Пока длится ночь

Пролог

«В настоящей тёмной ночи души всегда три часа пополуночи»

Френсис Скотт Фицджеральд

Катунь шумела на перекатах, и в этом шуме слышался шепот. Отвесные скалы зияли провалами пещер. Словно следили сквозь ночь за компанией у костра на другом берегу. Но люди ничего этого не замечали.

Костёр полыхал. Вася, похожий в буром свитере на медведя, с трудом приволок обкатанный водой пень и швырнул в огонь. Сноп искр взвился в тёмное небо. Разгорелось. Припекло так, что Стас поёрзал на песке, отодвигаясь от жара и теснее прижался к ногам Вики, которая обнимала его сзади, сидя на бревне.

– Как думаете, сколько там? – спросил Стас, бросив ветку в костёр.

– Градусов пятьсот по Цельсию, – чуть заплетающимся языком ответил кто-то с другой стороны.

– Тысяча! – воскликнул сидевший справа. – В таком пекле стекло плавится. Значит тыща, как минимум.

Все уже порядком выпили. И сейчас готовы были спорить на любую тему, как и в студенчестве двадцать лет назад.

Стас подумал, что сегодня можно выключить сыщика и просто отдохнуть, наслаждаясь близостью девушки и компанией её друзей.

В небольшом светлом круге собрались все. Кто-то чуть в тени, кто-то ближе к огню.

– Спине прохладно, – пожаловалась Вика.

Стас поднялся, шагнул через бревно, выйдя из круга света. Уже в двух шагах невозможно было ничего разглядеть. Накинул на плечи подруги ветровку, оставшись в одной футболке. Поёжился и вернулся к теплу.

– Сам не замёрзнешь?

– Нет, – усмехнулся он, – меня твои руки греют.

– Вы только ночью в палатке не грейтесь друг о друга! – засмеялась Люба высоким от выпитого голосом. – Звукоизоляции-то нет. Всем завидно будет.

– У тебя муж под боком! – одёрнули её с той стороны.

– Муж дрыхнуть будет, – ответила она насмешливо. – Чувствую, пойду в палатку к Вике.

– Несправедливо! – возмутился муж, долговязый и нескладный мужик, кажется, Толик. – Кому-то, значит, две барышни, а кому-то жена-изменщица!

Народ засмеялся, причём муж – громче остальных. Люба фыркнула.

– Народ, темно совсем, – пробормотал Вася. – Луны нет.

– А тебе страшно?

– Повыть не на что?

– Дык отлить хотел, а тут такое. Не заблудиться бы.

– Ты главное на палатку не отливай!

Все снова рассмеялись.

Стас уже не понимал, кто и что говорит. Он видел только яркое пятно пламени и силуэты людей вокруг него. Когда из темноты кто-нибудь подходил к костру, было ощущение, что человек появляется из небытия.

Вика нежно гладила шею Стаса. Он сильнее прижался к девушке и подумал, что кто-то будет-таки завидовать сегодня ночью. Её горячие пальцы скользнули за ворот футболки, пробежались по волосам на груди. Он погладил ласкающую руку.

Пламя заслоняло сидящих по другую сторону, и Стас надеялся, что их тоже не заметно.

– Вы тут еще взасос начните лизаться, – грубо произнес сидящий справа.

В голове всплыло имя – Родион. Стас чуть прищурился, взглянув на недовольного. Дорогая маммутовская куртка, соломоновские кроссовки.

«Выпендрежник. Не зря такую куртку напялил. Мамонт. Нет! Дерьмо мамонта», – пронеслось в голове Стаса, и он ухмыльнулся.

– Петтингом при всех не надо заниматься, – продолжил Родион. – Идите в кустики или в палатку, вон.

Стас занервничал. «Тоже мне альфа-самец нашёлся». Захотелось подняться, подойти и врезать в нагловатую морду. А может, и того пуще – свернуть ублюдку шею или перерезать горло, плавно скользнув сталью по коже.

«Брр! Что за чушь в голову лезет?» – удивился Стас внезапно накатившей кровожадности.

Вика, словно почувствовала порыв друга, впилась пальцами в грудь Стаса, удерживая на месте.

Вдруг что-то звякнуло, и в костре оказалась квадратная зелёная бутылка. Этикетка с оленем тут же начала сворачиваться трубочкой, темнея по краям.

– Нафига? – лениво протянул кто-то.

– Проверим! – весело заявила Люба, – К утру оплавится или нет.

– Говорю же, точно оплавится, – расслабленно произнес Родион.

Зашипело. И Стасу показалось, что это он стравливает пар.

– Какого черта с дозатором бросили?

Шипение усилилось до свиста и вдруг прекратилось.

Тишина наполнилась потрескиванием костра и гулом воды.

Хлопнуло коротко, зло, оглушающе.

Стас толкнул Вику назад и сам уткнулся в песок. Некоторое время он лежал, соображая. В голове гудело, время застыло, и странная тишина затопила сознание. Он на какое-то время потерялся. В глазах помутнело. Словно кто-то накинул на лицо зеленовато-белесый тюль. Потом всё прошло.

Костровища как не бывало. Даже тяжеленный пень опрокинуло. Горящие головешки разлетелись на несколько метров.

– Идиоты! – заверещала Люба, – Детство в жопе заиграло?! У вас там что вместо голов?!

Стас поднялся на ноги и охнул – в руке резануло. В плече торчал кусочек зеленого стекла, и из-под него стекала тонкая струйка крови.

– Придурки! – крикнула Вика.

Почти все упали на песок. Кто-то из парней ржал, пытаясь подняться.

– Что, обосрались?!

– Говорил же, с дозатором нельзя!

Стас оглядывал ребят. Все ли в порядке?

Кто-то озирался, Вася уже сгребал ногой разлетевшиеся головешки, Люба лежала в обнимку с мужем.

Взгляд задержался на Родионе.

Тот сидел неподвижно, с рукой у горла. Из-под плотно сжатых пальцев толчками выходила кровь. Вся куртка уже пропиталась тёмным.

Стас шагнул к нему, ещё не понимая.

Рука сидящего безвольно упала вниз, обнажив огромную рану поперёк горла.

В ушах загрохотала река. Голоса отдалились, словно гудели из-под толщи воды.

Стас вдруг понял, где видел такие же раны – на фотографиях с мест убийства.

Родион стал медленно валиться на бок. В мёртвых глазах плясало пламя.

«Твою мать! Это была только мысль! Мимолетная шальная мысль?! Как так-то?!»

– Родька!

Вопль вернул Стаса в реальность, голоса и треск костра нахлынули потоком.

Он бросился и подхватил тело.

«Кто мог его убить?» – крутилось в голове.

Глава 1

О поездке договаривались за две недели. Так что Стас загодя предупредил всех клиентов о недельном отпуске. Забот частному сыщику всегда хватает. Но надо и честь знать.

Уже три месяца Вика была с ним и вот теперь решила представить друзьям.

Единственное, на чем настоял Стас – взять его машину. Ауди была и комфортней, и полный привод для поездки по Алтаю подходил больше.

С ребятами Вика собиралась встретиться на Семинском перевале.

Решили выехать рано утром, по прохладе. День обещал быть солнечным и жарким. Высокое голубое небо отливало ультрамарином, отражаясь в синем боку машины.

Стас сидел за рулем, слушая тихое бормотание радио и урчание двигателя, ждал Вику.

Дверь подъезда распахнулась и с рюкзаком на плече появилась девушка.Она махнула Стасу рукой. Он заулыбался, скользнув взглядом по белой футболке, обтягивающей крепкую грудь и отметил про себя, что панамка, темные очки и кроссовки – самое то для путешествий. Нажал кнопку, открывая багажник. Вика бросила рюкзак туда, к аккуратно упакованным вещам Стаса.

– Привет! – весело сказала она, забираясь на переднее сиденье. Свободные спортивные штаны приятно округлились на попе, когда она усаживалась.

– Приве… – не успел ответить Стас, как губы девушки уже впились в его, жадно целуя.

– Готова? – спросил он, когда Вика чуть отстранилась.

– А ты?

Стас чуть скривился – он не любил этой манеры отвечать вопросом на вопрос. Но решил на этот раз не усложнять и шутливо ответил:

– Всегда готов!

– Тогда вперед!

Трасса была свободна, и ехали быстро. Вика беззаботно болтала всю дорогу до границы Алтая, предвкушая встречу с друзьями.

– Мы такой компанией не собирались уже года три, наверное. Последний раз был… – она вдруг замолчала, – а, не важно!

Вика махнула рукой, словно отгоняя тяжёлые мысли. Стас решил не выяснять, какие. Захочет, сама расскажет. Да и в принципе, какое ему дело?

Некоторое время ехали молча. Едва вдалеке справа появилась зеленоватая вода Катуни, как Вика решила открыть окно.

– Слушай, может все же с кондером поедем? – начал Стас, но девушка, словно не услышав, воскликнула:

– Обожаю эти места!

Стас мельком глянул на округлую грудь под футболкой, вздохнул и молча выключил кондиционер. Ладно, не ругаться же по пустякам.

До перевала долетели быстро. Где-то тут Вика договорилась встретиться с друзьями. Но обочина была пуста. В полосатой палатке шашлычник переворачивал шампуры и поддувал в мангал лопаткой.

Запарковавшись, Стас с Викой вышли прогуляться и размять ноги. Пахло мясом и выпечкой.

– Позвонишь им? – спросил Стас.

– Приедут, – ответила Вика. – Пока мы с тобой чай попьём, пока что-нибудь перекусим. Если не появятся, тогда и позвоню.

Стас кивнул, и они пошли в сторону палаток.

– Едут! – воскликнула Вика, всматриваясь в подъем трассы. – Оказывается, они прямо за нами были.

Стас глянул в ту сторону. Над плывущим по асфальту горячим воздухом поднималась ярко-зелёная пластиковая коробка багажника, закреплённого на крыше машины. Следом показались тёмно-серые стойки хондовского паркетника.

– Васька! – закричала Вика и запрыгала на обочине, размахивая руками.

Хонда включила поворот и остановилась, не доезжая до девушки. За ней припарковался белый седан мерседеса.

– Родька за рулём, – прокомментировала Вика. – Отлично! Все в сборе.

– А где ещё двое? – спросил Стас.

Вика говорила, что ребят будет шестеро.

– С Васькой должны были ехать Люба с Толиком и Соня.

– Угу, – пробормотал Стас.

– Не переживай, я всех представлю.

– Все равно не запомню с первого раза. На лица память хорошая, а на имена так себе.

– Ты же сыщик, – удивилась Вика, – должен все примечать и запоминать.

Стас усмехнулся такому представлению о его работе, но спорить не стал.

Из первой машины вышли две пары средних лет.

Водитель, невысокий коренастый черноволосый с короткой стрижкой под ёжик, первым подошел к Вике и коротко обнял ее.

– Привет, – буркнул он.

– Знакомься – Стас, Стас – Василий.

Водитель крепко, но быстро пожал протянутую ладонь. И тут же затопал в сторону шашлычника. От мангала разносились восхитительные ароматы, так что Стас даже слегка позавидовал такой целеустремленности.

«Упёртый, себе на уме, немного замкнутый, но скорее всего ровный мужик» – подумал Стас.

– Люба и Толик, – представила тем временем друзей Вика.

Стас познакомился и с ними. Тощий Толик пожал протянутую руку двумя ладонями и чуть склонился при этом. Тут же резко отдернул руки и произнес:

– Приятно познакомиться.

Люба весело рассмеялась. И с улыбкой заявила:

– Вы не думайте, он вас боится больше, чем вы его. Программисты народ пугливый.

Толик покраснел.

– Простите мою жену, она всегда так. На самом деле никто никого не боится. Разве что я её немного.

При этом Толик подмигнул Любе, от чего та вновь рассмеялась.

Стасу нравились такие открытые люди. Всегда весёлые, всегда разговорчивые. От них, как правило, не ждёшь ничего плохого. Хотя Толик был слегка чудаковатым. Стас заметил на его поясе ножны, откуда торчала рукоять. По изогнутой форме ножен можно было предположить, что в них скрывался кукри. Стас едва слышно хмыкнул.

Эта пара тоже ушла вслед за Василием разведывать, что там с шашлыком.

Следом к Стасу подошла бледная тихая женщина.

– Соня, жена Василия, – представила Вика

– Приятно познакомиться, – холодно бросила женщина, кивнула и пошла в сторону, разглядывая пейзаж.

«М-да, не очень ей приятно» – решил Стас.

Из мерса вышли двое.

– Привет, дорогая!

– Привет, Родион, – ответила Вика, как показалось Стасу, довольно сухо.

Подошедший склонился и поцеловал Вику в щеку очень близко от губ. Стас прищурился. Родион подмигнул ему и провел рукой по спине девушки, ненадолго задержав ладонь на пояснице.

«Какого хрена» – подумал Стас, но промолчал. Не устраивать же скандал. Хотя ему это не понравилось. Как и Родион. Он сразу показался скользким самоуверенным типом.

– Кристина, – представила Вика. – Кристина, это Стас.

– Очень приятно, – сухо произнесла высокая женщина, бросив оценивающий взгляд на Стаса.

Её тонкие черты неуловимо напоминали Стасу поэтессу. Но скулы казались слишком острыми, отчего лицо напоминало застывшую маску.

– Вот и всё! – воскликнула Вика, выводя его из легкого оцепенения. – Познакомились! Можем перекусить и ехать дальше.

Все, кроме Сони, взяли по шашлыку. Сели за круглым пластиковым столиком и принялись жадно поглощать сочное, пахнущее дымом мясо.

– Надеюсь, это свинина, – пробурчал Вася.

– А ты спроси у продавца, – усмехнулась Люба.

– Он-то конечно скажет правду, – парировал Толик.

– А что вы так сразу к нему несправедливы? Может, он порядочный человек? – попыталась заступиться за шашлычника Вика.

Продавец, не подозревая о разносе, весело улыбался новым покупателям. Стас определил его, как умеренно честного. Как минимум, о честности сообщала табличка с указанием цены и веса шашлыка. Не в каждой палатке такое встретишь.

Стас на автомате подмечал нюансы поведения людей и мелкие детали. Это было частью его профессии.

– Едем до Акташа? – спросила Кристина. – Как обычно?

– Конечно! – поддержала ее Вика.

– Ага, погоди, сейчас начнется… – Толик неожиданно подмигнул Стасу.

Стас не понял, что сейчас начнётся, но встревать не стал. Новая компания – свои правила.

К столику подошла Соня.

– Давайте прогуляемся до вершины, – безапелляционно произнесла она. – Оттуда виды красивые на перевал. Давно там не были.

– Это времени займет час, не меньше! – запротестовала Вика. – До Акташа можем не успеть.

Толик многозначительно взглянул на Стаса. Мол, я же тебе говорил – начнётся.

– Голосуем! – коротко, но ёмко сказал Родион. – Кто за прогулку на гору – поднимите руки.

Подняли трое: Соня, Люба и Толик.

– Стас? – спросил Родион.

– Я воздержусь, пожалуй.

Стас здраво рассудил, что если трое были за, то четверо против. На гору его особо не тянуло, хотя вид оттуда действительно хорош. Синегорье открывалось во всей красе. Поистине Рериховские виды. Но Стас был там много раз, а сейчас ему хотелось добраться до привала, уединиться в палатке с Викой.

– С этим все ясно, – заявил Родион. – Вика ему весь мозг свернула. Он теперь на её стороне до конца.

Родион усмехнулся, словно выдал шутку, но никто его не поддержал.

– Я тоже за, – вдруг произнесла Кристина и подняла руку. – Прогуляться надо, ноги размять.

– Черт! – тихо ругнулся Вася. – Опять придётся рядом с Инёй ночевать.

– Точно, – подхватила Вика. – Помните, какое там место?

– И какое? – с вызовом спросила Соня.

– Отвратительное. Я бы не стала там останавливаться.

– В прошлый раз стояли – никто не умер, – возразил Толик.

– Ага, помните, Вася чуть не утонул.

– Вася бухой был в хлам, вот и поскользнулся.

– Всё! Замяли! – заявила Люба. – Будем действовать по обстановке.

– Значит идем любоваться видами, – подытожил Родион.

Стас подумал было перейти на сторону несогласных, но ведь и впрямь решат, что только из-за Вики. Он промолчал.

В гору поднимались минут тридцать. Правда, сперва доехали на машинах до базы, а уже оттуда пешком. Сначала по вьющимся вокруг здоровенных кедров асфальтированным дорожкам, затем по петляющим по склону тропкам. И последние триста метров – по прямой в гору.

Большинство из ребят запыхались. Только Вася пёр, как бык, да и Вика от него не отставала. Сам Стас легко держался в группе лидеров.

Вышли на вершину, и тут же не пойми откуда налетел ветер. Жара, что давила у подножья, отступила, сменившись приятной прохладой, но порывы заставляли Стаса ёжиться и кутаться в куртку.

– Не холодно? – спросил он Вику.

– Нет, что ты? Всё отлично!

Они постояли на вершине, походили вокруг разбросанных каменных глыб. Окружающие виды расслабляли и дарили умиротворение.

Спускались молча. Даже вечно болтливая толстушка Люба тихо шла под руку с мужем.

Соня плелась рядом с Васей. Вика говорила, что у них какие-то странные отношения. Любви давно нет, живут ради ребёнка. Их руки иногда почти соприкасались.

Родион с Кристиной шли обнявшись.

Вика рассказывала о друзьях, но знакомить не спешила. Стас уже думал, что и вовсе обойдется без этого, но не обошлось. Что ж, все, что ни делается – к лучшему. В горах хорошо, так что даже с незнакомой компанией можно отлично отдохнуть. Серьезных походов не предвиделось. Так… прокатиться по знакомым местам. Сходить в однодневки, попить вискарь у костра.

По машинам расселись так же молча.

Лишь перед самым отъездом к Стасу подошел Василий и протянул чёрную коробочку с антенной – рацию.

– Держи, – пробурчал он. – Мы на третьем канале. Дальше местами сотовый не ловит.

– Спасибо, – поблагодарил Стас и протянул рацию Вике.

Та нажала кнопку передачи и произнесла:

– Синий лидер – всем. Отправляемся!

Раздался звук помех, шипение и голос Любы:

– Первый пошел!

На Чике-Тамане не останавливались. Кто-то из девушек предложил ехать так. Вдруг всё же получится долететь до Акташа.

Когда трасса снова вернулась ближе к Катуни, солнце уже зашло за горы. Сумерки наступили внезапно, словно кто-то набросил серую ткань на торшер в комнате.

Раздалось шипение рации:

– Ну так что? – спросила Кристина. – Останавливаемся, где в прошлый раз?

– Давай, – устало подтвердила Соня. – Я вымоталась. А там ровный песчаный пляж. Ни деревьев, ни камней. Да и местные вроде не особо шастают. Всё спокойней.

Минут через десять Вика начала высматривать съезд с трассы.

– Где-то здесь, – бормотала она. – В прошлый раз где-то тут съезжали. Вот! – вдруг воскликнула она, указывая на едва заметную грунтовую дорогу.

Стас притормозил, показал поворот и свернул налево с трассы в сторону берега. Свет фар выхватил грунтовый съезд, плотно окруженный пыльными кустами.

Дорога тут же пошла на спуск. Внизу густой ивняк окружил машину, казалось, что едешь по джунглям. И вдруг ветви кончились, открыв большой намытый рекой песчаный пляж. Пустой. Ни следа машин. Ровная, словно выглаженная водой или ветром поверхность. Стас затормозил, но сзади тут же засигналили.

Снова закряхтела рация:

– Давай, продвигайся, не тормози. Место то самое. Чувствуешь лёгкий дискомфорт? Это оттого, что тут когда-то был скотомогильник.

Послышался булькающий смех Любы, словно её душили и заставляли смеяться одновременно.

– Это правда? – спросил Стас Вику.

– Да она шутит!

– Точно? Мне и впрямь жутковато.

– Ты чего? Сказок испугался?

– А вдруг правда? – спросил Стас, сделав страшные глаза, и проехал на песок.

– Нет! Это точно неправда и Любкины шутки.

Вика улыбнулась.

– Вот увидишь, спать ты сегодня будешь, как младенец.

– Согласен, – ответил Стас и вырулил на ровную площадку.

Место для лагеря было неплохое. Плотный песок, несколько больших серых от времени бревен. Чёрный круг старого костровища. Не слишком радостно, но приемлемо – есть, где поставить палатки и машины. Рядом рокотала Катунь. Больше звуков не было никаких, и Стас обратил на это внимание, но значения не придал, мало ли. Сейчас разожгут костерок, рассядутся, выпьют… Он улыбнулся, припомнив подобные дружеские посиделки у костра. Вечер обещал быть отличным.

Глава 2

Стас осторожно опустил тело Родиона, уложив навзничь вдоль бревна. Всё вокруг было залито кровью. Она растекалась по песку, густея на глазах. Стас оглянулся по сторонам. Вася замер, вытаращив глаза, Кристина тяжело поднималась с земли, Люба и Толик сидели, сцепившись руками, и женщина вопила на одной ноте «Да что же это, что же это!», а муж пытался её успокоить: «Любаша, ну ты что, Люба…».

Вика, стоя на коленях, кричала сквозь прижатые ко рту ладони, по запястью тонкой струйкой стекала кровь.

С другой стороны костра слышался голос Сони: «Что случилось?», но через пару секунд она подбежала и заголосила.

Вася проревел:

– Да заткнись наконец! Все!

Женщины замолчали, и только Люба продолжала всхлипывать, а Соня тяжело дышать.

Стас оглядел тело. Тонкий неровный надрез тянулся поперек шеи и вверх к правому уху. Кровь ещё вытекала, но уже не так обильно. Глаза Родиона подёрнулись пеленой, и Стас прикрыл их, выпачкав белое лицо красным.

– Э-это… это… что с ним? – пролепетала наконец Вика, поднимаясь и переступая через бревно. Тут же она заметила порез на Стасовом плече:

– Посмотри, ты ранен!

Она засуетилась, зачем-то стала стягивать с себя ветровку, но Стас, разглядывая песок вокруг Родиона, негромко распорядился:

– Принеси аптечку из машины.

Вика кивнула и побежала к ауди.

Стас внимательно посмотрел на порез. Бутылка, взорвавшись, послала ему в плечо острый осколок, который торчал теперь из руки зеленым кристаллом, а из-под него стекал алый ручеек.

У Родиона рана была совсем другой – длинная, с задранным концом, точно не от осколка. Стас принялся шарить вокруг. Где-то тут должен быть нож.

Все молчали, а потом заговорили, загомонили разом:

– Это бутылка рванула?

– Ты как, Стас? Зажми рану.

– Вытащить надо осколок!

– Он точно мертв? Ну что ты сидишь! Посмотри! – прокричала Люба Толику, и тот неохотно поднялся и подошёл.

Посмотрел на тело, и вдруг согнулся пополам, отступил за черту света, и там его вывернуло.

Вернулась Вика с аптечкой. Руки её тряслись так сильно, что Стасу пришлось самому открывать чемоданчик, доставать бинт. Вика всхлипнула.

– Давай я, – Кристина подошла неслышно, взяла бинт, перекись, достала ножницы. Её длинные тонкие пальцы действовали умело, споро. Она выдернула осколок, плечо пронзило болью, и Стас зашипел, стиснув зубы.

– Надо потерпеть, – сказала женщина, промыла рану, принялась накладывать повязку. На тело мужа она старалась не смотреть.

Люба встала и пошла к Толику, стала что-то шептать ему ласково. Вася приблизился к Стасу и сказал:

– Полицию надо вызвать. И не трогать ничего. Несчастный случай, это очевидно, но пусть они сами разбираются.

Кристина затянула узел, и Стас поморщился.

– Согласен, но с чего ты взял, что это несчастный случай? Посмотри на рану, – произнёс он, преодолевая боль.

– В смысле? – тяжело пробормотал Вася, глянул на Родиона и тут же отвернулся. – Ну а что? Ты хочешь сказать…

– Подожди, ты имеешь в виду… – протянул высоким ломким голосом Толик, возвращаясь в круг света, – тебя самого чуть не убило. По всей вероятности, Родиону досталось каким-то крупным осколком, – тут его видимо снова замутило, потому что он замолчал и отступил на пару шагов.

– Да и кто мог? – растерянно прошептала Вика. Голос её дрожал, но она старалась говорить ровно и сжимала кулачки, чтобы не тряслись так сильно руки.

– Почему ты думаешь, что это?.. – испуганно и тихо спросила Кристина. На мужа она так и не посмотрела.

– Из-за раны. Это след от ножа.

– Тогда должно быть орудие убийства! – нервно взвизгнул Толик, не возвращаясь, впрочем, к огню. Пошарил в ножнах. Они были пусты, и Стас вспомнил, что девчонки выпросили кукри для нарезки овощей. Толик растерянно озирался.

– Да кто его мог убить! – вскрикнула Соня. Она села подальше от тела, вся сжалась, обхватив колени руками, и неотрывно смотрела в костер, покачиваясь. Её невзрачное лицо исказила боль. Вася пошел к ней, но не знал, как обнять, топтался рядом неуклюже и пробасил недовольно:

– Ну и в самом деле, кто?

На их лицах так и читалось «Мы все нормальные ребята, не убийцы!»

Стас вздохнул. Не видели они, как бывает. Впрочем, этот случай был странный, вызывающе показной. Почему нельзя было сделать это где-то не у костра, зачем так?

Стас ещё раз внимательно посмотрел на Толика, на Васю, на перепуганных женщин. Никто из них не тянул на убийцу, но он был точно уверен, что Родиона убили.

– А может, – протянула Соня, неотрывно глядя в костёр, – может это кто-то другой? Ну, чужой? Подкрался, пока мы пили. Бутылку бросил в костер и… Вокруг же не видно ничего, – и она беспомощно оглянулась, сжалась еще сильнее и слабо заскулила. Вася неловко присел рядом с ней на корточки, пробормотал что-то успокаивающее, но Соня оттолкнула его и взвизгнула:

– И не надо меня успокаивать!

Стас обдумывал версию с убийцей-чужаком. Да, это звучало убедительно, но кому могло понадобиться…

Вася продолжил собирать головешки и заново разводить костёр. Пару раз наступил в кровь, и Стас сказал: