Эта девочка моя
- -
- 100%
- +
– Мам, не делай этого, – протянулась к ней рукой, – у меня, кроме тебя, никого нет.
Я вспомнила, как после того, как я очнулась после недельной комы, ко мне в палату ворвался отец Эдика и орал так, что я чуть не умерла от страха. Именно в тот день я и узнала о том, что больше не смогу ходить. Вместо того, чтобы убежать, позвать на помощь, я лежала на кровати пластом, и была не в состоянии пошевелить ни рукой, ни ногой. Могла только плакать и плакала. Долго плакала.
Эдик ко мне так и не пришел ни разу, как впрочем и Андрей. Оба пропали. Испарились. Через несколько недель чувствительность вернулась к верхней части позвоночника, врачи назвали это чудом.
Я в тот момент пыталась несколько раз дозвониться Андрею, но его телефон был недоступен. Пыталась найти его в соцсетях, но что я о нем знала? Даже в новостных лентах не нашла ни одного упоминания про то, что Эдик нас сбил. Жестоко. Специально.
Никогда не забуду его страшный, равнодушный взгляд в тот момент, когда он, не сбавляя скорости, врезался в мотоцикл Андрея.
Дальше я ничего не помнила. А свидетелей, как сказала мама, почти не было. И если бы у Андрея отец не был бы шишкой, то скорее всего Эдику сошло бы все с рук. Но по словам мамы, Эдик сейчас находится под следствием, а его отец рвет и мечет, пытаясь добиться оправдательного приговора для своего сыночка.
– Лесён, давай может я тебе что-нибудь вкусненького принесу? – вопрос мамы клином разрезает мои мысли.
– Что? – хлопнула глазами, возвращаясь назад, в палату.
– Ну, может какую-нибудь малюсенькую пироженку тебе принести? – нежно улыбается женщина, глядя мне в лицо.
– Не нужно, мам. Я и так много ем и не двигаюсь, – отрицательно качаю головой, – обойдусь кашей, – отвечаю ей и вымученно улыбаясь.
Мама тихонечко сидит на краю кровати, смотрит вдаль, о чем-то думает.
– Мам, а про Андрея ничего не слышно? – спрашиваю у нее, стараясь скрыть волнение в голосе.
Женщина медленно поворачивает ко мне голову и я вижу как в ее глазах загорается злость.
– Нет, – качает она головой.
И я понимаю, что даже если бы она что-то и знала, то точно мне бы не сказала.
– Мам, Андрей ни в чем не виноват. Так что не злись на него.
– Но все началось именно тогда, когда ты его встретила, – сухо и, зло ответила мама.
– Знаешь, мам, уж лучше так, чем сидеть в железной клетке у зверя, – закусываю губу до боли.
– Прости, Лесь, – мама импульсивно хватает меня за ладонь, прижимается к ней губами, – я, я во всем виновата. Я уговорила тебя на эту свадьбу. А мне ведь Клава сразу сказала, что быть беде. Платье невесты не к добру рвется.
В глазах мамы заблестели слезы.
– Мам, прекрати, – высвобождаю руку, глажу ее по голове. – Чепуха все это. Чему быть, того не миновать.
Мой голос дрожит, готовый вот-вот сорваться, но я держусь. Не хочу показывать маме насколько я подавлена.
– Мам, ты иди. А я, наверно, посплю. Устала что-то я сильно, – обманываю ее.
– Ладно, ладно. Пойду. Но вечером вернусь. И обещай, что вечером кашу мы одолеем. Вместе.
– Обещаю, – киваю ей.
Мама суетливо наводит порядок в палате. На прощанье чмокает меня и уходит.
Как только за женщиной закрывается дверь, достаю из-под подушки телефон, набираю номер Андрея…
Секунда…
Две…
И вдруг слышу в динамике длинные гудки.
У меня замирает сердце. Виски тут же сдавливает тисками распирающее желание услышать его голос…
Но неожиданно… я слышу мелодию телефона за дверью… она звучит в унисон с гудками в динамике…
У меня перехватывает дыхание.
За дверью ОН?! Неужели за дверью Андрей? Не могу поверить.
Сбрасываю вызов и мелодия за дверью замолкает…
Минута тянется невыносимо долго. Мне кажется, еще немного и я задохнусь от нехватки воздуха.
Мое тело вытянулось, как струна, когда дверная ручка повернулась и … дверь отъехала в сторону, впустила в палату… Блонди.
Глава 20
– Не верю, – отвечаю ей, пытаясь сдержать эмоции в голосе.
– А как по-твоему у меня оказался его телефон? – щурит глаза Блонди.
– Не знаю? Может ты его обманула?
Боже, какую глупость сморозила? Как она могла обмануть взрослого парня?
– Послушай меня, Олеся, – голос Блонди делается сладким, тягучим, как патока.
Ух ты, она даже мое имя знает? Удивительно.
– Ты же любишь Андрея, правда? – опускаю глаза.
Попала в точку. Люблю. Да, люблю, но обиды на него сейчас почему-то больше.
– Вижу по глазам, что любишь. Уж мне-то не знать. Я когда встретила Эрнеста тоже в него с первого взгляда влюбилась, да так крепко, что пришлось у подруги его отбить, – сжимает в одну тонкую полоску свои пухлые губы Блонди.
– И зачем мне это знать? – приподнимаю брови, облизываю свои потрескавшиеся губы.
– Это я говорю к тому, что ради любви даже дружбой смогла пожертвовать. А мы, между прочим, с Эмми с самого детства дружили, – сетует она.
– Мне по фиг если честно, – отвечаю.
– Оставь Андрея в покое, Олесь. Он парень молодой, перспективный. У него вся жизнь впереди, – у меня аж в глазах от прилива крови к мозгу черные точки запрыгали, – ты знаешь, что у него есть мечта. Ты знала?
Я отрицательно машу головой, потому что все слова застряли в горле от сухости во рту.
– Так я тебе расскажу. Он хочет уехать в Америку. А если ты к нему прицепишься, как пиявка, он никуда не уедет. Ты будешь для него обузой. Понимаешь? А пройдет время и он вообще тебя возненавидит за то, что помешала исполниться его мечте.
– Вот пусть он мне сам об этом и скажет, – отвечаю ей сухо, до болезненности в горле.
– Да, ему стыдно, понимаешь?! Он уже сто раз пожалел, что связался с тобой и с твоим придурошным женишком. Теперь не знает как от тебя отвязаться. Он знаешь какой совестливый. Ужас. Ну, сама же помнишь, вон даже платье тебе купил. Хотя ты сама виновата в том, что его порвала. А ему, видишь ли, жалко тебя стало.
– Уходи, – все, не могла я ее больше слушать.
Сердце в груди готово было разорваться на части от безнадеги, от тоски, от сумасшедшего разочарования.
– Мне просто действительно жалко тебя. Ты вроде девчонка нормальная, – кидает на меня быстрый взгляд, – была. Я понимаю, что тебе хотелось приподняться со дна, но Андрей – это не твой вариант. Он бы попользовался тобой и бросил. Уж я-то поверь, знаю. Куда он тебя возил? На гору, наверно? На утес? Это его любимое место для свиданий. После этого девчонки на все готовы, – ухмыляется.
Ее слова меня режут, как зазубренный нож замороженную тушку мяса.
– Уйди уже. Уйди!, – повышаю голос, но он срывается и я чувствую, как слезы текут по щекам горящими дорожками.
– Да, ухожу. Ты прости, Олесь. И не ищи больше с ним встречи. А это вот тебе на лечение. Папа передавал, чтобы ты поправилась, – девушка стремительно подходит к моей кровати и кладет на тумбочку белый конверт.
– Что это? – сипло спрашиваю.
– Деньги, – просто отвечает Блонди.
– Ты решила, что твоя подачка облегчит мне жизнь? Забирай их и проваливай! – рычу на нее.
– Успокойся. И не перегибай палку. Папа сказал…
– Забери свои деньги. Мне они не нужны. И Андрею скажи, чтобы катился он к черту. И ты вместе с ним. Ненавижу вас! – хватаю трясущимися пальцами тарелку недоеденной каши и кидаю ее в Блонди.
– Придурошная! – взвизгивает она, кидается к двери. – Такая же, как и женишок! Два сапога пара! – выкрикивает и закрывает за собой дверь. А я …
А у меня в этот миг весь мир перевернулся с ног на голову.
Вот значит как. Все обман.
И сломанная игрушка оказалась не нужна никому.
Горькая улыбка исказила губы. Ну что ж ..
Поживем – увидим.
– Я сделаю все, чтобы ты еще услышал обо мне, Андрей! И пожалел о своем выборе! – клятвенно обещаю себе.
Конец предыстории.
Вторая книга: Я тебя завоюю.
Можно найти на моей странице. Спасибо за внимание.
Обложка создана https://vk.com/id24734054