Княжья воля

Печальная повесть из уст автора помогла разрозненным картам в моей голове сложиться в подобие правильного пасьянса. Серебро тут ни при чем. Ля фам и ее шерше. Встречаются на свете такие однолюбы, с маниакальной природой своей страсти. По головам идут к субъекту обожания. Страшные люди. Я был о Шибае лучшего мнения, если честно. Старый козел. А ведь пожалуйся Любослава вовремя мужу на Шибая, мы бы с Сашкой сюда, может и не попали вовсе.

Любослава встретила мой взгляд. Смотрела долго и спокойно, будто любовалась хорошей картиной. Потом тихо произнесла:

- Благодарю тебя, Стяр. Благодарю за то, что… - замолчав, Любослава отвела глаза, опустила голову.

- Предупреди, боярыня, свою дворню, чтобы ночью по двору никто не шастал, - сказал я напоследок. - Всех предупреди. Опасно для жизни может быть.

Посланные Липаном в город Шишак и Сытка вернулись с наступлением темноты и принесли первые добытые сведения. Но прежде чем снимать показания с наблюдателей, я распорядился их накормить да кваску хмельного подать, шутка ли - целый день на ногах без полноценной хавки.

- Урманов видел, - доложил Шишак, сыто рыгнув. Вдвоем с Сыткой - крепким мужичком под тридцатку с умными глазами и черными пушкинскими бакенбардами, они оккупировали мой лежак в наполненной сумраком теремной пристройке, но развалиться на нем по-барски себе не позволили - сидели, оперев ноги в пол, прямо как на допросе.

Деятельный, похожий на обрызганного дихлофосом таракана Шишак не знал куда деть свои цепкие как у маленькой обезьянки ручонки, беспрестанно теребил и комкал в пальцах какую-то рваную тряпицу. Говорил он часто моргая, но быстро и по делу. Трое чужих северян обитают на подворье Шибая, самого хозяина на месте либо нет, либо в доме гасится. В город за это время выходил только один из троих. Я заставил Шишака дважды повторить описание внешности предполагаемого урмана, но не сопоставил устный портрет ни с кем из виденных мной у жилища Родима. Да я их и не разглядывал так, чтобы особые приметы запомнить, не до того было. Длинноволосые все да бородатые....

Сытка полностью подтвердил слова напарника. Видел, мол, такого дядьку на торге у рыбного прилавка. Купил тот корзину плотвы и свалил.

- Точно - чужой?

- Чужой. Мы городских всех знаем.

Не густо, но уже кое что. Теперь мы хотя бы в курсе, что урманы никуда из городишки не делись, тихо гнездятся в обители беглого боярского брата, а вот грызут ли они на наш счет ноготь - большой вопрос.

Стемнело настолько, что я решил - пора за дело! Кликнул свободную от караула братву, чтобы запалили факелы, притащили на двор колышки и веревки. Подвел всю ораву к внутренней стороне ограды, прицелился пальцем в куцую травку.

- Сюда втыкай! И сюда!

- Так? - зашипел Невул, блестя белками.

- Нет, подальше. Вяжи веревку. Тяни. Крепче! Вот так, хорошо. Жила, следующий кол втыкай сюда и вон туда. Давай еще веревку, Ноздря! Вяжи, натягивай. Растягивайте теперь там да колья не забудьте.

Будь у меня ящичек гранат на руках, я бы таких растяжек под забором понаставил - любой минер ладонь под козырек. Умею я это дело. Но имеем, то, что имеем. Тот, кто надумает в темноте спрыгнуть с ограды внутрь усадьбы, вероятностью в семьдесят процентов запнется о натянутую в траве веревочку, понаделает шума, а то и упадет. Упадет на заботливо воткнутые чуть впереди остренькие колышки. А там и мои ребятишки из ближайшего сарайчика подоспеют спросить: "Какого хрена вы тут, товарищ, падаете?!"

Где же, мать его засранца, Одинец?! Скоро сутки пройдут как его нет. Укол беспокойства породил гнев. Явится - башку откручу паразиту!

Наверное, час прошел как я увалился отдыхать все в той же каморке в тереме. Перед сном проверил все посты, еще раз провел инструктаж среди парней кому где сидеть и что делать при шухере. Так устал за день, думал - рухну и умру до рассвета. Но сон все не шел. Ворочался и злился. А потом и не до сна стало. Ночную тишину внутри теремной оградой порвал в клочья дикий вопль. Так орут только от боли, ну еще от страха.

Глава четвертая

Да что ж так орать-то!!! Всю усадьбу на ноги поднял. Почему ему никто глотку не заткнет?

Торопясь, в темноте я засунул ногу не в ту штанину. Чуть не шлепнулся на пол. Подхватил меч, пнул ногой дверь и выбежал на крыльцо.

Первая моя догадка о том, что громко страдает на весь город кто-то из своих подтвердилась. Второе предположение, что это никто иной как Одинец - нет.

Дрожащий свет от одинокого факела выхватывал катающегося по земле конюха Чувыню. К моему приходу он уже не орал, а только тихонько подвывал от боли. Заботливо воткнутый накануне в землю острый колышек перекочевал в организм конюха, насквозь пронзив жилистую ляжку в потрепанных временем штанах.

Возмущенное негодование вырвалось из меня одним емким словом:

- Блядь!

- Чего таращитесь?! - прикрикнул подоспевший среди прочих любопытствующих Рыкуй на парочку офигевших дулебов, что первые с оружием в руках прибыли на место происшествия. - Вытаскивайте из него деревяшку, перевязывайте рану. Тут ничего страшного, мясо пробито, кость цела, Дохот травами присыпет, отварами отпоит, через седмицу конем скакать будет.

Притихшего от утешительного прогноза Чувыню обработали прямо на земле. Вынули кол, помогли стащить заляпанные порты. Кровь из него не фонтанировала, ибо повезло, никакой артерии на задело. Перевязали дырки в ноге его же, далеким от белоснежного цвета исподним. После всех положенных процедур пострадавшего подняли на ноги, точнее на ту из нижних конечностей, на которую он смог без боли опираться. Я подошел к нему поближе.

- Скажи мне, Чувыня, ты действительно один такой дурак или все конюхи такие? Мне казалось ты понимаешь человеческую речь не хуже остальных. Тебе объясняли, что ночью ходить по двору нельзя?

- Объясняли, - гримасничая от боли выдохнул конюх.

- Так какого хрена тебя понесло куда-то?

- Приспичило. Квасу бродячего хлебнул вечером, думал добегу до ямы, а тут - вот… под оградой пришлось. Утречком бы я все убрал...

Ишь какой стеснительный холоп пошел. Я бы на его месте напорол в стойло да на коня свалил, мало ли чего там за прожитый день глупая животная слопать ухитрилась.

- А вы куда смотрели? - переключился я на дулебов Мерко и Филина. - Вы же вместе с ним в конюшне сидели, зачем выпустили?

- Так мы это... - заблеял Мерко, виновато тряхнув кучерявой шевелюрой, - заспали маненько...

Тьфу ты, баранья башка! Мало я вас на торге лупил, бестолочей!

Липан сноровисто сунул под нос каждому из горе сторожей внушительный кулак, позволив как следует занюхнуть запах грядущих неприятностей и разогнал набежавший народ по отведенным местам.

А сработала ловушечка! Улов вот только не такой как мечталось, но оно по большей части всегда так - пойдешь на налима, принесешь Никодима.

Больше никто за эту ночь на наших растяжках не запалился. Урманы то ли передумали, то ли вообще не планировали на нас рыпаться, а из своих желающих от боли покорчиться больше никого не нашлось. Поумнели.

Утром Шишак и Сытка наскоро позавтракав, умчались в город собирать информацию о веющих над нами враждебных силах.

- Повнимательнее там, - напутствовал я дулебов. - Если что-то важное увидите или услышите - бегом назад с докладом!

Лично проверил караул на воротах и дворе позади терема, справился у Жилы об Одинце - не появлялся ли? Не появлялся.

Судя по безоблачному небу и отсутствию ветра будет сегодня днем градусов двадцать семь не меньше. С самого утра жарко.

- Слушай, Стяр, - заговорил Ноздря, после того как мы «разрядили» «от дурака» на время светового дня все растяжки и сели отдохнуть за пустым столом под навесом. Ноздря украдкой пробежал взглядом по лицам Липана и Невула. - Мы тут вот что подумали…

Неожиданный заход. Тем паче из уст быковатого Ноздри. Я внутренне подобрался, ведь разбойничья душа такие потемки - без фонаря не разберешь где чего от сердца идет, а где от желудка.

Я перекинул ногу, оседлал лавку, поправил ножны с мечом. Ужасно неудобная штуковина, хоть и привык уже, но постоянно обо что-то задевает, цепляется.

- Продолжай, Ноздря, слушаю тебя в оба уха.

- Шишак сказал, что у Шибая обитает всего несколько урманов, а сам Шибай пропал. Так?

- Угу, - кивнул я, недоумевая в какую сторону клонит дулеб.

- Так давай мы сами их там навестим. Пусть ответят за погибель боярина вировского Головача.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.