1941 год. Удар по Украине

1941—1945. Великая и неизвестная война

© Рунов В.А., 2023

© ООО «Издательство «Вече», 2023

Введение

Готовя агрессию против СССР, А. Гитлер и его ближайшее окружение хорошо понимали значение экономической составляющей плана «Барбаросса», которую, по их мнению, можно было решить только в результате быстрого овладения Украиной.

Предвоенная Украина фактически была оазисом на карте Советского Союза. Крупнейшая житница страны. Мощнейший Донецкий промышленный район. Контроль над северной акваторией Черного моря. Относительно хорошо развитая сеть железных и шоссейных дорог. Могучая транспортная артерия Днепра с Днепрогэсом – крупнейшей гидроэлектростанцией страны. Харьковский тракторный завод. И конечно же крупнейший политико-административный и культурно-промышленный центр Советского Союза – город Киев. По своей стратегической значимости Украина не уступала, а по ряду показателей и превосходила многие страны Западной Европы, оккупированные Германией в 1939 и 1940 годах.

Советское руководство также высоко ценило Украину как одну из самых развитых в экономическом отношении и стратегически важных союзных республик СССР. В предвоенные годы на территории было развернуто три военных округа: Киевский особый, Одесский и Харьковский. По составу сил и средств Киевский особый военный округ был самым сильным из всех западных военных округов.

Территория Украины заранее готовилась к обороне в инженерном отношении. Она была оборудована двумя линиями укрепленных районов, а Киев прикрывался особым Киевским укрепленным районом. По старой границе СССР на территории Украины были сооружены Новоград-Волынский, Шепетовский, Остропольский, Летичевский, Изяславский, Староконстантиновский, Каменец-Подольский, Могилев-Подольский, Рыбницкий и Тираспольский укрепленные районы, которые по фронту перекрывали пространство более чем в 1000 километров. На этой линии было построено более 1600 дотов и в стадии строительства находилось еще 346 дотов. По новой границе СССР велось строительство Владимир-Волынского, Струмиловского, Рава-Русского, Перемышльского, Верхнепрутского, Нижнепрутского, Дунайского и Одесского укрепленных районов. По фронту они перекрывали пространство, превышавшее 450 километров, имели 375 построенных дотов, а еще более 800 дотов находились в стадии завершения строительства.

К 22 июня 1941 года были разработаны окружные и армейские планы прикрытия государственной границы, имелись планы мобилизации местных людских и материальных ресурсов на случай войны. На аэродромы западных военных округов заблаговременно было перебазировано более 70 % всей военной авиации РККА. Южный фланг Одесского военного округа прикрывался силами Черноморского флота.

Несмотря на столь основательную подготовку, немецким войскам удалось, достигнув внезапности, в короткие сроки нанести поражение советским войскам на территории Украины и Молдавии, преодолеть Днепр и выйти к Брянску и Ростову-на-Дону, практически захватить весь Крым. При этом были проведены крупные операции на окружение в начале августа в районе Умани, в первой половине сентября в районе Киева. Столь успешной стратегической наступательной операции того времени не знала военная история.

После победного завершения Великой Отечественной войны советское руководство сделало все возможное, чтобы общими рассуждениями, а то и откровенными вымыслами «затушевать» многие события 1941 года, в том числе и те, которые произошли на Украине. Нарком обороны, главком Юго-Западного стратегического направления и командующий Юго-Западным фронтом Маршал Советского Союза С.К. Тимошенко воспоминаний не оставил. Командующий Юго-Западным фронтом генерал М.П. Кирпонос и начальник штаба фронта генерал В.И. Тупиков погибли в сентябре 1941 года. Первый начальник штаба фронта (до 28 июля 1941 года) генерал М.А. Пуркаев воспоминаний не оставил. Вполне понятно, что ничего не написал переживший войну в плену и расстрелянный по приговору Верховного суда СССР в 1950 году генерал бывший командующий 12-й армией генерал П.Г. Понеделин. Отмолчался и бывший командующий 6-й армией генерал И.Н. Музыченко, который после освобождения из плена и специальной проверки органами НКВД в 1946 году был восстановлен в кадрах РККА, а после отставки в 1947 году благополучно прожил еще 24 года.

Но нельзя говорить о том, что нет воспоминаний о событиях на Украине 1941 года. К счастью, остались мемуары бывшего начальника Генерального штаба Г.К. Жукова, бывшего начальника оперативного отдела штаба Юго-Западного фронта И.Х. Баграмяна, бывшего командира 8-го механизированного корпуса генерала Д.И. Рябышева, бывшего командира 9-го механизированного корпуса генерала К.К. Рокоссовского и других. О боевых действиях 5-й армии в 1941 году написал бывший заместитель начальника оперативного отдела этой армии А.В. Владимирский. В 1965 году под грифом «Для служебного пользования» вышел в свет капитальный труд М.Д. Грецова «На Юго-Западном направлении». События, происходившие в Молдавии и на Юге Украины, освещает бывший начальник штаба 9-й армии М.В. Захаров.

Отражены эти события и с немецкой стороны. Большую информацию о том, что происходило на Украине в 1941 году, мы находим в военном дневнике начальника Генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковника Ф. Гальдера. Частично события, связанные с боями на Украине, описывает в своих мемуарах генерал Г. Гудериан, о них пишет генерал Э. фон Манштейн. После войны была издана книга бывшего начальника оперативного штаба командующего группой армий «Юг» «Фельдмаршал фон Рундштедт».

В постсоветский период многие российские авторы начали писать и издавать книги, посвященные событиям начала Великой Отечественной войны. Особенно «смаковались» бои и сражения, завершившиеся разгромом соединений и объединений Красной армии. Но цельной картины о том, что происходило на южном крыле советско-германского фронта, в частности на территории Украины, эти книги не дают.

За тему, связанную с событиями 1941 года, которые произошли на территории Украины, я взялся не случайно и разработал ее не сразу. Я родился в УССР, в небольшом городе Умани, в местах ожесточенных боев лета 1941 года. В годы детства мы с мальчишками играли в поросших травой окопах, нередко используя в своих играх немного поржавевшие, но настоящие немецкие и советские винтовки и автоматы. В годы пионерской и комсомольской юности мне доводилось ухаживать за могилами павших советских бойцов, многие из которых были безвестными.

Мой отец с 1939 года служил в Киевском особом военном округе и встретил войну под Тернополем. Затем он вместе со своим взводом связи отступал на Киев, оборонял этот город, чудом вырвался из окружения. Затем он участвовал в боях на харьковском направлении, был контужен и ранен, а в 1943 и 1944 годах освобождал Украину. В 1961 году к другим его наградам прибавилась и медаль «За оборону Киева».

После окончания средней школы я поступил в Киевское общевойсковое командное училище. На тактические занятия мы выезжали за Святошино, в места, где накануне войны был построен Киевский укрепленный район. Мы видели многие сохранившиеся долговременные оборонительные сооружения, поражались их мощностью и не понимали, как такие «крепости» советские войска могли уступить противнику практически без боя.

Став офицером, в 70-е годы я служил в Прикарпатском военном округе, многократно бывал в районе Львова, Тернополя, Новоград-Волынского, Ровно, Хмельницкого, Винницы, Могилев-Подольского, Одессы… Я видел сооружения укрепленных районов, находившиеся как на новой, так и на старой границе СССР, ходил по местам боев 1941 года, разговаривал со многими их участниками и свидетелями.

После окончания Военной академии имени М.В. Фрунзе в 1985 году я стал профессиональным военным историком. К знаниям оперативно-тактического характера прибавились навыки работы с архивами и другими источниками, практический опыт организации и проведения военно-исторического исследования, формулирования обобщенных выводов.

Как преподаватель академии, я был обязан разрабатывать учебные материалы по конкретным операциям и боям Великой Отечественной войны. В поисках нужной информации я месяцами просиживал в Центральном архиве Министерства обороны, расположенном в подмосковном городе Подольске, изучал другие источники, встречался с участниками событий.

В конце 80-х годов среди советских военных историков начали более активно обсуждаться вопросы, связанные с неудачами советских войск в начале Великой Отечественной войны. Тогда руководством академии перед кафедрой была поставлена задача описать операции 5-й и 6-й армий Юго-Западного фронта, которые ими велись летом 1941 года. Руководя стажировками слушателей в Киевском общевойсковом командном училище в 1990 и 1991 годах, я непосредственно на территории Украины занимался этими вопросами.

К этому времени на волне «гласности» на прилавках многих книжных магазинов появились первые книги перебежавшего на Запад бывшего советского офицера Виктора Резуна, который от «скромности» взял себе псевдоним «Суворов». Появление этих книг антисоветской направленности сильно взволновало общественность и вызвало негодование высшего военного руководства страны. Было написано много опровергающих статей, проведено ряд конференций, в которых мне также довелось принимать участие. Именно на этих конференциях впервые произошли научные дискуссии по вопросам правдивого освещения событий, имевших место на Украине во второй половине 1941 года. Ряд военных историков тогда говорили о том, что в данной истории существует очень много «белых пятен», наличие которых позволяет западным идеологам в свою пользу трактовать исторические события, подводя общество к нужным им выводам.

Но все это было несравнимо с теми острыми дискуссиями, которые возникали в преподавательских и в курилках между рядовыми преподавателями академии. В этих спорах уже не действовали патриотические лозунги, а в расчет брались только научные аргументы. И надо признать, что в результате таких споров многие вопросы получили совершенно новое развитие.

В начале 90-х годов перед Историко-архивным управлением Генерального штаба была поставлена задача еще раз изучить и проанализировать причины неудач первых оборонительных операций советских войск в начале Великой Отечественной войны. К выполнению этой работы также были активно подключены кафедры истории военного искусства ряда военных академий, в том числе и Военной академии имени М.В. Фрунзе. Мы впервые получили широкий доступ к архивам, по некоторым вопросам были проведены конференции.

К 60-летию Победы фондом «Память народная» мне было поручено создать творческий коллектив историков и разработать книгу «Кавалеры ордена Победы». В состав этого коллектива вошли такие видные военные историки, как Р.М. Португальский, П.Д. Алексеев, Ю.Н. Гордеев, В.В. Карпов, А.В. Кириллов. В процессе работы над этой книгой я, как автор и руководитель авторского коллектива, впервые был вынужден изучить и проанализировать военную деятельность И.В. Сталина, С.К. Тимошенко, Г.К. Жукова, А.М. Василевского, И.С. Конева, К.К. Рокоссовского в начале Великой Отечественной войны. Эта книга вышла в конце весны 1995 года и вызвала немало дискуссий в кругах отечественных военных историков.

Возникшие таким образом вопросы мы с Р.М. Португальским постарались урегулировать в следующей книге «Творцы великой Победы», которая была издана в 1996 году. Затем в соавторстве с М.В. Винниченко на ряд вопросов начала Великой Отечественной войны я постарался ответить в книге «Линия Сталина» в бою», также в своих книгах «Первая кровь», «1941. Победный парад Гитлера: правда об уманском побоище», «Июнь 1941 года», «Битва танковых генералов», «Операции на окружение» и других, в дискуссионных сборниках очерков «1941. Первый удар Сталина», «Знаменитые укрепрайоны», «1941. Альтернативная реальность» и других.

Сегодня, спустя более 80 лет, события лета и осени 1941 года по-прежнему продолжают волновать читателей. Как известно, спрос порождает предложения: в свет выходят все новые и новые книги по данной тематике. Далеко не все они разработаны профессиональными историками и опираются на архивный материал. На телевизионных и киноэкранах постоянно появляются новые фильмы, в которых в коммерческих целях откровенно искажаются исторические факты и переставляются нравственные акценты…

Я не буду тратить время на научный критический анализ некоторых книг и фильмов. Хочется верить, что пройдет совсем немного лет и наши мудрые потомки сами отделят правду от вымыслов и откровенной лжи. В этой книге я только хочу осветить те факты, которые имели место в юго-западной части Советского Союза в 1941 году.

Если завтра война…

В отношении первой половины 1941 года в исторической литературе написано очень много. Советские писатели изображали этот период как продолжение мирного созидательного труда советского народа под чутким руководством Коммунистической партии в условиях начала фашистской Германией Второй мировой войны. Постсоветские писатели практически начали забывать о действиях фашистской Германии в этот период и начали всячески раздувать информацию об агрессивной сущности СССР, который, оккупировав ряд территорий стран Восточной Европы, сам готовился напасть на Германию и Румынию.

Определение вероятного противника – одна из важнейших задач дипломатии и разведки, которыми они постоянно занимаются с самого момента их основания. Советский Союз в 30-е годы также изучал вероятного противника и готовился к большой войне как на Востоке, так и на Западе. Это нормальное явление для любого государства, которое заботится о своей безопасности и желает сохранить целостность территории и существующий в нем общественный строй.

На Востоке традиционным противником Советского Союза рассматривалась Япония, с войсками которой уже произошли вооруженные конфликты на озере Хасан в 1938 году и на реке Халхин-Гол в 1939 году. Но японское правительство считало, что страна еще в экономическом отношении не готова к мировой войне. 13 апреля 1941 года в Москве был подписан советско-японский пакт о нейтралитете. Этим пактом Советский Союз стремился обезопасить свои восточные границы при нарастании угрозы агрессии с запада, а Япония желала застраховать себя от конфликта с СССР, когда она вступит в войну против Англии и США.

Вторым традиционным очагом напряженности был Запад. Здесь Советский Союз конфликтовал сразу с несколькими странами. На юго-западе это была Румыния, отношения с которой были испорчены в результате оккупации этой страной Бессарабии в 1918 году. Далее следовала Венгрия, которая после захвата Чехословакии Германией в результате Мюнхенского сговора получила Закарпатье и Северную Буковину. На севере в 1939—1940 годах Советский Союз вступил в войну с Финляндией, к которой имел территориальные претензии. Но главное – в 1939 и 1940 годах в результате «освободительных» походов советских войск в Западную Белоруссию, Западную Украину и присоединения к СССР прибалтийских стран Советский Союз получил новую совместную границу с Германией, Венгрией и Румынией и оказался лицом к лицу со странами, являвшимися его потенциальными противниками. К тому же за спиной Германии к тому времени стоял еще один ее союзник – Италия.

Поэтому советские военные специалисты считали, что «с учетом указанных выше вероятных противников против Советского Союза на Западе может быть развернуто: Германией – 173 пехотные дивизии, 10 000 танков, 13 000 самолетов; Финляндией – 15 пехотных дивизий, 400 самолетов: Румынией – 30 пехотных дивизий, 250 танков, 1100 самолетов; Венгрией – 15 пехотных дивизий, 300 танков, 500 самолетов. Всего – 253 пехотные дивизии, 10 550 танков, 15 100 самолетов».

Для противодействия этим силам советское руководство приняло решение о развертывании мощной группировки войск в европейской части страны и обязало Генеральный штаб РККА заблаговременно разработать план их применения. В результате этого 18 сентября 1940 года и появился на свет документ под названием «Соображения об основах стратегического развертывания Вооруженных сил СССР на Западе и Востоке на 1940 и 1941 гг.». По своему характеру данный документ носил ярко выраженный наступательный характер. Им предлагалось главные силы Красной армии на Западе развернуть «или к югу от Брест-Литовска, с тем, чтобы мощным ударом в направлении Люблин и Краков и далее на Бреславу (Братислав) в первый же этап войны отрезать Германию от Балканских стран, лишить ее важнейших экономических баз и решительно воздействовать на Балканские страны в вопросах участия их в войне; или к северу от Брест-Литовского с задачей нанести поражение главным силам германской армии в пределах Восточной Пруссии и овладеть последней». Этот документ был составлен под руководством начальника Генерального штаба РККА генерала армии К.А. Мерецкова.

Но это были только «Соображения» которые еще не обрели форму конкретных директивных указаний, подлежащих немедленному исполнению. В завершающей части этого документа указывалось, что окончательное решение о развертывании группировки сил и средств на театре военных действий будет зависеть от той политической обстановки, которая сложится там непосредственно к началу войны.

После того как в начале 1941 года начальником Генерального штаба был назначен генерал армии Г.К. Жуков и туда стали массово поступать сведения о подготовке Германией нападения на СССР, «Соображения» уточняются прежде всего в отношении повышения значимости Украины. В новом варианте документа уже говорится о том, что «Германия, вероятнее всего, развернет свои главные силы на юго-востоке – от Седлеца до Венгрии, с тем, чтобы ударом на Бердичев, Киев захватить Украину». Далее говорится, что этот главный (выделено мной. – Авт.) «удар, по-видимому, будет сопровождаться вспомогательным ударом на севере – из Восточной Пруссии на Двинск и Ригу или концентрическими ударами со стороны Сувалки и Бреста на Волковыск, Барановичи». Данный документ подписывают нарком обороны С.К. Тимошенко, начальник Генерального штаба Г.К. Жуков и его разработчик генерал-майор А.М. Василевский, и он становится основой для всего оперативно-стратегического планирования использования сил и средств РККА, находящихся в Европейской части СССР. (1)

В соответствии с «Соображениями» территорию Украины и Молдавии в случае начала войны с Германией и ее западными союзниками должны были прикрывать войска Киевского особого военного округа и часть сил Одесского военного округа.

Киевский особый военный округ в конце 30-х и начале 40-х годов у советского руководства был на особом счету. Именно поэтому в 1940 году туда был назначен С.К. Тимошенко. Вскоре после этого на базе войск Киевского особого военного округа и части сил Одесского военного округа создается Южный фронт для освобождения районов Северной Буковины и Бессарабии, находившихся в пределах Румынии. Г.К. Жуков назначается командующим этим фронтом. Нарком обороны Маршал Советского Союза С.К. Тимошенко лично контролировал действия войск Южного фронта и о результатах постоянно докладывал И.В. Сталину. Затем была знаменитая военно-стратегическая игра (декабрь 1940 года), в которой Г.К. Жуков еще раз подтвердил свои незаурядные бойцовские качества, после чего 13 января 1941 года был назначен на должность начальника Генерального штаба.

Безусловно, это назначение было неслучайным. И.В. Сталину для осуществления его грандиозных планов во главе Генерального штаба нужен был решительный, предельно жесткий и в то же время очень исполнительный, даже послушный человек. В то же время наркома обороны С.К. Тимошенко на посту начальника Генерального штаба не устраивал грамотный и вдумчивый К.А. Мерецков, который по ряду принципиальных вопросов имел собственное мнение, не всегда совпадавшее с мнением руководства. Поэтому кадровый вопрос на столь высоком уровне был решен быстро и кардинально. Сам Г.К. Жуков об этом вспоминает следующее:

«На следующий день после разбора оперативно-стратегической игры я снова был вызван к И.В. Сталину.

Поздоровавшись, И.В. Сталин сказал:

– Политбюро решило освободить Мерецкова от должности начальника Генерального штаба и на его место назначить вас.

Я ждал всего, но только не такого решения и, не зная что ответить, молчал. Потом сказал:

– Я никогда не работал в штабах. Всегда был в строю. Начальником Генерального штаба быть не могу.

– Политбюро решило назначить вас, – сказал Сталин, делая ударение на слове «решило».

Понимая, что всякие возражения бесполезны, я поблагодарил за доверие и сказал:

– Ну, а если не получится из меня хороший начальник Генерального штаба, буду проситься обратно в строй.

– Ну, вот и договорились! Завтра будет постановление ЦК, – сказал И.В. Сталин».

14 января вышло в свет два важных документа под грифом «Строго секретно». Первым было постановление № 92 Совета Народных Комиссаров СССР «О назначении начальником Генерального штаба и заместителем наркома обороны генерала армии Жукова Георгия Константиновича». Вторым – постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «О начальнике Генштаба и командующих военными округами». В нем, в частности, говорилось, что для улучшения подготовки войск округов и армий утвердить начальником Генерального штаба и заместителем наркома обороны генерала армии Жукова Георгия Константиновича, а заместителем наркома обороны по боевой подготовке – генерала армии Мерецкова Кирилла Афанасьевича.

Сразу хочу напомнить читателю, что именно Генеральный штаб РККА всегда был высшим органом стратегического управления войсками как в мирное, так и в военное время. В его стенах разрабатывались основные программы строительства вооруженных сил страны, их отмобилизования в случае войны, составлялись планы стратегических операций. Это было ядро, вокруг которого вращались все практические проблемы обеспечения обороноспособности страны, и поэтому понятно, что Генеральный штаб всегда комплектовался лучшими кадрами офицеров и генералов, имеющих необходимое образование, опыт работы в крупных штабах объединений и имеющих необходимый военный кругозор, склонность к штабной работе на самом высоком уровне.

Особая ответственность на Генеральный штаб и его руководителя возлагалась в случае возникновения угрозы войны. В предвоенные годы Генеральный штаб РККА должен был осуществлять стратегическое и оперативное планирование применения Вооруженных сил СССР в войне и крупных операциях, заблаговременно готовил театры вероятных военных действий, совершенствовал организационную структуру войск, занимался мобилизационными вопросами, вопросами материально-технического обеспечения РККА. Он должен был руководить оперативной подготовкой высшего командного состава, оперативной подготовкой высших войсковых штабов и разработкой теории военного искусства. Кроме того, он должен был обосновывать и направлять промышленности заказы на производство техники и вооружения для РККА и решать еще много других вопросов. Безусловно, выполнением каждого конкретного блока задач занимались конкретные управления, но задачей начальника Генерального штаба было оперативное управление их работой. Для этого требовались большие знания и опыт управленческой работы на самом высшем уровне руководства вооруженными силами всей страны. Г.К. Жуков, по его собственному признанию, навыками такой работы не обладал, а склонности к штабной работе не имел вообще.

После перевода С.К. Тимошенко и Г.К. Жукова в Москву пристальное внимание руководства страны к Киевскому особому военному округу не снизилось, а даже наоборот – еще больше возросло. Этому всячески способствовали и нарком обороны, и начальник Генерального штаба, которые по-прежнему считали этот округ «своим» и делали все возможное для его развития.

Новым командующим войсками Киевского особого военного округа после перевода Г.К. Жукова стал генерал-полковник Михаил Петрович Кирпонос, которому в начале 1941 года только исполнилось 39 лет. Он был рядовым во время Первой мировой войны, а в 1918 году добровольно вступил в Красную армию. Участвовал в Гражданской войне в должности командира батальона, помощника и командира стрелкового полка. В 1927 году окончил Военную академию имени М.В. Фрунзе. В начале 30-х годов он получил определенный опыт в командовании стрелковой дивизией. Но затем в течение пяти лет, с 1934 по 1939 год, занимал административную должность начальника Казанского пехотного училища. Только в конце 1939 года, с началом советско-финляндской войны, Михаил Петрович назначается командиром 70-й стрелковой дивизии. И хотя он в этой должности особого военного искусства не проявил, тем не менее после победы над Финляндией дивизия была награждена орденом Ленина, а ее командир был удостоен звания Героя Советского Союза. После этого карьера М.П. Кирпоноса развивается с головокружительной быстротой. В апреле 1940 года он назначается командиром стрелкового корпуса в Белорусском военном округе, через два месяца становится командующим войсками Ленинградского военного округа с присвоением звания «генерал-лейтенант». А в феврале 1941 года переводится на должность командующего войсками Киевского особого военного округа с присвоением звания «генерал-полковник».