Драконий отбор

Часть первая. Глава 1

В огромный дворец драконьих королей Геллу привезли накануне. Дня еще не прошло. Здесь все было иначе, она никак не могла привыкнуть к своему новому положению и обычаям. И к тому, что в ее комнаты могут входить все, кто попало. Вот как сейчас.

Распорядительница-айлида вошла без стука и сообщила «приятную» новость:.

– Леди Геллиана, вам следует явиться на большую дворцовую террасу.

– Зачем?

– Вы приглашены на прогулку.

– Не думаю, что я пойду, – сказала Гелла. – Сегодня слишком ветрено.

Взгляд айлиды сделался жестким.

– Это приказ короля.

Вот оно что, приказ. Значит, нечего обсуждать.

– Благодарю его величество за приглашение. Я буду.

Уж неизвестно, чего ждала распорядительница гарема – отказа, бунта, повода? Но, очевидно, ожидания не оправдались, в глазах айлиды отразилось легкое разочарование. Которое тут же скрылось за холодной улыбкой:

– Я прикажу, чтобы вас обрядили и причесали.

Это раздражало больше всего – гаремные правила. Гелла привыкла к совершенно иной жизни, но сейчас приходилось терпеть. Спустя минуту появились служанки, принесли наряд – открытое воздушное платье, состоявшее из узкого лифа и юбки с многочисленными разрезами до самого бедра, и к нему накидка и прозрачное, затканное золотом покрывало. По знаку айлиды все разложили перед ней.

Подобную одежду носили женщины гарема. Гелла подумала, как же им всем хочется низвести ее до положения простой наложницы. Не выйдет.

– Скажите, – показала она на платье, – это был приказ короля?

На лице распорядительницы обозначилась натянутая улыбка, женщина с нажимом произнесла:

– Таков обычай, у нас все носят такую одежду.

– Я родом издалека, у нас принята другая одежда, – проговорила Гелла. – И если нет приказа его величества, я бы хотела отправиться на прогулку в своем платье.

Айлида сухо поклонилась:

– Как будет угодно леди.

Обернулась к служанкам:

– Одеть госпожу и сопроводить на дворцовую террасу.

И вышла.

***

И вот теперь Гелла стояла у края большой дворцовой террасы совершенно одна. Ветер трепал ее рыжие волосы и раздувал подол закрытого темного платья. Прислуга, охрана, все держались в стороне. Таков был приказ короля. Остальные красавицы, приглашенные на прогулку, желая поберечь цвет лица, укрылись в шелковом шатре.

А в небе над дворцом парил дракон.

Огромный, черный, его тень могла накрыть половину дворца. Гигант резвился – то подлетал ближе, а то свечой взмывал вверх и потом камнем падал, сложив крылья. И каждый раз пролетал над террасой, накрывая ее своей тенью. Гелла была уверена, что он делал это специально. Чтобы произвести впечатление. Впечатление он производил, у нее от неприятного предчувствия сохло во рту и непроизвольно сжимались пальцы.

Но вот дракон стал снижаться и подлетел к террасе. Гелла медленно выдохнула, охватывая гладкие перила мраморного ограждения, на лице застыла улыбка. Сейчас…

На мраморный пол ступил уже мужчина. Высокий, выше обычного человеческого роста, крепкий, ослепительно красивый. И страшный.

Ее сводный брат, король Дункан.

– Гелла, – рокочущий голос, низкий.

Он подошел вплотную и взял ее за подбородок.

– Ждала меня?

Красивые темные глаза сузились, а по губам скользнула улыбка. А дальше он сказал то, чего она больше всего опасалась.

– Тебе пришла пора выходить замуж.

Гелла промолчала.

– Мы назначим отбор. Таковы правила, – Дункан говорил негромко, огненные глаза опасно мерцали. – Сильнейшие из драконов будут биться за тебя.  И тот, кто пройдет все испытания и сможет победить на поединке меня…

Мужчина рассмеялся и медленно, словно во сне, провел большим пальцем по ее губам, а потом продолжил:

– Возьмет тебя в жены. А если смельчаков не найдется или они все погибнут. Случайно. Тогда я женюсь на тебе сам. Скажи, Гелла, ты хочешь замуж за короля?

Дункан резко убрал руку и сжал пальцы, а после отвернулся и пошел с террасы прочь.

Гелла смотрела ему вслед.

Вот этого она и боялась. Здесь нет никого, кто мог бы сравниться силой с королем драконов. Он сильнее всех. И этот отбор, который он хочет затеять, всего лишь фарс. Потому что никто не сможет победить на поединке Дункана.

Она крепче стиснула гладкие перила мраморного парапета и нахмурилась.  Ей остается только надеяться на чудо.

***

А король с террасы ушел не сразу.

Он специально остановился у шелкового шатра, где его сразу же со всех сторон обступила толпа разряженных в полупрозрачные цветные ткани красавиц. Все они смеялись и щебетали. А он слушал, снисходительно улыбаясь.

И вдруг бросил на Геллу взгляд.

Это длилось несколько бесконечно долгих мгновений, потом Дункан повернулся спиной, словно забыл о ней. И сосредоточил свое внимание на одной из фавориток, яркой темноволосой красавице, дочери первого советника. Теперь девушки из толпы, окружавшей короля, посматривали на Геллу с нескрываемым превосходством.

Ее появление приняли в штыки, гарем сразу увидел в ней угрозу.

А ей, если честно, было безразлично.

Она бы никогда тут не оказалась, если бы не умер старый король Одхан, отец Дункана. Гелла была дочерью Иарис, последней жены Одхана. Стареющий дракон так любил ее, что взял с ребенком. Они с матерью никогда не жили в большом дворце. Для любимой жены Одхан сделал исключение. У них был свой маленький дворец на юге у моря, дракон часто прилетал туда и иногда даже жил неделями. И все было хорошо.

До тех пор, пока однажды с ним не прилетел его сын Дункан. Увидел там Геллу и сразу запал на нее. Одхан тогда сделал выговор сыну и запретил появляться там. А теперь старый король мертв. Дункан унаследовал трон. И первое, что он сделал, став королем, – приказал забрать ее у матери и привезти сюда.

Со стороны шатра по-прежнему доносились смешки и обрывки фраз, несколько раз даже слышался раскатистый мужской смех.

О ней, кажется, забыли. Гелла выждала еще некоторое время, а потом знаком подозвала своих прислужниц и собиралась уйти с террасы. Но не успела сделать и двух шагов.

Дункан, который только что был занят разговором и не смотрел на нее, немедленно обернулся и подошел к ней.

– Куда? Я тебя не отпускал.

Ей казалось, он прожжет ее взглядом. Гелла покраснела от досады, но надо было что-то отвечать.

– Сегодня ветрено, я хотела бы вернуться в комнату, – проговорила Гелла, подавляя досаду: сразу надо было уходить. Сразу!

– В комнату? – протянул мужчина. – Похвально.

Один короткий жест – и прислуга тут же удалилась на почтительное расстояние. А он встал рядом.

– Я сам провожу тебя.

Разговоры и смешки мгновенно стихли, на Геллу уставились все, кто в тот момент был на террасе. Красавицы из королевского гарема теперь ели ее полными неприязни взглядами. Ее и так здесь едва терпели, а это уже повод для открытой вражды.

Сказать «нет» повелителю нельзя, но именно это она и собиралась сделать.

– Благодарю, – склонилась перед ним Гелла. – Но я не смею отвлекать ваше величество от дел.

Оглянулась на служанок и знаком показала идти за ней.

– Стоять, – Дункан нехорошо прищурился.

Повисло звенящее молчание, казалось, сейчас воздух заискрит. И неизвестно, во что мог бы вылиться гнев дракона, но, на счастье Геллы, в этот момент на террасе возникло движение.

Появился первый советник и с ним наряд стражи. Советник обвел острым взглядом всех, мгновенно оценив ситуацию, а потом быстро направился к королю и низко поклонился.

– Государь, дело особой важности.

Дункан, не оборачиваясь, бросил:

– Говори.

– Государь… – советник покосился на Геллу.

– В чем дело?

– Алехар задержан, – проговорил первый советник.

Это имя она слышала. Побочный сын старого короля, ровесник Дункана. О нем что-то еще говорили, она сейчас не могла вспомнить. А советник склонился к королю и прошептал последние слова так тихо, что Гелла ничего не смогла разобрать, хотя стояла рядом. До этого момента Дункан слушал невнимательно и даже готов был отмахнуться, а тут резко вскинул на него взгляд:

– Что?!

– Так, мой король, – кивнул тот.

Дункан мрачно хмыкнул, потом повернулся к Гелле:

– Можешь идти к себе. Я зайду позже.

И приказал страже:

– Проводить госпожу в ее комнаты.

***

Король уже покинул террасу, однако  красавицы из гарема не спешили уйти, а все еще стояли у шатра и шептались, косясь на нее. Неудивительно. Ведь женщин гарема сопровождают служанки, таковы правила.

Но приказы короля не обсуждаются. К Гелле подошел стражник и поклонился, отводя взгляд.

– Госпожа, позвольте проводить вас.

Она молча кивнула.

Теперь она, во всяком случае, могла уйти к себе и попытаться спокойно обдумать положение, в котором оказалась. Однако стоило ей добраться до крыла, в котором ее поселили, явилась айлида.

Гелла только что вошла и не успела даже присесть. Две ее служанки стояли рядом, на девушек сильное впечатление произвело произошедшее на террасе, они всю дорогу молчали, словно набрали воды в рот.

Распорядительница опять вошла без стука. Обозначила поклон:

– Госпожа.

И замерла напротив, уставившись на Геллу пронизывающим взглядом. А ей меньше всего хотелось сейчас видеть эту неприятную тетку.

– Айлида, – проговорила она, – я только что вернулась с прогулки и хотела бы принять ванну и отдохнуть.

Какая-то странная искра мелькнула во взгляде женщины, а потом ее губы стали складываться в ядовитую улыбку.

– О да, леди Геллиана, – она кивнула. – Но принимать ванну вам придется в другом месте.

– Что? – Гелла выпрямилась.

Ее служанки подтянулись к ней на шажок ближе. Запахло грозой.

В гареме, где улыбаются в лицо, а на самом деле норовят сожрать исподтишка, каждая, даже самая ничтожная рабыня знает, что ее благополучие зависит от госпожи, которой она служит. Благосклонность владыки, оказанная госпоже, означает, что и им перепадут крохи. Если госпожа утратит милость, они могут потерять все.

Теперь они настороженно смотрели на айлиду. А та, выдержав паузу и насладившись произведенным эффектом, проговорила:

– Потому что вы переселяетесь в другие покои.

– Зачем? Меня устраивает моя комната.

– Это приказ короля.

Ах приказ короля!

– Благодарю его величество, – склонила голову Гелла и отошла в сторону, чувствуя. что ее душат злость и досада.

Айлида хлопнула в ладоши и грозно взглянула на служанок:

– Не стойте, соберите личные вещи госпожи.

А в комнату по знаку распорядительницы стали заходить слуги. Одни выносили мебель, другие постельные принадлежности, посуду. Так слаженно и быстро.

Потом процессия с ее скарбом двигалась по дворцу на всеобщем обозрении. Все это кому-то показалось бы милостью, но только не ей. А когда Гелла поняла, куда они идут, разозлилась еще больше.

Раньше она жила в гостевом крыле, сейчас Дункан переселил ее в гарем.

Да, новые апартаменты были гораздо роскошнее, здесь даже имелся внутренний дворик с цветником. За такие покои в гареме удавились бы многие.

Но это была клетка, Дункан методично запирал ее.

Пока расставляли ее вещи, а служанки восторженно ахали, озираясь вокруг, айлида уставилась на Геллу:

– Нравятся ли госпоже покои?

Нет, Гелла не собиралась показывать своих истинных чувств. Она кивнула:

– Благодарю его величество. Очень нравятся.

Распорядительница ответила не сразу, все всматривалась, потом проговорила:

– Это еще не все. Его величество посылает дары.

– Благодарю, – Гелла опустила взгляд.

– Свою благодарность вы сможете высказать ему лично. Король собирается посетить вас сегодня, – процедила распорядительница.

Хлопнула в ладоши, стали заносить ларцы, богатую одежду, еще что-то, Гелла уже не смотрела, она не могла дождаться, когда эта тетка со змеиной улыбкой уйдет. Наконец занесли все, а та, перед тем как удалиться, добавила:

– И да, леди Гелла, король распорядился. У вас отныне будет личный телохранитель.

Глава 2

После того как айлида ушла, Гелла еще некоторое время так и стояла в задумчивости, осмысливая новые грани своего положения и свалившуюся на ее голову «милость». Потом отошла к широкому дверному проему. Служанки, похоже, так увлеклись разглядыванием королевских даров, что забыли о ней. Гелла мрачно хмыкнула про себя, глядя на них, и вышла во внутренний двор.

На нее сразу дохнуло ветром и ароматами цветущих растений. Справа был цветник с замысловатыми дорожками, а слева – крохотный водоем, в центре которого на островке стоял маленький ажурный павильон-беседка. К нему вели мостки и дорожка из плоских камней. Все это было красиво.

Но сейчас ее не интересовало ни то ни другое. Ей нужно было выяснить степень своей свободы. Гелла прошла через весь мощенный камнем двор к воротам, открыла калитку и выглянула.

По обе стороны стояли вооруженные стражники.

А прямо перед ней возник воин в темной одежде. Поклонился ей и уважительно, но без подобострастия произнес:

– Принцесса Геллиана.

То есть ее статус обозначен четко. Принцесса. Но выйти ей не позволят.

Воин не отводил взгляда, смотрел серьезно. Крепкий, хорошо сложенный, он не был обвешан оружием, как остальные стражники, только изогнутые парные клинки на поясе. Гелла отметила про себя, что у него необычное лицо. Резкие черты, смуглая кожа, особенный взгляд, выдававший примесь крови демонов. Блестящие иссиня-черные волосы были собраны в особо заплетенную косу.

Она наконец кивнула и хотела уйти внутрь.

Но тут он проговорил:

– Принцесса, если вам что-нибудь будет угодно, я здесь.

Однако. Значит, она все-таки сможет выходить куда-то? Но только Гелла собиралась спросить, к ней сзади подбежали служанки. Заахали:

– Госпожа! Госпожа!

И вдруг осеклись, уставившись на мужчину испуганными взглядами. А темный воин снова поклонился и сказал:

– Вам лучше вернуться, погода ветреная.

Еще один командир на ее голову. Теперь ей будет приказывать личная охрана? Гелла молча повернулась и ушла.

– Госпожа, – щебетали ее служанки. – Ваша ванна готова.

Она ничего не ответила. Но если к ней сегодня намерен пожаловать в гости Дункан, то лучше покончить со всем этим раньше, чем он явится.

***

Спустя час появилась дворцовая прислуга.

Ей принесли еду с королевской кухни.

Однако прежде чем их впустить, ее личный телохранитель велел страже задержать процессию, осмотрел все и только после этого дал добро. Об этом Гелле шепотом доложили взбудораженные служанки.

А теперь Гелла следила взглядом, как застилают стол скатертью с королевскими инициалами. Как расставляют на ней очень дорогую посуду из тонкого, почти прозрачного костяного фарфора, изысканные блюда в серебряных судках. Ее служанки восхищенно застыли, затаив дыхание, а одна из девушек не сдержалась, шумно сглотнула. Но тут же испуганно взглянула на нее и извинилась:

– Простите, госпожа…

– Все хорошо, – тихо проговорила Гелла, она  уж точно не собиралась наказывать девчонку за мифическую провинность.

Дворцовые слуги закончили расставлять и замерли, склонившись, а старший над ними коротко поклонился и провещал:

– Его величество передал, что вы можете начинать без него. Он будет позже. Сейчас у него дела.

– Благодарю его величество.

Старший над слугами поклонился снова, в отличие от айлиды он не вызывал стойкого отторжения, поэтому Гелла сочла нужным добавить:

– И вас лично. Все подобрано очень красиво.

– Госпожа, – по добродушной физиономии мужчины расплылась улыбка.

Он так и пятился до двери, улыбаясь и кланяясь.

Когда дворцовая прислуга удалилась, служанки сразу же оживились, кинулись к столу, горящими глазами разглядывая богатую посуду и яства:

– Госпожа, леди Гелла, попробуйте, это должно быть очень вкусно!

– Ах, ах, король так ценит вас…

Да уж, Дункан действительно постарался пустить пыль в глаза. И тем купить ее с потрохами? Только он плохо знал ее. Или вовсе не хотел знать, просто прогибал под себя.

Еда выглядела изысканно и пахла дорогими специями, но Гелла привыкла к другой пище. И совсем другая посуда была у них в доме. Толстая терракотовая керамика теплого красновато-коричневого оттенка, покрытая глазурью и орнаментами. Похожая на ощупь на идеально гладкие внутри раковины морских моллюсков.

Когда старый король Одхан прилетал к ним, он ел только из такой посуды. Простую пищу, мать готовила ему сама. Спал он тоже в обычной постели, на соломенном тюфяке. Одхан был крепким мужчиной и воином, драконы ведь не болеют и сохраняют силу до глубокой старости. Почему же он умер так внезапно…

Но тут Гелла поняла, что ее служанки скоро все тут слюнями закапают.

– Попробуйте, – сказала она. – Я разрешаю.

Девчонки тут же испуганно вытаращили глаза.

– Нет, нет, госпожа! Нам нельзя касаться посуды короля. Если айлида узнает, нас накажут…

Гелла усмехнулась.

– А мы ей не скажем. Возьмите свои тарелки и идите сюда.

Потом девчонки тихо ели в уголке, закатывая от восторга глаза. Сама она тоже попробовала немного, надо же было запачкать драгоценную королевскую посуду, да и просто поесть не мешало. Закончив с едой, спросила:

– А кстати, где айлида?

Что-то давно распорядительница гарема не показывалась.

– Ой, госпожа не знает?

– О чем я не знаю? – Гелла нахмурилась.

– Отныне только темный воин решает, кого из слуг допустить к вам.

Гелла аж застыла, потрясенно раскрыв глаза. А девушки шептались дальше.

– Госпожа, слуги говорят, он умеет распознавать яды…

– А он правда демон, как говорят?

– Кхммм, – прокашлялась Гелла.

А хорошо, однако, что Дункан распорядился приставить к ней личную охрану. Теперь, во всяком случае, ревнивые королевские наложницы ее не отравят. Вот было бы хорошо еще, чтобы ее телохранитель не пускал к ней также и короля.

А вслух она сказала:

– Пошлите за айлидой.

На нее удивленно уставились, однако вопросов никто задавать не стал.

***

Спустя некоторое время явилась распорядительница. Зыркнула на стол, коротко поклонилась ей и застыла.

– Вы послали за мной, леди Геллиана? – взгляд айлиды по-прежнему выражал неприязнь, но теперь меньше яда было в улыбке, яд ушел вглубь.

– Да, – Гелла поднялась ей навстречу. – Я бы хотела посетить могилу моего приемного отца, короля Одхана.

Взгляд распорядительницы странно блеснул.

– Как угодно госпоже. Я сообщу королю, вам выделят сопровождение.

– Не стоит беспокоить его величество из-за такой малости, у него дела, – проговорила Гелла. – Мне достаточно будет служанок и личной охраны.

– Как угодно госпоже, – айлида поклонилась и вышла.

Гелла была уверена, что распорядительница тут же побежит докладывать Дункану. Но это будет после.

А сейчас она могла выйти!

***

Но прежде темный воин внимательно оглядел ее служанок и холодно выдал:

– Вам нужно больше прислуги.

Она даже возразить не успела, что ей и этих двух девушек достаточно. А он уже повернулся и отдал распоряжение страже никого не впускать. И только после этого они вышли. Гелла сейчас была сердита, она считала, что не его дело, сколько у нее прислуги. Но этот тип двинулся вперед и еще оглянулся на них – мол, не задерживайте.

И так они и шли. В центре она, по бокам две служанки. а впереди ее личный телохранитель. На фоне попадавшихся им толп слуг и нарядов дворцовой стражи смотрелось более чем скромно. Однако ее телохранитель уверенно шел вперед, и перед ними расступались. Но стоило им свернуть, на пути неожиданно возникло препятствие.

Перед ними была процессия. Двенадцать слуг, четверо несли носилки с резным троном, четверо спереди, четверо сзади. Все одеты в цвета королевского дома. Еще четверка стражи сопровождения.

На троне восседала редкой красоты женщина. На надменном лице ни одной эмоции. Гелла отметила про себя, как эта женщина похожа на Дункана – те же черты, взгляд. Потом до нее дошло, что это королева. Мать Дункана и вдова старого короля Одхана.

Гелла склонилась, как того требовал этикет. Ее служанки тоже замерли, согнувшись в почтительной позе. А вот ее телохранитель не подумал склонить головы, темный воин даже не посторонился.

Ему это позволено? – успела только подумать Гелла. И в этот момент женщина на троне взглянула на нее, на секунду задержавшись на ее рыжих волосах. Как раз налетел ветер, взметнулись пряди, словно живой огонь.

Пронизывающий холод был в красивых, темных, как у Дункана, глазах.

Прежде Гелле не приходилось видеть эту женщину. Но она хорошо помнила, что когда дома заходила речь о королеве, ее мама умолкала. И да, у мамы были такие же ярко-рыжие волосы. Нетрудно было догадаться, почему Одхан поселил любимую женщину подальше.

Все это пронеслось в голове разом.

В следующий миг вдовствующая королева отвела взгляд и больше не взглянула в их сторону, процессия двинулась мимо.

Однако это было еще не все.

За кортежем королевы следовала целая толпа. Яркая, словно цветник или стая бабочек. Красавицы гарема, узнав, что матушка его величества собирается «почтить своим присутствием камни мостовой», тоже выбрались на прогулку, несмотря на ветер. Естественно, благосклонность королевы-матери значит не меньше, чем благосклонность самого короля, а иногда и больше.

Красавиц было пятеро. Нарядные, в богатых одеждах, и у каждой по шесть служанок сопровождения. Они практически перегораживали весь проход. На Геллу и ее более чем скромную свиту смотрели с насмешкой. Ее разодетые красавицы разглядывали особо. Ну конечно, она же выбралась в том самом простом темном платье, в котором была на террасе утром. Послышались смешки.

Пока проходил кортеж королевы, телохранитель Геллы стоял не шелохнувшись.

А тут он двинулся вперед. Медленно и уверенно, не сбавляя ход, словно не видел препятствий. Смешки разом смолкли, вся эта толпа расступилась в стороны, образуя достаточно широкий проход.  По которому можно было свободно пройти, не задев никого.

Удивительно, но своим поведением он обозначил ее статус. Глядя на широкую спину мерно вышагивавшего впереди темного воина, Гелла снова подумала, что это очень кстати – иметь личного телохранителя. Вот если бы у темного воина еще характер был попроще…

Как раз в этот момент мужчина обернулся и холодно произнес:

– Двигайтесь быстрее, принцесса. Отстаете.

Что? Вот теперь она действительно пошла быстро.

– Не вырывайтесь вперед.

Гелла закатила глаза. Но тут он сказал не оборачиваясь:

– Стойте. Мы пришли.

Ступени, ведущие к гробнице, были прямо перед ней.

***

Его величество Дункан в этот момент действительно был занят.

Из-за этого пришлось отложить все. Дело особой важности, король сам вел допрос. Спустя пару часов стражник доложил, что к нему просится айлида. Дункан скривился: с этим можно разобраться после.

После того как он закончит здесь.

И сможет наконец увидеть девушку, о которой постоянно думал с самого утра.

Но раньше пожаловала королева-мать.

Мать достаточно редко посещала Дункана. Как только ему доложили, он не оборачиваясь обронил:

– Передайте матушке, что я омоюсь и приведу себя в порядок. И явлюсь к ней.

Потом с нехорошей усмешкой взглянул на опального принца, запертого в подземной камере:

– Прости, брат, нам придется на время прерваться.

– Разумеется, – едко проговорил тот, отвешивая шутовской поклон. – Не смею задерживать короля.

Дункан уже собрался уходить, но повернулся к бастарду лицом. Ему выказывали неуважение. Алехар вел себя вызывающе, и он не выдал никого из своих сообщников. Но это пока.

– Отдохни, брат.

А тот вцепился обеими руками в толстые прутья решетки и бросил ему в лицо:

– Признайся, ты просто боишься меня!

– Тебя? – Дункан расхохотался.

И так, хохоча, вышел из подземного каземата. Только миновал коридор, другим тоном приказал:

– Глаз не спускать.

***

Оттуда Дункан направился в небольшой покой, быстро умылся, привел одежду в порядок и спустя короткое время появился в павильоне, где его ждала королева-мать. Увидев его, она поднялась с места. Дункан подошел первым и коснулся ее руки.

– Ты хотела меня видеть? Прости, если заставил ждать.

Откровенно говоря, ничего хорошего он от разговора с матерью не ждал и даже примерно мог предположить, о чем пойдет речь. А королева начала издалека:

– Мой дорогой сын, ты слишком много работаешь, тебе надо иногда и отдыхать.

Не ошибся, сейчас начнется. Дункан тонко улыбнулся: