией, во главе которой стоят Одаренные. Они прикрывают их налеты, отводят глаза преследователям. Да и действуют разбойники крайне осторожно, нападают только на небольшие обозы, идущие издалека, которые не скоро станут искать. Еще местные говорят, что в округе стали пропадать Одаренные. Вроде поехал тан на охоту в лес, да так и не вернулся. Только конь назад пришел, так что и не понять, зверь его подрал или разбойники порешили. Или подросток вдруг из деревни куда-то исчез, а потом выяснялось, что у него как будто Искра была. Даже знахарки деревенские пропадать начали. Люди очень напуганы.

– А почему не пожалуются господину? Кому принадлежат эти леса?

– Великому Клану. Как ты понимаешь, не много найдется охотников явиться с жалобой в Чертог.

– Пожалуй, но почему не обратиться к Лорду домена или к наместнику, представляющему Лорда в ближайшем крупном городе?

– Говорят, тут один ездил, прошение наместнику подавать, а вернувшись, на месте своего дома пепелище нашел. Пожар внезапно случился, и вся его семья в том пожаре сгорела.

– Проклятие! – нахмурился Райан. —Это уже не шутки!

Его ленивую расслабленность как рукой сняло. Он соскочил с кровати и начал одеваться. Илаита села, стыдливо прикрывшись одеялом.

– Райан, куда ты? – тихо спросила она.

– Надо разобраться, что здесь происходит. Хочу прокатиться по окрестностям, осмотреться, поговорить с местными. Только вот я даже толком не знаю, где нахожусь… Далеко этот дом от той поляны, где на меня напали?

– Два дневных перехода. До ближайшей деревни ты доедешь за час, но ведь уже поздно, вряд ли кто-то пустит тебя в дом на ночь глядя. Крестьяне боятся чужаков, особенно сейчас.

Райан глянул в окно, в щель между тяжелыми шторами действительно заглядывал в комнату вечерний сумрак. Конечно, это не остановило бы его прежде, но теперь… Он совсем забыл, что теперь был никем. Без геммы, перед которой открывались любые двери, он действительно был здесь только чужаком, которого запросто могут встретить среди ночи ударом вилами в живот. Он замер, придавленный осознанием собственного бессилия. Илаита как будто почувствовала его боль. Она подошла сзади и осторожно обвила его руками.

– Не уезжай сейчас, пожалуйста, – тихо прошептала она. – Давай отложим это до утра. Мы могли бы поехать вместе. Я хорошо знаю эти места и все тебе покажу. А сейчас Говард уже наверняка готовится подать ужин, я видела, он привез свежую оленину, а в приготовлении дичи ему просто нет равных. Нежные отбивные с соусом из трюфелей и белого вина получаются у него восхитительно, – проворковала она.

Он взял ее руки в свои, развернул ладонями, нежно коснулся губами и, улыбаясь, ответил:

– Ты определенно умеешь уговаривать.

Ужин подали в просторной гостиной, занимавшей почти весь первый этаж. Дом вообще оказался небольшим. На втором этаже находились спальни господ и комнаты прислуги, а внизу – кухня, несколько кладовых и уютный зал с камином, мягкими креслами, в которых так уютно сидеть у огня, и большим дубовым столом. Райан наслаждался. Оленина и в самом деле оказалась выше всяких похвал, терпкое вино приятно кружило голову, а потрескивание пламени в камине дарило покой и умиротворение. Райан закрыл глаза и из-под полуприкрытых век наблюдал извечный танец огня. Илаита подошла и тихонько опустилась на подлокотник его кресла. Райан не пошевелился. Она осторожно надела ему что-то на шею и завязала сзади. Не открывая глаз, Райан коснулся рукой рубашки на груди и ощутил приятный холод камня.

– Я нашла агат в твоих вещах и сплела для него шнурок. Тебе неуютно без амулета, наверное.

Райан молчал. Амулет. Гемма. Он подсознательно потянулся к камню и ощутил пустоту. Боль потери вновь кинжалом резанула сердце.

«Хватит! Довольно! – зло подумал он. – Да, без геммы я никто, но надо смириться, что ее не вернуть. Значит, настало время создать для себя новый камень, и теперь у меня все для этого есть даже помощник, обладающий Искрой того же Дара».

– Благодарю, – произнес он, ощупав рукой переплетение кожаных нитей, очень похожее на бывшее у него прежде.

«Она сказала: «Неуютно без амулета…» Интересно, как давно она поняла, что я Одаренный?» – подумал Ищущий.

– Райан, ты расскажешь мне, кто ты и откуда? – пристально взглянув на него, спросила девушка.

– Я – тот, кому ты спасла жизнь. Просто человек, потерявший свой путь и ищущий возможность на него вернуться, – с горькой усмешкой ответил Райан.

– Просто человек? – Она хитро сузила глаза. – С Искрой такой силы?

Райан бросил на нее изучающий взгляд:

– С чего ты взяла, что моя Искра так уж сильна?

– Я слепну, когда смотрю на нее.

– Ты настолько хорошо видишь чужой Дар? – Райан заинтересованно посмотрел на нее. – Что еще ты можешь сказать обо мне?

– Могу сказать, что, судя по размеру и интенсивности твоей Искры, у тебя должен быть полностью сформированный амулет, а тот камень, что я нашла в твоих вещах, совсем пустой и не тронутый Силой. Вижу, что твой Дар проснулся давно, что тебе, как и мне, дано искать, что Аусеклис благоволит к тебе. Еще я вижу, что ты мне не доверяешь, – с грустной улыбкой добавила Илаита.

– Я не доверяю никому, – просто ответил он и протянул руку к ее гемме. – Ты позволишь?

Она кивнула. Райан взял камень в ладонь и бережно сжал, будто обнимая пальцами. Никакой защиты на нем не было, и он легко считал информацию. Амулет был довольно молодым, как будто его обладательница обрела его недавно, и структурировался, конечно же, неравномерно. Но потенциал был очень хорош, и в том, что Илаита Ищущая, у Райана не было сомнений, ее Дар был сродни его собственному, и именно это и помогло ей найти и вытащить его из небытия.

– Ты неправильно наложила первый контур. Октаграмму из двух квадратов построить, конечно, проще, но эта основа ограничивает развитие амулета. Это очень распространенная ошибка, но, поскольку камень у тебя недавно, исправить ее будет легко.

Глаза Илаиты восхищенно вспыхнули.

– Ты научишь меня, как? – с мольбой в голосе спросила она.

– Научу, – улыбнулся Райан, – если расскажешь мне, как оказалась в лесу без охраны, в наряде простой крестьянки.

– Это грязный шантаж! – Илаита вскинула подбородок в притворном возмущении.

– О да! – зловещим шепотом отозвался Райан, схватил хохочущую девушку и повалил ее к себе на колени. – Но если ты не покоришься, то узнаешь, что это далеко не все грязные методы, на которые я способен!

Глава 4

Утоптанная лесная тропа, назвать которую дорогой не поворачивался язык, все же была достаточно широка для того, чтобы двое всадников могли ехать рядом. Райан и Илаита, пустив коней шагом и почти касаясь коленями друг друга, двигались по ней на запад, в сторону ближайшей деревни. Было раннее утро, на ветках и в траве под копытами коней еще лежали и искрились на солнце тяжелые капли росы. Многоголосый птичий гомон в клочья рвал тишину. Косые солнечные лучи, подсвечивая древесные стволы, полосами ложились на влажную землю, и это переплетение света и тени придавало лесу загадочную первозданную красоту.

– Значит, о себе ты рассказать не хочешь, а от меня требуешь откровенности? – обиженно протянула Илаита.

– Не требую, – прошу, – обезоруживающе улыбнулся Райан. – Что же касается меня – всему свое время. Поверь, для твоей же безопасности сейчас тебе лучше ничего обо мне не знать.

– Иногда ты меня пугаешь. Но пусть будет так. Я уже доверилась тебе, так почему же не быть откровенной до конца? – Несколько мгновений она молчала, собираясь с мыслями, и, вздохнув, заговорила: – Как ты уже и сам догадался, в моих жилах течет благородная кровь. Я из древнего рода, мой отец богат, знатен и занимает должность при императорском дворе. Мать тоже была родовитой аристократкой. Брак моих родителей был политическим союзом, заранее предрешенным их семьями. Он принес отцу новые связи в высшем свете, а матери – титул, но ни одного дня они не были счастливы вместе. Отец любил придворные развлечения, балы, охоту, и особенно – женщин. Мать вообще не любила двор. Счастьем для нее были уединенные прогулки в лесу или время, проведенное за книгой в тишине домашней библиотеки. Жить в столице, быть частью светской круговерти, сквозь пальцы смотреть на интрижки мужа —все это было не для нее. Отец не понимал, что еще нужно от жизни женщине, имеющей знатного супруга, богатство и положение в обществе, а мать не желала признавать за ним право волочиться за каждой юбкой. Они часто ссорились. Они были очень разными людьми, и хотя мать старалась быть достойной супругой, сопровождала отца на мероприятиях и поддерживала его во всем, они все равно оставались чужими друг другу.

Потом родился Рей, а через год – я, и мама стала жить ради нас. Отец почти все время проводил при императорском дворе, а нас мать увезла в родовое гнездо в далекой провинции. Она растила нас одна. Отец приезжал пару раз в год да присылал подарки по праздникам. Мы почти не знали его, но это не особенно нас огорчало.

Она замолчала, о чем-то задумавшись. Райан не торопил ее.

– Рею было восемь, когда мы узнали, что у него есть Дар, – смотря в одну точку невидящим взором, вновь заговорила Илаита. – Это произошло случайно. Мы, как всегда, играли в прятки в старом парке. В Великую войну замок нашего рода был сожжен Светлыми дотла. Когда все закончилось, мой прадед возвел новый замок, неподалеку от руин. Детьми, мы обожали бегать по этим древним развалинам и прятаться в окружавших их зарослях.

В тот день мне не повезло: убегая от брата, я случайно провалилась в пересохший колодец. Воды в нем уже давно не было, и я не утонула, но, ударившись о камни дна, я ушиблась головой и потеряла сознание. Брат очень испугался, когда я пропала. Он бегал по всему саду, ища меня, кричал, но я не отзывалась. Его охватил ужас. Рей говорил, что сам не понял, что произошло потом, но ему показалось, что мир вдруг поблек и потерял привычные краски, а вместо них цвет и пульсацию обрело все, что живет и дышит. Уже позже он догадался, что так пробуждалась Искра. Тогда же, он просто вдруг почувствовал, куда нужно идти, будто увидел путеводную нить, и пошел по ней ко мне. Брат внезапно услышал, как бьется мое сердце, и понял, что я жива. Вскоре он наткнулся на черный провал колодца.

– Твой брат тоже Ищущий, – улыбнулся Райан. – Наш Дар часто просыпается, когда мы стремимся найти что-то жизненно важное.

– Что искал ты? – стрельнув глазами из-под длинных полуопущенных ресниц, спросила Илаита.

– Человека, который убил моего отца, – не задумываясь ответил Райан, хотя о том, как раскрылся его Дар, он прежде не говорил почти никому.

– Нашел? – тихо спросила девушка.

– Да, – отрешенно произнес Райан. – К несчастью для него – да.

Некоторое время они опять ехали молча. Илаита так и не решилась задать застывший в ее глазах вопрос. Тишину нарушил Райан:

– Твой брат говорил с тобой о Даре?

Девушка кивнула.

– С тех пор не проходило ни дня, чтобы мы не говорили об этом. Рей рассказывал мне обо всех открытиях, которые делал, познавая мир и себя заново, а я старалась помочь ему, чем могла. С утра до вечера мы вместе бродили по окрестностям в надежде найти силовые нити, при этом ни один из нас, конечно, не представлял себе, что это такое. Но Рей хотя бы искал, а я просто ходила с деловым видом, притворяясь, что тоже что-то чувствую. – Илаита грустно улыбнулась. – Конечно, я сразу же возомнила, что вскоре Дар откроется и у меня, и ждала этого с радостным нетерпением, но, увы, ничего подобного не происходило. Я была пуста. Я очень радовалась за брата и в то же время безумно завидовала ему. Но все равно мы оба были очень счастливы, мы были детьми и увлеченно играли в новую захватывающую игру. Так продолжалось довольно долго, но, увы, ничто не вечно.

Мать сначала ничего не сказала отцу про Рея, боясь, что он может увезти его в столицу, но пробудившаяся Искра жжет изнутри, требуя развития, и Рей начал все чаще экспериментировать с Силой. Объяснить ему, как правильно, было некому, и он учился на своих ошибках. Однажды он что-то не рассчитал, работая над плетением, и потерял сознание. Я нашла его, бледного и неподвижного, на полу библиотеки, он почти не дышал и долго не приходил в себя, а когда наконец очнулся, был настолько слаб, что не мог даже подняться на ноги. Мама очень испугалась за него тогда. Она сказала, что надо учиться использовать Дар, иначе он просто может убить Рея, и немедленно сообщила обо всем отцу.

Когда отец узнал, что в нашей семье Одаренный, он приехал сразу же. Вместе с ним прибыл сам ректор Академии Темного Начала, принадлежащий к главам Великого Клана. Я видела его лишь издали, но и сейчас у меня мурашки по коже при воспоминании о веющей от него Силе. Тогда я впервые увидела Великого тана, и он показался мне даже не совсем человеком. Было в нем что-то, заставляющее трепетать, в походке, жестах, голосе, и особенно во взгляде… – Илаита искоса посмотрела на Райана, но он, увлеченный своими мыслями, этого не заметил. – Меня поразило, что даже мой отец, всегда такой напыщенный и самоуверенный, был рядом с ним блеклой тенью, заискивающей и подобострастной.

«Надо же, сам Мар почтил визитом провинциальное захолустье! Наверное, он был в тех краях по делам Клана. Неудивительно, что девочка запомнила его властность и величие, старик умеет производить впечатление!» – усмехнулся про себя Райан, вспомнив собственную детскую робость перед суровым главой Академии.

– Они сразу же заперлись с Реем в каминном зале, и через час отец торжественно объявил, что его сын удостоен чести обучаться в Чертоге Тьмы. Брат был бесконечно счастлив. Вечером в честь высокого гостя был устроен пир, а на следующий день они уехали, забрав с собой Рея.

– Наверное, тебе непросто далась эта разлука, – понимающе улыбнулся Райан.

– Как будто отняли частичку меня, – кивнула Илаита. – Правда, Рей писал нам довольно часто, но все равно с его отъездом я чувствовала себя очень одинокой. Я тосковала безумно, да и мать тоже. Возможно, поэтому она вскоре тяжело заболела, несколько месяцев не вставала с постели, а потом ее не стало. Я осталась совсем одна.

Девушка вновь замолчала. Она смотрела под копыта коня, и глаза ее подозрительно блестели. Райан наклонился к ней, накрыл ее ладонь своей и легонько сжал. Илаита благодарно улыбнулась.

– Рей приезжал раз в год на каникулы, – продолжила она свой рассказ, – и эти две недели проносились, как миг. Сколько интересного он успевал мне рассказать за время, проведенное вместе! Брат будто приходил из другого мира, яркого и полного жизни, в мой мир тоскливого однообразия.

Знаешь, приехав, он всегда первым делом окидывал меня пристальным взглядом, так, как будто видел впервые. Сначала меня это удивляло, и лишь потом я поняла, что он смотрит внутренним зрением, в надежде увидеть Искру. Я уже давно отчаялась, но он был уверен, что Дар проснется. Он начал учить меня тому, чему научился сам —в теории, конечно, но Рей считал, что в будущем это очень поможет мне с практикой, и он оказался прав.

Иногда он даже тайно привозил мне книги из библиотек Чертога. Я перечитывала их множество раз и хранила, как величайшее сокровище.

«Ох и попало бы парню, если бы о его подвигах узнали в Академии!» – подумал Райан.

– А однажды он привез мне агат. – Илаита коснулась камня на шее. – Он сам нашел его в какой-то заброшенной пещере. Рей сказал, что камень поможет разбудить мою Искру. С тех пор я носила его не снимая.