Дети сумрака

Глава 1

Глубокая ночь полностью накрыла город на Неве, приглушая все краски мегаполиса. С каждой секундой свет в окнах жилых квартир затухал, уступая своё место бликам луны и звезд, которые скромно проглядывали сквозь серые облака. Холодный февральский ветер пробирался в самые укромные уголки старинных домов, отчего даже в популярных клубах и барах города было немноголюдно: последние посетители суетливо вызывали такси, согреваясь алкоголем и мечтами о тёплой кровати. Санкт-Петербург готовился ко сну, однако то, что произошло дальше, обернуло его сновидения в кошмары.

Из узкого переулка, освещённого тусклым фонарем, показались два силуэта, которые в дневное время привлекли бы внимание не только случайных прохожих, но и органов правопорядка. Хрупкая на первый взгляд девушка, перепачканная кровью, с легкостью несла бездыханное тело юноши, пока по её лицу катились слезы. Стараясь не запнуться о свисающие руки спутника, она необычайно быстро направлялась к лютеранской церкви, пересекая пустынный проспект.

Выбив отсыревшую дверь, она увидела картину уходящего прошлого, которое нехотя уступало свое место современности: посреди изношенной деревянной лестницы, окружённой белыми обшарпанными стенами, перед ней с грустью и тенью былого величия стоял большой чугунный крест. Она осторожно положила тело юноши на лестничный пролет, судорожно стирая с лица слёзы, перемешанные с кровью. В её голове кружили тысячи тревожных мыслей, но среди них не было ни одной, способной решить возникшую «проблему».

Как же она хотела разобраться со всем самостоятельно, но именно собственные действия привели её сюда, так что кредит доверия был исчерпан. Необходима помощь, несмотря на все возможные последствия. Она судорожно достала из кармана пальто телефон, который предательски выскальзывал из рук, пачкаясь в вязкой красной жидкости. Ей удалось выбрать нужный контакт и по спящей лютеранской церкви поползли тихие гудки.

– Умоляю, возьми трубку, – прошептала девушка, нервно закусывая губы, – прошу тебя.

– Если ты позвонила мне посреди свидания, значит что-то срочное, – из динамика раздался женский голос. – Какая-то умопомрачительная сплетня, о которой я обязана узнать?

– Ты была права, это случилось, – выпалила девушка, пока слезы с новой силой хлынули из глаз. – Я неподалеку, в лютеранской церкви. Пожалуйста, это срочно.

В ответ собеседница лишь тяжело вздохнула и бросила трубку, оставляя девушку наедине с оглушающей тишиной. Каждая секунда бездействия для неё тянулась вечностью, накаляя нервы до полного истощения: ожидание – самый изощрённый вид пыток.

Стены сдавливали девушку со всех сторон, укоризненно напоминая о её вине. Для неё мир сузился до всего двух контрольных точек: входной проем, который стал последним оплотом надежды, и бездыханное тело, чей цвет кожи все больше походил на стены церкви. В голове бушевала паника: мыслей не было, чувств тоже; а на губах все ещё ощущался сладкий металлический привкус. Ноги не слушались своего владельца – она беспомощно сползла на ступени, обессиленно прикрыв глаза. Пальцы злобно вцепились в волосы цвета черного шоколада, пачкая их в красной вязкой жидкости. Как бы ей хотелось, чтоб всего того, что сейчас произошло, не было. Как бы она хотела вычеркнуть этот вечер, который с небывалым наслаждением так же принес ужас и скорбь.

– Азарья, тебе несказанно повезло, что сегодня здесь нет ночных выставок, – бархатный женский голос отразился от стен, разделяя момент со звонким стуком каблуков, – иначе у Шабаша было бы много работы.

Однако, её язвительный настрой быстро сменился шоком. От увиденного девушка потеряла дар речи: пятна крови, разбавленные слезами на испуганном лице, мертвенно бледный юноша, лежащий у креста. Не задавая лишних вопросов, она подбежала к телу, обследуя шею и проверяя зрачки.

– Твою мать, да чтоб тебя… – выругалась девушка и, наклонившись ближе к юноше, начала нашептывать что-то над ним, вырисовывая на его теле пальцем различные узоры.

В это время виновница ситуации молча наблюдала за ними. Она боялась даже вздохнуть, лишь бы не помешать своим присутствием. Она внимательно следила за каждым действием девушки: её бледные руки бережно и крепко держали тело юноши, с алых губ срывались тихие фразы на мёртвом языке.

Азарья не знала, сколько прошло времени, но в следующее мгновение на неё уставилась пара тёмных глаз, серьёзный взгляд которых не предвещал ничего хорошего.

– Несём его домой, сейчас же, – девушка поднялась с колен, устало поправив растрепанные рыжие локоны. – Нам предстоит очень серьёзный и крайне неприятный разговор. Но в первую очередь ты умоешься, потому что в таком виде ты меня ещё больше раздражаешь.

Возможно, если бы судьба сложилась иначе, случайные прохожие могли бы заметить двух девушек в длинных чёрных пальто и бездыханного юношу, которого бережно несла одна из них. В головах возможных зрителей могли бы зародиться различные мысли, вплоть до вызова полиции, но, к всеобщему счастью, в сегодняшнюю ночь эта часть города была пуста. Этот вечер начинался с романтики, с вспышки страсти, которая пробудила древнее, дикое чувство. Чувство, приведшее к боли, страху и ужасу. Чувство, которое кардинально изменит привычный поток жизни. Чувство, которое подарило им неясное и туманное будущее. Но это будет чуть позже, а пока им нужно пережить эту ночь.

И желательно всем из них.

Глава 2

Азарья нервно озиралась по сторонам, постоянно переводя взгляд на бледное лицо юноши.

– Русь, пожалуйста, держись, – её голос дрожал от подступающих слез. – Всё будет хорошо, только держись.

Ноги не слушались свою хозяйку, то и дело спотыкаясь об поребрики и остатки зимнего асфальта, но она продолжала идти вперёд, превозмогая желание сдаться. В этот вечер она поддалась мимолетному желанию, что привело к ужасающим последствиям, которые ставят под удар не только её будущее. Девушка перевела взгляд на силуэт спутницы, которая уверенным шагом шла впереди. В каждом её движении, в каждом коротком взгляде, в каждом тяжелом вздохе Азарья чувствовала раздражение и разочарование. В её мыслях снова и снова всплывало лицо спутницы, когда та подошла к ним: насмешливость в тёмно-серых глазах сменилась серьезностью. Тяжёлый тёмный взгляд говорил намного громче слов:

– Почему ты снова создаёшь проблемы?

Хоть прямой упрек в адрес Азарьи ещё не был озвучен, они обе прекрасно понимали, что, если бы девушка следовала продуманному ранее сценарию, то этого бы не произошло. Её крайне настойчиво просили не сближаться со смертным, всегда помнить о том, кем она является, но всё было тщетно – Азарья до беспамятства влюбилась и этого было не изменить. Чувства полностью поглотили её человечность, позволяя монстру взять контроль. Поэтому зверь, добравшись до застолья, набросился на еду, поглощая её без остатка.

Спустя несколько минут им удалось добраться до квартиры без происшествий. Стоило им только переступить порог, как рыжеволосая девушка мигом кинулась к аптечке и, приказав положить тело парня на диван, смастерила импровизированную капельницу с физраствором, закрепив бутылку на торшере. Пока она вводила иглу в вену юноши, она заметила недоумевающий взгляд Азарьи, которая неотрывно следила за её действиями.

– Судя по вашему внешнему виду, он потерял очень много крови, – сказала девушка, проверяя работоспособность капельницы. – Нужно возместить потерю, чтобы сердце продолжило работать.

Убедившись, что всё работает, как надо, она направилась к выходу из комнаты, попутно бросив фразу:

– Пойдем, сестрица, тебе стоит мне кое-что рассказать.

Азарья бросила взволнованный взгляд на парня, но, прекрасно понимая, что она ничем не сможет ему помочь, последовала за сестрой. Как только она села за кухонный стол, она встретилась взглядом с сестрой, которая сидела на подоконнике, вдыхая ночной воздух. Февральский ветер резвился в её пламенных локонах, дополняя её загадочный, тёмный образ. Смотря на неё, Азарье было сложно подобрать слова, чтобы начать разговор. Крайне тяжёлый разговор.

– Бела, я не знала, что так произойдет… – робко произнесла девушка, но собеседница остановила её суровым взглядом.

– Не знала, что так произойдёт? Не смеши меня, – резко ответила девушка, вернув своё внимание к сонным улочкам. – Азарья, я понимаю, что думать слишком сложно и неприятно, но можно было хотя бы меня послушать. Я не прошу всегда, но в порядке исключения.

Девушка ничего не могла ответить, молча смотря виноватым взглядом на сестру. Было ясно – раз была произнесена её полная форма имени, значит ей лучше вообще исчезнуть, пока гнев Белы не превратился в истерику или проклятье. Причем она даже не знала, что хуже: гореть в невидимом пламени или получить серебряный нож в грудь.

Было заметно, что сестра держала себя в руках из последних сил: её пальцы выстукивали бешеный темп по подоконнику, а губы были прокусаны чуть ли не до крови. Тяжело вздохнув, Бела потерла переносицу и, взяв со стола бутылку красного полусладкого, произнесла:

– Ты же понимаешь, что шансов у него не много? Всего два варианта…

Азарья еле заметно кивнула. Кому, как не ей, знать, какие же у них остались варианты: либо её парень обратиться в вампира, либо умрёт в агонии. Конечно, подоспевшая на помощь Бела сделала всё возможное, чтобы спасти его, но шансы на выживание даже с учётом помощи ведьмы были ничтожно малы.

Понимая переживания вампирши, Бейла выпила пару глотков красного полусладкого и тихо произнесла:

– Я понимаю, что он тебе дорог, но, что сделано, то сделано. Он точно не сможет сохранить свою смертную жизнь.

– У него два варианта, – тихо произнесла Азарья, опустив взгляд.

Только два варианта. Почти неслышимое заключение был громче любого крика. Это был приговор, не подлежащий обжалованию. Это был гимн беспомощности и безысходности, который убивал лучше любого клинка. Боль и осознанность разливалась по её организму, проникая в каждую клетку, наполняя их отрезвляющим ядом реальности.

Только два варианта. Один хуже другого: либо её любимый человек мёртв, либо он станет созданием ночи, который навсегда потеряет связь со всем, что ему было дорого.

– Он меня возненавидит, – думала девушка, возвращаясь в гостиную. – Если он обратится, то я стану его главным врагом… Я заслуживаю эту ненависть.

Она присела рядом с бледным безжизненным телом, нежно поглаживая его золотистые волосы. Всего пару часов назад он нежно держал её за руку, прогуливаясь по узким улочкам в дождливый вечер, целовал её горячими губами цвета спелой малины, сводил с ума своим карамельным взглядом, а сейчас…

Сейчас его холодное тело лежало на диване, не чувствуя прикосновения скорбящих рук, не слыша извинения и клятвы в любви. Возможно, если он очнётся, на неё будут смотреть глаза цвета не тёплой карамели, а холодного золота.

Азарья не знала, что будет дальше, да и не хотел знать. Её тело окутало столь сильное чувство вины, что она даже не могла пошевелиться, и только нежные руки сестры, обхватившие её плечи, понемногу возвращали вампиршу из забвения. Бейла сидела рядом с ней, положив голову на её плечи.

– Зарь, расскажи мне, что именно произошло?

– Зачем? В кои-то веки захотела послушать о моих любовных похождениях? – вампирша попыталась усмехнуться, но дрожащий голос и стекающие слезы полностью выдавали её состояние.

– Мне нужно знать всё, что произошло. В деталях, – ответила девушка, поднявшись с пола. – Мне же придется придумывать правдоподобную версию произошедшего, чтоб у нас не было проблем с Князем и Шабашем. С моими проблем не будет, а вот с этим кровососом… Меньше года дома, так снова приключения на одно место…

Азарья прекрасно понимала, на что именно намекала её сестра. Когда вампирша держалась обособленно от вампирских интриг и заверяла Князя, что не будет претендовать на власть, то на их спокойствие никто не покушался. Она пила, сколько ей было нужно, периодически встречаясь с другими представителями бессмертной богемы. Однако столь неслыханная дерзость, как обращение смертного, могла уничтожить столь хрупкое благополучие их семьи. А ведь не прошло и года, как они снова вернулись в Петербург из их постоянных путешествий, надеясь в этот раз провести время в родном городе без происшествий. Видимо без этого сёстры жить просто не умели.

Понимая, что в ближайшие несколько часов они ничего не смогут сделать, девушки вернулись за обеденный стол. Не успела Азарья даже слова сказать, Бейла сразу же ответила:

– Я не могу остановить, тем более отменить обращение. Если бы это сделал недавно обращенный вампир, то были бы шансы, но с тобой… Прости, сестрёнка, но мы слишком старые.

– Может ты тогда сразу покопаешься в моём мозгу, чтоб увидеть, что произошло? – язвительно спросила вампирша. – Только не забудь после прочесть, куда тебе нужно пойти.

В следующий момент она почувствовала, как каждую мышцу в её теле охватила судорога. Она перевела беспомощный взгляд на сестру, которая внимательно следила за её попытками вырваться из-под её контроля.

– Конечно, моя дорогая сестрёнка, я могу это сделать, – ведьма отвела взгляд, вернув контроль над собственным телом вампирше. – Но ты и сама понимаешь, что тебе нужно выговориться, – Бела вальяжно облокотилась на спинку стула. – А кто ещё будет слушать такую стерву, если не родная сестра? Время раскрыть все карты, очко нам уже выпало.

Вампирша, скрестив руки на груди, устало прикрыла глаза. Она начала свой рассказ, попутно переживая в своей память предыдущий день.

Первый февральский день в Петербурге на многих навевает сонливость и грусть своими холодом и серостью. Мрачные узоры неба давят на понурые головы прохожих, которые так отчаянно желают наступления весны. Хоть город в это время хмур, но как всегда великолепен. Договорившись с Русланом встретиться на около станции метро «Чернышевская», Азарья неспешно гуляла по квартире, подбирая наряд на свидание: всё-таки они отмечают пять месяцев со дня знакомства, так что нужно выглядеть сногсшибательно. Как бы она ни искушалась, все мысли сводились к классике: элегантное платье, туфли и пальто, разбавленные шармом солнцезащитных очков в золотой оправе. Встретившись, они планировали зайти в кафешку их общего знакомого, а потом гулять по ночным улицам. И всё шло по намеченному плану, вот только само присутствие Руслана в жизни вампирши, сводило её с ума. За свою долгую жизнь Азарья влюблялась огромное количество раз, всегда страстно и самозабвенно, но не долговечно. Однако именно этот парень перевернул её жизнь. Молодой искусствовед, который не только разбирается в живописи, но и сам пишет шедевры, чуткий и заботливый, скромный и таинственный. Конечно, такой парень не мог не попасть под внимание искушённой жизнью вампирши. При первой встрече она расценивала его в качестве временной игрушки, «мальчика на ночь», но девушка ещё никогда так не ошибалась. Между ними были чувства, значительно выше мимолетной страсти.

Хотя Бейла так не считала: она думала, что серьёзные отношения и её сестра – понятия далёкие и вовсе не совместимые, но с этим юношей она доказывала обратное, что не могло не настораживать ведьму. Каждый раз, когда её сестра собиралась на свидание, Бейла с замиранием сердца ждала её возвращения с надеждой, что «проблема» не произойдёт. Каждый раз она уговаривала Азарью прекратить встречи и не заигрываться в «отношения» со смертным, но девушка пропускала все наставления мимо ушей. Вампирша хотела быть с ним, хотела быть его, но не спешила с близостью. Рядом с Русланом в ней просыпались столь давно забытые чувства, что ненароком закрадывались опасения, к чему же они приведут.

И видимо не зря…

Когда они выходили из кофейни, которая уже закрывалась после последних гостей, пара решила прогуляться по укромным дворам-колодцам. Зайдя в очередной тупик, они не спешили возвращаться к шумным проспектам, наслаждаясь тишиной и обществом друг друга. Руслан осторожно снял очки с девушки, искренне улыбаясь рядом с ней.

– Я хочу видеть твои глаза, – сказал парень, целуя её приоткрытые губы. – Они так же красивы, как сегодняшнее небо.

– Что же ты со мной делаешь? – прошептала девушка, крепче прижимаясь к его телу, чувствуя жар сквозь одежду. – Лишаешь рассудка, будишь зверя…

– Так освободи его, – усмехнулся Руслан, запустив свои руки под её пальто, лаская обжигающую плоть под тонкой тканью платья. – Я бы хотел с ним познакомиться.

– Это ты зря, – простонала вампирша, не в силах сдерживать себя.

Поцелуи становились всё горячее, руки путешествовали более расковано по телам друг друга, исследуя даже самые укромные уголки. Чувства вампирши усилились до небывалого уровня. Целуя, она начала спускаться ниже, остановившись на шее. Его запах, шум крови, такая красивая и нежная кожа. Девушка изо всех сил пыталась сдержаться, но не смогла.

Жажда крови застилала ей глаза. Всего мгновение и вся её личность была стёрта низменным желанием утолить голод. Она больше ничего не слышала и не воспринимала, полностью отдавшись удовольствию, которое буйной рекой разливалось внутри неё, наполняя каждую клетку её тела. Ни на секунду она не могла остановиться, выпивая всё больше и больше, пока полностью не утолила свою жажду.

Вместе с сытостью пришло и осознание содеянного. Дальше в её воспоминаниях все было как покадровая съемка: руки в крови, бледная кожа, пустой взгляд. По инерции она пошла в церковь, так как по поверьям именно таким образом поступают благородные вампиры: чтоб душа жертвы не была отправлена на муки в ад, умирающего приносят в дом ангелов. Хоть ангелов и нет, но так слуги ада определяют мучеников и отводят их в лимб.

– Когда я поняла, что произошло, сразу же позвонила тебе. Что было дальше, ты уже знаешь. – Азарья закончила свой рассказ, подняв взгляд на сестру.

Ведьма смотрела на неё с искренним сожалением. Они обе знали, что Бейла имеет полное право читать сестре нравоучения о том, что она её предупреждала не связываться со смертными, чтобы не мучить ни их, ни себя, но ведьма удержалась от этой речи. Она подошла к вампирше и, положив руку на её плечо, сказала:

– Знаю, это прозвучит ужасно, но если он умрёт, то попадет в лучшее место. Ты всё сделала правильно, – она старалась говорить мягче. – Я переговорю со знакомыми в Аду, чтоб ему было хорошо. Они про него в курсе, так что лишних вопросов не возникнет.

– Такое себе утешение, – попыталась улыбнуться вампирша, но слёзы вновь покатились по её лицу. – А если он обратится? Что будет тогда?

Ведьма не ответила на эти вопросы. Они обе понимали, что подобный расклад может обернуться крайне неприятными последствиями, которые поставят под удар их спокойное существование.

– Скоро рассвет, – сказала Бейла и направилась в гостиную. – С первым лучом солнца истина выйдет из оков ночи и, либо отпустит его душу из царствия дневного…

– Либо дарует иную жизнь, на благо царствия ночного, – продолжила сестра, договорив слова из «Темной книги», и, присаживаясь на кресло возле дивана, добавила. – Ожидание меня убивает.

– Ошибаешься, моя ненаглядная, – улыбнулась ведьма, присев рядом с ней на соседнее кресло, – тебя убьет либо Великий клинок, либо я.

Глава 3

Солнце лениво выползало на небосвод, заставив Азарью неприязненно отвернуться от окна. Небесное светило было естественным врагом вампиров. Конечно, солнечные лучи не сжигали их заживо, но значительно ослабляли их, однако, благодаря парочке магических ритуалов сестры, для вампирши вся неприязнь сводилась к излишней чувствительности глаз. Однако, ведьма все-таки подошла к окну и задёрнула шторы.

– Какая ты заботливая, – улыбнулась Азарья, обернувшись к сестре.

– Если он обратится, то солнечный свет будет не самым приятным будильником. – ответила Бейла, обходя тело юноши.

– Как думаешь, что сейчас с ним? – тихо спросила вампирша, переводя взгляд на парня.

– По энергетике сказать не могу, так как твоя вампирская задница перекрывает весь микрорайон, – улыбнулась Бела, уловив легкую улыбку сестры, – но есть один крайне точный способ это выяснить.

– Погоди, что ты собираешься… – смутилась Азарья, но Бейла уже решила действовать.

Ведьма с нечеловеческой силой ударила кулаком в грудь парня, отчего вампирша невольно вскрикнула, испуганно прикрыв лицо руками. Момент истинны тянулся невыносимо медленно, отчего казалось, что всё кончено, но фактический труп вскочил на ноги, в ужасе озираясь по сторонам и судорожно хватая ртом воздух. Когда его взгляд зацепился за напуганную Азарью, он закричал:

– Какого чёрта это было? Ты совсем с катушек слетела!?

Вампирша ошарашенно переводила взгляд то на восставшего из мёртвых, то на свою сестру, которая была полностью спокойна, наблюдая за данной ситуацией. Бейла, понимая, что Азарья сейчас не в состоянии вести хотя бы подобие диалога, перехватила инициативу в свои руки. Ведьма осторожно подошла к юноше.

– Руслан, – она осторожно положила руку на его плечо, мягко, но настойчиво усаживая на диван, – прошу, успокойся. Мы шокированы не меньше твоего, – её мелодичный голос обволакивал юношу. – Не думала, что наше более близкое знакомство произойдет при таких обстоятельствах. По правде говоря, я думала, что его не будет вовсе, но судьба или некая недальновидная особа решили иначе.

Азарья, отошедшая от шока, хотела возмутиться, но быстрый и крайне серьезный взгляд сестры заставил её повременить с выяснением отношений.

– Кто вы такие? Что вообще происходит? Что со мной? – выпалил парень, пытаясь превозмочь страх, но выходило крайне плохо.

– Он на грани нервного срыва, – подумала девушка и ответила. – С ней ты знаком более чем близко, а обо мне она точно рассказывала. Я сестра этой ненормальной. Кем мы являемся, так просто не ответишь, и этот рассказ для тебя сейчас не так важен. А вот про «что происходит» мне и самой интересно послушать.

Она присела рядом с напуганным Русланом и, заглянув в его глаза, тяжело вздохнула, обернувшись на сестру, которая все это время неподвижно сидела в кресле.

– Золото, – заключила ведьма и, пока Руслан не успел ничего спросить, вновь обратила на него внимание. – Что последнее ты помнишь?

Парень напряженно смотрел сквозь собеседницу. Чувство страха стихло, будто кто-то воздействовал на его разум. Руслан отчаянно пытался вспомнить хоть что-то о событиях прошлого вечера, но сразу же натыкался на психологический барьер. В голове то и дело всплывали мысли:

– Это невозможно… Тебе показалось…

– Не пытайся анализировать и искать объяснения, – спокойно сказала ведьма, сильнее воздействуя на его психику. – Описывай всё, что ты слышал, видел и чувствовал.

– Хорошо, – нерешительно согласился Руслан, нервно разминая бледные пальцы. – Мы целовались, Азарья опустилась к моей шее, а потом… Было очень больно, но при этом приятно. Я не мог пошевелиться, тело будто мне не принадлежало. Все было как в тумане. Мне кажется, я отключился. Помню какие-то белые обшарпанные стены. Мне было дико жарко, потом холодно и так по кругу. Я не мог ни говорить, ни двигаться. Помню, кто-то мне на ухо что-то шептал, голос такой тихий, приятный… – он перевёл взгляд на ведьму, но, не увидев никакой реакции, продолжил. – Ещё помню, меня несли куда-то, потом провал, я ничего не видел и не слышал, но было очень больно, будто кости ломают. Снова отключился и тут боль резкая в груди, вот тогда я смог вскочить. Дальше я вижу вас и всё ещё не понимаю, что происходит.

– Типичное превращение, – неожиданно в голове Азарьи раздался чужой голос, отчего девушка невольно вздрогнула. – У нас могут быть огромные проблемы. Молись, чтоб тебя не нашпиговала серебром свита Князя.

– Может вы уже объясните, что со мной? – чуть ли не плача спросил парень, растерянно смотря на девушек. – Я умер? Или это что-то хуже?

– Я уверенна, ты уже знаешь ответ, но не можешь себе в этом признаться, – ответила ведьма, присев в соседнее кресло. – Если говорить кратко и в общих чертах, то мир не так прост. Как кажется на первый взгляд. В дневное время балом правят люди, но ночью жизнь принадлежит существам, которые живут на этом свете не первое столетие. Определённый круг смертных знает об этом, и вместе мы стараемся сохранить хрупкий мир между нами…

– Белка, переходи к сути, а то я не выдержу этой скуки, – язвительно буркнула Азарья, играя со своими волосами цвета топленой карамели.

– Во-первых, ещё раз меня так назовешь и будешь гнить в сыром подвале, закованная в серебряные цепи, – злобно огрызнулась ведьма, – а, во-вторых, не тебе тут возникать. Это ты у нас обращаешь кого попало, а мне это расхлёбывать. Так что прошу сидеть на месте и не вякать.

Вампирша намеревалась ответить колкостью, но обнаружила, что язык не слушается её. Всё, что она смогла произнести, больше походило на хрип, так что она оставила эти бесполезные попытки, с нескрываемым раздражением смотря на сестру, которая продолжила свой рассказ.