Принесённая направлениями

Пролог

Вот уже несколько дней ужасная снежная буря царила в безымянной небольшой деревне, располагавшейся в самом сердце Иемса. Такая погода не являлась чем-то необычным для этой местности, да и для всего острова в целом. Можно было даже сказать, что длительное отсутствие подобных бурь казалось чем-то более необыкновенным. В такую погоду жители в целях своей безопасности возвращались домой и оставались там в течение нескольких дней или, в редких случаях, даже недель, дожидаясь момента, когда непогода утихнет.

В безымянной деревне, как раз и переживающей очередную снежную бурю, все, как обычно, сидели по домам и занимались повседневными вечерними делами: топили печь, готовили ужин, нянчили детей или просто спали. Лишь в одном из десятков одинаковых деревянных одноэтажных и двухэтажных домов не занимались ни одним из этих дел. Мужчина по имени Гайлиф и его маленькая дочь Эю ухаживали за таинственным юношей, попросившим у них убежища от жуткой непогоды. Конечно, у Гайлифа возникало множество вопросов о том, как кто-то столь хрупкий смог добраться в такую метель до их отдалённой деревни с одним лишь небольшим пустым рюкзаком и в тонком плаще из лосиной шкуры. Тем не менее природная доброта и сострадание к потерявшемуся замёрзшему путнику не оставили Гайлифа равнодушным, и он впустил в свой дом незнакомца, отложив все вопросы на потом.

Усадив юношу на ковёр недалеко от камина, Гайлиф попросил дочь принести чистую сменную одежду, а сам выдал ему тёплый шерстяной плед и налил в деревянную миску немного горячего свежего супа. Из-за нехватки продуктов суп был практически пустой, однако путник был очень благодарен и за то немногое, что смогла дать ему семья.

Пока незнакомец ел, Гайлиф отправил свою дочь спать на второй этаж, а сам решил заняться лёгкой уборкой в доме, параллельно наблюдая за внезапным гостем. Юноша не производил какого-то плохого впечатления. К слову, он был очень даже хорош собой: высокий, худой, с идеальной белой кожей, с правильными и благородными чертами лица, светлыми короткими волосами и необычно яркими золотыми глазами. За всеми его движениями было очень интересно наблюдать. Даже самые простые действия, вроде поднесения ложки ко рту или перемешивания той же ложкой супа, он выполнял грациозно.

Закончив с уборкой, Гайлиф тоже налил себе немного супа и сел на ковёр недалеко от светловолосого юноши, уже закончившего есть и задумчиво смотрящего на яркий огонь в камине.

– Так как говоришь, ты оказался в нашей деревне? Да ещё и в такую непогоду-то, – спросил Гайлиф, глядя на благородный профиль гостя.

– Я направлялся в Арнхейн из Гринра, однако попал в ужасную бурю, сбился с дороги и несколько часов бродил по этой снежной пустыне, – спокойно рассказывал своим нежным и бархатным голосом юноша. – Какое же счастье, что я наткнулся на ваше поселение, иначе, боюсь, вскоре бы умер от холода и голода в этой метели. Видимо, боги ко мне благосклонны, раз помогли дойти до вас. Ещё раз хотел бы поблагодарить, что впустили. Уверен, вам воздастся за проявленную к незнакомцу доброту.

– Да перестань! Ох, точно, совсем спросить забыл. А как твоё имя-то?

– Имя? Это не имеет значения, правда. Называйте меня так, как душе угодно.

– Как это? К чему подобная загадочность? Уж не знаю, почему ты не хочешь раскрывать его…

– А какое имя, по вашему мнению, мне бы подошло? – внезапно перебил юноша, наконец отведя взгляд от огня и посмотрев прямо на Гайлифа. От его пронзительных глаз мужчине стало не по себе.

– Дай-ка подумать. Мне кажется… Никс. Вполне тебе подходит.

– Никс, – с лёгкой улыбкой протянул юноша, словно пробуя имя на вкус, а затем вновь перевёл взгляд на огонь. – Ох, что-то меня в сон потянуло. Где я могу прилечь?

– В моей комнате. Поднимаешься по лестнице на второй этаж и правая дверь.

– Разрешаете мне поспать в вашей комнате? Вы слишком добры…

– Да брось, иди уже, отдыхай, – скромно отмахнулся Гайлиф и одновременно с Никсом встал с ковра. Оставив пустую тарелку на небольшом деревянном столе, юноша вновь поблагодарил мужчину за доброту и щедрость, после чего направился на второй этаж.

Медленно поднявшись по лестнице, он остановился у двух дверей и ненадолго замер. Простояв так пару секунд, Никс открыл левую дверь и тихо вошёл в неё.

Эю, сидевшая в центре слабоосвещённой комнаты, увлечённо играла со своими плюшевыми зверями, что-то бормоча себе под нос. Заметив вошедшего юношу, девочка быстро отодвинула в сторону свои игрушки и встала с пола.

– Что вы тут делаете? – напряжённо спросил ребёнок, виновато опустив глаза и убрав пухлые ручки за спину.

– Прости. Похоже, что я ошибся дверью. Твой отец разрешил мне поспать в его комнате, и поэтому…

– Вы же не скажете папе о том, что я ещё не сплю, да? А то он рассердится! Я не хочу, чтобы он сердился! – воскликнула Эю.

– Нет, не переживай. А во что ты играешь? – улыбнувшись, спросил Никс, подходя ближе. Увидев проявившийся у юноши интерес, глаза Эю заблестели, и она, вновь усевшись на пол, начала рассказывать о своих игрушках и тех приключениях, что они переживали. Она рассказала, что одна из её игрушек подверглась ужасному проклятью быстрого старения, а другая отважилась найти волшебный эликсир, который смог бы спасти первую игрушку и даровать ей вечную молодость.

– То есть хочешь сказать, что первая игрушка…

– Льяс!

– Что?

– Игрушку, подвергшуюся проклятью, зовут Льяс!

– Да, прости. То есть ты хочешь сказать, что Льяс после того, как выпьет этот волшебный эликсир, который его друг стремится найти, обретёт вечную молодость? Получается, он станет бессмертным? – уточнил Никс. На его лице проскользнула какая-то странная улыбка.

– Верно! И у него будет много-много времени, чтобы путешествовать и подружиться с огромным количеством существ!

– Бедный Льяс. Игрушка, которая отдаст ему этот эликсир, очень жестока…

– Что? Почему это?

– Несчастный ведь просто подвергнется другому проклятью. Проклятью бессмертности. Все, с кем он дружит или подружится, в конечном счёте умрут, всё, что он делал или будет делать, рано или поздно наскучит, он потеряет любые смыслы, а исследовав каждый уголок своего мира, он просто-напросто перестанет чему-либо удивляться. Всё вокруг начнёт казаться ему предсказуемым и безумно скучным. Чем не проклятье?.. – равнодушно говорил Никс.

– Но этого не произойдёт! – недовольно воскликнула Эю. – В моём мире всего этого не произойдёт! Льясу ничего не наскучит, он будет вечно радоваться своему бессмертию и любить жизнь! А его друзья не умрут!

– Так не бывает.

– Неправда! Очень даже бывает! Вам-то откуда знать? Папа говорил, что бессмертных созданий в Дремии не существует!

– Ты так наивна, что это даже забавно. Ох, глупое дитя, – юноша выдержал паузу. – Скажи, а ты хотела бы?

– О чём вы?

– Ты хотела бы обрести вечную молодость?

– Конечно! Ещё спрашиваете! Не хочу быть старой, как папа. Только ему не говорите! – экспрессивно и с улыбкой на лице сказала Эю, держа в руках свои плюшевые игрушки.

– Не скажу, не переживай.

– Жаль, что способа стать бессмертной ещё не изобрели…

После слов девочки Никс хитро улыбнулся, будто бы и ждал, когда она скажет нечто подобное.

– Поделиться с тобой секретом?

– Секретом?

– Да. Я знаю способ, как навсегда остаться молодой и в определённом смысле стать бессмертной.

– Как это? Я вам не верю!

– А стоит. Более того, я прямо сейчас могу раскрыть тебе этот способ. Хочешь?

– А папа не будет ругаться?

– С чего бы? Если только на меня…

– Хм, ну хорошо, давайте! А этот способ не очень сложный?

– Нет. Тебе даже ничего делать не придётся.

– Такое я люблю!

Стоило Никсу подняться с пола вместе с Эю, как его золотые глаза резко засияли, словно два раскалённых солнца, и смотреть на них становилось всё больнее. Юноша сделал глубокий вдох, и воздух вокруг словно сгустился, став тяжёлым и влажным. Все свечи в комнате погасли разом, и тьма поглотила пространство. Эю почувствовала, как по её коже забегали мурашки, а в ушах зазвучал низкий, едва уловимый гул, словно где-то далеко кто-то шептал на непонятном языке. Окружение комнаты начало странно давить, стены будто сдвигались, сужая пространство. Небольшое окно в дальней части спальни вдруг затрещало, стекло покрылось паутиной жутких тонких трещин.

Испуганная девочка подняла голову и посмотрела на Никса. На его лице расплывалась мягкая улыбка, но вот сверкающие в практически полной темноте глаза искрили высокомерием и злобой, чего прежде совершенно не было заметно. Эю чувствовала, как быстро её сердце заколотилось в груди, а в горле застрял комок страха. Она хотела отступить, но ноги словно приросли к полу.

Никс резко протянул правую руку вперёд, его пальцы сжались в неестественной судороге. Воздух вокруг Эю начал вибрировать. Девочка почувствовала, как её тело медленно отрывается от пола, словно неведомая сила, холодная и безжалостная, обвила её и теперь поднимала всё выше и выше. Её ноги беспомощно болтались в пустоте, а невидимые пальцы сжимали шею и впивались в кожу, перекрывая дыхание. Глаза Эю расширились от ужаса, маленькие ручки девочки судорожно пытались зацепиться за невидимую силу, но это было бесполезно.

– Папа! – отчаянно закричала Эю, разорвав жуткую тишину в помещении.

Спустя пару мгновений дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался Гайлиф. Его глаза мгновенно нашли дочь, висящую в воздухе, чьё лицо было искажено страданием, а тело неестественно выгнуто. Никс стоял к нему спиной со всё ещё протянутой в сторону Эю рукой. Гайлиф не думал, не размышлял – его рука сама потянулась к железному кинжалу, спрятанному за пазухой. Лезвие блеснуло в тусклом свете комнаты, но не успел Гайлиф сделать и пары шагов, как застыл на месте, не в силах пошевелиться, словно кто-то схватил его за руки и ноги.

– Ты! Ублюдок! Что творишь?! Немедленно отпусти мою дочь! Не смей её трогать! – яростно кричал Гайлиф.

–Спокойнее, она сама захотела этого, – говорил Никс, всё так же не оборачиваясь на мужчину.

– О чём ты говоришь?!

– Она мечтала о вечной молодости, а я как раз могу осуществить её желание. Она навсегда останется молодой в памяти близких, в твоей памяти.

– Что ты… Нет. Нет! Не смей!

– Ох, ты меня утомил, – произнёс Никс, после чего Гайлиф больше был не в силах открыть свой рот, ровно как и двигать телом. Всё, что ему оставалось – быстро моргать и неровно дышать, при этом чувствуя, как капельки пота скатывались по лбу.

– Так-то лучше, – произнёс Никс, после чего на пару секунд задумался. – А знаешь, я поменяю планы. Так будет даже веселее. Помнишь, я говорил, что тебе воздастся за доброту? Так вот, этот момент уже настал! Я исполню мечту твоей дочери, а тебе сохраню жизнь! И это не всё! Я даже дам возможность отомстить за неё! Только вот для этого тебе сначала придётся меня найти!

Никс обернулся, посмотрел на Гайлифа, из глаз которого текли слёзы, и со своей уже ставшей жуткой улыбкой махнул головой, после чего неизвестная сила откинула назад обездвиженное тело мужчины через открытую дверь в коридор.

Эю, всё ещё висящая в воздухе, слабо дёрнулась, её глаза начали закатываться, а губы посинели. Казалось, скоро маленькое тело окончательно сломается под давлением невидимой силы. Комната наполнилась тишиной, прерываемой лишь слабыми хрипами отца и дочери, а Никс стоял в центре этого кошмара и молча улыбался.

– Знаешь, не думаю, что имя Никс мне всё же подходит. Я продолжу свои поиски. Быть может, однажды я всё же найду что-то, что сможет превзойти её имя, – произнёс светловолосый юноша, чей голос теперь звучал холодно и отстранённо. Он медленно поднял руку, и дверь перед Гайлифом, ведущая в комнату его дочери, захлопнулась.

…

– Эю!

Глава 1. Нелат

Лишь немногие из всей человеческой расы могли похвастаться тем, что им хотя бы единожды в жизни доводилось ступить на палубу корабля. Такая возможность выпадала лишь избранным – тем, кто обладал либо несметными богатствами, либо невероятной властью. Для остальных же мечта о том, чтобы выйти в океан, пусть даже на самом жалком подобии судна, так и оставалась несбыточной. Причиной тому был Закон Барьера, строго запрещавший людям покидать Силин – огромный остров, на котором жила вся человеческая раса.

Неизвестно, когда именно этот закон вступил в силу, но он в течение всего своего существования оберегал и предостерегал любого, кому в голову могла прийти безумная идея просто взять и покинуть остров. Закон Барьера появился не из-за каких-либо политических, экономических или социальных интересов, он появился из-за реальной опасности для жизни любого, кто покинет остров без специального артефакта. За пределами Силина, во всё остальном мире под названием Дремия, воздух был непригоден для людей, и дышать им они попросту не могли. Это было равно отравлению смертельным ядом, убивающим всего за пару минут. Единственным способом всё же выйти во внешний мир, не боясь умереть, был браслет Ириса, магический артефакт, изобретённый всего пару десятилетий назад. Он позволял человеку, на которого был надет, без проблем дышать в любой точке Дремии. Однако стоимость такого браслета достигала нескольких миллионов золотых монет, что равнялось казне целого крупного города на Силине, а потому подобным магическим артефактом могли обладать лишь избранные.

Несколько недель назад из главной гавани Силина отплыл единственный в своём роде трёхпалубный линейный корабль, держащий курс в Нелат, самое большое королевство Дремии, известное также как первое и чуть ли не единственное королевство, где представители любой разумной расы могли сосуществовать друг с другом в относительной гармонии. Корабль плыл в Ворин, столицу Нелата, по совместительству являвшийся крупнейшим городом во всём мире. Пассажирами уникального корабля были члены королевской семьи – король Левиус Фейн и принцесса Реара Фейн, а также порядка двенадцати придворных, среди которых была и герцогиня Исинэра Лит – девятнадцатилетняя девушка, лучшая подруга принцессы Реары и её неофициальная правая рука. Полная мечт и надежд на светлое будущее для всего человечества, она стояла на палубе, крепко держась обеими руками за фальшборт, и смотрела куда-то за горизонт. Её светлые, практически белые, немного кудрявые волосы изящно вились на ветру, а по бронзового цвета коже периодически пробегали мурашки от тёплых лучей солнца.

– Ис! Исинэра! – кричала её имя приближающаяся высокая девушка очень красивой наружности: с белоснежной кожей, длинными распущенными золотистыми волосами и тёплыми карими глазами. Она была одета в розовое достаточно простое, но опрятное платье, которое определённо ей шло, подчёркивая изящную фигуру. Хотя с такой внешностью любая одежда смотрелась бы на красавице просто великолепно.

– Исинэра, ты не слышишь меня что ли? Почему не отзываешься? – наигранно недовольно спросила девушка, подходя к Исинэре, наслаждающейся хорошей погодой.

– Прости, Реара, – проговорила Исинэра, приоткрыв карие глаза. – Мне здесь настолько хорошо, что я ненадолго…

– Оглохла? – с улыбкой перебила принцесса. – И давно ты тут стоишь? Смотри, как бы не получила солнечный удар!

– Не переживай, не получу. А что ты пришла?

– Знаешь, что сказал мне капитан? Он сказал, что мы скоро прибудем в гавань Ворина!

– Врёшь!

– Нет, я серьёзно!

– Но ведь пару дней назад он говорил, что мы должны прибыть только к концу недели.

– Да, но сейчас он сказал, что ветер нам благоприятствует, так что уже сегодня, ближе к вечеру, прибудем в порт!

После этих слов одновременно у обеих подруг возникла широкая улыбка на лице. Несколько недель девушки плыли по морю, и после длительного ожидания они наконец прибудут в место, о котором всё детство читали лишь в книжках. Им не терпелось увидеть все те чудеса, которые скрывал в себе Ворин. Им не терпелось впервые в жизни увидеть другие разумные расы, пообщаться с ними и завести как можно больше друзей. Остроухие и изящные валиры, низкие и прямолинейные демары, бледные и жуткие соры, звероподобные и таинственные лангерны, чудные и хитрые седкилы, а может даже и эйлии – скоро у Исинэры и Реары будет возможность встретиться со всеми ними. Всё это казалось обеим девушкам очередным приятным сном, но никак не реальностью. Однако, кроме очевидной радости, Исинэра испытывала что-то ещё. Она испытывала страх. Ведь, в отличие от своей подруги, герцогиня направлялась в Нелат далеко не на несколько дней и с очень ответственной миссией, даже слишком ответственной для столь юной девушки.

– Как король? Не стал чувствовать себя получше? – поинтересовалась Исинэра.

– Не особо. Доктора всё списывают на простую морскую болезнь. Эх, если бы я знала, что так будет, то…

– То что? Отменила бы поездку?

– Да нет. Эта поездка ведь важна не только для нас с тобой, но и для всего человечества. Просто не хочу, чтобы отец страдал из-за меня. Ох, Ис, если с ним что-то случится… – взволнованно говорила Реара, оперевшись на фальшборт.

– Не переживай, всё будет хорошо. Нас окружают только проверенные люди, вокруг множество стражников и верных нам моряков. Все они готовы отдать свои жизни за короля и принцессу, так что не стоит так переживать.

– Надеюсь, что ты права. Эй, а что это за ужас на тебе? – спросила Реара, впервые обратив внимание на светло-бежевое платье, надетое на подругу, с коричневыми полосами и пышными короткими рукавами. – Я же тебе сто раз говорила, что это платье просто ужасно! Не могу смотреть на эти рукава! Надеюсь, ты не собираешься по прибытии в столицу находиться в этом кошмаре!

– Но это платье такое комфортное!

– Ни слова больше мне тут про комфорт! Немедленно иди переодеваться! Своим существованием это платье позорит всю человеческую расу! И даже не думай надевать его, когда будешь в Сивитате! А лучше вообще сожги это недоразумение!

– Хорошо, хорошо, поняла я, – с улыбкой сказала Исинэра, после чего перевела взгляд на приближающегося к подругам молодого моряка.

Поклонившись обеим девушкам, юноша обратился к Реаре:

– Принцесса, простите, что отвлекаю, но граф Крон очень хочет поговорить с вами.

– Граф Крон, говоришь, – томно произнесла принцесса, как-то хитро заулыбавшись. – Ну раз сам граф Крон ожидает меня, то не хочу заставлять его ждать ещё дольше.

В ответ на эти слова молодой моряк также хитро улыбнулся.

– Ис, если вдруг как-то спросит, то я крепко сплю в своей каюте и настоятельно прошу меня не беспокоить! – игриво сказала Реара и, коснувшись плеча моряка, повела его за собой в глубь корабля.

– Приятных сновидений, – закатив глаза, раздражённо произнесла Исинэра, после чего её взгляд вновь устремился за горизонт. Теперь девушка не просто наслаждалась красотой моря и грелась на солнце, но ещё и с надеждой ждала, когда из-за горизонта начнёт виднеться материк. Однако она понимала, что до этого пока было далеко, а потому, простояв на палубе ещё некоторое время, герцогиня вернулась в свою каюту.

Когда её покой побеспокоил один из моряков с долгожданной новостью, Исинэра быстро переоделась в серое платье и поспешила вновь на палубу, где уже столпились все пассажиры и даже некоторые члены команды, ненадолго отлынувшие от работы, чтобы взглянуть на загадочные земли, с каждой минутой становившиеся всё ближе и больше. Постепенно стали различимы известные своей высотой белокаменные дома Ворина. Всё сильнее происходившее походило на сон, который, как всегда, в самый интересный момент должен был прерваться, но этого всё не происходило, отчего Исинэра была по-настоящему счастлива.

По прибытии в гавань короля, принцессу, а также всех придворных, приехавших с ними, встретили со всеми почестями. Для сопровождения прибывших гостей король Нелата по имени Кайсон выделил целую группу лангернов, идеально говоривших на силинском и почти ничем внешне не отличающихся от людей, за исключением отдельных не слишком заметных животных частей тела вроде ушей, хвостов или копыт, которые и то были не у всех из них. Формально поприветствовав гостей, лангерны провели их через роскошную, но пустую гавань, которая была временно перекрыта для горожан из-за прибытия силинцев.

У выхода из гавани всех прибывших рассадили по каретам и повезли в королевский дворец. Улицы, по которым ехали транспортные средства с гостями, также были перекрыты и пустовали, что несколько напрягало людей, однако команда сопровождающих продолжала упорно настаивать на том, что это было сделано только лишь в целях безопасности членов королевской семьи. Тем не менее даже пустующие улицы выглядели очень необычно и интригующе. Было совершенно очевидно, что нелатцы сильно опережали в техническом прогрессе людей, так как на улицах тут и там можно было встретить необычные магические и технологические устройства, о предназначении которых можно было только строить догадки.

Исинэра ехала в карете с двумя придворными – графиней и графом Трин, а также с одним сопровождающим – миловидным юношей, который не обладал никакими заметными животными чертами.

– Как к вам можно обращаться? – поинтересовалась Исинэра, прервав долгое строгое молчание, царившее в карете с момента отъезда от гавани.

– Вы мне, ваша светлость? – удивился юный лангерн, вероятно, не ожидая того, что ему придётся разговаривать со своими попутчиками. – Киарс.

– Как вы узнали, что я герцогиня, раз обратились ко мне «ваша светлость»?

– Перед тем как встретить вас, наша группа внимательно изучила сведения о каждом из тех, кого мы будем сопровождать. Нам особенно выделили вас, Исинэра Лит, герцогиня Яргская, неофициальная правая рука принцессы Реары, её лучшая подруга, а также официальный посол Силина и будущая временная правительница Сивитата.

– Ух ты, вот это подготовка, – с улыбкой весело отметила Исинэра.

– Когда мы уже прибудем? – недовольно спросила графиня Трин, смотря в окно кареты.

– Через несколько минут, ваше сиятельство, – спокойно ответил Киарс.

– Ворин действительно очень красив. Даже лучше, чем я представляла. А будет ли нам предоставлена возможность прогуляться по нему? – поинтересовалась Исинэра, смотря на быстро сменяющиеся белокаменные многоэтажные дома.

– Я, к сожалению, очень в этом сомневаюсь, ваша светлость, – сказал лангерн. – Не думаю, что наш король одобрит, если кто-то из гостей с Силина захочет прогуляться по Ворину. Мало ли что может произойти с вами.

– Так вы же как раз и нужны для нашего сопровождения и защиты, разве нет?

– В пределах дворца, ваша светлость, – серьёзно и даже несколько раздражённо ответил Киарс, явно не желавший продолжать этот разговор. Девушка быстро это поняла, и остаток дороги они проехали молча.

Примерно через двадцать минут пути кареты подъехали к центральному входу в огромный потрясающий воображение любого человека белокаменный дворец. Первое, что бросалось в глаза – около десятка высоких башен, чьи серебряные шпили, казалось, пронзали сами небеса. В отличие от всех дворцов, которые Исинэра видела прежде, этот не был огорожен высокой стеной, традиционно служившей для защиты от непрошенных гостей. Вместо неё вокруг Поднебесного дворца располагался огромный сад, усаженный всевозможными растениями со всей Дремии. Выглядело крайне эффектно и символично.

Как только гости покинули кареты, их собрали в группу во главе с королём и принцессой. Вскоре к ним подошёл эксцентричный лангерн с приметным зелёным павлиньим хвостом. Быстро осмотрев всех гостей, он остановил свой взгляд на короле и принцессе и, низко поклонившись им, заговорил на чистом силинском:

– Приветствую многоуважаемых гостей из Силина. Король Левиус Фейн, принцесса Рейра Фейн, благодарю, что почтили своим присутствием Ворин. Король Кайсон очень давно хотел с вами встретиться. Меня зовут Рюймил Гавэль, я десница его величества, и мне было поручено рассказать вам всё самое необходимое перед входом в Поднебесный дворец. Самое главное правило, которое было оговорено не раз перед вашим приездом и за соблюдением которого нам всем велено очень внимательно следить – не покидайте пределов дворца. Это правило установлено для всеобщей безопасности и спокойствия. Также хотелось бы напомнить, что ваше прибытие в Ворине ограничивается четырьмя днями. Всё это время слуги дворца, подданные короля, будут вам во всём помогать, выполнять просьбы и указания. В пределах разумного, конечно. Однако это не касается посла-герцогини. По прошествии четырёх дней ей предоставят карету в Сивитат. Сейчас же сопровождающие, с которыми вы ехали сюда, сформируют вас в небольшие группы и разведут по выделенным покоям. Не переживайте, вам был отведён целый отдельный этаж во дворце, так что покидать его лишний раз не будет никакой нужды, и вы вряд ли заблудитесь. Короля Левиуса и принцессу Рейру же я прошу проследовать со мной. Я лично проведу вас до покоев, после чего мы обсудим время встречи с его величеством, королём Кайсоном. Всё ли вам понятно, уважаемые гости?