Сказки про ведьмака

Глава 4

Солнце вваливалось в комнату через щели жалюзи. Казалось, монстр из далёкого космоса раздирает когтями железную решётку и рвётся к добыче. Так же настырно цеплялась дрёма.

Олег ущипнул себя, чтобы убедиться в реальности мира. Хотя уже несколько раз его мозг обманывал, эмулируя во сне все подробности настоящего, вплоть до боли. Он уже давно думал над стопроцентным способом узнать, спит он или нет. Ничего путного не приходило в голову.

Воскресное утро. Морозное. Яркое. Снова началась привычная последовательность – открыть окно, замёрзнуть, в душ. Тишина. Даже неугомонные соседи ничего не долбили, не пилили. В новом доме это было в новинку. В своё время, когда Олег делал ремонт, он закончил работу с перфоратором всего за пару часов. После он ходил по квартире весь день и упорно пытался найти, что бы ещё подолбить? За ним тянулся провод, и вилка цеплялась за углы. Выглядело всё это, словно робот после гибели человечества искал себе работу. Так ничего не найдя, Олег отложил перфоратор до покупки другой квартиры.

Тишина была почти противоестественной. В голову забирались мысли о затишье перед бурей. Олег ущипнул себя ещё раз. Включил ролик из списка рекомендаций и узнал о новых подходах в обучении нейросетей, пока поджаривал на сковороде сосиски с яйцами. Делать было решительно нечего. А внутреннее лёгкое беспокойство стремилось укрепиться и перерасти в тревогу. Олег подумал, что ему необходимо выйти на улицу и прогуляться, купить продуктов, наполнить день хоть каким-то смыслом. Можно зайти в какое-нибудь кафе и выпить чашку чая с пирожным. Это позволяло представить себя участником жизни вокруг. В то, что можно встретить таким образом интересного человека, а тем более познакомиться с единственной и неповторимой, он не верил. Такие случайности хороши только, как дешёвый киношный трюк.

На улице чувствовалось приближение нового года. Во многих местах уже висели гирлянды. Кое-где на окнах белели бумажные снежинки. Олег относился к этому грядущему событию спокойно. Радость и вера в чудо остались в далёком дошкольном детстве, а полная безумия ненависть или непреодолимый страх – он надеялся – предстояло пережить в глубокой старости. Снег на улицах не убирали уже пару дней, и приходилось перепрыгивать через белые спрессованные комки или идти по проезжей части. Одна женщина не удержала равновесие и упала вместе с сумками, а теперь возилась в снежной каше руками, выискивая мобильный телефон.

– Можно я вам помогу? – Олег остановился и смотрел на женщину сверху вниз. Он сделал всё возможное, чтобы голос звучал как можно мягче, а лицо выражало участие.

– Вот телефон из кармана вылетел! – тётка тяжело дышала и уже начинала плакать.

Олег достал свой мобильник.

– Диктуйте свой номер. Сейчас я позвоню, и по звуку найдём.

Женщина запиналась, но назвала номер правильно и очень радовалась, когда получила в руки свой гаджет, который совершенно не пострадал.

– Ой, спасибо! На! Держи! – она вытащила из кошелька полтинник и протягивала Олегу. Ведьмак отметил тучность, затруднённое дыхание, неровные пятна румянца из-за проблем с давлением, синюю вязаную шапку, качественное и чистое, но поношенное пальто, самая обычная зимняя обувь, но пока она ползала на коленях, было видно, что подошва стоптана, а набойки были разного цвета.

– Нет, мы не договаривались об оплате. Я просто так, – Олегу было противно брать деньги у женщины, которой они нужнее. А она ещё несколько секунд простояла с вытянутой бумажкой и смотрела в спину уходящему помощнику. Мимо неё проходил мальчишка лет семнадцати, ловко выхватил банкноту и бросился прочь. Олег услышал громкое «ой!» и топот.

Ведьмак оглянулся и увидел счастливое лицо дегенерата, а из сжатой в кулак руки торчал полтинник, сзади растерянно моргала глазами женщина. Олег сразу понял, что произошло. Он сначала хотел шагнуть в сторону – драться с ублюдком за пятьдесят рублей совершенно не хотелось. Лицо женщины. Оно источало тоску от бессмысленности существования, предельную степень разочарования, за которой или просветление, или самоубийство. Ведьмак не смог бы забыть это лицо и согнул ноги в коленях. Всё происходило очень быстро, но поцан заметил, как изменилось выражение Олега. Затормозить, увернуться он не успевал. Узкая – едва двум людям разойтись – тропинка на тротуаре между сугробами в полтора метра исключала возможность разминуться.

Поцан рассчитывал расталкивать прохожих, но внезапно осознав, что перед ним человек, который очень недобро смотрит, пожалел о глупой идее ограбить толстую тётку. Ведьмак вывернул ногой кусок спрессованного снега и подтолкнул под ноги бегущему. Тело грабителя растянулось, лицо впечаталось в утоптанную дорожку, носом хлынула кровь и, кажется, изо рта тоже. Олег поднял купюру, вернулся к женщине и вложил в руки. Меньше минуты прошло, а про случившееся напоминал только напитанный кровью кружок снега.

Наказание вора развеселило Олега. Он не верил в воздаяние с небес, вселенский «эффект бумеранга», но свято уверовал, что каждый человек на земле обязан этот эффект создавать сам.

Захотелось ещё подвигов. Да так сильно, что внутри всё закипело. «Гордыня, – подумал Олег, – Нужно её гнать грязными тряпками, а то нарвусь на неприятности».

День тянулся до вечера медленно и чересчур монотонно. Олег был рад этому – покой лучше, чем суета. Он был бы рад возиться с кем-то близким, а в одиночку всё становилось болезненным. С приходом сумерек очень захотелось взять какой-нибудь заказ, но телефон молчал, страницы в соцсетях тоже. Олег решил перед сном выпить бокал коньяка и поискал в пуховике визитку таксиста. Сон про Дилю стал совершенно бесцветным и тусклым. В реальности события грёз не значили ровным счётом ничего.

– Алло, машину можно? Сейчас работаете?

– Да, конечно. Куда подъехать? – водитель, по всей видимости, дремал, ожидая клиентов.

Олег назвал адрес и, подхватив рюкзак, во второй раз вышел из дома.

Снаружи опять начинался буран – зима выдалась снежной. Олег осмотрел двор и решил встретить таксиста на въезде, чтобы не пришлось буксовать. Через несколько минут машина с шашечками уже пробиралась по городу к бару.

– А завтра не на работу? – спросил седой мужчина, узнав куда ехать, он говорил слишком громко.

– От одного бокала коньяка не захмелею, – Олег хотел бы разговорить таксиста, но не знал как, – А потом сразу домой и спать, и утром буду огурцом.

– Я бы тогда дома хряпнул, – мужчина подмигнул и громко крякнул.

– Ага, а потом каждый день в одну каску заливать и через год повеситься.

– Так всё плохо? – таксист помрачнел.

– Пока всё нормально, но пить в одиночестве нельзя.

Таксист замолчал. Олег несколько раз открывал рот, чтобы продолжить разговор, но не придумал ничего стоящего.

Бар светился неполной вывеской – кто-то разбил три буквы – Б а р        О л я. Новое название настолько закрепилось, и, несмотря на чрезмерную эпатажность для города, у хозяйки каждый раз находились новые отговорки не чинить надпись.

Олег расплатился и попрощался с таксистом.

– Я тут постою пока. Клиентов всё равно нет. За ожидание денег не возьму, можешь не торопиться, – седой Лунь (так Олег прозвал его про себя) достал сигареты и закурил, притоптывая для восстановления тока крови в ногах.

– А если я решу пешком?

– Тогда я заберу кого-нибудь другого.

Внутри было тепло, тихо и пустынно. Только на одном диванчике перед большим кальяном сидел светловолосый парень с закрытыми глазами и медленно курил.

Олег жестом остановил официанта, начавшего было рассказывать о фирменном блюде.

– Мне только бокал коньяка и шоколад с миндалём.

Официант слегка разочарованно кивнул и быстро исчез в дверях кухни. Олег стянул свитер и развалился на диванчике. Он выбрал место, откуда просматривался весь зал. Было интересно наблюдать за блондином – он виртуозно выпускал кольца, вдевал одно в другое, несколько раз они одевались на светильник над столиком. Казалось, что дым приобретал плотность какого-то пластика. Парень заметил наблюдателя и махнул рукой в приветствии. Олег ответил кивком и отвернулся. Он считал, что некультурно смотреть на незнакомого человека. Бокал с напитком появился незаметно, рядом лежала нераспечатанная шоколадка.

Музыка молчала, видимо любитель кальяна попросил тишины. Олег был этому неимоверно рад. Он поймал себя на этой мысли и зацепился за неё. За размышлениями о том, чем отличается пьянство дома в одиночестве от такого же пьянства в одиночестве в баре прошло времени на почти половину из ста грамм и несколько кусочков шоколада. Наконец Олег решил, что всё сводится к подсознательной надежде на хоть какие-то события. Это немного расстроило. Выходило, что иррациональная надежда на невозможное чудо управляла поступками.

Олег покрутил бокал. Ароматный напиток оставлял на стекле маслянистый след – один из признаков настоящего коньяка. Вкус был неплохим, немного безликим, сделанный таким, чтобы нравиться всем. «С людьми так же, – подумал Олег, – Чем сильнее выражены черты характера, тем сложнее человек. С такими интересно жить, можно многому научиться, но почти всегда выбирают середнячков».

– Часто здесь бываешь? – блондин прервал поток мыслей. Олег заметил его приближение, но не подавал виду – знакомиться с этим человеком не хотелось. Всё его тело казалось обёрнутым в абсолютно прозрачную и абсолютно чёрную материю. За голубыми глазами зияли дыры непроглядного мрака. И всё это зализанное, ни одной развивающейся в воздухе ленты, даже нитки – обычно всякие злыдни выглядели как обтрёпанные мумии, а их шлейфы тянулись порой на десятки метров. Олег смотрел на этого парня откровенно и нарочито безразлично и молчал.

– Ты выглядишь так же, – блондин обошёл столик и сел напротив, – Ты не пробовал смотреть на себя в зеркало тем зрением, которым пользуешься для охоты?

– Я вас не понимаю, – Олег встал и начал одеваться.

– Ты недавно убил неразумного. Это видно. Ты тёмный. Это очевидно. Ты практикуешь. На это я готов поставить душу. Почему ты смотришь на меня с негативом?

Олег залпом допил последние полтора глотка, взял шапку и двинулся к барной стойке заплатить по счёту. Слова блондина разрывали его на части. Всё, что он видел лишнего – плод его больной фантазии. Нельзя допускать даже минутой слабости. Нельзя верить в свой бред – за этим начнётся безумие.

– Прости, – блондинчик взял Олега за рукав, – Я подумал, что ты… В общем, ты не веришь и правильно делаешь. Я хотел сказать, что такие глюки не только у тебя. Их могут увидеть многие люди. Иногда одновременно. Мне самому бывает тяжело, и может стоит держаться вместе? Я не гомосек, ты не подумай.

– Я подумаю, – Олег усмехнулся и раздумал начинать драку, но высвободил рукав и попросил счёт. В кармане лежал огрызок карандаша. Ведьмак написал на салфетке свой номер и протянул блондину.

– Егор.

– Олег.

– Старого зовут Влад, он тебя ждёт.

– Это как-то построено было?

– А зачем? Для таких событий нужно только терпение и внимание.

Два ведьмака пожали руки и разошлись. Один докуривать кальян, а второй должен был ехать домой и поспать перед долгой рабочей неделей на заводе.

Глава 5

Посреди недели Олег старался не браться за заказы, требующие надолго выходить из дома, и все вечера проводил за самыми простыми делами. Усталости как таковой не ощущалось, и можно было находить время даже на охоту за всякой чудью, но после работы чувствовалось отупление, апатия. Любое действие казалось бессмысленным как галстук на пьяном депутате. Олег пытался заполнять вечера видеоиграми, но халтурные поделки надоедали за несколько минут знакомства с обзорами, а стоящие проекты выходили раз в несколько лет. Получилось так, что почти всё интересное было пройдено, когда он жил с родителями. Оставалось кино. Сейчас он знакомился с фильмами из сороковых. Прикинув однажды в уме, Олег решил, что кинематографа хватит лет на пять. Что будет делать перед сном после, он думать не хотел.

Пришло сообщение. Точно не с работы. Ребята всегда звонят, если что-то случилось, и им нужна помощь. Олег перевернул телефон экраном вниз, чтобы мигающий синий огонёк не раздражал. Через минуту мобильник издал писк и провибрировал. Следующее сообщение пришло через тридцать секунд. Потом двадцать. Десять. Пять. Олег сдался. Писал Егор.

– Выходи наружу, хватит киснуть, тем более что есть дело.

– Я жду у подъезда, и не спрашивай, откуда узнал.

– Ага, у Седого спросил.

– Я не сдамся.

– Я могу ждать всю ночь.

– И писать тоже.

Олег прочитал. Подумал с минуту. Начал одеваться. Ведьмачье дело всегда интереснее, чем кино. Через пять минут возле подъезда он увидел «коллегу». Егор укутался как на северный полюс. Лямки рюкзака выделялись широкими красными полосами на синем пуховике. Он курил. И улыбался.

– Здорова, Олег! Ты никогда не думал, что если бросишь курить, то весь привычный образ жизни развалиться? Случиться обязательно много и всякое и поменяется, и вообще страшно. Я из-за этого не могу уже второй год бросить, – Егор не отпускал рукопожатие и внимательно разглядывал нового знакомого.

– Я поэтому и бросил, – Олег с силой вырвал руку, – Я не люблю, когда ко мне прикасаются.

Повисла небольшая пауза. Олег подумал, что возможно перегнул палку и стоило быть помягче, но сразу же решил, что будет вести себя с Егором, как с самим собой, без обычных социальных плясок, ужимок, притворства.

– Прости. У меня привычка к холодному и горячему чтению. Не могу избавиться от неё.

– И что начитал? – Олег скептически усмехнулся.

– А ничего, – Егор направился в сторону оживлённой улицы, – Это только на очень тупых людях работает.

– То есть почти всегда?

Егор смеялся громко и долго, продолжая идти.

– Мы куда? – Олегу собственная шутка показалась глупой, достойной лишь усмешки.

– Как ты объясняешь свои видения? – спросил вместо ответа Блондинчик. Олег уже решил, что так и будет называть про себя первого встреченного в своей жизни ведьмака. Кроме светлых волос к прозвищу очень подходило милое личико совершенно не определённого возраста от семнадцати до сорока – в зависимости от выражения.

– Просто глюки, – Олег не любил сюрпризы. Он прекрасно знал, что вся эта недосказанность должна выводить из себя. Человек, потерявший душевное равновесие, легко поддаётся внушению, легко становиться жертвой мошенников, легко выдаёт свои тайны. Знания – сила. Небольшое усилие воли, и он стал наблюдателем, удобно расположившимся в кресле у камина с кружкой ароматного глинтвейна. А тело продолжило идти, стало камерой наблюдения для скучающего охранника ночного супермаркета, который уехал в отпуск или даже уже уволился, но ему не отключили доступ к видео.

– Вот ты сейчас видишь, что от людей исходит аура? – Егор указал рукой на нескольких прохожих, от которых тянулись самые длинные и яркие шлейфы.

– Не аура. Я вижу разноцветные бинты, полотна. Они часто рваные, и почти всегда у всех «ветер» дует в разные стороны, – Олег сморгнул видение, и улица снова стала самой обычной, нормальной.

– Нужно же как-то называть это, – Егор помолчал, потом продолжил чуть медленнее, сопровождая слова движениями головы, – Есть теория, что мы видим визуализацию ощущений. Мозг добавляет к картинке то, что ему кажется важным и значимым. Есть же такая штука как дополненная реальность. Вот часть мозга генерирует то, что ему кажется, а мы думаем, что это настоящее. Как тебе?

– Эта теория предлагает способ вылечить больную фантазию?

– Нет. Ни одно объяснение, которое я знаю, не предполагает лекарство.

– Тогда они бесполезны.

– Ты сдурел?! – Егор даже остановился, а прохожие обошли их по большой дуге, – Вот где бы ты был сейчас, если бы верил в свои глюки как есть?

– В психушке, – Олег произнёс это тоном «понижающим» громкость собеседника. Совершенно не хотелось стоять посреди улицы и терпеть любопытно-раздражённые взгляды.

– Да нет… Уехал бы в Москву или Питер. Начал бы убивать. А уже потом в психушку, – чрезмерная уверенность была в этих словах. Если бы Олег не сидел сейчас в своём уютном кресле, то по коже пошли бы мурашки.

– Я знаю, что ты отключил сейчас все эмоции, – продолжил Егор после небольшой паузы, – Вообще-то не важно, почему мы видим то, что видим. Если в этих глюках есть хоть какой-то, пусть извращённый, смысл, то они стоят твоей жизни. Как думаешь?

– Бред не может ни описывать, ни влиять на реальность, – очень давно, ещё в школе Олегу приходили подобные мысли, теперь такая точка зрения вызывала презрение, – Меня бесят искатели глубинного смысла.

– Мы пришли, – голос Егора изменился, стал металлическим и тёплым, как только что снятая кольчуга, – Сейчас просто наблюдай.

Они свернули во двор. Светло. Даже немного ярко. Аккуратная парковка машин. За высоким забором из сетки Рабица детская площадка. Чисто. Снег убран. Признаки благополучия налицо. Егор шёл быстро, почти бегом. Было видно, что он накачивает себя адреналином. Большая металлическая дверь с домофоном немного задержала их. Олег достал свою связку универсальных ключей и уже хотел открыть замок, но Егор сделал это быстрее, и связка у него была поувесистей. Ухоженный подъезд встретил теплом, мягким запахом какого-то моющего средства и широкими лестницами.

Ведьмаки добрались до четвёртого этажа. Егор перевёл дыхание, закрыл глаза и что-то зашептал. Олег просто облокотился о чистую, не пачкающую одежду стену. Блондинчик "обернулся". Он стал неузнаваемым. Огромные чёрные пропасти вместо глаз, рот, растянутый слишком широко для человека в глумливую кривую ухмылку. И больше ничего. Ни носа, ни ушей, ни даже волос из-под серенькой шапки с весёлым красным помпоном. Олег видел множество всяких чудовищ, но никогда не встречал столь отталкивающее, вызывающее безусловное желание выхватить оружие. Поборов отвращение, Олег заметил также ранее не виданное: с пальцев Егора "стекали" тонкие, едва мерцающие, переливающиеся цветами или однотонные нити, одна из которых заканчивалась у Олега в груди, а ещё несколько вели в квартиру. Вмиг онемевшими пальцами он попытался ухватить свою паутинку, но Егор сделал движение пальцами, словно сматывал эту ниточку, и Олег безвольно обмяк, сев прямо на пол.

– Я же сказал, просто смотри, – прошипело существо глухим голосом с несколькими визгливыми истеричными нотками и снова зашевелило пальцами – теперь Олег чётко видел, как его ниточка натянулась, засветилась ярче, а он против воли встал, отряхнулся и поправил одежду.

Чудовище протянуло когти к звонку и перестало обращать внимание на свою послушную куклу.

– Кто там? – голос мужской с явным раздражением.

– А Лера выйдет? – чёрная пасть даже не шелохнулась, когда Егор произносил это, как ни в чём не бывало, звонко, как подросток.

За дверью раздался скрежет, словно провели металлом по металлу. Дверь открылась. Мужчина в футболке и домашних трико держал в руке топор и смотрел перед собой с ненавистью.

– Щас я вам обоим по п#&де в башке сделаю! Будет куда своими х¥®ми тыкать! – движения этого мужика не несли признаков демонстрационной угрозы, он действительно намеревался убивать.

Олег бежал по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек, Егор за ним. Обоими телами всё ещё управлял Блондинчик, хоть и сбросив жуткую шкуру. Только на первом этаже мужик с топором оступился и упал. Олег не видел, как это произошло, но внезапно вернулся контроль, и он со всей силы ударился в дверь подъезда плечом. Мужик громко и неестественно заорал. Ведьмаки одновременно оглянулись. Олег успел заметить на лице Егора удовлетворение.

– Пойдём отсюда. Быстрее! – Егор на негнущихся ногах, шатаясь, заковылял по двору. Олег двинулся за ним, намереваясь просто избить его, но тут же потерял из виду во внезапно начавшемся буране. Олег встал на месте и ловил ртом снег. Вода стекала по щекам, скулам, шее и дальше под свитер. «Надоело! – подумал он, – Я так точно свихнусь!» Узкой, словно детской, ладонью он долго растирал лицо. А потом, посмотрев под ноги, увидел след из капель крови. Дорожка тянулась вдоль его собственных отпечатков. Интуиция настырно зудела, что по этим красным пятнам найдётся Блондинчик.