- -
- 100%
- +
Глава 1
Логан. Владиславск.
Сегодня выдался паршивый вечер. Встреча в клубе, разборки со взбесившимися стаями… Еще решать проблемы с молодняком, будто я не Архиальфа этого города. Молодые банды совсем распоясались. В довершение всего, любовница завела шарманку про «серьезные отношения». Раньше ее вполне устраивали ежемесячные переводы на счет, а теперь подавай ей узаконенные отношения. Всё навалилось разом. В принципе, я всё разрулю, но сейчас голова шла кругом.
Я ехал на встречу, развалившись на заднем сиденье своего танкоподобного автомобиля. Тонированное стекло было приоткрыто на считанные миллиметры, но даже этой щели хватило. Пока мы проезжали мимо центрального входа клуба, я поймал в воздухе Её запах.
— Стой! — рыкнул я водителю. Дважды повторять приказы не в моих привычках.
Резко вдохнул снова, уже шире распахнул окно. Да, никаких сомнений. Я чувствовал запах своей истинной пары. Обалденный аромат. Цитрусовый, свежий, с какой-то безумно притягательной, чисто женственной нотой.
Я резко вышел из машины. К чёрту встречу! К чёрту все вопросы! Я шёл, ведомый этим шлейфом, прямиком в этот гадюшник. Что тут забыла моя самка? Надеюсь, она не какая-нибудь заядлая фанатка этого заведения, а то придется временно закрыть вертеп и обработать территорию хлоркой.
И я направился в клуб, огибая людей ,вылупившихся на меня с моей охраной.
Я шел в это здание порока, ведомый древним инстинктом. Запахом той, что должна продолжить мой род, усилить его. «Найти, взять, защитить, забрать» — в голове крутились самые похабные мысли, если честно. Ничего от мудрости и сдержанности 150-летнего волка. Звериность просто смела их, как хлипкую плотину мощным потоком.
Ну, и где же она?
В клубе запах стал слабее, смешавшись с душком алкоголя и большого количества тел. Но я всё ещё улавливал его. Шлейф вёл меня к отдельному столику в нише. Я уже заметил, что там творится, поэтому шёл с прикрытыми глазами — инстинкты не давали мне ни во что врезаться.
Серьёзно? Я прожил больше ста лет, и в итоге моей истинной самкой оказалась какая-то шалава?
На мягких диванчиках сидела парочка и целовалась так, что им давно пора было уединиться — их руки явно перешли на следующую стадию после невинных обниманий. Я подошёл и глубоко вдохнул. Запах был, но… странный. Я не выдержал и аккуратно откинул свою «истинную» от мужика.
Оба были пьяны в стельку. Девушка — брюнетка, слишком приторная для моего вкуса. Красивая, но не моя. А мужик и вовсе оказался откровенно противным. Она что, слепая?
И тут до меня дошло, что меня смущало. Пара начала возмущаться, но я остановил их одним жестом и принюхался.
Пахла совсем не брюнетка, а пахло её платье.
Я, сдерживаясь из последних сил, схватил девушку за предплечье. Мне показалось, что она протрезвела в мгновение ока, глаза расширились от ужаса. В нашем мире все знают: с оборотнями, а уж с альфами, дело иметь не стоит. Если высший оборотень обращается к тебе, есть лишь один вариант — делать то, что говорят.
Я ещё раз окинул взглядом её аккуратное красное платье с открытыми плечами и V-образным вырезом. Женственное, не вульгарное, но будоражащее кровь и дурманящее разум.
—Чьё это платье? — низко прорычал я, глядя прямо в её глаза.
— Ч-что? Платье? — девушка затряслась, не понимая. Боковым зрением я заметил, как её «герой-любовник» потихоньку сматывается. Оставил подругу одну разбираться с проблемой.
—Повторяю вопрос. Чьё платье на тебе?
Брюнетка быстренько глянула вниз, и до неё наконец дошло.
—Это... это платье моей подруги! Но она очень хорошая девушка! Я не знаю, что она натворила, но она точно ни в чём не виновата! Если что-то сломала или разбила — я заплачу! У меня есть деньги, я её подруга... — начала лепетать она, заплетающимся языком.
Я слегка удивился и отпустил её. Если это подруга моей истинной, вероятно, стоит вести себя адекватнее.
—Где владелица этого платья? Мне просто нужно с ней поговорить. Она ничего не натворила, и я ей ничего не сделаю, — сказал я уже спокойнее.
— Она... она уехала домой. Вышла на улицу заказывать такси минут десять назад, — всё ещё не доверяя, пролепетала девчонка.
Я кивнул подошедшей охране — проследить, чтобы шатающаяся пьянчушка никуда не ушла. А сам рванул на улицу, ловко огибая всех на пути.
Когда я вылетел наружу, запах моей истинной ударил в нос с такой силой, что я едва не взревел. Её букет был настолько сладким, что я чуть не растёкся лужицей прямо на асфальте. Я повернул голову и понял — запах удаляется. Она была в такси, и в мелькнувшем окне я увидел копну светлых, сказочных волос. Да, это могла быть только она. Она будто почувствовала мой взгляд и обернулась, мелькнув голубыми глазами в заднем стекле.
Ну, мы встретимся, моя прелестница, моя феечка. А пока — поговорю с твоей подругой.
—Отследить такси. И взять под охрану девушку, которая в нём едет, — скомандовал я своим волкам.
Глава 2
Полина. Ранее днем.
— Кристь, я не думаю, что идти в бар — это прямо вот сейчас блестящая идея... — проговорила я, ловя очередное летящее в мою сторону платье от подруги.
— Ты ничего не понимаешь, дорогая. Сейчас — самое время. Тебе срочно требуется встряска и порция мужского внимания. Сидеть и чахнуть — не вариант. Пойдем, выпьем по коктейлю, — Кристина высунулась из недр моего шкафа, прищурилась и оценивающе посмотрела на меня. — Ну или чего покрепче.
Потом она снова вздохнула, закатила глаза и подошла ко мне. Устроилась на кровати, как кошечка, и обняла за плечи.
— Я же вижу, как ты переживаешь. Не показываешь, улыбаешься, бодришься... но переживаешь, — сказала она уже мягко.
И по моим щекам самовольно потекли предательские слезы. Уже неделю я живу в съемной квартирке. А полторы недели назад застала своего, как мне казалось, любимого мужа с другой.
Я пишу женские романы, и в тот день поехала в любимый парк за вдохновением. Кто ж знал, что муж припаркует там нашу машину в том самом месте, где мы часто уединялись для «сладких утех»? Увидев наш внедорожник, я даже подумала, что он решил сделать мне сюрприз, и поспешила скорее забраться внутрь.
Сюрприз, конечно, ждал. Но совсем не тот, на который я надеялась. Любовники были так увлечены процессом, что даже сквозняка не почувствовали.
Я почему-то думала, что он будет стоять на коленях и умолять о прощении. Мне казалось, мы были счастливы. Но он дал понять, что, по его мнению, виновата была я. Мой муж был состоятельным мужчиной, занимался бизнесом и был против моей работы, потому что его мама считала, что жена должна заниматься только созданием комфорта для супруга. После скандала из-за измены они просто сменили замки и выставили мои чемоданы на площадку.
Спасибо Кристине, что не дала пропасть и помогла с жильём. Она предлагала деньги, но я отказалась. Такую помощь от подруги я припрячу на черный день. И надеюсь, он никогда не наступит.
Кристина, вынырнув из глубины моего шкафа с очередным платьем на вешалке, отложила его в сторону и, подбоченившись, изрекла:
—Всё, точка. Знаешь, в чём главная проблема мужчин? Они все думают одним местом. Универсальный принцип. И единственный работающий против него метод — клин клином.
Я сидела на краю кровати и смотрела на неё, пряча улыбку. В такие моменты я особенно остро понимала, как мне повезло встретить Кристину ещё на первом курсе журфака.
Тогда, на фоне других строптивых и амбициозных будущих акул пера, она выделялась сразу. Не потому, что была из обеспеченной семьи — это бросалось в глаза позже, по её неизменно дорогой, но стильной одежде и той лёгкости, с которой она говорила о поездках за границу. А потому, что в ней не было и капли снобизма. Она была той редкой породы брюнеток — красивой и чистой душой. Пока другие строили козни и искали выгоду, Кристина просто подсела ко мне в библиотеке и спросила: «Слушай, а ты поняла, что этот старик Деррида имел в виду?» Мы просидели над конспектами до закрытия, а потом она потащила меня в ближайшее кафе пить кофе и ругать преподавателя. С тех пор мы и держались вместе.
— Клин клином? — переспросила я, скептически глядя на подборку нарядов. — Напомни, чем закончилась твоя последняя операция «Клин клином»? Ах, да — тем парнем с яхтой, который оказался не владельцем, а всего лишь шеф-поваром на ней.
— Шеф-повар — это прекрасно! — парировала Кристина, ни капли не смутившись. — У него были золотые руки. В прямом смысле, он показывал медали. Но не в этом суть! Суть в том, чтобы ты перестала ходить с видом человека, у которого только что отобрали мороженое. Ты — Полина Савельева. Ты построила карьеру сама. Ты можешь придумать любого мужчину, и он будет идеальным. Самое время вспомнить об этом на практике.
Она протянула мне короткое чёрное платье.
—Вот это. Классика. Оно говорит: «Я независима, загадочна и мне плевать на твоё мнение, но если ты купишь мне виски, я могу это мнение пересмотреть».
Я взяла платье. Может, она и была права. Немного лёгкого, ни к чему не обязывающего флирта... и виски. Это звучало неплохо.
Но почему-то в итоге я выбрала красное — с V-образным вырезом и открытыми плечами. Кристина, довольно хмыкнув, быстренько сделала мне укладку и лёгкий, но эффектный макияж. Через полчаса мы уже вызывали такси, готовясь покорять если не мужские сердца, то хотя бы барную стойку.
Однако в баре нас ждал сюрприз, но на этот раз предназначенный для моей подруги. Прямо у стойки, в центре всеобщего внимания, восседал её бывший с какой-то огненно-рыжей красоткой, чьи достоинства природы можно было смело описывать в превосходной степени: пышный бюст, длиннейшие ноги.
Кристина, хоть и была из обеспеченной семьи, была натуральной жгучей брюнеткой с естественной, миловидной красотой. Губки, правда, чуть-чуть подкачала, но всё остальное — своё, настоящее. И сейчас её милое личико исказилось гримасой отвращения.
— Всё, — выдохнула она. — Я теперь буду встречаться только с миллиардерами. Или святыми. Середины нет.
С этими словами она направилась к барной стойке с видом человека, готового проверить на прочность всю их алкогольную карту. А я уже через пятнадцать минут металась по заведению в поисках подруги, которая методично глушила коктейли подряд и в порыве отчаяния пыталась вешаться на каждого мимо проходящего мужчину.
Два раза я её уже ловила и усаживала за столик. Один раз даже приводила в чувство в дамской комнате. И вот я снова ношусь по бару в её поисках, как вдруг она сама возникает передо мной с глазами, круглыми от изумления, и тараторит без передышки о том, что встретила любовь всей своей жизни и умудрилась испортить платье.
Я вижу, что она вот-вот расплачется, и мы уже несёмся в туалетную комнату переодеваться. Пока я помогаю ей справиться с застёжками, говорю пьянейшей Кристе:
—Кристь, я, пожалуй, поеду домой? В испачканном платье оставаться не буду. Ты не обижайся, — старалась говорить помягче я.
—Конечно, я понимаю. Напишешь, как доедешь? Тебя проводить до такси? — отвечала она, уже застёгивая на мне своё платье.
—Нет, я сама. Иди к мсвоей любви всей жизни, и смотрите, не проломите у тебя кровать, — расхохоталась я.
Мы обе дружно залились смехом. Не знаю, что за дикий алкоголь разлила Кристя на своё платье, но он перебивал все запахи. Я пахла, как спиртовой завод. Срочно нужно было ехать домой.
Такси уже тронулось, когда вдруг будто что-то позвало меня — некий внутренний толчок, заставивший обернуться. Я посмотрела в заднее стекло.
И увидела Его.
Высокий, под метр девяносто, с плечами, на которых, казалось, можно было унести все мои проблемы. Одетый в черный костюм и такую же черную рубашку, расстегнутую на две верхние пуговицы. Руки и шею покрывали переплетающиеся наколки, похожие на древние символы. Но самое поразительное — глаза. Не то рыжие, не то чайные. Яркие, как у хищника. Как у оборотня из моих же романов.
Лицо украшала небрежная небритость, что только подчеркивало его диковатую, почти звериную привлекательность. Он определенно был оборотнем. И, возможно, даже альфой. Очень уж властно он смотрел вслед моей машине.
«Очень красивый мужик, — мелькнуло в голове. — Повезёт кому-нибудь».
Я отвернулась и устроилась поудобнее на сиденье.
«А теперь — домой. Спать».
Глава 3
Я открыла глаза и уставилась на вибрирующий телефон. Он отплясывал джигу прямо на подушке, в сантиметре от моего носа. Вчера я залипала в сообщения от агента из издательства и, видимо, так и отключилась с гаджетом в руках.
На секунду я прислушалась к себе. Кроме лёгкой, странной эйфории и приятной взбудоражиности в теле, ничего не чувствовала. То есть вообще. Я ожидала последствий вчерашнего похода в бар, но, если подумать, алкоголя мне почти не досталось — всю ночь я бегала за своей подругой.
Я схватила телефон. Звонила Кристина.
— Привет, алкогольвица, — с улыбкой протянула я.
— Поля, у тебя всё хорошо? — встревоженный голос в трубке протараторил без всякого приветствия. Вернее, проорал так, что мне пришлось отодвинуть аппарат от уха.
— Да-а-а, что такое, Крист? Почему ты так взбудоражена? Что-то не так? — я испугалась и даже подскочила на кровати. Так и знала, что не надо было оставлять её одну! Я наивно надеялась на охрану, которую к ней всегда приставляли родители. Они волновались за свою ненаглядную дочь и, вопреки её уверенности, что они «прислушались», страховку не убирали. И я, успокоив себя этим, уехала. Господи, неужели что-то случилось? — Крист, почему ты молчишь? Что с тобой? Где ты?
—Да нет, всё в порядке, — как-то странно замешкалась подруга. — Если честно, я сама не очень поняла, что вчера происходило. Полин, мне кажется, за тобой охотятся. Я, конечно, не всё помню, я была очень пьяная... Но какой-то стрёмный тип, оборотень, расспрашивал о тебе. Я ему наврала с три короба. Пока я несла эту ахинею, он то бледнел, то, мне кажется, зеленел, то краснел. Рожа у него была жуткая...
Я совершенно не понимала, о чём она. Пока параллельно не увидела на экране второй вызов — мой агент. Я ещё раз резко посмотрела на календарь. Суббота. В чём дело?
— Крис, ты не против, если я отключусь? Мне агент звонит, а звонок в субботу — явно не к добру.
— Ладно... Раз с тобой всё в порядке, я спать. До вечера меня не беспокоить.
И она резко бросила трубку. Я тут же приняла вызов от агента.
Инна Валерьевна Свитиш... Как бы её описать? Если бы я её рисовала, то приделала бы ей пару лишних рук. Эта стройная и ухоженная женщина лет сорока пяти успевала абсолютно всё. Умудрялась быть на всех школьных утренниках своих детей и при этом оставалась блестящим агентом — она пробивала мои произведения, даже когда они не совсем попадали в целевую аудиторию. Мастерски продавала мои работы издательствам и даже помогла заключить с одним из них постоянный договор. Она всегда была подтянута, словно только что сошла с беговой дорожки, безупречный маникюр — её визитная карточка.
— Полина, ты мне срочно нужна в офисе. Приезжай. Я сейчас вызову тебе такси. Жду, — она так же резко положила трубку, как и начала разговор.
Я даже рот открыть не успела, так и застыла с телефоном у уха.
Не успела опомниться, как телефон снова завибрировал прямо у виска. Отвела его — опять звонок. На этот раз от почти что бывшего мужа.
— Полина, нам надо встретиться перед подачей документов на развод. Обсудить раздел имущества, — пробасил изменщик.
Да что за утро такое? Со мной вообще никто не хочет здороваться!
Только собралась ему ответить, как услышала с улицы душераздирающий визг. Сердце ёкнуло, и я понеслась на балкон посмотреть, что происходит.
Не выпуская телефон из руки, я выглянула в окно с балкона и обомлела. Картина была поистине душераздирающей. Два здоровенных мужика с выправкой военных стояли над маленьким пушистым комочком, который отчаянно извивался. Один держал щенка за холку на весу. Вряд ли ему было больно, но щенок явно был не в восторге и пытался укусить обидчика.
Во мне что-то вскипело. Я рявкнула в трубку:
—Присылай адрес сообщением! Я буду!
Сбросила вызов и понеслась вниз, по пути швырнув телефон на кровать. В коридоре накинула на ночнушку ветровку для бега, сунула ноги в бесформенные клетчатые тапки и рванула на улицу спасать щенка. Почему-то именно сейчас это казалось единственно правильным решением. О последствиях я не думала.
Я вылетела на улицу, как дикая гарпия, и с разбегу начала разносить этих мордоворотов. Из самых приемлемых выражений, вырвавшихся у меня, было что-то вроде: «Отдайте мне моего щенка, иначе заставлю вас мыть полы в моей квартире зубной щеткой!»
Странно, но в этот момент я чувствовала безраздельную власть над этими двума мужчинами. Я никогда не была воинственной — всегда скорее нежной и скромной. Но сейчас внутри что-то переключилось.
Мордовороты застыли, слушая мою тираду, а затем заметно побледнели. Я увидела, как с подбородка одного из них что-то капнуло. Разбираться, слеза это или пот, я не стала — просто протянула руки и забрала пушистый комочек, который тоже притих под аккомпанемент моих криков.
Я заметила припаркованную рядом машину. Водитель, сжимая руль до побеления костяшек, смотрел на меня выпученными глазами. Мне показалось, у него даже губы тряслись. «Да что с этими мужиками не так?»
Я резко развернулась в своих элегантных тапках на два размера больше и уверенной походкой направилась обратно в подъезд, держа победно в объятиях пушистика.
В это же время. Логан. Офис.
Я сидел и смотрел на монитор, где моя растрёпанная истинная, в ветровке, ночнушке и ужасных тапках, удалялась в свой подъезд, прижимая к груди пушистого сорванца.
От увиденного и услышанного я мог лишь приложить руку ко лбу и обалдевать. Позади меня мои беты-помощники не просто замерли — они начали тихо трястись.
И я смог выдавить из себя лишь одно:
— Охренеть... Поменяйте охрану у ее дома. А этим... дайте два выходных. За мой счёт.
Глава 4
— Я не совсем понимаю, Инна Валерьевна. Я не пишу биографии. Я пишу женские романы. Могу, конечно, накатать ужастик или мистику. Но биографию? Да ещё с проживанием на территории того, кого описываю? — я сидела в кабинете своего агента и удивлённо хлопала глазами.
Такси и вправду приехало очень быстро. У меня было всего минут десять, чтобы привести себя в порядок и устроить пушистого щенка: налить воды и найти что-то съедобное в холодильнике для него. И вот я сижу в офисе женщины, которая вершит мою карьеру, и не могу поверить в услышанное.
— За это заплатят очень хорошие деньги, Полина. От таких предложений не отказываются, — моя агент нервно постучала длинными маникюрными «когтями» по столу. Для неё это было несвойственно. Она всегда была собранной, а сейчас передо мной сидела растрёпанная женщина. Создавалось ощущение, что она на взводе. Блузка была помята — для Инны Валерьевны это было немыслимо.
— И всё же, я хочу отказаться.
— Ты же сейчас разводишься. Неужели тебе не нужны деньги? — Инна Валерьевна встала и направилась к кофемашине. За время нашей встречи она уже выпила три чашки кофе.
—Инна Валерьевна, у вас сердце взорвётся, если вы выпьете ещё одну.
—У меня сердце взорвётся, если ты откажешься! В качестве писателя хотят именно тебя! — она резко повернулась ко мне. — Полина, пойми, предложение поступило от людей, которые не приемлют отказов. Они не отклоняются от намеченного плана.
Она сказала это так громко и с такой мощной энергетикой, что я невольно вжалась в кресло.
— Но... как? Это что, фанаты моих женских романов? — промямлила я в полном недоумении.
— И на вопросы они тоже не отвечают, — с едкой усмешкой ответила Инна Валерьевна. Она снова налила себе кофе, задумчиво прошла к своему мягкому кожаному креслу и опустилась в него. Её взгляд был устремлён куда-то позади меня, а длинный ноготь методично выстукивал ритм по подлокотнику. Она обдумывала что-то своё.
— И всё же, Инна Валерьевна, я откажусь. Тем более, у меня сейчас есть интересная идея, я даже наброски сделала, хотела показать издательству...
— Нет, — жёстко перебила она меня, не выходя из своего подобия транса. Затем встрепенулась и резко наклонилась через стол. — Полина, мы с тобой давно работаем. И сейчас я вынуждена прибегнуть к шантажу.
— Да ладно вам, не может же...
— Послушай меня, моя девочка. Либо ты соглашаешься, и мы все будем в шоколаде. Либо ты отказываешься, и мы рвём рабочие отношения. Дальше расхлёбывать всё будешь одна. Но я обещаю тебе, что ни один агент, ни одно издательство, включая дешёвые подростковые журналы, даже не взглянет в твою сторону.
Сказав это, она откинулась на спинку кресла, и оно плавно качнулось.
Видимо, ситуация и впрямь была серьёзной, раз она пошла на такое. Изнутри меня начала подниматься хищная, обжигающая ярость. Я закрыла глаза, глубоко и бесшумно вдохнула и выдохнула.
— Хорошо. Вы можете прислать мне договор на почту сегодня вечером? — Я открыла глаза. Мой голос был ровным и холодным. Она была права — сейчас у меня нет выбора. Я уже чувствовала, как Олег, мой почти что бывший муж, готов оставить меня без гроша. Что ж... Похоже, я в западне.
— Зачем ждать? У меня всё уже распечатано, милушка. — С этими словами она достала из верхнего ящика красивую кожаную папку и скользящим движением отправила её в мою сторону. — Подписывай.
Вслед за папкой полетела ручка. Я поймала её на лету — так резко, что мы обе замерли и уставились на мою руку.
—Ты всегда была рассеяна. Откуда такая ловкость? — опешила агент.
—Инна Валерьевна, разрешите мне хотя бы ознакомиться с договором, — уже серьёзно сказала я, добавив в голос нотку повелительности. Я не собиралась подписывать ничего, не прочитав.
— Хорошо, — Инна встала, доставая вибрирующий телефон. Она побледнела и добавила: — Читай, подписывай. Я пока выйду по важному делу.
И она, быстро цокая каблуками, выскочила из кабинета. Я принялась листать договор. От указанных сумм у меня перехватило дыхание. На такие деньги я могла бы прожить год, ни в чём себе не отказывая. Меня смутило, что личность человека, чью биографию предстоит писать, была скрыта за грифом «Инкогнито». Очень странно.
Я перешла к пункту о проживании непосредственно на территории «героя». Адрес также не был указан. Ну просто какое-то рабство! Дальше пошли весьма интересные детали: мне, как автору, выдавалась карта для неограниченного безвозмездного пользования, обеспечивалось бесплатное питание и проживание без каких-либо коммунальных платежей. Это были приятные бонусы. Но вот и загвоздки: я не смогу покидать территорию без разрешения того самого «героя». Подлец, каких свет не видел.
На этом моменте я решила передохнуть, встала и подошла к окну, чтобы глотнуть свежего воздуха. Я посмотрела вниз — и обомлела. На оживлённой улице, прямо через дорогу, стояли Инна Валерьевна и тот самый мужчина, которого я вчера видела у бара. Вот почему она выглядела такой растрёпанной! Скорее всего, она провела с ним всё это время. Я так и знала — если кому и повезёт с таким красавцем, так это такой женщине, как Инна Валерьевна. Шикарной девушке— шикарный мужчина.
Она что-то говорила, и мне показалось, что вся её фигура выражала подчинение, будто он был доминантом. Он же стоял неподвижно, словно скала, ни один мускул не дрогнул на его лице, а глаза были серьёзнымы и холодными. И тут он будто почувствовал что-то и повернул голову в мою сторону. Его взгляд мгновенно изменился... потеплел? Нет, я бы даже сказала, превратился во взгляд преданного щенка! Будто он искал в моих глазах надежду? Ладно, видимо, я вчера всё-таки выпила больше, чем думала. Или так на меня подействовала ситуация со щенком. Я резко отпрянула от окна и села продолжать ознакомление с рабским договором .
В итоге что мы имеем? Огромные выплаты, которые мне обещают, но взамен — фактически полугодовое заточение.
Тут меня будто что-то толкнуло в плечо — осенило. Я поняла, без чего точно не смогу туда поехать.
Телефон завибрировал: звонок от агента.
—Подписала? — сразу спросила она.
—У меня есть условие, — я не услышала возражений и продолжила. — Я завела щенка. Он едет со мной. Ему должны быть предоставлены все необходимые условия, включая безопасность и свободный выгул, когда я с ним на улице.