Опозоренная невеста лорда-дракона

3.2

Утром за завтраком мне совсем не хочется есть.

Смотрю, как Беатриса с рассеянным видом намазывает сливовым джемом хрустящую пшеничную булочку. Дяди Симуса нет за столом. Наверняка его мучает жестокое похмелье после вчерашних возлияний.

Тетя Элоиза обращается ко мне с легкой улыбкой:

— Ты плохо ешь, Лилиана. Тебе не мешало бы немного поправиться. Мужчины любят, чтобы было за что ухватиться.

— Нет аппетита, тетя, — отвечаю я, отодвигая тарелку.

Зато Элоизе не надо поправляться — она уже давно это сделала. В молодости, несомненно, она была такой же хорошенькой куколкой, как Беатриса. Но сейчас ее фигура расплылась, а на все еще миловидном лице с насмешливыми глазами заметен второй подбородок.

В столовую бесшумно вплывает мажордом Генри. Это сухощавый, подтянутый мужчина лет пятидесяти с аккуратными залысинами и очень светлыми глазами. Он заправляет всеми слугами в доме и предан тетке до мозга костей.

— Госпожа баронесса, позвольте доложить, мне необходимо съездить в город. Нужно закупить провизии к предстоящему ужину, сладостей и тот самый зеленый бархат для новых портьер в гостиную, его наконец обещали привезти.

— Хорошо, поезжай, — кивает тетя, отхлебывая кофе. — Затем зайдешь ко мне для отчета.

У меня сердце подскакивает в груди, как мячик. Это отличный шанс попасть в город и увидеться с Илиасом, не дожидаясь вечера.

— Тетя Элоиза, можно мне тоже съездить в город с Генри? Хочу купить успокоительных трав в аптеке, — спрашиваю я, стараясь придать лицу спокойное выражение. Ни за что не хочу, чтобы она заподозрила мою тайну и догадалась, что я подслушивала прошлой ночью.

— Ладно, — нехотя соглашается она. — Заодно купишь мне лекарство от мигрени. То, что в синем флаконе.

Через четверть часа я уже сижу в добротной крытой повозке рядом с мажордомом. Колеса мерно постукивают по щебню. Генри рассуждает о том, сколько еще хлопот предстоит до приезда жениха Беатрисы, а я целиком погружена в свои мысли.

Через час мы уже в городе, и я прошу остановить повозку возле книжной лавки под предлогом поиска нового романа.

Генри с кучером едут дальше по своим делам, а я, выждав немного, перебегаю пыльную мостовую и открываю дверь лавки, где работает Илиас.

Я замечаю его сразу, но замираю у входа, не решаясь подойти. Илиас оживленно беседует с какой-то богато одетой дамой в серебристом бархатном платье Он любезно улыбается при каждом ее слове.

Подхожу чуть ближе, притворяясь, что рассматриваю веера, и ловлю обрывки фраз.

— Эта ткань, леди, просто меркнет перед вашими глазами. Изумрудный шелк — вот что подчеркнет их глубину!

Дама вся розовеет и расцветает под его взглядом, а у меня в груди рождается неприятное, темное чувство. Словно кошки скребут и оставляют глубокие кровоточащие царапины на самом сердце. Он улыбается ей так же ласково, как и мне!

Наконец, довольная покупкой дама удаляется, и Илиас замечает меня. По его лицу пробегает легкая тень досады. Я делаю вид, что с упоением разглядываю расписную керамическую посуду.

Он быстро подходит ближе и шепчет у меня за спиной, так, что от его дыхания пробегают мурашки:

— Лили, зачем ты пришла? Мы же договаривались на вечер. Это опасно.

— Мне очень нужно с тобой поговорить. Срочно, — тихо, но настойчиво отвечаю я.

— Обойди лавку снаружи и жди за углом, на заднем дворе. Я выйду, как только смогу, — коротко бросает он.

Через несколько долгих минут Илиас выходит, озираясь по сторонам.

— Что случилось, Лили? — беспокойно спрашивает он, беря меня за руку. — И почему ты надулась на меня?

— Я видела, как ты ласково ухаживал за той леди и превозносил ее глаза, — выпаливаю я, и голос предательски дрожит.

Он снисходительно улыбается, объясняя мне, как маленькому, несмышленому ребенку:

— Мне нужно быть любезным, чтобы продать товар. Это моя работа, Лилиана. Если я буду стоять хмурым, никто не купит даже наперсток. Это просто работа, ничего более. Не ревнуй, моя красавица. В моем сердце место только для одной — для тебя.

Я таю от этих слов, но тут же вспоминаю, зачем пришла.

— Илиас, ты должен меня выслушать! — начинаю я, хватая его за рукав. — Дядя хочет выдать меня замуж за старого лорда, а тетка… она замышляет нечто гораздо хуже!

Волнуясь и сбиваясь, я выкладываю ему обрывки подслушанного разговора.

— Значит, у тебя есть наследство? Земля и медный рудник? — переспрашивает Илиас, и в его глазах загорается новый, незнакомый мне огонек.

— Да! Но я смогу получить его только после замужества! — восклицаю я.

Любимый замирает, раздумывая. Я с тревогой вглядываюсь в его красивое лицо, понимая, что от его следующей фразы зависит вся моя жизнь.

Он пристально смотрит мне в глаза, и мое сердце замирает в груди.

Илиас берет мою ладонь, подносит к губам и страстно целует.

— Лилиана, нам нужно пожениться. Тайно. Не здесь. И тогда мы сможем, спустя какое-то время, когда гнев твоего дяди уляжется, вернуться и потребовать твое наследство!

— Вернуться? — не понимаю я.

— Мне скоро нужно будет возвращаться на родину, в Тешинор. Но это слишком близко. Твой дядя легко нас найдет.

Илиас ненадолго задумывается, а потом лицо его озаряется.

— Недавно я встретил здесь знакомого капитана корабля. Он вскоре отправляется в Саридену. Знаешь, где это?

— Я слышала, что Саридена — далекое королевство за двумя морями, где никогда не бывает зимы, — шепчу я.

— Умница, Лили. Если бы у нас были деньги, мы могли бы купить места на его корабле, удобную каюту на двоих. Я открыл бы небольшую лавку в портовом городе, мы нашли бы уютный домик с маленьким садиком у моря. Там всегда солнечно. Море теплое, как парное молоко, а люди улыбаются даже незнакомцам.

Слова Илиаса звучат для меня как сладчайшая музыка. Я закрываю глаза и на мгновение представляю это: я встречаю его вечером с малышом на руках на пороге нашего белого домика под красной черепичной крышей… Мы сможем уехать отсюда и начать новую, свободную жизнь!

Но затем мои мечты разбиваются, как хрупкая глиняная миска о каменный пол.

— Но на это нужны деньги, милая, которых у меня сейчас нет, — говорит Илиас, и его голос звучит горько.

— Сколько? — почти не дыша, спрашиваю я.

— Наверное, не менее пятидесяти золотых, чтобы заплатить капитану, купить самое необходимое для дороги и на первое время обустройства…

Я глухо вздыхаю. Это целое состояние.

— Илиас! Пора работать, хватит отдыхать! — раздается грубый окрик из-за двери. Это его дядя, владелец лавки, плотный черноусый мужчина в пестром жилете.

— Сейчас, дядя Селим! — отзывается Илиас, и тень снова ложится на его лицо.

— Эй, не грусти, милая, мы что-нибудь придумаем, — быстро шепчет он мне. — Приходи завтра к старой мельнице, все обсудим…

Я торопливо бегу в аптеку, чтобы купить травы и лекарство для тети. Там уже поджидает наша повозка.

Мажордом Генри доволен, он удачно приобрел все, что было в списке.

— Ох и хлопотное это дело, госпожа Лилиана, помолвка. А ведь следом и свадьбу надо будет устраивать, — вздыхает он, усаживаясь рядом со мной.

Повозка трогается и катит по пыльной дороге, увозя меня обратно в гнетущие стены поместья. А у меня в голове стоит картинка маленького белого дома с красивыми ставнями и небольшим садом, залитым солнцем. Даже в цокоте лошадиных копыт мне чудится завораживающий, манящий ритм: Са-ри-де-на... Са-ри-де-на...

* * *

Дорогие читатели, обратите внимание на вторую историю нашего литмоба "Опозоренная невеста"

от Валентины Элиме

(не) Случайная невеста, или Жених поневоле

Читать тут: https://litnet.com/shrt/hxgU

4.1

Все в доме заняты подготовкой к приему гостей. Служанки натирают паркет и мебель ароматным пчелиным воском, тяжелые портьеры в зале постираны, с гобеленов смахнули пыль. На кухне царит оживленная суета.

Оглядываю дом, так и не ставший мне родным за эти годы. В зале расставляют новые бронзовые канделябры и тончайшие фарфоровые вазы с нежными рисунками. Наверняка многое из этого куплено на доходы от моего медного рудника. Интересно, сколько это стоит? Рассматриваю изящный канделябр. Настоящее серебро, как с важным видом сообщил мажордом Генри.

Я проскальзываю, как мышка, в свою комнату и прикладываю ладони к горящим щекам. Мне так хочется поговорить с Молли! Она против моих встреч с Илиасом и каждый раз умоляет меня быть осторожнее, но я не могу приказать своему сердцу разлюбить.

Отправляюсь читать книгу, которую дал мне Илиас, но строчки путаются и упрямо не желают складываться в смысл. Остаток дня и весь следующий я живу как в тумане, погруженная в свои мысли. Как бы мне ни хотелось уехать с Илиасом!

На следующий день дожидаюсь, когда солнце начинает клониться к закату, и торопливо выскальзываю в садовую калитку.

Никому до меня нет дела: слуги заняты, а Беатриса с тетей примеряют наряды с приехавшей портнихой. На небе с востока тянется цепь темных тяжелых облаков, но я не обращаю на них внимания.

Илиас уже ждет в нашей рощице за мельницей. Лечу к нему навстречу и сразу попадаю в крепкие объятия. Он целует меня, а мое сердце начинает колотиться как сумасшедшее. Сегодня его ласки смелее, чем обычно.

Он пытается расшнуровать мой корсаж, но я мягко отвожу его руки.

— Нет, Илиас… Пожалуйста. Давай не будем торопиться.

Он вздыхает и отстраняется.

— Лили, если бы ты любила меня так же сильно…

Я легонько целую его в щеку, чувствуя, как напряжены его мышцы.

— Я очень люблю тебя, милый.

— Лили, я снова видел капитана. Он уплывает через неделю. Я спросил, есть ли у него каюта для меня и моей молодой жены. Он сказал, что охотно отдаст самую лучшую. Но только нужно заплатить…

— Илиас, а твой дядя не может одолжить тебе денег?

Любимый хмурится.

— У дяди Селима сейчас не лучшие времена. Корабль с его товарами затонул, он понес большие убытки. Денег у него нет.

Затем он снова целует меня и тихо говорит:

— Лили, я подумал… Наверняка в доме твоего дяди есть небольшие ценные вещи. Драгоценности, золото… Может быть, ты…

Он не договаривает, бросая на меня быстрый взгляд искоса.

Я с трудом понимаю, что он предлагает.

- Ты хочешь, чтобы я украла? — прямо спрашиваю я.

— Нет, конечно! Просто подумал, что мы сможем вернуть стоимость, когда я встану на ноги… Будем считать, что берем в долг у твоего дяди. Ведь он распоряжается сейчас твоими доходами. Разве это справедливо?

Илиас пытается посеять во мне сомнения.

— Нет, я ничего не возьму из дома дяди. Это воровство, — твердо говорю я.

— Тогда мы ничего не сможем поделать. Тебя выдадут замуж, отправят в монастырь или того хуже. Объявят о твоей внезапной кончине.

Голос Илиаса неожиданно становится другим — жестким, решительным. И я с ужасом понимаю, что, скорее всего, так и будет.

— Ты хочешь этого? — безжалостно спрашивает он.

— Нет, — едва слышно шепчу я.

По моим щекам ручьями текут слезы.

Он нежно проводит пальцем по моему лицу.

— Не плачь, любимая. Может, удастся что-то придумать. Но знай: через неделю уходит корабль в Саридену. Если у нас ничего не выйдет, мне придется уехать домой, к семье. Одному.

Он целует меня на прощание.

— До завтра, Лили.

— Не знаю, получится ли у меня, — с сомнением говорю я.

— Я буду ждать тебя здесь каждый вечер, даже если ты не придешь. Каждый вечер, пока не придет время уехать.

Илиас целует меня, а затем садится на своего гнедого жеребца и уезжает в сторону города.

А я заворачиваюсь в плащ и с тоской смотрю ему вслед до тех пор, пока на горизонте не остается лишь маленькая точка.

Затем выхожу на дорогу и замечаю, что облака на небе сгустились и потемнели. Ускоряю шаг, но через несколько минут на землю обрушивается настоящий ливень. Моя накидка промокает насквозь за считанные мгновения. По лицу стекают ручейки воды, будто слезы. Кажется, даже небо оплакивает мою незавидную участь.

До дома еще три мили. Дорога под ногами превращается в сплошную грязь. Подол платья тяжелеет от воды и грязи, но я упрямо шагаю вперед.

В голове крутятся мысли: если бы дядя Симус дал мне пятьдесят золотых, я бы уехала с Илиасом, а он бы дальше распоряжался доходами с моста и рудника. Может, стоит поговорить с ним еще раз, предложить сделку?

Но сама же понимаю — дядя никогда не согласится.

Внезапно сквозь шум дождя доносится топот копыт. Оборачиваюсь и вижу четверых всадников. Отхожу на обочину, чтобы пропустить их, но двое мужчин в темных плащах настигают меня и останавливаются в нескольких шагах. Я опасливо кошусь на их лошадей. Один из мужчин — темноволосый и хмурый, второй — с темно-русыми волосами до плеч. Двое других держатся сзади. Тот, что с русыми волосами, белозубо улыбается:

— Красавица, подскажи дорогу к имению барона Монтейна?

Я вздрагиваю.

— Прямо по этой дороге, милорды. Через три мили будет въезд, — отвечаю , натягивая капюшон плаща. Пусть думают, что я крестьянка или служанка.

— А тебе случайно не в ту сторону? — снова обращается ко мне русоволосый незнакомец.

— Мне в деревню, милорд. Она в миле от имения господина барона, — осторожно говорю я.

— Так мы тебя подвезем! — заявляет он.

Неожиданно его лошадь делает пару шагов вперед.

Я не успеваю отскочить, как сильные руки подхватывают меня, и я оказываюсь в седле перед незнакомцем.

— Да ты совсем промокла, девушка! — восклицает он, расстегивая фибулу своего плаща и накидывая его на меня.

Я с изумлением рассматриваю застежку его плаща: крупный янтарь, вплавленный в золотое туловище дракона. Затем растерянно перевожу взгляд на его лицо. Он очень красив, но меня поражает не это. У мужчины необычные глаза, желто-карие, медовые.

Я смотрю на другого всадника, темноволосого. Его лошадь вплотную подъехала к нам.

На широкой груди мужчины сверкает такая же золотая фибула с янтарем. Кажется, это те самые драконы, что спешат на помолвку Беатрисы и Эйгара из дома Эмбертов.

***

Дорогие читатели, очень буду рада вашим комментариям и звездочкам на первой странице книги. Добавляйте роман в библиотеку, чтобы не пропустить обновления.

4.2

Всадник сзади уверенно обнимает меня за талию одной рукой, а другой держит поводья. В его прикосновении нет ни капли пошлости, лишь практичная необходимость, но я все равно сгораю от смущения. Никто, кроме Илиаса, не держал меня так близко. Даже сквозь плотную ткань его плаща между нами я чувствую, что тело мужчины горячее и твердое.

Темноволосый всадник скачет справа, почти бок о бок, и его присутствие тревожит меня. Время от времени он бросает на меня пристальные взгляды, от которого по коже бегут мурашки. Мужчина выглядит мрачным. Почему он так смотрит?

— Эй, не пугай девушку, — упрекает его мой спутник,

— Не придумывай, Торген, — отзывается темноволосый.

Значит, мужчина, который меня везет в седле — Торген.

— Думай лучше о своей невесте и будущих родственниках, — говорит он своему товарищу.

Я не вижу лица Торгена, но мне кажется. что он улыбается.

— Мне хватает и настоящих, — отрезает темноволосый.

Его голос низкий, сильный и звучный, он отзывается во мне, как эхо колокола.

Они говорят про невесту! Значит, этот мрачный дракон и есть жених Беатрисы, Эйнар эш Эмберт? Я украдкой бросаю на него быстрый взгляд. Чеканный профиль, властный подбородок, губы, плотно сжатые в тонкую ниточку. Он меня пугает и притягивает одновременно, как бездонная пропасть, в которую хочется заглянуть и страшно провалиться, сделав неосторожный шаг.

Словно почувствовав мое внимание, он резко поворачивает голову, и наши взгляды вдруг встречаются на мгновение. Его глаза цвета темного меда. Никогда таких не видела. Затем мужчина гладит шею своей лошади ладонью, и вдруг животное начинает бешеный галоп. Из-под копыт летят во все стороны брызги и комья грязи.

— Мой брат волнуется перед свадьбой, — усмехается Торген. Его голос теплый и веселый.

— Как тебя зовут, красавица? — спрашивает мужчина.

— Ана, милорд, — отвечаю я, не называя полного имени. Мечтаю лишь об одном — поскорее скрыться от этих людей. Будет плохо, если они узнают меня в доме дяди.

— Никогда не видела драконов, Ана?

— Нет, милорд.

Пусть думают, что я служанка или крестьянка.

Вскоре мы достигаем окраины небольшой деревни, где живет большая часть слуг из поместья дяди.

— Спасибо, что довезли, милорд. Дальше я сама. Вам еще милю направо, —говорю я.

Всадник легко спрыгивает с седла и подает мне руку, помогая спуститься. Теперь я вижу его во весь рост — высокий, с открытым лицом и насмешливыми желтоватыми глазами. Русые волосы слиплись в сосульки от воды.

— Спасибо вам, милорд.

— Торген, — улыбается он. — Меня зовут Торген.

— Спасибо и за плащ, — я поспешно снимаю накидку и протягиваю ему, ускоряя шаг, чтобы он не успел ничего больше сказать.

К счастью, из-за ливня улицы в деревне пустынны.

Всадники поворачивают направо, а я, подобрав подол платья, бегу по скользкой тропинке к садовой калитке в поместье дяди Симуса.

Конечно, драконы прибыли раньше меня. Я слышу шум внизу и осторожно прокрадываюсь к себе наверх. Ароматы изысканных блюд разносятся по всему дому, заставляя мой желудок заурчать от голода.

— Где это ты шлялась?!

Тетя Элоиза врывается в мою комнату, едва я успеваю перевести дух. Ее лицо перекошено от гнева.

— Мокрая, принесла грязь в дом! — она смотрит на меня со злостью.

— Ты наказана, Лилиана! Не смей высовываться из комнаты, пока у нас гости! Ужинать будешь со слугами!

Она хлопает дверью с такой силой, что начинают дрожать стекла в оконной раме. Я остаюсь одна в тишине своей каморки под самой крышей. Сажусь на край кровати и обхватываю колени руками. Честно говоря, мне вовсе не хочется присутствовать на ужине с драконами.

Снова вспоминаю мрачного лорда Эмберта. От него веет силой и опасностью.

Мне становится немного жаль легкомысленную Беатрису. Понимает ли она, за какого сурового человека выходит замуж?

«Хорошо, что Илиас не такой, — с тоской думаю я. — Он ласковый, нежный...»

Я снова вспоминаю наш сегодняшний разговор у мельницы, его слова о скором отъезде, и на меня накатывает тоска. Что же мне делать?

Снизу доносятся звуки лютни — дядя Симус, желая произвести впечатление, нанял музыкантов. Я переодеваюсь в сухое платье и распускаю волосы, чтобы просушить их. Они у меня длинные, непослушные. Справиться с ними непросто, и обычно я заплетаю их в тугую косу.

Примерно через полчаса за дверью слышатся чужие, тяжелые шаги. Я замираю, прислушиваясь.

— Моя племянница нездорова, милорд, — заискивающим голосом говорит тетя Элоиза. — Она почти не выходит из своей комнаты.

— Вот как? Я распоряжусь прислать ей моего личного лекаря, — раздается раскатистый низкий голос.

Шаги удаляются и стихают, но ненадолго. Вскоре дверь распахивается, и на пороге появляется дядя Симус. Его лицо багровое то ли от волнения, то ли от возлияний. Дядя тяжело дышит.

— Лилиана, немедленно переоденься во что-нибудь приличное и спускайся в зал! — велит он. — И веди себя достойно. Не забудь сказать, что ты болеешь. Кстати, лорд Мэлком тоже здесь. Поздороваешься с гостями и ступай к себе.

Сердце уходит в пятки, но ослушаться я не могу.

Надеваю шерстяное темно-синее платье, переплетаю косу.

Спустившись в зал, я вижу что за длинным накрытым столом сидят гости. Богатая посуда, изысканные блюда, цветы в вазах.

Здесь несколько наших соседей, лорд Мэлком, дядя с тетей, сияющая Беатриса, похожая на нежный весенний цветок в своем голубом платье, и четыре незнакомых мужчины. Драконы. Все они широкоплечие, с желтоватыми глазами. Красивые мужественные лица. Все они похожи между собой. Только у Торгена русые волосы, а у остальных почти черные.

— Приветствую вас, милорды, — тихо говорю я, склонив голову.

А потом выпрямляюсь и сразу вижу лорда Эмберта. Его взгляд острый, как клинок. Он смотрит прямо на меня.

Эмберт сидит за столом рядом с Беатрисой. Рядом с широкоплечим, могучим лордом она еще больше напоминает хрупкую фарфоровую куклу.

И тут происходит невообразимое. При моем появлении жених Беатрисы медленно поднимается, выходит из-за стола и направляется прямо ко мне. Его движения плавные, а шаги бесшумные, как у хищника, крадущегося к добыче.

— Эйнар, куда вы? — робко спрашивает Беатриса, но он даже не смотрит на кузину.

В зале висит полная тишина, слышен даже треск поленьев в камине. Все взгляды устремлены на нас. Расстояние между нами стремительно сокращается.

Наконец лорд подходит ко мне почти вплотную, заслонив собой от окружающих, и смотрит мне прямо в глаза. Он еще выше, чем Торген, и от этого мужчины исходит почти осязаемая аура власти.

Я не понимаю, что с ним происходит. Его лицо выглядит одновременно удивленным и сердитым. Губы плотно сжаты, он хмурится.

У меня сжимается сердце от смеси тревоги, страха и любопытства.

— Рад с вами познакомиться, леди Лилиана, — хрипло говорит он.

— Лили, садись за стол, — дядя Симус пытается разрядить напряженную обстановку.

— Можете сесть рядом со мной, леди Лилиана, — раздается слащавый голос лорда Мэлкома.

Жених Беатрисы оборачивается в его сторону, и с лица лорда вдруг сползает улыбка.

— Я думал, что леди желает разделить с нами праздничный ужин, — мямлит он.

— Леди Лилиана пока сядет рядом с моими кузенами, — властно говорит Эмберт.

Русоволосый Торген, улыбаясь, встает, освобождая мне место рядом с собой.

На негнущихся ногах я подхожу, и он усаживает меня. Кажется, Торген мне незаметно подмигивает.

А затем Эйгар эш Эмберт неожиданно обращается к моему дяде:

— Господин барон, я хотел бы поговорить с вами наедине….

визуал

Встреча Лилианы со всадниками на дороге

5.1

— Матушка, что случилось? — с тревогой негромко спрашивает Беатриса у тети.

— Возможно, лорд Эмберт захотел обсудить условия брачного договора, — отвечает тетя Элоиза и тут же приказывает музыкантам играть громче, чтобы разрядить натянутую атмосферу.

Гости, послушные невидимому сигналу, понемногу расслабляются и снова принимаются за еду. Торген, сидящий рядом со мной, услужливо подкладывает в мою тарелку разные блюда: запеченную утку с яблоками, нежнейшую форель, рулет с печенкой. Стол действительно ломится от изобилия. Дядя Симус не поскупился, принимая будущего зятя.

Замечаю, что драконы не страдают отсутствием аппетита.