Академия магических наук. Эльфийские земли
- -
- 100%
- +
– Думай, как знаешь, – Лиориэль сел на кровать, помолчал немного и вздохнул. – Ладно, я объясню. Ты ей не подходишь.
– Вот как? И почему же? – эльф невозмутимо приподнял бровь. Он успел взять себя в руки и взирал на друга с ледяным спокойствием.
– Останься Этьен с тобой – варианта было бы два: либо она в конце концов не выдержала бы и ушла, либо стала лишь тенью самой себя. И я на все сто уверен в первом варианте.
– Объясни.
– Видишь ли, Луиджи поддерживает все её замыслы и идеи. Они общаются на равных. Умеют подстроиться друг под друга. Он принимает Этьен такой, какая она есть. Что же насчёт тебя? Пошёл бы ты среди ночи на стену? Стал бы ходить трижды за день в лес?
– В этом есть такая острая необходимость? – с недоумением спросил Элерион.
– Вот видишь, об этом я и толкую, – хмыкнул Лиориэль. – Луиджи такой вопрос даже в голову не приходит.
– Ерунда. Несерьёзно как-то.
– Ты не прав. Это проявление любви. Останься она с тобой – что услышала бы в ответ? Вместо ночного похода в лес – «ложись спать»? Вместо третьего за день мороженого – «лучше съешь похлёбки, это полезнее для организма»?
– Но ведь это правильно.
– Правильно для тебя, – эльф указал пальцем на друга и развёл руками. – Ты постоянно стремился бы её переделать. Подмять под себя. А Этьен не из тех, кому подобное по душе. А если бы у тебя вышло, и она изменилась, тебе бы быстро наскучило. Так что не порть девчонке жизнь.
– То есть, Луиджи просто её балует и всё, – подытожил эльф. – И Этьен им крутит, как хочет.
– Ты меня что, не слушал? – Лиориэль хлопнул себя ладонью по лицу. – Говорю же, они на равных. Никто не пытается переделать другого и не навязывает своё мнение.
– Почему ты на стороне Луиджи? – прищурился Элерион. – Ты же его на дух не переносишь?
– Так и есть. Но при всей моей нелюбви, у меня есть логика и я отлично понимаю людей. А ещё – объективно смотрю на ситуацию. Нельзя не признать, что они хорошо друг другу подходят.
Элерион хотел сказать что-то ещё, но Лиориэль раздражённо махнул рукой.
– Хватит уже разговоров о травнике. Достало!
Он лёг в кровать и демонстративно отвернулся к стене, показывая, что не намерен продолжать разговор.
***По привычке проснувшись рано, Этьен бросила сонный взгляд в окно. Сквозь затянувшие небо серые тучи не пробивалось ни единого солнечного лучика. Она сладко потянулась и уткнулась носом в тёплое одеяло. Комната была уютной, а кровать такой мягкой, что не хотелось вставать. Капли, сорвавшиеся вниз, застучали по крыше, и девушка, убаюканная звуком дождя, вновь умиротворённо уснула.
Наступило позднее утро, но Этьен не спускалась и Луи забеспокоился. Он принялся убеждать себя, что всё в порядке, но сердце начало колотиться сильнее, а руки стали ещё холоднее, чем обычно. Парень встал с кресла и принялся ходить по комнате. «Этьен нужен отдых, почему бы просто не дать ей выспаться, как следует?» – спросил он сам себя, но перед глазами настойчиво всплывали картины прошлого, как он отворяет дверь комнаты и видит её почерневшие пальцы. Луи понимал, что ничего не произошло, бабочки по-прежнему в мастерской, а значит бояться нечего, но в этот раз логика и разум не помогали унять дрожь в руках от тревоги.
Парень поднялся по лестнице и тихонько отворил дверь спальни. Заглянув внутрь, он не увидел ничего из тех ужасов, что рисовало воображение. Этьен мирно спала, уложив обе ладошки под щёку. Её каштановые волосы разметались по подушке, а одеяло сбилось к ногам. Луи подошёл, аккуратно потянул за его край, укрывая девушку, как следует, и улыбнулся, выдохнув с облегчением.
Осознав, что всё в порядке, он спустился вниз, вышел на улицу и встал под дождь. Холодные капли струились по телу, быстро промочив одежду, смывая напрасные тревоги. Парень не знал, сколько простоял так, пока не услышал тихие шаги за спиной. Этьен проснулась и вышла на крыльцо. Она протянула руку к небу, позволяя каплям стекать по коже и спросила:
– Луи, всё в порядке?
– Да, – закрыл глаза парень.
Он не хотел признаваться, как сильно испугался за неё, поэтому натянул улыбку и повернулся. Её спокойное, немного сонное лицо выглядело очаровательно в тонких лучах солнца, несмело пробивающихся сквозь тучи. Луи замер, любуясь ею.
– Тебе нравится дождь? – вымученную улыбку сменила настоящая, мягкая и искренняя.
– Да, – улыбнулась в ответ Этьен. Она опустила руку и повернула её ладошкой вверх, позволяя воде набраться в получившуюся «лодочку». – Когда я под крышей, а не мокну снаружи, дождь очень приятно и успокаивающе звучит. Правда от этого всегда очень хочется спать.
Парень поднялся по ступеням, открывая перед подругой дверь.
– Пойдём, я приготовлю нам чаю и что-нибудь на завтрак.
– Думаю, для начала тебе стоит переодеться, – заметила она. – Ты же совсем промок, Луи.
– И правда… – парень почувствовал, как мокрая одежда прилипла к телу, заставляя его дрожать от холода.
– Конец осени, так и простудиться недолго, – покачала головой Этьен.
Переодевшись и управившись с приготовлением завтрака, Луи позвал подругу к столу.
– Что ты планируешь делать дальше? – осторожно поинтересовался он, раскладывая по тарелкам творожную запеканку и поливая её малиновым вареньем.
– Даже не знаю, – девушка опустила глаза.
Было невероятно стыдно возвращаться домой после изгнания из Академии и признавать, что все усилия пошли насмарку, ведь родители так верили в неё.
– Если честно, не представляю, как приду домой и скажу, что ничего не вышло, – горько произнесла она.
– Ты можешь не возвращаться, – предложил Луи.
– Но в Соленгаре мне не место. Магистр дал понять это предельно ясно, а в других городах я не смогу заработать достаточно травничеством, чтобы оплатить жилье. У меня нет оконченного образования, которое позволило бы работать как дипломированный маг… и в гильдию меня не примут по той же причине.
– Тебе не нужно уходить в другой город, Этьен. Оставайся у меня столько, сколько захочешь.
Луи предпочёл бы, чтоб она осталась навсегда. Он принял это решение сразу, ещё вчера, как только выслушал всю историю.
– Но… – смутилась Этьен. – Разве это…
– Не подумай ничего такого, – поспешно добавил Луи. – Места здесь достаточно, так что меня это никак не затруднит. К тому же, я могу сам обучать тебя зельеварению. Документа об образовании это не даст, но твои зелья будут говорить сами за себя. Поверь, нужды в деньгах у тебя не будет. Если захочешь, вернёшься потом домой и продолжишь работу. А нет – я буду только рад работать вместе, моих заказов хватит на двоих.
На самом деле их хватило бы даже на десятерых, но это было не важно. Луи говорил очень уверенно, пытаясь показать все преимущества такого варианта событий. Высказавшись, он разволновался, что Этьен начнёт ругаться, неверно истолковав его предложение или сочтя непристойным, поэтому встал с места, решив вымыть опустевшие чашки. Это позволило парню почувствовать себя немного спокойнее, ожидая ответа. Этьен неотрывно смотрела на него, отставив тарелку с недоеденным завтраком в сторону, а затем резко встала, подошла и крепко обняла, уткнувшись носом в грудь.
– Спасибо, Луи, – тихо прошептала она.
Травник обнял девушку в ответ, с упоением вдохнул аромат её волос и нежно погладил по спине.
– Не волнуйся. Всё будет в порядке, я обещаю.
Луи чувствовал себя невероятно счастливым от того, что подруга приняла его предложение. Теперь он мог быть уверен, что с ней не случится ничего плохого. Парень собирался сделать всё возможное, чтобы Этьен ни в чём не нуждалась и её проживание в доме стало комфортным.
За следующие несколько дней Луи обустроил для неё гостевую спальню и дополнительное рабочее место в мастерской. Каждая проведённая вместе минута наполняла его радостью, которую омрачало лишь одно: Этьен постоянно забывала поесть и понимала, что проголодалась, только когда парень звал её за стол. Сам он, конечно, тоже частенько увлекался работой, но всегда старался делать перерывы хотя бы дважды в день, не желая, чтобы из-за таких мелочей, как отсутствие нормальной еды снижалась работоспособность. Особенно отчётливо Луи осознал важность полноценного питания после той зимы, когда ему пришлось обходиться лишь крупами и питательными порошками. Этьен же забывала об этом напрочь, зато стоило поставить перед ней тарелку с едой – сметала всё до крошки в мгновение ока. Понимая, что это не правильно, парень решил начать разговор издалека:
– Этьен, какое блюдо тебе больше всего нравилось в столовой Академии?
Девушка перестала жевать и сдвинула брови. Вопрос застал её врасплох. В Академии она ела в основном то, что брала Линувиэль на них двоих, и если после трапезы кто-то спросил бы, что лежало на тарелке пару минут назад, могла и не вспомнить, слишком увлёкшись собственными мыслями. А если их с Линой занятия не совпадали настолько, что не получалось сходить на обед вместе, Этьен и вовсе забывала о необходимости посещения столовой.
– Э-э-э… Тушёное мясо с овощами, – после долгих раздумий предположила она.
– А ещё?
– Густой грибной суп? – растеряно сказала Этьен.
Парень подкатил глаза. Как он и думал, во время учёбы дела обстояли ещё хуже. Ведь в столовой Академии не подавали ни тушёного мяса, ни, тем более, грибного супа.
– Этьен, ты и там забывала поесть, верно? – Луи расстроено посмотрел на подругу.
Она безразлично пожала плечами, продолжая уплетать жаркое с салатом из свежих овощей. Парень сокрушенно покачал головой, делая в уме пометку впредь следить за питанием тщательнее.
Следующее, что смущало его в привычках Этьен – это засиживаться допоздна, а то и вовсе не спать, делая записи и зарисовки об увиденных существах или новых зельях. Луи не раз замечал, что даже разойдясь по комнатам на ночь, с утра находил на столе блокнот и карандаши. Иногда рядом с ними стояли чашки и чайник недопитого чая. Тогда он занялся и этим. Этьен всегда просыпалась рано, с первыми лучами солнца, поэтому Луи стал вставать ещё раньше. Благодаря этому утро девушки неизменно начиналось со свежего завтрака, а затем наступало время учёбы.
Луи старался уделять её обучению не больше нескольких часов в день, так, чтобы после обеда у Этьен было достаточно времени перенести полученные знания на бумагу и не приходилось заниматься при свете свечей. Сам он в это время принимался за изготовление заказанных зелий, приготовление еды или прочую работу по дому. Когда Этьен заканчивала с записями, а Луи с зельями, они отправлялись на обязательную вечернюю прогулку по лесу. После парень приносил воды из ручья и, пока Этьен купалась, заваривал чай с травами для хорошего сна. Так, ненавязчиво и постепенно, Луи удалось вернуть ей нормальный режим дня.
Наступила зима. Потянулись уютные вечера у камина в гостиной. Друзья часами говорили перед сном, читали друг другу вслух или рассказывали истории, отдыхая после рабочего дня. С приходом Этьен в доме стало по-особенному уютно и тепло. Теперь Луи и помыслить не мог иной жизни.
Глава 2. Ученица зельевара
Зима незаметно подошла к концу, а вместе с ней пролетели и первые весенние месяцы. Этьен делала большие успехи. Она очень старалась, схватывала новые знания на лету и повторяла всё показанное Луи в точности. Парень с огромным удовольствием и интересом следил за тем, как день за днём её мастерство растёт, а зелья практически не уступают его собственным. Теперь, взяв в руки две пробирки приготовленных ими зелий, никто не смог бы сказать наверняка, где чьё, кроме него самого.
Решив, что можно переходить к более сложным задачам, Луи предложил Этьен попробовать силы в приготовлении зелий, которые проходили на третьей ступени. Для многих из них требовались достаточно редкие ингредиенты, хранящиеся на верхних полках. Подумав, что всё здесь устроено под его рост и это неудобно для невысокой девушки, Луи вспомнил навыки работы с деревом и смастерил небольшую устойчивую лесенку. За зиму мастерская претерпела и другие изменения – в ней появился второй рабочий стол и пара дополнительных горелок.
В четыре руки друзья успевали приготовить всё запланированное на день и имели возможность посвятить вечера отдыху.
Перед сном Этьен нравилось сидеть на крыльце с кружкой горячего чая. Когда Луи, управившись, выходил побыть с ней рядом, девушка, расслабившись после купания, прогулки и травяного напитка, частенько засыпала у него на плече. В первый раз Луи опешил настолько, что около часа не решался пошевелиться, прежде чем осторожно подхватил её на руки и отнёс в спальню. К нему самому сон не шёл потом до самого утра.
Теперь Луи привык. В последнее время ему даже начало казаться, что Этьен специально притворяется спящей, чтобы её в очередной раз отнесли на кровать. Но Луи ни за что не признался бы, что разгадал её уловку, ведь ему самому это слишком нравилось.
Этьен, в самом деле, последние несколько раз не спала. Ей становилось так хорошо и спокойно на душе от этого ежевечернего ритуала. Сильные руки Луи дарили необъяснимое чувство уюта и защищённости. Парень был явно не против и она не могла удержаться от этой шалости.
***Наступил май. Лес вокруг дома наполнился яркими ароматами трав и птичьим гомоном. Мягкий солнечный свет пробивался сквозь листву высоких деревьев, играя бликами на земле. Уединение зельеваров нарушали лишь время от времени выскакивающие на поляну белки или зайцы, да забредающие порой любопытные лисы.
Стемнело. Этьен вышла на крыльцо, заросшее диким виноградом и присела на верхней ступеньке. Ей нравилась зелень, оплетающая деревянные стойки, поэтому Луи не стал обрезать его в этом году. От леса вокруг остались только чёрные силуэты, а небо окрасилось в насыщенно-синие цвета, усеянные жёлтыми огнями.
«Совсем, как дома, – подумала Этьен. Она не была в родном посёлке уже почти два года. – Как там без меня мама, папа и маленький братишка? Наверное, пора написать письмо и всё расспросить».
Вскоре на улицу вышел Луи. Он зажёг огни с двух сторон от ступенек, присел рядом и протянул девушке кружку с чаем. Она сказала лишь однажды, что любит такое сочетание трав и с тех пор парень готовил для неё именно этот чай. Этьен уткнулась носом в кружку, вдыхая аромат и с удовольствием отпила несколько глотков.
– Спасибо, Луи.
– Пожалуйста, – парень улыбнулся и вытянул ноги, опёршись руками на нагретые за день солнцем доски позади себя.
Они сидели молча, наслаждаясь спокойствием и уютом начинающейся ночи. Спустя некоторое время Луи почувствовал тёплое прикосновение к плечу. Он поглядел на уснувшую девушку и аккуратно вынул кружку из её рук. Ему вдруг вспомнилась ночёвка в лесной хижине в один из первых дней знакомства с Этьен. Тогда она так же уснула у огня с кусочком вяленого мяса в руке. Луи улыбнулся. На улице становилось прохладно. Он легко и привычно подхватил девушку на руки, задул огоньки и, пройдя сквозь лавку, поднялся на второй этаж.
Бережно, чтобы не разбудить, переложил её на кровать. В этот раз Этьен действительно спала, устав от долгого и непростого дня. Луи не смог удержаться и нежно, едва касаясь, провёл пальцами по её щеке. Девушка улыбнулась во сне.
– Я люблю тебя, – беззвучно прошептал он, прежде чем выйти из комнаты.
В ту ночь Луи долго лежал без сна, думая, как же решиться и признаться ей по-настоящему, глядя глаза в глаза. Это казалось таким простым, таким естественным, но он всё никак не мог набраться храбрости, тревожась о том, что последует за признанием. Он был уверен, что в лучшем случае Этьен просто посмотрит с недоумением, а в худшем откажется общаться или вовсе уйдёт из его дома. Парень не смог бы этого перенести, поэтому продолжал молчать.
«Ты трус, Луиджи Ренье, – сказал он сам себе. – Трус, и всё тут».
Парень не помнил, как уснул, а когда проснулся, наступило позднее утро. Этьен сидела в гостиной, обложившись свитками, бумагами и заметками. Она легко справлялась со всеми показанными раннее зельями и сегодня пришёл черёд перейти к самым сложным из них. Луи решил показать, как приготовить то самое зелье усиления энергии, что спасло её жизнь два года назад.
Этьен в предвкушении последовала за ним в мастерскую. Сначала Луи готовил зелье сам, подробно объясняя и показывая все тонкости процесса. Даже во время работы его стол являл собой наслаждение для глаз перфекциониста. Нужные ингредиенты были подготовлены и разложены по мисочкам, коробочкам и флаконам расположенным в строгом порядке, а мусор вроде чашелистиков, оставшихся после обрывания лепестков цветка, он складывал в отдельную ёмкость. Девушка готовила зелья иначе: её стол, наоборот, становился оплотом хаоса в этом идеальном месте. Глядя, как Луи работает, она не могла отвести взгляда, находя в этом процессе необъяснимое удовольствие, граничащее с восторгом.
Вскоре наступил черёд Этьен повторять за учителем. Она очень старалась приготовить всё так, как объяснил Луи и он похвалил её, вполне довольный результатом. На третий раз парень внимательно осмотрел пробирку на свет и счёл зелье настолько хорошим, что решил перейти к главной части:
– А теперь обхвати её руками, вот так, и понемногу вливай энергию.
Этьен сосредоточилась и в пробирку заструились золотистые искры. Они срывались с ладоней блестящими частичками и устремлялись в зелье сквозь стекло. Девушка, воодушевлённая успехом, немного ослабила контроль и искры сплошным потоком хлынули внутрь, струясь золотыми нитями. Пробирка мгновенно лопнула, разлетевшись на множество острых стёклышек.
Ошарашенная Этьен уставилась на разбитое стекло и лужицы зелья. Луи моргнул, и тут же принялся убирать.
– Ничего страшного, попробуем снова, – он ободряюще улыбнулся и ещё раз повторил важный момент: – Главное – не спеши. Вливай энергию настолько медленно, насколько возможно. Чем медленнее ты отдаёшь энергию, тем больше её сможет вместить зелье, тогда оно получится по-настоящему сильным.
Луи поставил перед Этьен новую пробирку. Девушка осторожно обхватила её ладонями, прикрыв глаза.
– Нет-нет, ты должна смотреть, – прокомментировал травник. – Иначе искры полетят куда угодно, кроме стекла.
Этьен послушно уставилась на зелье. Жидкость начала наполняться золотыми частичками, красиво переливающимися внутри пробирки. Лоб её покрылся испариной. Контролировать рвущуюся наружу силу оказалось невероятно сложно! Девушка прикусила губу, руки задрожали от напряжения. Она изо всех сил пыталась замедлить процесс, но энергия рванула сплошным потоком, не только взорвав пробирку и облив их лица, но и разбив стекла в витринах шкафов.
Этьен испуганно взглянула на друга. Луи помолчал немного, оглядывая последствия взрыва, вздохнул и достал из кармана платок. Приблизился к девушке и, придерживая её лицо одной рукой, второй стал аккуратно вытирать остатки зелья.
– Ты такая торопыга, Этьен! – тихонько засмеялся он и, не осознавая что творит, провёл большим пальцем по пухлым, чуть приоткрытым от удивления губам. От мимолётного прикосновения стало нестерпимо жарко. Завороженно глядя на них, Луи перевёл взгляд на девушку, взирающую на него огромными глазами, как ему показалось, с ужасом. Парень поспешно отпрянул, убирая платок.
– Прости, прости! Просто зелье… – попытался оправдываться он. Хотелось с размаху шлёпнуть себя по щеке, заставив не отвлекаться.
«Как же так вышло», – мысленно он трижды ругнулся, надеясь, что подруга не слишком рассердится на подобную вольность.
Этьен глотнула и сухо кивнула. После произошедшего сконцентрироваться у обоих уже не получалось, а в воздухе повисла неловкость.
– Я пойду приготовлю ужин, – сказали они одновременно и посмотрели друг на друга.
– Тогда ты иди, а я уберу здесь всё, – снова одновременно произнесли они.
Это было бы весьма забавно в любой другой ситуации, но не сейчас, когда атмосфера в мастерской почти сверкала от электричества недопонимания.
В конце концов Луи занялся ужином, а Этьен села с блокнотом в кресло, поджав ноги. Она то и дело украдкой поглядывала на его спину, постукивая карандашом по щеке, но парень был сосредоточен на приготовлении еды и не заметил этих взглядов.
Вскоре воздух наполнился запахом травяного чая, печёных яблок с мёдом и орехами, и густого грибного супа – любимой еды Этьен. После затраченных сил ей требовался лёгкий и питательный ужин, помогающий восстановить энергию.
Занимаясь готовкой, Луи заставлял себя не смотреть на девушку, чтобы не добавлять ситуации ещё большей неловкости. Когда настала пора садиться за стол, ему удалось успокоиться и взять себя в руки, поэтому ужин прошёл в довольно спокойной и расслабленной обстановке. Парень решил, что после сегодняшнего происшествия самое время расставить, наконец, всё по местам и объясниться, рассказав Этьен о своих чувствах.
Сидя на крыльце перед сном, они разговаривали о занятиях последних дней.
– Луи, как тебе удалось столько раз без ошибок приготовить это зелье, когда ты снимал проклятие?
Парень мягко улыбнулся. Он готовил его сотни раз раньше и мог повторить даже с закрытыми глазами.
– Я привык сдерживаться, – пожал плечами он. – К тому же, у меня гораздо меньше энергии, чем у тебя.
Это было правдой. Сила бурлила в Этьен неукротимым потоком, и выдавать её хоть сколько-то дозированно являлось непосильной задачей для необученной ею управлять девушки. Она вздохнула. Если б можно было вернуться в Академию, она снова попробовала бы убедить наставника Фалирнела взять её в ученицы, но теперь этому не суждено случиться.
Луи подумал о том же. Если с зельями он мог помочь без труда, то с магией другой стихии дела обстояли куда сложнее. Всё, что он мог рассказать – это какие-то общие правила и законы.
– Чем выше мастерство мага, тем лучше он себя контролирует, не тратя энергию понапрасну и выдавая ровно столько, сколько нужно, – объяснял травник. – Научиться чувствовать свою силу и отпускать её в нужный момент сложно, но куда сложнее её сдерживать.
– Что будет, если я так и не научусь этому?
– Тогда ты рискуешь истратить слишком много энергии, после чего будешь себя не очень-то хорошо чувствовать. К тому же уйдёт достаточно много времени, прежде чем она вновь восстановится.
«Но это не касается Львёнка», – хмыкнул про себя Луи. Силы в рыжем эльфе было столько, что не трать он без раздумий, его бы попросту разорвало.
– Кажется, не всех магов это заботит, – сказала Этьен, подумав о том же. – Например, Лиориэль швыряется огнём направо и налево по любому поводу.
– У эльфов всё немного иначе. Особенно у тех, кто происходит из самых древних семей, вроде наследников Домов. Количество их магической энергии куда больше, чем у людей. Такова их природа, – развёл руками Луи. – А ещё некоторые просто не знакомы с таким понятием, как терпение.
– Это точно, – засмеялась Этьен. – Терпение и Лиориэль – вещи не совместимые.
Луи взглянул на девушку с улыбкой. Он так любил её звонкий смех, что готов был слушать его снова и снова. Он любил в ней абсолютно всё: растрёпанные каштановые волосы; перепачканные красками пальцы; милую ямочку от карандаша на щеке; небольшой рост, лишь усиливающий желание заботиться и оберегать; искрящийся интересом внимательный взгляд, когда он объяснял, как приготовить очередное зелье. Всё в ней без исключения виделось Луи абсолютным совершенством. Её озорство, лёгкий нрав и способность привносить в его жизнь немного непредсказуемости удивительно гармонично сочетались с упорством, трудолюбием и стремлением идти к цели. Он так любил её саму, что больше не мог молчать об этом.
Собравшись с духом, Луи подвинулся ближе, решив рассказать всё, но Этьен опередила его.
– Я благодарна судьбе за такого друга и учителя, как ты. Даже не знаю, чем заслужила подобное счастье! – радостно воскликнула она и устремила взгляд на звезды.
Для Луи же очарование вечера померкло в одно мгновение, будто весь мир разом утратил краски. Вновь услышав, как Этьен назвала его другом, парень порадовался, что не успел признаться в столь неуместных чувствах.
Этьен, не заметившая его переменившегося лица, встала и сладко потянулась.
– Непростой был денёк. Пойду спать, – она мило улыбнулась и прошла мимо, слегка задев его подолом юбки. – Спокойной ночи, Луи.
– И тебе, – тихо ответил он.
Парень вздохнул и тоже поглядел на небо. Неужели нет ни единого шанса? Звёзды лишь безмолвно мерцали – у них не было ответа на его вопрос.
Луи поднялся в спальню и лёг, уставившись в потолок. Он вдруг вспомнил слова наставника по магии воды о том, что ему не совладать с землёй силой. А когда юный маг спросил, как же тогда поступить, наставник Роберто ответил: «Вода и камень точит. Не то, что землю. Действуй мягко и постепенно. Наберись терпения».
Те слова были о магии, но теперь Луи видел в них иной, тайный смысл. Он подумал о золотых искорках магии земли, которыми Этьен пыталась наполнить зелье и улыбнулся.