Невеста до востребования

Глава 1

Звонок в половине первого ночи.

Мужчина удивленно поднял голову, этот странный рингтон стоял у него на номер племянницы. Невольно насторожился – что такого девчонке могло понадобиться среди ночи?

– Да, – ответил он, принимая вызов.

А из трубки послышалось:

– Дядя Саха, мне нужна твоя помощь.

Он на секунду прикрыл трубку рукой и оглянулся в сторону открытой двери кабинета. Кажется, тишина. Все спят, и никто не слышит. Прикрыл рукой трубку и сказал:

– Что у тебя случилось? Говори.

Племянница Анастасия, дочь Далгета и Леры.

Вчера был день ее рождения, исполнилось четырнадцать лет, справляли с размахом, только пару часов назад вернулись из подземного дворца. Первая мысль – нашкодила. Далгет души не чаял в дочери, это Лера держала в ежовых рукавицах, все старалась вырастить из нее леди. Вырастишь из этой оторвы леди, как же. Впрочем, сейчас Саха готов был услышать все что угодно. Только не то, что она сказала.

– Мне надо исчезнуть.

Саха застыл, прикидывая в уме, что же такого племянница могла вытворить. Взорвала дворец, угнала маминого апхеса, разрисовала стены цветными маркерами? Потом осторожно спросил:

– Зачем?

– Понимаешь, я не хочу быть пакетом до востребования.

Ничего не понял, но, похоже, разговор затянется.

Он снова оглянулся на открытую дверь кабинета. Оттуда виднелась приоткрытая дверь спальни. Так он рискует разбудить жену.

– Подожди, я сейчас.

Поднялся из-за стола и одним движением переместился из кабинета в сад. Вдалеке маячила охрана, но здесь во всяком случае можно было говорить свободно. Отошел на несколько шагов в темноту и присел на скамейку.

– Все, я тебя слушаю.

Секунду она молчала, потом выдала:

– Это все из-за Такара.

– Он что, тебя обидел? – проговорил Саха, медленно зверея. – Позволил себе что-то лишнее? Я ему хвост вырву и заставлю сожрать!

– Да нет же, дядя! Ты не понял.

– А что тогда?

– Ну… Он не обидел меня, наоборот! Он дарит мне подарки, шутит. Балует. Он мой жених. Но для него я всего лишь ребенок.

Саха прикрыл трубку рукой и наморщился. Так и хотелось сказать: «Но ты и есть ребенок».

Ведь ей всего четырнадцать. А Такар на тридцать лет старше. И пусть этот красавец – Наг не постарел ни на день и не постареет еще очень долго благодаря своему родству с асурами. Но эта разница в возрасте никуда не денется. Мозги у него устроены иначе. И да, для Такара она всегда будет малышкой, которой он менял памперсы.

– Ася, ты неправа, – прокашлялся Саха, поправляя ворот футболки. – В конце концов, ваш брак дело не такого уж близкого будущего. У вас еще будет время привыкнуть друг к другу, притереться.

Сам понимал, как коряво это звучит. Ну, не мастер он говорить. Честное слово!

– А я не хочу так, дядя! – тут же возмутилась трубка девическим голоском. – Я хочу по любви. Но я же вижу, что мой жених взрослый мужчина. И у него своя жизнь, в которой мне нет места. У него… Все! Я не хочу об этом говорить!

Повисла звенящая пауза.

Да, Саха понимал, что Такар взрослый мужик и глава клана. И трудно было бы ожидать, что он будет столько лет хранить целибат. Но за то, что это каким-то образом дошло до девчонки, он сам готов был Янтарного придушить.

– Ася, – начал он, пытаясь найти нужные слова. – Твои родители дали согласие на ваш брак. Ты же понимаешь, что теперь сложно отыграть все обратно.

– Я понимаю, дядя Саха. Поэтому и прошу тебя, а не их.

С минуту он осмысливал. Лера его убьет. Далгет… брату надо будет сказать. А Такар – сам виноват, заслужил. Наконец проговорил:

– Хорошо.

– Спасибо, дядя Саха! – совершенно по-детски взвизгнула трубка. – Люблю тебя! Ты самый лучший!

Племянница отключилась, а он остался сидеть на скамейке, глядя на гаджет в руке и прикидывая, во что эта затея может вылиться. Вдруг легкий шорох. Здесь никого, охрана не посмеет потревожить. Если только…

Саха поднял глаза. Так и есть, в конце аллеи стояла жена, смотрела на него. Серьезная, бровки хмурятся, можно не сомневаться, что-то уже себе надумала. Он тихо ругнулся про себя и позвал:

– Иди сюда.

Подошла. Саха усадил ее на колени, обнял. И затих, озабоченно морща лоб.

У них у самих старшей Диле скоро четырнадцать. И тоже сосватана. За Шираса, чтоб его… прекрасного принца асурского.

Выросли дочери.

Надо было вовремя приобретать двустволку!

Просто тогда, почти пятнадцать лет назад, это казалось даже весело. Они только что победили в такой войне. Саху переполняло счастье, оттого что они все-таки смогли пройти обряд и его Вишенка наконец с ним по-настоящему. Сейчас вся эта идея со сватовством виделась совсем иначе.

– С кем ты говорил? – спросила Наиля.

Ответил не сразу, она даже напряглась и стала отстраняться. А он шумно вздохнул, привлекая ее к себе. Крепился, крепился, потом выдал, отворачиваясь в темноту:

– Такар облажался.

– Что?! – Наиля тут же вскинулась, поворачивая его лицо к себе обратно. – Как это облажался?

– А вот так! Прокололся он где-то, и до Аси дошло.

Тут уж Наиля отодвинулась от него, нахмурилась, выпячивая вперед нижнюю губку. Как и всегда, когда она обижалась или сердилась. Хотелось прижать ее к себе, зацеловать, чтобы все забыла и думала только о нем, но…

– Рассказывай.

Если стихийная ведьма, способная своей силой загнать в клетку бессмертного и удержать на месте сразу два клана матерых Нагов, спрашивает серьезно, то отвечать надо. Саха потер переносицу, поморщился и сказал:

– Ася звонила. Просила помочь ей исчезнуть.

– А ты?

Он только пожал плечами.

Дальше Наиля могла не спрашивать.

Когда-то она точно так же просила Далгета, чтобы он помог ей исчезнуть. Потому что была смертельно обижена на Саху и не видела их будущего вместе. Но ей было уже двадцать три. Наиля была к тому времени взрослой самостоятельной девушкой. У нее даже имелся свой маленький магазинчик.

Но Асе всего четырнадцать!

– Как ты намерен поступить? – спросила она, глядя на мужа.

– Далгету скажу, – повел плечом Саха, отбрасывая назад светлую прядь.

Потом вдруг выпалил, эмоционально вскидывая руки:

– Лера меня убьет!

– Если узнает, – кивнула Наиля. – Точнее, когда узнает, убьет нас обоих. Потому ты обо всем скажешь ей заранее.

Саха обреченно потер лоб. Черт… Нажил проблем на свой хвост.

– Я думаю, Захри тоже надо предупредить, – задумчиво продолжала Наиля.

Точно. Брат скор на расправу, прежде чем разбираться что и как, выпустит всем кишки.

– И Инара.

Что ж, и это было логично. Хвостатый асур может подстраховать.

– С Такаром что делать? – спросил наконец Саха.

И тут они замерли, глядя друг на друга.

Он ведь прекрасно помнил свое состояние, когда ведьмочка вдруг взяла и исчезла из его жизни, предоставив ему полную свободу. Именно тогда он понял, что она для него значила.

Да, Такар его друг, настоящий мужик и просто классный парень. И у него все хорошо спланировано, четко. Жизнь налажена, невеста готовая есть, растет себе потихоньку, ему и суетиться не надо. Как это Ася сказала – пакет до востребования. Лежит на полке, захотел – забрал.

А вот нужна ли она ему?

И вот поэтому…

«Прости, друг Такар, но ты сам должен это понять», – подумал Саха, обнимая свою ведьмочку.

А в голове уже зрел план, как все провернуть без потерь.

И как это довести до Аси.

Сама Анастасия в это время сидела, уставившись в инкрустированную тонкими золотыми прожилками мраморную стену своей спальни. Ночь, магический свет подземного мира показывал время уже за полночь. Дворец спал. А ей было не до сна.

Рядом на широкой кровати валялось очень красивое платье, подарок Такара на ее четырнадцатилетие. Один из многих подарков жениха. Столь же красивых и богатых, подобранных со вкусом.

Но это было кукольное платье. Для девочки.

Анастасия косо взглянула на отливающую радужными разводами, похожую на крыло бабочки, ткань и отвернулась, пытаясь подавить обиду. Не дать горечи вырваться наружу. Она дочь ДалгетХана Умранова, главы клана Черных Нагов, и апсары Валерии. И черта с два она покажет свои настоящие чувства.

А они были такие горькие, что у нее огнем горело в груди.

Девушка снова уставилась в стену. Может, оно и лучше было бы, оставайся она и дальше в неведении? Нет. Она тут же отмела эту мысль.

Дело даже не в том, что глупая девчонка, млея от гордости, что у нее такой жених, красивый, взрослый, внимательный к ней и веселый, выставляет себя на посмешище. Все гораздо хуже. Узнав правду, сразу ощущаешь себя лишней, неуместной и ненужной. Вот как она.

Натянула, как дурочка, это кукольное платьице, его подарок, хотела тайно проникнуть в гостиную, чтобы ее никто не видел, и сделать ему сюрприз. Ведь она дочь главы рода, ей открыты все ходы в этом дворце, явные и тайные. Прокралась на свою голову.

Чтобы услышать, как несправедливо устроена жизнь.

Оказывается, у Такара кто-то есть, и они так любят друг друга. А теперь им придется расстаться, потому что… Он обещал жениться на дочери ДалгетХана и не может нарушить свое слово.

Она слушала все это, и у нее звенело в ушах. Но вот еще промелькнуло слово «ребенок», и Ася вся сжалась, понимая, что все у ее жениха, оказывается, своя жизнь. Фактически семья. Он мог бы быть счастливым с другой, с той, которую любит.

А тут она.

Ася сбежала и забилась в спальню. Содрала с себя это платье. Хотела вообще не выходить к гостям. Но все-таки вышла. И была веселой, так чтобы никто не догадался. А это было непросто, смотреть, как он подмигивает и улыбается ей, и знать, что у него другая.

Она еле смогла дотерпеть, пока Такар уехал. А потом все это обрушилось на нее камнем. Ощущение собственной ненужности и пустоты. Тогда Ася и позвонила. Конечно, не сказала всего, но дядя Саха обещал помочь.

Сейчас, когда она все решила для себя, на душе была тяжесть.

Смотрела вокруг, словно впервые видела. Узор этот золотой на стенах… Дом родной, такой привычный. Так почему сейчас он кажется ей золотой клеткой? Почему душит ее вся эта красота?

Мама, папа, брат Руслан. Ее самые любимые люди. С братом они родились в один день. Только она мелкая и вертлявая, а Руська большой, мощный, широкоплечий, настоящий Черный Наг. Скоро ростом догонит папу.

Слезы все-таки навернулись на глаза. Она качнула головой, отгоняя нахлынувшее сожаление.

«Простите меня. Я очень вас люблю. Очень-очень», – прошептала тихонько и сжала кулаки.

Если она останется и это все всплывет, начнутся бесконечные разговоры. Еще, чего доброго, осложнятся отношения между кланами. Ничего этого не нужно! Не нужно, чтобы кто-то ссорился из-за нее. Она просто тихо исчезнет, и все.

Откинула голову назад и зажмурилась. Ничего, все будет хорошо. У мамы есть папа, они будут вместе, Руслан позаботится о них. А ей… Надо.

Вот, кстати, собраться ей надо. И сделать это незаметно, чтобы мама не узнала. И выспаться тоже не помешает.

Ася свернулась клубочком на постели, стараясь не задеть даже случайно то платье. Подарок Такара. Смотреть на него было неприятно и больно. Подумала про себя – ну вот, теперь ему не придется притворяться и дарить малолетней невесте глупые подарки.

Пусть выбирает кого хочет, она освобождает его от обязательств.

Накануне ночью состоялся большой семейный совет.

Потому что просто не могло быть иначе.

Первым Саха вызвал Далгета. Постарался донести до него аккуратно. Понимал, что отцовские чувства могут перевесить здравый смысл. Ведь еще неизвестно, что на самом деле произошло. И что именно Ася слышала.

Нет, он не собирался оправдывать друга. Никто из них не ангел. Понятно, что у взрослого мужика свои потребности. Да у любого Нага до того момента, как он обретет свою ИматАани, бывает не один гарем, и Такар тут не исключение. Дело в другом. Его могли подставить специально, чтобы их рассорить. Нетрудно было просчитать заранее, что разрыв помолвки не может не отразиться на отношениях кланов. А это только на руку врагам.

Но глава клана Черных Нагов не подкачал. Далгет молча выслушал его объяснение и доводы за и против и только потом сказал:

– Лере я сообщу сам.

Вот этого-то Саха опасался больше всего – реакции Леры. Хорошо знал жену брата. Она может перевернуть всех и вся. Потому и сказал:

– Брат, пойми меня. Девочка обратилась ко мне, и я не могу обмануть ее доверие. Ася подросток, в этом возрасте они очень ранимые. Замкнется в себе – и все. И неизвестно, что потом выкинет.

Далгет мрачно усмехнулся и произнес:

– Мне жаль, что моя дочь не сочла возможным прийти с этим ко мне. Или к матери. Но я понимаю и могу уважать ее решение.

– Рад, что ты понимаешь это, брат, – сказал Саха.

У самого на душе скребли кошки, стоило представить, что может выкинуть его собственная дочь, которой тоже скоро исполнится четырнадцать. А еще есть младшая.

Потом они вдвоем вызвали Захри. Доводили до него. А после еще Саха связывался с Инаром. В конце концов, посовещавшись, решили оповестить и Такара. Да, все это было неприятно, но пусть говорит с Асей сам. Конечно, не сразу, сразу она не захочет слушать. Надо дать ей время.

Обговаривали план до мелочей, чтобы никаких накладок. Вести девочку будут все. Она ни на секунду не останется вне поля зрения и будет в безопасности. И главное – она ничего не узнает.

Утром Асю разбудил звонок.

– Не передумала? – вместо приветствия поинтересовался дядя Саха.

– Типа, утро вечера мудренее? – невесело усмехнулась она, потирая заспанное лицо. – Нет, дядя.

– Хорошо, – проговорил тот и с ходу начал: – Значит так. Слушай внимательно.

А дальше она больше слушала его голос, чем вникала в смысл. Потому что, наверное, Асе уже было неважно, как это произойдет. Главное, что она сможет отдалиться от всего. Отойти. Спрятаться…

– Ты поняла?

– Да, дядя, – постаралась она заверить.

А Саха так тяжело вздохнул, что ей вдруг стало стыдно.

– А как тетя Наиля? – осторожно спросила Ася.

– Нормально, – проговорил тот.

Немного натянуто, не так и беззаботно, как всегда. Ася невольно смутилась и поспешила сказать:

– Передай от меня… Всем передай. Ладно?

И чтобы он не начал уговаривать, скороговоркой протарахтела в трубку:

– Ну все! Я побежала умываться!

И отключилась.

Труднее всего потом было смотреть родителям в глаза и делать вид, что ничего не случилось. А она просто решила навестить бабушку с дедушкой и провести пару дней, оставшихся до конца каникул, в Москве. Особенно трудно было удержать лицо, когда папа предложил:

– Давай я доставлю тебя прямо туда.

Сердце сжалось и вовсе куда-то провалилось. Она вынуждена была рассмеяться и сказать:

– Да нет, спасибо, меня дядя Саха доставит. Мы с Дилей еще хотели заскочить кое-куда. Так что не надо.

Ее папа, ее красавец папа, чуть заметно улыбнулся и переглянулся с мамой, и Ася чуть не сгорела на месте, когда он проговорил:

– Ладно, дочь, как знаешь.

Потом она долго корила себя.

Провожал ее до большой террасы папа. Она шла рядом с ним с маленьким розовым рюкзачком за плечами, больше не решилась брать, чтобы никто не догадался. И готова была разрыдаться. С мамой не попрощалась, с утра так и не увидела брата. Как же теперь… А вот так.

Саха ждал их на террасе, стоял у парапета, смотрел вниз. Увидел их, улыбнулся и пошел навстречу. Асе показалось, что они немного странно переглянулись с папой. Но она так нервничала, что уже не могла ничего оценивать адекватно. Главное было – скрыть сейчас волнение. И все равно она чуть не сорвалась, когда папа посмотрел на нее, погладил по щеке и спросил:

– Все хорошо?

Ася сказала:

– Да. – И улыбнулась.

Смогла.

А дальше был переход.

Для конечной точки Саха специально выбрал место рядом с «бутиком» – семейным Хранилищем одежды Умрановых. Потому что именно его обозначил как первый контрольный пункт для всех. Каждый из них уже знал, какую займет позицию, откуда будет наблюдать, чтобы в случае чего тут же вмешаться.

Далгет с Лерой. Захри. Инар. И Такар. Не успел Саха из подземной резиденции хвост свой убрать, как все ушли за ним следом. Сейчас, оглядываясь вокруг, он знал, кто где находится, и мог связаться с каждым. С братьями по артефакту, Такар и Инар были на прямой связи.

Анастасия хотела сразу переместиться дальше. Но он отложил на время следующий этап. Племяннице объяснил просто.

– Если ты хочешь на время исчезнуть, тебе лучше иметь хоть какой-то запас.

Понятно, что речь шла о деньгах и необходимом минимуме одежды. Деньгами он ее, естественно, обеспечил. Наличка, «чистые» карты. Но прежде все же спросил:

– Ты имеешь представление о том, что, возможно – я говорю только возможно! – тебе придется выживать? Ты – Умранова, – он шумно вздохнул, раздражаясь. – Дочь главы клана Черных Нагов! Ты выросла, не зная лишений. Это будет трудно, Ася.

– Я знаю, – проговорила девушка, отворачиваясь и сосредоточенно хмуря брови. – Мне Генри рассказывал. Они с мамой жили бедно, пока дядя Азат не женился на его маме.

Саха покачал головой. Хотелось сказать:

«Милая, знала бы ты всю ту мрачную историю!»

Вместо этого он приобнял племянницу за плечи. Какая же она маленькая, как воробушек. В брючках, в кепочке, две косы длинные. Пацанка. И так похожа на Валерию, а характер… Упрямая гордячка. Одно слово, Умранова.

Чмокнул ее в макушку и сказал:

– Хорошо. Подождешь сейчас меня здесь. Я на пять минут зайду в здание, вынесу тебе все необходимое. Поняла? У вас же с Дилей одинаковый размер?

Она кивнула.

– Жди. Я сейчас.

На самом деле эта маленькая задержка была нужна для другого.

Вчера ночью Такару позвонил Саха.

– Спишь, большой желтый брат? – спросил с сарказмом.

На часах половина четвертого утра.

– Сплю, маленький белый брат, – в тон ему ответил Такар. – А тебе что не спится? Какие-то проблемы? Хвост натер или отлежал? Может, промассажировать надо?

– Да нет, – слышно было, как Саха хмыкнул в трубку. – Проблемы, большой брат, как раз таки у тебя.

– Не понял? – Такар сел в постели.

– А что тут понимать? – сказал тот.

И вывалил на него все сразу. Такара в жар бросило, а потом стало заливать холодом, когда осознал.

– Послушай, это все не так, – рявкнул он в трубку. – И я могу доказать!

– Что можешь доказать? Что у тебя никого не было? – усмехнулся Саха.

Оба знали, что это будет ложью. В трубке повисло молчание, наконец Такар сказал:

– Во всяком случае, никаких побочных детей у меня нет. И никому я никогда ничего не обещал.

Он пытался сдерживаться, но все-таки сорвался на крик.

– Да! Чтоб я хвост свой сожрал! Да! У меня были женщины! А у кого их до свадьбы не было?! У тебя? У Захри? Или у Далгета?!

– Но Далгет сделал так, что Лера об этом не узнала. А Ася знает.

Дерьмо! Хотелось закрыть глаза и отмотать все это обратно. Найти тот конец, где он прокололся, и отрубить его.

– Ты облажался, брат, – тихо проговорил Саха.

И ответить было нечего! Досада дикая. Пусть он хоть трижды глава клана, а все равно вляпался, как пацан! Впрочем, Такар понимал, что Саха взял на себя роль буфера, иначе сейчас был бы совсем другой разговор с Далгетом. Или того хуже. С Валерией.

Сжал кулак, заставил себя говорить спокойно.

– Я хочу видеть ее.

– А она тебя нет.

Нет. Как удар наотмашь. Спокойствие трудно было сохранять. Такар ненавидел, когда перед ним выстраивалось препятствие. Его огненный дар заставлял кровь кипеть, выжигал его изнутри.

– Просто дай мне с ней поговорить.

Саха молчал с минуту, потом сказал:

– У тебя будет пять минут.

Сейчас, оставляя племянницу там, Саха знал, что за ней постоянно наблюдают. Все рядом, улица полностью просматривается. Движение не активное. Ей ничего не угрожает.

Как только отошел к зданию бутика, набрал Такара:

– Твои пять минут начались. Смотри, накосячишь, пожалеешшшь, большой желтый брат.

Тот только глухо проговорил в трубку:

– Спасибо, брат.

Саха видел, как открываются двери и Янтарный выходит. Оглядывается. Ему оставалось только перейти улицу. Все было под контролем. Никаких накладок.

Но в этот момент случилось нечто странное. Улицу пересек микроавтобус. Обычный, вроде бы ничего примечательного. Буквально на секунду перекрыл видимость.

А в следующее мгновение Аси на той стороне уже не было.

Глава 2

Этот момент все вспоминали по-разному.

Посетители кафе, которое было прямо напротив знаменитого бутика, не могли с уверенностью сказать, видели ли они на тротуаре девушку в кепке и с длинными косичками. Хотя, казалось бы, с такими приметами невозможно не запомнить.

Микроавтобус? Кто-то говорил, что да, был, и даже еще одно авто за ним следом. Но точно никто не помнил.

Зато один из официантов видел, как, пройдя прямо сквозь стеклянную витрину, на улицу метнулась… Женщина-гидра. Или горгона. В общем, женщина двигалась нечеловечески гибко и стремительно и, кажется, у нее вместо волос на голове шевелились змеи. Но то было мгновенное видение, официант принял его за галлюцинацию.

Потому что, да, в следующий миг на тротуаре перед кафе действительно плакала женщина, а ее обнимал и утешал высокий мужчина с длинными черными волосами. Потом вокруг них появились люди в черном. А воздух как будто дрогнул и разошелся волной. И все так же быстро оборвалось, как и началось.

После никто уже не мог ничего вразумительного сказать.

Было много загадок и тайн вокруг этого исчезновения.

На самом же деле произошло вот что.

Когда дядя Саха велел ей ждать, а сам отошел на пять минут, Ася хоть и видела его и знала, что вот он придет сейчас и все будет по плану, все равно чувствовала себя странно.

Вернее даже, она чувствовала себя странно с того самого момента, как решила надеть то самое кукольное платье. Как будто ступила на движущуюся ленту, с которой не сойти. А события завертелись и привели ее…

Туда, куда привели.

Но сначала было платье.

Красивое, стильное. Но ужасно девчачье. Оно совершенно не сочеталось с ее привычным гардеробом. И, в общем, Ася понимала, что Такар подарил ей его, скорее всего, по приколу. Чтобы подшутить.

По приколу она его и надела.

В этом было что-то своеобразное. Общая тайна, только их секрет. «Я знаю, и ты знаешь». Ася ведь была немного влюблена в него, такого красивого и яркого взрослого мужчину. Допустим, не немного. И эта ниточка между ними… Когда только зарождаются чувства.

Ведь она была полна ими в тот момент, этими чувствами и сознанием собственной исключительности. Для него.

Услышать разговор двух женщин, которых она вообще не знала и, можно сказать, впервые в их доме видела, оказалось хуже ледяного душа. Она потом не могла ни на кого смотреть. И даже не видела этих женщин после. Но слова отпечатались в душе, словно их каленым железом выжгли.

С того момента она не могла нормально жить и дышать. Лишь моментами сквозь это состояние пробивались мысли: «Что я делаю?». Но они гасли гораздо быстрее, Ася просто не могла остановиться и их обдумать.

Вот как сейчас.

Стоило Сахе отойти и оставить ее одну, на нее это все буквально нахлынуло. Затопило. А когда перед ней вдруг возник микроавтобус, ей казалось, что она ясно видела, как словно в замедленной съемке отъезжает в сторону дверь. Ася не думала, что делает. Она просто знала, что ей нужно туда.

Зачем?!

Об этом тоже думать было уже поздно.

Потому что она просто мгновенно исчезла для всех. Но ведь она, кажется, именно этого и хотела? Исчезнуть, спрятаться, сидеть в домике и знать, что всегда может вернуться. Да, мама будет сердиться, а папа Далгет всегда понимал ее, он слова не скажет.

Такар… Вот ему она хотела доказать.

Ася просто не предполагала, что все это ловушка. Она оказалась по ту сторону горизонта событий*. В другой реальности.

Когда жизнь тянется слишком долго, она становится скучной. Эту жизнь надо чем-то наполнить, иначе она сама станет наказанием похуже смерти. Прежде жизнь бессмертного наполняла месть. Он уничтожал Нагов.

Тысячелетия были посвящены этой борьбе, в которой он побеждал.

Но сменился цикл времен, великий бессмертный орел** проиграл.

Его связали клятвой.

Непросто в одночасье отказаться от того, чем жил тысячелетиями. Непросто смириться с унижением и отказаться от борьбы. Он больше не мог вредить Нагам, но, чтобы не подохнуть со скуки, надо было придать жизни новый смысл.