Потанцуй со мною, месяц

Глава 1

Парень был хорош, даже очень. Хотя, какой парень, мужчина года тридцать три – тридцать четыре. Тот идеальный мужской возраст, когда бестолковая инфантильность давно прошла, а до превращения в плешивого пузана еще далеко. Или такие, как этот, никогда не превращаются ни в лысых, ни в пузатых? И в старости они остаются широкоплечими и узкобедрыми уверенными в себе седовласыми мачо в окружении длинноногих красоток?

Он стоял на кромке воды, засунув руки в карманы светлых льняных брюк и сквозь дорогущие темные очки смотрел куда-то мимо меня, сидящей в воде прямо напротив его носа.

Почти три недели я жила в маленькой гостинице под Сухумом, наслаждаясь майским абхазским солнцем, почти прогревшимся морем и полным отсутствием других постояльцев.

Хозяева, средних лет семейная пара, как могли, скрашивали мое, как они думали, одиночество, приглашая к себе по вечерам пить чай, а по утрам – кофе. Днем они работали, готовя гостиницу к курортному сезону, а я занималась своими делами. Меня более чем устраивало такое существование: пустая гостиница, безлюдный пляж, ночная тишина и дневное блаженство…

Мужчина продолжал стоять, увязая босыми стопами в песке. Только снял очки и теперь смотрел на море синими-синими глазами. По-прежнему мимо меня.

– Марк! Маркуша, иди сюда, котик, – в дверях гостиницы показалась длинноногая фигуристая девушка и призывно замахала красавцу рукой.

Ну конечно, разве мог он приехать отдыхать один? Таких мужчин всегда сопровождает или грудастая красотка – бельевая модель, или длинноногая лань с оленьими глазами. Непонятно только, чего они притащились в скромную Абхазию вместо Канар, Черногории или хотя бы Турции?

Я с головой ушла под воду, уверенная, что когда вынырну, «Маркуша» уже умчится к своей секс-бомбе и даст мне спокойно вытащить на берег мой несекси-зад. А то я уже начала постукивать зубами от холода – в мае температура Черного моря вообще не кипяток.

Просидев под водой до загоревшихся огнем легких, я вылетела на поверхность, жадно хватая кислород, и чуть не застонала от досады – красавец, как ни в чем небывало, стоял на том же месте. Только теперь смотрел прямо на мою посиневшую физиономию, облепленную мокрыми волосами.

– Вы там живете? Вы Русалочка? – губы мужчины дрогнули в усмешке. Он вернул очки на свой идеальный нос и теперь рассматривал меня сквозь их зеркальную поверхность. Надеюсь, так ему не видно приятный голубой оттенок моей задубевшей кожи.

– Я Замерзалочка. А еще Усталочка и Посинялочка, – буркнула я себе под нос, но он, кажется, услышал. Во всяком случае, уголки его твердых губ чуть дернулись в улыбке.

– Вас ваша девушка звала, – решила я намекнуть, что пора ему проваливать и дать мне возможность выйти из воды.

– Я слышал, – ответил и продолжил стоять и глядеть на меня, засунув руки в карманы брюк.

Да что же ты к своей пассии не торопишься? Я ведь тут сдохну, но под твоим взглядом на берег выходить не буду! Не хватало еще свои складки на боках тебе демонстрировать…

Я опять нырнула, а когда выскочила на поверхность красавец неспешно удалялся в сторону гостиницы, где в дверях нетерпеливо подпрыгивала его роскошная подружка.

Беззастенчиво поглазев на подтянутый мужской зад и широкие плечи я, наконец, выбралась из воды и, стуча зубами от холода, кинулась к лежаку.

Обернулась полотенцем и, убедившись, что парочка скрылась за дверью и не видит мою упитанную персону, побежала к боковому входу, откуда до моего номера было ближе всего.

Глава 2

Звонок телефона бил по ушам, заставляя морщиться и натягивать на голову подушку, проклиная все на свете. Особенно вчерашнего синеглазого красавца и его грудастую подружку, поселившихся в соседнем номере и половину ночи не дававших мне спать.

– Да, – прохрипела, не открывая глаз, когда наконец нашарила противно пиликающую трубку.

– Дуся, ты почему еще спишь? – напористый Пашин голос мигом разогнал остатки сна. – Где документы, которые я вчера тебе отправил? Ведь предупреждал, что они мне нужны сегодня утром.

– Пасик, ты свою почту проверял? – проснувшееся из-за «Дуси» раздражение попросило выхода. И я не отказала себя в маленькой мести, назвав мужа детским прозвищем, которое он ненавидел.

На том конце послышались глухие шумы, и отдаленно прозвучал голос мужниной секретарши Анны Петровны:

– Павел Сергеевич, документы от Дарьи Александровны в синей папке у вас на столе.

– Отбой, нашлись бумаги, – муж снова возник в трубке. – Через час пришлю договор с «БелТрансом», просмотришь его.

– Паш, я в отпуске, вообще-то. И сюда приехала не за тем, чтобы за компьютером просиживать, если ты помнишь, – я начала злиться. Вчера полдня провела с бумагами, которые он прислал для проверки. В итоге пропустила и массаж, и пробежку. Хорошо, хоть в море наплавалась до посинения.

Вспомнив, как вчера стеснялась выходить из воды под взглядом синеглазого красавчика, я хихикнула и приняла сидячее положение, удобно откинувшись на спинку кровати.

– Послушай, Дарья, – голос мужа вдруг стал ледяным, – из-за твоих проблем с лишним весом мой бизнес не должен страдать. Будь добра успевать. Все, у меня встреча. Договор с «БелТрансом» жду к двум часам. – И пока я оторопело молчала, завершил звонок.

Задыхаясь от возмущения и обиды, я пялилась в погасший экран, не зная, что и думать.

Вообще-то, это была его идея – мне на пару месяцев уехать на юг. Восстанавливать здоровье и худеть.

Весь последний год мы только и делали, что ссорились по этому поводу. Пашу раздражало, что я вдруг перестала быть той стройной ланью, на которой он женился пять лет назад. Я обижалась, плакала и отчаянно пыталась соблюдать диету и заниматься спортом.

Но какие диеты, если с нашей работой вечно питаешься на бегу и тем, что под руку попалось? Обычно попадались пиццы да круассаны.

К тому же Паша регулярно покупал эклеры в кондитерской возле офиса, и торжественно вручал мне со словами: «Моей сладкой булочке вкусные пироженки». Затем требовал у секретарши сварить мне кофе и обижался, если я не съедала хотя бы половину. А потом тыкал носом в мои растущие габариты.

Абонемент в зал из раза в раз благополучно сгорал, потому что стоило мне взять в руки сумку со спортивной формой, как Паша заявлял, что прямо сейчас я должна подготовить срочные документы к завтрашнему заседанию, о котором он только что вспомнил. Почему этим нельзя было заняться раньше, ответа никогда не было.

У меня уже нервный тик начался с этими делами: одной рукой Паша указывал на мой лишний вес, другой приносил мне калорийные вкусняшки и, по стечению разных обстоятельств, не позволял пойти на тренировку.

И на все это накладывались реальные проблемы со здоровьем, появившиеся у меня после той злополучной аварии два года назад.

Дровишек в печку наших ссор подбрасывала и его маменька, любящая в присутствии сына скептически оглядеть мою пополневшую фигуру и укоризненно покачать головой. И непременно дать совет как надо поддерживать стройность.

Кстати, это с ее легкой руки ко мне привязалась собачья кличка «Дуся». Анастасия Германовна стала называть меня этим прозвищем, как только Паша объявил родителям о нашей скорой свадьбе. Мое упорное нежелание откликаться на эту «Дусю», вместе с просьбами не называть меня так, натыкались на полный игнор со стороны Анастасии.

Следом за свекровью и Паша нет-нет, да и тянул ласково «Ду-уся» и обижался, если я высказывала недовольство.

– Просто у тебя отвратительный характер, Дарья. Это влияние неудачного родительского воспитания. Ты не способна понять, что значит быть членом дружной семьи, где все называют друг друга ласковыми именами, потому что это проявление особенного, нежного отношения.

Наверное, он прав, и мне не дано проникнуться такими высокими материями. Да я и не стремилась никогда – меня вполне устраивали мои спокойные, ровные отношения с родителями, основанные на взаимном уважении к личным границам друг друга.

Во всяком случае, моя мама не лезет с бесконечными советами в семейную жизнь дочерей. И не приходит поправить в их шкафах неаккуратно разложенное белье, как это делает моя незабвенная свекровь.

Фух, что-то меня понесло не в те мысли. Все, надо срочно настраиваться на позитив и благость.

Умывшись, я расстелила на полу коврик для йоги. Уселась по-турецки и принялась медитировать.

Длинный глубокий вдох, медленный выдох. Мысли утекают, чувства уходят – я спокойна, я расслаблена. Я мягкая, я легкая, прозрачная. Я частичка космоса…

– Да… Да… Трахни меня!… Еще… Ты мой жеребец!… Да, вот так!… О-о-о, да-а-а!

– О, нет!!!

Глава 3

– О не-ет! – застонала я в голос.

Завалилась спиной на коврик и уставилась в потолок, слушая звуки бурного секса из соседнего номера: скрип кровати, сладкие женские стоны и выкрики, будто из немецких фильмов для взрослых.

«Ты мой жеребец!» передразнила девицу за стенкой. Тьфу, я думала, такие фразы встречаются только в дешевых порнушках.

Черт, почему здесь такая хреновая звукоизоляция? И какого лешего, их поселили со мной по соседству, будто других свободных номеров нет!

Кошмар какой-то, они почти половину сегодняшней ночи этим занимались, как я уши не затыкала, все равно слышала. Неужели им мало – ведь не прошло и нескольких часов, как они угомонились.

И как у мужика сил хватает для таких секс-марафонов?

Конечно, я небольшой специалист в этом деле, но всегда считала, что мужчине вполне хватает пятнадцати минут два-три раза в неделю.

По крайней мере, у нас с Пашей было именно так – он резко вспыхивал, придавливал меня своим крупным телом и после нескольких поцелуев быстро входил, сразу начиная двигаться. Сначала медленно, словно давал время приспособиться к себе. Потом ускорялся, движения становились резкими и рваными.

В конце он просто вколачивался в меня, иногда до боли, рыча и постанывая, когда кончал. Дня три-четыре после этого я почти не интересовала его как женщина, а затем все повторялось.

Нравился ли мне секс? Наверное. Во всяком случае, отвращения я точно не испытывала. Хотя вот так голосить, как сейчас девица за стенкой, мне и в голову не приходило, повода не было.

Я усмехнулась, слушая, как затихает любовная схватка в соседнем номере – быстро они в этот раз, стандартные пятнадцать минут. Неужели подустал жеребец за ночь?

О нет, опять. Похоже, у них просто смена позиций, потому что после минутной паузы звуки секса загремели еще оглушительней.

Не выдержав, я вскочила, торопливо натянула спортивный костюм и рванула на пробежку – пускай они тут без меня заканчивают.

Пылая щеками, я прогрохотала вниз по лестнице и едва не врезалась в Ольгу, жену владельца гостиницы, волосатого и разговорчивого обладателя уникально большого носа Миграна.

– На пробежку, Даша? Вернешься – заходи, кофе выпьем, – женщина держала в руках огромный таз с мокрым бельем.

Глядя на нее, я в очередной раз подивилась, как иногда шутит судьба, соединяя между собой таких разных людей, как светловолосая, изящная коренная петербурженка Ольга и ее муж – темпераментный, шумный и не слишком образованный южанин Мигран.

– Спасибо, зайду, – пообещала я, выскакивая за дверь.

– Я новых постояльцев тоже позвала, познакомитесь поближе, – догнал меня голос Ольги.

Да куда уж ближе, я и так, считай, у них третья в постели с такой-то звукоизоляцией.

Я передернула плечами, вспомнив, как лежала ночью с зажмуренными от смущения глазами, чувствуя, как под аккомпанемент чужой страсти мое тело наполняется сладкой истомой.

Как коснулась своей груди под тонкой футболкой. Очертила кончиками пальцев соски и осторожно потянула, чувствуя, как они мгновенно сжались от возбуждения. Почему Паша никогда ничего не делает с моей грудью?

Мне всегда казалось, что она у меня очень чувствительная, но муж, будто нарочно, обходил ее стороной.

Интересно, этот Марк в соседнем номере любит ласкать свою подружку? Трогать соски, живот, проводить языком по шее, слегка прикусывая тонкую кожу?

Или как мой муж обходится без прелюдий и переходит сразу к делу, подолгу долбясь в тело партнерши?

– Даша, приходи пить кофе после пробежки, – из пошлых мыслей меня выдернул голос Миграна, сидящего с молотком на крыше беседки.

– Обязательно приду, Ольга меня уже пригласила! – прокричала в ответ, пытаясь скрыть смущение. Надеюсь, по мне незаметно, о чем я только что размышляла.

Позорище, счастливая в браке замужняя женщина, а гадаю о том, как посторонний мужчина занимается сексом. И кстати, почему я уверена, что грудастая барби ему не жена?

Помахав Миграну, я порысила к идущей вдоль моря асфальтовой дорожке, надеясь, что пара километров трусцой помогут мне прийти в себя и избавиться от непотребных мыслей о чужом любовнике.

Глава 4

– Любите смотреть на закат? – хрипловатый, низкий голос разбил монотонное шуршание волн и вопли чаек.

Укрывшись тонким пледом, я сидела на шезлонге у края воды и ждала, когда сядет солнце.

Надо мной нависла тень и ноздрей коснулся запах: сандал, красный перец, вереск и что-то еще, что я не смогла определить. Странное сочетание, будоражащее воображение. У меня чуткий нос, я многое вижу через запахи. Лика часто говорит, что с таким обонянием мне надо работать парфюмером, а не юристом. Очень интересный парфюм у нового соседа…

Мужская ладонь легла на спинку стоявшего рядом шезлонга и отодвинула в сторону. Правильно, красавчик, садись от меня подальше, а то прибежит твоя страстная–грудастая и устроит скандал.

Еще чуть подвигав шезлонг, мужчина сел и вольготно вытянул босые ноги:

– Меня зовут Марк. Марк Бахтин, – он выжидательно повернул в мою сторону лицо.

– А я Дарья. Дарья Александрова, – я перегнулась через разделяющее нас пространство и протянула ему руку.

Секунду помедлив, широкая, чуть шершавая ладонь осторожно пожала мои пальцы и отпустила.

– Да, люблю смотреть как садится солнце, – я откинулась на спинку, по-прежнему чувствуя его взгляд. – А вы? Вам нравится?

Мужчина чуть повозился, устраиваясь удобнее, сложил руки на груди и равнодушно ответил:

– Не знаю. Мне нечасто доводилось любоваться закатами.

– Ха, раз вы говорите «любоваться», значит, точно знаете, что это красиво.

Марк повернулся ко мне и странно улыбнулся – не губами, не мимикой, только глазами: их синева на миг сделалась густой и теплой, заискрилась золотом, и тут же вернулась к спокойной прохладе.

Когда-то, давным-давно, я встречала такую улыбку.

– Если я и не вижу практической пользы от просмотра закатов, все же оценить их прелесть в состоянии. Полагаю, я умею разбираться в красоте.

Что-то в его тоне заставило меня смутиться:

– Не сомневаюсь. Например, ваша девушка очень красива, и это говорит о вашем хорошем вкусе.

О, святая дурость, что я несу!

Мужчина снова повернул ко мне лицо и усмехнулся, дернув уголком рта:

– Вы полагаете?

– Полагаю, что? Что красива или что у вас есть вкус? – точность формулировок – это наше всё.

Не ответив, мужчина отвернулся к горизонту, где над морем тяжелой красной шапкой оседало солнце.

Не любим непрактичность, значит. Поёрзав на жестком лежаке, я назидательно произнесла:

– Я слышала от умного человека, что жизнь полностью изменится, если два месяца подряд каждый день смотреть на закат.

– Два месяца. От умного человека, – задумчиво повторил мужчина, передвинул на лежаке стопы и прикрыв глаза, негромко повторил. – Жизнь изменится за два месяца.

– А если я хочу, чтобы моя жизнь менялась не полностью, а наполовину. Что мне делать – смотреть на закат через день? – голос Марка стал совсем низким, с той сексуальной хрипотцой, от которой по закону жанра по коже должны бежать мурашки. И еще насмешливым, и очень снисходительным. – Или нужно смотреть каждый день, но всего месяц?

Я хмыкнула – и мурашки по телу побежали, и насмешку оценила.

– Так ты приехала сюда, чтобы полностью поменять жизнь? – Марк неожиданно перешел на «ты». Ехидства в его голосе ощутимо прибавилось.

– С чего ты взял, что полностью? – я независимо пожала плечами, вслед за ним отбросив политесы.

– Ты оплатила гостиничный номер на два месяца вперед, и каждый вечер приходишь на берег и смотришь на закат, – глаза Марка по-прежнему закрыты, но мне казалось, он видит каждую эмоцию на моем лице. Странный у нас разговор.

– На руке обручальное кольцо, но муж с тобой не приехал. Ты решила, что пришло время сменить мужчину? – ленивая снисходительность его тона вдруг начала раздражать. Хочешь покопаться в моих мотивах? Нет проблем, красавчик.

– Я решила, что пришло время поменять фигуру! – пропела я сладким голоском. – Хозяева гостиницы наверняка рассказали тебе, что почти месяц я каждый день бегаю, плаваю и питаюсь строго по часам.

– А для чего сюда приехал ты, Марк?

Не отвечая, он мазнул по мне холодным взглядом. Отворачиваясь,

негромко проговорил:

– Питаешься по часам… Уже месяц… Потанцуй со мною, месяц…

Плавным неспешным движением поднялся с шезлонга и, глядя на меня сверху вниз, лениво протянул:

– Я приехал сюда отдыхать и трахаться с красивой девушкой. Рад был встретиться, Даша.

Глядя вслед удаляющейся широкой спине, я повторила занемевшими губами:

– Потанцуй со мною, месяц…

Глава 5

– Ну и что, как твои успехи? – как обычно, голос Лики вызвал у меня прилив оптимизма. Вот человек, которому каким-то чудом удается всегда оставаться жизнерадостной и всем довольной.

Мне кажется, это что-то на уровне генов, потому что моя подруга всегда была такой, сколько ее помню. То есть, примерно с девяти лет, когда она перевелась в наш класс из другой школы.

– Сейчас все расскажу, – пообещала я, радостно улыбаясь. – Только сначала ответь, почему у тебя так долго телефон был отключен, и не было ни одного звонка или сообщения? Я уже вся извелась. Хорошо, догадалась у Паши спросить. От него и узнала, что ты на очередной ретрит умотала и, как обычно, обрубила связь.

– Между прочим, он был на тебя очень зол – у нас какие-то контракты полетели, и только ты могла всех спасти от колоссальных убытков.

Я рассмеялась, радуясь, что у подруги все хорошо. Лика устало пояснила:

– Да как-то все неожиданно получилось. Перед отъездом был жуткий цейтнот, а потом я просто забыла. Извини.

Мне сразу стало стыдно за свой наезд – подруга, действительно, вкалывает, как ездовая собака на Аляске во времена золотой лихорадки, а я наезжаю на нее на ровном месте.

Мой муж, Лика и я – учредители юридической компании, нашими общими усилиями за три года превратившейся в одну из самых крупных в городе.

Я считаю, самая большая удача в моей жизни то, что любимый муж и лучшая подруга еще и мои компаньоны в успешном бизнесе. И что за все годы работы у нас ни разу не случилось ни одного, хоть сколько-то серьезного конфликта. Правда, еще в самом начале я решила уступить руководство компанией Паше. И Лике, как его заместителю.

Сама я предпочла быть хорошим исполнителем, нежели никчемным начальником. Ну, не мое это, принимать ответственные решения, давить конкурентов или безжалостно увольнять сотрудников. Вот корпоратив новогодний организовать, это я с удовольствием – всегда приятно радовать людей.

Так что у нас все роли распределены, и все ими довольны. Что самым замечательным образом сказывается на делах фирмы.

– Минус семь кг! – я бодро озвучила подруге результаты своей титанической борьбы с лишним весом. – Три раза в неделю массаж, ежедневные пробежки и пешие походы. И плаваю, сколько могу. Осталось сбросить еще два раза по столько же, и совсем скоро я вернусь к вам стройной ланью. Жаль, к своему юбилею не успеваю. Но ничего, зато Новый год встречу красоткой.

– Почти пятнадцать килограммов так просто не скинешь, не обольщайся. Так что, не надейся, что скоро вернешься. Если только не сдашься раньше времени, – вдруг резко и как-то зло произнесла подруга, заставив меня опешить.

Я ошарашенно умолкла, а Лика принялась неловко оправдываться:

– Извини, Даш. Что-то я не в форме сегодня. На самом деле ты молодец, что так решительно настроились порадовать мужа хорошей фигурой. Сразу видно, что ты его очень любишь. Для себя самой ты вряд ли бы так старалась. Ладно, мне пора бежать. Созвонимся.

Лика скомкано попрощалась, а я еще несколько секунд растерянно прижимала трубку к уху, и только потом медленно отложила в сторону.

Никогда за все пятнадцать лет нашей дружбы Лика не разговаривала со мной так. С тихой ненавистью, капавшей с кончика каждого слова.

Неловко нашарив телефон, я набрала мужа:

– Паша, привет, это я, – проговорила в трубку, вслушиваясь в звучащие том конце приглушенные голоса, негромкую музыку и звон посуды. – Ты где?

– Дарья, у тебя что-то срочное? Я занят, – голос мужа повысился – он очень не любил, когда я звонила ему просто так, узнать, как у него дела. Как он это называет – «бултыхать воздух». Для Паши разговоры ни о чем можно вести только дома или в приватной обстановке с близкими, но никак не по телефону.

Это первые пару лет нашего брака мы любили завалиться на диван, укрыться пледом и болтать просто так, обо всем, что приходило в голову.

В такие минуты Паша становился очень мягким, уютным и домашним. Мое сердечко трепыхалось и радостно подпрыгивало от счастья – тогда я еще очень любила его.

Особенно мне нравилось, что эти разговоры почти каждый раз перерастали в секс – от близости наших тел Паша быстро заводился. Начинал торопливо стягивать с меня трусики, оставляя нетронутой остальную одежду. Свои брюки просто приспускал и, вынув уже эрегированный член, жадными руками разводил мне ноги и торопливо входил.

Для меня это было знаком любви. Того, что муж так сильно меня хочет, что не может терять время на раздевание.

Потом все изменилось – мы почти перестали разговаривать о чем-то, кроме нашей фирмы, которую как раз в это время начали активно развивать. На вечерние лежания у Паши не стало времени. Да и вечера он теперь предпочитал проводить вне дома: деловые тусовки, встречи, дни рождения нужных людей, – все во имя бизнеса, требовавшего полезных связей и отдачи всех Пашиных сил и времени.

Я все понимала и, как могла, поддерживала его, не требуя внимания, не устраивая истерик и не задавая лишних вопросов. Образцовая жена бизнесмена.

Вернее, не совсем образцовая – я так и не научилась ходить с ним на деловые ужины, презентации и вечеринки по поводу открытия нового бизнес-центра или автосалона. На таких мероприятиях я скучала, стеснялась заговаривать с незнакомыми людьми и только и ждала момента, когда можно будет уйти.

К счастью, Лика, как заместитель генерального, взяла на себя эту обязанность и сопровождала Пашу на нужные тусовки. Ловко заводила на них деловые знакомства и под бокал шампанского договаривалась о новых контрактах.

– Паша, я быстро, – торопливо произношу в трубку. – Ты Лику видел после возвращения?

– Конечно, – муж уже злился. – Что ты хотела спросить?

– Я… Паша, у Лики все нормально? – торопливо пробормотала в трубку. Похоже, ему действительно некогда.

– А что с ней не так? – как-то фальшиво изумился Паша. И тут же рявкнул. – Спроси сама у своей подруги, в порядке она или нет.

Послушав тишину в смолкшей трубке, сунула ее в карман и вышла из номера.

Глава 6

Размеренно переставляя ноги и стараясь ровно дышать, я бежала мимо выстроившихся в ровную линию кипарисов и пальм. Вдыхала йодистый запах моря, пропитавший собой весь здешний мир. Здоровалась с попадающимися навстречу улыбчивым мужчинам и женщинами с сурово поджатыми губами.

Солнце золотило кожу, ветерок приятно овевал лицо. Манили своим величием вершины гор на горизонте. И мое плохое настроение, наконец, помахало ручкой и испарилось.

Возвращаясь с пробежки, я уже вовсю улыбалась. А поднимаясь по лестнице на свой этаж, решила, что все-таки хорошо, что я уехала так далеко от дома.

Останься я, так и бегала бы каждый день в офис «поработать на полчасика», зависая там до вечера. Трескала булки и нервничала из-за ссор с Пашей. И никакие программы борьбы с лишним весом мне не помогли бы.

А здесь я много двигалась и почти правильно питалась, изо всех сил стремясь выполнять свой план похудения. Очень уж хотелось постройнеть и вернуться домой изящной ланью.

Может, тогда наши ссоры с Пашей, ставшие привычными в последние месяцы, наконец, прекратятся?

Еще радовало, что здесь меня совсем не тянуло заедать вкусняшками очередной стресс. Стресс и мое нынешнее расслабленное состояние – это как Северный и Южный полюсы, бесконечно далекие друг от друга точки.