В первый раз всегда больно

Скорее всего, Любовь обиделась на подобную реакцию, однако она не могла не признать, что в его аргументах есть доля истины. Конечно, Алессандро был неправ, что позволил себе повысить голос и поколебать её хорошее настроение, но какое-то рациональное зерно в озвученных им требованиях всё же было. Поэтому она, поколебавшись, пропустила мимо ушей его экспрессивное высказывание, внутренне согласившись с тем, что, действительно, пора закончить с шоппингом, сосредоточившись на гастрономических удовольствиях.

Состроив обиженное лицо, Люба молча зашагала впереди него прямиком в магазин спортивной одежды, где за десять минут они выбрали ей пару футболок и широкие штаны (она хотела купить обтягивающие лосины, но Алессандро её остановил). В киоске со спортпитом Люба и вовсе заявила, чтобы Алекс сам набрал всего, что посчитает нужным, поэтому процесс покупок занял ещё меньше времени. Третьей, и финальной, остановкой стал дорогой ресторан итальянской кухни, куда Любовь вошла, как к себе домой. Как только их проводили до столика, к ним тут же подбежал услужливый официант с меню:

– Здравствуйте. Меня зовут Димитри, и сегодня я буду вашим официантом. Ваше меню, пожалуйста. Хотите чего-нибудь выпить в качестве аперитива? Бокал вина, белого или красного?

Не зная, что ответить, Алекс сделал вид, что занят раскладыванием бумажных пакетов с покупками под столом. А вот Люба не растерялась, более того, она буквально преобразилась, делая заказ уверенным, чуть покровительственным тоном:

– Знаешь что, братец, принеси-ка ты нам сразу бутылочку апулийского «примитиво», но только сухого, такого, знаешь, с шоколадкой во вкусе. Я хочу, чтоб мой юный друг начал своё знакомство с миром хорошего вина с чего-нибудь не очень изысканного, но достаточно питкого. И побыстрее, пожалуйста, а то мы сегодня вымотались, как черти! Сначала выпьем по бокалу-другому, а потом уже меню твоё полистаем.

– Прошу прощения, – официант сделал жалостливое лицо и развёл руками, – к сожалению, временно мы не предлагаем нашим гостям «примитиво», пока наблюдаются проблемы с доставкой. Сами понимаете, сложности логистики.

– Хм-м, это плохо. А что есть из похожего?

– Есть чилийский «зинфандель», может быть, его? Не сказал бы, что у него слишком утончённый вкус, однако под хорошее мясо или болоньезе подойдёт прекрасно, и уж совершенно точно снимет усталость. Во вкусе специи, изюм, немного шоколада и ванили. Практически то, что вы хотели.

– Что ж, как говорится, на безрыбье и рак рыба, да ведь?

– Не понял, как может быть рак рыбой? – недоумевающе нахмурился Алекс, но Любовь его уже не слышала, сосредоточено изучая меню, хотя говорила, что сделает это позже. Что ж, чему-чему, а её женской логике он уже давно перестал удивляться.

*

– Итак, – прищурилась Люба, когда они, съев по огромной порции лазаньи, выпив бутылку вина на двоих и заказав ещё по бокалу зинфанделя, но на этот раз полусухого, удобно откинулись на комфортных креслах, глядя друг другу в глаза. – Как тебе ужин?

– Я впечатлён! Никогда бы не подумал, что это так вкусно! – признался молодой человек, ощущая приятную сытость, опьянение и странный подъем возвышенных эмоций к этой прекрасной женщине, подарившей ему первое в его жизни посещение настоящего итальянского ресторана. А божественный вкус напитков и вовсе покорил его, поскольку раньше он считал вином или кислое пойло, что продавалось в бутылках с надписями на абхазском языке, или сладкую бурду в коробках, от которой на следующий день трещала голова.

Но больше всего его поразило, насколько милой и притягательной стала Любовь! Чарующие, смеющиеся серые глаза, обворожительная улыбка, и даже милые морщинки у глаз показались ему невероятно соблазнительными. Алекс изумился, почему раньше не замечал всей прелести её зрелой женской красоты?

Да и Люба, похоже, ощущала себя чертовски привлекательной, беспрестанно накручивая локоны, проводя пальцем по ободку бокала, с улыбкой покусывая нижнюю губу. Она часто смеялась, поглаживая себя, голос её преобразился, приобретя более мелодичные и томные нотки, а движения стали плавными и волнующими. Глядя на неё, Алессандро подумал, что зря он сегодня отказался от предложения оценить её фигуру в нижнем белье. Эта мысль так прочно засела в его голове, что к моменту, когда он допил третий бокал, думать о чём-то другом становилось всё сложнее.

Да ещё и Любовь подлила масла в огонь, когда, расстегнув на блузке пару верхних пуговиц, с невинным видом задала томным голосом провокационный вопрос:

– Дорогой Алессандро, ты же мне поможешь дотащить покупки до квартиры? А то я так устала, что вряд ли смогу донести их до постели? Я сказала – до постели? Ох, ну я и напилась! Я, когда пьяная, то такая шальная становлюсь, совсем себя не контролирую. Что в голове, то и на языке, а что на языке, то и во рту. Понимаешь, о чём я?

Люба облизнулась, и тоже допив бокал, принялась ритмично поглаживать его ножку.

– И вообще, я так надеюсь, что после такого сытного ужина у тебя поднялось… поднялось настроение. У меня-то точно внутри всё так пробудилось, что я даже не знаю, как буду справляться с подобным напряжением. Так что? Ты же не бросишь меня сегодня одну? – с придыханием вопросила она, наклонившись к нему поближе.

– То есть? – задал он глупый вопрос.

– Ты же проводишь меня до постели? Ой, я опять сказала – до постели? Ну, вообще – ни стыда, ни совести у меня нет. Знаешь что? Это возмутительно! И непозволительно! Так нельзя! За это нужно наказывать, и пожёстче! Чем жёстче, тем лучше! Да ведь? – она посмотрела на него невинным взором. – Ты же понимаешь, что я очень хочу… что я хочу сказать?

– Н-наверное, – нерешительно ответил Алекс, хотя он всё прекрасно понимал.

– Тогда я сейчас оплачу, а потом мы вызовем такси и поедем ко мне. Ты поможешь занести покупки, а я в благодарность угощу тебя чем-нибудь вкусненьким. У меня дома есть хорошее вино, а ещё есть… кекс. Ты знаешь, я просто обожаю вино, но ещё больше люблю хороший, качественный кекс. И чем больше я говорю о кексе, тем больше его хочу. Так что надо скорей ехать, иначе потечёт через край, – Люба глубоко вдохнула и выдохнула, погладила себя по полыхающей румянцем шее, спустившись ниже в район груди, расстегнула ещё пуговицу на блузке, как будто ей стало жарко.

– Что потечёт? – шепотом вопросил он, понимая бессмысленность вопроса.

– Вино, говорю же. Потечёт рекой. Эй, официант, посчитай нас, и это, вызови нам такси. Мы поедем домой, чтобы отведать кекс, и наконец-то утолить накопившийся голод, – грудным голосом произнесла Любовь, сыто икнув.

*

Сразу же после приёма алкоголя начинается подавление деятельности префронтальной коры головного мозга, отвечающей за самоконтроль, следование моральным нормам и сдерживание эмоций. Даже после первой небольшой дозы возникает игривое настроение, высказываются необдуманные слова и совершаются легкомысленные поступки. Кажется, что у человека отказывают тормоза, а чрезмерное возбуждение толкает на пьяную удаль. Однако это выглядит так только на поведенческом уровне, в мозге же всё происходит с точностью до наоборот.

Уже на первой стадии опьянения происходит череда весьма увлекательных процессов. Начнём с того, что этанол воздействует на рецепторы тормозящей гамма-аминомасляной кислоты, из-за чего происходит увеличение их чувствительности, что вызывает довольно сильный эффект: снижается тревога, движения становятся более плавными, в теле появляется лёгкость и возникает небольшая эйфория. Одновременно с этим угнетаются рецепторы, чувствительные к главному возбуждающему нейромедиатору – глутамату, соответственно, мозг ещё сильнее успокаивается, проблемы растворяются или становятся менее значимыми. И тут вишенка на торте – увеличивается выработка дофамина, который даёт ощущение бодрости, снижает самокритичность и повышает уверенность в себе. Причём, именно дофамин создаёт то самое приятное чувство, которое заставляет употреблять спиртные напитки вновь и вновь.

Благодаря этим нейромедиаторам у людей, употребивших даже небольшую дозу алкоголя, тормозится возбуждающая система и, наоборот, возбуждается тормозящая. Тревожные мысли исчезают, появляется раскрепощённость, просыпается желание общаться, да и в целом настроение улучшается, словно по мановению волшебной палочки. Тут бы и остановиться…

Но кто и когда заканчивает возлияние на первой рюмке рома или ста пятидесяти граммах вина? Стоит признаться, что в основном все очень быстро переходят ко второй стадии, когда концентрация алкоголя повышается, а эффекты, присущие первому этапу, начинают расти пропорционально количеству выпитого, что приводит к изменениям совершенно другого рода.

Так, усиление активности тормозящих рецепторов гамма-аминомасляной кислоты всё более замедляет организм, меняя восприятие реальности, создавая трудности с концентрацией внимания и координацией, вплоть до слабости и сонливости. Рецепторы возбуждающего глутамата ещё сильнее подавляются, что влияет на способность воспринимать входящую информацию и выражать исходящую – то есть слушать и говорить; одновременно падает скорость реакций и ухудшается зрительное восприятие. Помимо всего вышеперечисленного, начинает сокращаться эффективность нейромедиатора ацетилхолина, отчего ухудшается память, снижается внимание и теряется чёткость мысли.

Ну а дофамин так и вовсе начинает мощно играть на струнах эмоциональной системы, поэтому кто-то скатывается в безудержный секс, кто-то начинает конфликтовать, ну а кому-то приходит в голову озорная мысль исполнить чего-нибудь этакое. Именно тогда возникают абсурдные желания прокатиться верхом на крыше автомобиля, поплавать во время шторма, в одиночку разобраться с шумной компанией, на спор прыгнуть с моста, сыграть в карты на всё, что есть, или пристать к незнакомой женщине.

К концу второй стадии во всей своей красе проявляются характерные признаки пьяного человека: невнятная речь, проблемы с памятью, исчезновение моральных принципов, плохая координация и сильное головокружение. К счастью, на этом большинство выпивающих людей и заканчивают возлияние, так как следующий этап употребления горячительных напитков приводит к полной деградации всего человеческого, что в нас есть.

Жертв третьей стадии можно увидеть лежащими без чувств в подъезде или на улице, иногда в лужах собственной мочи, не в состоянии адекватно оценить реальность, пройти по прямой линии или даже назвать своё имя. Это означает, что все процессы, описанные выше, выкручены на максимум, вплоть до нарушения передачи нервных импульсов.

Таким образом, начальная стадия употребления алкоголя позволяет лишь немного снять напряжение, вторая характеризуется утратой способности ясно мыслить и контролировать свое поведение, а третья полностью выключает сознание, опуская человека на самое дно. Поэтому большинство людей предпочитают балансировать где-то в центре, стараясь почувствовать ту самую золотую середину, где, сами того не подозревая, оказались Александр и его Любовь.

*

Уже в такси, когда они плюхнулись на заднее сиденье, она что-то сунула ему в руку. «Что это?» – не понял он, нащупав какую-то влажную и тёплую ткань. Люба в ответ лишь подвинулась к нему поближе, горячо шепча что-то в ухо, отчего он покрылся мурашками и задышал чаще, а она, ощутив это, бесцеремонно положила свою ладонь ему в район гульфика, почувствовав напряжение, которое он уже не мог скрыть. Удовлетворённая тем, что удалось обнаружить, Любовь взяла его за руку и бесцеремонно засунула себе под юбку, дабы он смог безошибочно определить, что это была за ткань и почему она оказалась настолько влажной. Алессандро глубоко проник в самую суть, и после того, как смысл стал ему ясен, слова оказались уже не нужны – всё, что ему оставалось сделать, это повернуть к ней голову, почувствовать её горячие губы и ищущий язык, бесцеремонно проскальзывающий вглубь его рта. Так они впервые соединились в единое целое, чтобы через некоторое время, с трудом открыв дверь её квартиры, продолжить процесс слияния и поглощения прямо на пороге, не скрывая громких, сладострастных стонов.

*

Утром Алекс несколько минут сидел на краю кровати голышом, прислушиваясь к своим ощущениям. Несмотря на то что вчера, вернувшись, они пили что-то ещё, голова совсем не болела, правда, руки немного дрожали, в левом подреберье тянуло, а на душе скреблись чёрные кошки, пытаясь выцарапать из глубин памяти воспоминания о вчерашней ночи, но, кроме обрывочных фраз, поступательных движений и не самых изощрённых поз, в голову ничего не приходило. Лишь медленно таял призрак красивого сна, где он что-то говорил девушке с миндалевидными глазами и пышной шевелюрой, а она звонко смеялась в ответ.

Вдруг откуда-то из глубины квартиры послышалось хоть и фальшивое, но довольно бодрое мажорное женское пение, а затем почудился аромат кофе. Оглянувшись по сторонам и даже заглянув под кровать, Алекс не нашёл одежды. Единственным выходом оставался мягкий розовый халат, в который он не без опаски влез, решив выйти из спальни в таком неприглядном виде. Осторожно шлёпая босыми ногами по паркету, он направился на голос в сторону кухни, где на его шаги оглянулась ненакрашенная и неряшливая, но очень довольная Люба с кружкой в руке, одетая в полупрозрачный чёрный абсолютно ничего не прикрывающий пеньюар. Хозяйка квартиры тут же кинулась к нему, засыпая чередой вопросов на ходу:

– Доброе утро, мой тигрёнок! Как тебе спалось? А почему у тебя такое страдальческое выражение лица? Надеюсь, ничего не стёрлось там у тебя? Дай-ка, я проверю.

Не дав опомниться, она прильнула к нему, вытянув губы для поцелуя, и одновременно проникла рукой под полы халата, чтобы нащупать предмет своего интереса. Алессандро только дёрнулся, как жеребец на аркане, когда его достоинство обхватила крепкая ладонь, одновременно почувствовав жар короткого поцелуя и нахлынувший дискомфорт.

По всей видимости, разочаровавшись тем, что не ощутила ту несгибаемую силу, на которую надеялась, Люба, потеряв интерес, бросила: «Хочешь, я тебе сделаю кофе?» – и плавной походкой направилась к кофемашине, в то время как Алекс вскарабкался на барный стул, продолжая чувствовать себя не в своей тарелке. Это ощущение усилилось, когда он быстро оглядел её несовершенное тело под прозрачной тканью: маленькие острые грудки, «смотрящие» в разные стороны, полный, сильно выдающийся вперёд живот, широкие ягодицы и крепкие ноги, испещрённые небольшими бугорками целлюлита. Как только она снова повернулась к нему, он мгновенно перевёл взгляд и, натужно улыбнувшись, разом ответил на все её вопросы:

– У меня всё в порядке, спасибо. Да, кофе с удовольствием выпью. А ты как спала?

– Я? Без задних ног! – Люба звонко рассмеялась. – Так вымоталась! Что ты вчера со мной творил! Всё утро вспоминаю, как же это было хорошо! Тебе со сливками или без?

– Ты про кофе? Мне без сливок и без сахара.

– А вот я люблю со сливками, и чем их больше, тем лучше! Пусть стекают – мне так больше нравится!

Нажав на кнопку кофемашины, хозяйка продолжила свой рассказ, пребывая в восторге воспоминаний:

– А ты помнишь, как набросился на меня вчера прямо на пороге? Как тигр! Главное, даже куртку снимать не стал, просто скинул штаны с ботинками прямо в коридоре, и был таков. Повалил бедную женщину на коврик и как давай наяривать! Если честно, такого я от тебя не ожидала. Хотя, ты знаешь, это было незабываемо! Может быть, сегодня ещё раз повторим? – она залилась смехом, накладывая ему две ложечки сахара в чашку и доливая сливки. – Я была бы не против!

– Я мало чего помню. Всё, как в тумане…

– Какая жаль! – снова засмеялась она, поморщив нос. – Зато я сохранила в памяти абсолютно всё! Можно сказать, за нас двоих. И очень надеюсь на продолжение!

Подав ему чашечку, Люба грациозно уселась напротив, облокотившись на столешницу и пожирая Алекса взглядом.

– Я и не знала, что ты такой мощный и долгий! Ты меня буквально сразил своим напором, так что сегодня я готова на всё, что ты пожелаешь. Вообще, всё, везде и всюду. А хочешь, я прямо сейчас залезу к тебе под стол? М?

Она поиграла бровями и тут же, не дождавшись ответа, сползла со стула, чтобы выполнить обещание, что называется, не сходя с места. Алекс от неожиданности даже вскочил, расплескав кофе. Он чувствовал смесь возбуждения с принуждением: бывает, такое происходит, когда то, что должно приносить удовольствие, становится тягостной обязанностью, а отсутствие желания компенсируется жизненной необходимостью.

Заметив её замешательство, он тут же притворно засмеялся, дабы превратить это в шутку, а она вторила ему, как бы поддерживая его игру, хотя оба поняли, что дальнейшие попытки получить новую порцию удовольствия натолкнутся на отчаянное сопротивление. В попытке исправить ситуацию Люба перевела разговор на общие темы, но, судя по интонации, отсутствие желания немного задело хозяйку.

Безо всякого энтузиазма они обсудили погоду, вчерашний поход по магазинам, меню в ресторане, затем Люба прочла небольшую лекцию о виноделии, после чего разговор плавно перешёл на планы сегодняшнего дня. Алекс, чувствуя голод и не наблюдая предпосылок к его утолению, высказался за то, чтобы раскланяться и распрощаться, но хозяйка, во всей видимости, продолжая ощущать неуёмное желание и надеясь на его скорейшее удовлетворение, категорически с этим не согласилась, настойчиво предлагая ему остаться. Он отрицательно помотал головой. Она насупилась.

Проскочившее между ними разногласие продолжило расширяться, когда Алекс высказал терзавшую его с самого пробуждения мысль о том, что после всего произошедшего между ними ему придётся отказаться от дальнейшего сопровождения Любы на пути к лучшей версии себя. Простыми словами, больше он не сможет быть её инструктором в фитнес-клубе.

– Это почему ещё?! – оторопела Люба. В голосе зазвенели нотки возмущения.

Поморщившись, Алекс отхлебнул кофе. – Я не могу брать деньги с того, с кем спал.

– Интересно! Что-то я не понимаю, и где ты здесь видишь хоть какую-то связь?

– Ну, как где? Мы с тобой вчера спали, а завтра ты мне заплатишь? Я ж не проститут.

– Так, чего в этом такого?! Личные отношения – это одно, а рабочие – другое.

– Нет, нет! Я, конечно, могу тебе иногда помогать, но только совершенно бесплатно!

Люба собиралась возразить, отстаивая свою позицию, однако, по всей видимости, к ней пришло понимание, что он отказывается брать с неё деньги из-за принципов. Нормальных мужских принципов. Когда этот факт дошёл до неё во всей своей простоте и полноте, то она, вместо того чтобы продолжать настаивать, прижала ладонь ко рту, умилённо изогнула брови, подняла на него растроганный взгляд, вымолвив дрожащим голосом:

– Алессандро, прости! Ты прав! Я даже и не думала, что ты такой… настоящий. Помнишь, когда ты сказал, что вернёшь мне молодость? Я сначала подумала, что это пустые слова, сказанные из-за денег. А потом пообещал, что сделаешь из меня конфетку, но я и тогда не поверила тебе. А сейчас… сейчас я вижу, какой ты на самом деле. Настоящий мужчина! Искренний! Заботливый! Как же мне повезло встретить тебя на своём пути! Как же мне с тобой повезло!

Алекс чуть не поперхнулся кофе, совершенно не понимая, с чего вдруг с ней произошла такая перемена, а потом и вовсе растерялся, когда на её глаза навернулись слёзы, крупными градинами покатившиеся по щекам:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.