- -
- 100%
- +
ТЕМНОТА
Деревянный столб, высотою в шесть метров стоит посреди поля вот уже не одно столетие. Этот столб, на верхушке которого было высечено какое-то непонятное слово, использовался для жертвоприношения. Каждую ночь деревню окутывала тьма, как туман.
Солнце медленно садилось. Старик, что сидел на стуле рядом с домом, грустно посмотрел на прячущееся за горами солнце. Дети радостно бегали по полю. Внезапно послышался звон колокола из старой башни. Люди побледнели и заторопились домой. Некоторые бежали в поле и звали своих детей.
–Амрит!
–Гаданфар!
–Мукул!
Дети со страхом бежали к своим родителям. Мрак понемногу опускался с холмов на деревню. Люди в страхе запирали двери и старались не смотреть в окна. Они боялись чего-то, и это что-то было для них божеством. Женщина по имени Неха выбежала к спешащему домой мужу.
–Прамод, Прамод! Ритика осталась в поле!
–О нет!
Мужчина с горечью посмотрел на столб. Жена плакала и умоляла его, чтобы он вернулся за девочкой. Тьма уже почти охватила всё поле. Прамод собрался с мыслями, развернулся и пулей рванул к ребёнку. Какого было его удивление, когда его дочь поднялась и устремилась в эту самую темноту.
–Ритика,– кричал он,– Ритика, дочь моя, остановись!
Но девочка не останавливалась. Она продолжала идти и идти. Она вошла в этот густой мрак и исчезла. Прамод зашёл туда и холод вместе с неизвестностью окутали его. Он не видел абсолютно ничего, даже собственных рук. Он шёл и кричал, кричал, опасаясь, что встретит того, кто забирает людей в мир иной.
–Ритика!– крикнул он со всей силы, но никто не отозвался. Люди, что остались в деревне, не слышали его, посчитали, что он уже мёртв. Мужчина развернулся и побежал назад, бежал и бежал, не останавливаясь, но выхода так и не нашёл.
Его жена забежала в дом, заперлась, упала на холодный пол и начала рыдать. Слёзы стекали с её лица на доски и проваливались под них. А муж её всё бежал и бежал, пытаясь найти деревню. Он остановился, и только ему удалось повернуться, как яркий свет ударил ему в глаза, и все мысли померкли, сознание отключилось, а сердце перестало стучать.
На следующее утро жители собрались в поле. Ни ребёнка, ни мужчины. Ничего, даже крови не осталось. Старик глянул на столб, на вышке которого была выцарапана надпись, оставленная им их предками. Женщина, чей муж исчез в прошлую ночь, долго стояла молча и смотрела куда-то вдаль, в глубь леса, не сомневаясь в том, что Прамод и Ритика где-то рядом, где-то там, откуда они когда-нибудь вернутся.
Днём того же дня они собрались в старом храме, доски которого медленно сгнивали от сырости. Все сидели на коленях, с опущенными вниз головами и слушали они сына того старика.
–Братцы и сёстры мои, вчерашней ночью мы лишились двоих наших друзей, родственников Нехи,– он пальцем указал на женщину в красном платке, опустившая голову ещё ниже, чем все, для того, чтобы скрыть слёзы,– Но мы не должны расстраиваться! Мы должны радоваться, ведь теперь в жертву для утоления голода великого Климпфула были отнесены сразу две невинные души! Такое случается редко. Вы ведь помните, когда в последний раз мы отдавали сразу нескольких людей в жертвы?!
–Помним!– произнесли они все хором, кроме Нехи.
–Это было десять лет назад, когда к нам пришли те еретики с крестами и их богомерзкими книжками об их боге. Эти идиоты были привязаны к столбу и съедены нашим славным богом! Теперь он доволен нами и в эту ночь никто не погибнет.
Старик поднялся и посмотрел своему сыну прямо в глаза.
–Ты желаешь что-то сказать, отец?
–Да.
–Проходи,– он сел рядом с другими, а в центр встал старец с тростью в руке.
–Вчера ночью, после того, как бог наш поел тех двух людей, он явился ко мне во сне!– все ахнули, переглянулись и начали шептаться о чём-то.
–Тишина в храме!– крикнул сын старика.
–Спасибо, сын мой. Он явился ко мне, и сказал, что скоро к нам прибудут новые люди, такие же еретики, как и те, что приходили к нам десять лет назад. Но Климпфул велел, чтобы мы их не убивали, а направили на путь верный. Мы должны заставить этих чужеземцев верить в бога нашего, приходящего в ночи! Помолимся же, братцы и сёстры мои!
Все сложили руки на груди и закрыли глаза. Несколько секунд они сидели молча, и могло показаться, что деревня пуста. Ветер дул не сильно, а жара была терпимой. Старик тяжело вздохнул и дрожащим голосом начал говорить, а остальные повторяли за ним.
–Придёт к нам Климпфул ночью,
И пусть заберёт не меня,
Пусть останется целой моя семья,
И не стану я одиночен.
Аминь!
Красный человек
Помню, как в детстве дедушка рассказывал нам всякие страшилки о монстрах, приходящих за непослушными детьми. Думаю, все слышали хотя бы одну такую страшилку. Так вот, однажды, наш дедушка рассказал мне и моему младшему брату историю о «Красном человеке». Рассказывать он умел так, что ложь от правды не отличить.
–Когда наступает ночь, если ты себя плохо вёл, то взглянув в окно, заметишь человека, покрытого красной кожей. Посмотришь ему в глаза– сойдешь с ума, а он тогда тебя заберёт!
Мой брат спрятался за мной и старался не высовываться. Я же повернулась к нему и погладила по голове. Он был тогда сильно напуган, но я не верила дедушкиной байке. Что ж, мне было десять лет, я была достаточно взрослой, чтобы не верить ему.
–Ты что же, поверил ему? Да он же шутит!– пыталась я его утешить.
–А что, если он правда придёт? Что, если это он забирает детей в деревне?
Тогда я задумалась. Да, дети тогда и вправду пропадали бесследно. Но я склонялась к тому, что всё из-за леса и речки, что были недалеко от деревни. Хотя, пропадали не только дети. Сперва пропадал ребёнок, потом пропадали его родители, братья, сёстры… Некоторые семьи, после пропажи детей уезжали оттуда. Возможно, дети купались в речке, тонули, а когда выходили их искать, пропадали и взрослые. Ну, или же дети терялись в лесу, а за ними терялись и их родственники.
Бабушка уложила нас спать, а сама пошла в кровать. Я закрыла глаза и пыталась уснуть. Братик начал тяжело и быстро дышать и дёргал меня за руку.
–Что с тобой?– не удержалась я.
–А что если красный человек придёт за мной?
–Так,– я повернулась к нему и посмотрела на него, как на глупого идиота,– ты действительно веришь в это?
–А кто тогда забирает людей тут?
–Я не знаю, они сами пропадают.
–А что, если он есть?
–Дедушка придумал все эти рассказы, для того, чтобы нас попугать и чтобы мы слушались его, дурачок.
Он вопросительно на меня посмотрел, после чего успокоился. Мы долго лежали молча, и наконец, он ткнулся лицом в моё плечо и заснул. Я отвернулась и закрыла глаза. На улице дул несильный ветер, из-за которого ветка кустарника ударялись об окно.
Я долго лежала и не могла заснуть, но сильно пыталась. По моему телу пробежалась какая-то дрожь и возникло странное ощущение, будто кто-то наблюдал. Не понимаю зачем, но тогда что-то заставило меня поднять голову и открыть глаза. Только мне удалось приоткрыть веки, как я увидела его. Тело было парализовано страхом, желание спать исчезло, глаза расширились. Я хотела кричать и даже смогла открыть рот, но не смогла. Я точно помню, как мысленно кричала невероятно громко, но могла только жалобно кряхтеть.
За окном стояло нечто, напоминающие человека высокого роста, покрытое шерстью бордового цвета. Его большие ноздри широко раскрывались при каждом вдохе, а рот не закрывался. Глаза выглядели, как две чёрных чашек. Он сильно ссутулился, а острые лопатки выглядывали из-за спины. Это существо смотрело на меня, сверлило своим тупым взглядом. Время тянулось невероятно долго, уверена, не прошло и нескольких минут, но тогда мне казалось, что мы смотрели друг на друга целую вечность.
Какие-то странные чувства возникали у меня в тот момент, не думаю, что их можно передать словами. Меня сдерживали какие-то невидимые цепи. Они крепко сжимали всё моё тело. Красный человек поднял свою руку и показал знак «тихо», после чего развернулся и зашагал куда-то в сторону. Пока он уходил, я заметила разные шрамы и ранения на его спине. У него было четыре длинных пальца, на которых не было ногтей.
Наверное, любой закричал бы в тот момент, но не я. Не помню, что на меня нашло, но я положила голову на подушку, закрыла глаза и уснула. На следующее утро в деревне пропал ещё один ребёнок. Наш дед посчитал, что мы должны переехать оттуда. Больше я туда никогда не возвращалась. Надеюсь, что его поймали, но кто знает, вдруг мы с ним ещё встретимся…
Путь к воде
Мальчики бегали по полю и радостно обливали друг друга из бутылок с дырками в крышках. Девочки взбирались на надувную горку и катились с неё в реку. Взрослые наблюдают за радостными детьми и пьют газированную воду.
Это уже в прошлом. В том старом и добром прошлом, на которое всем уже плевать. Сейчас всё хуже. Хуже, и с этим нужно смириться. Огромная куча мусора собралась в том месте, которое когда-то было Тихим океаном. Нет больше воды, и суши не видать. Только мусор, мусор и мусор.
На том месте стоит ужасный смрад. Стоит и будет там стоять до тех пор, пока Земля не будет уничтожена. Трупы, скелеты, испражнения, всё это собралось в одно целое, и с каждым днём эта масса растёт. Люди уничтожили этот мир. Уничтожили, и даже не задумались над этим. А когда они заметили, что их дом начинает понемногу рухнуть, только тогда до них дошло, что что-то здесь не так, но было уже поздно что-либо менять. Было поздно. Океаны пересохли, их место заняли отходы, количество токсичных газов во много раз превысило норму. Земля медленно и мучительно умирает, вместе с той живностью, что осталась на ней. Больше спасать некого и нечего.
Вывеска на супермаркете, вернее на том, что от него осталось, была полностью красной с жёлтыми словами «Сделаем мир лучше!» и рядом изображен человечек, выбрасывающий мусор в урну. Она медленно сгнивала, как и бренное тело, что уцепилось своей левой рукой за вывеску, слегка порвав её, пока ещё было живым. Вот уже второй день это тело лежит в таком положении, уткнувшись лицом в землю. От яркого солнечного света и невероятной жары оно почернело, испускало сильную вонь, которую можно было бы ощутить за километр.
Раздался хруст, сразу после которого что-то упало. Глянцевая бумага красного цвета полностью порвалась и начинала свисать. Рука трупа повалилась рядом с головой, но локоть остался слегка согнутым. Подул сильный ветер, поднимая пыль и песок с асфальта. Мёртвое тело жаворонка, застывшее на железной балке всё того же супермаркета, сильно затряслось, после чего упало на старое дерево, листья которого высохли и пожелтели, а ведь осень ещё не наступила.
Солнце медленно опускалось за скалы, а небо становилось кроваво-красным, будто бы обжегшись об этот огненный шар и истекая кровью. Но нет, это только казалось. Луна поднялась над Землёй, заливая светом планету и мусор, что покрыл её толстой корой. Звёзды, синие, жёлтые, зелёные засияли в этом чёрной, бездонной пустоте космоса. Отсюда они выглядели, как маленькие блестяшки. Ни ветра, ни стуков, никаких звуков. Только тишина.
Внезапно картонная коробка полетела в сторону. Послышался шорох, хруст стеклянных бутылок, жестяных банок. Какой-то человек, обмотавшись всяким тряпьем, дабы защитится от солнечных лучей. Это была девушка, возможно, последняя представительница людской расы. Она дрожащей рукой подняла банку «Колы», потрясла в воздухе. Послышалось какое-то бульканье. Наконец-то! Радости не было предела. Она тут же перевернуло банку, а под отверстие подставило свой рот. Маленькая капля упала в на язык девушки. Этого было мало, но как же она была довольна! Но всё равно нельзя было останавливаться, нужно было двигаться дальше.
Эта девушка двигалась на север, думая, что там есть вода. Она свято верила в это.
Ходить по мусору без обуви было больно, но она уже привыкла к этой боли. Из-за недостатка воды она шла так, будто пьяная, двигаясь то в лево, то в право. Где-то вдалеке стоял столб, но она его пока что не видела. Консервы и пластиковые пакеты шуршали и хрустели под ногами. Дышать становилось всё труднее и труднее. Вонь от отходов, совмещенное с различными токсичными газами буквально резали её легкие, когда она дышала. Глаза слипались, зрение медленно ухудшалось, сознание окутывалось туманом, но она продолжала идти.
Внезапно её ступня ударилось об какой-то предмет, и она начала падать.
–Ах!– простонала девушка перед тем, как повалиться на гору отходов. Её лицо уткнулось в чью-то шерсть. Она подняла голову настолько высоко, насколько смогла, посмотрела на то, о что она только что споткнулась. Это была торчащая рука какого-то ребёнка. Да, это точно был ребёнок, настолько маленькие предплечье и кисть просто не могут быть у взрослых. Нужно было идти дальше, но она больше не могла. Сил попросту не было. Девушка поднялась на колени, пыталась проползти на четвереньках, но через миг снова упала. Теперь сознание покинуло её полностью, она заснула.
Яркий солнечный свет блеснул ей в глаза.– Господи,– подумала она,– Господи, пускай это будет сон. Пускай это будет сон!
В этот раз подняться у неё вышло. Сил, хоть и немного, но на то, чтобы пройти сотню-другую метров, должно было хватить. Она снова зашагала своей пьяной походкой. И наконец-то она увидела столб, с кругом и надписью «50». До воды оставалось совсем чуть-чуть.
Правой ногой она почувствовала, что наступает на что-то острое, затем последовал хруст, и это самое острое вонзилось в пятку. Резкая боль заставила девушку остановиться на миг, затем отпрыгнуть. Она вновь застонала, потом посмотрела на ногу. В пятку вонзилось ребро от рыбы, а оставшиеся кости сломались. Жгучая боль не давала покоя. Её так хотелось плакать, нет, реветь, но не смогла проронить и слезы. Она как можно аккуратней старалась достать кость, но у неё это не получилось, и когда она вытащила то, что должна была, она закричала.
Обхватив руками столб, девушка поднялась, но не опиралась на правую ногу. Глаза болели, и, слегка прищурив их, вдалеке она смогла заметить воду. ВОДУ! ОНА СМОГЛА НАЙТИ ВОДУ!
В этот раз радости было больше, чем когда она нашла банку «Колы» с остатками газировки внутри. Напрочь забыв о боли она пулей рванула в ту сторону, бежала и бежала, оставляя за собой кровавые капли.
–Нет,– почти неслышно прошептала она, поняв, что воды нет, что это был мираж. Какими же бывают люди наивными перед лицом смерти! Настолько наивными, что вызывают смех. Она упала на колени, правый глаз дёрнулся. Так она просидела меньше минуты, но время это для неё тянулось невероятно медленно. Вот уже тридцать два года люди живут в дефиците воды, а всё почему? А потому, что мусор не надо было бросать в океан. Теперь он пересох, и воды больше нет. Это конец, конец… Больше не будет никакого «хэппиэнда», не будет больше ни войн, ни драк, ни насилия. Больше не пойдет дождь, не погибнет ни одна живая душа, из-за наводнения. Все уже мертвы. Мысли запутались, воспоминания нахлынули, как шторм. Она надеялась, что это всё кошмар, этого просто нет!
Что-то упало на её голову. Что-то мокрое. Она подняла глаза. Это был дождь. Дождь полил, но откуда? Её это не волновало. Девушка поднялась на ноги, открыло рот, пытаясь поймать капли. Она бегала, прыгала по куче мусора и впервые за долгое время радовалась жизни.
Долго ли длилось это предсмертное ведение, или нет, но факт того, что умерла она с улыбкой на лице, среди кучи отходов, остается фактом. Последний человек, нет, последнее живой организм на Земле погиб. Нет больше ни радости, ни печали, ни крови, ни убийств, только мусор, мусор и мусор.
Тоннель
Сколько же ужаса может скрывать место, в котором когда-то кто-то умер! Особенно, если у этого места есть вход, но нет выхода.
История, о которой я вам сейчас поведаю, произошла тридцать лет назад, но и сейчас я могу рассказать всё в мельчайших подробностях без единой остановки. И всё же, как много хорошего ни произошло бы, ужас запоминаются легче. Таков закон.
Это случилось в мае. Мне было всего шестнадцать, моему другу Саше пятнадцать, а Нурику семнадцать. Учебный год только закончился, и мы втроём решили прогуляться. Температура поднялась чуть ли не до тридцати градусов. Назойливые комары тучей нависли над нами, спрей тот них не помогал.
Лес был довольно густым, но потеряться в нём всё равно было сложно. Я тогда подумал, что если мы не найдём какое-нибудь тёмное местечко, то я умру прямо там.
–Господи, долго нам ещё топать?– нервно спросил я.– Давайте поторопимся.
–Да ну к черту! Я устал,– сказал Саша.
–Вон там,– Нурик указал на кусты,– за той травой, должен быть тенёк. Но это не точно, так что не ругайтесь на меня, если там ничего не будет.
Мы подошли туда, и там и вправду оказалось тёмное место. Я вздохнул с облегчением, бросил на траву рюкзак, который прилип к моей мокрой спине. После этого я упал прямо на него. Саша сбросил с себя сумку и сел рядом с ней. Нурик начал разбирать содержимое пакетов.
Первым делом он достал напитки, затем скатерть, потом уже еду. Я повернулся к небу и закричал:
–Мы добрались!
–Да чего ты орёшь-то, а?– удивился Саша.
–Просто устал.
Мы просидели так около половины часа, съедая то, что собрали из дома. Внезапно мне понадобилось справить малую нужду, поэтому я поднялся и двинулся к кустикам.
–Эй, ты куда?– спросил Нурик.
–Я сейчас приду. Отлить нужно.
Саша лишь удивленно на меня посмотрел, но больше ничего не сделал. Я побежал подальше от них.
Как только я оказался где-то в лесу, я услышал, как течёт вода. Сделав своё дело, что-то заставило меня пойти к этой воде. Вероятно, это была любознательность. Как оказалось, рядом с нами стоял канализационный тоннель, внутрь которого стекал ручей. Тоннель, кстати, был заколочен, но наполовину. Смрад стоял ужасный и был слышен звон цепей.
Я спустился по склону и подошёл поближе. Вблизи вонь была ещё хуже, и мне ничего не оставалось, кроме как закрыть нос. Я заглянул внутрь.
Какого было моё удивление, когда я увидел, как одна из цепей, которые спускались с потолка, сильно раскачивалась из стороны в сторону. Звон эхом разносился по тоннелю, но рядом никого не было. Ветер не дул, человека нет, тогда кто это мог сделать?
Я стоял так, напуганный тем, что там происходило, не в силах и пальцем дёрнуть. Спустя какое-то время сознание вернулось ко мне. Мой взор упал на прядь волос, что плыл рядом со мной, за которым тянулась красная кровь. Это напугало меня ещё сильнее, чем цепь и я пулей рванул к друзьям.
Я приближался к ним, и по мере приближения их голоса слышались всё отчетливее.
–Что-то он задерживается,– сказал кто-то, но кто именно я так и не понял, да и не требовалось понимать.
Саша и Нурик спокойно сидели, как вдруг из кустов выпрыгнул я. Моя физиономия в тот момент стала красной, как помидор, тело стало мокрым от рота и вся грязь прилипла к коже. Я тяжело дышал, пыхтел, опираясь на колени, пытаясь рассказать им о том, что увидел.
–Эй, успокойся. Что произошло?– спросил Нурик. Я пальцем указал туда, откуда только что пришёл.
Там…– выдохнул я.
–Что там?– спросил Саша. Они вдвоём недоуменно смотрели на меня. Я набрал полные лёгкие воздуха.
–Там труба… В ней цепи, волосы… И кровь,– делая паузы выговорил я.
–Не понял,– сказал Нурик.
–Пошли,– выдохнул я.
И мы пошли. Всю дорогу они спрашивали у меня о том, про какую трубу, цепи, кровь я говорил. А я всё отвечал «Сейчас увидите, сейчас увидите». Тогда я не понимал, что веду своих друзей не к интересному и загадочному месту, а к самой смерти.
Наконец мы оказались у того склона. Ручей так и продолжал течь к тоннелю, но только крови с волосами там уже не было.
–Посмотрите туда.
–Что там, Лёха?
–А ты спустись и посмотри.
Мы спустились, заглянули внутрь. Та цепь раскачивалась ещё сильнее. Я, Саша и Нурик с опаской переглянулись.
–Это по любому чья-то шутка!– возразил Нурик.
–Да,– Саша растянул последнюю букву, почёсывая затылок,– но мы должны попасть внутрь. Это точно.
–Что?!
–А давай!– согласился я. Глупый поступок. Очень глупый. Особенно если брать в расчёт то, что произошло позже.
Как я уже упоминал выше, тоннель был наполовину заколочен, но мы не могли пролезть туда. Оставалось только ломать доски, если мы действительно хотели получить желаемого, а мы хотели. Мы втроём обхватили их.
–На счёт три!– крикнул Нурик,– Раз! Два! Три!
Мы потянули на себя доски с такой силой, с какой смогли. Послышался хруст. Щепки летели в разные стороны. Ещё хруст, и внезапно мы попятились назад, рухнули своими пятыми точками в воду, а то, что должны были вырвать, сжимали в руках.
Штаны, нижнее бельё, половые органы, всё это намокло. Лицо Нурика в тот миг сильно искривилось, стало каким-то чужим. Казалось, будто он злится и обижается в одно и то же время.
За одно только мгновение он поднялся и громко выругался. Я и Саша рассмеялись, затем также поднялись.
–Сволочь! И как теперь с этим ходить?!
–Ну извини, что поделать,– сказал Саша.
–Зато мы теперь можем туда войти,– сквозь смех выдавил я.
–Зато наши задницы теперь мокрые!– рассердился Нурик.
На миг я забыл о той вони, что исходил от тоннеля, но когда мы туда вошли, сразу же вспомнил. Саша зажал нос и начал размахивать рукой.
Там внутри царили холод и отчаяние. Да, именно отчаяние. Когда мы оказались там, какая-то неведомая мне сила будто высосала из меня всю радость. Цепь всё раскачивалась, но ветра не было. Да если бы и был, то почему только одна цепь? Почему не все?
Я и Нурик стояли, как вкопанные. Саша медленно подходил к цепи. Я посмотрел на него.
–Ты куда?
–Остановлю её, и всё.
Он подошёл к ней и остановился. Пару секунд он просто на неё смотрел. Его правая рука потянулась к цепи, обхватила её и она остановилась, но нижняя часть продолжала раскачиваться. Своей левой рукой Саша остановил и её.
Чей-то стон эхом раздался по канализации. Мы переглянулись.
–Вы это слышали?– Саша повернулся к нам и пальцем указал себе за спину.
–Какого чёрта здесь происходит?– спросил Нурик.
–Нужно узнать что там происходит.
–Нет!
–А что, если это кто-то заблудился?
–А что, если это кто-то решил поиздеваться над нами? Или это какой-то преступник? Подумай.
–Он прав, мы должны быть осторожными,– сказал я. Саша посмотрел вокруг.
–Ладно, а как насчет того, что мы пойдем туда, но возьмем с собой что-нибудь?
–Что, например?– Саша снова осмотрелся.
–Вон там железная палка,– он указал пальцем на трубку.– А ещё, у меня есть нож.
–Ты носишь в кармане нож?
–Да,– он достал из кармана «Бабочку».
–Очуметь!– воскликнул я.
–Ну, так идём?
–Не знаю как вы, но лично я остаюсь здесь.– Саша посмотрел на меня.
–Я иду,– сказал я.
–Если что случится, кричите.
Мы достали фонарики, я взял палку, и пошёл вслед за ним. Саша всё вслушивался, и казалось, что ему удавалось что-то услышать. После того, как мы прошли примерно десять метров, я заметил проход налево, и оттуда снова послышался хриплый стон.
–Ты слышал?
–Да.
–Пошли туда.
Я посветил фонариком вперёд, но ничего интересного не увидел. Мы продолжали идти. Вдруг Саша остановился, а я вместе с ним. Вонь стояла ужасная, но никто не обращал на неё внимания.
–Это ты слышал?– спросил Саша, но о чём он говорил тогда я не знаю и сейчас.
–Что слышал?
–Ей нужна помощь.
–Кому?– но Саша не ответил и рванул дальше,– Эй, стой! Кому нужна помощь?– я побежал за ним.
Мы бежали куда-то, лучи фонариков бегали по стенам трубы. Он снова остановился, я наконец догнал его и встал рядом с ним.
–Так… А теперь объясни мне, какого лешего тут было,– тяжело дыша выдохнул я.
–Она молит о помощи,– сказал он, причём голос его звучал ровно и спокойно, будто он не бежал всего несколько секунд назад, а отдыхал. Я заглянул ему в глаза, и, знаете, они были пустыми и не показывали никаких эмоций. Никаких.
–Кто, чёрт возьми, молит о помощи?!– я уже чуть ли не кричал.
–Она,– он указал пальцем вперёд.
Я подумал, что он так шутит надо мной и отчаянно посмотрел в ту сторону, куда он показывал. То, что я там увидел, навсегда останется в моей памяти. Я не мог пошевелиться, хотел кричать, бежать, оттуда как можно дальше, но не мог.
Это была огромная перевёрнутая женская голова, которая размерами была чуть меньше диаметра тоннеля. Она ехидно улыбалась, глядя прямо на меня, а из её глаз текли кровавые слёзы, только текли они не вниз, согласно гравитации, а вверх. Железная трубка, которую до этого я сжимал в левоё руке, упала.