Любовь и предубеждения

– Я пойду одна, оставайтесь здесь. Я возьму машину и вернусь за Вами.

Эдвард молча кивнув.

Лия перешла дорогу и быстро направилась к машине. Достала из кармана небольшой раскладной нож и открыла дверцу. Потом вскрыла панель, нашла нужные провода и соединила их, машина заурчала. Она села за руль, но только она собралась тронуться, как увидела на противоположной стороне дороги троих подвыпивших парней. Они подошли к Эдварду. Она резко тронулась и, развернувшись, подъехала к появившейся компании на противоположной стороне дороги.

– Парни, что вам надо? – выходя из машины спросила она.

– О, твоя краля? – спросил у Эдварда один из них.

Эдвард посмотрел на Лию и промолчал.

– Парни, лучше вам идти, – настаивала Лия.

– А что у тебя за тачка? – спросил, видимо, главарь шайки.

– Это машина Большого Майка, – заметил один из них.

– Тут что-то неладное вырисовывается, – заявил другой и достал из кармана нож.

– Парни, давайте разойдемся по-хорошему, – предложила Лия.

– А костюмчик-то у чувака не наш, он, похоже, не местный, – заявил главарь.

Лия не могла больше ждать, она резко направилась к троице. Нескольким точными ударами она вырубила всех троих.

– Быстро в машину, – скомандовала она и сама села за руль.

Машина рванула с места.

– Старайся не высовываться, – предупредила она.

Они въехали в людную часть города. Несколько кварталов они двигались по городу, потом свернули на обводную дорогу и ушли на примыкающую трассу.

– Через пару часов будем дома, – сказала Лия, – Вы можете вздремнуть, выглядите изможденным.

– Голова очень сильно болит, – ответил Эдвард, – пожалуй, я воспользуюсь Вашим предложением, – он тоже перешел на «вы», поняв, что это безнадежно. – С Вами рядом можно спать спокойно, – усмехнувшись, заметил он.

Вероятно, это был комплимент ее боевым навыкам, решила Лия.

Эдвард проснулся только на пропускном пункте, когда Лии пришлось затормозить, чтобы предъявить документы.

– Мы приехали? – спросил Эдвард.

– Почти, через пять минут будем дома.

Второй КПП у стен дворца Лия прошла по видеосвязи. Когда они подъезжали ко дворцу, у дверей их уже ждала собравшаяся охрана и родные Эдварда.

– Эдвард! – сестры, завопив в голос, бросились ему на шею.

Семья тут же окружила его заботой и повела в дом, а Лию встретил начальник охраны.

– Стив?

– Убит.

– Как вам удалось оторваться?

– Ушли через канализацию.

– Мы, если честно, уже не надеялись, что вы выберетесь. Молодец, буду представлять тебя к награде.

Начальник охраны стукнул Лию по плечу.

– Ну все, солдат, отбой, – скомандовал он.

На следующий день Лию снова перевели в охрану к Эдварду. Видимо, переводы были его затеей. То он приближал ее, то отдалял. Все это напоминало какие-то игры.

– Я хочу, чтобы Вы ездили со мной в машине, – заявил он, как только они первый раз встретились.

– Хорошо, – согласилась она.

Начальник охраны не обманул, он действительно представил Лию к награде. Новость об этом застала ее во время общей тренировки.

– Через неделю состоится прием во дворце, консул будет вручать награды, ты тоже должна присутствовать, – предупредил ее начальник охраны.

Все охранники в этот момент встали и стали аплодировать.

– Ты молодец, – сказал один из них.

Она впервые почувствовала себя в своей компании. Может, все-таки она не волк-одиночка, а член дружной стаи.

Награждение проводилось в зале для торжеств. Помимо Лии в этот день награды вручали еще нескольким деятелям культуры и медицины. По очереди их вызывали, каждого поздравлял лично консул. Настала очередь Лии. Она прошла по ковровой дорожке и встала рядом с первым консулом. Он подал ей руку, сам приколол медаль «За отвагу» на грудь.

– И от меня лично – спасибо. Вы спасли моего сына, Вы спасли меня, я перед Вами в долгу.

После этого он пожал ей руку. Они сделали совместное фото и процедура награждения продолжилась. После официальной торжественной части всех позвали на фуршет в соседний зал. Лия впервые во время приема чувствовала себя не на работе, а гостем. Позволила выпить себе бокал шампанского и с удовольствием рассматривала картины, которыми был украшен этот зал.

– Шампанского? – услышала она за спиной.

Это был снова Эдвард, говоря, он протянул ей бокал шампанского.

– Спасибо, – поблагодарила Лия и приняла бокал.

– Хочу еще раз поблагодарить Вас, не знаю, где бы был сейчас, если бы не Вы.

– Это мой долг, – повторила она.

– И все же я Вам обязан.

– Как Вы себя чувствуете? – перевела разговор Лия.

– Хорошо, еще немного кружится голова, но уже намного лучше.

В комнате играла приятная музыка.

– Потанцуем? – неожиданно предложил Эдвард.

– Но никто не танцует.

– И что, это нам не помешает.

Лия несколько секунд колебалась, но все же подала руку. Сегодня на ней был шерстяной брючный костюм молочного цвета. Эдвард же был одет в брюки песочного цвета и черный фрак. Он, как и в прошлый раз, обнял ее за талию, и закружил на месте. Они танцевали в стороне от фуршетного стола, но все гости невольно на них обернулись. Действительно, никто в зале не танцевал, и подобное поведение выглядело несколько неуместно, но этих двоих, похоже, это не беспокоило.

Они плавно двигались. Он снова кружил ее, то отводил, то возвращал к себе. Им обоим казалось, что сейчас существуют только они, а все гости исчезли. И не было больше ничего, только они и музыка.

Мелодия стихла, и они остановились, только на это раз Эдвард не стал откидывать ее на свою руку. Несколько секунд после того, как музыка стихла, он еще держал ее за талию. Ему не хотелось ее отпускать. Подобная реакция его шокировала, но он все равно не мог совладать с собой. Он нежно провел пальцами по ее руке и все же отпустил ее. Лия смущенно отвела взгляд, ее щеки зарделись. Она слегка прокашлялась. Эдвард по-прежнему стоял рядом и на этот раз не спешил уходить.

В этот момент подошел начальник охраны.

– Лия, можно тебя на минутку? – спросил он.

– Да, конечно. Извините, – последние слова были обращены Эдварду.

Они ушли. А Эдвард, оставшись один, направился к фуршетному столу. Здесь его встретил отец.

– Edward, tu ne penses pas que tu es trop impliqué?8 – спросил тот по-французски.

– Tout est sous contrôle9, – ответил он.

– J'espère que tu n'as pas à te rappeler qu'elle n'est pas la même que nous?10 – настаивал тот.

– Non, il ne faut pas11, – ответил он.

– Si tu veux te marier, je te trouverai une bonne femme12.

– Non, je contrôle tout. Tu as mal compris.13

– Je suis inquiet. Elle est belle, mais pas plus. Tu dois te souvenir de qui tu es14.

– Je me souviens, c'est plutôt une expérience15, – ответил Эдвард, и в этот момент почувствовал на своей спине чей-то пристальный взгляд.

За спиной стояла Лия, и по ее взгляду ему показалось, что она не только все слышала, но и все поняла.

– Господин Эдвард, я хотела попрощаться, – сказала тихо, словно оправдываясь, она.

– Вы уже уходите?

– Да, – коротко, без пояснений, ответила она. – До свидания.

– До свидания, – ответил тот и, сдерживая эмоции и рвущиеся наружу слова, молча проводил ее взглядом.

Лию отправили во внеочередной отпуск. Вероятно, ее решили отдалить от Эдварда, решила она. «Если бы они знали, как ошибаются», – пришла она к выводу.

Отпуск был кстати. Она давно соскучилась по своей подруге, и ей тоже нужно было перевести дух и привести мысли и чувства в порядок. Поэтому она улетела из столицы немедля.

Традиционная бурная встреча с подругой и посиделки на крыше. Вот что было ей нужно. На этот раз они начали с тренировки. Лия нашла на крыше две палки, ими и предстояло сражаться.

– Хочешь выпустить пар? – догадалась подруга.

– Да.

Между подругами завязался бой. Они крутились по крыше наносили удары и отбивали их. Все их движения напоминали экзотические танцы. Со стороны казалось, что девушки бьются взаправду, их яростные атаки были очень реалистичны. Инициатива переходила от одной девушки к другой, никто не хотел уступать, будто они сражались за ценный приз.

После очередной атаки девушки раскрутились и оказались поодаль друг от друга.

– Может, все на сегодня? – предложила Лия, заводя свою палку за спину.

– Как скажешь, – ответила ее соперница и, подбросив свою, поймала ее и громко стукнула ею о бетонное покрытие крыши. – Хотя я не устала.

– Я тоже не устала, но думаю, на сегодня достаточно. Завтра продолжим, – после некоторой паузы ответила Лия.

– А ты сегодня выглядишь веселее, – заметила Скай, медленно подходя к своей подруге.

– И чувствую тоже лучше, – заметила та.

Они снова расположились на краю крыши и, как в былые времена, откинулись на спины и стали любоваться розовеющим небом. Близился закат.

– Ну и что, ты завела друзей? – поинтересовалась Скай.

– Сложно ответить на этот вопрос, предложение, конечно, поступило, только сомнительно мне все это.

– И от кого? – с нескрываемым любопытством спросила Скай и, чтобы лучше видеть свою подругу, приподнялась на руку и посмотрела на нее.

– От Эдварда.

– Что? – Скай была удивлена. – Но он же высокомерный сноб?

– Высокомерия и гордости ему точно не занимать, но он предложил дружить, и я в полной растерянности, не понимаю, зачем ему это нужно.

– Странный поворот, я этого точно не ожидала. Я думала, что ты скорее подружишься с кем-то из охраны.

– Да мы в итоге и не подружились. Он то проявляет внимание и предлагает дружить, то безразличен и даже груб. Сдается, что он сам еще не решил, хочет ли дружить. Да, и потом, зачем? К чему хорошему может привести эта дружба? Его семья явно против нашего общения.

– Ладно, оставим его. Понятно, что это безнадежные отношения, ничего кроме разочарования не принесут. Давай лучше поговорим о твоей награде.

– За Эдварда я ее и получила. Мы попали в ловушку, возвращаясь с благотворительного вечера. Его машину подбили. Я и еще один охранник попытались его спасти, в итоге второго охранника убили. Это если коротко.

– Страшно было?

– Не страшнее чем в наши обычные рейды. А у вас что интересного происходило?

– Ничего особенного, все как обычно. Пару раз выезжали, разгоняли баррикадников, и один раз в трущобах банда грабителей банк ограбила, выезжали на задержание, перекрывали город.

– Значит, скучно тут у вас? – заметила Лия.

– Ну, а как твое самочувствие? Немного обвыклась?

– Да, вроде, и другие охранники ко мне уважительнее стали относиться.

– Ну и отлично, а то в прошлый раз ты заставила меня волноваться.

Довольные обстановкой и тем, что встретились, подруги остаток вечера провели в пустых разговорах и любовании закатом. Лия так и не смогла рассказать подруге все, что было у нее на душе. Что на самом деле Эдвард ее волнует, что она испытывает непонятные и до конца необъяснимые ощущения рядом с ним. И что разочарована его отношением.

Две недели пролетели как один день. Несколько раз Лия выезжала вместе со свой старой командой на вызовы. Но большую часть времени посвятила тренировкам и беседам с подругой. Несколько раз навестила маму, но ей она не стала ничего рассказывать. У них не было доверительных отношений, только своей подруге она могла доверить сокровенные мысли, но на этот раз побоялась и не стала этого делать. Она понимала, что ее внутренние метания ни к чему хорошему не приведут. Ей лучше не развивать эту тему и делать вид, что ее ничто не заботит. Так будет проще жить и лучше для всех. На этих раздумьях она и остановилась. А военное самообладание и тяжелые тренировки помогли и вовсе все забыть.

Возвращаясь в столицу, она думала только о своем долге и намеревалась исправно его исполнять. Но во дворце ее ждал сюрприз.

Эдвард заранее узнал, когда она возвращается, и поджидал ее у дверей ее спальни.

– Господин Эдвард, что вы здесь делаете? – удивилась она, увидев его стоящего возле двери ее спальни.

– Жду Вас, – его голос дрожал.

Лия сразу насторожилась.

– Я хочу с Вами поговорить, – заикаясь выдавил он.

– Прямо здесь? – спросила она.

Эдвард замялся, и Лия поняла, что ему не нравится обстановка.

– Может, зайдем в мою комнату? – предложила она.

– Нет, это не уместно, я приглашаю Вас пройти со мной в сад.

– Хорошо, – ответила Лия, – только можно я переоденусь с дороги?

–Да-да, конечно, – замешкавшись, выпалил Эдвард.

Он развернулся к выходу:

– Тогда жду Вас в саду, – сказал он напоследок, – возле старой беседки.

Позже в саду Лия нашла его на оговоренном месте. Беседка располагалась в глубине парка, и здесь они могли остаться незамеченными. Эдвард неслучайно выбрал это место, ему не хотелось, чтобы кто-то им помешал, с некоторых пор он стал бояться огласки.

За эти дни, что Лии не было, многое в нем переменилось. Он не имел возможности видеть ее и общаться с нею. Скучал и волновался за то, как она там. Иногда ему казалось, что она могла по долгу службы попасть в беду и погибнуть, иногда он выдумывал себе, что она в отпуске встречается с мужчиной, и он может быть ей близок. Все это разрывало ему сознание, будоражило все внутри. Он много думал о том, чтобы это все могло означать, и пришел к заключению, что это и есть любовь, которой он так искал. Любовь, как оказалось, причиняла боль. Не видеть любимого человека, не знать, где он и что с ним происходит, было чем-то невыносимым. Страдания причиняли реальную боль, ему хотелось поскорее все прояснить, чтобы боль прошла. Он не смел надеться на положительный исход, боялся ответов, которых искал. Но молчать ему казалось более не возможным. Он надеялся, что даже при самом худшем исходе ясность позволит ему успокоится и перестать мучиться сомнениями и страдать.

– Вы пришли, – встретил ее его взволнованный голос.

– Да, – тихо ответила она.

Почему-то внутри нее все клокотало.

– Я много думал о Вас в эти дни, – начал Эдвард. – Эти несколько дней мне показались мучительной вечностью. Я не смогу дальше жить, если не спрошу Вас.

Он замолчал, и в воздухе повисла тишина.

– Я Вас не понимаю, – ответила она.

– Я извожу себя, уже не в силах привести мысли и чувства в норму. Боюсь, моя речь покажется Вам сумбурной. Дар красноречия, кажется, покинул меня. Но я должен Вам сказать. И надеюсь Вы поймете меня… – Он сделал небольшую паузу. – Я люблю Вас. Вопреки общепринятому мнению, вопреки голосу рассудка и желанию моей семьи, прошу Вас прекратить мои мучения. Будьте моей женой.

Его слова прозвучали как гром среди ясного неба. На подобный исход событий Лия рассчитывать не могла, но и сейчас не могла не услышать, что к подобному решению он пришел вопреки голосу рассудка.

– Я не думаю, что могу ответить Вам взаимностью, – ответила она.

– И это Ваш ответ? – он явно ожидал более любезного объяснения и был обескуражен.

– Да, а на что Вы рассчитывали? – ответила она.

– То есть, Вы отказываете мне? – уточнил он.

– Да.

– Тогда почему Вы это не сделали в более деликатной манере?

– Может быть, потому, что Вы это сделали вопреки голосу рассудка. Вы правы, любить меня – это безумие. Поэтому, когда чувства уступят свои позиции разуму, Вы поймете всю абсурдность этого предложения.

– Вы думаете, я шучу? Неужели Вы не видите, что со мной происходит? – его голос дрожал, но в нем наконец появилась сталь.

– Я думаю, что Ваша семья не одобрит Ваш выбор, и очень скоро Вы и сами разочаруетесь в нем, – она старалась быть как можно убедительнее.

– Вы играете со мной? – его голос снова дрогнул.

– Non, c'est une expérience16, – сказала она по-французски.

Он оцепенел. Она говорила по-французски, а значит, все ранние разговоры с отцом и другом были ею поняты. Он невольно испытал угрызения совести. Одновременно ему стало и стыдно, и страшно. Он не знал, как продолжить разговор. А ее решительный взгляд говорил, что на этом она готова поставить точку. Только ясности, которой он так хотелось, не стало, а напротив, стало все еще более не понятно и запутанно. Ведь возможно, в ней говорило ущемленное самолюбие. Ведь, все те его обидные слова предназначались не ей, и должна же она понимать, что причин так говорить у него было достаточно. Но в следующую секунду он подумал об обратном. Он, человек из высшего общества, делает ей предложение, а она, вместо того чтобы обрадоваться такой счастливой случайности, бестактно отказывает, проявляя всю свою спесь. «Любая на ее месте была бы счастлива», – подумал он. Ее горделивость задела его.

– Что бы я ни сказал, Вы не измените своего решения, – начал он, после некоторой паузы. – Я задел Вашу гордость. А Вы думаете, меня должен был обрадовать союз с женщиной более низкого происхождения? – попытался оправдаться он.

Лия вспыхнула, и все ее самообладание в миг улетучилось.

– С первого дня я увидела все Ваше высокомерие, надменность и заносчивость. Вам безразличны чувства других людей, потому что Вы на них не способны. Будь Вы последнем мужчиной на этой земле, я и тогда не согласилась бы выйти за Вас.

Все это Лия выпалила на одном дыхании.

Эдвард молчал. Он сделал шаг вперед, будто намеревался что-то предпринять, но остановился и как скала навис над ней. От близости они снова загорелись, жар волной прокатился по всему телу. Но разум брал верх, и самообладание возвращалось.

– Прошу меня простить, мадам, что доставил Вам столько беспокойства, – выговорил он напоследок и, развернувшись, пошел прочь.

А Лия еще долго не могла прийти в себя и вернулась в спальню лишь через час.

Она была уверена, что завтра ее снова переведут из охраны Эдварда в охрану какой-нибудь из сестер, но этого не случилось. Они каждый день вынуждены были встречаться и бросать друг на друга уничижительные взгляды.

Лия понимала, что союз с Эдвардом невозможен, и потому старалась гнать прочь мысли, сомнения, которые временами появлялись в ее голове. И вообще приходила к выводу, что ей не стоит и вовсе думать о нем.

Через пару дней они оба забыли о неприятном разговоре в саду, но к общению не вернулись. Эдвард держался в стороне, а Лия была этому только рада. Жизнь потекла своим чередом, но вдруг мир перевернула неожиданная печальная новость. Как-то вечером Лии позвонил сослуживец и сообщил ей неприятную новость: Скай была тяжело ранена во время одной из военных операций и лежала в госпитале в тяжелом состоянии, шансы на спасение были очень невелики. Эта новость совсем выбила Лию из колеи, она никак не могла собраться, все время ходила понурая и печальная. Под глазами у нее залегли тяжелые тени, а весь внешний вид говорил о том, что она сильно переживает. При всем при этом ей приходилось ходить на службу и стараться держать себя в руках, в то время как хотелось залечь под одеяло, свернуться калачиком и заплакать. Она позволяла себе поплакать по ночам, и утром это все отражалось на ее лице.

В один из дней Лии пришлось поехать с Эдвардом на заседание акционеров одной из крупнейших промышленных корпораций, соучредителем которой он являлся. Когда они возвращались назад, Эдвард попросил Лию сесть к нему в машину. Лия не могла отказать, это выглядело бы подозрительно, а когда села в машину, поняла, что они там оказались вдвоем. Впереди сидел водитель, и Эдвард сразу закрыл стекло, разделяющее их с водителем.

– Вы выглядите очень печальной, – заметил он, когда машина тронулась.

Лия молчала, ей не хотелось рассказывать о своих бедах.

– Что-то произошло, – настаивал он.

– Неприятности, – сухо ответила Лия.

– Я могу чем-то помочь? – предложил он.

– Вряд ли, – ответила она.

– Может, все-таки поделитесь? Будет легче, – настаивал тот.

– У меня близкую подругу ранили, – сказала она, понимая, что это не та информация, которую стоит скрывать.

– Скай? – спросил он.

– Да, – она не смогла сдержать слез, и по ее щеке покатилась слеза.

– Вы плачете? – заботливо спросил он.

– Это, это так, – попыталась оправдаться Лия и, отведя в сторону лицо, утерла предательскую слезу.

– Она в тяжелом состоянии? – продолжал настаивать на подробностях Эдвард.

– Да, требуется переливание крови, а у нее редкая группа, и нужна сложная операция. Она дорогая и не может быть проведена в государственной клинике.

– Это очень плохо, – заметил тот.

Дальнейшую часть дороги они ехали молча. Лия переживала, как там Скай, а Эдвард продумывал план помощи.

Через несколько дней Лию разбудил неожиданный звонок. Это была Скай.

– Привет, подруга, я, кажется, пришла в себя, – начала та, – и первым делом решила позвонить тебе. Думаю, ты места себе не находишь.

– Как я счастлива, это самая лучшая новость за неделю! – всхлипывая от счастья, залепетала Лия. Ей казалось, что она сейчас потеряет сознание от неожиданно нахлынувшей радости.

– Я, кстати, в столице в военном госпитале, можешь навестить меня.

– Всенепременно, – выпалила Лия.

В этот же день она выпросила себе выходной и поспешила в больницу к подруге.

Она быстро добралась до клиники, одолжив одну из машин охраны; после процедуры дезинфекции ее провели в палату.

– Ну как ты? – спросила она, располагаясь на стуле рядом с кроватью подруги.

– Хорошо, жить буду, – ответила та.

– Как тебя так угораздило?

– Здание было заминировано, мы не знали.

– О-о-о, – Лия нахмурила брови. – Я не представляю, как жить без тебя. У меня все внутри оборвалось, когда я узнала эту новость. Я так переживала эти дни, думала, что с ума сойду. Так ужасно, когда не можешь ничего сделать.

– Как не можешь? Я думала, это ты обратилась к Эдварду.

– Эдвард? А он тут при чем?

– Это благодаря ему меня перевели в столичную клинику и сделали операции. Более того он сдал свою кровь для меня. Ты что, об этом не знала?

– Нет, – удивленно ответила Лия.

– Я очень благодарна ему, но не понимаю твоего недоумения? – заметила Скай. – Я думала, это ты к нему обратилась за помощью.

– Я… Я просто рассказала. Видимо, он сам.

Лия на некоторое время ушла в себя и совсем не слышала, что бормотала Скай.

– Ты где витаешь? – привлекала ее внимание Скай, проводя перед глазами рукой.

– А, да, что?

– Вот смотри, что из меня достали, – она трясла перед Лией пузырьком с осколками снаряда, – вот этот вот самый опасный, именно он чуть меня не убил. Еще пара дней, и он достиг бы сердца, и все, меня бы…

– Ужас, даже не говори этих слов.

Лия взяла пузырек и посмотрела на собранные там осколки.

– День операции теперь буду отмечать, как день второго рождения, – заметила Скай.

Лия улыбнулась.

Подруги непринужденно пообщались, жаль, недолго. Скай еще была слаба, и в скором времени медперсонал попросил Лию уйти. Вернулась она домой в приподнятом настроении. С души словно камень свалился. Она ощущала невероятный прилив сил и готова была горы свернуть, но прежде нужно было поблагодарить виновника этого всего.

Вернувшись, она сразу же направилась к комнате Эдварда. Подойдя, несколько секунд колебалась, но все же постучала. Дверь отворилась спустя некоторое время.

– Здравствуйте, – тут же сказала она.

Эдвард недоумевающе на нее смотрел.

– Я зашла Вас поблагодарить. Эдвард Григорьевич, я Вам очень обязана, Вы столько сделали для моей подруги.

– Я не мог видеть Вас такой печальной, – ответил тот.

– Спасибо еще раз, – сказала она, – я перед Вами в долгу.

– Будем считать, что мы в расчете, – заметил тот.

– И все же, Вы не обязаны были этого делать, а я обязана.

– Я тоже воспринял это как долг, – ответил он.

– И все равно спасибо, – Лия развернулась и пошла к лестнице.

Эдварду хотелось ее остановить и что-нибудь сказать, но он не нашел слов и молча проводил ее взглядом.

Все мысли и чувства Лии снова смешались. На трясущихся ногах она дошла до своей постели и рухнула в нее без чувств. Почему именно ей судьба послала эти испытания, почему именно она должна пережить все это. Лия не понимала смысла всего происходящего и уже совсем не могла бороться с нахлынувшими чувствами. Она впервые призналась себе, что он явно ей нравится, но она по-прежнему боялась общественного осуждения и всячески отметала подступающие мысли о том, что все могло быть иначе.

На следующий день Эдвард снова пригласил Лию в свою машину.

– Мне кажется, вчерашний день внес некоторую ясность. И раз уж мы не ненавидим друг друга, я хочу снова предложить Вам дружбу, – начал разговор он.

Сердце Лии сжалось.

– Да, конечно, – ответила она, не в силах возражать.

– Тогда я прошу Вас, как друга, сопроводить меня. Мой товарищ устраивает прием по случаю своего дня рождения на следующей неделе.

– Хорошо, я же и обеспечу Вам охрану.

– Нет, я хочу, чтобы Вы сопровождали меня как друг.