( Без)грешная для Серебряного дракона

1.1

Служанка бережно расчесывала золотистые волосы королевы Эйлардии. Дежурная фрейлина почтительно стояла рядом, держа в руках пышную ночную сорочку, искусно расшитую голубыми цветами в тон обоев королевской спальни.

Внушительных размеров кровать под парчовым синим балдахином, на которой могли без труда поместиться десять человек, занимала бОльшую часть комнаты.

Но последние лет десять королева Эйлардия спала здесь одна.

Ее венценосный супруг, король Анхельм Четвертый, давно утратил к ней мужской интерес. Мужскую силу, впрочем, король не растерял, предпочитая искать развлечения на стороне.

Эйлардия получала на все праздники дорогие подарки: роскошные украшения с драгоценными камнями, шубы и накидки из снежных лисиц. А на последний день рождения король подарил ей позолоченную карету, которая издавала нежную музыку, как только лошади трогались с места и начинали вращаться колеса.

Но все при дворе, начиная с поваренка и заканчивая вельможами, знали, что король ей изменяет.

Внезапно в дверь спальни почтительно постучали, и вошла старшая фрейлина Миния Тавирис.

— Ваше величество, вас просит принять барон Демиш. Говорит, важное дело.

Королева нахмурилась.

В то же время Эйлардия знала, что барон не посмеет ее беспокоить в такой час по каким-то пустякам. Демиш много лет был ее глазами и ушами при дворе. С тех пор как она юной девушкой прибыла в Лагренну, столицу Лагреннийского королевства, этот человек был рядом.

Бывший стряпчий ее отца (1), невзрачный человек, обладавший тихим невыразительным голосом, он сумел войти в полное доверие к Эйлардии за много лет. Демиш умел вовремя дать нужный совет и подсказать, кому стоит доверять, а кого опасаться при дворе.

— Пусть войдет, — велела королева.

Вошедший мужчина низко поклонился, сверкнув лысиной, и замер.

Это был мужчина лет пятидесяти с небольшим, одетый в бархатный серый камзол. К груди у Демиша был приколот орден Верности, недавно пожалованный ему Анхельмом вместе с титулом барона.

— Ваше величество, я хотел бы поговорить с вами наедине, — тихо сказал он.

— Покиньте нас, — королева небрежно махнула рукой служанке и фрейлине. Фрейлина удалилась, служанка шмыгнула прочь, положив черепаховый гребень на изящный туалетный столик.

Старшая фрейлина нахмурилась. Это было верхом неприличия, оставлять королеву наедине с мужчиной в спальне.

— Не бойтесь, Миния, моей добродетели ничего не угрожает, впрочем, как и вашей, — усмехнулась Эйлардия.

Старшей фрейлине было далеко за шестьдесят, и она служила уже третьей по счету жене Анхельма Четвертого.

Миния, поджав тонкие губы и сделав изящный реверанс, вышла из комнаты.

Как только дверь за ней закрылась, Демиш зашептал еще тише:

— Ваше величество, ваш супруг, его величество Анхельм… тут он запнулся.

— Что? — Королева приблизилась к Демишу так близко, что увидела волосок, торчащий у него из носа.

— Король скончался час назад. Примите мои искренние соболезнования... Такая невосполнимая утрата для нашего королевства, всех подданных и особенно для вас, ваше величество.

На самом деле Анхельма многие ненавидели. Об этом говорило несколько неудачных покушений, причем последнее случилось всего неделю назад.

Эйлардия отмахнулась от слов Демиша, как от зудящего над ухом комара.

— От чего он умер?

— Скорее всего, его величество скончался от сердечного приступа. Лекарь еще должен установить, не было ли отравления. Сейчас привезут тело. Я распорядился накрыть его покрывалом и занести ночью через черный вход.

— Кто еще знает? — Эйлардия нервно кусала губы.

— Пока никто…

— Что мне делать, Демиш? — спросила она.

Барон выпрямился, и орден Верности тускло сверкнул в золотистых лучах магического светильника.

— Пока не поздно, ваше величество, надо собрать королевский совет и объявить вас вдовствующей королевой со всей полнотой власти.

— Но корона до сих пор не передавалась по женской линии.

— Если совет сейчас одобрит указ о передаче власти, то старый закон будет изменен. Если вы не хотите отправиться в монастырь Печальных дев, действуйте быстро, ваше величество. Надо воспользоваться внезапностью. Между знатью сейчас нет единства. К тому же многие напуганы реакцией двора…эммм…на злодейские покушения.

Бывший стряпчий умело жонглировал словами.

«Реакциями двора» он назвал волну казней аристократов, подозреваемых в государственных изменах.

Королева задумчиво покрутила на пальце массивный золотой обручальный перстень, украшенный фигуркой дракона. Это всегда помогало ей думать.

Монастырь Печальных дев находился где-то в горах…Там до сих пор живет вторая жена Анхельма, с которой он развелся по причине бездетности. Когда-то Делния была черноволосой красавицей, всего на несколько лет старше Эйлардии.

Делния не смогла родить королю сына, и супруг быстро избавился от нее, воспылав вожделением к Эйлардии, юной золотоволосой дочери графа Шевиндора.

Говорят, у бывшей королевы сейчас выпали почти все зубы, и Делния превратилась в седую старуху. Без косметических ухищрений, всех этих магических красок и мазей, поддерживающих женскую красоту, беспощадная старость подкрадывается быстро.

— Змеиный клубок сейчас зашевелится...Куча троюродных кузенов и внучатых племянников. Все эти надменные Драгенгары, Айшерны, Леггендорты, Харвисторы, Эшертоны, Торгенны, — все полезут вперед, кусая друг друга за хвосты,— сказала Эйлардия скорее сама себе.

Каждая аристократическая семья сейчас может найти своего претендента на престол, поскольку у Анхельма нет прямого наследника.

В любом знатном роде есть хотя бы несколько капель драконьей крови, потому что за много веков все семьи переплелись друг с другом ближними и дальними родственными узами. Это, впрочем, не мешало им враждовать между собой, заключать и расторгать политические союзы.

Ее супруг был прямым потомком Анхельма Черного, последнего короля, умевшего обращаться в дракона. Эта способность к обращению и полетам была утрачена, уже несколько веков никто не обращался в дракона.

По закону, королевский совет в случае смерти монарха при отсутствии прямого наследника должен был назвать наиболее достойную кандидатуру.

Был и еще один способ стать королем. Тот, в ком текла кровь дракона, мог прийти на дворцовую площадь и подняться на Крылатую башню. А затем обратиться в зверя и взлететь, бросив вызов правящему монарху. Или разбиться, упав на острые железные копья, торчащие внизу.

Последние пару веков с Крылатой башни сбрасывали вниз аристократов, приговоренных к смерти. Народ толпами стекался поглазеть на это, каждый раз втайне ожидая увидеть своими глазами чудо — взлетающего над Лагренной дракона. Но чудес не происходило, и ночью палачи железными крючьями снимали тела разбившихся и увозили их на тайное кладбище.

У Эйлардии были свои причины ненавидеть Крылатую башню, но сейчас не было времени на горькие воспоминания. Надо было действовать, чтобы попытаться удержать трон.

— Вели собрать королевский совет! — приказала она.

Дорогие читатели!

Я рада приветствовать вас в своей новой книге! Буду рада, если эта история вам понравится. Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерять, ставьте звездочки, это всегда дает вдохновение автору.

1.2

1.2

— Ваше величество, есть одно, скажем так, щекотливое обстоятельство, связанное со смертью его величества Анхельма, — кажется, Демиш не спешил уходить.

— Что еще за щекотливое обстоятельство? — раздраженно спросила королева.

— Это не для дамских ушей, ваше величество, но… — Демиш замялся.

— Я все равно узнАю.

— Он был в гнездышке «веселых птичек», когда ему стало плохо, — бесстрастно сказал барон, глядя на кончики своих дорогих сапог.

Красивое лицо королевы исказилось от злости.

— Так и говори, что Анхельм умер среди шлюх в борделе! — резко воскликнула она. — Где это случилось?

— В борделе «Пурпурная лилия», ваше величество.

Лицо королевы напоминало алебастровую маску.

Ее дражайший муж был известным распутником, он не пропускал ни одну смазливую фрейлину.

У Анхельма всегда были фаворитки при дворе, с которыми Эйлардия вела нескончаемую тайную войну.

Одна умерла, поев пирог с перепелками. На другую случайно выплеснулся кипяток. У третьей сломалась ось кареты, и красавица сломала себе шею…

Но умереть в окружении «веселых птичек»…

— Он всю жизни позорил меня, но своей смертью в борделе просто извалял в грязи королевское имя! — Эйлардия была вне себя от гнева. Ее лицо покрылось некрасивыми красными пятнами.

— Ваше величество, я сделаю все, чтобы не предать это недоразумение огласке, — ровным голосом отозвался Демиш.

— Хорошо, — кивнула Эйлардия. Внутри она кипела от гнева.

«Недоразумение» — так назвал Демиш позорную смерть Анхельма!

Она представляла себе усмешки и перешептывания высокородных сплетников. Ничего, она сумеет заткнуть им рты, если станет наконец полноправной королевой, а не тенью распутного супруга!

— Ваше величество, какие еще будут распоряжения?

— Как, говоришь, называется этот бордель?

— «Пурпурная лилия».

Эйлардия нахмурилась. Ее гладкий алебастровый лоб прорезала морщина.

— Шлюх из этого борделя бросить в тюрьму, а само здание снести до последнего бревнышка. Потом поставить там фонтан, а рядом — памятник его величеству Анхельму Четвертому.

Если барон Демиш и оценил своеобразное чувство юмора королевы Эйлардии, то не подал вида.

— Будет исполнено, ваше величество.

Барон вышел, а королева опустилась в бархатное кресло и стала крутить перстень с драконом.

К счастью, у Анхельма не было бастардов, ей точно было известно это.

Потомки драконов, несмотря на любвеобильность, в последние века производили на свет все меньше детей. Первой жена, покойная Генриетта, родила королю единственную дочь, которую несколько лет назад благополучно выдали замуж за правителя далекого герцогства. Делния оказалась бесплодной.

А ей, Эйлардии, несказанно повезло. Она сумела родить здорового сына стареющему королю и была осыпана подарками и всевозможными почестями. Но три года назад тело семнадцатилетнего Эйвера, пронзенное железными копьями, было найдено под Крылатой башней.

Ее красивый мальчик погиб, пытаясь обернуться драконом.

Глава 2.1

2.1

Еще затемно ко дворцу стали подъезжать кареты с родовыми гербами.

Члены малого королевского совета, украдкой позевывая, входили в зал Мудрости, украшенный портретами умерших королей. Совсем скоро к ним добавится и изображение Анхельма Четвертого.

По традиции в малый совет входило по одному старшему представителю семи самых знатных родов королевства, но сейчас в зале Мудрости было только пять человек. Остальные находились сейчас в родовых имениях, слишком далеко от столицы.

Пожилые, старые и очень старые мужчины в черных мантиях, каждый из которых пришел сюда отстаивать интересы своих семей.

Эйлардия, казавшаяся еще более стройной в черном глухом платье без единого украшения, подставляла руку для поцелуев и терпеливо выслушивала слова соболезнования.

Наконец все расселись за большим столом.

— Давайте заслушаем господина Нисса, придворного целителя, —предложила королева.

Вошел целитель, сухонький старичок, держащий в руке светящийся пергамент.

Он важно прокашлялся и развернул перед собой лист.

— Его величество Анхельм Четвертый скончался вчера из-за сердечного приступа. Мои магические артефакты не нашли яда в его теле или на одежде, поэтому смерть его величества является естественной, хотя и преждевременной…

— Благодарю вас, можете идти, господин Нисс, — велела Эйлардия.

Целитель поклонился и шаркающими мелкими шагами удалился.

Смерть Анхельма была действительно неожиданной. Умершему королю было шестьдесят два года, но он выглядел значительно моложе своих лет. Этому он был обязан драконьей крови.

Раньше драконы жили по несколько веков, но теперь их жизнь была чуть дольше, чем у обычного человека. Анхельм Третий прожил полтораста лет, и никто не мог предположить, что его сын уйдет из жизни так рано.

— Благородные лорды, нам нужно решить вопрос о том, кто будет править после трагической кончины его величества Анхельма, — начал Якоб Харвистор из Рубиновых драконов.

Он получил сегодня ночью от Демиша увесистый мешочек золота, сумму, достаточную для того, чтобы оплатить долги своих сыновей и достойно выдать замуж внучек.

—Я считаю, что необходимо провозгласить ее величество Эйлардию правящей королевой. Это предотвратит раздоры между знатью и сохранит мир в стране. Ведь как говорит пословица, маленький червь может съесть изнутри целое яблоко…

— Это неслыханно, чтобы королевская власть передавалась женщине! — заявил, поднимаясь из-за стола, Ройс Торгенн из рода Железных драконов. — Мы много веков чтим законы, данные предками, и потому наше королевство сильно, — Торгенн сел.

— Наше королевство сильно еще и потому, что его есть кому защищать, - подал голос седой как лунь Дорриер Драгенгар из Серебряных драконов.

Его слова намекали на недавнюю войну с Миратом, большим княжеством, граничившим с Лагреннией на юге.

Драгенгары всегда были бесстрашными воинами, они не прятались за чужими спинами. Особенно отличился в миратской войне старший внук Драгенгара, участвовавший во всех ключевых сражениях и командовавший южным крылом армии.

— Защищать королевство — это обязанность мужчин, — согласился Торгенн.

Ги Айшерн, представитель Лазурных драконов, которого за глаза звали Лазурным Лисом, осторожно начал:

— Ваше величество, мы все сочувствуем вашей утрате. Но власть тяжела, и посильна ли она такой хрупкой и прекрасной женщине?

Королева Эйлардия промокнула сухие глаза кружевным платочком.

— Я хочу сохранить память о моем покойном супруге и увековечить его труды во благо королевства. Приложу все силы для этого, достопочтенные лорды. И в каждой трудной ситуации я буду сначала спрашивать ваше мудрое мнение, и лишь потом принимать решение.

Эти слова Эйлардия репетировала ночью, пока Демиш отлучался по делам.

Якоб Харвистор, приосанившись, важно произнес:

— Мы всегда поможем вам своими советами, ваше величество. Давайте проголосуем, достопочтенные лорды. Лично я за то, чтобы монархом стала ее величество Эйлардия.

— Нам нужно выбрать нового короля, — возразил Торгенн.

— Сильного и достойного, — поддержал его Дорриер Драгенгар.

— Думаю, что сейчас важнее сохранить спокойствие в королевстве. К тому же, если ее величество будет советоваться с нами, то королевству не будет грозить упадок, — Лазурный Лис, кажется, определился с решением.

Роб Эшертон, самый старый из членов совета, был глуховат и сейчас вопросительно смотрел то на одного, то на другого советника. Сидящий справа от него Харвистор написал несколько слов на бумаге, и патриарх Изумрудных драконов важно кивнул.

А затем Эшертон гаркнул:

— Да здравствует ее величество королева Эйлардия!

Сидящий слева Лазурный Лис вздрогнул от неожиданности, а затем собравшиеся встали и поклонились королеве так низко, насколько позволял им почтенный возраст.

Голосование малого совета завершилось.

Эйлардия ликовала, но старалась не показывать вида. Она победила этих надменных хитрых стариков, и теперь останется полноправной хозяйкой во дворце, а не отправится в храм Печальных дев.

— Спасибо вам, достопочтенные лорды, — смиренно произнесла королева, а затем добавила:

— Хочу сообщить, что с сегодняшнего дня барон Демиш также будет являться членом малого королевского совета.

У Дорриера Драгенгара появилось на лице такое выражение, будто он откусил зеленое недозревшее яблоко.

Серебряные драконы умели отлично воевать, но всегда были плохими дипломатами.

* * *

— Поздравляю, ваше величество! Через неделю после окончания траура вы получите большую корону.

— Демиш, я никогда не забуду твою помощь.

Бывший стряпчий (1) графа Шевидора поклонился, сверкнув лысиной.

— Благодарю вас, ваше величество.

1 – стряпчий – поверенный в делах; юрист, представляющий интересы семьи

Дорогие читатели, благодарю за вашу поддержку, звездочки и комментарии. Не забывайте добавлять книгу в библиотеку.

2.2

2.2

Три дня спустя

Королева Эйлардия сидела в королевском кабинете покойного Анхельма.

Вчера прошли пышные похороны супруга. Гроб с телом короля, усыпанный цветами, провезли в открытой черной карете по всей столице, а затем опустили в фамильный склеп.

За эти дни Эйлардия успела выслушать бессчетное количество однообразных соболезнований и заверений в преданности.

Она уже успела устать, но старательно вслушивалась в слова Демиша. Который принес с собой внушительный ворох документов.

Дениш давал необходимые разъяснения, сверяясь со своими записями, и говорил, где надо поставить подпись.

Королева скрипела золотым пером, выводя каллиграфическим почерком витиеватые буквы. «Эйлардия Первая, королева Лагреннии».

После этого на листе бумаги секретарь, приведенный Денишем, опускал тяжелую печать с оттиском летящего дракона.

Тяжбы о наследстве...Жалоба на сборщика налогов…Мост в провинции, построенный на деньги казны, рухнул, потому что доски оказались гнилыми…Просьба маркиза Цавенгера об одобрении развода по причине бездетности…

— Что тебе известно об этом Цавенгере? — оживилась королева. Наконец-то что-то показалось ей интересным.

Демиш заглянул

— Маркиз женился на богатой наследнице три года назад, но брак оказался бездетным. Недавно купил новый дом для своей любовницы на окраине столицы.

Эйлардия покрутила на пальце перстень с золотым драконом. Мужчины, эгоистичные и лицемерные. Принято обвинять женщин в отсутствии детей, но придворный лекарь говорил, что иногда и мужчины бывают бесплодными.

— Развод одобряю, но пусть Цавенгер вернет половину полученного приданого супруге.

—Хорошо, ваше величество.

Секретарь важно поставил печать, а Дениш уже разворачивал следующий свиток.

—Это прошение от графини Элоизы Драгенгар. Она просит вернуть своего сына с северного Маяка, куда он был отправлен на службу три года назад. Графиня ссылается на свое плохое здоровье и на то, что соскучилась по маленькому внуку.

— Внуку?

— Граф Дамиан Драгенгар вдовец. Вместе с ним на северном Маяке его малолетний сын.

Эйлардия задумалась и стала крутить перстень.

Северный Маяк. Дальняя окраина королевства. Огромная территория, покрытая льдами и снегом.

Много тысяч лет назад произошла страшная война между оборотнями и драконами. Кровь лилась рекой, и тогда на сторону драконов встали могущественные маги.

Вместе они отогнали нечисть далеко на север и сделали ядовитой реку Адвару, которая стала границей между людьми и миром оборотней.

Кроме того, маги построили на севере крепость и поставили там Маяк, на вершину которого в хрустальную сферу поместили кристалл. Свет Маяка отпугивал оборотней и не давал им приблизиться к миру людей.

После войны маги взяли с драконов слово, что на Маяке всегда будет хранитель, и исчезли.

Эта древняя история для маленькой Эйлардии звучала как сказка. Она мечтала когда-нибудь увидеть свет кристалла своими глазами, но став постарше, начала читать книги про прекрасных королей.

В крепости на севере всегда жил хранитель Маяка — аристократ, в чьих жилах текла кровь драконов.

В северный гарнизон нередко отправляли служить отпрысков знатных семейств, совершивших какой-нибудь неблаговидный поступок.

— Каково будет ваше решение, ваше величество, по Драгенгару? — тихий голос Демиша прервал ее раздумья.

— Да, припоминаю его...Красивый молодой человек, полковник, блестяще проявил себя на последней войне. Кажется, Анхельм хотел тогда пожаловать ему звание генерала, но потом почему-то передумал.

— Возможно, личные чувства его величества в тот момент перевесили заслуги полковника перед Лагреннией, — кашлянул Демиш.

— Говори ясней,— раздраженно бросила королева.

— Насколько мне известно, ваше величество, на балу во дворце, посвященному подписанию мира с Миратом и чествованию отличившихся героев войны, полковник Драгенгар имел неосторожность обратить внимание на Сесилию Уиншер.

Эйлардия прекрасно помнила Сесилию, кареглазую шатенку с пышным бюстом. Она была тогда очередной пассией короля, но в фаворитках продержалась всего пару месяцев.

Значит, Анхельм сослал графа Драгенгара на северный Маяк из-за обычной мужской ревности? Или, увидев, насколько популярен в народе стал молодой полковник, отправил его как можно дальше от столицы?

— Что изволите ответить на прошение графини Элоизы, ваше величество?

Королева даже испытала мимолетное сочувствие к Драгенгару, но она вспомнила, как бескомпромиссно повел себя его дед на королевском совете

— Ответь, что графине, что ее сын пока продолжит выполнять свой долг перед Лагреннией. Ему подберут достойную замену. Но...пусть это произойдет через три года.

Срок службы графа Дамиана Драгенгара на северном Маяке был продлен.

2.3

2.3

Эйлардия уже собиралась вставать из-за стола. но Демиш достал еще два свитка.

—Что это? — спросила она.

— Письмо от полковника Драгенгара. Он просит вашего покойного супруга прислать на северный Маяк лекаря, оружейников, кузнеца, заменить солдат, которые отслужили там больше трех лет… Также Драгенгар прислал список необходимых вещей для крепости, я уже передал его на рассмотрение интендантам (1).

Еще я заметил, что в конце письма есть приписка: «Ваше величество, возможно, карта, присланная Вами, не точна. Летом мы возобновим поиски».

— Что это значит? — задумчиво спросила королева.

— Мне это неизвестно, но думаю, ваше величество, нам нужно отправить туда своего человека, чтобы узнать, что ищет Драгенгар.

— Хорошо, действуй, и реши вопрос с ремесленниками для Маяка, —кивнула Эйлардия.

— Ваше величество, здесь прошение о помиловании. Сын барона Бартенса просит помиловать его семью, — Демиш развернул последний лист, и королева вздохнула.

— А что с ними?

—Барон Джейкоб Бартенс и вся его семья недавно были брошены в темницу за участие в последнем заговоре против вашего покойного супруга. Барон Джейкоб отрицал свою вину, но его слуга дал признательные показания. По поручению Бартенса этот человек передал сорок золотых и яд одному из поваров, чтобы тот добавил отраву в фаршированную рыбу для его величества. Слуга сейчас в тюрьме.

Всем было известно, что Анхельм обожал фаршированную рыбу с чесноком и острым перцем. У покойного короля был крепкий желудок.

— Какова же была личная выгода Бартенсов в этом деле?

— Барон внезапно скончался в темнице. Но я уверен, ваше величество, что за ним наверняка стояла знатная семья, желающая возвести на престол своего ставленника.

Сейчас сын барона, Джош Бартенс, просит сохранить ему жизнь. Клянется, что ничего не знал о делах отца, и взамен обещает преданно служить вам…

— Что ты посоветуешь мне делать, Демиш?

— Заговорщиков не следует прощать никогда, ваше величество. Кто помешает им предать еще раз, если они увидят свою выгоду? А вдруг он решит отомстить за смерть отца?

— Тогда повелеваю их казнить. Всех.

— Там две женщины и дети, ваше величество.

— Кто эти женщины? —спросила Эйлардия.

Демиш заглянул в свои записи.

— Незамужняя сестра барона, леди Сузанна, его невестка Роза и падчерица Иланта. Барон был ее опекуном, он распоряжался ее немалым наследством и поместьем.

— Все имущество Бартенсов должно быть конфисковано в пользу короны. Имение тоже.

— У Бартенса очень красивый дом, ваше величество. Я бывал в тех местах.

— Демиш, если имение покойного барона тебе так нравится, то я дарю тебе его в качестве признательности за службу. Подготовь соответствующий указ.

Демиш низко поклонился.

— Благодарю вас, ваше величество.

— Проявите ли вы милосердие к женщинам из семьи Бартенсов? Это бы понравилось простому народу

— Простому народу нравится, когда знатные лорды летят вниз головой с Крылатой башни. Но ты прав, Демиш. Детей повелеваю отдать в приют до совершеннолетия. Женщин отправить в храм Печальных дев до конца жизни, но пусть это станет известным только в самый последний момент перед объявлением казни. Это и будет мое милосердие.

Королева наконец встала, намереваясь отправиться в свои покои. День выдался слишком утомительным.