Драконий сео

Глава 4

С Еленой мы действовали быстро и слаженно. Складывалось стойкое ощущение, что Элиза, которая была до меня, проделывала этот путь не раз. В потайной нише за гардеробом, доверху забитом воздушными платьями, оказался скромный сундук. А в нем — несколько комплектов простой, но добротной одежды из плотной ткани, идеальной для горожанок или небогатых торговок. И, что самое удивительное, там были парики: русый, каштановый и даже огненно-рыжий.

Все это мне с молчаливым, но выразительным вздохом показала Елена. И чем дольше мы взаимодействовали, чем больше она видела мои решительные движения, слышала мои четкие, лишенные прежней манерности интонации, тем подозрительнее и пристальнее становился ее взгляд. Она ловила каждое мое слово, каждый жест, будто пытаясь разгадать сложнейший шифр.

Я понимала, что скоро мне придется ей раскрыться. Полное неведение могло стоить нам обеим слишком дорого. Но мое шестое чувство, та самая бизнес-интуиция, что не раз спасала меня на переговорах, подсказывало: не сейчас. Ключ ко всему был у той самой ведуньи. После разговора с ней и можно будет решать, посвещать ли Елену в мои маленькие.

Времени было в обрез, поэтому, переодевшись в простые платья и прикрыв мои знаменитые светлые локоны темно-каштановым париком, мы, как тени, проскользнули по лабиринту потайных ходов, которыми пользовалась прислуга. Запах влажного камня, плесени и чего-то звериного подсказывал, что , видимо, эти коридоры использовали не только люди.

Выйдя на неприметной улочке в нижнем городе, мы поймали первого попавшегося извозчика. Вернее, он сам нас поджидал на углу, и его взгляд сразу же стал слишком знакомым.

— Леди, — он щелкнул языком, и его глаза, цвета темного меда, весело сверкнули. Он был чертовски хорош собой — черноволосый, с дерзкой ухмылкой и уверенностью в каждом движении. Когда я стала забираться в кибитку, он страстно подмигнул именно мне.

Елена ему в ответ лишь сладко улыбнулась и помахала ладошкой, как старой доброй собаке. Я же не смогла сдержать гримасы отвращения. Неужели моя предшественница умудрялась изменять такому мужу, как Оливер, с каким-то уличным Казановой? Это было уже не просто легкомыслие, а клиническая глупость. Мне определенно предстоял долгий и подробный разговор с Еленой о «деловых связях» моей предшественницы.

Кибитка тронулась, подбрасывая на брусчатке. И тут я почувствовала легкую, но отчетливую тошноту. Не от тряски и не от запаха лошадиного пота. Та самая, знакомая многим женщинам утренняя слабость, только сейчас, похоже, было ближе к вечеру.

Я прислонилась к жесткой спинке сиденья, закрыв глаза. В голове пронеслись слова Оливера: «Я чувствую малыша. Он крепкий, сильный».

«Интересно, — подумала я с долей странного, отстраненного любопытства, — а дракончики быстро растут? И что они там вообще делают? Толкаются? Или, например, слегка поджаривают изнутри?»

Мысли были нереальными, но тошнота была самой что ни на есть настоящей. Похоже, условия моего нового «контракта» включали в себя не только стратегическое планирование, но и самый банальный, земной токсикоз.

Ехали мы недолго. Казанова гнал лошадей так, что через минут десять мы уже подлетели к нужному кварталу. Елена, не глядя на него, бросила: «Жди нас здесь». Он опять страстно посмотрел на меня и вызывающе поднял бровь. Я не выдержала и показала ему средний палец. На что он не смутился, а лишь облизнулся, заставив меня задуматься, что, возможно, этот жест в мире драконов означает что-то вроде «ах, какая ты шаловливая!». Надеюсь, я ненароком не пообещала ему чего-то совсем уж неприличного.

Я думала, мы подъедем к какому-нибудь зловещему дому с петухами на заборе или, на худой конец, к избушке на курьих ножках. Но мы с Еленой зашли в самый обычный магазинчик, точь-в-точь как в сказочных сериалах. Полки, заставленные склянками с разноцветными жидкостями, пучки сушеных трав, связки кореньев, пыльные фолианты. Пахло медом, пылью и чем-то горьковатым.

За стойкой стояла не старая карга, а очень красивая женщина с огненно-рыжими волосами и хитрющими зелеными глазами. И смотрела она не на Елену, а прямо на меня с такой знающей улыбкой, что у меня по спине побежали мурашки.

— Здравствуй, Татьяна, — произнесла она, и мое имя в ее устах прозвучало как давно ожидаемое приветствие.

Внутри все сжалось. Интуиция кричала: «Она знает!»

—Здравствуй, ведьма, — с таким же спокойным тоном ответила я, подходя к стойке. — Ты, зная мое имя, явно уже поняла, зачем мы приехали. Так уж вышло, что нас ждет отправка в какую-то там Цветущую усадьбу. Можешь сократить нам время и сама все рассказать, что я хочу у тебя узнать?

Ведьмины глаза сверкнули от удовольствия.

—Ммм, какой деловой подход! — она рассмеялась, и ее смех был похож на звон хрустальных колокольчиков. — Мой выбор был правильный. Давай сэкономлю вам время. Предыдущая Элиза была сверхъестественной стервой, надоела всем. Всех ненавидела, всем грубила. А вот ее муж, Оливер, — всеобщий любимец, всем всегда помогал. Елена, — ведьма своим ухоженным пальчиком с темным лаком ткнула в сторону моей спутницы, — тоже заслужила лучшего, а не быть вечной нянькой для капризного ребенка.

Лена, прижавшаяся в углу у полки с какими-то жутковатыми заспиртованными органами, дико побледнела и смотрела на нас с выпученными глазами, будто увидела привидение. Видимо, «лучшего» от нее никто никогда не ждал.

Ведьма продолжила, как будто зачитывала сводку погоды:

—Так уж вышло, что твоя душа очень красивая, она прям плавала на поверхности. Ты сама внутри хотела другого и заслужила этого. Ты, может, не замечала, но за свою жизнь столько добрых дел сделала, столько людей вытянула, что магия просто не могла пройти мимо.

— Ну, если сейчас я в теле Элизы, то где сейчас настоящая Элиза? — перебила я ее, чувствуя, как у меня подкашиваются ноги.

— Все очень просто. Она в твоем теле. И, между прочим, она сошлась обратно с Дмитрием. Он в ней сейчас души не чает, а она из него сейчас такие веревки вьет своими капризами, — ведьма беззаботно махнула рукой. — Они уже почти спустили все твое состояние. В общем, они стоят друг друга.

Вот тут уже я начала бледнеть. Не от жадности к деньгам, а от осознания чудовищной несправедливости. Моя жизнь, мой труд, все, что я строила годами… Эта мразь Дмитрий и эта капризная дура… Тошнота подкатила к горлу стремительно и неотвратимо. Меня начало тошнить.Ведьма, как по волшебству, подтолкнула ко мне ногой обычное ведро, в которое я и угодила, с точностью снайпера.

— В двух словах и отпускаю вас, — продолжала она, как ни в чем не бывало, невинно хлопая ресницами. — Выноси малыша, роди. Сделай Усадьбу Цветов прибыльной. Там такой потенциал! А дальше, если что, я могу обратно поменять вас местами.

Я тыльной стороной руки вытерла рот и уставилась на нее в ужасе.

—А с супругом что мне делать?

Ведьмина улыбка стала еще шире и загадочнее.

—Главное — его не обижай. Он хороший. А все остальное… меня не волнует. Теперь это твои проблемы, дорогая. Удачи! Выметайтесь, у меня клиенты скоро будут.

И она повернулась к нам спиной, начав переставлять склянки на полке, давая понять, что разговор окончен.

Я стояла, опираясь о стойку, с ведром в руках и с кашей в голове. Елена молча подошла ко мне, взяла ведро, отставила его и тихо сказала:

—Поехали. Пока извозчик не начал скулить.

Когда мы вышли, Елена резко повернулась ко мне. Ее глаза были размером с блюдца, рот приоткрыт, чтобы выпалить шквал вопросов. Но она ничего не успела сказать.

Ее взгляд скользнул за мою спину, и лицо исказилось смесью ужаса и дикого облегчения. Я обернулась.

Кибитка стояла на месте. Но она представляла собой жалкое зрелище: обугленную по бокам, с обгоревшими колесами. А рядом на мостовой аккуратно, почти церемонно, горела сложенная в кучу одежда Казановы — его лихая куртка и штаны. От костерка валил едкий дым. Самого же извозчика нигде не было видно.

Жар от костра бил в лицо, пахло паленой шерстью и кожей. Меня снова затошнило.

— И что же вы делали в этом магазинчике? — раздался сбоку низкий, бархатный и до смерти знакомый голос. — А еще… что у вас за вид такой?

Я медленно повернула голову. Оливер стоял, прислонившись к стене соседнего дома, в небрежно-элегантной позе. На его лице играла легкая улыбка, но глаза… Его глаза были холоднее льда и горели золотыми искрами. Он был страшен в своем спокойствии.

Елена издала звук, похожий на писк мышки.

Мой мозг выдал самый честный ответ. Я зажала рот и нос рукой, чтобы не чувствовать запах гари, и буркнула сквозь пальцы:

— Лично я блевала…

Улыбка на лице Оливера дрогнула. Он явно ожидал чего угодно, но только не этого.

— …в ведро, — добавила я для ясности, опуская руку. — У нас, у беременных, токсикоз, знаешь ли. Непредсказуемая штука. А вид… — я махнула рукой на свое простое платье и парик, — …гигиенический. Чтобы блевать анонимно. Не позорить твой род.

Елена тихо ахнула. Оливер перевел взгляд с меня на нее.

— Елена, — его голос стал тише, но от этого еще опаснее. — Ты отвезешь мою драгоценную супругу домой. Самой короткой дорогой. И объяснишь мне позже, что за «гигиенические» процедуры требовали посещения… этого заведения. — Он кивнул на дверь магазина ведьмы. — И где наш беглый кучер, которому внезапно стало «жарко». Вернее ты явно знаешь, где он живет , и я хочу знать.

Потом его взгляд снова уперся в меня. Он медленно подошел ближе, так близко, что я почувствовала исходящее от него тепло. Он наклонился, и его губы почти коснулись моего уха.

— А с тобой, радость моя, — он прошептал так тихо, что услышала только я, — мы поговорим наедине. Очень обстоятельно. Я хочу услышать все о твоем… токсикозе.

Он выпрямился, и на его лице снова появилась светская улыбка.

—А теперь извините, дамы, мне нужно убедиться, что костерок безопасно догорит. Нецивилизованно как-то.

Он повернулся к тлеющей одежде. Елена, не говоря ни слова, схватила меня за локоть и потащила прочь. Я шла, как в тумане, с одной странной картинкой в голове: где-то в переулках этого города бежит голый и перепуганный Казанова. И это было одновременно и смешно, и жутко. Мой «аудит» завершился. Теперь предстоял отчет перед драконом, которого не проведешь историями про гигиеническое блевание.

Глава 5

На удивление, Елена очень быстро нашла нам новую кибитку. И, что было уже совсем неудивительно, извозчик — другой мужчина, лет пятидесяти, с умными глазами и сединой в бороде — узнал нас. Он молча кивнул Елене, помог мне забраться внутрь с почтительным поклоном, и тронул лошадей плавно, без лишней спешки.

«Ох, и много у меня будет вопросов», — промелькнуло в голове. У этих девчонок явно была своя сеть. Целая шпионская организация под названием «Побеги леди Элизы». Но все вопросы отступили перед новым, настойчивым ощущением. К тошноте, которая теперь была скорее фоновой, прибавилось другое — дикий, волчий голод. Такой, что сводило желудок.

А еще в голову полез навязчивый вопрос, холодный и логичный. Почему? Почему все признаки беременности, тошнота, голод, обострившееся обоняние,проявились так ярко и сразу? Я появилась в этом теле буквально вчера. Разве не должно было пройти время? У драконий беременность протекает по-другому? Мысли путались, создавая больше вопросов, чем ответов.

Я украдкой взглянула на Елену. Она сидела напротив, сжав руки на коленях, и смотрела в сторону, но по напряженной линии ее плеч было видно, что она не пейзажами любуется. Она обдумывала что-то свое. Ее взгляд метнулся в мою сторону, поймал мое наблюдение, и она быстро отвернулась. Но я успела заметить в ее глазах не просто подозрение, а настоящую бурю: страх, любопытство и острую необходимость понять, что происходит.

Ну, прекрасно. Отлично, даже. Посмотрим теперь, насколько сообразительна моя новая «подруга по несчастью». Интеллект всегда был той валютой, которую я уважала больше всего.

— Лена, — тихо сказала я, перекрывая стук колес. — Тот извозчик… он голый сейчас бегает по городу потому, что Оливер ревнует? Или потому, что он просто не выносит неподчинения?

Она резко повернулась ко мне, глаза снова стали круглыми. Видимо, она ожидала чего угодно, но не прямого вопроса.

— Мой кузен… он не ревнивый, — медленно проговорила она, взвешивая каждое слово. — Он собственник. Это разные вещи. Для него этот… голозадый… был несанкционированным активом на его территории. Он просто конфисковал актив и выдворил его за пределы… хм… деловой зоны. В минимальной комплектации.

Я чуть не фыркнула. «Минимальная комплектация» — это было сказано сильно. Деловой подход Елены к описанию варварской выходки ее кузена, теперь кстати стало ясны их отношения, был мне странно близок.

— Понятно, — кивнула я. — То есть, это была не эмоция, а… санкция за нарушение регламента.

— Именно, — Елена смотрела на меня все пристальнее. — Элиза… Татьяна… кто бы ты ни была. Ты говоришь не так. Думаешь не так. Ты вчера прыгнула с балкона, а сегодня стоишь перед разгневанным драконом и рассказываешь ему про блевание в ведро. Прежняя Элиза в такой ситуации уже бы рыдала и рвала на себе волосы.

Она сделала паузу, вглядываясь в мое лицо, будто пытаясь прочесть сквозь парик и черты Элизы что-то другое.

— Ведьма сказала… что ее выбор был правильным. Что предыдущая Элиза была стервой. А ты… — она замолчала, подбирая слова. — Ты не стерва. Ты… опасная.Но ты мне нравишься.

Я выдержала ее взгляд.

—Я практичная. И у меня, как выяснилось, очень мало времени. Мне нужно выносить ребенка, сделать какую-то Усадьбу Цветов прибыльной и… не обижать твоего кузена. Так что да, возможно, я опасна. Для хаоса и неэффективности.

Елена медленно кивнула. В ее глазах читалось сложное решение.

—Хорошо, — выдохнула она. — Пока мы не доехали до дворца и пока Оливер не устроил тебе допрос с пристрастием… расскажи мне. Кто ты? И что, черт возьми, происходит?

Я глубоко вздохнула. Момент истины настал. Тест на профпригодность моей новой «партнерши» начинался прямо сейчас.

И я рассказала. Все. От девичника и отчаянного «хочу по-другому» до Дмитрия, офиса и мира без единой искорки магии. Больше всего Елену, как ни странно, удивило и даже опечалило именно это.

— Как же вы живете без драконов? — с искренним сочувствием спросила она, когда наша кибитка уже подъезжала к дворцу. — Они же… они же основа всего. Сила, мудрость, долголетие.

А меня, в свою очередь, потрясло, что в этом мире в порядке вещей были гоблины, орки, феи и прочие магические существа, о которых я читала только в книгах. Мы говорили без умолку, понизив голос до шепота и постоянно поглядывая по сторонам. Наш разговор продолжился, даже когда мы вышли из кибитки и пошли по коридорам дворца. Мы шли, разговаривали и даже шутили.

Елена, к моему восторгу, рассказала, что тайком от всех училась финансовому делу. Оказалось, здесь существовала своя, довольно развитая биржа, гильдии предпринимателей, велся сложный бухучет. И даже термины использовались почти те же самые! Но женщин в этой сфере, как и в моем мире когда-то, не жаловали. В банковском деле их почти не было, а банков, по словам Елены, было великое множество.

А еще у нас оказалось до боли знакомое, циничное чувство юмора.

— Ну, Елена, будь аккуратна, — хохоча, сказала я, заходя в свою комнату и запирая дверь. — Мои подруги очень быстро беременеют и выходят замуж. Это заразное.

— Насчет этого мне можно не переживать, — как-то печально махнула она рукой, опускаясь в кресло.

— Почему? — снимая парик и с наслаждением почесывая голову, я принялась расстегивать неудобное простое платье.

— Я считаюсь бракованной, — сказала она буднично, но, видя мое недоумение, решила пояснить. — Я драконица у которой нет вообще никакой магической силы, кроме статуса ее рода. А это означает, что скорее всего я не смогу выносить ребенка от дракона. Моя кровь слишком слаба. Поэтому желающих взять меня в жены… не находится.

— Вот так поворот, — удивилась я. Я еще очень многого не знала об этом мире. Меня в принципе удивляло, что моя Элиза была драконицей. — Удивительно… В нашем мире люди беременеют просто так, без какой-либо магической силы. Кстати, а драконицы могут превращаться в больших ящериц?

— Нет, — рассмеялась Елена. — В основном драконицы носят только силу крови. Оборачиваться в больших драконов могут лишь истинные драконы, вроде Оливера. Но у сильной крови обычно есть какой-то дар. У меня его нет. Вообще.

— Печально, — искренне выдохнула я, подходя к своему огромному гардеробу. — А у Элизы был дар?

— Да, но ее семья его скрывала. И это странно, — задумчиво сказала Елена.

— Пояснишь? — я стала перебирать платья, выбирая что-то поудобнее. Я чувствовала, что эта тема меня странно волнует.

— Они с Оливером уже где-то год вместе. И Лиза никак не могла забеременеть. Все списывали на то, что она слишком слаба физически или… или не искренна с ним. А тут ты попадаешь в ее тело и сразу беременеешь. Это очень странно.

Мысли закрутились с новой силой. Но размышления прервал зверский голод. Желудок издал звук, похожий на рев голодного кита.

— А еще странно то, что я готова съесть целую лошадь, — заявила я, оборачиваясь к Елене. — С яблоками и гарниром.

Елена улыбнулась.

—Это нормально. Дракончики требуют много энергии. Я распоряжусь, чтобы тебе принесли ужин. Только, пожалуйста, — она сделала серьезное лицо, — на этот раз без рассказов Оливеру о гигиеническом блевании. Думаю, он и так будет не в духе.

Как будто по зову, снаружи раздался четкий, властный стук в дверь. Знакомый и неуместно своевременный.

Елена замерла, ее глаза снова округлились. Я вздохнула. Поесть, похоже, придется позже. Сначала предстоят сложные переговоры с главным акционером.

Глава 6

Оливер зашел в комнату, даже не дождавшись, что его пригласят. Дверь отворилась с легким скрипом, и он возник на пороге, заполнив собой все пространство. Его взгляд скользнул по мне, уже без парика, в простом домашнем платье, и в нем мелькнуло что-то сложное — не злость, а скорее все то же настойчивое, неотступное любопытство.

— Так, ну, вам есть о чем поговорить, а я пойду распоряжусь по поводу приготовления для тебя лошади, — Елена выпалила это на одном дыхании и, как мышь, проскользнула мимо него в дверь, даже не взглянув в мою сторону.

Я вздохнула и проводила ее вальяжным взглядом. Предала. Мгновенно и без зазрения совести. Что ж, в этом мире, похоже, надо ко всему привыкать заново.

— Лошади? О чем она? — Оливер сначала проводил взглядом убегающую Елену, а потом повернулся ко мне, и на его красивом лице читалось неподдельное, детское удивление. Оно смотрелось на нем странно и даже немного забавно.

— Твой дракончик требует еды. Но по ощущениям — целое жертвоприношение, — вздыхая, сказала я, потирая ладонью живот. Потом, резко переменив тему, с деловым энтузиазмом набросилась на него: — Так, господин дракон, а теперь ответь мне: что за бизнес у вас там, в этой Цветочной усадьбе?

— Усадьбе Цветов? — он растерянно повторил, будто я спросила о марсианской бирже. — Да там в принципе нет никакого… бизнеса. Ты про заработок денег? — Он сделал шаг вперед, и его лицо снова стало серьезным. — Элиза, я вообще зашел с тобой поговорить о другом. О сегодняшнем происшествии. О твоих…

— Давай поговорим сейчас именно об этом, — резко перебила я его.

Картинка из рассказа ведьмы стояла у меня перед глазами, жгучая и ясная: «Они уже почти спустили все твое состояние». Каждая секунда здесь, в этом мире драконов и магии, была секундой, в которую мои кровно заработанные деньги уплывали в карман того ничтожества и этой капризной дуры. Мне нужно было вернуться. А чтобы вернуться, нужно было выполнить условия — сделать Усадьбу Цветов прибыльной. Значит, это был приоритет номер один.

Оливер замер, изучая мое лицо. Он видел не каприз, а настоящую, жесткую целеустремленность. И это его обезоружило сильнее любой истерики.

— Там… — он начал неуверенно, проводя рукой по своим идеальным волосам. — Там просто старый замок у моря. Сады. Тихо. Туда отправляют… отдохнуть.

— «Отдохнуть»? — я фыркнула. — Это что, убыточный актив? Бесполезная недвижимость на балансе? Так не пойдет. Ей нужно найти коммерческое применение. Сдать в аренду? Устроить элитный курорт? Выращивать и продавать эти самые цветы? У вас тут, я смотрю, с логистикой неплохо.

Он смотрел на меня так, будто я заговорила на древнем языке демонов. Его губы приоткрылись от изумления.

— Ты… ты серьезно? — наконец выдавил он. — Усадьба Цветов — это не актив, это… традиция. Место, где…

— Традиции, которые не приносят дохода, называются хобби, а хобби — это роскошь, — отрезала я. — Или ты думаешь, твои сокровища в пещере сами себя пополняют? Кто-то должен управлять финансами, оптимизировать расходы, искать новые статьи дохода.

Я сделала шаг к нему, смотря прямо в его поразительные глаза.

— Вот о чем я хочу с тобой поговорить, Оливер. Не о том, как я блевала, и не о сбежавшем голозадом кучере. А о будущем. О твоем, моем, и этого самого дракончика. И это будущее начинается с прибыльной Усадьбы Цветов. Так что, как максимально быстро предоставь мне все данные по этому объекту: отчеты о доходах и расходах за последние пять лет, штатное расписание, кадастровые планы земель. Договорились?

Оливер молчал. Долго. Очень долго. В его глазах бушевала настоящая буря: недоумение, раздражение, и… странное, зарождающееся уважение.